Текст книги "В кругу врагов (ЛП)"

Автор книги: Гарри Конолли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Мой смех длился недолго. Прошло всего несколько мгновений, прежде чем меня охватила ужасающая тишина одиночества. Я перевернулся на спину и уставился в потолок. Скоро совсем стемнеет. Может быть, я смогу закрыть глаза и поспать на бетоне.

Я встал и вышел в центр круга. Мои ноги заскользили по бетону. Внезапный приступ головокружения заставил меня пошатнуться, как будто один неверный шаг мог свалить меня в пустоту вслед за моими друзьями.

Но, конечно, этого не должно было случиться. Дыра закрылась, и они ушли. Арно, Тай, Робби, Саммер, Бад и, о боже, Мелли. …Они все спустились в могилу, глубокую, как вселенная, во тьму, куда я никогда не смог бы последовать, а я остался стоять там, вдыхая спертый воздух и щурясь от лучей заходящего солнца. Земля подо мной была неподатливой, и я был один.

Побродив по зданию, я нашел, среди прочего, чемодан с кучей чистого сложенного белья и упаковку бутилированной воды, походная сумка Арно? Я стянул с себя штаны и отбросил их в сторону, надев вместо них длинные клетчатые шорты для серфинга. Они выглядели нелепо, зато на них не было следов рвоты Уолли. Я промыл призрачный нож в паре бутылок с водой. Зеленая жижа прилипла к пластику, но мне удалось оттереть его о чистый участок своих испорченных штанов. Закончив с этим, я бросил штаны в лужу масла, которую разлил Арно. Арно сказал, что у него не осталось времени закончить начатое, и теперь он мертв. Я обошел здание и завел экскаватор. Я понятия не имел, как им пользоваться, но методом проб и ошибок разобрался в основах. Я развернул машину к задней части здания и следующие полчаса выгребал рыхлую землю из насыпи над телом Франсуа. Поначалу дело шло туго, но я успел закончить до захода солнца. Конечно, если бы копы решили провести обыск, это бы их не обмануло, но я подумал, что при поверхностном осмотре сойдет. Здание было построено из металла и бетона, и я не мог просто взять и сжечь его, как это всегда делала Аннализ. Конечно, там было полно легковоспламеняющихся жидкостей, и машины горят очень хорошо, но здание бы не пострадало. Однако это привлекло бы внимание пожарных и полиции. Я нашел поддон для сбора масла и подложил его под "Ауди", затем перерезал тормозной шланг и собрал вытекающую жидкость. У входной двери стояла швабра. Я окунул щетину в тормозную жидкость и размазал ее по крашеному полу. Хоть я и не мог сжечь здание дотла, мне не нужно было оставлять действующий круг. Я тер пол шваброй до тех пор, пока от круга не осталось ничего, кроме едва заметных красных пятен. Затем я бросил на пол кучу старой одежды Арно и стал возить по ней шваброй, пока она не пришла в негодность, а круг не стал едва различим. После этого я размазал по полу разлитое из бочки масло, пока оно не растеклось вокруг зеленой жижи, которой Уолли себя выблевал. Хоть это и было цементное здание, но эта дрянь должна была сгореть. Я бросил испорченные штаны в общую кучу. Что там осталось?

Ничего. Ничего не осталось. Я вышел на улицу. Солнце уже давно скрылось за горизонтом. На западе виднелось лишь слабое красное зарево, но луна была прямо над головой, и ее тусклый белый свет успокаивал. Я не хотел возвращаться в город на внедорожнике Франсуа. Телохранители, сбежавшие из дома, уже несколько часов назад должны были сообщить в полицию, и я не хотел, чтобы меня застали в его машине. Там был "Лендровер" Арно, а также машины Фиделя и Саммер. Но ключей в них не было: они остались в карманах тех, кто провалился в Пустые пространства. Однако в "Додже Вайпере" ключи были. Я сел за руль и выехал на нем из здания. Я слил из внедорожника Арно столько бензина, что бак наполнился наполовину. Когда я вернусь в город, то где-нибудь его брошу. Копы вернут его тому, у кого его угнал Арно, черт, да я окажу кому-то услугу. Я взял термос с кофе из машины Франсуа. Книга океанов все еще лежала на дне, но я не стал долго на нее смотреть. Я не был готов к очередному "видению".

Я отцепил нож для разделки мяса от лопаты и бросил его в масло. Затем я поджег масло и закрыл огромные двери. Здание не было видно с шоссе, а темнота скрыла бы любой дым, который могло бы испускать масло. Конечно, запах был бы сильный, но ветер, похоже, дул в мою сторону.

Да и не важно. К тому времени все это зеленое дерьмо уже сгорело бы. Остальное было делом техники.

Я поехал на "Вайпере" по гравийной насыпи обратно к шоссе, размышляя о том, как Арно удалось украсть гравий.

Примерно в сорока футах от обочины я подождал, пока не убедился, что в обе стороны не едет ни одна машина с включенными фарами, и только потом выехал на шоссе. Вскоре я разогнался до шестидесяти миль в час и направился обратно в Лос-Анджелес.

Я поехал к Вайолет отчасти потому, что не хотел сразу же встречаться с кем-то из Общества, а отчасти потому, что хотел посмотреть, как изменилась ее жизнь. Здание стояло на месте, и в его стене по-прежнему зияла дыра, словно какой-то великан пробил кулаком стену насквозь.

Вайолет тоже была там. Она стояла, прислонившись к капоту своей машины, курила и смотрела на разрушенную квартиру. Я припарковался в конце квартала и подошел к ней.

От ее сигареты исходил неприятный запах, поэтому я встал с подветренной стороны.

– Ты в порядке? – спросил я. – Где Жасмин?

– С моей мамой. Они прячутся у друга друга друга. Я даже не знаю, где они.

– Я рад, что с ними всё в порядке.

 Глупо было это говорить, но я чувствовал, что должен. Она выбросила недокуренную сигарету, как будто та не оправдала её ожиданий.

– Мама сказала, что просила тебя найти Мыша.

– Не стоит говорить об этом здесь.

Она села в свою машину, а я в свою. Я поехал за ней до перевала Кауэнга. На одном из самых крутых поворотов она свернула на чью-то подъездную дорожку. На мгновение мне показалось, что она заехала на тротуар, но потом она припарковалась. Я остановился рядом. Термос Лино остался в подстаканнике, но я вышел из машины. Вай взяла пакет под мышку и повела меня внутрь.

Дом был небольшой, но со вкусом обставленный: деревянные панели, тёмные диваны из искусственной кожи и охотничьи ружья на стене. Очень по-мужски. Следуя за Вайолет на кухню, я гадала, чей это дом. Нового бойфренда? Я понял, что мне всё равно.

Потом я провел рукой по дивану и понял, что кожа не искусственная.

Вайолет бросила свёрток на столешницу.

– Иди сюда, – сказала она и повела меня в ванную. – Прими душ. Я принесу тебе чистую одежду.

Она закрыла дверь.

Я принял душ в крошечной, выложенной плиткой ванной комнате. Намылилась прозрачным голубым мылом и вытерлась грубыми белыми полотенцами. Одежда была мне велика, но к ней прилагался ремень.

Когда я вернулся, Вайолет была на кухне. Там было много стеклянной и медной посуды. Она открыла холодильник, достала две пивные бутылки и открыла их. Одну она поставила передо мной.

Я подошел поближе, чтобы рассмотреть посылку. Это была коричневая кожаная папка, перевязанная черной лентой. По краю была вытиснена золотом надпись "ШИММЕРМАН И ПЕНОБСКОТТ". Я не стал ее трогать

– Чьё это место?

– Моя, если ты можешь в это поверить. Арно подарил мне ее сегодня днем.

Она подняла свою бутылку. Мы чокнулись и выпили.

– Правда, что ли?

Я лихорадочно перебирала в памяти события последних нескольких дней. У Арно есть дом? Вот так? Я бы никогда не подумал.

– Он действительно все уладил. Он получил это от парня, который задолжал ему денег. Это было как раз перед тем, как я получила судебный приказ. Ты знал, что у меня был судебный запрет? – Голос Вайолет был мягким. – Однажды он вышиб мою дверь, а во второй раз я с ним порвала. Приезжали копы и все такое. За все эти годы он совершил столько преступлений, а копы никогда раньше его не задерживали. Он был в ярости на меня, как будто это я виновата в том, что у него были судимости.

– Он всегда был осторожен.

– Я всегда считала, что он слишком осторожен. – Она сделала большой глоток. – И я подумала, что он должен вырасти и заняться чем-то законным. Но он обычно смеялся над этим.

– Почему он отдал тебе дом?

– Парень объяснил мне это. Пенобскотт, хотя я думаю, что на самом деле это был сын Пенобскотта, а не тот, чье имя выбито золотом. Арно сказал, что уезжает, отказывается от всего, что у него есть, и стремится к упрощению. Он собирался найти себя. Все это в доверительном управлении или вроде того. Я не знаю. Этот сопляк сидел за большим столом в костюме, который стоил больше, чем я зарабатываю за месяц, и рассказывал мне об условиях трастового фонда и о том, что я должен делать, чтобы сохранить его для Жасмин. Но я не слышал ни слова из того, что он говорил. Мы проболтали, наверное, полчаса, и я вышла оттуда как загипнотизированная, чтобы все забыть. Но Арно оставил мне и Жаззи кучу офшорных счетов, недвижимости и акций. Я понятия не имела, что на это ответить. Я жила над гаражом своей тети, а Арно все это время копил деньги. Интересно, сколько он получил от Франсуа до того, как убил его.

– Ви, как давно "Комната снежного человека" находится в "Жареном тюлене"? Когда он в последний раз ее переставлял?

Она пожала плечами.

– Много лет назад. Вообще-то, через несколько недель после твоего приговора. Когда тебя поймали, он снялся с места и не возвращался, пока не убедился, что ты отсидишь срок, не выдав его.

– Но он не сорвался с места, когда пропал Мыш, верно?

– Верно. Итак, что насчет него? Где Маус?

– Среди объектов, которые Арно только что показал тебе, есть один неподалеку от Мохаве? Может быть, небольшой участок пустыни и скал со сборным зданием на нем? Место называется Квейквотер.

– Может быть, – сказала она. – Я думаю... может быть.

– Не ходи туда, понимаешь? Если не хочешь сохранить то, что Арно оставил для тебя и твоей дочери.

Она поставила бутылку на стол и снова взяла ее в руки. Она осушила его одним долгим глотком. Она поняла, что я имел в виду, и не удивилась.

– О боже, Рэй, – сказала она, опустив плечи и голову. – Что я наделала

Я обошел стол и обнял ее. Она плакала у меня на груди, орошая слезами рубашку Арно. Закончив, она схватила его за рубашку и потащила меня в спальню.

В спальне Арно, не прошло и пяти часов с тех пор, как я всадил пулю ему в голову. Я поцеловал ее, и она стянула с меня его одежду. Арно был мертв, от него ничего не осталось, кроме воспоминаний и кучи дорогого барахла. Мы с Вайолет были живы и снова вместе.

Все, что было между нами, осталось в прошлом, теперь все было по-новому. Все между нами было по-другому, кроме звуков, которые она издавала. Это было похоже на новую жизнь и новый шанс на счастье.

Но когда мы оба кончили и она прижалась ко мне, я понял, что на новую жизнь рассчитывать не стоит. У меня уже была жизнь, и от нее никуда не деться. Через несколько мгновений, когда Вайолет отодвинулась от меня, я не стал ее удерживать.

– Думаю, я уеду, – сказала она. – Думаю, я снова встречусь с тем парнем в костюме, заставлю его все объяснить, а потом уеду отсюда к чертовой матери.

– Ты хочешь уехать из Лос-Анджелеса? – я удивился, услышав это. Конечно, люди постоянно уезжают из города, но я не думала, что Ви будет в их числе.

– Я имею в виду уехать из Америки. Я никогда не видела никого из маминой родни в Оахаке. Я могла бы… – Она замолчала. Я ждал, что она скажет, и в конце концов она произнесла: – А еще лучше – мы могли бы уехать в Канаду. Туда пускают, если у тебя достаточно денег, верно? Пожить в Канаде, где столько холодного, чистого снега.

Что-то в ее тоне подсказало мне, что она не имела в виду меня. Я встала с кровати и начала одеваться. Это была одежда Арно, а она была матерью его ребенка, но раньше я никогда не испытывала угрызений совести из-за воровства.

– Рэй… – сказала она так, словно собиралась в чем-то признаться.

– Я уже знаю, – ответил я, натягивая рубашку.

– Нет, не знаешь.

– Нет, знаю. – Я сел на маленький стул в углу и надела носки. – Ты та, кто связал Уолли с Арно, а также с Карамеллой, Лютером, Фиделем и остальными. Уолли не узнал бы ни о "Комнате снежного человека", ни об Арно, но он смог бы найти тебя, девушку, с которой я жил, когда меня арестовали. Именно ты рассказала ему, как найти "Комнату снежного человека".

Вайолет стянула с кровати одеяло и завернулась в него. Она не повернулась ко мне.

– Уолли сам мне об этом сказал, – продолжила я. – Он был разочарован нашей официанткой в "Сахарнице". Он хотел сидеть в вашем отделе. Держу пари, что так оно и было на самом деле, и ты попросил другую девушку принять у него заказ, да?

– Да.

– Уолли хотел, чтобы я знал, что он связан с тобой. А Арно… ну, Арно перевез "Комнату снежного человека", когда я попал в тюрьму, потому что боялся, что я его сдам. Но когда пропал Мыш, он не стал переезжать, верно? Ты знала, что твой брат мертв. Ты не ахнула от удивления, когда я сказал тебе об этом в другой комнате. Думаю, я единственный идиот, который не догадался, что у Арно было место, куда он сбрасывал тела тех, кто представлял для него опасность. Вот почему Фидель пытался его убить, прежде чем начать действовать самостоятельно: Арно не хотел, чтобы его людей арестовали за какую-нибудь ерунду и они смягчили бы себе наказание, сдав его.

Значит, Уолли, должно быть, нашел тебя. Ты его не знала, но любой, кто хоть раз на него взглянул, понял бы, что от этого парня жди беды. Ты подумала о своем пропавшем брате, о своих подозрениях насчет того, что с ним случилось, и указала Уолли Кингу прямо на…

– Как думаешь, Арно знал, что я сделала? – спросила она, перебив меня, словно не могла больше это слушать.

Я вспомнил выражение его лица, когда мы стояли за насыпью. Да, черт возьми, он знал.

– Нет.

– Ладно, – сказала она. Ви всегда говорила, что я никудышная лгунья, но, похоже, на этот раз она мне поверила. Может быть, ей этого хотелось. Она по-прежнему не оборачивалась. – Но кем же тогда я была?

Я чуть было не ответил: "Никем", но сдержался. Она бы меня неправильно поняла.

– Кем-то, у кого есть тайна. Тайна, в которой ни в коем случае нельзя признаваться.

Вот и все, что нам нужно было сказать друг другу. Она молчала и даже не поворачивала голову, чтобы посмотреть на меня. Я закончил завязывать шнурки и встал. Она медленно завалилась на бок и устроилась поудобнее на подушке. Может быть, она собиралась спать.

Я ушел. Украденный "Вайпер" все еще стоял на подъездной дорожке, и вокруг него не толпились копы, проверяющие номера. Мне оставалось только одно место, куда можно было поехать. Мы с термосом вернулись в супермаркет.

Я припарковал "Вайпер" в квартале от супермаркета, убедившись, что машина стоит в зоне, отмеченной пожарным гидрантом. На нее будут выписывать штрафы, пока кто-нибудь не пробьет номера. Я бросил ключи под сиденье. Даже если бы я не смог найти Аннализ, я бы не стал снова садиться за руль. Мне было не до гонок.

Я побрел к автобусной остановке, откуда звонил в общество и разговаривал с Марианой. Там никого не было. Я сел на скамейку и стал ждать.

Аннализ подъехала на своем фургоне минут через пять. Должно быть, она была где-то поблизости и следила за мной.

Она открыла водительскую дверь и села на пассажирское сиденье. Я сел за руль, поправил зеркала и сиденье, затем завел двигатель. Термос поместился в подстаканник рядом со мной.

– Где ты был? – спросила она меня.

– Заканчиваю работу.

– Расскажи мне об этом, когда мы выедем на автостраду.

– А как же Ксилла? А как же Тэлбот?

– Ксилла уехала, куда бы она ни отправилась. И мы больше не увидим Тэлбота. Он вышел.

– Вышел? – Я не смог скрыть своего удивления. – Я не понимаю. Почему он вышел? Потому что он сбежал?

– Нет, – сказала Аннализ. – Потому что ты сказал, что он бесполезен.

Я запомнил это не таким.

Мне не очень нравился Тэлбот, но я надеялся, что тот, кто его поймает, быстро его прикончит.

– Я не знаю, босс. Этому парню, наверное, не помешала бы небольшая подготовка. Черт, да он, наверное, и сам мог бы разработать программу подготовки. Он еще может пригодиться.

Она хмыкнула, как будто я сказал что-то дельное. Вот и все, что я мог сделать для Тэлбота. Может, она передаст, чтобы его не убивали. Я на это надеялся. Аннализ не сказала мне, куда ехать, поэтому я свернул на шоссе 10, ведущее на восток. Она не возражала. Может, ей было все равно. Пока мы ехали в потоке машин, я рассказал ей обо всем, что произошло после того, как она разбила витрину магазина Лино Велы. Единственное, о чем я умолчал, это о том, что нашел Книгу океанов внутри статуи, о видении, которое у меня было, и о том, что она лежала в термосе между нами. К тому времени, как я закончил, мы уже ехали на север по шоссе 15 в сторону Барстоу. Аннализа вкратце рассказала мне о своем общении с полицейскими. Они были с ней очень обходительны с того самого момента, как вытащили ее из кустов. Она сказала им, что пыталась связаться со Стивом Франсуа, чтобы убедить его сделать пожертвование в ее фонд, и в течение получаса они получили подтверждение, что она именно так и поступала со своим временем. Она дала им показания и попросила отпустить ее. Ее отпустили.

Я недоверчиво покачала головой. Даже с татуировками к ней относились как к белой женщине среднего класса. Или ей помогло одно из заклинаний, наложенных на ее тело?

– Босс, – сказала я. – Что бы ты сделала, если бы мы нашли Книгу пылинок? Или одну из других оригинальных книг с заклинаниями?

Ее ответ удивил меня. Она тяжело вздохнула.

– Это сложный вопрос. Давнее правило Общества гласит, что любой, кто найдет одну из трех оригинальных книг с заклинаниями, должен принести ее пэрам напрямую, не "читая" ее сначала. Все пэры собирались вместе и решали, что делать.

– Ты бы не хотела проверить это, прежде чем отдавать? Ты сама сталабы первичной? – Она ответила не сразу. – Босс?

– Ты чертовски прав. Я хочу сам закончить дело в Хаммер-Бэй. Я хочу... Мы проигрываем в этой борьбе, Рэй, потому что с каждым годом теряем сосредоточенность и силу, в то время как хищники по-прежнему опасны. Но пэры хотят сообща решить, кто должен получить доступ к книге.

– Полагаю, ты не думаешь, что они позволят всем пэрам по очереди ознакомиться с книгой.

– Я знаю, что не позволят. Некоторые из них даже не верят, что женщина может стать первичной. Они уверены, что видения развратят ее и, возможно, повредят книгу. Кроме меня, еще одной бразильянки и одной арабки, все остальные пэры, белые европейцы, они не доверяют нам такую власть.

– А что, если ты все равно ее прочтешь, а потом отдашь им?

Она снова вздохнула.

– Гражданская война? Опять? Проблема в том, что я верю в дело, которым занимается Общество Двадцати Дворцов. Иначе я не смогла бы жить с осознанием того, что натворила. Но само Общество превратилось в змеиное гнездо. Если бы я могла заниматься этим делом без них, я бы их всех убила.

– Я видел письмо, которое ты передала капитану.

Чёрт. Я не хотел переходить к этой теме, но слова вырвались сами собой.

– Кому? А, нашей подруге, которая отвезла нас в Канаду? Так вот почему ты такой раздражительный? Это письмо было для её защиты на случай, если нас арестуют, гений.

– Хорошо.

– Я знаю, что это к чему-то приведет, Рэй. Продолжай.

– Когда я спросил тебя, не хочешь ли ты стать первичной…

Ты моргнула. Я не знал, как спросить у Аннализ, боится ли она или сомневается, но оказалось, что в этом не было необходимости.

– Я колебалась. Я знаю. Рэй, как там звали того парня? Ну, ты понял, о ком я.

Я понял.

– Лино Вела.

– Лино Вела. Нас, учеников, учат при первой же возможности нападать на отступников. Где бы мы ни были и кто бы ни оказался на линии огня, мы идем в бой. Стать первичным, обладать такой силой, это, конечно, упростило бы жизнь. Но какая-то часть меня считает, что то, что случилось с Лино Велой, не должно быть простым. – Вот черт. Я знал, что она доверяет мне настолько, что делится со мной информацией, но не думал, что она готова рассказать об этом.Она продолжила – Ты спросил, и я колебалась. Но ответ всегда будет "да", потому что на кону слишком многое.

Какое-то время мы ехали молча.Мне нужно было осторожно подобрать слова для следующего вопроса.

– Что, если мы, то есть только ты и я, отправимся на поиски одной из тех древних книг заклинаний? Что, если видения будут у тебя, и к черту Общество? Ты же станешь первичной, верно? Разве ты не сможешь взять все в свои руки? Изменить систему обучения? Неужели ты не смогла бы просто…

Уничтожить их? Я не смог закончить фразу.

– Сражаться со всем Обществом? Бросить вызов не только пэрам, но и союзникам? А еще со всеми отступниками, которых они решат натравить на меня? Без поддержки? Я не знаю. Я так не думаю. К тому же в Обществе есть финансисты, юристы и следователи. Они могут лишить врага ресурсов перед схваткой, если знают, на кого нацелены, а они знают меня. Я не говорю, что это плохая идея. Я была бы рада заполучить книгу заклинаний, просто чтобы она не попала в руки таких придурков, как твой… как Уолли Кинг. Но если я стану первичной, думаю, Общество Двадцати Дворцов меня убьёт, нас обоих убьют. И даже если мы победим, то потеряем инфраструктуру Общества. Да, будучи первичной, я буду крутой, но мне понадобятся следователи, которые будут указывать мне, куда идти, финансисты, которые будут оплачивать счета, и так далее. Если мы победим, в чём я сомневаюсь.

– А что, если книга попадёт в руки пэров?

– Невероятная сила для самых злобных змей в гнезде. Эти люди не из тех, кто беспокоится о том, чтобы работа была лёгкой, для них она и так легка, потому что они её любят. Они любят жестокость. Они гордятся своей готовностью убивать. Если Общество поддержит их ресурсами, они подчинят себе весь мир.

– Ты уже думала об этом.

– Конечно, думала. Это моя жизнь и мое будущее. Либо Общество проиграет эту битву и мир заполонят хищники, либо я стану первичной и проиграю в борьбе с Обществом, либо эти придурки станут первичного, а меня понизят до… до кого? До деревянного человека? До девочки на побегушках? Все варианты плохи, но последний наименее ужасный.

– К черту все это. – Я взял термос и взболтал жидкость. Из-за шума двигателя я не слышал плеска, но чувствовал, как она плещется внутри. – Босс, я нашел Книгу океанов.

Какое-то время она молча смотрела на меня, пытаясь понять, серьезно ли я говорю или сейчас начнет ломать мне кости за то, что я ее разыграл. Я протянул ей термос, и она взяла его. Открутила крышку.

– Ох, – только и сказала она.

Я накрыл термос ладонью.

– Ты же не собираешься взять свои слова обратно, правда?

Она мягко убрала мою руку и еще несколько секунд смотрела на дно термоса. Потом закрутила крышку и положила термос на колени.

– Вот же ублюдок. – В ее голосе слышалось что-то похожее на смех. – Чертов сукин сын. А ты хорош в своем деле, да? – Я пожал плечами. – Куда ты нас везёшь?

– На восток, – ответил я.Мы ехали в темноте до Барстоу, а потом я свернул на шоссе 40.

– В пустыню Мохаве? – спросила Аннализ.

– Ты можешь придумать место получше, чтобы спрятать Книгу океанов?

– Долину Смерти.

Я рассмеялся. Я ничего не мог с собой поделать.

– Не беси меня, босс.

– Мы собираемся её спрятать?

На мгновение в её голосе послышалась неуверенность. Я и не думал, что такое возможно.

– Ты сказала, что нам небезопасно его использовать, и я ни за что не отдам его змеям. У меня есть идея получше.

Мы свернули с 40-й на 95-ю. На указателе было написано, что до Лас-Вегаса осталось 103 мили. Когда мы проезжали знак, указывающий на съезд с шоссе в западном направлении, я посмотрел на одометр. Мы проехали какое-то случайное расстояние, а потом съехали на обочину.

– Лопата сзади, – сказала Аннализа. Мы выбрались из машины в темноту. Ни в ту, ни в другую сторону не было видно ни одной машины .В задней части фургона на стеллаже лежала лопата. Но только одна. Я знал, кому она понадобится. Я снял его и последовал за Аннализ в пустыню.

Мы отошли от асфальта по меньшей мере на четверть мили, прежде чем Аннализ указала на землю.

– Вот.

Я вырыл неглубокую ямку. Она без колебаний бросила в нее термос. Я и представить себе не мог, что он будет жить долго и обладать такой силой, но я засыпала его землей. Аннализ подняла камень размером с пляжный мяч и положила его на землю, чтобы отметить место. Затем она нашла еще два больших плоских камня, каждый размером с крышку от мусорного бака, и положила их рядом с пляжным мячом.

– Я думаю, мы сможем найти его, босс. Если понадобится.

Она кивнула. Мы направились обратно к фургону. По дороге не было видно других машин.

– Рэй, это сработает, только если мы будем доверять друг другу. Ты понимаешь? Потому что любой из нас может вернуться позже и забрать этот термос. Любой из нас может подставить другого.

– Босс, если бы я хотел избавиться от вас, я бы не стал давать вам этот термос. Правда в том, что мне нужна ваша помощь. Недостаточно спрятать Книгу океанов от Уолли Кингов этого мира, или от других пэров. Есть еще две книги, и я не доверяю никому, кто обладает такой властью...

– Я тоже.

– Даже нам двоим. Я не думаю, что мы готовы к этому.

На этот раз ее ответ был тише.

– Из-за того, что ты сделал в Уошэуэй. И Лино Вела.

– Да. Когда-нибудь мы будем к этому готовы, но не сейчас. Как я уже говорил, одной книги недостаточно. Нам нужно найти две другие.

– И это все, да? Просто пойти и найти их?

– И это все.

– И что тогда? Мы с тобой создадим новое, более доброе и благородное Общество?

– Да. Мы выгоняем змей из гнезда. Вся эта затея с легионом жестоких убийц не работает. Это проигрышная стратегия. Мы можем добиться большего.

Она ничего не ответила, и в темноте я не мог разглядеть выражение ее лица. Мы вернулись к фургону.

– Рэй, это невероятно опасно. Ты даже не представляешь, насколько это опасно. Ты просто мой тупой деревянный болванчик.

– Они думают только о своих ограничениях, – сказал я ей.

– Не бросай мне в лицо мои же слова…

– Некоторые вещи не должны быть простыми.

– Черт возьми, Рэй! Я пэр, а ты мой деревянный болванчик! Ты принадлежишь мне!

– Я знаю, босс. Но ты ведь со мной, да?

– Да, черт возьми.

Я завел двигатель и выехал на шоссе. Потребовалось немало времени, чтобы войти в курс дела.

– Куда направляемся, босс?

– Прямо в Вегас, – сказала она. – Похоже, тебе не помешало бы немного поспать. Затем мы направляемся на восток. Вы направляетесь в Первый дворец. Пэры хотят с тобой познакомиться.

– Эм, правда?

Я не был уверен, радоваться этому или нет, поэтому сменил тему.

– Ты можешь убедить Общество сотрудничать с Талботом? Он мудак, но он спас мне жизнь.

– Я позвоню. Возможно, из этого ничего не выйдет, но я позвоню.

– Черт возьми. Он действительно мечтал прожить столетие или три.

– Не каждому удается сотворить заклинание из плоти голема.

Я повернулся к ней.

– Что?

– Не каждый может заслужить это заклинание, – резко ответила она, раздражённая тем, что ей приходится повторяться. – Особенно в последние несколько лет. Только старшие пэры вроде Ксиллы ещё могут его использовать.

Я коснулся заклинания, которое Ксилла наложила мне под левую руку, того самого, которое исцеляло меня, когда я ел мясо. Аннализа назвала эту метку плотью голема.

На этот раз она поняла, что я имею в виду.

– Разве я не объяснила?

– Боже – Я не знал, что сказать. Сколько мне ещё осталось? Пятьсот лет? Больше? – Когда я начну нести чушь, как Ксилла?

– Чушь? Она рассказывала тебе о тайнах Вселенной.