332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Фредерик Пол » Граница земли » Текст книги (страница 3)
Граница земли
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 01:54

Текст книги "Граница земли"


Автор книги: Фредерик Пол


Соавторы: Джек Уильямсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 24 страниц)

– Которые мы у вас покупаем, – закончил за нее Посланник, – поскольку, разумеется, ваши люди не обладают технологиями, позволяющими очищать руду. Да, да. Но скажите-ка мне вот что. Если вы используете электроэнергию этих источников для всех ваших нужд, почему вы требуете от нас поставок уранового топлива? Вы что, тайно производите бомбы?

– Бомбы? – Грациэла задохнулась от возмущения и ужаса при подобной мысли. – О нет, Посланник Кваггер! Просто большинство наших подводных лодок до сих пор снабжены двигателями, работающими на ядерном топливе. Разумеется, мы и не думаем производить бомбы.

– Я надеюсь, что это так, – буркнул посланник. – Это было бы весьма неразумно.

Грациэла кивнула, пытаясь совладать с охватившими ее чувствами и хоть как-то собраться с мыслями.

– Руды, выбрасываемые этими источниками, в больших количествах содержат…

– Ох, оставьте, – утомленно проворчал Посланник – Мэр уже снабдила меня материалами детальных исследований источников и всякого такого. Юная леди, есть здесь еще что-нибудь, на что действительно стоит посмотреть? Пока вы не показали мне ничего, о чем я не знал бы раньше!

Грациэла заметно медлила с ответом. Когда она все же заговорила, Трегарт услышал напряженно звенящие нотки в ее голосе – она прилагала все усилия, чтобы держаться сдержанно и вежливо, а сквозь стекло шлема ему было видно выражение тоскливого отвращения, ясно читавшееся на ее лице. Но она сказала только:

– Очень хорошо, Господин Посланник, мы отправляемся домой. Есть еще только одно, что мне хотелось бы вам показать, еще одна ферма – на этот раз та, на которой как раз ведутся сельскохозяйственные работы.

Она переключила скорость и направила сани вверх, прочь от купола термальных источников, быстро скрывшегося из глаз. На экране сонара Трегарт снова увидел подводные пики, вздымающиеся перед ними, и постарался взять себя в руки.

Тут что-то непонятное мелькнуло перед его глазами, и он вскрикнул:

– Грациэла! Что это?

Девушка озадаченно посмотрела на него, потом наклонилась вперед, вглядываясь в экран.

– Да, вот здесь очень яркое отражение, – сказала она. – О, погоди… это же просто станция-ретранслятор лазерной сети, разве не видишь?

– Нет, я вовсе не это имел в виду! – настаивал Трегарт. – Ретрансляционную станцию я узнал бы сразу. Секунду назад тут было что-то другое – мне подумалось, что это небольшая рабочая субмарина. Но сейчас она исчезла.

– Я так не думаю, – с сомнением проговорила Грациэла. – Это мои фермы, Рон. И сейчас по расписанию тут не должно быть ни одной рабочей группы.

– Но ведь что-то же я видел, – сумрачно продолжал настаивать Трегарт; но как он ни вглядывался в экран сонара, то, что он заметил несколько секунд назад, исчезло отсюда без следа.

А горные пики были еще ближе, чем раньше. Грациэла, казалось, вовсе не замечала их – она снова обратилась к Посланнику:

– Чтобы создавать настоящие фермы на морском дне, необходимо сеять, собирать урожай и, конечно, растущие посевы необходимо защищать – иначе те организмы, которые живут здесь, просто будут поедать побеги, не давая им даже вырасти как следует.

– Я думаю, – рассеянно проговорил Посланник. – А что, еще долго?

– Еще несколько минут, Господин Посланник, – пообещала Грациэла. – А вот здесь-то и нужны кальмары.

Трегарт усмехнулся: как изменился тон, Грациэлы Наварро! Теперь она говорила на свою излюбленную тему, и голос ее звучал вдохновенно, восхищенно – для нее не имело ни малейшего значения, что единственными ее слушателями были Трегарт, слышавший все это уже тысячу раз, и их непрошеный гость с суши. Она гордо сказала:

– Мы уже научили их оберегать те фермы, где растут посевы. Кальмары – не вегетарианцы; они поедают тех существ, которые для нас являются вредителями полей. Но теперь, когда мы научили некоторых из них общаться с нами, мы можем пойти еще дальше! Пока что сев и уборка урожая проводятся людьми, которые управляют тракторами и комбайнами на морском дне. Но скоро это начнут делать кальмары! И вскоре… вот мы и прибыли, Господин Посланник. Одну минуточку…

И она включила внешнее переговорное устройство, и позвала:

– Несс! Здесь Грациэла! Ты идти, да! Она выключила тягу. Они повисли над огнями новой фермы; под ними тянулись длинные ряды готовых к сбору растений.

– Я не вижу никаких кальмаров, – пробурчал Посланник, вглядываясь в расстилавшийся под ними пейзаж.

– Они еще не здесь, – объяснила Грациэла, вновь воспользовавшись внутренним переговорным устройством. – За этим хребтом – резкий спуск; там такие глубины, на которые мы не заходим, а кальмары там живут. Минутку…

И, снова включив внешнюю связь, она заговорила, и ее голос разнесся в глубине:

– Несс! Ты идти, да!

Хотя внутренняя связь и не была подключена, ее многократно усиленный голос – на порядок громче и октавой ниже, чем обычное ее музыкальное чистое контральто, больно отозвался в ушах Трегарта. Он поморщился; в то же мгновение Посланник взвизгнул:

– Вы что, хотите, чтобы я оглох?

– Прошу прощения, Господин Посланник, – вежливо сказала Грациэла. – Я просто подзываю одного из тех, кто работает на ферме.

– Работнички, – хмыкнул Кваггер, – Хотите сказать, монстры! И почему вы мне лжете?

– Ялгу? – удивленно переспросила Грациэла. В ее голосе не было ни гнева, ни обиды – только озадаченность. Но Трегарт внезапно разъярился; какое право имеет этот сухопутный мешок жира называть лгуньей женщину, которую он любит?!

– Вы говорите, что зовете его, – желчно заявил Кваггер. – Вы что, думаете, что я такой невежда, что вы можете говорить мне все, что угодно? Между прочим, я прекрасно знаю, что кальмары глухи. Меня информировали о том, что они вообще ничего не могут слышать!

– О, – проговорила Грациэла, пытаясь подавить смешок; это ей не вполне удалось. Трегарт тоже улыбался.

– Это совершенно верно, господин Посланник. Они действительно глухи. Они не только не имеют ушей – у нет них даже слуховых нервов. Кальмар не способен слышать ничего – фактически, это для них эволюционное достижение,

– Что за чушь, – фыркнул Посланник. – Вы что, за круглого дурака меня принимаете? Как глухота может быть эволюционным достижением?

– Киты, – лаконично ответила Грациэла, и тут же продолжила, разъясняя: – У кальмаров есть только один естественный враг – зубастые киты. Они пожирают кальмаров, когда только могут – впрочем, как и любую другую добычу, которую им удается поймать. Кальмары же – их излюбленная добыча; но у кальмаров есть природная защита – их глухота. Видите ли, зубастые киты ловят большую часть своей добычи, оглушая ее акустическим ударом – вы ведь слышали, как много шума издают киты под водой? Кальмары для них менее доступная добыча, поскольку они глухи. Следовательно, звуковая волна не оглушает их, как это происходит с рыбами. Если бы кальмары могли слышать, эти громкие звуки, дезориентировали бы их; тогда, быть может, зубастые киты уже давно поставили бы кальмаров на грань исчезновения, если не уничтожили бы вовсе.

– Хм, – буркнул Посланник. – Тогда, раз уж вы сами признаете, что они не могут слышать, почему же вы считаете, что я поверю, будто вы зовете одну из этих тварей?

На этот раз Грациэла не смогла удержаться от смеха – чистого й звонкого.

– Прошу простить меня, Господин Посланник, – извинилась она, – но я думала, вы знаете об имплантантах. Каждый наш кальмар-студент имеет звукопроизводящее и слуховое устройство-имплантант. С виду он похож на металлическую шишку на их мантии; вы наверняка видели такое. Имплантанты трансформируют звуки в электрические нервные импульсы, которые передаются непосредственно в мозг кальмара. Они, конечно, не воспринимают это, как звук – они даже не знают, что такое звук. Но они воспринимают комплексную нервную стимуляцию, а после соответствующих тренировок учатся различать сигналы. Они даже могут отвечать, как вы слышали – вот для этого-то и предназначена наша школа кальмаров. Господин Юстас Мак-Кен упоминал об этом в своей речи, предшествовавшей речи мэра, но, возможно, вы этого не слышали.

Посланник издал возмущенное фырканье, словно он готовился сказать что-то еще более оскорбительное. Но тут он затих, словно у него горло перехватило на вздохе. Он осознал – как долей секунды раньше осознал это Трегарт – что внизу что-то происходит.

На экране сонара возник силуэт. Он светился все ярче по мере приближения к ним, становился все больше и больше с каждой секундой.

Силуэт двигался так стремительно, что Трегарт инстинктивно потянулся за своим гарпунным луком, висевшим сбоку. Впрочем, лук он так и не достал. Даже если бы и была такая необходимость, он просто не успел бы этого сделать. Стремительный поток воды ударил в борт саней; из бездны вырвалось серо-голубое обтекаемое шестиметровое тело – плоть без костей, – за которым тянулся шлейф щупалец раза в три длиннее самого тела. Там, где щупальца переходили в гигантскую голову, поблескивал внимательный немигающий глаз – больше, чем шлем Трегарта; и этот глаз пристально изучал трех людей в морских санях.

Одно из щупалец покороче завернулось назад, что-то делая с металлическим приборчиком, помещавшимся в мантии. Из механического устройства до людей донесся нечеловеческий, металлический голос:

– Несс здесь, Грациэла, – объявил ее любимый студент. – Человек-медуза здесь, почему?

Посланник издал такой яростный звук, словно собирался сплюнуть, и от этого его удерживал только шлем; но звук этот потонул в хохоте Трегарта. Человек-медуза! Каким точным было прозвище!

Но Кваггеру было вовсе не весело. Прежде чем возмущенные звуки, издаваемые им, успели перейти в не менее возмущенный рев, Грациэла поспешно проговорила:

– Несс! Человек друг, да! Ты быть тоже друг, да! Огромный немигающий глаз по-прежнему изучал их, щупальца медленно шевелились, удерживая их владельца на одном уровне с санями; кальмар взвешивал ее слова. Трегарт невольно подумал, что Несс в школьном бассейне и Несс здесь, в открытом море – это вовсе не одно и то же. Здесь была его, Несса, собственная территория, и люди, даже жители Восемнадцати Городов, оказывались здесь не более чем гостями, в конечном итоге чуждыми этой среде. Затем щупальца снова коснулись переговорного устройства и странный голос заявил:

– Человек-медуза друг, нет! Вонять плохо горячий, да! И кальмар, выпустив струю воды из сифона и слегка шевеля рудиментарными плавниками, отплыл в сторону. Он снова завис в воде на пределе видимости; его щупальца безвольно колыхались, словно гигантские голубовато-серые водоросли.

– Грациэла, – проговорил Трегарт, – не позволяй ему уплыть! Спроси его, знает ли он что-нибудь о рабочей субмарине.

Грациэла озадаченно посмотрела на него:

– Какая рабочая субмарина? Ты имеешь в виду ту, которую ты, как тебе показалось, видел там, позади? Я уже говорила тебе, что там не могло быть никакой субмарины…

– Спроси его, – жестко повторил Трегарт.

– Ну, хорошо…

Она переключила переговорное устройство и окликнула кальмара:

– Несс! Я задать вопрос, да! Ты видеть сегодня стальная рыба, да?

. – Несс видеть стальная рыба, нет, – ответил кальмар; его голос звучал, как замогильный.

– Спроси его, уверен ли он, – сказал Трегарт, но Грациэла только головой покачала:

– Разумеется, он уверен, – ответила она. – Несс не стал бы лгать.

– По крайней мере, сделай так, чтобы он подплыл поближе…

Но в это мгновение Посланник, наконец, справился со своим голосом; он ударил по кнопке внешней связи, и его яростные слова, казалось, прозвучали на весь океан:

– Не смейте! – прорычал он. – Пусть он и не думает приближаться! Что это вы, с ума сошли, что зовете сюда эту опасную тварь?

– Я только хотела, чтобы вы увидели кальмара в его естественной среде, а не в бассейне, – извиняющимся голосом проговорила Грациэла. – Никакой опасности нет, я заверяю вас в этом – хотя и не совсем понимаю, что хочет всем этим сказать сам Несс. Но все же я думала…

– Да вы вообще не думали! Этот монстр уже однажды бросался на меня! Я предупреждаю вас, если со мной что-нибудь случится, мое правительство не оставит это без последствий!

Кальмар, явно заинтересованный поднятым шумом, приблизился, вслушиваясь в незнакомые ему слова. Кваггер отшатнулся:

– Немедленно доставьте меня назад в купол! – приказал он. – Я составлю доклад в самых жестких выражениях. Я обещаю, вы еще пожалеете об оскорблении, нанесенном Консорциуму Пан-Мака!..


Глава 3

Присоединившийся к людям Несс вовсе не собирался никуда уплывать. Он следовал за морскими санями всю дорогу до Сити Атлантика, находясь все время на пределе видимости.

Трегарт не возражал. Зато явственно возражал Посланник Кваггер. Он упрямо молчал, как бы Грациэла не пыталась завести в ним вежливую беседу, каких бы тем дла разговора не предлагала. Истинный наследник скверных Мак-Кенов, подумал о нем Трегарт, наследник тех, кто терроризировал население громадных территорий Земли созданным Пан-Маком комплексом взаимосвязанных холдинговых компаний – истинных правителей западного полушария.

Когда перед ними замаячили желто-зеленые огни купола, Трегарт снова заговорил:

– Грациэла? Давай пройдем мимо доков. Я хотел бы посмотреть на мой корабль – конечно, если Посланник не возражает.

– Эта прогулка была устроена не за тем, чтобы развлечь вас, капитан Трегарт! – сварливо заявил Кваггер. – Я хочу вернуться назад, вовнутрь, как можно быстрее!

– Но время-то все равно получится одно и то же, – объяснила Грациэла, немного изменив направление. – Посмотрите, мы уже почти добрались.

Они действительно уже могли различить переплетение труб и колонн, окружавшее громадный НЕКСО-купол, казавшийся темнее на фоне огней Сити Атлантика. В доках стояло с полдюжины подводных лодок – маленьких, челночных, предназначенных для коротких рейсов, и огромных, способных проводить долгие месяцы в океанских странствиях. Ближе всего находилась самая большая субмарина – темная, обтекаемых форм, более сотни метров в длину. Бортовые огни ее были включены, что указывало на наличие команды на борту: шла проверка работы ядерных двигателей.

– Это моя! – с гордостью объявил Трегарт. – «Королева Атлантики». Сейчас происходит погрузка; через двадцать четыре часа я поведу ее в гавань Балтимор. Хотите, подброшу вас до дома, Посланник?

– Разумеется, нет, – возмущенно заявил толстяк. – Я вернусь на моей собственной воздушной яхте, «Кваггер

Один». И я вовсе не собираюсь в Балтимор – это владения моего двоюродного брата, генерала Маркуса Мак-Кена. Я полечу без остановок до моей собственной столицы.

На самом деле, он вовсе не смотрел на грузовое судно. Он смотрел мимо него, на другую подлодку более скругленных очертаний, сверкавшей обшивкой из НЕКСО. Вокруг нее двигались фигуры в скафандрах, методично проверявшие все швы и стыки пластин обшивки. Посланник даже задохнулся от волнения.

– Предательство! Низкое коварство! – воскликнул он. – У вас здесь военные корабли! Это разновидность нелегального наступательного вооружения! Вы нарушили свое слово – вы клялись, что ни один из Восемнадцати Городов не будет иметь своего военного флота!

Казалось, его вот-вот хватит апоплексический удар. Трегарт заговорил успокаивающе;

– О нет, Посланник, это вовсе не то, о чем вы подумали. У нас в Восемнадцати Городах нет военных кораблей – к чему они нам? На что они могли бы сгодиться?

– Я вижу это собственными глазами! – кричал Кваггер. – Следующее, что вы устроите – станете использовать такие субмарины для предательских нападений на мирные корабли Пан-Мака!

Мирные корабли! И это при том, что все знают: флот Пан-Мака оснащен стратегическими ракетами и лазерными пушками! Трегарт открыл было рот для резкого ответа, но Грациэла опередила его.

– Но «Тэтис» – исследовательская подлодка, Господин Посланник, – рассудительно проговорила она. – Она сможет погружаться глубже, чем любой из наших кораблей – ей будет командовать Вера Доорн, исполнительный офицер с корабля самого Рона. И все это ради исследования глубин – разве вы не помните, что я говорила вам об этом? Вот почему этой подлодке нужен специально усиленный корпус, особо прочная обшивка.

Любая другая субмарина на такой глубине будет просто раздавлена давлением.

– Да что вы говорите! – фыркнул Посланник. – Хорошо, предположим, что ваши слова – правда; можете ли вы дать гарантии, что никто из ваших недовольных не попробует захватить это судно и использовать его в военных целях?

– У нас нет никаких недовольных, – возразила Грациэла, и тут Трегарт вставил, наконец, свое слово.

– Такого просто не может случиться, – уверенно заявил он.

– А мне кажется, может,– ответил Посланник. – Ваши люди ужасающе беспечны. Где тут у вас силы безопасности? Кто угодно может прийти к вам, и никто его не остановит. В конечном итоге, вы уже позволили каким-то неизвестным украсть у вас рабочую подлодку!

Не человек, а просто какой-то ящик пандоры, сумрачно подумал Трегарт, никогда не знаешь, что ему взбредет в голову в следующий момент. Тут Же обеспокоенно заговорила Грациэла:

– О нет, вы не должны так думать. Верно, одной из наших рабочих подлодок нет сейчас – но почти наверняка виной этому просто какие-нибудь мелкие технические неполадки. Может, швартовы оказались не слишком прочными, и ее куда-нибудь отнесло течением. Это было несколько недель назад…

Но у Трегарта был более важный вопрос.

– Откуда вы знаете это? – резко спросил он.

– О, слухами земля полнится, – уклончиво ответил посланник. – А потом – вы и сами были весьма заинтересованы той подлодкой, которую, как вам показалось, вы видели там, в глубинах; разве нет?

– Я и правда. подумал, что это и есть та самая пропавшая, – признал Трегарт.

– Как бы то ни было, – вставила Грациэла, – ее просто не могли украсть. Это должен был сделать какой-нибудь человек – а из Сити Атлантика никто не пропадал.

– Хм, – буркнул Посланник; похоже, это было его любимым словом, которым он хотел показать, что вовсе не желает поддерживать этот разговор. Но тут он спохватился: – А этот ваш зверь – что он собирается делать?..

В его голосе зазвучала неподдельная тревога. Когда Грациэла и Трегарт обернулись, они увидели причину подобной встревоженности. Кальмар Несс подплыл к «Тетис»; действовал он по меньшей мере странно. Длинные щупальца судорожно вздрагивали, а он приближался все ближе – опасно близко – к облаченным в скафандры рабочим, которые проверяли герметичность корпуса подводной лодки. Но неподвижный взгляд его огромных глаз был устремлен вовсе не на них – на топливный цилиндр, который они в данный момент заводили в моторный отсек.

– Нет, Несс! – крикнула Грациэла. – Не трогать! Опасность здесь, да! Уходить, да!

Кальмар снова конвульсивно дернулся. Его торпедо-образное тело развернулось, круглые глаза были теперь устремлены на Грациэлу, но щупальца по-прежнему тянулись к топливному цилиндру.

Затем медленно, медленно Несс развернулся и поплыл прочь.

Грациэла глубоко вздохнула.

– Они пополняют запасы топлива на подлодке, – объяснила она, – Это высокоэнергетическое ядерное топливо, а кальмары по какой-то неизвестной причине в последнее время весьма чувствительны к присутствию радионуклеидов. Похоже, подобные вещества влияют на их рефлексы, изменяют их. Мне очень жаль, что это напугало вас, Господин Посланник…

Но Кваггер уже завелся, и успокоить его оказалось не так-то просто:

– Жаль! Так же, как вам было «жаль», когда это чудовище напало на меня в бассейне! С меня хватит этого, хватит, юная леди! Я хочу немедленно вернуться в купол!

Поскольку уж они зашли в купол через погрузочные доки, Трегарт воспользовался случаем ненадолго посетить «Королеву Атлантики», пообещав, что присоединится к Посланнику и Грациэле в подводном музее.

Когда он вернулся к ним, в нем что-то изменилось. Он молча слушал короткий рассказ Грациэлы о выставленных в музее экспонатах, но его взгляд неотрывно следил за Кваггером.

Посланнику было явно скучно. Он постоянно поглядывал на часы, покуда Грациэла демонстрировала ему одно спасенное сокровище за другим. Когда она дошла до седьмой амфоры – средиземноморские сосуды для вина древних времен – он не выдержал и перебил ее:

– Хватит с меня горшков, умоляю вас! Больше никакого гнилого дерева, которое когда-то могло быть килем корабля, никакого ржавого металла! Мусор есть мусор, юная леди. На суше мы достаточно повидали его, чтобы просто выбрасывать прочь. Мы не забиваем им музеи.

– Но, Посланник, – возразила Грациэла, – это драгоценные реликвии! Вы только посмотрите, например, на эту выставку!

Она указала на голографическое изображение, туманную и отдаленную картину. На картине, несомненно, было что-то изображено – что-то, что мерцало в бездонной темной Глубине. Несомненно, то был какой-то артефакт, но картинка была настолько расплывчатой, что точнее определить было невозможно.

– Эта фотография была сделана с автоматической подлодки, – гордо сообщила Грациэла. – Этому, быть может, сотня лет, а то и больше – быть может, это все, что осталось от подводного судна времен одной из Мировых Войн!

Посланник, нахмурившись, принялся изучать изображение:

– Любопытно, в каком состоянии ее ядерные боеголовки… – задумчиво проговорил он. – Но вы ведь не уверены, что это военная подлодка, так? Это только догадки.

– Но они не долго останутся догадками, – заявила Грациэла. – Это один из тех объектов, который должна исследовать в рамках своей рабочей программы Вера Доорн – когда она поведет «Тетис» на такую глубину, где еще никогда не бывала ни одна из наших субмарин…

Рон Трегарт уже почти не слушал ее. Результаты всей этой беседы – как и путешествия в целом – можно было предсказать без малейшего труда, подумал он; Грациэла не производила на Посланника ни малейшего впечатления. А у него еще оставался вопрос, который он должен был задать Кваггеру.

Глубоко задумавшись, Трегарт поотстал, в то время как Грациэла и сухопутный увалень продолжали идти среди рядов экспонатов. Он по-прежнему смотрел на голографическое изображение таинственного судна, которое сфотографировала подлодка-автомат. Объект действительно заслуживал изучения. Трегарт почти завидовал своему бывшему исполнительному офицеру: у Веры будет возможность управлять «Тетис» в исследовательском рейсе… Но его мысли все полнее занимало то, что сказала ему Джилл Даннер, когда он зашел посмотреть, как идут дела на «Королеве Атлантики». Что на этот раз задумали люди Пан-Мака?..

Он догнал остальных. Кваггер и Грациэла по-прежнему спорили; Грациэла демонстрировала Кваггеру остов карфагенской триремы, который они обнаружили всего год назад на Иберийском Плоскогорье, далеко к востоку от Хребта.

– …военный корабль, – говорила она, – возможно, сопровождавший галеры, перевозившие груз с оловянных рудников в Коруэлле. Это история, Господин Посланник! Ваш двоюродный дед, Юстас Мак-Кен основал этот музей. Он называл эти глубины склепом времени – здесь холоднее и спокойнее, чем в более мелких морях, нет воздействия волн и мало течений, способствующих разрушению затонувших объектов…

– Мой двоюродный дед Юстас Мак-Кен, – холодно проговорил Кваггер, – был сумасшедшим. Так же, как и все вы с вашим дурацким музеем и идиотскими глубоководными исследованиями.

– Но… но это научные изыскания, – пояснила Грациэла. – В море есть такие явления, которые никогда пристально не изучались, особенно то, что связано с глубинами более трех километров. Наши ученые говорят…

– Ученые! – почти выплюнул Кваггер; на его кукольном личике возникла гримаса с трудом сдерживаемого пренебрежения, почти презрения, – Неудивительно, что вы – настолько отсталый народ! Вы расходуете свои ресурсы на то, чтобы удовлетворять праздное любопытство.

Он сверлил Грациэлу взглядом.

– Наши ученые занимаются полезной деятельностью, пролаял он. – Никаких этих воздушных замков, никаких яйцеголовых умников, никаких идиотских рассуждений о науке во имя науки! Нам нужны результаты. Лучшее топливо! Новые машины! Более эффективные виды вооружений! Вот для чего годится наука, а вовсе не для того, чтобы расходовать время и деньги, занимаясь тем, что не интересно и не нужно ни одному здравомыслящему человеку!

И тут Трегарт понял, что настал миг для его вопроса. Он шагнул вперед, прочистил горло… И вежливо спросил:

– А космические путешествия?

На Доктора Посланника Саймона Мак-Кена Кваггера эти слова произвели поистине потрясающее впечатление. У него буквально отвисла челюсть, поросячьи, глазки вытаращились.

– Чт… что вы… – задохнулся он и с третьей попытки наконец выговорил, – о чем вы, черт вас побери, говорите?!

– До меня просто дошли кое-какие слухи, – легкомысленно заявил Трегарт. – Мои друзья с «Королевы Атлантики» рассказали мне о сообщении, переданном по радио с другого нашего корабля. Они говорили о том, что ваши люди собираются снова послать экспедицию в космос; только на этот раз это будет не автоматический зонд, а целый корабль, и придет он к комете.

Грациэла смотрела на него расширенными от удивления глазами:

– Исследовательский космический корабль, Рон? После всех этих лет? К комете? О нет, эти увальни не…

Трегарт еле заметно покачал головой. Она запнулась, не окончив фразы, и выжидательно посмотрела на Кваггера: что ответит он.

– Где вы это услышали? – взорвался толстяк. – Это секретная информация, молодой человек! Вас могут арестовать уже за то, что вы только упомянули Комету Сикара. Это очевидное нарушение всех правил безопасности…

Он умолк, вспомнив, что находится там, где требования безопасности Корпорации Пан-Мака не имеют действия.

Кваггер изменил тактику, пытаясь изобразить дружеское расположение; получилось весьма натянуто.

– Что ж, в общем-то, – проговорил он со своей маслянистой улыбочкой, – разумеется, мы же не такие варвары, чтобы прекратить все научные исследования. Мы просто настаиваем на том, чтобы они шли нам на пользу.

– А эта комета – как вы сказали, она называется, Сикара? – настаивал Трегарт. – Есть какие-то причины, по которым вы считаете эти исследования достаточно важными?

К Посланнику вернулась его прежняя самоуверенность и амбициозность. Его маленькое поросячье личико не выражало ничего, когда он беспечно проговорил:

– О, ну вы же знаете, как это бывает. Нельзя же вникать во все технические детали. Но – да, есть причины, почему наши затраты того стоят. Я только не уверен, что могу их вспомнить.

Затем он снова бросил взгляд на часы.

– О Боже, – дружелюбно проговорил он, – мне уже пора на презентацию – еще один маленький бюст, сделанный с меня самого, знак признательности за то чудесное гостеприимство, которое оказали мне ваши люди, на этот раз дар самому Городу, а не только вашему куполу. Я думаю, мне пора забрать и просмотреть памятные записи у моего amanuensis, Ньюта Блюстоуна, ха-ха.

Но Рон Трегарт не рассмеялся в ответ.

Он даже не последовал за Посланником, ковылявшим прочь на своих здоровенных ножищах, более всего напоминавших обрубки дерева. Трегарт весь ушел в свои мысли.

Впервые он услышал название Кометы Сикара.

Но ни он, ни кто-либо другой еще не слышал о Вечном, хотя оно бьшо так близко, что, казалось, стоило только протянуть руку…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю