Текст книги "Его сокровище (ЛП)"

Автор книги: Эмилия Росси

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

42

МАТТЕО

Я застонал, отталкиваясь от стола. Весь этот чертов день я провел в своем кабинете, разрабатывая планы для ложных поставок с Ромео и Доменико. Мы собирались сообщить нашим солдатам, что будем отправлять дополнительное оружие в город из нашего северного склада, чтобы компенсировать потерянную партию, но каждой группе сообщим один из пяти различных маршрутов. Мы отслеживали, какой маршрут будет перехвачен албанцами, чтобы понять, кого из наших людей стоит допросить.

Мы все еще дорабатывали стратегию, но прошло уже несколько часов с тех пор, как я утром попрощался с Софией. Моя медленно растущая одержимость женой вспыхнула, как лесной пожар, после той ночи, когда я был с ней. Мне нужно было прикоснуться к ней, обнять ее, убедиться, что она в безопасности.

Я резко объявил Доменико и Ромео, что на сегодня мы закончили – сославшись на ужин, как на оправдание – и выпроводил их из своего кабинета. Возбуждение охватило меня при мысли о вечере с Софией, и я взял большой подарочный пакет и направился наверх, в нашу квартиру. Я резко остановился, увидев ее на кухне с тремя моими людьми. Анджело, Энцо и Ромео столпились вокруг кухонного острова, в то время как София опиралась на ходунки с милой улыбкой на лице.

У меня перед глазами встала красная пелена.

Эта улыбка должна принадлежать только мне, а теперь она еще дарила ее другим мужчинам.

Первым меня заметил Анджело, он мгновенно выпрямился, его глаза расширились.

– Босс.

Энцо вскочил на ноги, выглядя чертовски виноватым, а Ромео остался на месте, склонившись над столешницей, и одарил меня дерьмовой ухмылкой. Единственная, кто, казалось, не замечала моей убийственной ярости, была София, которая пыталась встать.

Я раздраженно выдохнул. Это я должен подойти к ней, особенно после вчерашнего. Она успела подняться к тому времени, как я пересек комнату, и я сразу же обнял ее. Я хотел отругать ее за то, что не дождалась меня, но сначала мне придется убить троих мужчин.

Я держал Софию в кольце своих рук и повернулся к ним лицом.

– Почему вы в моем доме? – спросил я ледяным голосом.

– Нас пригласила прекрасная София, – сказал Ромео, вставая и вытягивая руки над головой.

Я не понимал, что этот ублюдок здесь делает. Он ушел из моего кабинета всего за несколько минут до меня.

– Я попробовала приготовить печенье по новому рецепту и пригласила их в качестве дегустаторов, – сказала София.

Я посмотрел на свою прекрасную жену. Ее волосы были заплетены в косу и обрамляли ее голову в виде короны, а глаза ярко светились от счастья.

Убийство трех мужчин на нашей кухне, вероятно, сделало бы ее несчастной.

Я окинул взглядом кухонный остров, который был идеально чистым, без какого-либо намека на печенье.

– А где же печенье? – спросил я, стараясь придать голосу теплоту, даже несмотря на то, что хмуро смотрел на своих людей, пока София не видит.

– О, – сказала она, ее глаза наполнились печалью. Я обхватил ее лицо ладонями, готовый уничтожить того, кто ее расстроил. – Боюсь, мы все съели.

Я закрыл глаза и попытался сдержать свою ярость. Эти ублюдки пришли в мой дом, провели время с моей женой и съели все мое печенье? Моя рука дернулась к пистолету, спрятанному за поясом.

– Просто шучу! – рассмеялась София. – Я бы не поступила так с тобой.

Я широко открыл глаза.

– Ты думаешь, это смешно, tesoro?

– Немного, – сказала она.

Моя рука скользнула вниз по ее телу, и я почти обхватил ее горячую маленькую киску, пока не вспомнил, что мои люди все еще здесь.

– Убирайтесь, – рявкнул я на них.

Энцо и Анджело выглядели счастливыми, и быстро ретировались, но Ромео усмехнулся, подходя к нам и целуя Софию в макушку. Я зарычал, пытаясь придумать, как убить его, не задев при этом жену.

– Спасибо, что позволила нам попробовать твои сладости, – сказал он, направляясь к двери.

– Спасибо за помощь, – крикнула она ему вслед. – Завтра вам предстоит попробовать несколько тортов.

Дверь закрылась, оставив нас одних.

Я поднял Софию на кухонный остров.

– Они здесь, чтобы охранять тебя, а не есть печенье. – Я обнял ее. – И если тебе нужен дегустатор, у тебя есть я.

– Но ты на работе, – сказала она, проводя пальцами по моему лицу.

Я нахмурился, ненавидя напоминание о том, что что-то может оторвать меня от нее. Мои руки сжались на ее бедрах.

– Я буду работать на кухне, когда тебе понадобится дегустатор.

София улыбнулась, но тут же улыбка исчезла, и мне показалось, что мир погрузился во тьму.

– Ты такой милый. – Она поцеловала меня в челюсть, и я в тот момент решил, что не против, если моя жена будет называть меня милым. – Но я знаю, что ты не всегда можешь быть здесь

– Мои люди здесь, чтобы защищать тебя, tesoro. Они не должны злоупотреблять твоей добротой.

Ее брови нахмурились, и она встретила мой взгляд своими ярко-голубыми глазами.

– Я пригласила их. – Ее голос был мягким, неуверенным. – Сначала они не хотели приходить, но я настояла. Это плохо?

Я ненавидел этот неуверенный взгляд на ее лице. Она никогда не должна чувствовать неуверенность, когда находится в моих объятиях.

– Нет. Ты не сделала ничего плохого. – Я вздохнул, снова поцеловав ее в лоб.

– Но тебе не понравилось, что они здесь.

Это было утверждение, а не вопрос.

Я ничего не ответил.

– Хорошо, – сказала она с натянутой улыбкой.

– Хорошо что? – спросил я.

– Больше не буду приглашать их. Мне жаль, что расстроила тебя. Просто… Здесь так пусто, когда тебя нет. Но ничего страшного.

Я ненавидел, как она заставила себя улыбнуться, ненавидел то, как отвела глаза, словно стыдится.

Этого я не потерплю.

Я схватил ее за подбородок и заставил встретить мой взгляд.

– Ты не должна извиняться, – процедил я сквозь зубы. – Ты должна была сказать, что тебе одиноко.

– Но это не твоя проблема, – сказала она.

Когда же она поймет, что все, что связано с ней, это моя проблема? Нет, моя обязанность – решать их.

– Завтра поедешь со мной на работу, – объявил я. – Твои охранники могут заходить в квартиру, но только если ты их пригласишь. И ты скажешь мне, если кто-то из них сделает что-то, что тебя расстроит или заставит чувствовать себя некомфортно.

Я поднял ее, удерживая руку под ее задницей, а другой обвивая талию. Я ухитрился схватить подарочный пакет. Я хотел переодеться и не собирался проводить ни секунды вдали от нее.

Она крепко обняла меня за шею, нежно поцеловав мою кожу.

– Но, tesoro, – сказал я, входя в спальню. Наша спальня, потому что она больше никогда не будет спать в чертовой гостевой комнате. – Если они когда-нибудь съедят мои лакомства, приготовленные для меня моей женой, я не смогу нести ответственность за то, что убью их.

София хихикнула, когда я аккуратно уложил ее на кровать. Я навис над ней с хмурым выражением лица. Она недостаточно серьезно воспринимала мою угрозу.

– Не волнуйся. Как будто бы я позволила им все съесть. – Она притянула меня к себе для поцелуя – второго, который она инициировала сегодня, – и что-то в моей груди смягчилось. – А теперь переоденься, чтобы я могла пообниматься с тобой.

Мой член дернулся от ее требования. Я приподнял бровь.

– Так ты разговариваешь со своим мужем?

Ее щеки покраснели, и она провела рукой по моим волосам.

– Думаю, ему это может понравиться.

Я зарычал, уткнувшись лицом в ее шею. Ее кожа была такой мягкой, а запах напоминал сахар и ваниль. Она хихикнула и оттолкнула меня.

– Переоденься сначала. – Ее пальцы пробежались по моему галстуку, словно она не была уверена, хочет ли меня отпустить.

– У меня есть идея получше.

Я отстранился от нее, чтобы снять одежду, бросив галстук через всю комнату. Затем я начал снимать с нее одежду, словно разворачивая подарок, наслаждаясь каждым новым дюймом обнаженной кожи.

– Сегодня у тебя полным-полно хороших идей, – поддразнила она.

– Значит, ты поедешь со мной на работу?

Я поцеловал ее шею и грудь, пока не дошел до ее мягкого животика. Я лизал и целовал его, уделяя особое внимание этой области после того, как она поделилась своей неуверенностью.

Она слегка заерзала, но не оттолкнула меня.

– О, у меня есть выбор, да? – сказала она.

– Нет, – прошептал я.

Она только мурлыкала, толкнув мою голову ниже. Я ухмыльнулся, обожая ее неожиданную уверенность.

– Что в пакете? – спросила она с волнением в голосе.

– Кое-что, что нам стоит попробовать, – ответил я, продолжая опускаться ниже по ее телу, пока не оказался на уровне ее киски, и погрузился в нее.

Я долго и медленно облизывал ее, застонав от ее запаха и вкуса. Ее пальцы перебирали мои волосы, и это заставило меня почти рычать от удовольствия. Я не мог насытиться. Я лизал и сосал, отмечая, что именно заставляет ее извиваться и стонать. Я был полон решимости узнать все о ее теле. Мне нужно было, чтобы она стала зависимой от меня так же, как я от нее. Она поглощала все мои мысли, хотя мы провели вместе одну только ночь. Разумная часть меня кричала об опасности, предупреждая не терять бдительность, не позволять ей проникнуть под кожу. Но было трудно противостоять, когда сладкий вкус ее киски был на моих губах.

– Попробовать что? – спросила она.

Я проигнорировал ее вопрос, слишком поглощенный ее сладостью, чтобы оторваться и ответить. Я обводил ее клитор языком, поддерживая устойчивый ритм, пока она извивалась подо мной.

– Маттео.

Голос Софии был прерывистым и отчаянным, ее хватка на моих волосах усилилась.

– Покажу тебе, когда ты кончишь, – прошептал я, вводя два пальца в ее киску, застонав от того, какая она теплая и влажная. Мой член подергивался, отчаянно желая погрузиться в ее тепло. Я должен был найти способ оставаться внутри нее все время.

Она застонала, а потом вскрикнула, когда я втянул в рот ее милый маленький клитор. Ее мышцы сжались вокруг моих пальцев, и я не смог удержаться, чтобы не потереться членом о простыни. Преякулят капал из кончика, как будто он так же отчаянно хотел оказаться внутри нее, как и я.

София тяжело дышала, приходя в себя после оргазма, выражение ее лица было мягким и расслабленным. Я вылизал ее начисто, наслаждаясь всхлипыванием и тем, как она дергалась под моими прикосновениями.

Провел носом по ее щели, испытывая желание начать все сначала, но затем она оттянула мою голову.

– Хочу увидеть, что в пакете.

Я ухмыльнулся, услышав требовательные нотки в ее голосе. Мне нравилось ее баловать.

Когда я поставил пакет на кровать, она нетерпеливо села. Ее руки прикрыли обнаженную грудь, и я тут же скинул их. Не позволю ей прятать от меня какую-либо часть своего тела, особенно ее идеальные розовые соски.

Ее брови нахмурились, когда она достала большую поролоновую подушку.

– Это подушка для секса, – сказал я, видя ее смущенное выражение. – Я заказал еще. Их доставят завтра.

Я планировал часто трахать ее и прочитал, что подушки облегчат боль в ее суставах.

Ее губы приоткрылись.

– Ты такой заботливый.

Я фыркнул.

– Да, очень заботливый.

Никакой корыстной цели здесь вообще нет.

Она улыбнулась.

– Ну, думаю, мне стоит ее использовать. – Она провела рукой по подушке. – Эмм, как это работает?

Я уткнулся лицом в ее волосы и рассмеялся. Весь стресс, накопившийся в течении дня, каким-то образом растворился.

– Позволь помочь тебе.

Я осторожно уложил ее на большую клиновидную подушку, мои руки не хотели отпускать ее. Ее попка была приподнята, грудь прижата к подушке, а руки вытянуты вперед. Я раздвинул ее ноги, обнажая половые губы. Она слегка покачала своей задницей, и мне пришлось схватить свой член, чтобы не кончить.

– Мне нравится, – сказала она. Она поднялась на колени, повернувшись ко мне. – И… У меня есть идея. – Она снова прикусила губу, и я нахмурился, освобождая ее от зубов.

– Что ты задумала, tesoro?

– Мы можем не делать это.

Я строго посмотрел на нее.

– Ладно, ладно, – вздохнула она. – Можешь сесть у изголовья кровати и раздвинуть ноги?

Я хотел потребовать, чтобы она рассказала мне все детали своего плана, но заставил себя уступить контроль, хотя бы на этот раз. Я сел у изголовья кровати, широко разведя ноги.

Она выглядела решительно, устанавливая клиновидную подушку между моими ногами. Я нахмурился, пытаясь понять, что она задумала.

Затем она легла на подушку так, что ее лицо оказалось прямо рядом с моим членом. Ее глаза неуверенно встретились с моими, затем она протянула руку и обхватила его своей маленькой ладонью. Я должен был подбодрить ее, сказать что-то, чтобы она почувствовала себя увереннее, но я был слишком занят тем, чтобы не кончить слишком быстро.

Тогда ее маленький розовый язык коснулся моего члена. Я громко выругался, и мои бедра неконтролируемо дернулись. Она хихикнула.

Хихикнула блять.

– Ты смеешься надо мной? – зарычал я.

Ее широко раскрытые глаза встретились с моими.

– Ни в коем случае.

Прежде чем я успел ответить, ее рот снова обхватил меня, но на этот раз она взяла головку моего члена в рот и засосала.

Я сжал простыни и стиснул зубы. Я не могу кончить спустя минуту.

Затем закрыл глаза, избегая соблазнительного вида Софии, жадно сосущей мой член.

Мои бедра снова дернулись, пытаясь проникнуть глубже в ее рот.

Думай о чем-то другом. О чем угодно.

Пытки.

Кровь.

Куча счетов на моем столе.

Бесполезно. Ее рот слишком хорош.

– Блять, блять, – простонал я.

София отстранилась, и мое тело заныло от потери.

– Я делаю все правильно? – спросила она.

– Да, – ответил я кратко.

Я обхватил ее волосы рукой и направил ее обратно к члену.

Она ухмыльнулась.

– Такой нетерпеливый, муж?

– Не играй со мной, жена, – зарычал я. Она хихикала, пока я не добавил, – Иначе в следующий раз я буду доводить тебя до края раз за разом, но не дам тебе кончить, даже когда ты будешь рыдать и умолять.

Она моргнула, а затем практически набросилась на мой член, втянув его до самого горла, пока не начала задыхаться. Она отстранилась, смахивая слезы. Я провел большим пальцем по ее щекам.

– Вот моя хорошая девочка. Ты сможешь принять меня.

Она моргнула, ее взгляд был таким доверчивым, когда я снова направил ее на мой член. На этот раз, когда она взяла меня глубоко, она лишь слегка подавилась, принимая меня до самого горла.

Моя хватка на ней усилилась, когда я почувствовал приближающийся оргазм. Я пытался удержаться, чтобы доказать своей невинной жене, что у меня больше выносливости, но затем она втянула щеки, рукой сжав основание моего члена, и все было кончено.

Я закричал, кончая ей в рот. Моя голова упала на изголовье кровати, и дыхание стало прерывистым. Это был лучший минет в моей жизни.

София наклонила голову.

– Не была уверена, понравится ли мне твоя сперма на вкус, но это не так уж плохо.

Я провел рукой по лицу. Она только что уничтожила меня, высосала душу из моего члена, и вот она здесь, небрежно анализирует опыт.

– А во время минета всегда быстро кончают? – задумалась она.

Я убрал руку с лица и уставился на свою жену.

– Что ты сказала? – мой голос был низким и темным.

Она встретила мой взгляд широко раскрытыми глазами, но ее губы слегка подергивались.

Она…

Черт. Она дразнила меня.

Она засмеялась, и я зарычал.

– Думаешь, это смешно?

– Может, совсем немного.

Я придвинулся ближе, обхватив ее лицо.

– Ты об этом пожалеешь, tesoro.

– Ах, да?

Я покачал головой, я скривил губы от усилия сдержать улыбку. Она собиралась встать с подушки, но я удержал ее, мое прикосновение было твердым, но нежным.

– Что ты…

Я не дал ей договорить, шлепнув ее по ягодице. Она повернулась, уставившись на меня с приоткрытыми губами.

– Ты только что шлепнул меня?

Я ухмыльнулся и снова ударил ее по другой ягодице.

– Может, после этого, у тебя пропадет желание дразнить мужа.

Она ахнула, когда я снова ее шлепнул.

– Не знаю, не совсем, выглядит как наказание.

Мой член снова встал при осознании того, что ей это чертовски нравится.

Я еще дважды шлепнул ее по заднице, прежде чем погладить ее по розовой, разгоряченной коже. Мои пальцы скользнули между ее ног. Ее киска была мокрой.

– М-м-м, моя непослушная девочка любит шлепки.

Она покачала головой и издала протестующий звук, но это только вызвало у меня дикую улыбку.

Я встал позади нее, проведя рукой по ее спине.

– Тебе удобно?

– Да, – вздохнула она.

– Ты скажешь мне, если будет некомфортно?

– Обещаю.

После этого я больше не мог сдерживаться. Сильнее схватил ее за бедра и вошел в нее. Она резко вдохнула, пока я ее растягивал, и понял, что вероятно, ей все еще было больно после вчерашнего. Я замедлил движения и провел рукой по коже, успокаивая ее.

– Хорошая девочка, принимает все, что я даю.

Ее задница покачивалась при каждом толчке, и даже после того, как я кончил всего несколько минут назад, мое тело снова дрожало от приближающегося оргазма. Я поменял нашу позу так, чтобы ее клитор терся о подушку с каждым толчком, пытаясь запомнить звук каждого ее стона и крика.

Наконец, она сжалась вокруг меня, и мы оба закричали, достигнув оргазма.

Я уткнулся лбом в ее спину, вдыхая ее запах.

Запоминая каждую чертову деталь.

43

СОФИЯ

– Мы выезжаем через десять минут. – Тон Маттео был резким, но его глаза скользнули по моему лицу, как будто он боялся, что я откажусь.

Он стоял рядом с кроватью – нашей кроватью – уже одетый в свой черный костюм и галстук. И выглядел очень сексуально.

Я потянулась, подняв руки над головой, игнорируя щелчки в плечах.

– Хорошо, муж. – Я спрятала улыбку, когда его плечи расслабились.

Как будто я могла отказаться проводить время с ним.

Как будто я могла отказать ему в чем-либо.

Черт, я была по уши влюблена.

Маттео наклонился и одним движением стянул с меня одеяло. Я вскрикнула из-за прохладного воздуха, коснувшегося моей голой кожи, но он лишь ухмыльнулся. Его руки скользнули вверх по моим бедрам, хищный взгляд не отрывался от моего лица, даже когда его пальцы слегка коснулись моей киски. Я уже промокла, и мне хотелось большего.

Его губы мягко прикоснулись к моим, но, когда я обвила его шею руками, чтобы притянуть ближе, он отстранился с тихим смешком. Я надула губы, возмущение охватило меня. Хотелось, чтобы он сорвал с меня нижнее белье и довел до оргазма своим ртом, пальцами или членом. Я была не привередлива. Но вместо того чтобы продолжить, он просто ласково похлопал меня по бедру и выпрямился.

– Маттео, – захныкала я.

– Одевайся, tesoro. Десять минут.

– Но… – Мой разум затуманился от возбуждения, но я все еще была слишком застенчива, чтобы выразить свои желания вслух, чтобы потребовать у него оргазм.

Он провел большим пальцем по нижней губе, и я нахмурилась. Он точно знал, что делает.

– Будь хорошей девочкой, и получишь награду. – Его слова вызвали дрожь по моей коже. Затем он подмигнул и вышел из комнаты.

На мгновение я захотела закончить то, что он начал, но у меня не было времени. И, несмотря на мучительность его игры, я была достаточно заинтригована, чтобы подыграть.

Я надела синюю клетчатую юбку длиной на несколько дюймов выше колен и шелковую кремовую блузку. Я посмотрела на свою инвалидную коляску, но решила взять ходунки. Мои колени и бедра сегодня были в форме, и я была уверена, что смогу без проблем дойти до лифта и обратно.

Маттео стоял, прислонившись к кухонному столу, хмуро глядя в телефон, а Нудл свернулся калачиком у его ног. Оба подняли глаза, когда я вошла. Я не смогла сдержать улыбку, когда мои мальчики обратили на меня внимание. Нудл сразу подошел ко мне и встал рядом на случай, если у меня закружится голова. Дрессировщики объяснили, что Нудл обучен держаться рядом и помогать мне сохранять равновесие.

Маттео присоединился к нам, перейдя комнату и убрав волосы с моего лица.

– Твои ноги сегодня не болят?

– Я чувствую себя хорошо. Готова заниматься важными мафиозными делами.

Его губы дрогнули в улыбке.

– Важными мафиозными делами, действительно. – Он нежно поцеловал меня в губы, а затем неожиданно шлепнул по ягодице. Улыбаясь, он протянул мне поводок и шлейку для Нудла.

– Ты сегодня в хорошем настроении, – сказала я.

Маттео просто напевал, когда мы вошли в лифт и направились на десятый этаж, все время собственнически держа меня за шею. Его кабинет занимал весь этаж – огромная комната с окнами от пола до потолка. Тремя этажами ниже располагались его сотрудники.

– Тебе здесь не одиноко?

Маттео фыркнул.

– Нет. Кроме того, этот этаж предназначен в основном для «мафиозных дел», как ты говоришь. Нижние этажи – наши законные предприятия – административные офисы различных отелей и недвижимости.

Я кивнула, осматривая комнату, и мое сердце растаяло, когда я увидела лежанку для собаки в углу.

– Ты купил лежанку для Нудла?

Маттео ничего не ответил, но был заметен слабый румянец на его щеках. Я прикусила губу, сдерживая улыбку, сняла поводок с Нудла, сжала его морду и поцеловала.

– Иди отдохни, пока мама работает. – Нудл пошел к своей лежанке, виляя хвостом, и сразу же свернулся калачиком на подушке.

Я повернулась к мужу и приподняла бровь.

– Здесь только одно кресло. – За его внушительным столом стояло единственное большое кожаное кресло.

– Я убрал второе. Люди чувствовали себя слишком комфортно здесь.

– Ты хочешь, чтобы люди чувствовали себя неуютно в твоем присутствии? – Я не стала указывать, что, видимо, он хотел, чтобы Нудл чувствовал себя комфортно.

– Я Дон, София.

Он сел в свое кресло. Даже сидя, Маттео выглядел внушительно, как король города. Мои щеки запылали, когда он провел большим пальцем по нижней губе.

Я подошла ближе.

– Значит, ты хочешь, чтобы мне было некомфортно?

Глаза Маттео потемнели, когда он медленно оглядел мое тело.

– Абсолютно нет. Ты моя королева. – Он обхватил меня за талию и посадил к себе на колени, все мое тело таяло от его прикосновения. – Теперь тебе комфортно, жена? – Его губы коснулись моего уха, и я задрожала, вспоминая прошлую ночь – его губы на других частях моего тела.

– Да, – сказала я, мой голос дрожал.

– Отлично. Ты – идеальное украшение для моего офиса, пока я работаю.

Мне не следовало бы возбуждаться и ерзать от его слов, от того, как он обращался со мной как с предметом, но я не могла перестать ерзать на его коленях. Его рука обвила мою талию, удерживая меня крепко.

– Но ты сказал, что я получу награду, – сказала я.

– Только если ты будешь хорошей девочкой и будешь сидеть тихо и спокойно, пока я работаю.

Из моих губ вырвался стон, и он усмехнулся, открывая свой ноутбук и просматривая почту. Я пыталась следить за тем, что он печатает, за множеством открытых таблиц, но мое тело становилось все более беспокойным и нуждающимся. Маттео молчал, усердно работая, но не смог скрыть свой твердый член, прижатый к моей спине. Мои трусики были совершенно мокрыми, пока я ерзала на нем. Маттео провел рукой по моему животу, пока не обхватил киску. Я застонала, выгибаясь к его руке, чтобы получить немного трения, что-то, что могло бы удовлетворить мою острую потребность.

– Ты ведешь себя как непослушная девочка, tesoro. Твоя маленькая киска такая горячая и нуждающаяся. Ты пытаешься отвлечь меня от работы?

Я покачала головой.

– М-м-м, я тебе не верю. Думаю, тебе нужно что-то, что удержит тебя на месте.

Мое дыхание ускорилось. Что он собирался делать?

– Держись за стол.

Он аккуратно переместил меня с колен, его руки оставались на моих бедрах, чтобы удерживать меня. Затем он поднял мою юбку и стянул трусики. Я лишь услышала звук молнии, и вот я снова на его коленях. Мои мысли спутались, и я не понимала, что он делает, пока Маттео не поднял меня за бедра и не прижался головкой своего члена к моему входу. Он опустил меня вниз в одно движение, и я громко вскрикнула, принимая его. Я была мокрая, но все равно ощущала приятную боль от того как глубоко он в меня вошел. Ждала, что он начнет двигаться, но он только обвил руку вокруг моей талии и вернулся к своим письмам.

– Что… разве ты не… – Я замолчала, слишком возбужденная и отчаянная, чтобы сформулировать связные предложения.

– Я предупреждал тебя, tesoro. Ты должна научиться сидеть спокойно. Теперь мой член удержит тебя на месте, пока я работаю.

– Но…

– Тс-с, мне нужно сосредоточиться, София.

Его строгий тон заставил мои щеки гореть, и моя киска стала такой мокрой. Я старалась сидеть спокойно, но не могла удержаться от тихих стонов. Время тянулось, я смотрела на тикающие минуты на компьютере Маттео, каждое мгновение казалось вечностью, пока я не смогла перестать двигать бедрами. Мне нужно было кончить.

– Маттео, пожалуйста.

Он шлепнул меня по бедру.

– Веди себя хорошо.

Рычание в его голосе был единственным признаком того, что он тоже не оставался равнодушным к происходящему. Я собиралась снова пожаловаться, когда зазвонил его телефон. Мои губы приоткрылись, когда он ответил. Я откинула голову на его плечо, не зная, хочу ли я кричать или плакать. Моя киска никогда раньше не чувствовала такого отчаяния.

– Поставка должна быть на складе завтра, Энцо. Никаких отговорок. – Голос Маттео был тверд, но его рука скользнула по моему телу, пока он не схватил мою грудь. – Скажи поставщику, что, если он не выполнит отгрузку в обещанные сроки, я лично научу его пунктуальности.

Я ахнула, когда Маттео ущипнул мой сосок сквозь рубашку. Я должна была быть в ужасе от его слов, от того, что он угрожал кому-то, играя со мной, но не могла найти в себе силы беспокоиться, когда он ущипнул другой сосок. Боль отозвалась прямо в клиторе, и больше не могла этого выносить. Я уперлась руками в стол, используя хватку как рычаг, чтобы приподняться на несколько дюймов над его членом и снова резко опуститься.

– Разберись с этим, Энцо. Мне стоит кое-кому преподать урок.

Мурашки побежали по моей коже, когда муж повесил трубку. Тяжелое молчание окутало комнату, и я прикусила губу.

– Это было так неприлично, tesoro, – его голос был смертельно опасен, истинный голос Дона мафии. Я задрожала, чувствуя легкий оттенок страха. – Вижу, тебе нужно много учиться, чтобы выполнять то, что тебе говорят. Не переживай, я буду настойчив, пока ты не научишься дисциплине.

О Боже, о Боже.

Я должна протестовать, должна отказать ему в праве так со мной разговаривать, но мое тело предало меня. Я издала полный желания стон, схватившись за его руку.

Маттео прижался лицом к моей шее, глубоко вдыхая.

– Но прямо сейчас нам нужно позаботиться о твоем наказании.

– Наказании?

– Да, София. Я не стал бы Доном, если бы позволил людям делать все, что им захочется. – Он придвинул нас ближе к столу, пока мой живот не оказался прижат к краю. Затем он положил руку мне на спину, прижав грудь к твердой поверхности стола.

– Возьмись за край стола.

Я выполнила его команду. Он отодвинул свое кресло, его член выскользнул из меня, оставив меня незаполненной и изнывающей. Стол был опорой для моего тела, но то, как его поверхность давила на верхнюю часть моих бедер, вызывало боль. Боль длилась недолго, потому что муж поднял меня достаточно, чтобы подложить подушку под мои бедра.

Его губы коснулись моего уха.

– Тебе так удобно, малышка?

Я кивнула. Похоже, мой муж скупил целый магазин подушек для секса, я чувствовала, что обо мне заботятся.

– Скажи мне, как только что-нибудь начнет болеть. Ну, кроме твоей задницы.

Его смех был мрачным и диким, когда он отступил, удерживая меня своей твердой рукой на спине. Другой рукой он шлепнул меня по заднице, и я вскрикнула от жгучей боли. Он не дал мне отдышаться, ударив по другой ягодице. Каждый удар ладони приносил вспышку удовольствия, и влага стекала по внутренней стороне моих бедер. Он продолжал, чередуя удары, пока моя кожа не стала горячей, а клитор не запылал и потребовал разрядки. Мои пальцы вцепились в край стола, я боролась с искушением потянуться назад – не знала, хочу ли прикрыть свою попку или притянуть его ближе.

– Это слишком, – закричала я.

– Ты справишься.

Он провел рукой по моей спине, это прикосновение успокаивало. Я полностью расслабилась лежа на поверхности стола.

– Хорошая девочка. Вот и все, просто отдайся мне.

Его шлепки становились легче, превращаясь в нежные прикосновения к моей коже. Мне казалось, что я плыву, когда он снял с меня юбку и блузку. Его пальцы наконец прижались к моему клитору.

– Ты абсолютно мокрая для меня, жена. Мне нравится твоя мокрая маленькая пизда.

– Пожалуйста, – умоляла я.

– Ш-ш-ш, ты была для меня такой хорошей девочкой. Я дам тебе то, в чем ты нуждаешься.

Его член прижался к моему входу, и я застонала, когда он вошел внутрь, но на этот раз не мучил меня. Он двигался быстро и жестко, его движения совпадали с моим собственным отчаянием. Я цеплялась за стол, когда оргазм накрыл меня, вырывая громкий стон из моих губ.

– Блять, я хочу записать этот звук, – простонал Маттео.

Он вошел еще пару раз, прежде чем кончить внутри меня. Он прижался к моему телу, и я наслаждалась его весом на своей спине, ощущая вибрации его быстрого сердцебиения и звуки его прерывистого дыхания.

– Ты прекрасно справилась, tesoro.

Удовольствие лишило меня слов, но я растаяла от его похвалы.

Если это и было важной мафиозной работой, то я готова так работать постоянно.

Он встал, одел меня, прежде чем поднять на руки. Как бы я ни любила тело своего мужа, именно его забота о мне заставила меня свернуться калачиком на его груди и насладиться его тихой похвалой.