Текст книги "Его сокровище (ЛП)"

Автор книги: Эмилия Росси

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 25 страниц)

Я прорычал, взяв ее за запястье и осторожно прижав к кровати.

– Не смей прятаться от меня. Никогда, tesoro. Я буду смотреть на тебя, когда захочу и сколько захочу. Твое тело принадлежит мне.

– Ну, тогда и тебе не нужно от меня прятаться, – сказала она, надув губы.

Она потянула мою рубашку, которая в данный момент не была застегнута.

Я усмехнулся, целуя ее надутые губы.

– Ой, ты будешь хулиганкой. – Но я оказал ей услугу, сняв с себя рубашку и наслаждаясь тем, как расширились ее глаза, когда она провела ими по моей груди.

– Тебе нравится то, что видишь?

– Да, – сказала она с озорной улыбкой. – Теперь это, – она дернула меня за штаны, и я шлепнул ее по бедру, но не смог ей ни в чем отказать.

Я снял с себя остальную одежду и лег на нее, наслаждаясь теплом ее кожи на своей. За эти годы я трахал множество женщин, но никогда ни с кем не чувствовал себя так интимно.

– Ты такая красивая, – мои губы скользнули по ее коже, пока я двигался вниз по ее телу, оставляя горячие поцелуи на груди и животе, пока не достиг киски.

Она напряглась.

– Ты собираешься… Я имею в виду, тебе не обязательно…

– София, – сказал я строго, – я буду есть твою киску, когда захочу. Поняла?

Она моргнула и закусила губу, сдерживая улыбку.

– Хорошо, муж.

Я застонал, вдыхая ее запах, потирая щетиной чувствительную кожу внутренней части ее бедра. У меня потекли слюнки, и я не мог больше сдерживаться. Я лизнул длинную линию от входа до клитора, застонав от ее сладкого и соленого вкуса.

Ей потребовалось некоторое время, чтобы расслабиться, но с каждым облизыванием, с каждым разом, когда мой язык кружил по ее клитору, она отпускала напряжение еще на немного, пока не схватила меня за волосы и практически не оседлала мое лицо.

– Вот так, детка. Ты хорошо используешь меня.

Я подвинулся так, чтобы обхватить ее задницу одной рукой, приподняв ее вверх под лучшим углом для того, чтобы я мог прижать палец к ее скользкому горячему входу. Проклятие сорвалось с моих губ, когда я почувствовал, насколько она узкая. Мой член дернулся при мысли о том, чтобы скользнуть в нее.

Я продолжал до тех пор, пока она не издала тихий стон. Я принял это за знак, что мне нужно ввести в нее второй палец. Она мгновенно напряглась подо мной.

– Ш-ш-ш, tesoro, я с тобой и тебе не нужно бояться.

– Извини, – сказала она. – Я веду себя глупо.

– Никакой спешки. Мы потратим столько времени, сколько нам нужно.

Мой ноющий член просил иное, но я собирался сделать ей приятно, даже если это убьет меня. Я бы истребил в ней желание любого другого мужчины, разрушил бы ее для кого-либо в будущем.

Она была моей.

София медленно расслабилась вокруг меня, и я начал двигать пальцами внутрь и наружу. Ее влажность становилась больше, пока она не залила мою руку и лицо.

– Моя девочка, – пробормотал я. – Так чертовски хороша для меня. Посмотри на себя, ты меня полностью намочила.

Она отвела взгляд, как будто была смущена.

– Нет, я сказал. Следи за мной. Я хочу видеть, как ты кончаешь.

– О, Боже, – сказала она, схватившись за мои волосы и плечо.

– Я твой Бог, – прорычал я.

Я продолжал работать пальцами, а затем втянул клитор в рот. Она вскрикнула, ее спина выгнулась на кровати от интенсивности оргазма.

– Хорошая девочка, – я еще раз поцеловал ее клитор. – Ты создана для меня, – я пробирался вверх по ее телу, чувствуя удовлетворение от ее ошеломленного выражения лица. – Послушная жена пришла ко мне.

– Заткнись, – сказала она, закатывая глаза, но на ее губах играла улыбка.

– Непослушная девчонка, так ты разговариваешь со своим Доном. Что мне с тобой делать?

Она со вздохом выгнулась на моем твердом члене.

– Я уверена, ты во всем разберешься.

Я схватил ее бедра, раздвинул их, прежде чем медленно ввести головку члена внутрь нее.

– Да, кажется, так и сделаю.

Черт, она была мокрой, горячей и тугой. Я качнулся еще на дюйм, и она резко вдохнула. Я обхватил ее лицо ладонями, глядя в глаза.

– С тобой все в порядке? Я причиняю тебе боль?

Она закрыла глаза и покачала головой, делая глубокие вдохи.

– Все нормально. Ты просто чувствуешься очень большим. – Ее глаза распахнулись, как будто она почувствовала мое самодовольное выражение лица. – Даже не начинай нести какую-то токсичную мужскую чушь.

Я поцеловал кончик ее носа.

– И не собирался.

Я качнулся еще немного, хотя и думал, что сдержанность меня убьет. Протянув руку между нами, я поиграл с ее клитором.

– Вот и все, – пробормотал я, когда ее киска расслабилась вокруг меня. – Просто дыши и впусти меня. Ты можешь взять меня. Ты создана для меня.

Мы оба застонали, когда я полностью вошел в нее. Мы смотрели друг другу в глаза, тишина между нами нарушалась только нашим тяжелым дыханием. Но тишина не казалась холодной или неестественной, особенно когда София провела пальцами по моим волосам. В этот момент мне казалось, что мир сжался до нас одних.

– Кончи еще раз для меня, – мой голос был хриплым и отчаянным.

Мое тело жаждало ее разрядки, ныло чертовски дико в ожидании ее оргазмов. Я желал знать, что являюсь причиной ее удовольствия.

– Такой властный, – сказала она, но затем ее губы приоткрылись от нехватки воздуха.

Я продолжал входить в нее, скользя большим пальцем по ее клитору, пока она не сжалась вокруг меня. Она откинула голову назад, открыв рот в экстазе.

Я не смог сдержать стон, когда вливался в нее.

София.

Моя София.

Мое дыхание было тяжелым, сердце практически выпрыгивало из груди.

– Ты что-то сделала со мной. Околдовала меня.

Ее губы были приоткрыты, глаза широко раскрыты, когда она смотрела на меня. Она была идеальна. Я хотел остаться внутри нее навсегда, но мне нужно было позаботиться о ней, убедиться, что ее тело не слишком болит.

Я неохотно вытащил член, жадно всматриваясь в то место, где моя сперма вытекала из ее идеальной киски.

– Это было… – София замолчала с мечтательным выражением лица.

Дикая ухмылка расплылась по моему лицу, когда я представлял, как наполняю ее снова и снова, пока она не забеременеет моим ребенком.

Я нежно поцеловал ее в губы, наслаждаясь ее сладостью, пока осознание не пронзило мою грудь, как ледяное копье. Я оттолкнулся от нее, мои ноги коснулись пола.

39

МАТТЕО

– Блять.

Я мерил шагами комнату, не зная, куда деть ту бешеную энергию, что овладела мной. София села, натягивая простыню, чтобы прикрыть свое тело. Я бы потребовал, чтобы она перестала скрывать свои идеальные формы, но сейчас все мои силы уходили на то, чтобы не сорваться.

– Маттео? – ее голос был неуверенным, едва слышным шепотом.

Горло сдавило, и я не мог ответить.

– Я… Что-то сделала не так?

– Что? – Я резко повернулся к ней. – Ты идеальна.

Мои слова вырвались гневным рыком. Как она могла сомневаться в себе, когда это был лучший блять секс в моей жизни?

Мягкая улыбка тронула ее губы, и это было похоже на солнце, пробивающееся сквозь облака. Тиски на моей груди ослабли.

– Тогда почему ты ходишь?

– Ты принимаешь противозачаточные?

Мой вопрос был слишком резким, но я не нашел в себе силы разговаривать с ней мягче, как она того заслуживала.

Ее губы приоткрылись, и она быстро заморгала.

– Нет. А должна? Мне жаль.

Я глубоко вздохнул.

– Я все испортил.

Я снова сел на кровать и притянул ее к себе.

– Ты не хочешь от меня ребенка?

Ее вопрос прозвучал с такой нежностью, что у меня защемило в груди.

Я крепко взял ее за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза.

– Больше всего на свете я хочу заполнить тебя своим семенем, пока ты не забеременеешь моим ребенком. Это моя мечта. Но… Безопасно ли это для тебя?

Я проклинал себя за то, что раньше не подумал об этом. Что, если беременность для нее опасна? Это никак не изменило бы мои чувства к ней, хотя и усложнило бы вопросы наследства. Впервые в жизни моя верность мафии перестала быть самым важным.

– Ох, – сказала она, закусив губу. – Наверное, я не знаю.

Я освободил ее челюсть, проведя большим пальцем по мягкой коже.

– Завтра мы поговорим с врачом и все узнаем.

Я расправил плечи. Хороший. План. Это то, что мне нужно, чтобы взять все под контроль.

София ничего не ответила. Ее пальцы вцепились в одеяло. Я нахмурился, взяв ее руки в свои. Меня снова поразило, насколько они меньше моих. Мои руки легко охватили ее.

– А что, если я не смогу? – Прошептала она.

– Значит так тому и быть.

Я провел пальцами по ее волосам и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

– Но тебе нужен наследник.

Она напрягалась под моими прикосновениями, и я нахмурился. Она была совершенно расслаблена и счастлива, пока я все не испортил. Я должен был это исправить.

Я снова встал с кровати, но на этот раз наклонился, чтобы подхватить жену. Она обхватила меня за плечи, как будто существовал хоть малейший шанс, что я ее уроню.

– Что ты делаешь?

– Иду в ванну, – сказал я, направляясь в туда. – Можешь сесть на стойку? Или мне взять твою коляску?

– Все в порядке, – мягко ответила она.

Я усадил ее и повернулся к ванне. Я хотел повторить наш вечер в ванне, но на этот раз все было бы гораздо лучше, потому что я мог прикасаться к ней. Вода должна успокоить любую боль, которую она чувствовала, и это хорошо, потому что мой член уже снова стал твердым.

Я включил горячую воду, прежде чем поискать под стойкой всякое дерьмо для ванны. Мой взгляд остановился на бутылке масла для ванн.

Лаванда.

Это было похоже на то, чего хотелось бы Софии.

Я выпрямился и протянул ей бутылку.

– Подойдет?

Ее брови нахмурились, но она кивнула. Я провел большим пальцем по ее лбу, разглаживая кожу.

– Что случилось?

– Извини, если разочаровала тебя.

Мое сердце замерло.

– Что?

– Если я не смогу иметь детей. И вообще, – она неопределенно указала на свои ноги, но движение ее руки переманило мой взгляд к ее киске, отвлекая меня на мгновение. Я моргнул, отводя глаза.

– Ты не разочаруешь меня. Даже не смей думать об этом. Я запрещаю.

Я посмотрел на нее, и, к моему удивлению, она хихикнула.

Взрослые мужчины падали бы на колени и умоляли о пощаде, если бы я так на них посмотрел. Но вот она, смеется.

Я провел руками по ее ногам.

– Кажется, ты меня не воспринимаешь всерьез, tesoro. Смеяться над своим Доном очень нехорошо.

В ее глазах вспыхнул жар.

– И что ты собираешься с этим делать?

Мой член дернулся, затвердев, и я застонал, прижавшись лбом к ее плечу. Я укусил ее.

– Возможно, мне придется тебя наказать.

Она обвила руками мою шею, нежно коснувшись затылка.

– Может быть, мне бы понравилось.

Я выругался и заставил себя отпрянуть от нее.

– Перестань меня отвлекать, – пробормотал я, поворачиваясь к ванне.

Звук ее смеха преследовал меня, пока я наливал масло для ванны.

Я сначала усадил ее в ванну, а потом устроился позади нее.

– Тебе удобно, tesoro?

– Да, – сказала она со вздохом, снова прижимаясь к моей груди.

Я провел руками по ее груди, прежде чем обхватить ее киску. Она всхлипнула, и я наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

– Насколько тебе больно?

– Эм…

– Будь честна, – сказал я, поглаживая ее сосок.

Она фыркнула и ущипнула меня за ногу.

– Ладно. Мне очень больно, потому что твой член огромный. Счастлив?

Я фыркнул.

– Блять, ты милая. Но нет, детка, я не счастлив, потому что тебе больно.

– Думаю, тогда тебе просто придется позаботиться обо мне.

Я еще раз поцеловал ее в щеку, нежно обхватив рукой ее горло.

– Полагаю, что так.

40

МАТТЕО

Ничто не могло отвлечь меня от Софии, кроме обещания уничтожить виновных в нападении на нее. После ванны она хотела поспать, и я уложил ее в постель, положив подушку между ее ног и обернув вокруг нее грелки. Она быстро уснула, и я слишком долго смотрел на нее, ненавидя мысль о том, что нужно уходить.

Но я должен был найти и убить предателя.

Я написал Ромео, чтобы он поднялся в квартиру, и через несколько минут он был здесь. Мне не хотелось уходить, если София вдруг проснется, и я ей понадоблюсь.

– Скажи, что ты выследил ублюдка, который сбежал, – сказал я.

Выражение его лица говорило само за себя, и ярость, которую я подавлял ради Софии, обрушилась на меня в полной мере.

– Как они узнали, где она? Арбен должен быть замешан в этом, а значит, он охотится за моей женой.

Мой голос становился все громче, пока я почти не закричал. Глаза Ромео расширились от моей вспышки гнева.

Я оглянулся в сторону нашей спальни, боясь, что разбудил ее. Когда ничего не услышал, то сел на диван, чувствуя, как усталость проникает в мои кости.

– Как она? – спросил Ромео.

Я тяжело сглотнул.

– Она в порядке. В этот раз. А что, если это произойдет снова, и я не смогу добраться до нее вовремя?

Собака высунула голову из своей кровати в гостиной и подошла ко мне, уткнувшись носом в руку. Я неохотно погладил его по голове. София весь вечер возилась с ним, говоря, что после того, как его травмировали, он заслуживает дополнительных угощений. По ее просьбе я приготовил ему яичницу.

Я вздохнул.

– Я не могу поверить, что Бьянки оказался предателем. Или, по крайней мере, что он работал один.

– Согласен, но не могу понять, кто был с ним заодно. – Ромео сел рядом со мной. – Мы могли бы попросить Франко расследовать наши собственные ряды, помимо установки ложных маршрутов.

Я кивнул.

– Делай. Нет ничего важнее, чем устранение албанской угрозы. Я займусь организацией ложных маршрутов завтра, и мы осуществим их в конце недели.

– Ты действительно собираешься просить у Рустика подкрепления?

– Черт, – пробормотал я. – Если я попрошу Пахана о подкреплении, это покажет, что я уязвим. Даже несмотря на наш союз, я ему не доверял. – Он настаивал на том, чтобы приехать в город. Говорит, что хочет лично проверить торговые маршруты.

Ромео встал и налил нам выпивку из барной тележки.

– Похоже на полную чушь.

Я взял у него виски.

– Согласен. Но это может быть кстати. Если мы пригласим его на следующей неделе, то поймем, нужно ли нам еще подкрепление. Если да, сможем обсудить это лично.

Ромео в знак согласия поднял бокал.

На меня накатила волна усталости. Я был настолько сосредоточен на том, чтобы убедиться, что София в безопасности, что не позволил себе почувствовать глубину своего страха. Но теперь все проигрывалось в моей голове: как испуганно она разговаривала по телефону, бесконечные минуты, прежде чем я добрался до нее.

– Я пойду в офис, – сказал я. – Разработаю планы для ложных маршрутов.

– Нет, fratello. Возьми выходной и проведи его с женой, – он крепко сжал мое плечо.

– А что, если я не смогу защитить ее?

Как только эти слова сорвались с моих уст, я пожалел о них. Не могу позволить себе показать трещины в броне, даже перед Ромео, человеком, с которым я вырос.

– Ты можешь, и справишься. Я знаю. Потому что ты всегда заботишься о близких тебе людях.

Я начал трясти головой, но Ромео обвил рукой мою шею.

– Ты не подвел их. Это не твоя вина.

Я допил свой напиток и встал.

– Поговорим утром.

Ромео вздохнул и встал.

– Я сам найду выход.

Я убрал пустые бокалы на кухню и взял собачье лакомство из контейнера на столе, бросив его Нудл. После многих лет, проведенных за ночными дежурствами, контролем за моим городом или сутулым сидением за столом в офисе, было странно идти в спальню, чтобы лечь спать. Еще более странно, что моя кровать была не пустой.

Я снял одежду и залез под одеяло.

– Все в порядке? – Пробормотала София, закрыв глаза, и повернувшись ко мне лицом.

Я провел рукой по ее волосам.

– Да, tesoro. – Она пахла лавандой, и я вдохнул, поправляя грелку, соскользнувшую с ее бедра. – Но мне нужно, чтобы ты оставалась дома, пока мы не уничтожим албанцев.

– Ты действительно думаешь, что они преследовали меня сегодня?

Я закрыл глаза и притянул ее к себе.

– Да. Но я защищу тебя. Я обещаю.

– Ты уже защищаешь меня лучше, чем кто-либо.

Мое сердце сжалось от ее слов. Я прижал ее к груди, надеясь, что это правда.

41

СОФИЯ

Нежные поцелуи в щеку вырвали меня из сна, и я издала недовольный звук.

– Прости, tesoro. Мне нужно идти в офис, но сначала доктор Амато придет к тебе.

Я покачала головой.

– Хочу спать.

Маттео рассмеялся, его губы коснулись моей шеи.

– Тебе даже не нужно вставать с постели. Она поговорит с нами о беременности, прежде чем мне придется уйти.

Это меня разбудило. Я быстро села, но, должно быть, сделала слишком резкое движение, потому что острая боль пронзила мое колено, как молния.

– Блять.

– В чем дело?

В голосе Маттео была паника.

– Все нормально, – я погладила его по руке. – Мое колено просто хочет выскочить из сустава. Мне нужно снова его перебинтовать и приложить лед.

– Сейчас принесу. – Он практически выбежал из комнаты, и мое сердце сжалось от его заботы.

Через несколько минут вошли Маттео, доктор Амато и Нудл. Я пискнула и натянула простыню, чтобы прикрыть свое обнаженное тело. Маттео выругался и побежал в шкаф за одной из своих футболок. Он надел ее на меня, затем отодвинул простыню, чтобы прижать пакет со льдом к моему колену.

Нудл схватил мою сумку с лекарствами с тумбочки и вложил ее мне в руку, а затем вскочил на кровать и положил голову мне на колени.

– Какой хороший мальчик.

Я почесала ему голову и проглотила утреннюю таблетку. С помощью Нудл я стала принимать их вовремя.

– Извините за вторжение, – улыбнулась доктор Амато, наблюдая за поведением моих парней. – Маттео сказал, что у вас есть вопросы ко мне.

– Может ли навредить беременность здоровью Софии? – спросил он.

Я подняла брови.

– Сразу к делу, я так понимаю.

Доктор Амато села на стул рядом с кроватью.

– Это не моя область знаний. Я провела небольшое исследование и обнаружила, что у людей с СЭД действительно более высокий риск некоторых осложнений при беременности, но нет никаких оснований полагать, что вы не сможете выносить ребенка.

Я взяла руку Маттео и крепко сжала, он сжал мою руку в ответ.

– Какие осложнения? – он спросил.

– Снова повторюсь, я не эксперт. Но в исследованиях, которые я прочитала, говорится о возможном повышенном риске преждевременных родов, кровотечений и кесарева сечения. Но исследование также показало, что беременность хорошо переносится женщинами с гипермобильным СЭД. Если и когда вы забеременеете, мы позаботимся о том, чтобы у вас было необходимое специализированное медицинское обслуживание для вас и вашего ребенка.

Маттео обнял меня, и я прислонилась к его плечу. Я вздохнула с облегчением, но тут меня осенила новая мысль.

– Будет ли у моего ребенка СЭД?

Доктор Амато задумчиво посмотрела на меня.

– Согласно тому, что я прочитала, вероятность того, что ваш ребенок унаследует СЭД, составляет около пятидесяти процентов. Конечно, как вы знаете, степень проявления симптомов может сильно варьироваться. Невозможно заранее сказать, будет ли у вашего ребенка СЭД, и как это может на него повлиять.

Моя грудь сжалась, когда я пыталась переварить все, что она сказала. Было так много неопределенности, и я не знала, как с этим справиться. Я посмотрела на Маттео, но его лицо сохраняло обычное непроницаемое выражение.

– Спасибо, Ария, – сказал он. – Мы свяжемся, если у нас появятся еще вопросы.

Доктор улыбнулась мне и попрощалась перед уходом.

Маттео посадил меня к себе на колени.

– О чем ты думаешь, tesoro?

Я возилась с его галстуком, пытаясь собраться с мыслями.

– Я всегда хотела стать мамой, – я с трудом сглотнула. – Но что если… что если наш ребенок будет таким же, как я?

Он погладил мои волосы и поцеловал в лоб.

– Нам повезет, если ребенок будет таким, как ты. – Я открыла рот, чтобы уточнить, что он имеет в виду, но он меня перебил. – И, если у нашего ребенка будет СЭД, мы позаботимся о том, чтобы он получил лучшее медицинское обслуживание.

Слезы навернулись на мои глаза.

– Но сделает ли это меня плохой матерью, если я передам свой синдром ребенку?

Мила никогда не хотела детей и не понимала, почему я так сильно хочу стать мамой. Я сама до конца этого не понимала, но всегда мечтала о детях и хотела растить их в любящей, счастливой семье – такой, которой у нас не было. А после заботы Маттео обо мне и интимности прошедшей ночи, я страстно желала завести ребенка с ним. Увидеть, как он станет отцом. Я могла справиться с любыми осложнениями при беременности, если бы мой ребенок был в порядке.

Маттео обхватил мое лицо и провел большим пальцем по щеке.

– Ты никогда не сможешь быть плохой мамой.

– Что бы ты подумал, если бы у нас был ребенок, пользующийся инвалидной коляской? Особенно, если бы это был мальчик? – надавила я.

Маттео пожал плечами.

– Тогда он бы пользовался инвалидной коляской.

– Но что подумают другие? Они не примут его как Дона.

Маттео нахмурился.

– Да черт с ними. Синдром не сделает его менее способным, и я убью любого, кто скажет иначе.

Его слова ослабили напряжение в моей груди. Услышать, как он защищает нашего будущего ребенка, защищает меня как инвалида-колясочника, значило для меня все. Я еще сильнее прижалась к нему.

– Такой кровожадный.

– Все ради тебя. И ради любых детей, которых нам посчастливится иметь. – Его рука опустилась мне на живот, и впервые я не почувствовала тревоги из-за своих складок на животе. Я представила, как мое тело наполняется новой жизнью, и задумалась, может ли мой «Список желаний» стать реальностью.