Текст книги "Королева льда (ЛП)"

Автор книги: Элис Кова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

– В любом случае, – Херрон, казалось, почувствовал напряжение и продолжил, – мы последовали за толпой. Одна группа отделилась от остальных и заговорила о лодке на реке, как о спасении от резни. Они не стали возражать, когда некоторые решили присоединиться к ним. Мы сели в нее с намерением сойти в Райзене, но…

– К тому времени, как мы добрались туда, там уже сожгли все корабли Соляриса, – закончила Реона.

– Как вам удалось сбежать? – спросила Эйра, скрывая своё любопытство по поводу состояния Райзена за сочувствием к ним. – Райзен был в основном нетронутым, если не считать нападения на корабли Соляриса?

– Вовсе нет. – Херрон вздрогнул. – Город горел, и им управлял человек, который, по их словам, был помазан богиней.

Ульварт.

– Он определённо выглядел так, – добавила Реона. – Ни магия, ни оружие не могли его коснуться. Казалось, что всё от него отражается.

– Отражается? – с любопытством переспросила Эйра. У Ульварта не было магии… разве что ему удалось снова открыть свой канал? Стоит узнать, с чем ей придётся столкнуться по прибытии. Хотя вероятность получить чёткие ответы от родителей была невелика, учитывая, как мало они знали о «Световороте».

– Мы не стали ничего выяснять. – Реона покачала головой.

– Да мы и не хотели. Мы были сосредоточены на выживании. – Что-то в тоне Херрона навело Эйру на мысль, что он считает, будто она расстроится из-за того, что они не провели расследование. Эйра прикусила язык. Любое замечание, которое она сделала бы о том, как Ульварт уничтожил бы их одним взглядом, было бы оскорбительным.

– Там были те, кто грабил реку, так что нам пришлось двигаться быстро, – продолжила Реона, – но каким-то образом мы выбрались в Большой залив Меру. Оттуда нам удалось добраться до порта Парта.

Эйра знала этот город: он был одним из последних крупных городов в южной части Меру. Парт был логистическим центром для таких ресурсов как меха и древесина из более крупного города – Хокоха. Доставлять их таким образом в Райзен было быстрее, чем по суше.

– Я так понимаю, Столпы не добрались до Парта? – спросила Эйра.

– Судя по тому, что мы видели – нет, – ответил Херрон. Эйра сразу же засомневалась в этом после Офока. Хотя, возможно, Ульварт применил там свою силу, потому что знал, что если она попытается сбежать по воде, и это будет либо там, либо в Райзене.

– Люди из Квинта приняли нас. Судов, идущих в Солярис, не было, и оставаться в Меру дальше казалось небезопасным. Мы не хотели ждать и смотреть, что будет дальше, – сказала Реона. – Они сказали, что у Квинта долгая история принятия беженцев, и позволили нам остаться на борту. Что Квинт по большей части город мореплавателей, и они найдут способ отправить корабль обратно в Солярис.

Эйра удержалась от того, чтобы не заметить, что если их целью было обеспечить себе безопасность, то они выбрали странное место, отправившись подальше от Соляриса, от Меру, куда Солярис, скорее всего, направил бы войска, чтобы отомстить, в город-государство, которое постоянно находилось в опасности из-за своего более крупного соседа. Но, каким бы невероятным это ни было, их выбор удался. Потому что она была здесь, сейчас.

– Как тебе удалось сбежать? – обратился к ней Херрон.

– И как ты стала ассоциироваться со страшной королевой пиратов? – в ужасе прошептала Реона. Она двинулась быстрее, чем Эйра успела отреагировать, упав на колени и схватив руки Эйры. От этого контакта и широко раскрытых, слезящихся глаз матери, Эйра была ошеломлена и на мгновение замолчала. – Мы так старались спасти тебя от этой клеветы. От слухов и мифов, которые, как мы опасались, будут преследовать тебя на каждом шагу. Прости нас за то, что мы потерпели неудачу.

Реона прижалась лбом к костяшкам пальцев Эйры, судорожно дыша. Эйра всё ещё была слишком потрясена, чтобы реагировать. Часть её хотела утешить мать. Другая часть хотела сказать родителям, что она действительно «участвовала» в подражании на королеву пиратов и наслаждалась каждой минутой этого. Что «ужасная Адела» стала для неё отчасти матерью, отчасти наставницей.

Но Эйра сдержала свои словесные позывы. Она хотела мира с ними больше, чем осознавала, когда пришла.

– Всё в порядке, – подбодрила она. Надеясь, что когда они разойдутся, думая об одном и том же, то это будет хорошо. Чем больше она это говорила, тем больше понимала, что это всё, чего она хочет. Она хотела, чтобы всё было в порядке настолько, чтобы она могла забыть об этом раз и навсегда. – Я отправилась в противоположную от вас сторону – в Офок. Это город к северо-западу от Меру, по другую сторону реки. Я тоже сбежала на корабле, а потом мне удалось найти другое судно, более пригодное для плавания. Мы пришли сюда, чтобы доставить Лаветт и Варрена – единственных выживших участников от Квинта.

Эйра решила умолчать о некоторых моментах, связанных с Аделой. Всё, что она сказала, было более или менее правдой… настолько правдой, насколько им нужно было знать.

– Важно то, что с нами всеми всё в порядке. – Снова прозвучали те слова, сказанные мягко, словно она обращалась к ребёнку. Эйра крепче сжала её руку и подняла лицо матери, чтобы ободряюще улыбнуться, чувствуя, что роли поменялись. – Ты нашла дядю?

Реона покачала головой, отводя руку, чтобы подавить всхлип.

– Мы пытались, но не увидели его, – сказал Херрон.

– Я уверена, что с ним всё в порядке, – сказала она более уверенно, чем чувствовала себя на самом деле. Ничто нельзя было гарантировать, но… – Если мы все смогли выжить, то я уверена, что и он смог.

– Да, я уверена. – Реона улыбнулась, более ярко и с надеждой, чем следовало бы… но Эйра не собиралась гасить это пламя. Вместо этого она улыбнулась в ответ и ничего не сказала, пока её мать продолжила. – Какое облегчение видеть тебя здесь… знать, что ты в безопасности.

– Неужели? – Эйра не могла сдержать вырвавшиеся у неё слова. Она так хорошо держалась, но они вырвались сами собой.

– Конечно. – Глаза Реоны расширились. – Как ты могла подумать иначе?

– Вы не слишком беспокоились о моей безопасности после смерти Маркуса. – В её словах было больше холода, чем ей хотелось бы, но пути назад уже не было. Как бы ей ни хотелось покоя, а отчасти она действительно стремилась к нему, Элис была права: лучше покончить с этим.

– Эйра… – начал Херрон.

Она оборвала его взглядом.

– Не говори со мной в таком тоне. – Ее мать в ужасе отстранилась. От ее шока Эйра похолодела. – Не говори со мной так, словно я капризный ребенок.

– Разве ты не этим занимаешься? – Он нахмурился.

– Нет. Я пытаюсь поговорить с вами обоими о том, как вы сделали мне больно. Вы были нужны мне тогда. Вы были нужны мне потом, но вас не было рядом.

– Мы горевали. – Реона встала. – Наш единственный сын умер.

– А ваша дочь была жива. – Или вы никогда обо мне так не думали? Она не могла заставить себя задать этот вопрос. Даже после всего, после того, через что она прошла и чему научилась. Это было слишком. – Вы были мне нужны, – повторила она ещё более отчаянно, чем в прошлый раз. – Я была одна и напугана. Я винила себя каждую секунду, каждую минуту, каждый час, каждый день за его смерть.

– Нам жаль. – Реона тяжело опустилась на кровать. Несмотря на то, что она произнесла слова, которые Эйра надеялась услышать, они не вызвали у неё тех чувств, на которые она рассчитывала. Они не сняли напряжение, которое сковывало её с того момента, как она вошла. – Я едва могла есть. Едва могла двигаться… Что я могла для тебя сделать?

– Быть рядом со мной, – ответила Эйра, хотя и подозревала, что вопрос был риторическим. – Я знаю, что во многих отношениях я была не той дочерью, которую вы хотели, но… – Херрон открыл рот, чтобы заговорить. Эйра подняла руку, чтобы остановить его. – Давайте будем честны друг с другом, хорошо? Я больше не ребёнок. Я знаю правду обо всём.

– Обо всём? – тихо прошептала Реона. Эйра задумалась, не вспомнила ли она об Аделе. О таинственном символе, который был прикреплён к груди Эйры в младенчестве и каким-то образом, о чём её родная мать даже не подозревала, определил судьбу Эйры.

– Обо всем, – повторила Эйра, позволяя им самим додумывать. – Я знаю, что вы оба делали всё, что могли, но бывали моменты, когда этого было недостаточно. Временами я хотела лишь той же поддержки, которую вы оказывали Маркусу, но так и не получила её. Я чувствовала себя второй, недостойной, а иногда и нелюбимой.

Как только она произнесла эти слова, Эйра ощутила себя легче. Она смогла выпрямиться и дышать чуть свободнее.

– Конечно, мы тебя любим. – Лицо Херрона покраснело от обиды. – Мы взяли тебя к себе, вырастили… мы пересекли моря, чтобы посмотреть, как ты выступаешь, чтобы подбодрить тебя.

– Я благодарна вам за это, – сказала Эйра. – Правда. Но бывали моменты, когда мне нужно было гораздо больше, и я видела, что вы можете мне дать это. Я просто не была достойна ваших усилий. – Эйра встала, чувствуя, что разговор окончен. Она подошла к матери, которая в шоке подняла глаза, когда Эйра наклонилась и нежно поцеловала ее в лоб, словно Реона была ребенком. – Но, несмотря на все это… я люблю вас обоих. Я знаю, вы сделали все, что могли, с тем, что вам дали… с тем, кто вы есть.

– Эйра, – прошептала мать, хватая за её руку, словно пытаясь удержать. Цепляясь за то, что, возможно, было их последним совместным мгновением. Может быть, какая-то часть её всё ещё цеплялась за ту девочку, которой когда-то была Эйра. Когда у них ещё был шанс стать настоящей семьёй.

Эйра слегка улыбнулась.

– Я позабочусь о том, чтобы вы благополучно добрались до дома.

– А ты? – спросила Реона.

– Мне надо кое-что сделать, – серьёзно ответила Эйра. – Я не могу вернуться в Солярис… наверное, ещё какое-то время. Но когда я смогу, то вернусь. И я постараюсь увидеться с вами обоими.

Она говорила серьёзно, и, возможно, они тоже это поняли, потому что их потрясённые взгляды сменились чем-то более похожим на спокойное смирение. Эйра протянула руку отцу. Он перевёл взгляд с её руки на лицо, ища что-то. На секунду ей показалось, что он откажется от её мирного предложения. Но, в конце концов, он взял её руку, и они крепко пожали друг другу руки.

– Спасибо вам за всё, что вы для меня сделали, – мягко сказала Эйра.

– Мы действительно тебя любим, – сказала Реона, и Эйра поверила, что она говорит искренне.

– Я знаю. Берегите себя и будьте счастливы. – С этими словами Эйра ушла от них. Она тут же услышала приглушённый всхлип, бормотание отца. Торопливые обрывки фраз. Но они не последовали за ней вниз по лестнице. Эйра остановилась на последней ступеньке, оглянулась, гадая, не побегут ли они за ней, чтобы умолять вернуться домой. Чтобы отругать её в последний раз.

Но они не сделали ни того, ни другого.

Все было кончено.

Они всегда будут частью её прошлого, но они больше не имеют отношения к её настоящему. Как и раны, которые они оставили. Они наконец-то могут зарубцеваться навсегда, и с каждым шагом краснота от воспаления будет исчезать.

Элис болтала с солдатом, когда появилась Эйра. Каллен стоял рядом с ней.

– Нужна сладкая булочка? – не моргнув глазом, спросила она. – Лу говорит, что знает хорошее место, где подают липкую булочку, которая есть только в Квинте, но, кажется, это не совсем то.

– Не нужна. – Эйра вдохнула свежий воздух. – Но, думаю, почему бы и нет.

Глава 7

Дом Лаветт занимал весь верхний этаж одного из высоких зданий в центре Квинта. Он состоял из нескольких комнат с высокими потолками и большим количеством штор, чем дверей, и казался просторным и открытым. Стены из медовой штукатурки отражали свет позднего дня, окрашивая каждую комнату в тёплый золотистый оттенок.

С высоты здания, с широкой веранды, опоясывающей его снаружи, открывался панорамный вид на весь город-государство: от волнорезов, защищавших Квинт от океана и противостоящих ему военно-морских сил, до далёкой стены на западе, отделявшей его земли от Карсовии.

Эйра, Элис и Каллен, облизывая пальцы, заляпанные сахаром, поднялись по многочисленным лестницам в апартаменты Д’Астр. Как только они прибыли, Лаветт быстро ввела их в курс дела, рассказав о том, что они пропустили, и провела для них экскурсию по родному дому, объяснив, как комнаты распределены между ними.

Каждый из них по очереди отдыхал и приводил себя в порядок. Сделав то же самое, Эйра прошла через центральную общую зону и вышла на самую широкую часть веранды, расположившись в самой дальней точке и осматривая город, как с носа корабля.

Завитки магии щекотали её ладонь, словно невидимая рука пыталась переплести свои пальцы с её. Эйра оттолкнулась от перил локтями и повернулась лицом к Каллену.

Брюки тёмно-синего цвета низко сидели на его бёдрах, удерживаемые на месте широким поясом. То, что выглядело как клетчатое одеяло или шарф, было

обёрнуто вокруг его плеч. Под брюками и шарфом виднелась часть живота. Его руки тоже были на виду.

Он тихо усмехнулся, проведя рукой по всё ещё влажным волосам. Нормальное купание в пресной воде было роскошью, недоступной на кораблях, и они все по очереди наслаждались ею.

– Тебе нравится то, что ты видишь?

– Жизнь на корабле была добра к вам, лорд Дроуэл.

– Каллен, пожалуйста. – Он поморщился от звука своей фамилии, словно ему было странно и неприятно её слышать. Эйра слишком хорошо понимала это чувство. – Или… любимый. Так тоже принимается.

Она тихо рассмеялась и покачала головой. Её взгляд снова устремился на город. Краем глаза она заметила, что он сделал то же самое, и его взгляд смягчился. Во время их прогулки за булочками они не говорили ни о чём важном, сосредоточившись на передышке, на притворной нормальности.

– Кстати, о фамилии… Ты узнал о нем? – спросила она так деликатно, как только могла, спрашивая о мужчине, который никогда ей особо не нравился.

– Ни слова. – Он не стал уточнять, и Эйра оставила это без внимания. Какой бы ни была правда, в Квинте её не найти. – Хотя, если говорить о семьях…

Эйра скрыла гримасу. Она сама начала этот разговор, и с его стороны было справедливо продолжить его.

– С тобой все в порядке? Ты пришла сюда, чтобы побыть одной после ванны.

– Мы все заняты своими делами. – Эйра жестом указала внутрь, где Дюко сидел с Вороной на одном из широких диванов в общей зоне. Оливин и Йонлин все еще приводили себя в порядок. Элис сразу же ушла вздремнуть, как только увидела кровать. Лаветт и Варрен тоже уединились.

– Наверное, потому что мы впервые можем находиться на расстоянии более сорока шагов друг от друга, – задумчиво произнёс он.

– Возможно.

– Ты хочешь, чтобы я отошёл от тебя на сорок шагов? – Он приподнял брови.

Эйра покачала головой.

– Ты можешь присоединиться ко мне. Здесь много перил.

– Даже перил, которые находятся примерно в сорока шагах отсюда.

– Знаешь, я начинаю думать, что ты хочешь быть подальше от меня.

– Хорошо, позволь мне доказать обратное. – Он встал рядом с ней, соприкоснувшись локтями, когда наклонился вперед. Это прикосновение почему-то напомнило ей о том, как их костяшки пальцев впервые соприкоснулись в Райзене. Щекочущее счастье от этого воспоминания было отяжелено событиями на носу корабля, где он был ее молчаливым спутником в их трауре. – Серьезно, Эйра, как все прошло?

– Они были такими, как всегда. – Эйра вздохнула и позволила себе расслабиться. С ним ей по-прежнему было слишком легко… даже инстинктивно. – Какими я никогда не хотела их видеть…

– Мы все закрываем глаза на недостатки родителей. – Каллен мог говорить об этом по собственному опыту. – Мы никогда не хотим видеть их такими, какие они есть. Это значит признать их недостатки… Даже у тех, у кого были самые лучшие родители, наступает момент, когда ты понимаешь, что они не те идеальные люди, какими мы их себе представляли, и признаёшь, что не можешь полагаться ни на кого, кроме себя.

Эйра хмыкнула, предполагая, что это правда. В глубине души она надеялась, что родители опровергнут её ожидания. Несмотря на то, что на протяжении многих лет на каждом шагу они показывали ей, кто они на самом деле.

– Но мне, честно говоря, на них наплевать. Ты то как?

– Я в порядке. – Она была благодарна ему за то, что он не стал ей перечить, потому что она говорила серьезно. – Я чувствую, что… всё кончено. Они не исчезнут из моей жизни навсегда, но и не являются её частью. Они не имеют надо мной никакой власти… они мне не нужны. Но это также означает, что я поняла, что мне не нужно полностью их исключать. Это…

– Сложно, – закончил он за нее.

– Полагаю, ты испытываешь те же чувства по отношению к своему отцу. – Каждое слово было произнесено с особой хрупкостью. Эйра взглянула на него краешком глаза. Его лицо было каменным, но не исказилось и не сморщилось.

Каллен кивнул.

– Отчасти я надеялся, что он будет там. Но другая часть меня… – Он издал звук, похожий на фырканье, – считает, что к лучшему, что его там не было. Я начал задумываться, что бы я сказал ему, если бы у меня была такая возможность. Каким бы он мог увидеть меня сейчас.

– И? – Ей было мучительно любопытно.

– У меня есть много подходящих слов. – Каллен мрачно усмехнулся, его глаза затуманились и пристально посмотрели на далекий горизонт. – Но, в конце концов, я сделал собственный выбор. Мне следовало быть более мужественным и постоять за себя. Я не могу винить его во всем.

– Посмотри-ка на себя, ты стал брать на себя ответственность. – Она толкнула его плечом.

– Я знаю, просто шок. – Каллен опустил голову и скользнул взглядом по прядям ее волос, выбившимся из привычного пучка.

– Когда-то такое уже было.

– Было, – повторил он, и на его лице появилась недоверчивая улыбка. Она задумалась, не думает ли он тоже о том, как далеко они зашли.

Разговоры о семье, о выживших и погибших, заставили Эйру вспомнить о Ноэль. В горле у неё было ещё солоно от слёз, которые она отказывалась проливать сегодня.

– Несправедливо, что мы оба здесь… что моим родителям, из всех людей, удалось оказаться здесь, а её нет.

– В её смерти много несправедливого. – Каллен выпрямился и оглядел город.

– Ей бы здесь понравилось. – Слова едва слышно долетели по ветру, пронеслись над крышами к далёкому горизонту, где акварельное небо сливалось с темнеющим морем.

– Она бы сказала нам, что Норин лучше.

Каллен фыркнул, сдерживая смех. Какое-то время даже улыбка казалась предательством по отношению к её памяти. Смех был практически запрещён среди них, но, похоже, со временем лёд таял.

– Она бы так и сделала, – согласился Каллен, смотря на горизонт, как только ему удалось взять себя в руки. – Она была абсолютно уверена, что права, и мы все с этим согласны.

– Совершенно верно.

Тишина тянулась, казалось, целую вечность. В лучах заходящего солнца она почти слышала его мысли. Только когда на дальних зданиях начали мерцать огни, отражая в сумерках ранние звезды над головой, он заговорил снова.

– Ты знаешь, это не твоя вина, – прошептал он.

– Не надо, – твёрдо сказала Эйра, выпрямляясь, чтобы посмотреть ему в глаза. – Не надо, – повторила она мягче, но так же непреклонно. – Ты хранишь её смерть и память о ней по-своему, позволь и мне хранить на свой лад.

Каллен, казалось, собирался возразить, но передумал, когда её многозначительный взгляд заставил его замолчать. Он со вздохом отвернулся от раскинувшегося перед ним города. В его голосе прозвучала удивительная уверенность, когда он произнес:

– Пойдем, прогуляемся.

Эйра издала удивленный звук и приподняла брови.

– Мы в новом городе, впервые за несколько недель от нас не воняет, и в наших карманах по-прежнему полно золота Аделы. – Он ухмыльнулся. – Почему бы нам не прогуляться?

– Нам нужно оставаться сосредоточенными.

– На чем?

Уголки её губ дрогнули от волнения, когда она услышала этот вопрос.

– Нам нужно убедиться, что наш корабль будет готов к отплытию, когда мы захотим. Что он будет должным образом отремонтирован и пополнен припасами, чтобы у нас было всё необходимое. И что мы можем сделать ещё, чтобы заключить союз с Квинтом и вернуться на помощь Меру.

Эйра считала на пальцах, перечисляя всё, чего она хотела добиться.

Каллен ободряюще сжал её пальцы.

– Сегодня вечером ничего из этого не будет сделано. Разве что мы купим кое-что из припасов, но не здесь. Нам всё равно придётся выйти.

– Ты можешь быть упрямым, ты знаешь это?

– Кажется, я тебе нравлюсь таким, какой есть, – ухмыльнулся он, и в угасающем свете Эйра заметила, что Каллен выглядит увереннее, чем раньше.

Глава 8

Вечерний воздух, принесший с собой прохладу с моря, рассеял влажность, которая оседала на городских стенах, словно граффити. Эйра наслаждалась свежим бризом. Для такого тесного города Квинт был очень удачно расположен рядом с океаном.

Группа разделилась. Дюко, Ворона и Фен решили пойти на рынок в доках и поискать материалы, которые могли бы понадобиться для корабля. Эйра дала им возможность купить всё, что они посчитают необходимым. Она всё ещё осваивалась в руководстве кораблём и доверяла Вороне гораздо больше, чем себе, в том, что касается следующего этапа их путешествия.

Лаветт и Варрен ушли, чтобы встретиться с другими выжившими после турнира. Эйра ненадолго задумалась о том, чтобы присоединиться к ним в знак солидарности, но в итоге решила, что её присутствие принесёт больше вреда, чем пользы. Эйра знала, насколько нелогичной может быть вина выжившего. Одному из них было бы слишком легко спросить, почему она, случайная девушка из Соляриса, оказалась в Квинте, а их близкие – нет.

Это означало, что ей, Каллену, Йонлину, Оливину и Элис придётся исследовать город вместе. Лаветт указала им общее направление, в котором, по её мнению, они должны были двигаться, а остальное зависело от них самих.

Их шаги эхом разносились по мощеным улицам, словно барабанный бой, пульсирующий под какофонией рынка, на который они вышли. Это была огромная площадь, на которой располагались всевозможные лавки. Товары были разложены в деревянных шкафах под широкими навесами, прикрепленными к стенам зданий. В центре площади были установлены палатки, создававшие туманный лабиринт из ткани и жары. Они шли по этому роскошному месту, напрягая все чувства, чтобы рассмотреть, понюхать и послушать все, что попадалось на глаза.

– Я пойду, поищу новый блокнот, – объявила Элис.

– Ещё один? – спросила Эйра. – Разве ты не купила его в бухте Чёрного Флага?

– Купила, но он уже заполнен. – На губах Элис появилась робкая улыбка. – Кроме того, я думаю, что уже готова начать писать саму историю.

– О? Значит, я могу быть уверенной, что нас больше не будут использовать в исследованиях?

– Ты всегда будешь исследованием. – Улыбка Элис не внушала оптимизма. Эйра сдержала гримасу, не желая расстраивать подругу. Но, похоже, ей это не удалось, потому что та расхохоталась. – Знаешь, некоторым было бы лестно, если бы их увековечили.

– Я уверена, что найдётся кто-нибудь получше, – сухо сказала Эйра. – Я дам тебе знать, если кого-нибудь найду.

Элис фыркнула.

– Только представь, как будет выглядеть вторая книга.

– Я ещё даже не сформулировала свои мысли по поводу первой книги.

– Она скоро будет опубликована.

«Опубликована». Это слово засело в голове Эйры, но она не могла понять почему. Конечно, она хотела этого для своей подруги… хотела, чтобы Элис добилась успеха во всём, за что бралась. Но мысль о том, что Элис опубликует книгу, казалась… какой-то неправильной.

Пока Эйра пыталась разобраться в себе, вмешался Йонлин:

– Знаете, я думаю, что у нас есть друзья друзей, которые владеют типографиями в Райзене. Правда, они больше специализировались на бумажных брошюрах с новостями. – Он бросил взгляд на Оливина, который кивнул.

– Если предположить, что они еще не загнулись. – Слова Оливина были тихими и мрачными. Их едва было слышно даже Эйре, которая стояла рядом с ним. В его смягчившемся взгляде читалась настоящая боль.

Йонлин либо не услышал, либо проигнорировал их, потому что быстро повернулся к Элис, ещё более воодушевлённый.

– Но я уверен, что у них есть выход к книгопечатникам, если они не могут сделать это сами. И мне кажется, что у нас есть еще выходы на переплётчиков…

Их разговор затих, когда Йонлин и Элис пошли в противоположную сторону. Эйра заметила, что рука Йонлина как-то неловко дёрнулась. Словно он хотел взять Элис под руку, или взять её за руку, или даже положить ладонь ей на бедро, но не мог решить, что именно. И, вероятно, не знал, будет ли этот жест воспринят положительно.

– Мой брат безнадежен. – Оливин с забавным выражением лица остановился рядом с ней. – Он никогда раньше ни к кому не проявлял интереса. Ему не хватает опыта.

– Пока он не причиняет ей вреда. – Эйра была уверена, что её тон развеял все сомнения в том, что, несмотря на какие-либо отношения с Оливином, не помешают ей выбрать сторону Элис, если до этого дойдёт.

– Он никогда этого не сделает, по крайней мере, нарочно.

Она в принципе была согласна. Если не брать в расчёт её подозрительность, Йонлин был хорошим парнем. Честно говоря, он был лучше Оливина или Каллена, что делало его в какой-то мере достойным Элис. Она не смогла сдержать смешок и лёгкую улыбку. Элис заслуживала только самого лучшего.

– О чем думаешь?

– Думаю о том, насколько влиятельна ваша семья, – солгала она, вместо того чтобы признаться в своих истинных мыслях.

– Мы были одной из самых знатных семей… до Ульварта. – Его глаза наполнились тоской, в голосе звучала ненависть. – Если бы моя сестра не предала нас, наша жизнь была бы совсем другой. Возможно, мы выросли бы в ближайшем окружении королевы.

– Возможно, это и к лучшему, что этого не случилось. – Эйра взяла Оливина под руку и увела прочь от этого места и, будем надеяться, от воспоминаний о том, как в конце турнира взорвалась шкатулка королевы Люмерии.

– И почему же это так?

– Не думаю, что члену «ближнего круга королевы» понравится, если кто-то из его окружения будет близок с пиратом. – Или, если уж на то пошло, будет заниматься пиратством.

Глаза Оливина весело заблестели.

– В этом и прелесть власти, Эйра. Когда она у тебя есть, ты сам устанавливаешь правила.

– И какие правила ты бы установил?

Он замолчал, и на его лице отразилась эмоция, почти похожая на тоску. Вопрос внезапно стал казаться гораздо серьёзнее, чем она предполагала.

– Когда я был моложе, у меня было много идей о том, как сделать Меру лучше. Возможно, из-за того, что меня предал лидер Мечей Света, людей, поклявшихся защищать Верных Ярген, и я чувствовал себя таким оскорблённым, меня охватило праведное негодование, и я составил список того, что бы я изменил, если бы мог. Именно это в первую очередь привлекло меня во Двор Теней.

– Правда? – Эйра с удивлением осознала, что они никогда особо не говорили о его мотивах присоединения к Теням. Она всегда предполагала, что это было исключительно из-за его потребности отомстить сестре, Уинри. И это, вероятно, так и было, но были и другие причины.

Оливин кивнул.

– Денея предположила, что мою ненависть можно использовать во благо. Не думаю, что сейчас это имеет значение, учитывая положение Меру. Сомневаюсь, что в ближайшее время мне придётся общаться с аристократами или членами королевской семьи.

– Поверь мне, ты, скорее всего, ничего не теряешь. Быть рядом с королевской семьёй – это не то, чем кажется, – вмешался Каллен, удивив её вдвойне. Эти двое парней нормально общались, но обычно они не старались утешить или подбодрить друг друга.

– Я поверю тебе на слово. Не могу сказать, что у меня когда-либо была такая возможность. – В тоне Оливина прозвучала окончательная нотка, которая заставила их закончить разговор. Но Эйра не могла не задаться вопросом, пока они осматривали прилавки.

Хотел бы он этого?

***

Она оставалась лидером по умолчанию, переводя их от одной лавки к другой. Между ними было естественное соперничество. Когда один из них подходил слишком близко, другой почтительно отступал, внезапно увлекаясь чем-то другим. Затем, когда приближался другой, первый отступал. Эйра старалась не оказывать никому из них слишком много внимания. Отношения между ними тремя всё ещё оставались неопределёнными.

В последний раз, когда они говорили о своих чувствах, они оба решили, что «поживем-увидим». Это была возможность для неё исследовать и познать пути своего сердца. Они знали друг о друге и были довольны этим. Затем они отправились в Карсовию, и там случились шахты. С тех пор всё было…

Поставлено на паузу Эйрой.

Сначала Эйра успокоилась при мысли о Ноэль, но теперь ее взгляд упал на кинжал, лежавший на столе в дальнем конце рынка. В нем не было ничего особенного. Он был без украшений. Но на навершии была выгравирована маленькая змейка, обвившаяся вокруг рубина такого крошечного размера, что он был похож на каплю крови. Эйра видела такое оружие вблизи в шахтах Карсовии. У всех охранников они были прикреплены к поясу.

– Вам что-то понравилось? – произнес незнакомый голос, вернув ее к настоящему. Мужчина с бритой головой наклонился в дверном проеме позади прилавка, Эйра была уверена, что его там не было, когда они подошли. Тени казались длиннее, более зловещими, поскольку они облепляли его. Он был одет в том же стиле, что и Каллен – свободные брюки, без рубашки, вязаный шарф был накинут на плечи и грудь. На его бледном теле были вытатуированы тёмно-синие линии. Казалось, что они двигаются, как ленты, в мерцающем свете рынка.

– Возможно, – уклончиво ответила Эйра, возвращая внимание к кинжалу, на который она только что смотрела. Надеясь, что ошиблась, она позволила магии погрузиться в лезвие. Ей едва удалось скрыть содрогание, мгновенно пожалев о принятом решении, когда из прошлого донесся отрывистый приказ и крик. Кончики ее пальцев лежали на краю прилавка, их покрыл иней. – Больше любопытно, откуда у вас кинжал из шахт Карсовии.

В тот момент, когда эти слова сорвались с её губ, Каллен и Оливин напряглись. Перемены в их поведении, несомненно, были заметны только ей.

Мужчина лишь улыбнулся.

– Считайте это трофеем. Напоминанием о личном триумфе.

– Триумфе? – Многое зависело от того, что он скажет дальше.

– Как использование его против моих угнетателей.

– И вы расстанетесь с ним? – Эйра всё ещё не была уверена, что может поверить ему на слово, и держала магию наготове.

– Нет… – Он взял оружие со стола и убрал его в ножны. – Я просто ждал, когда оно привлечёт внимание подходящего покупателя. И, похоже, это вы.

– С чего вы так решили?

– Вы кажетесь мне человеком, которому понравится использовать оружие Карсовии против них. Заходите, – он жестом пригласил внутрь, – мои лучшие товары внутри.

Эйра задумчиво постучала пальцем по столу.

Его светлые глаза забегали по сторонам, словно выискивая кого-то, кто мог оказаться слишком близко. Его голос понизился.