Текст книги "Тонкости зельеварения (СИ)"

Автор книги: Элина Литера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

Глава 11. Ведьмино Дерево

Лорд Крамс намекнул, что к середине лета ожидает мой ответ. Бургомистр задумал уйти осенью, и после Осеннего Равноденствия заседание Старейшин выберет преемника. Лорд Крамс хотел бы прийти на заседание примерным семьянином.

Горожан одолевала жара, и многие поспешили покинуть город, укрываясь на природе от раскаленного камня. Мне было некуда ехать, и я привыкла гулять днем по набережной между парком и рекой.

На поляне к Дню Середины Лета установили Ведьмино Дерево – высокий столб, украшенный цветами и лентами. Парни и девушки из простолюдинов устраивали игры вокруг столба. Я села на скамью в отдалении и принялась наблюдать. Здешние традиции отличались от наших, и я не совсем поняла смысл игры, но заметила, что в какой-то момент парни кидались ловить девушек, а те с визгом от них разбегались.

Интересно, сколько из них в кругу подружек судачат, как грубы и нечутки их мужчины? Сколько из них с холодком в груди ждут ночных свиданий и терпят их ради вот таких дней?

Я помнила разговоры девушек в академии, когда они обсуждали своих парней. Они жаловались на неумелость кавалеров, но шли встречаться с теми же студентами снова. Но только ли в умениях дело? Влюбленные парни и смотрели на своих подруг иначе, и держали за руку, и веселились вместе в парке и на вечерах, и заботились не потому что так положено, а от души. Где-то внутри ворочалась мысль о том, что девушки страдали с неумелыми кавалерами ради любви, а я терплю равнодушие ради зеркального трюмо и театрального сезона.

Но я одернула себя. Моя домашняя лаборатория и наборы трав для зелий бедняков тоже оплачены лордом Крамсом. Готова ли я от всего этого отказаться?

И я внезапно поняла, что ни обстановка квартиры, ни рядок бутылей на зеркальном трюмо, ни мощеная улочка с фонарями за окном, ни еда из рестораций, которую доставляли в мою столовую, больше не приносят удовольствия, стоит мне подумать о моем "кавалере". Домашняя лаборатория… впрочем, где-нибудь в провинции я завела бы такую лабораторию даже на небольшие деньги от продажи зелья горожанам. Говорят, при некоторых лекарских практиках есть уже устроенные места. В оперу приезжала бы раз в полгода в большой город.

Я смотрела на гомонящую молодежь и пыталась вспомнить, когда в последний раз так же искренне веселилась, как они. Я не могла бы и представить себе, чтобы лорд Крамс с радостным хохотом поднял бы меня на руки.

Я помнила, как Брэд щекотал меня, а я взвизгивала, смеялась и отбивалась подушкой. Против боевика у меня не было шансов, но он поддался, и получив пару ударов на каменным плечам отнял подушку, перехватил мои запястья, принялся целовать.

Дэн был сдержаннее, он проявлял внимание иначе. По молчаливому согласию мы с Дэном не появлялись вместе среди студентов, но иногда гуляли по университетскому парку в темноте, целовались под деревьями, и как-то раз я выпустила вокруг Дэна рой мелких жужжащих светлячков, он смешно их ловил, я направляла их то за ухо, то за шиворот, Дэн объявил, что меня следует наказать за такие фокусы, а я хихикая убежала в кусты, погасив все светлячки. Дэн зажег свой, тусклый и слабый, но направленный на человеческое тепло, быстро меня нашел, перегнул через колено, задрал юбки и стал наказывать. Дальше двух шлепков не выдержал ни он, ни я. Светляк он разумно погасил. Панталоны я на наши прогулки не надевала после того, как однажды пришлось искать их по кустам, а обнаружили висящими на нижней ветке дерева, и Дэну пришлось подсаживать меня, чтоб снять этот штандарт наших удовольствий.

При этих воспоминаниях внутри что-то шевельнулось. Не в сердце, нет. Мое женское естество решило напомнить, что оно все еще существует. Ни с Брэдом, ни с Дэном мы не были влюблены друг в друга. Мы не стремились проводить всё время вместе, мы не мечтали об общем будущем, но мы умели приносить друг другу радость. Умели и хотели.

– Ах, я сама была такой когда-то, – матрона с маленьким песиком присела на другой конец скамьи и отвлекла меня от воспоминаний. – Вы тоже вспоминаете молодость, глядя на танцы у дерева, не правда ли?

Молодость? Вспоминаю? Мне двадцать лет!

Я кивнула матроне, поднялась со скамейки и медленным шагом, вдыхая теплый воздух, дошла до ряда лавок и магазинчиков, где продавались милые женские вещицы. Схватив в ближайшей голубой шарф я подошла с ним к зеркалу. Шарф мне был неинтересен. Я всмотрелась в свое лицо.

Девушки у Ведьминого Дерева если и были младше меня, то ненамного, год-два, не больше. Женщина в зеркале никак не могла назваться молодой. Ни упругая кожа, ни ровный овал не искупали проступавшую сквозь черты усталость от жизни.

Я вернула шарф на место и отправилась домой.

Я долго сидела в кресле и пыталась собраться с мыслями. Стоило ли все, что я вижу вокруг, таких жертв? Впрочем, если бы я не попробовала красивой жизни, я бы считала себя обделенной. Наверное… Но теперь я и вправду обделена. Могу ли я посчитать, что год назад совершила ошибку?

Так ничего и не придумав, я принялась готовить новую порцию зелья для тех, кому во сто крат горше, чем мне.

Назавтра пришел лорд Крамс. – Итак, Мадлен, что вы решили? Если вам интересны какие-то дополнительные условия нашего брака, я готов их обсудить, любые, кроме кутежей и других мужчин.

Демоны, демоны! На лице Пита, когда он впервые пришел звать Адель прогуляться по улице в булочную Джима Широкого, была целая гамма чувств, а лорд Крамс смотрит на меня, будто ожидает, когда приказчик в магазине назовет ему цену желаемого приобретения. Впрочем, почему будто…

– Лорд Крамс, меня не интересуют ни кутежи, ни другие мужчины.

Демоны! Меня его стараниями мужчины вообще не интересуют! Но я держала лицо, когда говорила: – Я признательна вам за все, что вы для меня сделали, но я не думаю, что наш брак будет удачным. Мы слишком разные и не сможем составить счастья друг друга.

Лорд Крамс позволил себе приподнять бровь. – Вот как. Удивлен. Я счел, что вы с радостью перемените свой статус. Возможно, я ошибся.

Я развела руками. – Мне стоит паковать вещи? – Зачем? – удивился лорд. – Пока я не нашел другую кандидатуру на место моей супруги, вы можете оставаться моей мистресс. – Благодарю, лорд Крамс.

Вежливый оборот выскочил сам – неплохо меня вымуштровали преподаватели этикета. Но лорд в ответ лишь кивнул и направился в ванную.

Летом ночи коротки, но это ночь была самой долгой в моей жизни.

Утром, проводив лорда Крамса, я оделась и прогулялась через три квартала в недавно открывшуюся кондитерскую. Хозяйка заведения сама вынесла свежие булочки и предложила попробовать варенье ее собственного изготовления. Я села на веранде с обратной стороны здания с видом на клумбы роз и заросли черемухи. Я подставили лицо солнцу – непозволительно для светской леди, которая должна беречься от загара, но я как магичка-травница могу позволить себе легкий персиковый оттенок.

Я не хотела больше ночей с лордом Крамсом. Если я расстанусь с ним сейчас, мне придется упаковать половину нарядов в кофр, остальные продать вместе четырьмя гарнитурами драгоценностей – такие роскошные украшения мне будут ни к чему. Для лаборатории нужно купить три или четыре ящика, набить их опилками и уложить туда склянки и реторты… Еще недавно мне казалось, что я легко проделаю все это, если на кону будет стоять третий класс зельеварения.

Я влила крошку в руну на запястье и полюбовалась на появившуюся в воздухе зеленую цифру "три" с брызгами искр от завитков на концах. Вот он, мой третий класс, он достался мне легко и без жертв. И теперь я представила все заботы по поиску места, по переезду… Я окликнула мальчишку-газетчика, купила газету, где печатались объявления со всего герцогства Ривалт и нашла четыре запроса на зельеваров. Все это были далекие от Бристона маленькие городки. Трястись в поезде, потом в дилижансе, а может, глотать пыль в селянской повозке по дороге на место… Пожалуй, я подумаю об этом завтра.

Я так ничего не решила ни назавтра, ни через неделю. Лорд Крамс по-прежнему появлялся раз в три-четыре дня, будто ничего не случилось. Перед его приходом я пила успокотельный отвар и переносила визиты вполне терпимо. Нет-нет да и проскакивало воспоминание о словах госпожи Тартин, что некоторые несчастные женщины забываются чем покрепче, но я надеялась, что всё разрешится раньше, чем меня потянет на столь рискованные средства. Я читала объявления в газетах о местах зельеваров в маленьких городках, и серая тоска укутывала меня плотным одеялом. Я обещала себе, что назавтра непременно напишу по какому-нибудь из адресов, но наступало завтра, я бралась за перо и откладывала его прочь. Мне казалось, что стоит мне сделать первый шаг, как меня затянет в тоскливую провинциальную жизнь навсегда.

Вместо этого мне хотелось думать о чем-нибудь веселом, о приятном. Театральный сезон закончился еще в последние дни весны, а галереи не собирались баловать Бристон этим летом ничем примечательным. Возможно, мы выйдем вместе на праздник Середины лета в эти выходные… Ах, если бы я могла появиться там без лорда Крамса. Но пока я связана с ним обязательствами, это невозможно.

Глава 12. Политика – грязная штука

Это утро не отличалось ничем от прочих. Визит лорда намечался только завтра, и я собиралась провести день за варкой зелья, а вечером пройтись к набережной. Колокольчик у входа возвестил о том, что меня ждет визитер. Я открыла дверь, и увидела благообразного пожилого человека. В руках он держал плоский кожаный портфель с блестящими медными уголками. – Госпожа Мулинн? – Да… – Меня зовут Арий Крепп, я поверенный конторы «Крепп и сыновья». Могу я войти?

Вокруг руки поверенного взвился темно-синий герб города – знак людей, не состоящих на городской службе, но имеющих допуск к работе с законами. Удобно, когда у поверенного есть хоть немного магии – клиент сразу видит, что не мошенник какой-то прикрывающийся громким именем, а настоящий служащий, получивший аттестацию в магистрате.

Я пригласила поверенного войти и проводила в гостинную. Контора "Крепп и сыновья" была из уважаемых, их услугами пользовались представители высшей аристократии и обеспеченные горожане. Что привело его в съемную квартиру содержанки?

Устроившись в кресле поверенный выложил на низкий столик маленький серебристый ключик. Ключ был мне знаком – его брат-близнец лежал у меня в ридикюле. – Госпожа Мулинн, вам знаком этот ключ? – Да, это ключ от моей квартиры. Полагаю, он принадлежит лорду Крамсу. Второй у меня… Позвольте, проверю. Да, вот он. Лорд Крамс его потерял? Я могу ему вернуть, благодарю вас. – Не совсем, – вздохнул поверенный и посмотрел на меня со смесью жалости и вины. – Боюсь, что принес вам дурные новости. Дело в том, что лорд Крамс последние месяцы пристрастился к азартным играм. – О… я не знала. – До последней недели все было в рамках благопристойности. Лорд играл несколько партий, выигрывал или проигрывал суммы, которые никак не могли сказаться на его состоянии, и покидал клуб сразу после полуночи. Но недавно в клубе появились два господина, которые воздействовали на лорда странным образом. Мы даже обратились к менталисту и заклятийнику, но они проверили – с точки зрения магии все чисто. Похоже, что эти господа сумели задеть струнки лорда исключительно словесным образом. – Я не могу представить лорда Крамса, поддавшегося страстям. Даже, – я со значением посмотрела на поверенного, – даже я не могу.

Тот одарил меня отеческим взглядом: – Госпожа Мулинн, вы еще так молоды… Да что там, вы чуть старше моей внучки, а она еще такое дитя! Поэтому я пришел к вам не только как поверенный, но и как человек, которому мерзко видеть, что происходит, и я бы хотел помочь вам выпутаться из неприятностей с наменьшими потерями. – Но что случилось? Лорд Крамс проигрался? – Не до конца, он все же сохранил здравомыслие, но его финансам был нанесен существенный урон. Мы слишком поздно поняли замысел недругов. Собственно, буквально вчера. – Мы? – Да, мы. В нашей конторе слились воедино два интереса. Я надеюсь, что эти сведения не выйдут за пределы этих стен, – он остро посмотрел на меня, и я поняла, что за мягкой внешностью "дедушки" скрывается опасный клинок. – О, конечно. – Так вот. Некогда одно лицо, которое я не буду упоминать, попросило нас проследить за вашей судьбой на случай, если вам понадобится помощь. В подобных заданиях присматривают за мужем, женихом или покровителем – как человеком, который может нанести наибольший ущерб. Это первый интерес. И второй: не так давно бургомистр наказал нам выяснить всю подноготную лорда Крамса, которого, как вы наверняка знаете, он прочит себе на смену. Обычно при подобных переходах власти затеваются грязные игры. И то, что произошло, очень грязная игра, очень. Лорд Бурнид и некоторые другие владельцы мануфактур хотели бы на этой должности более покладистого человека. По их плану лорд Крамс должен был проиграть значительную сумму. Лорд Бурнид предложил бы ему золото в качестве "благодарности" за подпись об отсутствии претензий к производствам. Претензий у департамента надзора накопилось предостаточно, Бурниду грозит серьезное разбирательство. Взяв "благодарность", птичка увязла бы сначала одним коготком, а затем и обеими лапками.

Поверенный остановился, чтобы отхлебнуть чай. Себе я на всякий случай налила отвар ромашки и мелиссы. – При чем же я к их интригам? Я сомневаюсь, что лорда Крамса можно шантажировать наличием мистрессы.

Вот если бы мы поженились, тогда… Но сейчас? Я недоумевала.

Поверенный кивнул: – Вы, если можно так выразиться, попали под мчащийся поезд. Вместо того, чтоб согласиться на "благодарность" Бурнида, разгоряченный игрой лорд Крамс сделал необычную ставку.

Поверенный кивнул на стол, и я не сразу поняла, что он имеет в виду. А когда поняла, выпила кружку успокоительного сбора до дна. – Не может быть. Лорд Крамс предложил… меня? И дал ключ от моей квартиры? – Именно, – кивнул поверенный. – Правда, для начала как залог. Лорд намеревается отыграться сегодня в шесть часов вечера. По договоренности, если у него не получится, выигравший имеет право воспользоваться ключом. Я уверен, что в попытках отыграть ключ назад он проиграет еще больше, и господин Бурнид повторит свое предложение. – Но… но зачем им? Какой прок Бурниду от этого? И как у вас оказался ключ? Как вы обо всем узнали? – Я расскажу, дайте время. Бурниду проку от вашего ключа никакого, он нанял двоих игроков, чтоб связать лорда Крамса долгами. – Может быть, лорд собирается выкупить ключ. Его состояние довольно велико. – Ох, дитя, как же вы наивны. – Поверенный снова вздохнул, пожевал губами, посмотрел в чашку… Я поняла намек и подлила ему чая, а себе успокоительного отвара. Похоже, мне понадобится еще не одна порция.

Отхлебнув чай, поверенный продолжил: – Лорд Крамс пообещал, что если не отыграет ключ, вернется завтра с деньгами для новых ставок. Забывшись, он принялся прикидывать вслух, где можно заложить четыре гарнитура драгоценностей. Позвольте… – он вытащил из портфеля блокнот и перечислил: – Диаманты в золоте, голубые яхонты в платине, архиериты и океанины. – Это те гарнитуры, которые он мне подарил. Погодите… – Я взялась за виски и попыталась охватить мыслями всю картину. – Эти игроки молоды? – Молоды и любят гульнуть с вином и дамами. Собственно, любовь к развлечениям и толкнула их зарабатывать за карточным столом. – Господин Крепп, говорил ли лорд Крамс, что тому, кто воспользуется ключом, придется иметь дело с магичкой? – Да, вы угадали. Когда победитель прятал ключ, лорд обронил, что его мистресс – хоть и слабый, но маг. И тот… – поверенный замялся, глядя на меня поверх очков. – Господин Крепп, если я до сих пор не упала в обморок, я смогу вас выслушать. Могу догадаться, что выигравший упомянул друга. – Вы сильная женщина, госпожа Мулинн. Да, выигравший ответил, что против очарования двоих вам не устоять. – Очарования. Чар. Они все-таки маги. – Немного воздуха у одного и слабосильные потоки у другого. Но неприятности доставить могут, особенно вдвоем.

Даже в запале игры лорд Крамс не потерял способности использовать сведения в свою пользу и повернул дело так, чтоб выигравший непременно пожелал меня навестить. Да, господа игроки не преминут урвать неожиданный подарок судьбы, и обязательно вдвоем. Я хоть и слабый, но маг, и с одним мужчиной бы справилась, ударив огненным шаром, после чего распахнула бы окно и принялась бы звать на помощь… но лорду Крамсу нужен мой позор, чтобы ворваться в ярости.

Я горько усмехнулась: – Боюсь, вдвоем они справились бы со мной и без магии. Значит, лорд Крамс хотел быть уверенным, что застанет меня в объятиях этих господ, объявит изменщицей и с полным правом заберет драгоценности.

Поверенный кивнул, и я допила вторую чашку. Пожалуй, больше не стоит. Сегодня мне придется действовать. – Но как вы обо всем узнали? – Собирая сведения о лорде Крамсе мы не могли пройти мимо его нового пристрастия. В клубе есть наши люди, которым даны полномочия действовать по обстановке. Один сообразительный малый подменил ключ на похожий, но неподходящий к вашей двери, на тот случай, если мошенники решат воспользоваться им немедленно.

Меня передернуло. – Прошу вас, передайте вашему человеку мою благодарность. Что теперь будет с лордом Крамсом? – Мы сообщили бургомистру, что сегодня на лорда Крамса окажут невероятное давление. Бургомистр распорядился посмотреть, к чему это приведет. Если сегодня или завтра лорд Крамс бросится в банк вынимать свои запасы, то его остановят, господ арестуют по подозрению в мошенничестве, а после их показаний возьмут и Бурнида. Затем с лордом Крамсом поработают лучшие менталисты государства, чтоб привить ему отвращение к игре. – О. Бургомистр все же прочит его на свое место? – Если тот устоит перед Бурнидом, то – да, он останется в деле. Политика – грязная штука, госпожа Мулинн. Бургомистр на многое готов, чтобы его преемником стал человек, который видит в людях ценный ресурс и не берет "благодарности".

Я усмехнулась. Да, на многое готов, даже пожертвовать честью некоей магички третьего класса, которую мельком видел на балу.

– Госпожа Мулинн, я понимаю ваши чувства. Но у лорда Крамса незаурядные способности к организации, и вместе с его неподкупностью это большая редкость в наше время. Как вы понимаете, раз я все это вам рассказал… кхм, кхм… – Вы не спустите с меня глаз, пока интрига не закончится, и сейчас у входа дожидается ваш кэбрио. – Ну что вы, госпожа Мулинн, как можно. Вы поедете в магоходном экипаже. Прошу вас собрать все, что нужно для двух, может быть, трех дней.

Я покачала головой. – Боюсь, что лорд Крамс не простит мне своих ошибок и найдет способ испортить мне жизнь. Позвольте мне подумать с четверть часа. – Разумеется. У нас достаточно времени. Но… – Я не буду выходить из квартиры или передавать кому-то сообщения.

Поверенный кивнул, и я удалилась для начала в ванную, чтоб вымыть лицо, потом в спальню, посидеть в кресле, о котором я когда-то мечтала.

Внутри разлилась горечь. Лорд Крамс относился ко мне как к предмету искусства, но предмет искусства – это вещь. Весь год я старательно прятала от себя мысль, что дорогая вещь – все равно всего-лишь вещь. А прожект – нечто, что не имеет своей воли и чувств. Вещь можно подарить, продать, проиграть, выкинуть. Прожект можно объявить убыточным и закрыть. Согласись я стать его супругой, я оставалась бы ценным вложением. Но я отказалась, и этим исчерпала свою полезность.

Я тряхнула головой. Что сделано – то сделано. Мне стоило озаботиться местом в провинции сразу, как только сказала Крамсу "нет", тогда я покинула бы эту квартиру с лабораторией в ящиках. Запоздало я поняла, что могла написать леди Тиртан, и она устроила бы меня к одному из тех лекарей, кто получал мои зелья. Но мое нежелание прощаться с Бристоном и уезжать в провинцию было столь велико, что я не давала себе труда в самом деле задуматься над поиском места.

А теперь придется все бросать. Мне не стоит возвращаться в эту квартиру после того, как откажусь участвовать в замысле Крамса. Но, в конце концов, вся моя домашняя лаборатория стоит как половина одного гарнитура драгоценностей. Невелика потеря. Жаль, что ни жители бедных кварталов, ни лекари в провинции не получат больше тонкомагических снадобий. Впрочем, я отдала академии все разработки, и я не единственный слабый зельевар с амбициями.

Я вернулась в гостинную. – Господин Крепп, мне придется покинуть Бристон. Могу ли я расчитывать на вашу помощь, пока не найду новое место? Я собираюсь переехать в провинцию, чтоб работать зельеваром в небольшом городе.

Тот посмотрел на меня с нескрываемым одобрением: – Я думал, вас придется уговаривать уехать ради вашей безопасности. Но раз вы все поняли сами… Я посоветую вам покинуть пределы герцогства хотя бы на несколько лет. Бургомистр Бристона – значительная фигура, и не стоит искушать его возможностью мести непослушной протеже.

О… вот это скверно. Знакомые госпожи Тиртан работали в нашем герцогстве.

– Мэтр Крепп, вы знаете, где нужен зельевар в других частях государства? Все мои связи, увы, не так далеко от Бристона, как хотелось бы. – Пока нет. Но мы можем обсудить вашу будущность в удаленном от города особняке, куда я вас отвезу. Сколько вам требуется времени на сборы? – Надеюсь, я управлюсь за полчаса. У вас нет знакомого ювелира, которому можно было бы сбыть драгоценности без большой потери денег?

Господин Крепп улыбнулся. И правда, о чем это я. Как у поверенного высших аристократов может не быть знакомых ювелиров.

Как же хорошо, что в свое время я воспользовалась советом госпожи Эйрин и могу не волноваться про накопления. Я получу свои золотые хоть на другом конце Шалпии, хоть в соседних странах.

Я все же немного задержалась, но не прошло и часа, как к задней стенке экипажа пристегнули кофр с моими вещами. Я сама, закрывшись шляпкой, вышла через черный ход, прошла сквозь дворик и села в экипаж в соседнем квартале. Драгоценности ехали в портфеле у поверенного. Себе я оставила только серьги с диамантами, которые милый юноша в прошлом году вытащил из магсхрона в мокрой от дождя беседке. Я не стала задавать господину Креппу лишние вопросы, но среди его клиентов наверняка есть один крупный негоциант, чей сын попросил проследить за судьбой госпожи Мулинн, его подружкой в студенчестве.

В следующие два дня тайная служба бургомистра должна была убедиться, что лорд Крамс не купился на интриги недругов.

После того, как все прояснилось, меня навестил господин Крепп с юной, хрупкой и милой девушкой, которую представил как Агнессу. Я задавала вопросы, иногда посетители уходили от ответов, но даже лакуны в сведениях могут многое сказать.

Оберегая мою впечатлительность, господин Крепп умолчал, что если бы не просьба Дэна – я уже была уверена, что это он – в задуманной бургомистром пьесе я была бы пешкой, дамой полусвета, которой можно пожертвовать ради высоких целей, и тайная служба лишь проследила бы, как господа игроки порочат содержанку лорда, а "оскорбленный" любовник с новой порцией денег пытается отыграться.

Но просьба важного клиента сломала игру, и они выдумали новый сценарий.

Вместо меня в моей квартире в кресле у окна сидела выпускница боевого факультета госпожа Агнесса. Две-три девушки в год приходят в академию развить столь редкий у женщин талант.

Дверь Агнесса заранее приоткрыла, чтоб не выдавать подмену ключа, и жаждущие удовольствия господа проникли внутрь. Боевая девушка узнала у них подробности ставки, после чего "гостей" вынесло через дверь в прямом смысле слова, протащило через подъезд и уложило на мостовую. Обескураженный таким проявлением магии со стороны малосильной травницы лорд Крамс вышел в свет фонаря, был схвачен помятыми кредиторами и увлекаем в клуб отыгрываться. По дороге, придя в себя и осознав, что откупиться моей честью не получилось, лорд Крамс пожертвовал своей: дал в челюсть одному из мошенников и слегка придушил второго, пока тот не признался в работе на Бурнида. С чувством исполненного долга лорд Крамс достал служебный артефакт призыва и сдал обоих страже.

Отказ от оплаты проигрыша с точки зрения света страшнее государственной измены. Играть с лордом никто больше не станет, его репутация в некоторых кругах пошатнулась, но по словам Креппа, у лорда Крамса такие планы на изменения в городе, что скоро его будут ненавидеть совсем за другое. Пристрастие к игре у лорда Крамса удивительным образом прошло.

Три часа лорд Крамс провел в беседе с бургомистром, и по сведениям господина Креппа, остался лучшим кандидатом. К вечеру он добрался до моей квартиры, прихватив бутыль игристого вина, корзину цветов и очередной гарнитур из ювелирного. По словам соглядатаев конторы "Крепп и сыновья", лорд Крамс побегал по разгромленным комнатам, обнаружил пропажу меня и части вещей, сел на пол и посидел так, не двигаясь, с четверть часа. Затем открыл и выпил вино из горла бутылки. Впрочем, после удара силой магии квартира была разорена настолько, что пить все равно было не из чего – во всей квартире не осталось целым ни одного стеклянного предмета.

Хорошо, что ступку с пестиком я забрала с собой, уложив между платьев. Запущенная силой боевички она могла бы пробить стенку.

На следующий день после разговора я слегла. Мне снились мерзкие хари господ игроков, которые тянули ко мне зеленые бородавчатые руки. Я не видела тех, кто выиграл тот ключ, но в моем воображении они были едва ли красивей демонов из детской книги про давние эпохи, а художник очень постарался привить детям отвращение к этим недостойным существам.

Я вскакивала на мокрой кровати, пыталась встать, но падала без сил. К полудню прислуга особняка обнаружила, что я не выхожу из комнаты, нашли меня в бреду и вызвали маглекаря. Тот сказал, что природа болезни наполовину магическая, поскольку моя магия взбунтовалась из-за нервического напряжения, тело должно справиться само, иначе приступы могут повториться, но дал снотворное зелье и приказал обтирать меня мокрым полотенцем с уксусом.

Через неделю после отъезда из Бристона я пришла в себя. Женщина средних лет, которая ухаживала за мной все это время, переодела меня в чистую сорочку и подала чашку бульона. Я тянула теплое питье и смотрела в окно на цветущий сад, где буйствовали краски середины лета.

Внутри меня стелилась ледяная пустыня.