Текст книги "Тонкости зельеварения (СИ)"

Автор книги: Элина Литера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 22 страниц)

Глава 44. По воле короля

Сначала вернулись звуки. – Дайте еще один!.. Плевать!.. Он не успеет!.. – Отойдите, Чисток! Да уберите его отсюда! – Пустите, я должен быть рядом с ней! – Чисток, вы мешаете! – Эдвард, – голос Азалии пробился через какофонию звуков, – ее спасут. Успокойтесь.

Я открыла глаза. – Мадлен! – Да держите его! – Хорошо, сидите у головы и не мешайте маглекарям.

Странно было видеть мужа, который свешивался сверху вниз. Я попыталась улыбнуться. – Ты будешь жить, ты будешь жить, обещаю.

Кажется, мне удалось растянуть губы в улыбке, и я вновь провалилась в черноту.

Второй раз я открыла глаза в кровати. Кто-то дышал рядом. Я попробовала повернуть голову, и мне это даже немного удалось. Эдвард. – Он спит. Этот сумасшедший подпитался от двух артефактов, чтоб залечить самые страшные повреждения, опасаясь, что маглекарь не успеет. И теперь он спит. Я боялась, что он к вам маглекарей не подпустит.

Я повернула голову на голос. Получилось лучше. – Азалия… вы – сиделка? – Да, – хихикнула она. – Будете рассказывать внукам, что принцесса служила вам камеристкой и сиделкой. Я скажу маглекарю, что вы проснулись. – Подождите… Бунт? – Взяли всех высокопоставленных бунтовщиков, которые пришли с полком. К тем частям, которые подходили, отправили гонца с предложением вернуться и принять законного короля. Они разбили лагерь, хотели ждать другие войска, но мы подослали к ним нескольких солдат из бунтовщиков, кто сложил оружие, чтобы поговорили со своими у костра. И те сдали нам офицеров сами! – Азалия рассмеялась, но вмиг вернулась к серьезности. – Сейчас бунтовщиков ищут по всей Конбрии, а от отца пришло еще одно письмо, что и в Риконтии тоже. – Она вздохнула. – Оливер отдал приказ арестовать всех Крокусов и всех Висчеров, а потом уже разбираться, кто виноват, а кто, как семья Мелинды… Я позову лекаря.

Маглекарь оказался приятной женщиной лет тридцати. Она так пристально осматривала Эдварда, что в меня тоненькой иголкой воткнулась ревность. – Леди Байрок, с вашим мужем будет все в порядке, но я не рекомендую ему подпитываться от артефактов хотя бы полгода, а лучше год, даже если не увеличивать предел. Впрочем, я бы ему и использовать магию ближайший месяц запретила, но он ведь не послушает. Что касается вас… Вам придется провести в постели еще по крайней мере неделю, но все страшное позади. Но должна предупредить… – она замялась. – Говорите, – с трудом прошептала я. – У вас останутся шрамы. Основные повреждения были внутри, но в двух местах вас разорвало снаружи. И… леди Байрок, вам хотя бы год не стоит заводить детей. Внутренние органы должны получше восстановиться. Вам двадцать три?

Я кивнула. – Для магички это не такой возраст, чтобы торопиться. – Бла… годарю… вас. – Не тратьте силы и постарайтесь поспать.

Она вышла, а я последовала ее совету.

Твердо подняться на ноги мне удалось только через две недели. Все это время мы жили в доме городского главы Глариуса. Оливер с Азалией остались здесь же, остальные решили не злоупотреблять гостеприимством и переехали кто в гостиницу, кто в особняки высшего света Глариуса.

Эдвард пролежал два дня, попробовал встать, но зашатался, и принц приказом загнал его в кровать еще на два дня. Дольше его уже никто удержать не мог. Он пропадал на совещаниях у принца, возвращался ко мне, развлекал меня час-другой, и снова уходил по делам. А дел было много – недовольных грядущими изменениями доставало. Коронацию назначили через три месяца, надеясь, что к тому времени заразу из двух королевств удастся вычистить.

Едва я поднялась на ноги, как приехал нарочный с сообщением, что сюда едет Его Величество. Он должен быть через четыре дня. Уже сейчас монарх должен ехать по железной дороге до города к северу от Глариуса, и оттуда за три дня в карете добраться до Глариуса. Бриан Третий путешествовал по-старинке, оправдывая это тем, что охрана на лошадях за магоходным экипажем не угонится.

При этом сообщении бургомистр побледнел. Его особняк был достаточно просторным, чтоб принять короля с частью свиты, но где взять столько выученной и проверенной прислуги. Принц успокоил его тем, что король остановится на противоположном берегу в доме бургомистра Риконтийской части.

Но затем Оливер решил добить несчастного: – А знаете, нам с Ее Высочеством понравился Глариус. Столица до разъединения была севернее, и осталась она на конбрийском берегу. Я бывал там, теперь это этот город выглядит довольно уныло – он еще оплакивает былую славу. А у вас тут все цветет, развивается… И заметно теплее. Вниз по реке есть островок? – Д-да, – запинаясь, кивнул бургомистр, отказываясь верить в то, на что намекает принц. – Прекрасное место. Я планирую поставить на этом острове дворец. Как король Конбрии я, разумеется, буду жить в столице королевства, но в Глариус стану наведываться часто. Полагаю, после объединения мы перенесем столицу сюда.

Я попросила прислугу принести бургомистру две порции успокоительного зелья, и он, наконец, смог оценить перспективы.

* * *

К приезду Бриана Третьего я уже окрепла достаточно, чтоб приветствовать монарха вместе с остальными и присесть в приличествующем случаю реверансе. – Графиня Байрок, я рад встретиться с вами снова. Жду вас сегодня вместе с мужем на разговор.

Хоть король и устал с дороги, но искрился радостью и пошел навстречу дочери быстрее, чем приличествовало монарху. Нарушая этикет, они обнялись, но никто не стал бы их осуждать.

Поговорив с Азалией наедине, Бриан Третий ушел отдыхать с дороги, а принцесса пригласила меня в свою гостинную. – Мадлен, кажется, я буду королевой раньше, чем предполагала. – Что? Его Величество так плох? – О нет, нет. Его, действительно, подкосили те три месяца, когда он не знал о моей судьбе, но лучшие маглекари Риконтии помогли ему поправить здоровье. Дело в другом. Отец хочет посмотреть на объединенную Риконбрию при жизни. Он сказал, что за пять лет мы втроем подготовим все дела, и он отречется от престола в мою пользу. – Азалия, я думаю, это к лучшему. Если зельевары, лекари, магженеры и магтефакторы могут дожить до преклонного возраста и уйти на покой, чтобы наслаждаться жизнью, то королю тоже не зазорно. – Но… Мне страшно, – призналась она. – Азалия, вам было не страшно сбегать из дворца без присмотра, не страшно разъезжать по королевству, собирая сведения для отца, не страшно стоять перед бунтовщиками, а стать королевой вам страшно. И выходить замуж вам было страшно. Дело в Оливере? – Да, – кивнула она. – Я боюсь его разочаровать. – Вы очаровали его будучи распорядителем в палаточном городке при госпитале. Я думаю, королевой вы ему тем более понравитесь.

* * *

Позже секретарь короля нашел нас с Эдвардом и пригласил на аудиенцию. Азалия и Оливер, разумеется, присутствовали. – Леди Байрок, должен сказать, что услышь я ваши намерения до того, как вы это осуществили свою интригу, я пожалел бы, что мой отец отменил наказания розгами. Но раз все настолько удачно сложилось, я могу лишь потребовать не творить подобное впредь. – Прошу прощения, Ваше Величество, это больше не повторится. – О да, я уверена, что вы придумаете что-нибудь новенькое, – фыркнула Азалия. – У меня для вас новость, леди Байрок, – продолжил король. – Моя канцелярия вела дело графства Байрок уже в то время, когда вы приехали в пакетом от Ее Высочества, но в те дни у нас были более важные заботы.

Король взял листок и глядя на него объявил: – В начале лета мэтр Ронсвельд, поверенный из Байроканда, графство Байрок, подал петицию от имени поселянских и городских общин графства Байрок на смену владетеля земель в связи с ненадлежащим исполнением им своих обязанностей. Канцелярия рассмотрела дело и признала обвинения истинными. – Он глянул на нас. – Таковая процедура, действительно, существует, она очень старая, и последний раз применялась восемьдесят лет назад, – он сверился с листком, – когда графство Мойлер было передано от старшего сына покойного графа младшему.

Я восхитилась мэтром Ронсвельдом. Он все-таки нашел способ спасти меня от поползновений Лиама. Мне пообещали, что разбирательство о его появлении в Конбрии будет длиться несколько месяцев, но потом… Я не чувствовала себя в безопасности даже замужем за Эдвардом. Мужа можно убить и жениться на вдове. Но если у Лиама отберут графство, то жениться ему на мне смысла нет. Надеюсь, удастся ему объяснить, что за попытку мести он поплатится головой.

Король оторвался от бумаги и смотрел на меня, будто я должна о чем-то догадаться. Я сочла нужным ответить очевидное. – Ваше Величество, у графа Байрока остался только один сын и внучка. Я полагаю, из леди Даны получится хорошая графиня со временем. – Леди Дана Байрок наотрез отказалась от положения владетельницы, пригрозив уехать в Шалпию, если мы будем настаивать. – Узнаю мою подопечную, – улыбнулась я. – Ваше Величество, я уверена, что среди прочих родственников есть достойные люди, но я с ними совершенно незнакома, поэтому не могу сказать, кому стоит стать владетелем вместо лорда Лиама Байрока.

Король хмыкнул: – Никто из них не носит фамилию Байрок. По уложению первой очередью идут прямые потомки мужеского полу, затем – женского, затем – прочие члены фамилии, и только потом – дальние родственники из других семей. Леди Байрок, вы носите эту фамилию. – Но… но я же не кровная родственница, у меня нет детей от графа, я стала графиней совершенно случайно!

От неожиданности я запаниковала в присутствии двух монарших семей. Или их считать за одну?

– Таков закон, графиня. Графство ваше. Также своей волей я даю баронету Чистоку подобные же права. Отныне вы граф Байрок. Протяните руку.

Со стороны Эдварда донесся невнятный звук. Я слегка сжала его локоть, и он опомнившись, подал руку королю, чтобы тут же ее отдернуть. Он оглянулся на Оливера. – Но я подданный Конбрии! – Через пять лет это не будет иметь значения, граф, – ответил будущий монарх объединенного королевства.

Эдвард вернул руку к ладони короля, тот наложил на него знак Байроков и повернулся ко мне. – Теперь вы, графиня.

И снова это ощущение жжения. – Леди Байрок, будьте любезны, вызовите оба символа. Мне интересно посмотреть, как они выглядят рядом. Нечасто встречаются обладатели магического герба и магического класса одновременно.

Я влила чуть магии в символы, и они повисли над моей рукой: синий герб Байроков с графской короной и зеленая цифра три c искрящимися завитками. Смотрелось невероятно красиво.

Глава 45. Цветастый халат

Встречать меня высыпали все жители замка Байрок. Кроме нескольких новых слуг, здесь были все знакомые лица. Дана встретила меня еще на вокзале, куда прибыл наш поезд, мы втроем посидели в милой ресторации, и девушка упорхнула назад в университет. К Байроку нас привез наемный кэбрио, и после многодневного путешествия, пусть и первым классом, и двух часов тряски я едва стояла на ногах.

– Леди Байрок! – кинулась ко мне Лидия. – Я распорядилась подготовить графские апартаменты для вас. Мы бы перенесли туда ваши вещи, которые в замке остались, но после вашего спешного отъезда никто не мог зайти ни в лабораторию, ни в ваши комнаты. Лорд Лиам приглашал мага, но тот покрутился и говорит "не могу, и всё, а если силой открывать, взорваться может". Вы если отопрете вишневые, мы мигом все перенесем. – Лидия, – остановила я частившую женщину, – пока не нужно ничего переносить. Я открою апартаменты, вы только приберите там, постелите свежее и разложите наши вещи. Остальное мы решим потом.

Надо бы узнать, какого мага приглашал Лиам, и выразить благодарность. Сильному магу запирающие артефакты нипочем, а Лиам наверняка нанял лучшего. Но тот решил не работать против коллеги и придумал сказку про взрыв.

– Ой, я совсем забыла, простите меня, леди! Вам письмо от мэтра Ронсвельда.

Я распечатала письмо. По завещанию лорда Ансельма производства и ценные бумаги остаются в семье, если графиня Мадлен Байрок выйдет замуж за графа Байрока и родит наследника мужского пола в течении пяти лет. В соответствии с буквой закона я выполнила первую часть – я замужем за графом Байроком. Если за следующие четыре года у нас родится мальчик, условие будет выполнено полностью. Ай да мэтр. Я у него трижды в долгу. Но на все воля Звезд. Если производства и бумаги уйдут в собственность города, мы обойдемся без них.

Я мечтала залезть в ванну, но входить в апартаменты, где жил Ансельм, потом Лиам, не хотелось. Я их чувствовала как чужие, и нам пришлось ждать вишневых. В Малую гостинную принесли чай и пирожные, и мы сели вокруг низкого столика. Эдвард растерянно озирался. Я видела его лощеным и пресыщенным жизнью лордом, я видела его потертым жизнью господином, я видела его – ах! – бравым офицером, я видела его раненым, уставшим, запыленным, выжатым магически и телесно… Но ни разу не видела растерянным. Растерянный граф. Надо же…

– Нравится? – Я взяла его за руку и переплела пальцы. – Непривычно. Я не очень представляю, как жить в замке. – Честно говоря, я тоже, – ответила я. – Раньше я жила здесь, зная, что я гость, который волей Звезд помогает людям. И хоть вишневые апартаменты казались мне домом иногда, но я чувствовала, что этот дом мне выдали взаймы. А теперь… Теперь мне тоже нужно привыкнуть. – У меня давно не было дома, – вдруг признался Эдвард. – Как уехал от родителей в полковую школу, так с тех пор казармы, палатки, гостиницы, гостевые комнаты чужих особняков… В лучшем случае – казенные квартиры, где мы коротали неделю-другую между миссиями. – Он грустно улыбнулся. – В любой день могли приказать собрать кофры и отправиться невесть куда. Или и вовсе оставить вещи у доверенных лиц и ехать с одним саквояжем, мешком, узлом, а бывало и с пустыми руками. Я не привязывался ни к месту, ни к вещам. – Это… тяжело. – Это интересная жизнь, но у нее есть свои особенности. – Ты будешь скучать по работе, – вздохнула я. – Не думаю. Я понимал, что когда я захочу завести семью, мне придется просить перевода в штаб или уйти со службы. У некоторых наших ребят есть семьи, которые они видят в лучшем случае дважды в год по неделе или по две. – Он хмыкнул, – хуже, чем у моряков. Я не хотел такой семейной жизни. Пожалуй, графство будет поинтереснее штаба. Сколько здесь жителей? – Точно не знаю, последние десять лет учет велся слабо, а я не успела сделать всего, что нужно. По последним записям под нашим управлением около двухсот тысяч человек, без Байроканда и еще двух городов поменьше, у которых право независимости… Эдвард?! Воды?

Эдвард откашлялся, отхлебнул из чашки и качнул головой: – Кхм… Я, признаться, не ожидал. Вершиной моих представлений о будущем была должность начальника штаба полка, но никак не генерала армии, – он осторожно глянул на меня, – половины генерала.

Я рассмеялась: – Мы справимся. У нас нет другого выхода. – Милая, ты умеешь утешить.

Радостная Лидия сообщила, что апартаменты готовы. – Вишневые комнаты чудо как хороши, – тараторила Лилия, провожая нас по лестнице, – а графские апартаменты можно и поменять, и обстановку, и стены, если вам захочется. Они со времен Риконбрии не обновлялись. – Благодарю вас, не беспокойтесь, – кивнула я женщине и закрыла дверь.

Да, здесь все было, как год назад. Я провела в этих комнатах не самые худшие дни. Я стояла и улыбалась воспоминаниям, а Эдвард осматривался: – Хм. А где наша одежда? Я не вижу плательных шкафов. – За этой дверью гардеробная. Справа для леди, слева для лорда. – Гардеробная… кхм…

В дверь постучали, я открыла и снова увидела Лидию: – Леди, мы забыли про лабораторию! Ее тоже нужно открыть и вымыть! – О… Лидия, я и сама забыла! Эдвард? – Иди, конечно, я пока исследую комнатку за бордовой дверью.

Муж решил занять ванную первым. Но не страшно, я все равно хочу проведать лабораторию.

Когда я переступила порог, на глаза навернулись слезы. Я варила зелья и разрабатывала рецепты и в кухне Бристонской квартиры, и в маленькой лаборатории Раэлина, я даже в палатке при госпитале поставила кое-какие опыты, но здесь – здесь я устроила настоящую обитель мага-зельевара. Лидия замерла рядом, в кои-то веки ощущая, что разговоры неуместны. А я осматривала каменные стены с высокими стрельчатыми окнами, стеллажи под потолок со всевозможными колбами и склянками, разнообразную утварь, ящики с выложенными на темную ткань инструментами и небольшую библиотеку, к которой завтра прибавится еще несколько томов. И ступка, моя любимая ступка стояла на своем месте!

Еще в Глариусе мы обсуждали будущее. Муж собирался пойти офицером в городскую стражу или дознавателем в Лероне, Глариусе или другом похожем городе. Я устроила бы независимую зельеварную лабораторию под своим девичьим именем. Автор книг, зельевар третьего класса – о, у меня было бы достаточно клиентов. У Эдварда была отложена немалая сумма с его жалованья, мой счет в банке почти не тронут. У нас была бы вполне обеспеченная жизнь. Конечно, я бы не оставляла благотворительность. Я помню людей, из которых я происходила.

Когда Его Величество передавал мне графство, я пришла в ужас. Мне понравилась жизнь магички-зельевара, а город вроде Лерона дал бы мне все, что нужно. Могла ли я отказаться от графства? Разумеется. Но… но я помнила людей, которые мне верили. Как я могла бы наслаждаться жизнью зная, что какой-то напыщенный лорд или самовлюбленная леди обирают казну и не обращают внимания на жителей?

Но теперь, глядя на лабораторию, я окончательно примирилась с новым поворотом судьбы. Ради такой лаборатории стоило потерпеть жизнь владетелей. К тому же, теперь я не одна, нас двое, а капитану не привыкать отвечать за людские жизни.

– Лидия, проследите, пожалуйста, чтобы только вымыли полы и протерли столы. Больше ничего не трогайте, и после заприте дверь. – Конечно, леди, конечно!

Когда я вернулась в вишневые апартаменты, Эдвард в длинном шелковом халате рассматривал коробку с предметами, будто собранными из домов множества людей. – Что это? – Остатки прошлой жизни. Как-нибудь расскажу, кем я бывал.

Я поцеловала его в чисто выбритый подбородок, пахнущий свежестью и мылом, нашла в гардеробной любимый халат еще из Лерона, и убежала в ванную.

Погрузившись в теплую, почти горячую воду я застонала от блаженства так громко, что муж постучал в дверь: – Милая, с тобой все в порядке? – О… да-а-а!

За дверью хмыкнули и удалились.

Отмывшись до скрипа, отжав чистые волосы и завернувшись в халат я вышла в спальню, и тут же меня вжали спиной в твердое тело. Горячие губы прошлись по шее: – М-м… Помнишь, что мы обсуждали, когда ехали в столицу? – На мне нет ни платья, ни панталон, – хихикнула я. – Кхм. Говорили мне учителя, что нужно четче отдавать приказы.

Он принялся распускать цветастый пояс. – Эдвард, скоро ужин… – пролепетала я, теряя способности к сопротивлению. – Оставят под дверью, – прошептал мой капитан, роняя халат на пол, и я полетела на кровать в мужских руках.