Текст книги "Тонкости зельеварения (СИ)"

Автор книги: Элина Литера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)

Глава 17. Визит наследника

Когда ударили первые морозы, мы свернули поездки. Я выросла в городке, Дана – в замке, и разъезжать по селениям в холод мы были не очень готовы. Но и того, что мы сделали, уже было предостаточно, чтоб поселяне потянулись в замок сами. Мы решили, что один день в неделю отведем на прием людей, и попросили оповестить поселения, чтоб не отвлекали нас в другие дни – теперь я варила зелья ящиками, отправляя партии в лечебницы графства. А весной нужно искать помещения для еще двух лечебниц, хотя бы двух. Пользуясь знакомствами в академической среде, я намеревалась пригласить студентов-лекарей, которые хотели бы начать работу в больших поселениях и маленьких городках нашего графства. За зиму я собиралась посчитать, сколько нам нужно денег и сколько у нас есть.

Будто очнувшись ото сна, граф просматривал документы, указывал мне на то, на что я сама не обращала внимания, сам же занялся ценными бумагами и производствами. До мануфактур мы пока не доехали, но граф сам отправил туда надежных людей и выяснил, что все не так плохо, хотя вложить деньги в обновление все-таки необходимо.

Приступая к делу я совершенно не представляла, за что я берусь, но каждый шаг открывал новые и новые области. Главное, чему меня научили в академии: ставить правильно вопросы. Правильный вопрос – половина ответа. Оказывается, это верно не только в науке.

В конце осени мы с Даной решили, что заслуживаем выезда в город на новый спектакль, выхода в оперу и покупки подарков к Зимнепразднику. За всеми заботами мы совсем позабыли о развлечениях культурных людей.

Сразу после Зимнепраздника будет семнадцатилетие Даны, и его стоит отметить. По сути, раньше Дана вела жизнь затворницы, и у девушки нет подруг… кроме меня. Нужно это исправлять. Придется угворить ее на пару светских вечеров.

Мы провели в городе три дня. В этот раз я уже понимала артистов достаточно, чтоб оценить представление. Мы ночевали в городском доме графа, днем ходили по лавкам, в один день вечером сходили в театр, другой – в оперу, утром позавтракали в прелестной кондитерской и вернулись домой в экипаже с горой свертков.

Напевая дуэтом привязчивую арию мы ввалились в холл и увидели нервных слуг, которыми громко распоряжалась торжествующая госпожа Файсин. – Леди. Госпожа. – Обдала нас холодом экономка. – Соизвольте привести себя в порядок с дороги и пройти в кабинет Его Сиятельства.

Мы недоуменно переглянулись, сняли шубки, попросили отнести покупки к Дане в комнату и поднялись к графу Ансельму.

В кабинете, кроме графа, сидел лорд лет под сорок с хозяйским выражением лица. Дед Даны выглядел напряженно, даже зло. – Садитесь, – он указал нам на кресла у другой стены, подальше от гостя. – Госпожа Мулинн, позвольте представить вам моего младшего сына, виконта Лиама Байрока. – Наследника, – процедил тот, скривив рот. Граф одарил его презрительным взглядом. – Это и есть та… м… магичка? – Госпожа Мулинн – зельевар третьего класса из Шалпии… дядя, – судя по тону, Дана едва удержалась от малоприличных слов. – Да-да, мне сообщили, что теперь в графстве всем заправляет малообразованная особа из малопристойного учебного заведения, – лорд Лиам откровенно меня развглядывал, будто ощупывая глазами. – Прекрати, – прорычал граф. – Ты бросил семью, бросил земли, и я не позволю тебе оскорблять тех, кто занимается делом, в отличие от тебя, бездельника, живущего на ренту. – Кстати, весьма небольшую. Я подумываю о том, чтобы обратиться к судейским, чтоб мне выделили часть дохода от графства. Негоже наследнику прозябать. – Дедушка! – Дана с криком кинулась к графу. Даже без моего дара было видно, как отозвались в том слова сына.

Я подошла к шкафу, достала нужную склянку и налила графу в рюмку коргутайской настойки. Проследив за взглядом Лиама я поняла, что придется снять артефакт с двери в спальню и перевесить на шкафчик с лекарствами. – Вы к нам надолго? – Осведомилась я у гостя, который уже считал себя хозяином. – Пока не знаю. Может быть, и навсегда, госпожа Мулинн. – Он насмешливо посмотрел на меня. – Я не против, чтобы вы и дальше занимали апартаменты моей пока не существующей супруги. Пока… – он провел взглядом снизу вверх, от домашних туфель до губ, – пока не существующей. Я, как вы видите, свободен. – Благодарю, – ответила я, – но я подумываю устроить себе жилье рядом с лабораторией, там есть пустая комната.

Рядом с мастерской когда-то была комната швей, но теперь одежду шили в городе или там же покупали готовую. Придется отказаться от гостинной, но мы с Даной все равно проводим время в ее комнатах, со служанками разговариваем в кухне… Да, по сути, гостинная мне ни к чему. В комнату швей вполне уместится кровать и секретер. Придется закупить их в городе, разорять вишневые апартаменты не хотелось бы.

Дана что-то хотела сказать, но благоразумно промолчала. Я указала ей глазами на деда, и она послушно занялась графом, помогая ему перейти из кресла на диванчик у дальней стены. Я подошла и осмотрела его своим даром. Угроза прошла, хотя до обычного состояния еще далеко.

– Зря, зря, – протянул лорд Лиам, когда я вернулась. – Возможно, вы еще передумаете. Мне рассказывали про вас разные… – он неопределенно помахал рукой в воздухе, – разные занятные вещи, но я пока не склонен делать выводы. Может быть, после того, как мы познакомимся поближе, я составлю свое мнение.

Я уверилась, что его приезд – дело рук экономки. Пожалуй, переставлю кресло к двери в соседние апартаменты. Там, конечно, запирающий амулет, но так будет надежнее.

– Вы поэтому приехали, что некая госпожа передала вам сплетни? – не удержалась я от укола. – Было бы странно, если бы я получил сведения о том, что в графстве моего отца всем заправляет особа с сомнительной репутацией и не стал бы утруждать себя визитом. – Лорд Лиам, известно ли в Магической академии Байроканда, что у магов сомнительная репутация? В нашей совместной работе с зельеварным факультетом и комитетом общественного здровья графства Байрок я не заметила ничего сомнительного. Результаты работы отправлены в комитет общественного здоровья при Королевском Дворе, а значит, Королевскому надзору тоже ничего не известно о сомнительной репутации зельеваров.

Пусть знает, гаденыш, что меня не так просто сожрать. Он сейчас явно подумывает, что ему выгоднее: жениться на мне, сделать любовницей и подгрести под свое влияние, или опозорить и запугать. Пусть поймет, что за мной силы, которые ему не по зубам.

Все то время, пока я разъезжала по графству и копалась в бумагах, декан развил бурную деятельность в академии и вывел новое зельемагическое направление на суд магнаучной общественности. Первый учебник уже набирают для печати. В недавнем письме он передал восторги магического сообщества Риконтии. Пакет с разработками, действительно, уехал в столицу. Всего за четыре месяца! Невероятно.

Лорд Лиам сузил глаза. – Нам лучше дружить, госпожа Мулинн. Как наследник графства я могу поднять вопрос о том, что моего несчастного отца окрутила иностранка, которая не так давно приехала в Риконтию. С вами начнут разбираться, возможно, для начала арестуют. Графство в не очень хорошем состоянии, но кто знает, кто его довел – вы или мой отец? Кого-то из вас назначат виновным, и возможно, передадут управление мне. – Вы хотите управлять графством? Что вам мешало все эти годы? – удивилась я. – Ничуть не хочу, вы правы. Поэтому нам лучше договориться. Я, возможно, соглашусь с вашим пребыванием здесь и даже посоветую отцу уволить эту интриганку Файсан. Признаться, мне самому неприятна эта старая дева с грязными мыслями, но от вас мне понадобится… содействие, скажем, так. – Мне кажется, вы переоцениваете свои силы, лорд Лиам. – Посмотрим, посмотрим.

С этими словами он вышел из кабинета. На отца он даже не взглянул.

* * *

Я сидела в кресле, в пока еще своей вишневой спальне, когда ко мне постучалась Дана. Девушка перепоручила деда заботам слуг и пришла обсудить наши новые проблемы. Я достала яблочную наливку и разлила две рюмки, больше похожие на наперстки. – Вопрос в том, что ему нужно, – начала я размышлять вслух. – Деньги, конечно же, – ответила Дана, невесело усмехнувшись. – Если только деньги, это лучше всего. Графство не заметит, если, к примеру, один процент дохода пойдет наследнику на новые жилеты. Страшнее, если ему нужно другое. – Что?

Все-таки, она еще неопытное и светлое дитя. – Власть. Или упоение торжеством. Или все вместе. – Ему неинтересно управление графством. Ему здесь скучно. – Я уверена, что он не задержится в замке дольше месяца, но может поселиться в Байроканде и портить нам жизнь оттуда. Власть – не обязательно управление. Достаточно знать, что ты хозяин положения. А сейчас он считает хозяйкой меня. – Он захочет тебя убить?! – Дана смотрела на меня с ужасом. – Не думаю. – Обесчестить? – прошептала девушка. – Может быть. И запугать таким образом. Или, – я усмехнулась, – жениться и получить власть надо мной. – Я нахмурилась. – Дана, я совсем не знаю законов Риконтии про права жены. Не подскажешь? Может ли муж запретить жене работать? Кому принадлежат заработанные ею деньги? А средства, которые были до брака? – Средства остаются у жены. Работать может запретить, только если докажет суду, что ее работа мешает воспитанию детей и ведению дома. Половина заработанных денег принадлежит ему. – Н-да. Не так плохо, как можно было бы представить, но и не так хорошо, чтоб не принимать во внимание. Но на полноценную власть это не тянет. Пожалуй, жениться на мне он не захочет. А вот сделать любовницей в надежде, что сможет мной манипулировать – вполне. Но это если ему нужны деньги. Если же власть… – Тогда что? – Люди, которым нужна власть или торжество над недругом, не остановятся ни перед чем. Они могут разрушить предмет спора или свою собственную жизнь, только бы добиться властвования хотя бы и над руинами.

Я допила наливку. – Я поговорю с ним и выясню, что ему нужно. Иначе мы ничего решить не сможем.

Ночью кто-то пытался отпереть дверь между моими апартаментами и апартаментами Лиама. Впрочем, что значит – кто. Даже о том, кто дал ключ, не стоит гадать.

Глава 18. Два предложения

Назавтра лорд Лиам явился ко мне в лабораторию.

В то утро я получила очередное письмо из академии. Декан добился открытия кафедры нового направления, которое он назвал тонкомагическими зельями, и предлагал мне ее возглавить. А если я не хочу писанины и документов (он сам проклинал тот день, когда согласился стать деканом), то занять место главного исследователя.

Но я не могла бросить графство. И я не чувствовала себя настоящим исследователем. Я сделала разработки случайно, во мне не было настоящего духа покорителя безбрежных просторов знаний. Лучше оставить другим вспахивать целину, которую я обнаружила. Я же займусь нуждами людей, которые так похожи на меня, какой я была всего-то три года назад.

Мои размышления прервал настойчивый стук в дверь. Я не стала приглашать лорда внутрь. У меня здесь слишком хрупкие вещи, чтоб допускать к ним раздраженного недруга. Кроме того, в замке толстые стены и двери, и на этом этаже башни больше ничего нет, только лаборатория и пустая комната швей. Если я буду кричать, меня не услышат.

Я ответила сквозь дверь: – Лорд Лиам, если вы желаете поговорить, подождите меня в малой гостинной. Я скоро приду.

Он недовольно хмыкнул, но ушел.

Я сняла гоглы, рабочий халат и перчатки, умылась и расчесала волосы – еще когда устраивали лабораторию, сюда водопровод, а я выписала из города зеркало. Не хотелось бегать по замку растрепанной и подтверждать худшие опасения обитателей о магах. В малую гостинную я пришла в достаточно пристойном виде.

На столике перед лордом стояли приборы для чаепития и потрясающее печенье, которое пекла замковая повариха. Но у меня не было настроения для сладкого. Я села и молча ждала, когда лорд Лиам начнет беседу. Ему стало неуютно. Он ожидал, что я стану волноваться, суетиться, выспрашивать его планы, но я молча ждала. Наконец, он сделал попытку меня расшевелить: – Я хотел с вами поговорить, госпожа Мулинн.

Я так же молча кивнула с каменным лицом. Теперь я понимаю, как давил на людей Крамс – это страшно нервирует, когда не можешь "прочитать" собеседника. Пара порций новой успокаивающей настойки придали мне спокойствие статуи. Лорд сдался: – Я придумал, как разрешить наше с вами небольшое противоречие. – У нас есть противоречие? – приподняла я бровь. – Да! Не то гувернантка, не то магичка управляет моим наследством. – Маг-компаньонка. Но я все еще не вижу, чем бы вам это мешало. Что бы ни произошло, вы остаетесь наследником графства и этого замка. Вас не волновало, когда управляющий обворовывал графство. – Я позволила себе усмехнуться. – Боюсь, ко времени вступления в наследство вам пришлось бы распродавать мебель из замка, чтоб купить новый сюртук.

Лорд удивленно глянул на меня: – Все было настолько плохо? – У графа есть все документы. Да, воровство было поставлено на широкую ногу, а деревни разорялись, поскольку многие старосты и судьи последовали примеру управляющего. – Да, пожалуй… нехорошо.

Лорд опустил глаза в чашку.

– Итак, чем же я вам мешаю?

Лорд Лиам задумался над ответом, и я поняла страшное: он сам не знал. Ему нужны деньги, безусловно, но он сам не понимал, что ему делать с графством, с наследством, с ощущением ускользающей власти, которая ему, если честно, тоже не нужна, но само чувство потери ему не нравилось. Он хотел блистать в столице, но блистать, зная, что он не хозяин в своих землях, ему было бы неприятно.

Собрав мысли, лорд Лиам выдавил из себя: – Я не знаю, чего от вас ожидать. Если завтра отец умрет, я приму наследство, поставлю здесь своего человека и буду знать, что все под моим управлением. Но если отец проживет еще несколько лет, кто знает, что вы здесь натворите?! – в его голосе прорезались нотки паники. – Все, что я хочу сделать, это более-менее сносно живущее графство. – А потом? Вы просто так уйдете? – Я маг. Я всегда заработаю магией.

Да, здесь, в Риконтии, я могу зарабатывать магией. На все, что требует полной магии, накладывается такой налог, что мало кто их может себе позволить такие покупки. Остальные довольствовались маломагическими вещами, и спрос на них был намного выше, чем в Шалпии, и стоили такие вещи достаточно, чтоб слабые маги могли прожить. А новое направление зельемагии только растет.

– Я вам не верю. Никто не оставит так просто то, во что вложил столько сил, – ответил лорд Лиам.

Да, неверие – это тупик. – Поэтому, – продолжил он, – я предлагаю вам выход: вы станете моей женой.

Что-о-о?! Кажется, моя маска невозмутимости дала трещину. Но я постаралась взять себя в руки. – Вы ломились ко мне в спальню этой ночью, чтоб сделать предложение?

Мне захотелось выплеснуть чай в его лицо с гнусной ухмылкой. – Вы магичка. Я решил, что мы приятно проведем время. Не отрицайте, магички себе это позволяют. – С избранными мужчинами, в круг коих войти весьма тяжело, и вам это не удастся. Нет, лорд Лиам, ни вашей женой, ни вашей любовницей я не стану. Вам придется поверить мне на слово, что ваше наследство останется при вас и лишь приумножится.

Он сверкнул на меня глазами: – Я хочу быть хозяином на своих землях! – Займитесь хозяйством в таком случае, я введу вас в курс дел. – Несколько мгновений я полюбовалась на его злую гримасу. – Лорд Лиам, скажите честно, вы сами знаете, чего хотите? Вам нужен статус графа-хозяина, но не графство. Вам нужно прочное положение наследника, но без собственных наследников. Вам нужны деньги на жизнь в столице, но даже присматривать за управляющим вы не хотели. Вы полны противоречий, лорд Лиам, сами, без меня. – И все мои противоречия разрешатся, если вы выйдете за меня замуж. Вы достаточно симпатичны мне, чтоб завести с вами наследника. Вы управляете графством, будем честными, на правах слова, данного вам стареющим отцом, и только пока он жив. А станете это делать на законных основаниях и поселитесь здесь навсегда. А я, получив наследника, уеду в столицу, оставив земли на вас. Мы договоримся о том, какой процент дохода вы будете мне отсылать.

Я рассмеялась. – Спасибо за лестное предложение, но нет, лорд Лиам, мне оно неинтересно.

Я встала и направилась к выходу. – Ты пожалеешь, магичка. Сильно пожалеешь.

Вечером мы снова держали совет в гостинной Даны. Я пересказала наш разговор. – Значит, не деньги? Власть? – спросила подруга. – Все оказалось еще хуже, – ответила я. – Им движет страх. Даже не страх, а паника. – Его можно успокоить?

Я покачала головой: – Только тем способом, что он сам привел. Но замуж за него я не пойду. – Нет-нет, ни в коем случае! Что еще можно сделать?

Дана забыла, что я ненамного старше нее, и мой жизненный опыт хоть и богаче, но все же несравним со столичными интриганами. Лиам глуповат и ленив, но чего-то он в столицах нахватался. Дана смотрела на меня с ожиданием спасения. – Мы можем поискать хорошего управляющего до весны. Но если Лиам примется выживать меня из замка… У меня нет никакого законного веса в графстве.

У девушки загорелся взгляд. – Будет. Я поговорю с дедушкой. Никаким законникам я тебя не отдам!

Она чмокнула меня в щеку и выскочила за дверь. Что она придумала? и захочу ли я в этом участвовать?

Через час меня позвали к комнату графа Ансельма. Он полусидел в кровати со множеством подушек под спиной. С утра был лекарь, выдал еще пару микстур, и сейчас граф выглядел намного лучше. – Садитесь, девочки, – он указал на кресла. – Мири, оставь нас, – и служанка, которая была сиделкой при графе, вышла за дверь.

Граф всмотрелся мне в лицо. – Мадлен, вы сотворили чудо. Нет-нет, не спорьте. Дана перестала бунтовать, я занялся делами, а люди… вы сами знаете, как меняется их жизнь. Вы очень ценны и для меня, и для Даны, и для земель. Но мой сын прав, нет законных оснований для ваших решений, и если он займется преследовать вас по закону, он может доставить много неприятностей. Поэтому мы создадим такое основание.

Граф остановился отдышаться, отпил из чашки и продолжил: – Я понимаю ваше нежелание выходить замуж за Лиама. Хоть мне и жаль, что он не стал завоевывать по-настоящему такую женщину. Вы могли бы изменить его, Мадлен. Но это ваше решение. Предложение Лиама навело Дану на интересную мысль. Неожиданную мысль, но это все решило бы. Вы можете стать моей женой.

Второй раз за день меня выбили из колеи, и на этот раз надолго. Я смотрела на графа и не могла найти слов. – Разумеется, ни о какой консумации речи не идет. Дана не красней, ты достаточно взрослая девушка. Мадлен, вы приобретете статус графини Байрок, и никто, никто не помешает вам продолжать дело. По завещанию я оставлю вам крупную сумму, достаточную, чтоб вы жили безбедно и достойно в любом месте Риконтии.

Я пыталась понять, не брежу ли я. Дана схватила меня за руку: – Мадлен, это выход! Это все решит! – В завещании я назначу вас опекуном Даны на случай, если я умру до ее совершеннолетия. – Мадлен, пожалуйста!

Предложение графа вызвало у меня внутренний протест, но… я не нашла ни одного аргумента против. А умоляющие глаза Даны все решили.

* * *

Наутро мы узнали, что лорд Лиам уехал. У меня под дверью лежала записка: "Даю вам две недели чтобы принять решение. Либо вы станете виконтессой Байрок, либо пеняйте на себя". От записки странно пахло. Я поднесла ее поближе к носу – так и есть. Скоро записка начнет темнеть, пока не превратится в непригодный для чтения клочок черной бумаги. Ах, Лиам, невнимательно вы слушали свою собеседницу. Или вы не знаете, что в академии травникам и лекарям преподают начала алхимии? А в тонких воздействиях есть прекрасное заклинание для замедления алхимических процессов. Оно довольно сложное, не всем под силу, и действует на совсем небольшие предметы, вот как этот клочок бумаги. Как неосторожно было оставить в руках зельевара подтверждение ваших намерений.

Я отнесла записку в лабораторию, тщательно над ней поработала и спрятала в секретер.

Думаю, Лиам выждет месяц. Ближе к концу зимы чинуши не очень любят выезжать из городов – весенняя распутица может застать их в любой момент. Наверняка визита комиссий и разнообразных законников стоит ждать начиная с середины весны. Но теперь нам было, что им ответить. Граф не стал тянуть каучук, и тем же вечером мы поженились.

Я осталась в вишневых комнатах. Мне не хотелось никуда переезжать, я привыкла к синим обоям с розовыми цветами, к тому же, как я поняла, граф очень любил свою жену, которая умерла сразу после гибели сына. Мне не хотелось бы оскорблять ее память, занимая комнаты, в которых все осталось так же, как в день ее смерти.

Поэтому вечером после свадьбы я возвращалась к себе. Там меня и подкараулила госпожа Файсан. Наверно, с таким лицом в стародавние времена борцы с магами подходили с горящим факелом к груде хвороста под ногами привязанной к столбу ведьмы.

– Ты! – ее палец ткнул меня в грудь. – Я знала, что ты примешься соблазнять честного человека! Но ты еще и женила его на себе! Дрянь! Мало тебе мужиков из ваших магов! Прикинулась приличной, но я знаю твою натуру, знаю!

Я поморщилась от капельки слюны, прилетевшей в мой лоб. – Госпожа Файсан, мы поговорим с вами утром. Но я считаю, что вам не следует оставаться в этом доме.

Экономка метнулась ко мне, от неожиданности я сделала шаг в сторону, прижимаясь к стене, и блеснувшее лезвие лишь вспороло кожу на боку. Я пнула сумасшедшую в ногу и схватила за запястье. – Кто-нибудь! Ко мне!

Дана вылетела из своей комнаты, за ней служанка. Пока снизу бежали, мы втроем пытались скрутить бьющуюся на полу женщину, у которой изо рта пошла пена. Нам удалось это сделать вместе с прибежавшими слугами.

Наутро мне сообщили, что госпожа Файсан всю ночь билась и выла. В город послали за стражей, законниками и лекарем. Тот, качая головой, забрал ее в душелечебницу навсегда.