Текст книги "Тонкости зельеварения (СИ)"
Автор книги: Элина Литера
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)
– Конечно же! – лорд Гроам выглядел как человек, который внезапно понял все тайны. – Они метят на престол всей Риконбрии! Поэтому им нужна война в обоих государствах! Принцессу они сейчас считают мертвой. Если убьют вас, Ваше Величество, короля Конбрии и принца, то оба престола окажутся свободными. Есть несколько побочных ветвей старой риконбрийской династии, которые сможет претендовать на корону объединенного королевства.
Лорды загомонили. Следующие полчаса прошли в обсуждении фамилий, которые ничего мне не говорили, и глянув на нас, король отправил нас отдыхать.
Распорядитель отвел нам покои в гостевом крыле и приказал доставить вещи из таверны. Представляю, как удивились посыльные поселянским узлам.
Принять настоящую ванну было блаженством. Эдвард отчаялся уговорить меня вылезти из воды, поэтому просто вынес на руках, завернув в большое полотенце, и уже намеревался воспользоваться ситуацией, как нас прервали стуком в дверь. Оказалось, что к нам приставили камеристку и камердинера, которые обеспечили нас приличествующим гардеродом из дворцовых запасов.
Ужин нам принесли в апартаменты вместе с запиской, что мы выезжаем завтра утром вместе с войсками. Я застонала и бросилась ничком на кровать. Затем все-таки поднялась и послала камеристку за дамским конным нарядом, а после – за лучшими бодрящими и укрепляющими, которые только можно найти в столице. Я наказала заплатить любые деньги, но добыть мне три большие фляги.
Глава 42. Две армии
Нам с Эдвардом выдали по два коня: на одном предполагалось ехать, на другой нагрузить сумки – магсхрон Эдварда был не так велик, чтобы вместить гардероб на двоих вместе с теми разнообразными вещами и необходимыми в его работе штуками, которые специальный агент Эдвард Чисток держать наготове.
Глариус, город, в котором предполагалось бракосочетание, находился в пяти днях быстрой езды. Мы управились во дворце быстрее, чем расчитывала Азалия, и у нас был еще день в запасе. По моим расчетам, послезавтра лагерь принца снимется и выдвинется в том же направлении, после чего оставалось только молить Звезды, чтобы ничего не сорвалось.
Через несколько дней, когда мы подъезжали к Глариусу с риконтийской стороны, у меня уже не осталось сил радоваться. У меня уже ни на что не осталось сил. В третьей фляге еще плескалось немного укрепляющего отвара. Я почти не ела эти дни, и Эдвард с беспокойством присматривал за мной, но сделать ничего было невозможно. Сейчас дорог каждый час.
Глариус, как и многие приграничные города, растекся вдоль реки-границы с севера на юг и с запада на восток вдоль тракта, который идет между странами. Половина Глариуса принадлежала Риконтии, половина – Конбрии. Мы встали лагерем у реки к югу от города, и вскоре к нам прискакал гонец от главы города: – У меня пакет для командующего королевскими войсками. – Давайте сюда, – протянул руку лорд Ирканд.
Прочитав письмо, он позвал нас с Эдвардом, лорда Гроама и мага Ксандра в свою палатку. – Письмо от Его Высочества Оливера Конбрийского. Нам предлагается завтра утром перейти на Конбрийскую сторону и встать лагерем около города. Полсотни человек Его Высочество просит присоединить к его людям для охраны храма, где будет происходить бракосочетание. Если у кого-то есть подозрения в ловушке, лучше изложить их сейчас.
Все промолчали. Подозревать, что некто решит перебить почти тысячу чужаков рядом со своим городом, где среди жителей осталось полсотни магов? И это лишь малая часть магов, которые приехали с нами? Только глупец мог подумать такое.
– Ксандр, выдели магов в охрану храма, но не посильнее, а поумнее, кто умеет работать ювелирно. Все-таки, здесь будет толпа. И подготовь новые артефакты. Ты знаешь, о чем я, – тот кивнул. – Поставь их по кругу лагеря. В приоритете – стороны, которые смотрят на тракт и рядом. – На тракт? Не на конбрийскую армию?
Гроам кивнул: – Именно так. Я сомневаюсь, что намерения Его Высочества остались тайной для его отца или для "ястребов". Хоть принц и уверен в своих людях, но противная сторона наверняка пытается вызнать его замыслы, и едва это случится, как конный курьер может поднять близкие к Глариусу войска "ястребов".
Демоны! Я так надеялась, что со свадьбой все закончится, что не подумала – заговорщики не опустят руки просто так.
* * *
Утром мы выехали на конбрийскую сторону. Впереди Гроам, Ирканд, Ксандр, мы с Эдвардом, а за нами – пятьдесят магов. Остальные следовали на расстоянии.
У поворота к храму нас ожидало два лейтенанта из отряда принца. Я помахала Люку, он меня тоже узнал. Глядя на нас, Ирканд перестал сверлить лейтенантов подозрительным взглядом и перемолвился с ним парой слов. Отряд магов отправился за Люком к храму. Второй лейтенант дожидался еще одной сотни наших солдат, чтоб расставить по дороге вместе с риконтийскими.
С оставшимся отрядом мы выехали на окраину города, где в поле стояла команда принца. Солдаты принялись разбивать лагерь, а нас встретили Азалия с Оливером. Принцесса обняла меня: – Мадлен! Как хорошо, что вы приехали! Я так волнуюсь… Вы тоже волновались перед свадьбой? – Азалия, мне не дали времени волноваться. Не помните, кто это был? – О… – принцесса рассмеялась. – Жаль, никто не оказал мне подобную услугу. Но нам нужна прилюдная свадьба, чтобы все узнали о будущем объединении. Но где отец? – Его Величество решил, что его здоровье может задерживать войска, и не рискнул отправиться в дорогу. К тому же, сейчас в столице и в войсках выявляют тех, кто действовал во зло Риконтии.
Я пересказала, что произошло во время чтения письма. – Никогда не любила Мраканда, – фыркнула принцесса. – Мадлен, прошу вас, помогите мне собраться. У нас нет никого из женской прислуги, кому мы могли бы доверять. Вы не против сыграть роль моей камеристки сегодня? Вас это не оскорбит? – Азалия, я дочь лавочника, – рассмеялась я в ответ. – Помогать Ее Высочеству в день исторической свадьбы большая честь для меня. Если бы мне кто-нибудь сказал пять лет назад, что я буду укладывать волосы принцессе, я бы решила, что он сошел с ума.
Мы сделали все, что возможно. Азалия рассказала, что еще вчера из города привезли швею. Девушка совершенно не знала, куда и зачем ее вызвали, и страшно боялась. В палатке произошла заминка. Никто не желал оставлять принцессу наедине с незнакомой девушкой, хоть и шанс на то, что в случайно выбранном модном салоне среди двух дюжин швей окажется убийца, был ничтожен. Решили, что в палатке останутся два самых старших по возрасту офицера и сам принц. Выбрали двух солидных давно женатых мужчин, которые в отцы годились и принцессе, и принцу. Принцесса вышла в тонкой сорочке поверх белья, и швея робея, дрожащими руками измерила ее, пообещав, что за ночь подгонят платье, на котором есть шнуровка, чтоб можно было лучше посадить по фигуре.
Платье и две теплые накидки на выбор – из белого и серебристого меха – доставили с утра. Вместе с ними хозяйка передала просьбу принцессе начертать своей рукой записку, чтоб вывесить в салоне. Принцесса написала: "Благодарю за свадебный наряд. Азалия Риконтийская" и отправила назад с посыльным. Полагаю, разорение этому салону не грозит.
Платье висело в солдатской палатке, белое с золотой вышивкой, с кружевом и тесьмой. Для облачения принцессы в такое платье нужны трое, и пришлось снова звать на помощь проверенных отцов семейств. Дальше я занялась невестой сама.
Эдвард вынул из магсхрона краски, и они мне понравились даже больше обычных женских красок тем, что обещали дольше держаться на лице. День будет длинный, принцесса должна быть прекрасна до самого вечера. Я уложила волосы, вставила в прическу Азалии диадему и позвала Эдварда, чтоб он сотворил водяное зеркало. Принцесса засияла от счастья. – А теперь оденем вас. – Азалия, – простонала я. – Я совсем забыла про платье на вашу свадьбу. Кажется, у меня было выходное платье в вещах, которые оставались в лагере…
Но Азалия, смеясь, показывала пальчиком мне за спину. Я обернулась. Эдвард с хитрой улыбкой держал в руках чехол, откуда выглядывало нечто воздушное, из голубого шелка. – Теперь я буду вашей камеристкой! – захлопала в ладоши принцесса. – Эдвард… но как? – Дорогая, мы ехали на свадьбу. Когда я вспомнил, что нужно вынуть из магсхрона и почистить мой фрак, я подумал, что у тебя нет платья, но ты уже спала. Пришлось немножко потрясти дворцовый гардероб.
Вдвоем с Азалией мы уложили мои волосы, и она отдала мне вторую накидку. Внутри палатки был греющий артефакт, но снаружи ходить в одном легком платье было уже холодно.
Из другого салона Азалии привезли дюжину пар тонких светлых сапожек на выбор, и там нашлась обувь для нас обеих.
Выйдя наружу, мы поняли, что если пойдем сами, то ни светлые платья, ни светлая обувь этого не переживут – осеннее поле было истоптано и перепахано множеством ног. Под смех и подбадривающие возгласы солдат обоих королевств Эдвард и принц перенесли нас к карете на руках, после чего принялись очищать собственные сапоги. Сами они ехали верхом.
Уже в карете я достала припрятанный флакончик и протянула Азалии: – Выпейте. Однажды это зелье уже помогло вам.
Азалия порозовела, но флакончик взяла.
О свадьбе горожанам сообщили только сегодня утром, но улицы были полны народу. Ошарашенный бургомистр встречал нас у храма – ему всё рассказали в четыре утра, разбудив беднягу и влив в него полстакана бодрящего зелья. Его коллеге с Риконтийской стороны повезло не больше. – Я… я так рад! – бормотал один из них, а у второго доставало сил лишь приветственно взмахнуть рукой и улыбнуться.
Но радость их была искренней – в случае войны такие приграничные города пострадали бы первыми.
Весь этот день я была сосредоточена и напряжена, и лишь когда в храме зааплодировали, снаружи взревела толпа, а Азалия с Оливером слились в поцелуе, я осознала, что все закончено. Задуманная несколько недель назад в военном лагере интрига завершилась.
Надеюсь, в учебники истории мое имя все-таки не попадет.
* * *
Из храма мы приехали в особняк городского главы Конбрийской стороны. Я совсем не знала, что будет дальше. Что задумал принц?
Он собрал нас, приехавших из Риконтии, и нескольких своих приближенных офицеров в кабинете главы города, бесцеремонно выставив того вон, вдвоем с Эдвардом они наложили плотный полог тишины, и принц объявил: – По донесениям, сюда движется два полка из полутора тысяч человек. Это немногим меньше того, что мы здесь собрали. Но вслед за ними идет еще столько же. Первые войска будут здесь самое позднее завтра после полудня. Верные мне части находятся дальше.
В дверь постучали: – Пакет Ее Высочеству!
Один из офицеров забрал пакеты, их проверили все присутствующие маги, и Азалия открыли послание. – Отец пишет, что арестовано с полсотни участников заговора. – Заговора? – Да. Его Величество счел, что неверные сведения и подталкивание королевства к войне – это заговор и государственная измена. И еще две фамилии. Кто-то из них стоит за обеими партиями "ястребов", вознамерившись сесть на трон. У этих семей есть ветви и в Риконтии, и в Конбрии.
Голос принцессы дрогнул, а в глазах блестнули слезы. – Дорогая, – подошел к ней принц и взял ее руки в свои. – Какие фамилии? – Висчеры и Крокусы, – прошептала принцесса в наступившей тишине. – Да, Мадлен, Мелинда Крокус, которая погибла со своей семьей летом, из этой семьи. Но ни она, ни ее родители не были "ястребами", в отличие от остальных Крокусов. За это их не пожалели, когда устраивали покушение.
Принцесса зябко повела плечами, погрузившись в воспоминания о страшном летнем дне. – В то утро мы снова поменялись платьями. Ее гардероб был со множеством синего… Я надела ее темно-синее платье, она – мое серое дорожное. Когда у кареты вырвали дверцу, внутрь заглянул маг и запустил заклинание в Мелинду. Ее мать сидела рядом, а отец напротив, рядом со мной… Кажется, он пытался закрыть нас собой… Не помню, но меня лишь задело. Я не знаю, сочли ли меня мертвой или не успели добить. Конбрийские войска появились быстро и оттеснили нападавших. Вторая моя подруга была из семьи Висчер. Вечером накануне поездки она высмеивала мою идею устроить брак принца Конбрии с кем-то из риконтиек, а утром сказалась больной и не пожелала вставать, чтобы ехать с нами.
Принцесса замолчала, и Оливер сел с ней рядом, обняв за плечи – чудовищная вольность по меркам высшего света, но здесь не было высшего света, здесь были соратники с одной бедой на всех.
– Кхм, – привлек к себе внимание конбрийский маг. – За последние годы наши ветви этих семей породнились дважды или трижды, и если мне не изменяет память, одна свадьба состоялась между риконтийскими Крокусами и конбрийскими Висчерами. – Значит, обе, – подвел итог Эдвард. – Они влиятельны? – Очень, – еще больше помрачнел принц.
Решили, что всех стражей города поставят на риконтийский берег – на случай, если конбрийцы переправятся где-то в другом месте и решат напасть с тыла. Но шансы на это были малы. Основные силы оставили под конбрийской частью города. На дорогах выставили дозоры. Вокруг дома городского главы поставили кордоны. Прислугу перетряхнули и на всякий случай всем сомнительным дали выходной. Охраняли и принца, и принцессу так, что даже на меня косились.
Но праздник следовало продолжать. Свадебный пир назначили на вечер. Ожидался высший свет города и офицеры.
По традиции, горожанам должны были выставить бесплатную выпивку. На этот случай в столицу, где обычно происходят свадьбы такого рода, стягивают стражу, чтоб предотвращали беспорядки. И все равно на два дня столица становится не самым спокойным местом. Сейчас же такое действо было и вовсе неуместным. Взамен принц распорядился в благодарность городу и горожанам за прием свадебной процессии оплатить от его имени подати горожан в городскую казну по пять золотых на семью. Жители простили отсутствие выпивки и радовались сбережению монет. Для большей части горожан это заметная сумма.
И мы с Эдвардом, и молодожены едва высидели за столом положенное время и удалились отдыхать.
Но выспаться нам не пришлось. В четыре утра нас подняли и наказали собраться в кабинете. Я набросила первое попавшееся платье, домашнее и невзрачное, Эдвард влез в рубаху и дорожные брюки, и мы пошли в кабинет.
Принц дождался, пока установят полог тишины, обвел всех мрачным взглядом и сообщил: – Прибыл нарочный из столицы. Это верный мне человек, я его давно знаю и не сомневаюсь в нем. Он ехал днем и ночью, меняя лошадей, поэтому добрался так быстро. – Принц помолчал и, наконец, сказал: – Позавчера мой отец, король Конбрии, был найден мертвым. Когда мой человек выезжал, причина еще была неизвестна. – Нужно срочно отправить нарочного к отцу, – Азалия взялась за виски. – "Ястребы" так и не смогли сподвигнуть страны на войну, поэтому решили нас убить. Но зачем сюда идет армия? Гроам, распорядитесь про курьера. Вы лучше знаете ваших людей.
Лорд Гроам кивнул принцессе и вышел. – Я подумал, что бы я сделал, если бы хотел устроить войну, но ничего не вышло бы из-за объединения сторон? – начал размышлять Ксандр. – Ваше высочество, – обратился он к Оливеру, – я бы обвинил вас в измене. Они обвинят вас в отцеубийстве и измене. И тогда государство остается без династии. – Возможно, – кивнул принц. – Но это только Конбрия. А Риконтия? Во время войны еще можно было бы оправдать смерть двух монархов, но в мирное время после свадьбы их детей? – Они предложат мне выйти замуж за того, кого посадят на трон, когда оставят вдовой, – невесело усмехнулась Азалия. – А отец, устав от власти, отречется от престола. И чтобы не волновать народ двух государств, чтобы не было смуты, которая без войны им совсем невыгодна, тебя, дорогой, отвезут в столицу и будут судить в присутствии всех высоких лордов, возможно, и риконтийских тоже. – Да, сейчас не то, что пятьсот лет назад, вырезать всех сразу не будут. Но все же мы побережемся. – Принц потер руками лицо. – Прошу прощения у всех, что поднял вас так рано, но я решил, что новости не терпят отлагательств. Думаю, сейчас можно отдохнуть.
Мы встали, собираясь разойтись, как меня посетила мысль. – Ваше Высочество, но ведь теперь Вы – король Конбрии. Да, вас не короновали в главном соборе столицы, но встречать бунтовщиков вы можете именно в таком качестве. – Это сложнее, чем можно представить, Мадлен, но благодарю, я подумаю над этим.
Глава 43. Бунт и бунтовщики
Я не собиралась спать, но еще днем Эдвард распорядился доставить в наши комнаты вещи из лагеря, и в моем кофре нашлись запасы успокоительного зелья, которые муж влил в меня, невзирая на протесты.
Эдвард разбудил меня, лишь когда принесли завтрак, а принесли его довольно поздно – ополовиненный штат прислуги не справлялся с таким наплывом гостей. Служанка выглядела загнанной, и я ее остановила: – Пожалуйста, передай остальным, чтоб не беспокоились так. Поверь, нам сейчас не до образцово сложенных салфеток. – Но… здесь принц… прицесса, – пролепетала та. – Им тоже не до того.
Та неверяще покачала головой. Справившись с завтраком, я пошла к Азалии. Девушка плохо выспалась и была подавлена новостями. – Азалия. – Да? – У меня к вам две просьбы. Первая: выпейте вот эти капли. Вторая: успокойте прислугу, которая уже выбилась из сил. Их мало, нас много, а ваши титулы вселяют ужас. – Да, конечно, – рассеяно сказала она и выпила зелье. – Ой! Что это было? – Легкое успокоительное. – Я скоро буду пить его вместо чая! Вы что-то говорили про прислугу… ах, да, успокоить. О. Я и не думала.
Когда заботишься о других, собственные горести отступают – по крайней мере, так говорят. Может, Азалию разговор с прислугой отвлечет. У меня же не выходила из головы мысль, что в случае провала и меня, и Эдварда, и всех, кто приехал из Риконтии, и Конбрийскую команду принца просто убьют. Может быть, пару малозначительных лиц оставят судить, как пособников, но нам с Эдвардом не жить. Впрочем, для меня они могут приготовить что-нибудь пострашнее. Например, отдать Лиаму.
Кажется, я расклеилась как старый манускрипт, который неверно хранили. Мне бы сейчас заняться своим делом… Но вряд ли в доме есть лаборатория. А вот на кухне… на кухне наверняка какие-то травы хранятся.
Перепугав – я не хотела! – кухарок я заявилась в их обиталище, заверила, что я здесь вовсе не для того, чтобы жаловаться, и еще раз попросив не волноваться и не выкладывать фигурные узоры из ломтиков телятины на блюдах, я принялась осматривать запасы. Из приправ, трав для отваров и чаев удалось сделать вполне приличное полномагическое зелье для бодрости и поднятия духа. Для этого рецепта у меня сил еще в академии хватало. Влив магию на глазах у пораженных поварих я на них же и опробовала, едва уговорив попробовать то, что по их мнению, полагается только господам. Настроение в кухне вскоре изменилось, глаза засверкали, пара девушек помоложе даже принялась петь, начиняя куриные тушки смесью чернослива и яблок. Ох, я надеюсь, армия бунтовщиков явится под город только после того, как мы пообедаем.
С бутылью наперевес как стражник с пикой я обошла всех в доме. Азалия стыла, было, отнекиваться, но я ее заверила, что два зелья друг другу не помешают.
Принц решил, как распорядиться идеей о будущей короне. Утром созвали лордов и леди из высшего света Глариуса, несколько богатых горожан, владельцев двух больших производств и нескольких чинов из городской стражи. – Сегодня ночью я получил новости из столицы, – начал он, – которые намереваюсь сообщить вам. Король Конбрии Арий Второй умер два дня назад.
Он переждал возгласы лордов и ахи дам. – Коронация состоится в столице нашего государства, но сейчас с вами, подданными Конбрии, я говорю как будущий король. – Он приостановился, чтобы присутствующие осознали важность его слов. – Я хочу для нашего королевства успеха и процветания. Мой брак с принцессой Азалией делает возможным объединение королевств без ссор, без войн, без разрушений. Мои недруги собираются отнять у вас мирную будущность и поселить взамен смуту и хаос. Хотите ли вы этого, подданные Конбрийского трона?
Присутствующие ожидаемо загудели в негодовании. Последний год Глариус жил в напряженном ожидании, и всем хотелось прекратить эту пытку. – Я вижу Глариус как преуспевающий город на пути с востока объединенной Риконбрии на запад. Я хочу верить, что трон найдет в жителях Глариуса опору в переломные времена. Наши недруги могут смущать умы и будоражить народ. Но я надеюсь на вас, подданные Конбрии, на ваше благоразумие и благородство.
"Сливкам общества" дали возможность поговорить друг с другом с четверть часа и распрощались. Я заметила, как бургомистр отозвал офицеров стражи и что-то им сказал. Я вопросительно посмотрела на принца, рядом с которым мы оказались, когда "лучшие люди города" стали расходиться. – У стражей есть свои агенты среди простого народа. Они пустят нужные нам слухи, а ненужные пресекут.
Разъезды сообщили, что перехватили четверых гонцов, которые, вероятно, ехали к бунтовщикам сообщить последние новости. Но всех ли успели обнаружить, мы не знали.
Неприятели оказали нам любезность и появились после обеда. Любопытные горожане высыпали на улицы, передавая новости друг другу. Но разъезды предупредили нас заранее, и мы уже выбрались за черту города и въезжали в лагерь. Принц с Эдвардом попытались, было, оставить нас в особняке бургомистра, но принцесса настояла: – Я должна участвовать в переговорах, иначе в объединение не поверят.
Я не посмела бросить Азалию и загнав внутрь дрожь взгромоздилась на лошадь рядом с ней.
Войска выстроились друг напротив друга. Принц с принцессой, мы с Эдвардом, офицеры Риконтии и Конбрии сидели верхом. Я старалась не показывать, насколько плохо я правлю лошадью даже теперь, после многодневной скачки. Мы с Азалией пообещали, что при первых же признаках боя поскачем в тыл.
Из ряда бунтовщиков выехали двое и направились к нам. Принц сделал знак не двигаться. Бунтовщики не доехали до нас, остановившись посреди поля. Усиленный магией голос донес до нас слова: – Что же ты трусишь, Оливер. Убивать отца не струсил? – Как вы говорите с будущим королем, лорд Крокус? Не я к вам пришел, вы ко мне. Извольте дойди до конца, если посмеете.
Преодолев еще половину расстояния, лорд Крокус провозгласил: – Оливер Конбрийский. Вы обвиняетесь в убийстве Ария Второго, короля Конбрии, и в государственной измене. – Обвинения отвергаются. Уведите армию, лорд Крокус, иначе я расценю это как бунт.
По краям поля уже начали собираться любопытные горожане. Люди бывают весьма странными – весь год они молили Звезды, чтобы война обошла их стороной, а теперь готовы влезть под огненные шары, чтобы было, о чем сплетничать в тавернах.
– Вы привели на нашу землю риконтийцев! Сдавайтесь, Оливер! Вас ждет суд! – Вы так хотите воевать, лорд Крокус?
В разлетающемся над полем голосе принца послышалась насмешка. – Я хочу законности! – Для законности вы переодели бандитов в форму Конбрии, чтобы они убили принцессу Риконтии? Солдаты! Вашу форму этот человек отдал бандитам, чтобы развязать войну! И бросает вас на магов противника, которые вас убьют!
По рядам бунтовщиков прошло легкое шевеление.
Стоящий рядом с принцем Эдвард выпустил какое-то заклинание. Похоже, что магии самого принца недостаточно для таких долгих переговоров. А конбриец подготовился – у него артефакт.
– Мои солдаты не трусы, Оливер! – Твои? Я вижу на них конбрийскую форму. Они солдаты Конбрии, а не твои. – А я вижу форму риконтийцев на твоей стороне! – Да, Крокус. Ты видишь в Риконтии врагов, я вижу друзей. И у моих друзей есть новые магострелы.
Он поднял руку вверх. И справа, и слева от нас, и дальше из ряда риконтийцев и конбрийцев высунулись трубы с посверкивающими на концах шарами. Я присмотрелась к заклинаниями. Неужели это то оружие, которое создали, взяв мою идею вливания тонкой магии?
Меня удивило, что магострелы, как их назвал принц, стояли не только в рядах риконтийцев, но и конбрийцев, верных принцу частей. Как принц уговорил риконтийцев поделиться новыми секретными разработками? Как риконтийцы отважились встать в ряды вчерашних недругов с таким ценным творением? Но само наличие риконтийского оружия у конбрийцев показывало противникам, что под началом принца армии объединились.
Увидев новое оружие, строй бунтовщиков дрогнул и сделал несколько шагов назад, будто это могло им помочь, вздумай магострелы выпустить шары с силой, в которую маг вольет заклинание. Но лорд Крокус не видел этого небольшого отступления. – Принцесса Азалия! – решил переменить тактику наш противник. – Вы выбрали в друзья убийцу и тирана.
Азалия глянула на Эдварда, и он выпустил заклинание в ее сторону. – Его Высочество Оливер Конбрийский – мой муж. Полагаю, я знаю его лучше, чем вы, – разнеслось над полем.
Вокруг послышался смех. Кажется, с противоположной стороны тоже. Горожане засвистели, заулюлюкали – незамысловатая шутка из уст принцессы привела их в восторг. Лорд Крокус раздосадованно глянул на глариусцев. Да, с этой стороны бунтовщикам поддержки не видать.
Лорд Крокус потерял терпение, и обернувшись к войскам, крикнул: – Вперед! Взять их!
По рядам бунтовщиков прошло волнение, но никто не сделал и шага.
– Что ж, лорд Крокус, теперь мы придем к вам.
И сделав знак, Оливер двинулся вперед, а рядом с ним все мы, и с нами – конбрийцы и риконтийцы. – Лорд Крокус, вы арестованы за бунт и попытку свержения законной власти. Ваш подельник тоже. Остальные могут сложить оружие и отойти на дюжину шагов назад.
Кажется, я слышала стук сердца: раз, два, три, четыре, пять… пока первая сабля не упала в истоптанную землю.
Стоявший рядом с Крокусом человек медленно двинул руками. Я видела этот жест сотни раз, когда смотрела на занятия боевиков в академии. Маг целился в тех, кто мне дорог: Эдвард, Азалия, Оливер… Что я могла сделать? Я пришпорила коня, направившись наперерез, и подняла его на дыбы. Удар, боль, ощущение полета, и темнота.
