Текст книги "Измена. Попаданка в положении (СИ)"

Автор книги: Елена Белильщикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц)

Филипп сделал шаг вперед, вплотную подходя к Александру. Они были одного роста. Так что Филипп видел буквально каждую черточку в глазах необычного цвета морской волны: голубого с зеленцой, как у хитрого кота.

«Очень хитрого! – нервно подумал Филипп. – Не хватало еще, чтобы вместе с сестренкой меня вокруг пальца обвели».

Глава 6

Александр поморщился. Да что этот Филипп такой шумный? Он под стать Элион. Александр и сам бы от такого сбежал, импульсивного, как черт! Но Филиппу сообщать об этом не стал. Должны же у Александра остаться и друзья! А не только враги.

– Ага. Скрываю, – легкомысленно кивнул Александр, едва не заржав невежливо Филиппу в лицо. – Под юбкой своей прячу. Юбку на мне видишь? Ну, вот. Филипп, ну, не будь идиотом, где я ее спрятать могу? У себя в замке? Можешь лично проверить все мои подземелья. Если так не доверяешь другу. Тряпку только возьми. Там давно никого не было. Хоть пыль вытрешь, дело доброе сделаешь.

Александр не верил Филиппу. Не верил, что Элион могла сбежать. Так, к подруге поехала, чаю попить. У нее бывали подобные «загулы» еще до брака.

«Вернется до полуночи, зуб даю!» – фыркнул Александр про себя.

– И чего ты так на меня смотришь? Я не кусаюсь, – усмехнулся он и тряхнул светло-рыжими волосами. – Уверен, Элион тебя подразнить решила! Вот и поехала к подруге, чтобы похихикать над тобой, дурачком. Правда, ее подруга умерла недавно…

Александр вдруг задумался, к кому реально Элион могла поехать, и почесал макушку. Вариантов было мало.

– Да нет у нее подруг, к которым она поехала бы! И из родни только ты, – Филипп возмущенно сверкнул глазами, ведь Александр в открытую дразнился, в его взгляде плясали такие озорные дьяволята, что и правда хотелось взять тряпку и ей же по нему замахнуться. – Элион сама не своя была в последнее время. Что, если она правда решила сбежать от меня? Пропала телега, один из наших коней, самый смирный. Вещи, драгоценности Элион – тоже. Что, если она попадет в беду по собственной дурости? Эх, распустил ты сестру, Александр! Ни смирения, ни послушания, ни кротости – ничего от хорошей жены!

Филипп разошелся, выговаривая это Александру. Вроде бы полушуткой, но голос был напряженный. Ну, а кого еще упрекнуть? Родители их умерли давно, об Элион заботился брат. И не вложил в ее милую головушку, что сбегать одной с пузом – верх идиотизма!

Александр нахмурился, услышав подобный выговор, и сцепил зубы, чтобы не наговорить лишнего. Еще с детства родители говаривали, что нрав у него не кроткий. А сам он горяч, скор на расправу. Так что Филиппа не удивило то, как Александр толкнул его в плечо, сразу рассвирепев:

– Что за нотации, Филипп?! Она твоя жена! А от хорошей жизни не сбегают! Может, ты ее отравить хочешь и вправду, как она мне сказала! Ой… – Александр не вовремя брякнул лишнего. – Иди ты… со своими претензиями куда подальше! А то быстро на место поставлю! Нашелся мне тут… воин-любовник! Моя сестра в опасности из-за тебя! Хозяйство свое в штанах не удержал, вот и расплачивайся! Из-за измены твоей Элион ушла, не иначе!

Он мстительно добавил это, уставившись на бедра Филиппа, чтобы тому стало стыдно. Напоминать лишний раз о том, что и сам промышлял в свое время подобным времяпровождением и шатанием по распутным девицам, Александр не стал. Лишь скорчил лицо благонравного монаха из монастыря.

Филипп рванулся к Александру порывом, одним движением. Просто не сумел сдержать своих эмоций. Его глаза яростно сверкнули. Пальцы смяли белоснежный воротник тонкой рубашки, словно Филипп собрался встряхнуть, как нашкодившего юнца.

– Я? Отравить? – прошипел он. – Думай, что говоришь… друг, тоже мне! Может, я и не образец супружеской верности, но Элион не навредил бы! А ты перестал бы корчить из себя святошу. Оба мы знаем, что и сам в былые времена… Так что мы друг друга стоим, Алекс!

Александр шумно задышал и попытался вырваться. Еще в начале жаркой и страстной речи Филиппа. Но он был сильнее. Вырваться не получилось. Вот гаденыш!

– Пусти! Я за сестру переживаю! – буркнул Александр.

Филипп ухмыльнулся, отпуская Александра, сам издевательским жестом расправляя складочку на его рубашке и похлопывая по плечу. После чего отступил на шаг. Драться с Александром не хотелось. Хотелось найти одну дерзкую девчонку и… ох, не повезло, что она беременная! Не то из спальни не выпустил бы, поплатилась бы за свои выходки… жарко и страстно!

Филипп, к счастью, разжал пальцы. Александр надулся и волком посмотрел на друга. Чего руки распускать сразу?

– У нас с тобой одно общее дело, – нехотя сказал Александр. – Найти Элион. Ох, лучше бы я и правда ее домой забрал, раз ты такой непутевый! Что ж ты? Не мог подластиться к девочке? Не мог помурлыкать извинения? Цветы, конфеты, духи… Ну, съездили бы по лицу тебя цветами, швырнули бы в тебя духами, пар выпустила бы Элион, и все было хорошо! А ты? Как ты себя ведешь? Тьфу, в первый раз как будто налево ходишь… – странный взгляд Филиппа заставил его заморгать и подвинуться ближе. – Эй, ты чего? И правда в первый раз?!

Александр ошарашенно прошептал это, глядя на друга во все глаза.

«Ну, ты и дура-ак наивный…» – рвалось с языка, но Александр сдержался!

– В первый, – недовольно буркнул Филипп, отворачиваясь.

Он прошелся по комнате, не зная, куда деваться от взгляда Александра. О, наверняка, в его глазах сейчас превратился из героя-любовника в подкаблучника последней стадии. Верность и поклонение прекрасной даме ценились лишь в поэмах. А на деле всяк загуливал то в дом разврата, то к какой-нибудь полюбовнице.

– Я сам не знаю, как все вышло. Салли… моя первая любовь, ты помнишь эту историю. Она так внезапно появилась, и все завертелось. Я думал, думал о том, что нужно отвадить ее, не искушать себя лишний раз, – Филипп с досадой стукнул кулаком по спинке кресла, стоящего рядом с столом. – Но она приехала прямо сюда, и все произошло само собой. И Элион нас застукала. Я хотел загладить вину, поговорить с ней об этом, но она же вздорная девчонка, которую в детстве мало… ругали.

Филипп смущенно кашлянул на последнем слове. Решил не говорить при Александре, что считает, что таким девицам в детстве ремня отцовского не хватило! Раз приключений на то самое место до сих пор хочется!

Александр растерянно тронул руку друга. Филипп был расстроен. И несмотря на все шуточки, Александр переживал и за него, и за непутевую сестру!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Эй, я же пошутил. Я не хотел тебя обидеть! Конечно, какими бы повесами мы ни были в юности с тобой, я совершенно не желаю, чтобы ты делал больно моей сестре. И если хочешь знать, мне хотелось набить тебе мор… подраться с тобой, когда я узнал от Элион правду.

Александр прошелся по комнате, включая мозги. Не зря же он был успешным военным стратегом. Нужно только применить знания не к военным операциям, а к сестре!

– Давай подумаем, куда она могла пойти. Что сделать. Раз подруг у нее нет… Может, у Элион тоже есть любовник? И она, воспользовавшись случаем, решила шмыгнуть к нему? А он и приютил ее? – Александр нахмурился, говоря эту версию.

Не слишком она ему нравилась. Не хотелось расстраивать Филиппа. Но умолчать о своих подозрениях Александр не мог.

Вот сейчас желание подраться вспыхнуло уже у Филиппа. Прямо в зеленых глазах и очень отчетливо!

– Любовник? По-твоему, я не в состоянии удовлетворить свою жену? И она бегает по чужим постелям? – Филипп запальчиво подался вперед, к Александру, пальцы стиснулись в кулаки до побелевших костяшек. – Могу доказать тебе обратное, мой милый друг! В ближайшем доме разврата. Да только зарекся уже ходить налево.

Филипп мрачно посмеялся над собой. Да уж, и одной любовницы хватило! Много женщин иметь ему было не судьба! С одной изменил, так вторая сбежала!

Александр тряхнул головой, и рыжеватые кудри рассыпались по плечам. Ну, вечно этот Филипп вспыхивает, как спичка! Александр же не имел в виду ничего плохого! Он поднял руки примирительным жестом:

– Н-не надо мне ничего доказывать! Еще я с тобой мужским достоинством не мерился, не по пять лет нам же! А вот Элион доказывать надо. Свою искренность, жажду прощения и верность. Ладно, есть еще вариант. Если не любовник, то… Нам с Элион в наследство достался особняк. Он обветшал, там сто лет никто не живет. Но может, Элион захотела спрятаться там? Чтобы не зависеть ни от твоей, ни от моей милости?

Александр заметил, как Филипп нахмурился и кивнул. Кажется, эта мысль показалась ему здравой? Ну, что ж, значит, драка отменяется, и на том спасибо!

Филипп провел ладонью по своим каштановым волосам, убирая назад растрепавшуюся волну. Брови чуть нахмурились, между ними залегла легкая морщинка.

– А ведь ты прав. Нужно поехать туда! Пока без цветов и серенад, а то вдруг там одни бродяги ошиваются, они такой милости не заслужили, – Филипп усмехнулся одним уголком губ. – Спасибо, Александр, что подал идею! Я сейчас же отправлюсь туда.

Подойдя ближе, Филипп положил ладонь на плечо Александра и с благодарностью сжал. На лице появилась легкая улыбка. Все-таки он волновался за Элион. На таком сроке шататься где ни попадя… Еще и после того, как чуть не потеряла ребенка. Чувствовало его сердце, что эта беременность не доведет до добра!

Еще и лекарь, казалось, что-то темнил, недоговаривал, прятал взгляд, выйдя от Элион, будто о чем-то с ней пошептался. Может, все было серьезно, опасно, а этот гад решил не пугать раньше времени? Филипп медленно выдохнул, пытаясь взять себя в руки.

Александр не мог угадать, о чем думал Филипп. Но его расстроил его напряженный грустный вид.

«Наверняка, он переживает за Элион. Не меньше, чем я. Нужно его поддержать!» – подумал Александр.

– Эй, Филипп, и думать забудь. чтобы идти туда одному! – замахал он руками. – А вдруг это ловушка! Вдруг Элион украли и будут требовать выкуп и поджидать тебя там?

Филипп не слишком хорошо знал его характер. Александр умел пофантазировать так, чтобы нагнать страху на всех близких! Однажды, в детстве, чтобы не уезжать на учебу в академию, Александр придумал, что на нее нападут твари и сожрут всех мальчишек. И так это ярко рассказал, что родители ему поверили и оставили дома!

В общем, Филипп побледнел. Александр тронул его за руку и улыбнулся:

– Я не оставлю ни тебя, ни Элион в беде! Так что давай отправимся в особняк вместе. Прямо сейчас! Я покажу тебе дорогу!

Филипп приказал запрячь экипаж. Верхом добрались бы, конечно, быстрее. Но обратно Филипп собирался ехать со своей беременной женой! Так что дорогу до особняка коротали в экипаже, задернув занавески от выглянувшего солнца. Наконец впереди показался нужный дом. Сам он выглядел давным-давно нежилым, единственной окрасой был сад. Пышные яблони с густыми кронами росли от самого забора.

Войдя внутрь, Филипп положил ладонь на рукоять меча.

– Если она приехала сюда, чтобы жить одна, на сносях, в такой глуши, где никто даже не услышит криков о помощи, если к ней заберется грабитель… – приглушенно прорычал Филипп. – Просто держи меня, Алекс. Иначе я не знаю, что я сделаю с твоей сестрой!

С этим пафосным возгласом Филипп направился по заросшей дорожке, пробираясь между высокого бурьяна. Но эффект его шествия смазался витиеватым ругательством под нос, когда он едва не влип лицом в паутину. Пришлось убирать ее мечом – странное назначение для клинка. Может, и вправду в доме давным-давно никого не было?

– Я тебя подержу, Фил, я тебя так подержу! – зло ответил Александр и размахнулся, дал Филиппу подзатыльник.

А потом сам позорно запутался в каких-то ползучих растениях и чуть не упал. Филипп мстительно не подал ему руку. Вот гад!

– Зато сад какой красивый, – неуверенно отозвался Александр, не желая поливать грязью свое наследство. – Я его не помню таким. Сад был заброшен. Высохшие деревья, сломанные ветки… тут словно добрая магия какая-то поработала! Правда, это не к Элион. Она у нас ненавидела растения, особенно фруктовые деревья. Возле них всегда столько насекомых! И Элион всегда их боялась. Я не уверен, что что-то изменилось.

Пока они вот так болтали, Александр нашарил ключ в тайнике. И открыл скрипучую дверь.

– Проходи в мою обитель! – рассмеялся Александр и тряхнул волосами.

Филипп переступил через порог первым. И зашел внутрь, осматриваясь по сторонам. И не зря! Ведь вдруг из-за угла на него вылетела встрепанная фурия, замахиваясь чугунной сковородкой. Хорошо, что боевые навыки у него в порядке. Он мгновенно перехватил тонкое запястье, скручивая бестию, как котенка. Она зарычала от сопротивления, а Филипп узнал в ней свою жену.

– Хорошо встречаешь мужа дома… Пирожков решила испечь? – Филипп ухмыльнулся, аккуратно обезоруживая Элион.

Сковородка отправилась на столик рядом. Похоже, Элион приняла гостей за грабителей. Бедняжка… ей точно не стоило оставаться одной в одиноко стоящем особняке, вон какая зашуганная. Но пока Филипп жалел ее, она попыталась лягнуть его ногой и вырваться.

«Ага. Пока отпускать не стоит», – сделал вывод Филипп.

– И засунуть тебе в… – зло зашипела она, дергаясь в его руках, но тут заметила Александра. – Алекс?! И ты тут?!

***

Александр не ожидал встретить в заброшенном особняке Элион. Считал свое предположение бредовым. Решил, что, скорее, Элион и вправду заведет любовника, чем отправится в это богом забытое место. Поэтому вздрогнул от дикого крика ведьмы, прилетевшей на метле, что потряс весь дом. Кричала Элион. И это явно не был крик ужаса. Скорее, гнева и ярости. Но все-таки он испугался за свою младшенькую сестренку. Мало ли, может, ему показалось, и она в беде? Выхватив клинок, Александр ринулся на помощь. Но обнаружил в коридоре Филиппа, едва удерживающего Элион.

– А, это всего лишь вы, – обескураженно махнул Александр рукой. – Муж и жена – одна сатана. Во всяком случае, орете вы, как будто из геенны огненной вышли. Пожалуй, я пойду. Разбирайтесь дальше сами. Совет да любовь, ребята!

Александр снова помахал им рукой. На этот раз издевательски. Но их новый крик прозвучал на удивление синхронно:

– Не смей!

Александр моргнул. И опустил клинок.

– Чего это вы на меня орете? – мрачно осведомился Александр, глядя на сладкую парочку напротив себя. – Вы уже определитесь, чего хотите. То ли убить друг друга, то ли любовью заняться. Я отказываюсь принимать участие и в первом, и во втором случае!

Глава 7

Филипп недовольно выдохнул, резко, как взбешенный зверь. Пришлось разжать пальцы. Хотя Элион так разошлась, что казалось, держать ее так – это для ее же блага!

«Бойкая она для женщины на сносях», – подумал Филипп, оглядывая ее с ног до головы.

Элион отскочила, нервно поправляя платье. Серо-голубое, простое, оно ничуть ее не портило. Напротив, само по себе слишком обычное, грубоватое, подчеркивало изящество фигурки, благородные красивые черты. Темные волосы разметались, на бледных щеках разгорелся румянец.

Губы Филиппа помимо воли разомкнулись. Он поймал себя на мысли, что не будь тут Александра, то притянул бы к себе снова, чтобы уже впиться в ее рот поцелуем, подавив любые протестующие стоны. Элион тем временем скрестила руки на груди, сверкая злющими карими глазами.

– Что вы здесь делаете?! Я никого из вас сюда не звала! – несмотря на гнев, ее голос казался чересчур звенящим, выдающим испуг.

Александр придвинулся к Филиппу и Элион, гневно сверкнул глазами. Тонкие сильные пальцы сжались в кулак, а дыхание сбилось.

– Что ты творишь, сестренка? – выдохнул Александр, прожигая недовольным взглядом Элион. – Ты подумала о ребенке? Какого черта ты сбежала и подвергла себя опасности? А вдруг преждевременные роды, а ты одна?! Ни повитуха сюда не придет, никто! Ты же можешь погибнуть!

Филипп побледнел, как стеночка, и разжал руки, выпуская Элион. Она воспользовалась случаем и двинула мужу по ребру острым кулачком.

– Не смей пугать меня, Алекс! Вы с Филиппом заодно, я сразу это поняла! – злобно прошипела Элион, надвигаясь уже на него, и Александр, к своему стыду, попятился. – Может, и ты хочешь меня убить? Чтобы получить наследство? Поделите добычу между вами двумя, да, мальчики?

Александр возвел очи вверх. Опять эта девчонка за свое! Что за теории заговора, что за мысли о том, что ее хотят убить?! Кто вложил такую чушь в эту светлую головку?! Александр сам затряс головой, как мокрый кот, которого окатили водой.

– Какое наследство? Вот это? – Филипп в сердцах ударил по стене кулаком, с потолка посыпалась какая-то дрянь. – Десять облезлых яблонек?

Филипп принялся ерошить волосы, чтобы вытрусить из них обсыпавшуюся побелку. Руки лучше не распускать, все ясно, вдруг еще и крыша рухнет.

– Ничего они не облезлые! Убирайтесь отсюда! Оба! – выпалила Элион, но потом поежилась, обхватив живот руками и опустив погасший взгляд. – Я не верю никому из вас, вы все… все хотите навредить нам.

У Филиппа сжалось сердце, он сделал осторожный шажок вперед, но коснуться не решился. Элион выглядела такой перепуганной. Зверушка затравленная… Филипп не понимал, откуда у нее такие мысли. Но ему было жаль ее такую, загнанную, не подпускающую к себе, как запутавшаяся в сети птица, которая клюется и не дает себе помочь.

Александр вздохнул и приблизился к Элион. Осторожно, чтобы она и правда не бросилась бежать и не попала ни в какую ловушку. А то вьющихся растений здесь было достаточно, чтобы зацепиться ногой и упасть. И расшибиться.

– Иди ко мне, сестренка. Давай поговорим? – Александр бережно приобнял ее за плечи и, кивнув Филиппу, чтобы не мешал, увел ее из комнаты прочь. – А помнишь эту комнату? Тут жила наша нянечка. Она небольшая, но светлая. Ты часто приходила сюда вместе с куклами, и няня шила им платья. А я бегал к вам с деревянной шпагой, что выточил мне отец. И пытался убить твою куклу. Ты била меня по голове какой-то книжкой, что няня держала на прикроватном столике, – Александр улыбнулся детским воспоминаниями и усадил Элион на кровать. – Да, мы потом были не слишком дружны, как подросли. Наши пути разошлись. Но я жалел, что не позаботился о тебе. Расскажи, Элион, что тебя тревожит. Я хочу помочь тебе. Мы… не близки с тобой в последние годы. Я хочу исправить это. Поговори со мной, сестра?

Элион присела на кровати, расправляя складки платья на коленях. Ее голова была низко наклонена, волосы падали на лицо. Она не решалась смотреть на Александра, когда он говорил все это. Боялась выдать себя. Конечно, когда ей рассказывали подобное, в голове вспыхивали кадры-воспоминания, но все же… она не настоящая Элион.

– Я пыталась поговорить с тобой еще в доме мужа, – с горечью вздохнула Элион. – Но даже если ты не покрываешь Филиппа, ты все равно на его стороне и не веришь моим словам… Мне угрожает опасность. И мне, и малышу.

Элион приложила ладонь к животу, чувствуя, как ребенок слегка толкнулся. И подняла взгляд на Александра. Ее карие глаза слегка поблескивали. Выглядела она уставшей. Наверно, устала бояться?

Александр вздохнул и тяжело опустился на кровать рядом с Элион. Неумело погладил ее по голове, как маленькую. Матрас жалобно скрипнул под его весом. Она дернулась от его руки, будто перепуганная кошка.

– Тебя будто подменили, Элион. Это я, твой брат, Алекс. Успокойся, ты в безопасности, – сделал новую попытку утешить сестру Александр. – Почему ты считаешь, что Филипп опасен для тебя и малыша? Да, у него из-за семейной истории слегка поехавшая крыша по поводу детей, и ты иногда жаловалась мне на это. Но все же хорошо, Филипп не упрямился, когда ты забеременела! Ты же была такой счастливой, что у тебя появится малыш! Уверен, ты сумела переубедить Филиппа и избавить его от дурных воспоминаний о прошлом.

– Прошлом?! – дернулась Элион, как от удара плетью.

Глаза загорелись огнем, словно у дикой кошки, а не перепуганного котенка, как прежде.

– Ты тоже говоришь о прошлом, Алекс?! Как и он?! Так значит, у него с его «прошлым» – первой любовью – должен был быть ребенок, но не сложилось?! И поэтому Филипп теперь не хочет детей?! Он хочет их только от Салли?!

Александр отодвинулся от Элион подальше. Говорят, что беременные женщины не от мира сего. Никогда не верил в это. Но глядя на Элион, готов был поверить в подобное высказывание!

– А… Ну… Я не знаю, – замямлил Александр, встав с кровати. – Давай я позову Филиппа, и вы во всем разберетесь? В его, кхм, прошлом? С детьми или без детей…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Александр затянул его в комнату, попутно шипя что-то в ухо о том, чтобы Филипп доказал Элион, что у него нет детей. Филипп уставился на нее во все глаза.

– Э… у меня нет детей, дорогая, – Филипп осторожненько подошел к ней ближе, как к опасному, слегка бешеному зверю. – Ну, то есть будет. Наш малыш. Больше никого.

Филипп присел на корточки перед кроватью, на краю которой сидела Элион. Его ладонь осторожно потянулась к ее животу. Филипп видел, что Элион напряглась всем телом.

«Она будто боится за малыша, боится, чтобы я трогал ее», – нахмурившись, подумал он. И уже всерьез задумался, не попросить ли у лекаря что-нибудь успокоительное на травках. Уж больно у Элион фантазия расшалилась на фоне беременности.

Элион прищурилась и отодвинулась подальше от Филиппа. Еще и скорчила самую отвратительную морду, которую только смогла!

– Мне Алекс все рассказал! – гордо провозгласила Элион. – И слуги не зря шептались за моей спиной! Я теперь знаю все тайны прошлого. Наверняка, у вас с Салли что-то было, что-то связанное с ребенком! Что теперь ты не хочешь иметь ребенка от меня! Ну, поня-ятно! Тебе ж выгоднее меня отравить, а самому жениться на Салли, и чтобы потом заделать ей уже вашего ребеночка! Так вот, мне плевать на ваши планы. Оставь меня в покое, понятно? Я жить хочу! И ребенка нашего воспитывать, не оглядываясь, когда и как, и кто на меня нападет! На меня уже и тут пытались напасть! Ну… наверное.

Не уточнять же, что это просто окно хлопало… Элион тряхнула головой и посмотрела в упор на Филиппа. Прямо в его честные большие глаза! Якобы честные!

– Да не хочу я никаких детей! Ничьих! – взбесился Филипп, взвиваясь на ноги, но тут до него дошел смысл последних слов. – Пытались напасть? Кто? Отвечай, Элион!

Эта фраза прозвучала как допрос. Еще бы. Ведь он перехватил Элион за плечи цепко, крепко, сильно, не вырваться. В его глазах был искренний страх за нее. Пусть даже сейчас Филипп считал ее полной идиоткой, которая надумала невесть что! Ему было не до того, чтобы рассказывать все свое мировоззрение по поводу отцовства! Элион могла угрожать опасность, и Филипп слышал только это, как на повторе.

– Ах ты детей не хочешь, гад?! – взбеленилась Элион и набросилась на Филиппа, как маленький смерч, замахнулась и влепила ему пощечину. – Вот и пошел вон из моего дома! Я тебя сюда не звала! Единственная опасность сейчас, которая может мне грозить, – это ты!

Увидев, что Филипп не внял гласу разума, Элион решила податься до тяжелой артиллерии. И завыла противно на одной ноте:

– Алекс, убери его отсюда-а! Он меня обижа-ает!

Исполняла Элион красиво. Картинно. А что? Александр сам вызвался мириться с ней и помогать во всем. Пусть отдувается!

– Что случилось?!

Александр прискакал быстро. Испуганно бросился к ней, а Элион вытянула руку, тыкая пальцем в Филиппа:

– Он. Говорит. Что. Не. Хочет. Детей! Ничьих детей! Значит, и нашего малыша тоже не хочет! Я после этого с ним не то, что в одну постель не лягу, Алекс, а под одним кустом не сяду! – Элион немного осеклась, понимая, что перегнула с земными фразочками.

Элион шмыгнула носом. Сейчас главное, чтобы Александр поддался и выдворил Филиппа. А дальше она разберется!

Филипп тихо застонал, берясь за лоб и возводя взгляд к небу. Ладно, к потолку. С трещинками и паутиной. Наверно, поэтому высшие силы на помощь не пришли.

– Александр, да не слушай ты ее! – взмолился он, а потом не выдержал и хлопнул ладонью по спинку стоящего рядом кресла. – Так, все! С меня хватит!

Наверно, красиво, гордо и мужественно смотрелось бы после этого хлопнуть дверью да погнать лошадей в таверну и по бабам… Но ему уже хватило приключений с женщинами. Еще и Элион маслица в огонь плеснула, с надеждой пискнув:

– Уходишь?

– Да ни за что! Давай, объясняй, откуда этот бред в твоей голове! С чего ты взяла, что я опасен для нашего ребенка? Да, я был не готов становиться отцом, но у меня на это свои причины, – Филипп недовольно поджал губы, немного замыкаясь в себе.

Александр уже говорил, что он человек вспыльчивый? Так вот, напомнил всем, кто забыл, снова! Когда изо всех сил треснул по затылку Филиппа, словно не ровесники с ним, а Александр – его старший брат. Кстати, таковой у Филиппа имелся. Эх, нужно бы вызвать братца Филиппа сюда! Пусть бы проучил своего р-ребенка. Хотя Александр и сам справится!

– Так, вы мне надоели! Оба! – громыхнул он на всю комнату. – Что вы, как дети малые?! Элион права! Ты слишком замыкаешься в себе, Филипп! Вам давно надо поговорить! Элион с первого дня брака жалуется на тебя, что ты не говоришь с ней о прошлом, о детях! Если у тебя бастард от Салли, то так и скажи! Уверен, хорошие откупные решат вопрос. Я помогу тебе, если что, по-дружески, Фил!

Александр усмехнулся залихватски, словно у него таких бастардов – двор через двор в королевстве. Нужно же уметь пустить пыль в глаза, правда?

– Вот идиот! – зашипел Филипп на Александра, покосившись на Элион. – Теперь она меня еще и в таком подозревать будет! Не видишь ли, моя женушка вся на нервах из-за этой своей беременности!

– И ты решил меня от нее избавить? – взялась за старое Элион, уже подобравшись, готовая вскочить с кровати и начать выдворять мужа.

Филипп обреченно вздохнул. Развернув стул, он сел на него набок, упершись локтем в спинку. На миг ладонь скользнула по лицу, пряча помрачневшее выражение. Было неприятно погружаться в воспоминания.

– Я соврал тебе, Элион. Я всегда говорил, что просто не готов к детям, к ответственности, что мы еще слишком молоды, но… дело не в этом. У меня была старшая сестра. Когда мы с братом были еще маленькими, она умерла. Мучительно и страшно. Преждевременные роды. Я помню, как служанки приносили простынь за простыней, как лекарь поил ее какой-то дрянью, но ничего не помогало… Отец тогда строго сказал нам не мешаться, но я все равно заглянул в приоткрытую дверь. Я видел, как она мучилась, видел кровь и… Наутро ее уже не было. После этого наша мать не прожила и полугода, сердце не выдержало потери. А отец дорастил кое-как и сам попросился на службу на север, подальше от родных мест. Лишь бы не вспоминать о случившемся. От нашей семьи почти ничего не осталось… И стоило мне подумать о своем ребенке, наследнике, как я видел уже тебя, свою жену, умирающую у меня на руках. Как-то не хотелось такого! Но раз ты считаешь меня из-за этого трусом и подлецом, пожалуйста!

Филипп с досадой зажмурился, вскакивая со стула и направляясь к двери. Не смотрел на Элион. Не хотел видеть жалость в ее глазах. И показывать то, что его слегка блестят.

– Подожди! – ее сердце прошило жалостью к Филиппу.

Она сама не поняла, как вскочила с кровати и побежала за ним. Ухватилась за его руку, прямо за запястье, слегка царапнув его ноготками. Он вздрогнул, как от удара тока, от одного ее прикосновения.

Ей на миг стало страшно, что все испортила. Своими руками. Элион всхлипнула и прильнула к Филиппу.

– Не уходи, Филипп, пожалуйста! Я… Я не знала. Прости, пожалуйста. Я… – ее голос стал тихим и грустным.

Элион ощутила касание руки Александра к своему плечу. Приободряющее. И он незаметно для нее и Филиппа вышел из комнаты. Она прикрыла глаза и вспомнила, как часто Элион спрашивала у Филиппа, в чем дело. Почему он становится такой замкнутый и грустный, когда она задает вопросы о его семье. О прошлом. Но Филипп упрямо молчал. Зато сейчас… открылся. Но не Элион. Своей настоящей любимой жене. А ей. Попаданке с Земли, которая совсем его не знала.

Филипп застыл на секунду, ощутив, как Элион прижалась к нему. Дверь за Александром закрылась тихо-тихо. Филипп даже сразу не понял, что они остались одни. А когда заметил, то повернулся к Элион, мягко обнимая ее. Его пальцы осторожно скользнули по ее встрепанным темным волосам. Будто… он тоже немного боялся.

– Не знала, конечно. Кому захочется выглядеть нытиком и слабаком? – Филипп дернул уголком губ в невеселой улыбке. – И признаваться, что до сих пор вижу сестру в кошмарах. С тех пор, как мы поженились и ты начала заговаривать о ребенке… Я очень испугался, когда ты сбежала после того приступа. Вдруг бы все повторилось, и ты потеряла бы сознание где-нибудь одна и…

Филипп зажмурился, не договорив. Лишь уткнулся кончиком носа в макушку Элион, вдыхая аромат ее волос. Ощущая физически, насколько она хрупкая в сравнении с ним.