Текст книги "Измена. Попаданка в положении (СИ)"

Автор книги: Елена Белильщикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц)

Глава 2

Я моргнула, не понимая, что к чему. Похоже, чуть не отключилась от волнения. Ладонь скользнула к животу. Ох, уберечь бы малыша… Собственное состояние мне не нравилось.

– Но ты же мой брат… – выдохнула я в шоке, отшатнувшись от Александра. – Как ты можешь так говорить?

– Элион, тебе нужно успокоиться, – он потянулся ко мне, но я недовольно дернула плечом, не давая дотронуться. – Ты сейчас на эмоциях и наломаешь дров. А потом что?

– Разведусь… – неуверенно пискнула я, пытаясь вспомнить, есть ли в этом мире разводы.

Александр с тяжелым вздохом покачал головой. Даже глаза прикрыл на миг, словно наставник с безнадежно тупым учеником.

– Допустим, тебе удастся добиться развода. Что может занять годы. Сама знаешь всю эту канитель с церковной верхушкой, – Александр говорил медленно, с расстановкой, будто для того, чтобы до меня дошло. – И что дальше? Ты забыла, что у тебя роды на носу? Как ты найдешь нового мужа с младенцем на руках? Или ты собираешься поднимать ребенка одна? Наши родители давно покоятся в земле, остальная родня живет далеко. Конечно, у тебя есть я, я всегда помогу, но… это все равно не то. Да и, сама знаешь, я часто в разъездах по службе. Тебе нужен кто-то, на кого ты сможешь опереться.

– Филипп не тот, на кого можно опереться! – возмущенно выпалила я, и эти слова звонко разнеслись по коридору. – Помоги мне, и я справлюсь сама!

Александр поднял руку, останавливая меня.

– Разговор окончен. Я не буду помогать тебе разрушать твою семью, – отрезал он. – Филипп добр с тобой, заботится, никогда не обижал, руку не поднимал, ведь так? Так что возьми себя в руки. Вам просто нужно забыть о случившемся и двигаться дальше. У тебя есть все, о чем может мечтать женщина.

«Вот только я мечтаю о другом! – с отчаяньем подумала я. – О верном муже. О хорошем отце для своего ребенка. Раз уж волей судьбы у меня теперь будет малыш, я должна позаботиться о нем!»

Наверно, не стоило орать нелестные характеристики Филиппа на весь замок. Ведь вспомни заразу – появится сразу. За спиной раздались жесткие, как у солдата, шаги. А может, это мне так показалось в повисшей тишине.

– Дорогая, ты выглядишь бледной. Тебе лучше вернуться в постель и отдыхать, как и сказал лекарь, – строго произнес Филипп.

Мне бы залепить ему пощечину и броситься наутек? Но на таком сроке маловероятно, что я оторвусь от Филиппа хоть на минуту.

– Я приеду позже, – Александр с мягкой улыбкой коснулся моего живота. – Береги себя и малыша, Элион.

Брат ушел. Он так и не понял, не поверил, что как раз здесь мне с малышом угрожает опасность! Закрывшись в себе, не говоря ни слова, я тенью последовала за Филиппом в спальню.

Он оставил меня одну, и мой взгляд случайно упал на зеркало. Да уж, болезнь и слезы никого не красят… Побледневшая, встрепанная, с еще влажными ресницами. Но даже так было видно, что тушка мне досталась, что надо. Невысокая, с тонкой талией и высокой грудью, которая за счет беременности налилась и выглядела еще лучше. Длинные темно-каштановые волосы лежали мягко и шелковисто. На бледном лице контрастно выделялись выразительные карие глаза и губы, которые даже без помады выглядели вишневыми. Вот только… Филиппу красавица-жена что шла, что ехала.

Нужно было продумать побег, пока он снова не попытался навредить малышу. Просчитать варианты. Ведь я не имела права ошибиться! Я ответственна не только за себя, но и за ребенка. Нужно было хорошенько покопаться в воспоминаниях, понять, как выжить в новом мире… Но заняться этим я не успела. Ведь в дверь постучали, и внутрь вошла пожилая служанка. Та самая, что помогала таскать коробки.

– Господин Филипп сказал с Вами посидеть, – сообщила она, усаживаясь в кресло в уголке. – Вдруг плохо станет или еще чего. Да и говорит, поругались вы страшно, как бы дел ни наворотили! Я тут, в уголочке посижу, повяжу чуток, а Вы отдыхайте, госпожа, я мешать не буду.

Я вздохнула. Все ясно, Филипп решил перестраховаться на случай моего побега. Оставалось только послушно лечь в постель и прикрыть глаза. Что ж, восстанавливать силы тоже нужно. Больной и слабой я далеко не сбегу.

К вечеру ко мне заглянул Филипп. Служанка ушла, и мы остались наедине. Я взволнованно глянула на закрывшуюся дверь. Потом перевела взгляд на лицо Филиппа. В теплом свете одинокой свечи оно выглядело мягче, еще красивее.

– Мне сказали, ты отказалась от ужина, – Филипп сел на край кровати.

– Не хочется.

Я отвернулась, подтягивая на плече ночную рубашку. Она была такой тонкой, из нежной белой ткани, что казалась прозрачной. Особенно под пристальным взглядом муженька. Филипп перехватил меня за подбородок, силой заставляя посмотреть в лицо.

– Врешь, – отрезал он, большим пальцем с нажимом проводя по моим губам.

Филипп потянулся ко мне. Собрался поцеловать. Я резко вскинула руки, упираясь ладонями в его широкие, крепкие, будто каменные, плечи.

– Не хочу, чтобы ты снова подлил мне что-то! – яростно выпалила я в лицо Филиппу. – Я не дам тебе убить нашего ребенка!

– Элион, хватит выдумывать ерунду! – разозлился он, отпуская и вскакивая с кровати. – Я сам испугался за тебя сегодня, нечего обвинять меня во всех смертных грехах! Я не виноват, что тебе стало плохо!

Филипп нервно прошелся по комнате, как тигр по клетке. Ой-ой, сбежать захотелось? Неуютненько стало? Я зло прищурилась, прожигая его взглядом.

– Да ты что? Может, и эту шлюху в дом притащил не ты, потому что между ног зачесалось?

– Не говори так! – Филипп рывком повернулся ко мне, его глаза вспыхнули странным огнем, а с губ сорвался почти стон. – Салли… Она не какая-нибудь девка из дома разврата, как ты могла бы подумать! Все не так просто! Ты просто ничего не знаешь.

Я, до этого со всем комфортом опирающаяся на подушку за спиной, резко выпрямилась, садясь на кровати.

– Ах, не знаю? – я задохнулась от возмущения. – И что же было, мой милый? Коварная Салли опоила тебя? Или может, угрожала тебе? Говорила, что убьет меня, если не ублажишь? А, точно! Самому тебе нож к сердцу приставила, если ты ее не трахнешь! Ну, или… не к сердцу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я пошло усмехнулась, покосившись пониже пояса Филиппа. Ой. Лучше бы я этого не делала. Филипп все-таки был отлично сложен. Широкие плечи, крепкая грудь, сильные бедра, и при этом никакой зажатости от каменных мышц, сплошная грация хищника… Именно. Хищника, который сожрет и не подавится!

Филипп продемонстрировал это. Когда в одно мгновение оказался рядом. Он наклонился надо мной, одной рукой упираясь в резное изголовье.

Я ощутила огонь от сильного тела, словно на меня пыхнуло жаром костра. И замерла, глядя широко распахнутыми глазами, не смея даже моргнуть. Филипп выглядел опасным для меня. Ведь вглядывался в мое лицо хищно, цепко, пристально, будто искал ответ на свой вопрос:

– Да что с тобой такое? Ты никогда раньше не вела себя так со мной!

– А я раньше и не заставала тебя с другой! – огрызнулась я. – Хотя, наверняка, это длилось уже долго. Просто мне ума не хватало тебя раскусить.

Я горько усмехнулась, чуть отворачиваясь. Глаза заблестели от слез. Очень реалистично. Ведь я вспомнила своего жениха. Как долго он развлекался с другой за моей спиной?

– Нет. Это был… первый раз, – погасшим голосом выдохнул Филипп.

Он распрямился. Ладонь скользнула по каштановым волосам, волной упавшим на лоб.

– Да ты что-о-о? – ядовито протянула я. – И курить ты бросишь с понедельника!

– Я не курю, Элион, – Филипп непонимающе моргнул, но к счастью, не стал цепляться. – А Салли… Ты должна меня понять. Она моя первая любовь.

Он взял паузу, чтобы перевести дыхание. Я внимательно следила взглядом за Филиппом, который отошел в сторону, садясь в кресло. Как за опасным зверем. Он уперся локтем в подлокотник, роняя лоб в ладонь, начиная говорить как-то устало. Ах да, гордость заела перед женой извиняться! Такой великий позор для героя-любовника!

– Мы познакомились на балу, при дворе. Я был еще совсем юнцом, она и подавно девчонка-девчонкой. Нас потянуло друг к другу. Она сбегала ко мне на свидания под луной, а писал ей глупые письма. Дальше мы не зашли, не успели… Ее семья переехала на другой конец Денлана, и все забылось. Я встретил тебя, даже не думал о Салли, клянусь! Не вспоминал. Так, юношеская влюбленность, с кем не бывает? Это все прошлое, и я не понимаю, к чему ты изводишь меня расспросами! – Филипп с досадой ударил кулаком по подлокотнику. – Если я давно не чувствую к ней ничего! Просто мы случайно встретились, когда я ездил в столицу, совсем недавно. Сам не знаю, как все закрутилось.

– Ага, – хмыкнула я, ничуть не проникнувшись этой исповедью. – Сам не знаешь, как притащил ее в дом, разложил на комоде, а потом решил избавиться от ребенка, чтобы развестись со мной без угрызений совести! Куда мне тягаться с первой любовью, конечно!

Филипп взвился на ноги. Сжатые кулаки, напряженное сильное тело, горящие зеленые глаза, чуть встрепанные мягкие волосы… Я вжалась в подушку. Ведь он был в бешенстве и… о, если существовало бы божество гнева, его следовало бы изображать так! Смертоносно прекрасным в этом сверкании взгляда и поджатых чувственных губах.

– Замолчи! Хватит подозревать меня во всех смертных грехах! – прорычал Филипп. – Ты изводишь себя, девочка! То нервы, то голодовки. А в твоем положении капризы неуместны. Смотри, Элион, доведешь, и я… я попросту свяжу тебя и буду кормить силой!

Я только сейчас заметила, как расширены его зрачки. Неужели голос Филиппа был таким горячим не только от гнева? Ой, нет, только желания со стороны новоиспеченного мужа мне не хватало!

– Н-не надо, – пискнула я, решив больше не дергать тигра за усы. – Ты прав, Филипп, я… слишком заупрямилась. Это может навредить малышу. Только разреши, я сама пойду к кухарке?

– Это еще зачем? – Филипп склонил голову к плечу, глядя с подозрением. – Тебе принесут все в комнату!

Я едва подавила рвущееся с языка: «А что? Снова подлить что-то не терпится?»

– Ах, мне так дурно, так мутит! – я картинно откинулась на подушку, прикрывая глаза. – А если я побуду какое-то время среди ароматов еды, может, станет немного легче, и аппетит вернется! Лекарь так сказал.

– Э-э… вообще-то, от запаха еды тошнит еще сильнее.

Я приоткрыла один глаз, чтобы насладиться видом растерянного Филиппа, и закрыла обратно.

– Ты был беременным? Нет? Вот и не лезь! Не то попрошу креветок с персиками из баночки! В полночь! – драматично припугнула я.

Филипп непонимающе покосился на меня, но отвел к кухарке. Сидя там, недалеко от очага, я принялась изображать страдалицу. И попросила прямо при мне сварить картошки с пылу с жару и нарубить свеженький салатик из овощей. Хорошо, что мужа рядом не было, можно вить веревки! Следить, чтобы уж точно ничего не подсыпали. Поставив передо мной тарелку, кухарка выскользнула в коридор. Похоже, пришел ее муж, который работал у нас конюхом.

– Что же, госпожа на кухне ужинать изволила?! – удивился он, когда ему было сказано не заходить пока.

– Да тише ты! – шикнула на него кухарка. – Извелась совсем, бедняжка! Боится, что муж ее со свету сживет. Оно и немудрено. Сегодня подлили ей гадость какую-то, чуть ребеночка не скинула! А помнишь, господин ей сладостей заморских привез, якобы порадовать? Она потом слегла, думали, не выкарабкается!

– Так баб на сносях всех тошнит… – неуверенно возразил конюх.

– Да говорю же тебе, хочет господин извести жену свою, а в дом новую девку привести. Об этом все твердят, что в городе его часто видят с другой. С любовью его первой! Вот и сегодня развлекались с ней прямо в замке, при живой жене, ой, стыд какой! Бедная госпожа Элион.

Я похолодела. Только сейчас вспомнилось, что не так давно провалялась с дикой тошнотой, никак не могла прийти в себя. Неужели Филипп не в первый раз пытался навредить мне? И если ничего не предпринять… он и правда избавится от меня.

Глава 3

Я не знала, могу ли доверять хоть кому-то в замке Филиппа. Конечно, кухарка мне сочувствовала, но своя рубашка ближе к телу. Стоило сказать про побег любому из прислуги, могли тут же доложить хозяину, лишь бы не вылететь с работы. Придется действовать в одиночку!

Филипп не пришел в спальню. Служанка, заглянувшая проверить, в порядке ли я, сказала, что он засиделся за делами и уснул в кабинете, на диване. Что ж, уже хорошо! Сделав вид, что тоже собираюсь уснуть, я дождалась, пока дверь закроется.

Мои глаза тут же распахнулись. Передо мной стояла важная задача: просеять все важные воспоминания Элион. Понять, к кому можно обратиться за помощью.

Увы, выводы оказались неутешительными. Родители ее давно умерли, как Александр и говорил. А сам он оказался скотом, принявшим сторону изменника. Подруг у Элион особо не имелось, она была тихой домашней девушкой, редко выезжающей из замка. Даже в особняк, доставшийся от родителей, не заглядывала, хотя Александр говорил, что там давно трава выше крыши и все разваливается.

«Так! Стоп! – я резко подскочила на кровати. – А с этого места поподробнее! Получается, от родителей Александру и Элион достался не только замок, где живет мой братец, но и особняк?»

Элион не была там очень давно. В последний раз, когда она заезжала в особняк, то видела просторный двухэтажный дом, окруженный старым яблоневым садом. Большая часть мебели была вывезена, оставшееся накрыли простынями. Ведь в воздухе витала пыль, золотясь в лучиках солнца, пробивающихся сквозь щели в заколоченных окнах.

– Н-да уж, интересно, там все уже разворовали? – мрачно подумала я вслух, вспоминая, как у моей подруги Катьки за две недели на море из дома исчезли телевизор и стиралка, видимо, обидевшись на хозяйку и уйдя искать себе свои курорты.

Впрочем, другого выбора не было! Стены и крыша над головой остались… вроде. А остальное – дело наживное. Соваться в своем положении в таверну я опасалась. Одинокой женщине среди пьяного мужичья лучше не показываться.

«Решено! На рассвете ноги моей не будет в замке Филиппа!» – мысленно отрезала я и вылезла из постели.

Я зажгла свечу и начала собираться. В шкафу обнаружилась украшенная вышивкой сумка, Элион иногда брала ее на прогулки верхом, когда вместе с Филиппом выезжала побродить по окрестностям. Туда я сложила все драгоценности, которые выгребла из шкатулки. Денег у Элион не водилось. Все оплачивал Филипп. Что ж, хоть побрякушки продать можно будет!

Выбравшись из комнаты, я тихо, как мышка, проскочила вниз. В кладовой, примыкающей к кухне, нашлась буханка хлеба и кругляш сыра. В корзине стояли румяные груши, я захватила парочку. Ну, а что? Беременным нужно хорошо питаться!

Также с собой я прихватила немного одежды, самое простое, что нашла в шкафу Элион. Пышные, как пирожные, платья с оборками мне вряд ли пригодятся. А вот простенькие наряды на сменку будут нужны. Правда, это уже пришлось сунуть в дополнительную котомку, нагло позаимствованную в той же кладовой.

Со вздохом я поняла, что навьючиваться сильно нельзя, но все-таки прихватила пару вещичек для ребеночка. Из тех, что купила накануне. Неизвестно, как у меня будет с деньгами к моменту родов… Найти бы работу, но кто возьмет даже в служанки с таким пузом?

С этими невеселыми мыслями на рассвете я выбралась из замка. Возле конюшни мое сердце оборвалось. Оказалось, конюх уже встал! Он как раз запряг коня в телегу. Видно, кто-то из слуг собрался в город за покупками. Теперь же конюх, насвистывая под нос, ворошил вилами сено. Когда он скрылся в конюшне, чтобы подбросить сенца в кормушки, я рванула к телеге со всех ног. Вот он мой шанс! Р-раз – и вещи полетели в телегу, два – я вскочила на нее, хватаясь за поводья, три – конь удивленно всхрапнул, но сорвался с места.

«Что делать дальше, разберусь потом! Пока я должна спасти тебя, малыш, – мысленно обратилась я к ребеночку, сбегая из замка Филиппа. – Это самое важное. Спасти тебя от твоего папы».

***

В спешке уезжая от Филиппа, Элион и понятия не имела, что из замка тайком выскользнул еще кое-кто. Одна из служанок выскочила на дорогу, воровато озираясь. Там, в лесу, была назначена встреча. Несмотря на ранний час, экипаж уже ждал. Без родового герба, с задернутыми темными занавесками, он выглядел зловеще. Дверца открылась, и служанка забралась внутрь. Там, в полутьме, сидела холеная блондинка. Салли.

– Ну, что? – надменно поинтересовалась она. – Все кончено?

– Боюсь, что нет, – служанка нервно расправила юбку на коленях. – Госпожа того, весь чай не выпила. Пару глотков сделала, вот и все. Потом рухнула, лекаря позвали, он ей травок каких-то прописал…

Салли резко повернулась.

– Хочешь сказать, она все еще беременна?! За что я тебе заплатила?! – прошипела она, замахиваясь пощечиной.

Служанка ойкнула, хватаясь за лицо. Дорогой перстень прошелся по губам, теперь неприятно саднило.

– Так я все сделала! – заскулила она. – Я-то что, виноватая, что она не допила?!

– Пошла вон, – презрительно бросила Салли, и служанки мигом и след простыл. – Ну, ничего, Элион… В этот раз тебе повезло, девочка. Но я еще избавлюсь от твоего отродья и от тебя самой! Филипп будет моим. Любой ценой.

***

Первым делом я решила заехать в город. Должны же здесь быть какие-то ломбарды? Столица Денлана, в конце концов! Как я поняла из воспоминаний Элион, сам магический мир назывался Кэрнитен. Королевство, в которое меня занесло, то и дело сцапывалось с соседями, чаще с южными. Их названия мне мало о чем говорили, я только знала, что Эдинлей мы вроде захватили, а с Гравидией подписали мирный договор, но и с той, и с другой стороны смотрели волком.

Ой, мне какое дело! Лишь бы вражеские воины по улицам не шастали! Не то смотрела я всякие фильмы про былые века, где неприятели были только рады напасть на одинокую девушку да юбку ей задрать!

Впрочем, это и не воины могли устроить. Так что, сжимая вожжи, я с опаской оглядывалась по сторонам на пустынной лесной дороге. К счастью, до города я добралась без приключений. Только раз слева зашевелились кусты, у меня оборвалось сердце, но дорогу лишь перескакал вспугнутый заяц.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Заехав в город, я остановила коня немного в стороне от ворот. Теперь стоило вспомнить, что и где находится в денланской столице! Пока я стояла и вертела головой, ко мне подошла сухощавая старушка, опираясь на клюку.

– Ищешь кого, деточка?

– Да мне бы драгоценности продать! Не подскажете, где это сделать? Я служанка у одной богатой госпожи! Ей поклонники надарили всякого, а она скоро замуж выходит, вот и решила продать, жених у нее ревнивый – жуть!

Я премило улыбнулась. Хорошо, что перед отъездом надела простенькое платье очень тусклого голубого цвета. В нем, закрытом, почти сером, легко было сойти за простолюдинку. Похоже, в мою легенду поверили. Старушка подробно объяснила, как пройти. Я кивала в такт ее словам, пытаясь запомнить эти бесконечные налево-налево-направо-за-таверной.

– А чего это ты одна? Совсем мужик твой тебя не бережет, одну на сносях в город отправлять? – старушка кивнула на мой живот.

– Да я без мужа… – промямлила я, озираясь по сторонам, уже думая, как сбежать от расспросов.

– Ах ты паршивка! Сколько же девок гулящих развелось! – принялась распинать меня она. – Только и знают, как женатым на шеи вешаться! Госпожа сказала камушки продать, как же! Видно, ее жених тебя и одарил! За то, что ноги раздвигала перед ним. А теперь что, хозяйка погнала тебя с пузом? И поделом! Бесстыжая!

Я лишь стояла и хлопала глазами. А перед ними все туманилось от слез. Сказать бы правду! Что это я тут жена, пострадавшая сторона! Но рассказывать первой встречной свою историю – ну уж нет. Я невольно накрыла рукой живот, будто желая защитить малыша от этих нападок. Неужели в этом мире нас только такое и ждет? И каждый будет моего ребенка клевать как безотцовщину, а меня – как распутную девку?

Старушка потрясла в мою сторону клюкой и направилась прочь. Я зажмурилась, пытаясь справиться со слезами. Пути назад нет! Я не просто так сбежала от Филиппа, даже не из обиды за измену. Он угрожал моему малышу. Хорошо, что лекарь решил сказать про эликсир мне лично, а не мужу на ушко! Не то так и не узнала бы, с каким мерзавцем связана узами брака.

«Некогда себя жалеть!» – строго сказала я и вновь забралась на телегу.

Ее пришлось оставить недалеко от нужного адреса. Привязав коня, я нырнула в переплетение узких закоулков. Минут через пять нашлась нужная вывеска. Мне почудился голос Филиппа. Я уже собиралась войти в ювелирную лавку, как вдруг остолбенела от мужского голоса за спиной.

– И далеко ты собралась?