Текст книги "Караул! Яга сбежала! (СИ)"

Автор книги: Елена Артемова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

И мне ужасно интересно стало, как он это понял? Надо бы поспрашивать Феофана, уж у него-то точно есть ответы на все мои вопросы.

Кощей тем временем уже поднялся по ступеням своего терема и на правах хозяина разрешил:

– Проходи. Те, – добавил он после небольшой паузы, – В доме поговорим.

По тому, как спокойно себя чувствовал Иван, стало ясно, что он тут уже бывал раньше. Мы прошли по длинному коридору первого этажа и уперлись в массивную дверь, за которой располагался кабинет Кощея. Ну или как тут называется комната для деловых переговоров? Я рассмотрела добротный деревянный стол на гнутых ножках, стулья, хозяйское кресло и тканую дорожку до окна, выходившего на темный лес. Кощей занял свое место во главе стола, мы же уселись по левую руку, и с разрешения хозяина Иван приступил к своей речи.

– Беда у меня приключилась, Кощей, помощь твоя нужна. Завелась у меня в тереме домовуха.

Мне было до жути интересно, кто такая домовуха. Но я терпеливо помалкивала, придерживаясь народной мудрости: промолчишь – за умного сойдешь.

– Давно? – нахмурил брови Кощей.

– Седьмицу уже живет. Всех девок дворовых распугала, ни одну на порог не пускает. То за косы оттаскает, то водицей студеной плеснет. А второго дня в ночи такой вой подняла, что окна дрожали.

– Только девок обижает? – усмехнулся Кощей каким-то своим выводам.

– Если бы! – печально вздохнул княжич, – Кафтан мой в лоскуты изрезала, сапоги в печь запрятала, новые, между прочим. Я домой зайти боюсь, какую каверзу еще придумает. Не откажи, помоги.

– Что ж, помочь то можно… – Кощей сделал паузу, выжидательно поглядывая на просителя.

Иван понял его с полуслова, с полувзгляда.

– Не поскуплюсь, ты же знаешь. Награду проси любую. Исполню в точности, слово даю, – пообещал княжич, стаскивая свободной рукой с головы шапку и кидая на пол.

Видать так у них тут слова подтверждать принято.

– Что ж, слову твоему верю. Завтра жди, избавлю от напасти. А теперь ступай.

– Благодарствую, – поднялся Иван и отвесил поклон нечисти, – Идем, Яга. Возвращаться надобно. Закончил я.

– Не мне ли девица подарок несешь? – веселился Кощей, поглядывая на свою простыню, прижатую у меня локтем к боку.

– Ой, точно. На, – протянула ему белоснежную тряпку, – Мне чужого не надо.

Если Иван и был удивлен, то ничего не сказал. Лишь молча переводил взгляд с меня на Кощея и обратно.

Провожать нас до выхода никто не пошел. Но Иван прекрасно знал дорогу и вел меня за руку весьма быстрым шагом. Я же старалась шустрее перебирать конечностями, чтобы не выпустить его ладонь из своей. Мы почти бежали: коридор, крыльцо, мостик… На противоположном берегу он, наконец, отпустил меня и с облегчением выдохнул:

– Спасибо.

– Спасибо на хлеб не намажешь, – почему-то огрызнулась я.

– Прости, я забыл совсем, – Иван подошел к коню и достал из седельной сумки небольшой предмет, завернутый в рогожку, – Плата за услугу.

Я протянула руку, забирая неизвестный мне предмет. С любопытством развернула «подарочную упаковку» и обнаружила маленькое зеркальце в серебристой оправе. И что? Это достойная плата Яге за работу? Я удивленно крутила свой «гонорар».

– Ты мне бы еще бусики подарил, – фыркнула я недовольно.

– Не по нраву пришелся подарок мой? – удивленно вскинул брови Иван, – Такого на всем свете больше не сыскать.

Мне послышалась даже обида в голосе.

– Что ж в зеркальце необычного? Как по мне, так обыкновенное, ну разве что оправа красивая, тонкой работы.

– Волшебное зеркальце, – пояснил Иван, – Может совет полезный дать, может показать то, что далеко от тебя находится. А может и еще чего умеет, я пока сам не до конца разобрался.

– Надо же, – у меня почему-то совсем вылетело из головы, что я в волшебном мире, и предметы могут быть с подвохом, – Прости, не поняла сразу. Спасибо, – я сунула в карман плату.

Интересно, сюда меня подвез, а обратно как? Не пешком же, хотя… Я с сомнением покосилась на огромного коня, довольно фыркающего от ласки хозяина. Лучше я сама. Вот только беда – дороги я не знаю. Иван будто подслушал мои мысли, вскочил на коня, уже знакомым мне движением закинул меня перед собой и припустил в обратный путь.

Глава 4

Обратно долетели быстрее ветра. Иван осторожно ссадил меня с коня и перед тем, как уехать, поинтересовался:

– Придешь завтра с Кощеем? Ждать стану.

– Вряд ли, – совершенно честно ответила я ему, – Дело есть важное. И, если все получится, то уже и не свидимся.

– Жаль. Ну тогда сам приду! – он пришпорил коня и умчался, поднимая клубы пыли с дороги.

Его конный отряд рванул следом, пытаясь догнать своего предводителя, а я поплелась в домик, где меня дожидался Феофанушка.

– Ну, как все прошло? Зачем княжичу Кощей понадобился? – свесился с печки домовой.

– Ай, домовуха завелась, житья не дает. Кстати, кто это?

– Я – домовой, а ежели девка домовая, так она домовухой зовется, – закряхтел, сползая вниз, Феофан, – Рассказывай, – потребовал он, ухватив меня за подол сарафана.

И так крепенько ухватил, что я не смогла сдвинуться с места. Пришлось поведать, как все было.

– Дела… – протяжно произнёс домовой, почесывая бороду, – Видать, сильно девку обидели, раз лютует на новом месте.

Лично мне не было никакого дела ни до Ивана, ни до его безобразницы. Я мысленно составляла план побега: куда бежать, куда податься, кого найти... Нет, не то, о чем вы подумали, а поспрашивать, как домой вернуться.

– Феофанушка, скажи, дружочек, кто из колдунов там местных или кудесников каких меня домой может отправить? – ласково поинтересовалась я.

Кроме уже увиденных мною Кощея и Ивана я никого не знаю. Да и они мне в этом деле не помощники. Значит, надо расширять круг знакомств.

– Ась? Чегось?

Феофан смерил меня странным взглядом, расшифровать который я не смогла. Этакая смесь раздражения и недовольства, но это не точно.

– Ах, домой… Так дома ты, девка, угомонись, свербигузка.

– Сам ты, Наташа, – надулась я, – Тоже мне, партизан. Не хочешь помогать – сама справлюсь, есть у меня подарочек.

Я вспомнила про зеркальце в кармане, извлекла его на свет и, усевшись за стол, положила перед собой.

Зеркальце как зеркальце, никакого волшебства пока не происходило. Я погладила свое отражение, и оно вдруг пошло рябью, а затем на меня уставилась незнакомка. С раскрытым ртом я рассматривала ту, что не стесняясь рассматривала меня в ответ: зеленоглазую женщину лет шестидесяти с округлым лицом и седой косой, уложенной вокруг головы. Ее идеально выщипанные темные брови приподнялись в удивлении, а алые губы недовольно вытянулись в тонкую линию. Я явно не понравилась зеркальцу. Надо спасать ситуацию, вот только как?

– Здравствуйте… – нерешительно проблеяла я, решив сперва поздороваться.

– Ой, – удивленно воскликнуло зеркальце.

– Прекрасно выглядите, – произнесла я следом, решив, что ласковое слово и зеркальцу приятно.

И, видимо, угадала, потому что щеки дамы в отражении порозовели от удовольствия, а губы растянулись в улыбке.

– Ой, – уже довольно произнесла она.

– Меня Ярослава зовут, можно просто Слава или Яга. А вас как?

– Ну надо же! – дама поднесла руки к щекам и покачала головой, – Первая, кто спросил. Ларой кличут или хранительницей. А чаще просто – зеркало, – печально вздохнула она.

– Приятно познакомиться, Лара. Помощь мне нужна, совет мудрый.

– Спрашивай. Помогу, чем смогу.

– Мне надо домой попасть, в свой мир, понимаешь? – в ожидании ответа я подалась ближе к отражению, если можно так назвать то, что видела в зеркале, – Не местная я, помоги.

– Хм, – нахмурилась Лара, рассматривая меня, а затем ее взгляд переместился мне за спину, – Здравствуй, Феофан, – поздоровалась хранительница.

Обернувшись, заметила, что домовой стоит на лавке и активно жестикулирует зеркальцу. Намекая, мол, только ляпни – разобью нафиг.

– Не мешай! – я отодвинулась подальше от вредного духа и для верности взяла зеркальце в руки, – Поможешь?

– Так правду говорят, что Яга-то смогла, нашла способ и сбежала. А заместо нее теперь ты, значит, – Лара буравила меня своими острыми глазками, изучала, что-то прикидывала, а затем произнесла, – Как Яга сбежала – про то мне неведомо, скрытная бабка была. Знаю я один способ, но…

– Зеркальце, миленькое, родненькое! – я сложила руки домиком, – Помоги!

– Так-то ждать надобно, пока Купала наступит. Коли найдешь цветок папоротника, так любое желание исполнится.

– И когда у нас Купала? – поинтересовалась я у насупившегося Феофана, чуя подвох.

– Летом, – пробурчал он.

– Твою ж мать… – все, что смогла ответить я.

– Но… – обнадеживающе отмерло зеркальце, – Я б к Василисе посоветовала сходить. Она не зря премудрая, может, подскажет чего.

– Василиса, значит. А где искать-то ее? – изображение хранительницы пошло рябью, заставляя меня занервничать, – Эй, куда? Адрес! – я провела рукой по поверхности зеркала.

– Клубочек возьми, нить путеводная приведет, – произнесла напоследок Лара и отключилась, в смысле, зеркало вновь отражало мою физиономию.

– Сла-а-а-вочка, раскрасавица, яхонтовая моя, брульянтовая, зачем тебе к зазнайке идти? – принялся подлизываться Феофанушка.

С каждым словом он придвигался все ближе и ближе, пока не ухватил меня за локоток, – Оставайся, смотри, красота-то вокруг какая! Болота, леса непролазные! Будем с тобой хозяйство вести. Сейчас солнышко пригреет, травка всякая нарастет, чаек ароматный с пирогами пить станем… – соблазнял меня перспективами домовой.

И я так живо вдруг себе все представила: и самовар, и пироги… Живот заурчал, напоминая о себе.

– Пироги. Точно, Феофанушка, накрывай на стол. Перекусим – и в путь, – постучала я по самобранке рукой.

Повздыхав, домовой шепнул скатерке заказ, и на столе появились две тарелки, чугунок ароматных щей да пара ломтей черного хлеба.

– А ложки? – напомнила я, – Не через край же хлебать.

– На кухне возьмешь, неча волшебство переводить.

Феофанушка спрыгнул с лавки и поплелся к печке, ловко забрался на лежанку и закрыл за собой занавеску, отгораживаясь от меня. Все ясно, обиделся. Ну да, дело хозяйское. Я здесь задерживаться не собираюсь, мне домой надо. Отобедав, я поблагодарила скатерть и попросила прибрать посуду. Вообще, не рассчитывала на то, что скатерть послушается, но тарелки и чугунок исчезли мгновенно.

– Вау, слушай, волшебная скатерть, а наколдуй для Феофанушки…

И тут я задумалась, чем бы побаловать обиженку? Занавеска колыхнулась, выдавая, что домовой прислушивается к моим словам.

– Подсластим пилюлю расставания? – шепнула я самобранке пожелание, и на столе появился торт «Птичье молоко».

Рядом я положила волшебное зеркальце. Вещь дорогая, пусть останется в родном мире. С собой его брать не стала.

Путеводный клубок обнаружился среди вещей в сундуке, там же, где я нашла свою обновку. Этакий навигатор на славянский манер работал очень просто. Стоило только кинуть его перед собой и произнести, куда мне нужно, клубок мохеровых ниток рванул по заданному маршруту. Только гляди, не отставай. Уже добежав до края леса, я вдруг обернулась на домик. В лучах заходившего солнца он выглядел таким родным и уютным, что сердце сжалось от тоски. Странное иррациональное чувство. «Да еще и с Феофанушкой нехорошо получилось, – устыдилась я, – Но не оставаться же мне тут в самом деле?» И я поспешила за путеводной звездой, в смысле, нитью, которая скрылась за мохнатой елью.

***

– Попрощалась она, – ворчал домовой, слезая с печки, – До завтрева, милая, до завтрева. Куда ты теперь от нас? Правильно, нашенская ты, смирись. Я же смирился с такой бестолковой… Ну-ка чего ты там наколдовала? – запрыгнул на лавку к столу Феофанушка и уставился на диковинное угощение.

***

Солнце уже давно коснулось линии горизонта, а клубок все бежал и бежал вперед, не сбавляя темпа. Мои силы были на исходе, таких марафонских дистанций я не бегала никогда. Мы, люди двадцать первого века, избалованы прогрессом в виде такси, автобусов и метро. Наши ноги не приспособлены к таким нагрузкам. Интересно, какой километраж я набегала за сегодня? Ступни гудели, отказываясь идти дальше. Перспектива вырисовывалась так себе – ночевка в лесу. А ну как, волки или медведь? А еще змеюка может выскочить. Я поежилась от такой перспективы.

– Клубень, тормози, – потребовала я, и нить замерла на месте в ожидании дальнейших указаний, – Не могу больше, ночуем тут.

Я выискала глазами елку пораскидистее и забралась под нижние ветви, как в домик. Глаза сомкнулись сами собой, и я провалилась в сон.

Мне снился Кощей, точнее, мое утреннее пробуждение в его кровати. Что скрывать, он мужик видный, хоть и нечисть. Тем более, что я так для себя и не поняла: было что али нет? Если нет, то даже жаль. Ну где я в нашем мире такого красавца найду? Не говоря уже о том, чтобы в постель затащить. Ну так вот, пробуждение было приятным от поглаживаний моего совершенно обнаженного живота. Тепло от ладоней расходилось приятными волнами по всему телу.

– М-м-м, как хорошо… – промурлыкала я, прижимаясь к крепкому мужскому телу спиной.

Реакция на мои действия была приятна, как и утром. Явно ощущалось твердое намерение в отношении продолжения банкета. Руки мужчины стали смелее, поднимаясь выше, сжимая грудь. На шее я ощутила горячее дыхание, а затем первый осторожный поцелуй коснулся плеча.

– М-м-м, – разомлев от ласки, я могла издавать только стоны или нечленораздельные звуки.

Резким движением Кощей развернул меня лицом к себе и шумно втянул носом воздух у виска. Мои руки потянулись к нему, обнимая за плечи. Раз уже мне снится сон, почему не воспользоваться моментом? Мои пальцы с его плеч скользнули ниже. Как он сложен! Как статуя древнегреческого бога, увиденная мною в музее. Сплошные мышцы, которых чертовски приятно касаться.

– Во сне ты мне нравишься больше… – шепнула, не открывая глаз.

Потянувшись за поцелуем, я услышала насмешливое:

– Ты считаешь, что это сон?

Мужская рука прошлась по линии спины, опустилась на мою ягодицу и… И я вдруг поняла, что это нифига не сон. Я опять в постели Кощея.

Глава 5

– Ты?! А ну, руки убрал, – зашипела я и попыталась отодвинуться.

Но не тут-то было. Хватка была железная.

– Как ты это сделал? Зачем?

Смесь стыда, желания, злости… Сложно сказать, чего из этих чувств было больше. А еще появился страх, потому что, как ни крути, Кощей сильнее. И вокруг на многие километры никого. Кричи, не кричи.

Не знаю, почувствовал ли Кощей резкую перемену в моем настроении или, может, у него проснулась совесть, но руки его разжались, отпуская на свободу. Я тут же замоталась в простыню, служившую ему одеялом. В ту самую, что вернула накануне. И, отодвинувшись на другой край огромной кровати, вновь задала свои вопросы:

– Зачем? Тебе скучно, и ты так развлекаешься?

– Поверь, мне тоже пока непонятно, что происходит, – Кощей улегся на спину, закинув руки за голову, – Думал, твоя ворожба.

Я с сомнением покосилась на того, кто парой минут ранее беззастенчиво облапал меня с превеликим, по-моему, удовольствием. «Обоюдным», – ехидно подсказал мне мой внутренний голос.

– Больно надо, – буркнула себе под нос.

Пришлось тряхнуть волосами, отгоняя видение того самого процесса. Копна густых медных волос разметалась по плечам, пара прядей свалилась на лоб, и я сдула ее привычным движением.

– А где мои вещи? – наконец, поинтересовалась я, – Спать ложилась одетая. У меня с собой еще клубок путеводный был.

– Про то мне неведомо, – Кощей перекатился на бок и подпер голову рукой, – Ну раз уж ты все равно тут, пойдем завтракать? В прошлый-то раз я даже предложить не успел. Ты сбежала.

– Кофе есть? – поинтересовалась я, – Без него мне жизнь по утрам не мила. В смысле, ничего в рот не лезет.

– Попробуем, – загадочно пообещал Кощей, поднимаясь с постели.

– И одежку? – поднялась я вслед за ним, завернувшись в простыню, – Мне еще домой возвращаться. Да и босиком не хотелось бы, – продемонстрировала босую ногу, от чего простыня разошлась, показав чуть больше, чем я планировала.

Кощей залип, проскользив взглядом от кончиков пальцев до линии бедра и обратно, и пошел на второй круг.

– Кофе! – напомнила я об обещании, но ногу убирать не спешила.

Непонятно почему, но такая реакция очень льстила. «Дура, надо было делать вид, что спишь дальше, – отругала я себя, – Глядишь, и было бы потом, что вспомнить».

– Ах, да, – очнулся Кощей и, не стесняясь того, что вообще-то совсем не одет, развернулся и отправился к выходу, – Здесь дожидайся, найду тебе одежу.

С моего последнего визита обстановка в спальне не изменилась: все тот же столик у окна, лавка да кровать, на которой я и дожидалась возвращения Кощея. Странно, как быстро я приняла, что оказалась в сказочном мире среди нечисти. Нет, я по-прежнему хотела домой, тем более, меня там бабушка ждет, волнуется. Да и друзья, наверное, искать станут. Не могут же они не заметить, что я исчезла.

Кощея не было минут пятнадцать. За это время я несколько раз обошла по кругу спальню, а затем распахнула окно и с наслаждением вдохнула свежий воздух. Как же тут хорошо! Вид на березовую рощу и речушку радовал глаз. Кислород наполнял легкие до головокружения. Пришлось даже ухватиться за подоконник, чтобы не упасть. Птицы заливались в роще, лаская слух. Так бы стояла и стояла.

Но увы, все хорошее рано или поздно кончается. Вернулся хозяин терема, успевший облачится во все черное, как и положено злодею: брюки, рубаху, высокие сапоги. Я невольно залюбовалась его образом. Блин, красивый мужик… Я заметила у него в руках ворох разноцветного тряпья.

– Примерь, может, подойдет чего? – кинул на кровать вещи Кощей.

А я с подозрением уставилась на женские рубахи и сарафаны. Откуда в доме у него чужая одежда? Это сколько баб тут раздевалось? Эта мысль неприятно резанула по сердцу. Хотя, по идее, мне должно быть фиолетово до личной жизни этого кра… Кобеля гулящего. Однако выбор у меня невелик: или чужое платье, или простыня. Придирчиво осмотрела и отобрала два более-менее подходящих по размеру наряда. Кощей, стоя спиной, наблюдал за моими действиями и, похоже, выходить не собирался.

– А ты не хочешь за дверью подождать? – я тонко намекнула, чтобы он все-таки вышел.

– Зачем?

– Переодеваться буду.

«Что за недалекий мужчина попался?» – поразилась я его тугодумию.

– Что я там не видел? – фыркнул Кощей так, словно мы лет двадцать женаты.

– Надеюсь, что ничего, – буркнула я, собираясь уйти сама.

Комнат тут полно, найду где переодеться. Но Кощей, вздохнув, вышел за дверь, оставляя меня в одиночестве. Почти. Потому что стоило закрыться дверям за его спиной, как на подоконник опустился ворон. Пернатый внимательно посмотрел на меня и произнес:

– Добр-р-рое утр-р-ро, кр-р-расавица.

– Доброе, доброе.

Наклонив голову, я прикидывала: мальчик он или девочка. И, не найдя никаких зацепок, чтобы это понять, спросила:

– Тебя как зовут?

– Кар-р-р!

От его ответа понятнее не стало. А вот от того, что дальше ворон, махнув крыльями, слетел к забракованной мною куче тряпок, разворошил ее клювом и принялся выковыривать разноцветные камни с подола платья, я сделала вывод: птица женского рода.

Пока пернатый прилагал все усилия по отковыриванию самоцветов, я натянула на себя белую рубаху и сарафан. Наряд пришелся впору. Я заплела косу и, не найдя никаких лент, просто откинула ее за спину. Авось, продержится какое-то время.

– Ну, долго еще?

Кощей постучал в двери и, получив дозволение, вошел внутрь. Да не с пустыми руками: он нес красные сапожки.

– Держи, еще нашел.

Меня раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, наличие привычной обуви радовало. Вчерашние лапти категорически неудобные в носке. А с другой стороны, это ж опять кто-то оставил…

– Спасибо, – поблагодарила я и принялась примерять обновку.

Просунув ногу, я поморщилась от боли. Все-таки натерла вчера мозоли. И что теперь делать без привычных мазей и кремов? Кощей, заметив, что что-то не так, приблизился и присел передо мной на колени. Я замерла. Что он задумал? Обхватив теплыми ладонями мою ступню, он вытащил ее из сапога, и сразу стала ясна причина моего дискомфорта. Покачав головой, Кощей поставил мою ногу на пол, поднялся и молча вышел, оставив меня недоумевать. Что это такое было?

– Пр-р-ридет, – успокоила ворона и принялась дальше орудовать клювом, отковыривая камень от наряда.

Спустя минуту Кощей действительно вернулся, неся в руках темный флакон, и произнес:

– Присядь.

Стоило мне выполнить его просьбу, он опять опустился передо мной на колени. Откупорил склянку, и я почувствовала травяной запах: полынь и что-то еще. Кощей плеснул принесенный отвар на ладони, а потом массирующими движениями растер по моим ступням. Однако приятно. Я зажмурилась. От движений мужских рук по телу побежали мурашки, хотелось, чтобы этот удивительный массаж продолжался бесконечно. Но, увы, волшебный отвар впитался, а вместе с тем и закончилась процедура. Нехотя открыла глаза, и обнаружила, что мои ноги полностью здоровы. Ни единого намека на то, что они еще минуту назад были стерты до крови.

– О, – только и смогла пробормотать на это чудо.

– Пожалуйста, – усмехнулся Кощей, – Ну, идем завтракать, твой кофе, кстати, готов.

Кофе! Боже, это не нечисть, это же мужчина мечты! И оденет, и обует, и вылечит. Да еще и кофе нальет! Настроение резко взлетело вверх.

– Карл, – обратился Кощей к птице, – Слетай до Лешего, скажи, что вечером приду. Пусть баньку готовит.

В смысле – Карл? Это что, все-таки мужик в перьях?! Я наклонилась за новеньким сапогом и прицелилась, но пернатый оказался проворнее. Обувка впечаталась в резную накладку над окном, а сам птиц, активно работая крыльями, уже набирал высоту в небе.

***

Кухня в тереме располагалась на первом этаже: огромное помещение с русской печью, деревянным столом и резными лавками по бокам. На столе белоснежная скатерть, на которой уже поджидал завтрак: румяные пирожки, самовар на еловых шишках, и кружка. Подозрительно похожая на ту, из которой я пила дома… Черная термокружка, на боках которой при нагреве проступают надписи: «Кружка ведьмы. Не брать, а то прокляну». Ирка подарила на прошлый новый год.

Я подошла ближе и поняла, что это же и есть моя родненькая. Вон, и ручка сколота – это я об кран приложила, когда мыла на прошлой неделе посуду.

– Самобранка? – скорее, сказала, чем спросила я.

– Она самая, – любовно пригладил края скатерки Кощей.

Интересно... Она что, может перетаскивать предметы, а не только еду? И если она таскает еду, то откуда? И как это работает? Ведь, если где-то прибыло, значит, где-то убыло? Внутри проснулось любопытство.

– Садись, – аккуратно подтолкнул меня к столу Кощей, – Поедим, и я тебя до дома довезу.

О, да! Однозначно Кощей сегодня – мой герой! Даже спорить не стала, без лишних вопросов плюхнулась на лавку и потянулась к кружке.

– Божественно! – сделав первый глоток, я прикрыла глаза от удовольствия, – Кофе со сливками! Это лучшее начало дня.

За завтраком мы успели немного поболтать о ничего не значащей ерунде, а потом вышли на улицу, намереваясь отправиться в путь. Стоя у ступеней терема, я размышляла: «Интересно, вот Яга в ступе летала. Ну та, что до меня была. Княжич на лошадке тыгдык, а Кощей каким транспортом пользуется?»

– Прикрой уши, – посоветовал Кощей и, сунув два пальца в рот, протяжно свистнул.

Первые секунды ничего не происходило, а потом под ногами задрожала земля.

– Ой, что это? – на меня накатила паника, и я ухватила стоящего рядом Кощея за руку.

Между тем дрожь и не думала прекращаться, становясь лишь сильнее.

– Мамочки, – я шагнула назад, видя, как к нам со стороны леса приближается черное пятно.

– Не бойся, это Мрак.

Попытка Кощея успокоить провалилась с треском. Мрак? Надеюсь, это не змей трехголовый?

Словно окутанный черным туманом, к нам приближался огромный монстр. Ну конь, конечно. Вот только размером он отличался от обычного животного. Что там я говорила про лошадь княжича? Забудьте, там милый ручной коник. А этот зверь внушал не страх, а ужас.

– Я на него не полезу! – замотала я головой, – Я рядышком пойду, можно же, да?

Когда конь остановился в десятке шагов от нас, то и дрожать под ногами перестало.

– Идем, – потянул меня за руку Кощей, а я вдруг поняла, что так и стояла, держа его за ладонь, – Он смирный.

Этот «смирный» стукнул копытом, приветствуя хозяина, и земля содрогнулась.

– Не пугай, – строго произнес Кощей, протягивая руку к голове монстра.

Тот послушно наклонился и довольно зафырычал, когда хозяин провел меж ушей ладонью.

– Попробуй, – предложил мне Кощей сделать то же самое и, не дожидаясь согласия, сам положил мою руку повыше носа коня.

«Сожрет, – пронеслось в голове, – И не подавится». Зажмурилась, ожидая ощутить, как минимум, укус за запястье. А вместо этого услышала смех Кощея. Открыла один глаз и увидела обиженную морду коня. Что? Одному смешно, а второму обидно? Что вообще происходит? Осмелев, я открыла второй глаз и провела рукой по нежной шелковой шерстке животного. Мягкий, теплый и… вообще не страшный? Ошеломительное открытие. Скорее, наоборот, касаться его оказалось приятно.

– Поторопимся, княжич ждет, – одним махом взлетел на спину коня Кощей.

Почему не в седло? Да потому что никакой амуниции для поездки на зверюге не имелось. И, свесившись, легко закинул меня перед собой. Опять. Я закатила глаза, а потом махнула рукой. Фиг с ним, до дома Яги потерплю.

– Не спеши, друг, – попросил Кощей коня, – Не напугай нашу гостью.

Конь и вправду послушал. Шел спокойно, не дергал, не пытался нестись. Чинно ступая, нес нас вперед. И через какое-то время я поняла, что мне нравится поездка. Комфортно и спокойно.

– Кар, – раздалось сверху, вынуждая поднять глаза к небу.

Карлуша объявился. Над нами нарезал круги пернатый, опасаясь приземлиться на плечо хозяина. Очень справедливо, между прочим. Мне до сих пор хотелось задать ему взбучку.

– Кошмаррр! – видя, что его заметили, Карл принялся рассказывать последние новости, – Пр-р-ремудрая с пр-р-рекрасной подр-р-рались. Позор-р-р.

– Премудрая? Это он о Василисе сейчас? О той самой, к которой я вчера не дошла?

– Ну да, – подтвердил мои догадки Кощей, – Она на опушке у Дивногорья живет, ты не знала?

– Откуда? – отрицательно покачала головой, – Я еду с тобой. Страсть как хочу на экскурсию в Дивногорье, – поменяла я свой маршрут.