Текст книги "Караул! Яга сбежала! (СИ)"

Автор книги: Елена Артемова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 27

Моя команда помощников сработала на отлично. Пока Злата прибирала в избе, Микоша и Феофан приготовили обед: блины с вареньем, сыр, хлеб, похлебка из грибов в чугунке, остатки вчерашней тушеной капусты и картошка в мундире. Чем богаты, что называется. Надо бы расширять ассортимент, мяса бы или рыбки не помешало.

Владыка явился не с пустыми руками: едва войдя в избу и поздоровавшись, протянул мне связку с тремя щучками.

– Это к обеду, стало быть, от меня, – пробасил он, поглядывая на притихших в углу ребятишек.

– Благодарствую, владыка, – Микоша резво подскочила и приняла подарок. – Угольки в печи в самый раз, мигом сготовлю. Идем, поможешь мне, – позвала она Феню, и оба домовых отправились на улицу, очевидно, чистить рыбку.

Как бы у меня ни зудело с порога задавать интересующие вопросы, я помнила о гостеприимстве – накормить и напоить. А потом уже допрос учинять.

– Прошу к столу, – пригласила Владыку. А заодно и Злату с Ярославом, да Баюна, который, похоже, окончательно прописался в избе. Уж больно вискас ему понравился с курочкой. Даже уже на молочко так не облизывался, как на аппетитные кусочки корма. И при виде свежей рыбки носом не повел.

Видя, что брат с сестрой чувствуют себя рядом с водяным, мягко говоря, неловко, я попыталась их разговорить, но тщетно. Накормив ребят, отпустила их погулять. Пусть вон коровку попасут где подальше. Эта прожорливая буренка уже обглодала всю траву перед крыльцом, оставив черные земляные пятна вместо приятной зелени.

– Сто лет в гостях не был, – довольно отодвинулся от стола Владыка насытившись. – Уважила. Говори, вижу, что еле терпишь.

Он усмехнулся, погладив бороду руками, а затем повернулся ко мне, приготовившись слушать. Ну раз так, то начнем?

– Дедушка, скажи, – я сама не знаю, почему так обратилась к нему, наверное, потому, что воспринимала его именно так, но владыке понравилось. Он расплылся в довольной улыбке, медленно кивая головой, мол, продолжай.

– Слыхала я историю давнюю, как русалка обратно девицей стала, расскажешь? Очень надо! – для пущей убедительности я сложила руки домиком у груди.

– Ой, лиса! – хмыкнул Владыка. – Ну разве же теперь откажешь? Давненько было, столько воды утекло… – взгляд Владыки устремился куда-то вдаль, словно он мыслями вернулся в то время. – Я уж не вспомню в точности, да и это тебе ни к чему. Скажу только, что истинная любовь способна вспять повернуть что угодно.

Думай, Славка, думай. Истинная любовь? А брат с сестрой не подойдут? Куда уж истиннее-то? Вытянув шею, посмотрела в окно, где на опушке леса виднелись две маленькие фигурки Златы и Ярослава.

– Нет, не они, – покачал головой водяной, верно истолковав мой взгляд. – Я говорю о тех чувствах, что меж двух возникают.

– Пу-пу-пу-пу, – пробормотала я. – Так как же его расколдовать-то?

Если любовь и была между Дарьей и Гордеем, так парень сейчас под чарами колдовскими, навряд ли он добровольно к берегу пойдет. Да и новая невеста не пустит. Она, скорее всего, с него глаз не спустит, до свадьбы коршуном над ним кружить будет.

– Да… Силенок бы тебе побольше, – внимательно окинул меня взглядом Владыка. – Тогда б могла новые чары сплести, а так…

– Погоди, что значит новые? – зацепилась за ниточку, ведь в вопросах ведовства и волшебства я ни але, для меня все в новинку.

– Да как же, ежели колдунья сильна, так может она новые заклятия навести, старые соединить, да…

– Стоп! – от неожиданности я даже вскочила с лавки и принялась расхаживать по избе взад-вперед. – Яга была сильная ведьма? – спросила больше для видимости, и так понимая, что да. Получив кивок, продолжила: – Значит, она могла соединить два в одно?

И снова я оказалась права. Пулей метнулась к кровати, туда, где под подушкой спрятала книгу с вырванной страницей. Принялась листать в поисках нужного места, бормоча про себя как мантру тот стих, что слышала при перемещении в этот мир.

Нашу связь долой,

Мир иной открой,

Туманом путь укажи,

Навсегда привяжи.

Солнца луч над землей,

Расстояние долой,

Только вместе заря,

Ты забудь про меня.

Отыскав нужную картинку, я издала победный клич.

– Есть! Нашла! – рванула к владыке и сунула ему под нос картинку. – Смотри, картинка есть, а описания нет! Шепот ночи называется.

Владыка взял из моих рук книгу и поднес ее ближе к лицу. Похоже, дедуля-то близорук, судя по тому, как он прищуривается, вглядываясь в изображение.

– Хм, действительно, нет, – перевернув пару страниц, согласился водяной. – А что ты такое бормотала? Слова кажутся мне знакомыми, но странными. Похоже на привязку душ, но та звучит иначе.

Нашу связь долой,

Мне не нужен такой,

Ты другой покажись,

Навсегда привяжись.

Солнца луч над землей,

Расстояние долой,

Только с нею заря —

Ты забудь про меня.

Продекламировал он заклинание, а потом еще раз взглянув на рисунок, нахмурился.

– Неужели у нее получилось? – удивленно воскликнул Владыка.

– Так, а я про что! Она сплела два в одно, но что-то пошло не так! Понимаешь? – мысль, что можно расколдоваться, радовала и пугала меня одновременно. Я могу быть свободна и больше не скакать каждое утро по лесу без штанов. И это, несомненно, плюс. Но вот просыпаться в пустой постели… А вдруг вместе с этим развеется то, что я чувствую к Кощею? Это же хорошо, да? Сперва сниму притяжение, а потом найду недостающую страницу и вернусь домой!

Владыку очень интересовало, что за побочный эффект оказался у новых чар, но я наотрез отказалась об этом говорить. Еще чего не хватало! Мало мне лешего, который в курсе? Лесных сплетников? Чтоб еще и под водой меня обсуждали? Нет уж.

После ухода Владыки я осталась в избе одна. Баюн, отужинав парочкой пакетиков Вискаса, ушел, домовые отправились доить корову. А Злата и Ярослав крутились около них.

– Как мне быть? – рассуждала я вслух. – Отпустить Кощея? Ведь если все это наведенное, ненастоящее… – имея в виду странное притяжение, – так будет правильно.

Вот только от одной мысли об этом внутри все переворачивается, противится этому. Не отпущу! Не отдам. Так и хотелось сказать мне. Но тогда чем я лучше прежней Яги? Это же чем-то похоже на приворот, разве нет? Я должна отпустить, пусть живет спокойно. Если это все настоящее, то оно не пройдет? А если морок, то он развеется, и жалеть не стану?

Я настолько ушла в свои мысли, что не слышала, как Феофан и Микоша притащили матрас, расстелили для Златы с братишкой постель. Домовуха сунула в печь чугунок с молоком, чтобы на утро было топленое. Встрепенулась, только когда вернувшийся Баюн забрался ко мне на колени и принялся мурчать.

– Идем, спой мне песенку на ночь, убаюкай, – попросила я кота, боясь, что даже улегшись, не смогу заснуть. Буду мучиться думами грустными. Баюн легко справился с задачей, и уже через пять минут я видела сон.

Утро началось с первыми лучами солнца. Один, самый яркий и настойчивый, светил прямо в глаз. С трудом разлепив веки, я уперлась взглядом в спящего рядом Кощея.

– Ура! – прошептала я, радуясь, что он рядом. Без него утро было бы пустым и безжизненным. Осторожно, чтобы не разбудить, провела рукой по его лицу – такое совершенство невозможно устоять. Каждое утро смотреть на него и не прикоснуться – пытка. Сегодня я возьму реванш за все бессмысленные пробуждения.

Пальцы скользнули к плечу, погладили предплечье. Он всё ещё спал. Можно продолжать, – подумала я и положила ладонь на его крепкую грудь, медленно опускаясь. Кощей зашевелился, но не проснулся – лишь перевернулся на спину, закинув руки за голову, словно приглашая меня ближе. Не раздумывая, прижалась к нему, улеглась на плечо и обняла. Пусть это утро длится бесконечно. Я не хочу думать о будущем – сейчас мне хорошо, и этого достаточно. В его объятьях я задремала.

Второе пробуждение оказалось еще приятнее первого. Сквозь полусон я почувствовала ласковые прикосновения: теплые ладони двигались по бедру, поднимались выше – к руке, плечу, шее. Горячее дыхание у самого уха, сопровождаемое шёпотом:

– Какая ты красивая. Моя.

Мурашки пробежали по коже от удовольствия, сердце забилось быстрее. Хотелось сделать вид, что я сплю, но губы сами расползлись в счастливой улыбке.

– Я знаю, что ты меня слышишь, – тихо произнёс Кощей. Его рука легла мне на живот, притягивая ближе. – Доброе утро, – прошептал он, оставляя дорожку поцелуев от основания шеи вверх, заставляя меня замереть.

Разум отказывался просыпаться, тело жаждало продолжения. И, повернувшись к нему, обвила его шею руками, прижалась сильнее, сама потянулась за поцелуем.

Почувствовала, как его губы коснулись моих, сначала осторожно, словно проверяя, не исчезну ли я в этот миг. Поцелуй стал глубже, увереннее, наполняя меня нежностью и волнением. Ответила ему, прижимаясь ещё крепче, растворяясь в этом волшебном моменте.

– Здр-р-расьте! – прокаркал Карлуша, раскачиваясь на открытой створке окна.

– Вот ты не вовремя, пернатый, – пробормотал Кощей, нехотя отстраняясь, но не отпуская совсем. Я смущённо прижалась к его груди.

Птица не смущала тот интимный момент, который он нарушил. Карлуша вообще не отличался стеснительностью. Важно, осмотрев комнату, он взмахнул крыльями и приземлился на спинку кровати, заглядывая в постель.

Кощей натянул одеяло повыше, прикрывая меня от постороннего взгляда, и недовольно произнес:

– Ты не мог бы подождать нас где-то в другом месте?

Пернатый склонил голову и уставился одним глазом на своего хозяина. Мне даже показалось, что между ними в этот момент происходит внутренний диалог. А затем ворон молча вылетел в окно.

– Нам надо поговорить, – вздохнула я отодвигаясь.

Кощей нехотя разжал руки, позволяя мне отдалиться. Он улегся на бок и подпер голову рукой, давая понять, что готов слушать. Но беседовать с ним в постели? При виде обнаженного торса я отказывалась мыслить рационально.

– Не здесь, – помотала головой. – Я знаю, что за колдовство на нас, и знаю, как от него избавиться.

Сердце ухнуло в пятки, когда Кощей резким движением откинул одеяло и поднялся с кровати. Перемена в его настроении поразила, напугала и… причинила боль. Но ничего поделать я не могла. Хочу быть уверена, что то, что между нами – это по-настоящему, а не наваждение, которое может развеяться в любой момент.

Глава 28

Я медлила, оставаясь в кровати. Душа разрывалась на две части: одна желала, чтобы Кощей вернулся, наплевав на все мои слова, продолжил то, на чём мы остановились. А вторая упрямо твердила: «Всё верно, поднимайся и иди к нему. Разговор давно назрел, и глупо с ним тянуть». От молчания ничего не изменится.

Тяжело вздохнув, замоталась в простыню и прошлёпала босыми ногами на кухню, где гремел посудой Кощей. На удивление он прислушался к нашему разговору о том, что самобранку стоит отложить в сторону. Поэтому завтрак оказался весьма прост: хлеб, сыр и крынка молока.

– В деревне купил, – кивнул он на угощение. – Садись.

В голосе не было ни намёка на нежность, он произносил всё так, будто моё присутствие доставляет дискомфорт. Впрочем, может, так оно и есть, после того, как я его оттолкнула. Я вообще слабо представляла, что творится у него на душе. Мне бы со своей разобраться.

Есть хотелось очень, но кусок в горло не лез, поэтому просто налила себе молока и, сделав пару глотков, начала говорить.

– Яга провела обряд, связав два заклинания. Первое поменяло нас с ней местами, второе связало мою и твою души. – Сделала паузу, поглядывая на Кощея – ни единой эмоции на красивом лице. – То, что между нами происходит, оно не настоящее, понимаешь? – Удивление мелькнуло в его глазах.

– Говори за себя, – усмехнувшись, отозвался он. – Уверен, что…

– Откуда ты можешь знать?! – перебила я. – Ведь так не бывает, чтобы… – и сама осеклась, испугавшись, что могла сболтнуть лишнего.

Ведь я хотела сказать, что влюбиться вот так сильно, с первого взгляда, с первого вдоха – нет, не верю я в такое. Так не бывает.

Ну да, влюбилась я, чего уж скрывать, себе-то могу признаться. А уж взаправду или нет – выясним.

– Бывает! – запальчиво вскочил с места Кощей. – Ещё как бывает. Без тебя дышать не могу, спать не могу, каждую ночь жду, потому что ты рядом будешь! – Он опустился передо мной на колени и взял за руки. – Утро ненавижу, потому что ты сбегаешь! Солнце хочу остановить, чтобы не вставало!

Он так убедительно говорил, что глупое сердце пустилось вскачь, норовя выскочить из груди. Но я хорошо помнила и вчерашний морок кикиморы, который мне казался просто плохим настроением, тяжёлыми мыслями. И без домовых я бы ни за что не подумала, что желание утопиться не моё собственное.

Я могла сказать ему, что чувствую то же самое, что без него мне свет не мил. Но вместо этого, высвободив одну руку, провела по волосам, со всей нежностью, на которую была способна, и произнесла:

– Если всё это по-настоящему, то ведь нам нечего бояться, и после обряда ничего не изменится, да? – Убрала прядь, упавшую на высокий лоб, тяжело вздохнула.

– Возможно, ты и права. А если нет? А вдруг ты исчезнешь, и я больше никогда тебя не увижу? – переживал Кощей о последствиях ритуала.

– Это вряд ли, – улыбнулась я, стараясь его ободрить. – Чтобы я вернулась в свой мир, нам нужно провести вторую часть ритуала. А страница с ним исчезла. Поэтому пока придётся довольствоваться тем, что доступно – отвязать наши души.

Чёрт, даже звучит отвратительно, – поморщилась я. Но ничего не поделаешь.

– Я согласен, – решительно поднялся Кощей и, уже глядя на меня сверху вниз, произнёс: – Проводи свой обряд. Но потом я тебя ни на шаг не отпущу!

И, развернувшись, вышел из кухни. Крикнул на пороге:

– Жду тебя на улице. Отвезу. – И уже тише добавил: – Хватит по лесу одной разгуливать, мало ли что.

**

Дорога до избушки прошла в полном молчании. Не знаю, о чём думал Кощей, лично я терзала себя нерешаемой задачей – «уйти нельзя остаться» – где поставить запятую? Представляла себе, что ритуал завершён, чувства на месте, и?

Мрак уверенно нёс нас вперёд. Сидеть рядом так близко и не воспользоваться случаем? Наверное, мы оба пришли к такому выводу, потому что я обнимала Кощея как в последний раз. Да и он, отпустив поводья, обхватил меня руками так сильно, что в какой-то момент я даже попросила немного ослабить хватку, потому что стало трудно дышать.

На краю леса встретились Злата и Ярослав, выгуливающие бурёнку.

– Доброе утро, – поздоровалась я, как только мы подъехали ближе.

– Так день давно, – удивлённо уставился на нас мальчишка.

– Обед, – добавила его сестра, глядя на Кощея, который молча дожидался, пока я набеседуюсь.

Обалдеть, это же сколько мы продрыхли? А с другой стороны, куда спешить? Время в сказочном мире течёт неторопливо, нет бешеной гонки, как в мегаполисе – всё успеть, ничего не забыть. И это ещё одна причина, почему мне здесь нравится.

– Василиса с княжичем на рассвете приехали, – поставила меня в известность девочка. – Дожидаются.

– Надеюсь, они с новостями, – обрадовалась я известиям. – Поспешим? – обратилась к Кощею, и тот пришпорил коня.

Иван сидел на ступенях крыльца, чем-то то ли опечаленный, то ли озадаченный. Подняв голову при нашем приближении, он ещё больше нахмурился.

– Почему в таком виде? – поднялся он с места и двинулся навстречу, протянул было руки, помочь мне спуститься, но Кощей треснул его по ладоням – не больно, но обидно. И сам поставил меня на землю, поправив при этом плащ на моих плечах.

– Ты где была? – спрятав руки за спину, княжич не унимался с расспросами.

– Не твоя забота, – осадил Кощей Ивана. – Говори, как в Дивногорье? Нашли что?

Я не ожидала, что Иван так просто угомонится, думала, начнёт возмущаться или браниться с Кощеем, но княжич почему-то послушно отступил. По виду, конечно, заметно, что внутри у него бурлит гнев праведный, однако он пытается держать себя в руках.

– Князь, а где Василиса? – спросила я, ведь он же не один ездил, а в компании премудрой, однако той в поле зрения не наблюдается.

– В избе, спит она, – пробурчал Иван, не сводя глаз с руки Кощея, лежащей на моей талии.

**

Василиса улеглась на печке. О чём мне пожаловались домовые. Её мало трогали возмущения Микоши и Феофана; забравшись на лежанку, премудрая задернула занавеску и пригрозила: «Не будить – убью».

Поэтому встретили меня мои ворчливые друзья, сидя в коридоре. Они явно опасались, что премудрая слов на ветер не бросает. Поэтому оба устроились на лавочке у стены напротив дверей и болтали ногами в воздухе, кидая смурные взгляды на меня.

Кощей не церемонясь, распахнул дверь, и в него тут же прилетел валенок. Спасла лишь отменная реакция – он успел ухватить обувку на подлёте к своей голове. А затем высунулась лохматая голова Василисы.

– Я же преду… ой, – увидев, кто пожаловал, она юркнула за занавеску. – Простите, я сейчас. – Наверху послышалась возня, очевидно, Премудрая спешно приводила себя в порядок.

Тяжело ступая по полу, Кощей пересек избу, откинул валенок и уселся за стол, сложив перед собой руки в замок.

– Завтрак, – коротко распорядился он, и домовые засуетились на кухне.

Иван между тем не садился за стол, пока я не предложила.

– Князь, а ты чего мнешься как неродной? – такое поведение меня, мягко говоря, удивляло.

– Какой же он князь? – язвительно заметила Микоша, расставляя чашки на столе. – Княжич.

Та-а-ак, это что за нововведения? Пока я удивлённо соображала, Феофан подсказал:

– Княжич – это сын князя, ну или младший родственник. Пока жив старший в роду, быть Ивану княжичем.

– Ага, – хихикнула Микоша, – не бывать ему князем.

Похоже, они нащупали больное место Ивана, потому что тот неожиданно злобно взглянул на Кощея, будто он в том виноват. Или?

– Давайте медленно и два раза, ничего не понимаю, – попросила я у Микоши, и та с удовольствием мне пояснила, что давным-давно жил да был князь Кощей… Дальше я благополучно не слушала, уставившись на любимого. Он же как-то странно смотрел в ответ, печально, словно сожалея о прошедшем времени.

– …ну вот, так что пока жив Кощей, ходить Ивану княжичем. То есть до скончания веков. – закончила домовуха рассказ.

– Ага, его веков, – наливая горячий чай, добавил Феофан. Понятно, что Кощей бессмертный, и шансов у Ивана его пережить нет. Вот это поворот. Я, конечно, не могла не спросить, как так вышло, про бессмертие. Но никто из присутствующих не рискнул взять на себя смелость и раскрыть тайну Кощея, а сам он просто развёл руками, дескать, как-то так.

– Вась, ты там скоро? – поторопила я так и не появившуюся премудрую. На что та отозвалась, кряхтя сползая вниз.

– Иду я иду, чего разоралась… – заспанно потирая глаза, она заняла место на лавке подальше от Ивана. – Новости у нас. Вспомнила, на кого Лара в зеркале похожая.

– Я сам скажу, – перебил её Иван и, получив согласие, произнёс: – Ежели б самая первая девица из пропавших до преклонных годов дожила, так стало быть – одно лицо.

– Ну да, – отхлебнула из кружки Василиса, придвинутой к ней Микошей. – Я же бабку её встречала прошлым годом, когда искали Ларину, мы с ней тогда по лесу сколько вёрст прошагали… И не сосчитаешь. Да только лицо её стёрлось из памяти. А как встретила вчера, так сразу поняла – она, сердешная.

– И что нам это даёт? – С одной стороны, новая информация, а вот с другой?

– Как что? А если кто-то девку в зеркальце запер? – удивлённо заморгала премудрая. – Вон хотя предшественница твоя, Яга.

– Не, я б знал! – авторитетно заявил Феофан. – Я же с ней под одной крышей уже больше ста годков.

– Тогда кто? – пихнула своего товарища вбок Микоша. – Думай, старый, думай!

Мозговой штурм дал всего несколько кандидатов, способных «играть» с человеческими душами: Яга, Кощей, ведьма-болотница да Мара. Но та больше морок навести, болезни наслать, рассудка лишить. Навряд ли у неё силёнок хватит на иное.

– Остальных-то, кто по силе был ого-го, – подняла палец Василиса, – Яга давно извела.

Устранила, стало быть, конкурентов, бабуля. Значит, нам к ведьме идти? Пока остальные завтракали, я размышляла, строила планы. Малодушно хотела оставить обряд с Кощеем на потом, пусть ещё пару ночей у нас будет в запасе. Однако он был иного мнения.

– Сперва наши с тобой дела. Не забыла? – Он так строго смотрел, что я кивнула. Пусть так. Перед смертью не надышишься.

Ещё я заметила, что Иван и Василиса за столом практически не общались.

– Вась, что между вами произошло? – шепнула ей, когда трапеза была окончена. Домовые прибирали со стола, а Иван о чём-то переговаривался с Кощеем, стоя в стороне.

– А сама-то как думаешь? – усмехнулась премудрая.

Я много чего думаю, но хотела услышать от первоисточника, так сказать.

Оказалось, всё просто. Заехав за Василисой, Иван заодно у неё позавтракал. И настолько ему еда понравилась, что решил отблагодарить хозяйку, потянув к ней свои кривые ручонки. Ну и получил промеж глаз скалкой.

– Охальник! – возмущалась Василиса. – Я ему так и сказала, что замуж за него не пойду.

– А он звал? – искренне удивилась я.

– Нет, конечно, не успел ещё! – Василиса потянулась к фантику от конфеты и принялась мять его в руках. – Так он ещё и обиделся. Представляешь?

От вспыльчивых речей щёки Василисы раскраснелись, глаза расширились, да и весь вид в целом был весьма воинственный.

– А про спор с Еленой ты ему рассказала?

– Ну… почти, – тут же смутилась подруга. – Сказала, что вон пусть на прекрасной женится, она как раз не прочь.

Рассмеялась, глядя на Василису да на Ивана, который, судя по взглядам в нашу сторону, Кощею как раз жаловался на премудрую. Совета у старшего родственника просит, не иначе.