Текст книги "Алмаз (СИ)"
Автор книги: Елена Макарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 32 страниц)
– А девушка у него есть?
– Не знаю, – мы никогда не касались с ним подобных тем. – Зачем тебе? – боялась предположить, что задумала эта бестия. – Надеюсь, у тебя нет тайного плана переспать со всеми моими друзьями? – с ужасом и одновременно с надеждой смотрела на нее.
– Ой, заткнись! – кинула в меня попкорном. – Было то один раз!
– Вот и не забывай о своем парне.
– Да я не поэтому спрашиваю, – сканировала Лёшу глазами. – Он на тебя странно смотрит. Хищно. Как маньяк.
– Считаешь, задумал прикончить меня? – и по-идиотски захихикала. Костя даже не обратил внимания, а вот Лёша прожигал во мне дыру взглядом, словно понял, что мы обсуждали именно его. Стало не по себе, и я допила остатки вина из бокала.
Громкий звонок заставил меня вздрогнуть, а парня, наконец, отвести от меня взгляд. Костя потянулся за телефоном, а когда увидел мигающую надпись на экране, произнес:
– Надо ответить, – и извиняясь перед другом, вышел в соседнюю комнату.
Чтобы убить время, Лёша взял в руки документы и уже, наверное, не в первый раз перечитывал их. Аня толкнула меня в бок и лицом изображала какие-то гримасы, кивая в его сторону. Никак не могла понять, что она от меня хочет, и просто развела руками.
– Лёш? – позвала Аня.
– Что? – не отрывался от бумаг, явно не желая разговаривать с кем-то в подпитие.
– Как дела? – подруга упорно вела непринужденную беседу.
– Нормально, – буркнул парень.
– Что такой злой? Секса давно не было? – ее бесцеремонность не знала границ.
Видела, как от ярости раздулись Лёшины ноздри. Смиряя эмоции, парень пождал губы.
– Ань! – приструнила подругу, краснея за нее. – Прости, Лёш, ее иногда заносит.
– Да что я такого спросила? – набила рот попкорном и покачала головой.
– Все в порядке, – парень умело держал себя в руках, – но тебе нужно лучше выбирать друзей.
– С этим я полностью согласна, – закивала Аня. Как будто она мало меня опозорила, и ринулась в бой за новой порцией стыда. – Твоя персона не лучшая кандидатура.
Аня полностью завладела вниманием парня, и он отложил бумаги в сторону.
– Честно, мне плевать на твое мнение, но все же спрошу: чем я так плох?
– Ты только претворяешься другом, – начала свою обличительную речь. – Не понимаю, почему Костя держит тебя рядом, позволяя сохнуть по своей девушке. То ли не видит очевидного, то ли настолько уверен в Рите.
Возвращение Кости спасло ситуацию, и утихомирило Аню, вернее, все в тот же момент замолкли – никто из нас не желал посвящать его в разговор.
– У вас тут подозрительно тихо. Что случилось?
Я не могла выдавить из себя и слова, Ане хотела было ответить, но Лёша заговорил первым.
– Кое-кто просто перебрал, – и одним своим испепеляющим взглядом приказал Ане не открывать рот.
Косте было достаточно такого ответа, и они с Лёшей вернулись к рутинной работе, а мы с моей болтливой подругой отвернулись к телевизору, хотя я лишь делал вид, что смотрю. Хотела бы трезво оценить услышанное, но мысли разбегались, а совсем скоро я начала киснуть – алкоголь выветривался и вызывал желание приложить голову к чему-нибудь мягкому и поспать.
Сквозь сон слышала Костин голос:
– Похоже, девичник пора сворачивать. Лёх, не подвезешь девушку до дома?
– Нет, нам не по пути.
– Я даже не успел сказать, где она живет.
– У нее есть парень, вот пусть и разбирается с этим.
– Не джентльмен ты.
– Скорей она не леди. Пока!
– Увидимся. – Потом, видимо, позвонил Олегу, – Привет, ты в курсе, что твоя девушка пьяная спит на моем диване? Нет, не одна. Да успокойся, они с Ритой перебрали вина и вырубились. Да все в порядке, они почти не буянили. Хорошо, жду.
Пришлось разлепить сонные глаза.
– Я не буйная, – устало проворчала, переворачиваясь на бок и подкладывая под щеку сложенные вместе ладони.
– Как скажешь, красавица. – Костя осторожно подхватил меня на руки, – пошли-ка в кроватку.
– Угу, – сопела ему в грудь. – Споешь мне? – странно, но раньше я никогда не просила его об этом. Мне нравился его голос, его песни, я часто слышала, как он поет на концертах или камерно в компании друзей, но мне хотелось, чтобы он спел только для меня. Как тогда, когда всё было проще…по крайней мере, так казалось…
– Что ты хочешь услышать? – его ничуть не смутила моя просьба. Сколько таких он слышит каждый день?
– Ты знаешь, – была уверена, что он понимает, чувствует меня.
И он не обманул моих ожиданий и запел ту самую песню, что я ждала:
Сколько зим прошло, сколько весен…
А я словно и не жил вовсе…
15. Так сложно (вторая часть)
Алкоголь – зло, пить – плохо, а похмелье просто ужасно!
Как же с утра болела голова. Ощущение, что вчера кто-то хорошенько ударил меня по ней. Чем-то тяжелым и очень сильно.
– Ко-о-о-о-стя, – жутко прохрипела, когда обнаружила пустующую половину кровати. Звук собственного голоса прозвучал в голове набатом, и я дала себе клятву замолчать навечно. Никогда не задумывалась насколько у меня противный голос. И как люди его терпят?
Решила, что так или иначе Костя сам найдется, сейчас важней было прийти в себя, если я хочу сегодня попасть в институт. Боже, сегодня еще на занятия!
Опасаясь, что любое неосторожное движение усилит болезненную пульсацию в висках или вызовет приступ тошноты, медленно выбралась из-под одеяла.
Со скоростью сонной улитки я ползла в ванну. Страх опоздать на первую пару ничуть не подстегнул меня поторопиться.
Долго стояла под душем, прежде чем выйти на запах свежезаваренного кофе. Вся надежда только на него и его чудодейственные бодрящие свойства.
Босая, завязывая пояс наспех накинутого халата, вошла на кухню, где Костя тут же заботливо вручил мне кружку с горячим напитком.
– С добрым утром! – и протянул на ладони белую таблетку. Не раздумывая, закинула ее в рот и запила кофе, чуть не обжигая себе язык и гортань. – Аккуратней, – бросился ко мне мой спаситель, когда я зашлась приступом кашля. – Ты всегда без вопросов глотаешь неизвестные таблетки? – его потрясло, с какой легкостью я это сделала.
– Ну ее же мне дал ты, – и я все отчетливей ощущала, что злополучная таблетка прекратила свое движение, застряв где-то в пищеводе, – а не первый встречный на улице, – глаза начали слезиться. Сегодня явно не мой день.
Костя выглядел так, словно осознал, что на нем теперь большая ответственность – не обмануть мое доверие. Вот я, думаю, его подвела. И зачем только напилась, как неопытная первокурсница? Как же стыдно.
– Прости за вчерашнее, – совесть нашептывала извиниться. – Обещаю, такой ты меня больше не увидишь.
На удивление Костя заулыбался.
– Жаль, – ухватился за один из концов пояса моего халата и потянул к себе. – Ты такая очаровательная, когда выпьешь, – я сделала шаг навстречу и закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновениями. Они для меня были лучшим лекарством. – Большинство становятся развязными и наглыми, – продолжал уже чуть тише, лаская своим дыханием висок, – а ты впадаешь в детство и становишься милой нежной девочкой, – поцеловал, и я окончательно растворилась в его объятиях.
Мысленно перебирала в голове события прошлого вечера, пытаясь понять, что из моего неадекватного поведения показалось ему очаровательным. А я ведь так напилась, что даже забыла показать ему злополучного платье, на выбор которого потратила полдня.
– Мне нужно твое одобрение! – встрепенулась, будто только проснулась. – Подожди здесь! – настоятельно попросила и оставила парня дожидаться меня.
Перевернув вверх дном половину спальни, все-таки отыскала пакет с логотипом известного бренда. Ловко и достаточно быстро, насколько была способна в данном состоянии, втиснулась в платье, а вот с молнией на спине пришлось повозиться – долго еще изворачивалась, как цирковой гимнаст, чтобы самостоятельно застегнуть ее.
Через несколько минут с волнением предстала перед Костей, который послушно ждал меня, медленно смакуя кофе и набирая сообщение на телефоне.
– Ну как? – привлекла его внимание.
Он поднял голову, и пронзительного взгляда зеленых глаз стало не по себе. Костя никогда не смотрел на меня так: как на произведение искусства или дорогую изысканную вещь.
– Что так плохо? – закралась мысль, что я все же ошиблась с выбором. Наверное, сдержанное без режущих глаз блесток и пайеток бежевое платье-футляр с открытыми плечами не совсем подходит для столь громко и претенциозного события, как ежегодная национальная телевизионная премия в области популярной музыки. Звучит-то как страшно! – Я его верну, – подписала наряду смертный приговор.
– Нет! – громко возразил Костя, подскочив со стула.
– Нет? – окончательно запуталась в том, как поступить. – Так что скажешь? – хотела услышать его мнение.
Костя продолжал меня разглядывать, а я в томительном ожидании кусала губы. Ну почему он молчит?
– Скажу, что тебе чертовски идут платья, – услышала ласкающий слух ответ, – и впредь ты должна носить только их.
Думала, что спустя месяцы совместной жизни Костя уже ничем не мог заставить меня растеряться, но волна обжигающего смущения прильнула к лицу.
– Ты изменишь свое мнение, когда увидишь, во сколько оно обошлось, – кокетливо опустила глаза, разглаживая ладонями платье. – Просто грабеж.
– Пустяки, – каким-то зачарованным голосом говорил Костя. – Подняла глаза и увидела восторженное восхищение, а потом и неприкрытое желание. – Ты восхитительна, – руки легли на спину и плавно скользили всё ниже, – настоящая королева, – губы касались обнаженных плеч, – моя королева, – пальцы грубо сжали бедра.
В моей голове, повторяясь как эхо, крутилась только одна мысль: «Как же хорошо!». Я уже начала подумывать без зазрения совести прогулять первую пару, но Костя играючи бросил фразу, которая быстро охладила мой пыл:
– Думаю, нашел способ, как ты расплатишься со мной за это безумно дорогое платье.
Еще совсем недавно я бы не придала значения его словам – всего лишь невинная шутка – но сегодня они неприятно кольнули, напоминая о моем положении.
– Ты опоздаешь на работу, – отклонилась назад, насколько это было возможно в Костиных крепких и настойчивых объятиях, – и мне пора собираться в институт.
Его насторожила моя внезапная холодность.
– Все в порядке?
– Да, – впервые солгала ему и тут же пожалела об этом, – просто плохо себя чувствую…после вчерашнего….
– Тогда, может, останешься дома? – в ответ на мою ложь он продолжал заботиться обо мне.
Стало физически тошно, и не от выпитого, а от самой себя. Что же я делаю?
– Нет, скоро приду в норму.
По долгому, пробирающемуся под кожу, взгляду догадалась, что от Кости не ускользнула моя фальшь, но он, как и я, предпочел скрыть свои мысли.
– Ладно, – наконец, сдался и собирался поцеловать в губы, но я не к месту дернулась, он растерялся и в итоге поцелуй пришелся куда-то в уголок губ, – до вечера.
С тяжелым сердцем прислушивалась к звяканью ключей на брелоке и монотонным щелчкам дверного замка, и думала над тем, почему в голову настойчиво лезли мысли о деньгах, зачем приоткрыла дверь обману в наши отношения, и что заставило меня оттолкнуть человека, которого я безумно любила. Не могла найти ответа ни на один из этих вопросов, но появилось тревожное предчувствие, что если сейчас вот так отпущу Костю, позволю ему выйти из квартиры, ничего не предприняв, то произойдет нечто непоправимое.
– Костя! – сорвалась с места, надеясь, что не опоздала и успею застать парня в прихожей.
Он уже распахнул дверь и, держась за ручку, собирался перешагнуть порог, но остановился, обернувшись на мой голос. Костя вопросительно смотрел и ждал объяснений, но я не собиралась ничего говорить (сама не понимала, что со мной происходит), просто поцеловала.
– Люблю тебя, – прошептала на прощание. Эта фраза как по волшебству всегда помогала решать все наши конфликты, отпускать обиды и не обращать внимания на остальные мелкие невзгоды. С горечью я поняла, что теперь этого недостаточно.
***
В голове еще остался похмельный туман, и я больше смотрела себе под ноги, чем по сторонам. Все же пришлось поднять голову, чтобы не столкнуться с торопливыми студентами, за несколько минут до звонка разбредающимися по своим аудиториям. Следовало бы поторопиться и мне, если и не хочу опоздать на лекцию.
Неуклюже лавировала в потоке людей, пока не зацепилась взглядом за компанию любителей покурить, что топталась у служебного входа соседнего корпуса. Через огромные окна мне прекрасно было видно Олега с зажатой между губ сигаретой и лихорадочно шарящего по карманам в поисках зажигалки. Вот только этого еще не хватало!
Резко сменила курс и, кинувшись наперерез толпе, пересекла двор, разделяющий два корпуса института, и уже через минуту окунулась в холодный осенний воздух. Поморщившись и чуть не закашлявшись от смога, в котором очутилась, выхватила изо рта друга дымящуюся сигарету и швырнула в рядом стоящую урну.
– Ты оху*ла!? – взбесился Олег.
– Могу спросить тебя о том же!
Олег уже пару лет как избавился от этой гадкой привычки. Процесс был сложный и мучительный, поэтому я не могла позволить другу вот так взять и разом перечеркнуть все потраченные усилия и взяться за старое.
– Что случилось? – просто так он не мог сорваться.
– Твоя подруга со мной случилась!
– Это не повод курить, – чтобы не произошло между влюбленными, это не служило ему оправданием.
Болезненная зависимость часто меняла людей, делала их раздраженными и грубыми. Вот и Олег в мгновение ока преобразился. Взглянув исподлобья, едко хмыкнул:
– Предлагаешь выпить? Как вы с Аней?
Дурацкий девичник! Это событие стало прямо проблемообразующим! Скорей всего оно и послужило причиной ссоры Ани и Олега.
– Предлагаю поговорить, – хотела хоть как-то загладить свою вину и померить друзей, ведь это я заварила всю эту кашу, пригласив подругу в гости.
– Это женщины любят поговорить, – злобно заговорил Олег, с каждым словом заводясь все больше, – мужчины – нет. Не понимаю смысла перегонять из пустого в порожнее, – скрепя зубами, с завистью посмотрел на дымивших рядом соседей, – пережевывать одно и тоже, – по старой привычки сплюнул. – А проблема так и остается нерешенной. Пустой треп!
Судя по тому, каким взвинченным был парень, раз у него вновь возникло желание покурить, Аня с самого утра обработала его «пустым трепом».
– И какие у тебя проблемы? – осторожно поинтересовалась.
– Пытаешься втянуть в сети откровенного разговора? – Олег все-таки «стрельнул» сигарету, и на этот раз я не стала ему препятствовать. – О чем поговорим, а? – чиркнул зажигалкой и с блаженным видом затянулся. – О взаимоотношениях, – намеренно растягивал фразу, придавая ей патетическое звучание. – Что по твоему мнению такое любовь, Рита? – все больше манерничал и откровенно насмехался. – Любовь – химическая реакция, и она как любой процесс имеет свойство заканчиваться. – Эмоции брали над парнем верх, и постепенно гневный монолог превратился в уничижительную речь в адрес любви. – Так не легче не запускать эту неуправляемую цепную реакцию и обойтись меньшими потерями? Нелегче ли в самом начале просто не дать зародившимся импульсам окрепнуть и переродиться в глубокие чувства, и тем самым избежать расставания и сопутствующей отвратной боли? Нах*ра все это надо? – подвел итог и прикурил очередную сигарету.
Отчаянно не хотела заражаться его пессимистическим настроением, и снова терзаться мыслями о том, есть ли будущее у наших с Костей отношений. Ведь я уже решила наслаждаться настоящим.
За странным, мягко говоря, поведением друга крылось нечто большее, чем просто банальное «встал не с той ноги».
– Что с тобой происходит? – иногда достаточно оказать немного поддержки, дать понять человеку, что кому-то небезразличны его переживания.
Как-то Костя сказал, что никто не должен быть одиноким, имея виду, что рядом должен быть близкий человек. Но не менее важно не чувствовать себя одиноким. Тебя может окружать целая толпа людей, но если не можешь ни с кем из них поговорить, довериться это всё то же одиночество.
Окурок полетел на землю, и друг заговорил совсем иным тоном – доверительным.
– Нормально смотреть по сторонам и сравнивать себя с другими: внешность, достаток, отношения. Вот я смотрю на вас с Костей и невольно провожу аналогии с нашей с Аней парой. Вы живете вместе, ты знаешь всех его друзей, давно познакомилась с его семьей, он – с твоей, а мы… Пока Костя вчера не позвонил, я не и знал где Аня и с кем, чем вообще занимается. Она ни о чем не предупреждает, не советуется, как впрочем, и не делится. Иногда мне кажется, что она просто не хочет впускать меня в свою жизнь. Ей достаточно игры.
– Ты говорил с ней об этом? – подумала, что логичней было высказать все своей девушке.
Олегу показалось это смешным, правда, улыбнулся он как-то грустно.
– Серьезные разговоры – не наш конек.
Тут не поспоришь, их конек – жаркие споры и шумное битье посуды. Странно, но даже со мной Аня не обсуждала отношения с Олегом. Складывалось впечатление, что она воспринимала его как само собой разумеющееся и считала, что он никуда не денется и всегда будет под рукой. Как вещь.
Все-таки моя интуиция меня не подвела, когда я говорила, что эта история плохо закончится для всех нас. Но всегда считала, что расставание, о котором, судя по настроению и словам, подумывал Олег, радикальная мера и к ней нужно прибегать только в том случае, когда все другие способы наладить отношения уже не помогают.
– Может, пора это изменить? – подкинула тему для размышления, но парень, казалось, уже смерился с положением дел.
– Не уверен, что станет лучше.
– Но и хуже не будет, – как обычно раздавала советы, которым сама не следовала. Надо было утром во всем признаться Косте, поделиться своими чувствами. Вдруг он парой слов легко разогнал сгущающиеся тучи над головой? – Мы с Костей не эталон отношений, у нас тоже есть проблемы. Только владелиц ботинка знает, где он ему жмет.
– А возможно, некоторым просто не суждено быть вместе?
Познакомившись с Костей (словно моя жизнь разделилось на две части с его появлением), я тоже часто задавалась этим вопросом. Иногда смотрела на влюбленные парочки и спрашивала себя: что свело их вместе, когда они абсолютно разные, совершенно несовместимые? Но благодаря Кости я иначе стала воспринимать любовь и отношения.
Влюбляясь впервые, думаешь, что это навсегда, и если повезет, то так оно и оказывается, но многие всю жизнь ищут ту самую вторую половинку. Как бы там ни было, одних без сожалений отпускаешь и легко забываешь, других долго оплакиваешь, но всегда найдется тот один-единственный, память о котором ты пронесешь через всю жизнь. Не важно, будет ли это воспоминание о первом поцелуе, сексуальном опыте, серьезных отношениях. Просто есть люди, что трогают наше сердце. Сама не знаешь чем. Просто химия, просто совпало, просто….
Погрузившись в мысли, вздрогнула от неожиданности, когда из сумки затрезвонил телефон. На экране высветилось фото улыбчивой брюнетки и надпись: «Бахтеярова Настя». Что ей понадобилось?
После того, как одногруппница узнала, что я девушка ее кумира, отношения между нами стали натянутыми. С ее стороны не было откровенной ненависти или враждебности, но при встрече мы лишь обменивались сухим приветствием, а если и общались, то только по институтским вопросам. Я была бы рада вернуть прежнюю дружбу, но Настя всем своим видом показывала, что не нуждается в ней.
– Кирова, быстро в деканат! – огорошила меня девушка.
– Зачем? – даже будучи прилежным студентом, все равно нервно сжимаешься от слова «деканат».
– Ну а я откуда знаю! – одногруппница ничуть мне не сочувствовала, еще немного и начнет злорадствовать. – Сейчас встретила нашего куратора, и она сказала, что тебя вызывают на ковер к декану.
День не заладился с самого утра, а теперь обещал стать еще хуже.
***…
Каждому студенту известна дорога в деканат, и некоторым это знание давалось далеко не по радостным причинам. Я же бывала там только бумажно-бюрократическим поводам: справки, заявления, зачетки на роспись декана. И сейчас ломала голову, зачем я могла ему понадобиться.
Чуть задержалась, взглянув на табличку с надписью «Деканат», постучала и вошла в кабинет. В приемной доброй улыбкой меня встретила секретарь Вера Валерьевна – всегда приветливая тучная женщина не первой молодости. Она была такой сердобольной, что постоянно «трясла» всех нерадивых студентов по задолженностям, чтобы не доводить дело до личной встречи с самим деканом.
– Маргарита, – первой поприветствовала, не вставая из-за стола, где скрепляла степлером документы, перекладывая их из одной стопки в другую. – Какими судьбами?
– Мне передали, что Альберт Владимирович меня ждет, – пояснила, будто спрашивая не в курсе ли она, что происходит и чего мне стоит ждать от этой встречи.
– Да? – глухие щелчки стихли, и она отложила рабочий инструмент в сторону. – Я не знала, – задумалась, наверно, ища ответы, на те же вопросы, что и я. – Ну проходи, – кивнула на дверь, ведущую в непосредственный кабинет начальника, – он у себя.
Проделав все тот же приветственный ритуал с постукиванием, предстала перед деканом. Кабинет Альберта Владимировича разительно отличался от скромного убранства приемной, обставленной только самым необходим: массивный, явно не дешевый, стол и офисное кресло скорей напоминало небольшой трон, картины в резных рамах, стеллажи из настоящего дерева. Сам декан, мужчина лет пятидесяти с проседью на висках, в очках с тонкой золотой оправой и дорогом костюме, идеально вписывался в эту обстановку. Ничего не могла сказать о нем как человек – встречаться нам доводилось только в формальной обстановке: на лекциях или на внутриинститутских мероприятиях и праздничных концертах, когда он толкал речи.
Приметив меня, Альберт Владимирович как-то лениво снял очки и откинулся на спинку своего «трона».
– Кирова, – констатировал факт, – Маргарита Александрова, – чеканил слоги, словно перечислял прегрешения, из-за которых я сейчас стою перед ним.
– Это я, – не придумала ничего умней, как согласится.
– Да вы присаживайте, – кивнул на одно из кресел перед своим столом. – В ногах правды нет.
И зачем он это сказал? Лучше бы сразу перешел к порке и избавил от страха неизвестности. Но заговаривать первой, а тем более о чем-то спрашивать, я не решалась.
Кожаное кресло отозвалось характерным скрипящим звуком, когда я осторожно присела на краешек, заботливо уложив сумку на колени.
– Какой курс? – уточнил, хотя я подозревала, что он уже вдоль и поперек изучил мое дело.
– Третий, – в кое-то веки решила побыть немногословной.
– Вам нравится у нас учиться? – задал еще более странный вопрос.
– Да, – льстить, фальшиво улыбаясь, и петь дифирамбы не собиралась. Учеба есть учеба: иногда это увлекательно, иногда утомительно.
Альберт Владимирович вертел в руках очки, и изредка поглядывал на меня.
– А хотели бы вы и дальше продолжать обучение? – задал неожиданный вопрос.
Я выпрямила спину, сидя до этого чуть ссутулившись.
– Конечно, – решительно взглянула на него.
Декан выглядел не менее серьезным.
– А не похоже, Маргарита Александровна, – мужчина поднялся и, заложив руки за спину, начал медленно обходить комнату, кружа надо мной как ворон. В этот момент я почувствовала себя добычей, от которой хотят урвать кусок побольше. – Всю прошлую неделю вы отсутствовали на занятиях. – Мне показалось странным, что такому важному, а главное, занятому человеку, как декан, есть дело до посещаемости отдельно взятого студента. – Пропустили несколько практических занятий, – тем делом продолжал вкрадчивым голосом, – без которых, к сожалению, вы не сможете получить зачет, а следовательно, – зачем-то разжевывал мне все как первокурснице, – не будете допущены до сессии. – Он остановился напротив меня, грозно взирая сверху вниз: – Как собираетесь нагонять ваших одногруппников? – взмахнул рукой, а я, ошеломлённая такой «заботой» декана, только и видела блики на стеклах его очков. – Это надо, чтобы преподаватель потратил на вас свое личное время, а он не обязан, ведь никто ему за это не доплачивает. Есть специально отведенные для этого часы, называемые лекциями и семинарами. Мы бы еще вошли в ваше положение, если бы у вас были веские причины отсутствовать, но отдых на Мальдивах, извините меня, не входят в этот список.
Как же было стыдно оказаться пойманной на лжи, а еще неприятней сознавать, что декан настолько осведомлен о моей личной жизни. Не думаю, что он один из тех, людей, которые просматривают новостную ленту в своем браузере и рыскают по «желтым страницам». Одно дело, если бы он узнал о моих отношениях с известной личностью из сплетен, что до сих пор ходят по институту, но откуда ему стало известно про наш с Костей импровизированный отпуск на островах? В голову сразу пришли молодожены, с которыми мы столкнулись по дороги в отель. Они тоже были из России и, к великому несчастью, узнали Костю. Чтобы они отвязались от нас, ему пришлось дать им автограф и сделать пару совместных фото. Вдруг эта парочка снимала нас тайком, а потом разместила все в сети? Немного познакомившись с Костиной жизнью, поняла, что люди способны и не на такое.
– С моей стороны это было безответственно, – начала защищаться, но декан перебил меня, давая понять, что пока говорить будет он, а мне следует помалкивать.
– Я понимаю, молодость, любовь…Но за все надо платить. Вы учитесь на бюджете, государство, в частности ваш ВУЗ, дает вам бесплатное образование, и было бы неплохо быть благодарной за это.
Вот тут я, даже если бы захотела, не смогла ничего сказать, настолько была шокирована тем, к чему именно всю эту долгую речь подводил декан. Я впервые в жизни столкнулась с таким и не знала как правильно себя вести. Понятное дело, если я откажусь «отблагодарить» родной ВУЗ, меня просто вышвырнут из него, нехитрым способом завалив пару сессий.
– И насколько должна быть велика «благодарность»? – во рту все пересохло, а язык ели ворочался.
– Это только вам решать, – лицемерие так и сквозило в каждом его слове. – Знаете, – сменил еще одну маску, примерив образ радеющего за благополучие нашей альма-матер человека, – здание института довольно-таки старое, кое-где не помешал бы основательный ремонт. – Но пиком наглости было, когда он приплел ко всему этому Костю. – Ну или же поспособствовать тому, чтобы одна популярна музыкальная группа заглянула бы на наш новогодний праздник, исполнили бы пару песен – порадовали перед сессией студентов.
Беседа на этом закончена: декан достаточно доступно изложил все свои требования. Уточнять или спрашивать его о чем-либо не считала нужным – в таких ситуациях лишних вопросов не задают.
– Я могу идти? – лишь поинтересовалась, вставая с кресла.
Возможно, такое бестактное поведение только усугубило мое положение, но о каких манерах и правилах приличия можно говорить, когда у меня, мягко и обходительно, но, по сути бессовестно, вымогают деньги?
Мужчина смерил меня въедливым взглядом, удостоверяясь, что я правильно расценила все его намеки.
– Идите, Кирова, – великодушно дал добро, кивая, – идите.
Не стала дожидаться того, что он вдруг передумает и вставит еще парочку циничных замечаний.
Как только оказалась в коридоре, привалилась спиной к стене, обнимая сумку – мне нужно было перевести дыхание и взять себя в руки.
Каждый второй студент «забивал» на институт и прогуливал пары, и ничего – спокойно учились и сдавали сессии, а я – белая ворона. Во мне разглядели источник дохода из-за знакомства с людьми, обладающими определёнными связями, влиянием, а главное – деньгами.
Когда я уже думала, что сегодня меня достаточно окатили помоями, наткнулась на Настю. Она была единственным человеком в опустевшем коридоре – уже давно был звонок на первую пару – словно поджидала меня.
Не осталось никаких сомнений, что она сыграла не последнюю роль в этой скользкой истории.
