Текст книги "Наследство с подвохом для попаданки (СИ)"

Автор книги: Екатерина Стрелецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 37 страниц)

Глава 86. Последние аккорды

Я стояла у окна и делала вид, что смотрю в ночную даль, хотя на самом деле мыслями была далеко-далеко. Габриэль вместе с Рэйдом тщательно осмотрели тела всех убитых гриром Райденом боевых магов и обнаружили, что все их тревожные маячки были повреждены. У бедняг просто не было ни единого шанса вызвать подмогу. Как овец на заклание отправили, вернее, на корм гриру, а тот быстренько из них души повынимал, не дав возможности даже применить магию. Ситуацию спас Рэйд, поколдовавший и в прямом, и в переносном смысле над одним из маячков, приговаривая, что ему, как старшему, и не такое приходилось в детстве чинить, пока родители не заметили проделок младших братьев и сестёр.

Чтобы подстраховаться, Брайан уломал Кроденера позволить появиться в Управлении сыска в роли чудом уцелевшего участника боевых действий и распустить немного слухов о том, что произошло. Ох, как сразу все зашевелились! Честно говоря, мне немного было жаль его: получить при рождении способность всем нравиться и при этом большую часть своей жизни изображать откровенного подонка. И не только чтобы втереться в доверие к главе Управления, но и фильтровать таким образом своё окружение, потому что даже самый отбитый на всю голову экстраверт рано или поздно захочет переквалифицироваться в интроверта, заперевшись в каком-нибудь бункере! В конечном счёте рядом с Брайаном оставались либо нужные, либо по-настоящему близкие люди.

– Мисс Тори... – раздался позади меня голос советника. – Я, как только получил сигнал тревоги, сразу же примчался! Даже подумать не мог, что мои лучшие боевики не справятся!

Так торопился на подмогу, что пришёл один! В радиусе километра от дома грира не было ни одной живой души, за исключением нас троих и этого вертлявого слизня. Все дома, расположенные рядом, пустовали очень давно, ибо их в своё время выкупил Орден, чтобы обеспечить прикрытие.

Обернувшись, я смерила взглядом вошедшего и спокойным, несколько отстранённым голосом, поправила: – Мисс Виктория. Моё имя Виктория Дигейст, и впредь рекомендую обращаться ко мне именно так, гейр Мейнгар.

Советник, совершенно не ожидавший от меня такой реакции, попятился к дверям, но там его уже встретили Габриэль и Рэйд. Попытка использовать свой дар, чтобы переместиться, была обречена на провал, равно как и применение портальных артефактов. В этом доме теперь действовала только магия нас троих, мы позаботились об этом, как только Кроденер дал отмашку, что последний из его людей покинул территорию, и осталось лишь заставить последнего гейра проявить себя. Душу этого садиста Мейнгара я подцепила сразу, едва почувствовала его приближение и держала на коротком поводке, готовая натянуть его в любой момент. Но даже если бы кристалл негасимого пламени уцелел, пускать его в ход я не стала: слишком лёгкая и быстрая смерть для такого подонка. Мои спутники быстро скрутили этого мерзавца и надели на него антимагические наручники, блокирующие не только способность применять магию, но и выпивающие потихоньку сам дар.

Мне было совершенно безразлично, сколько времени проживёт советник, потому как была абсолютно уверена: он будет проклинать каждый день, что приближает его к оглашению приговора, и молить о смерти. Габриэль обещал, а он всегда держит своё слово. Если для его природной магии хорошо защищённые стены королевского дворца не стали помехой, то что говорить о каких-то там тюремных застенках?

Осталось лишь дождаться возвращения Габриэля и Рэйда, которые должны передать советника под стражу и привести экспертов для осмотра дома, прежде чем можно будет покинуть эти мрачные стены, повидавших за своё существование такое количество убийств, какого этот мир не видел со дня разделения. Было ещё два незавершённых дело, но подступиться к ним всё не решалась.

– Значит, теперь для всех ты – Виктория? – руки Габриэля обвили мою талию, а его голова опустилась на правое плечо.

– Но для тебя по-прежнему Тори. После всего, что сотворили эти негодяи с моей семьёй, я не могу не уважить память матери, для которой стала её маленькой победой, вопреки всему и всем... Гриры с гейрами сделали всё возможное, чтобы не допустить моего появления на свет, моя мама всё-таки смогла меня родить даже несмотря на все неблагоприятные прогнозы врачей. Виктория – это победа. Её победа вопреки всему и всем. И даже при выборе имени для моей мамы, бабушка не отошла от семейной традиции отдавать предпочтение чему-то символичному. Родилась «желанной» и большую часть своей жизни прожила в «горечи»... Прости, меня, наверное, ещё нескоро всё это отпустит, – я повернулась лицом к Габриэлю и прикусила нижнюю губу, внезапно осознав, что расследование окончено и больше необходимости в обеспечении моей безопасности нет.

– Тори, мы несколько раз обсуждали наши отношения, прекрасно знаем оба, к чему они приведут, и всё-таки я хочу тебя попросить оказать мне честь стать моей женой.

Слова, которые я так хотела, но так боялась услышать, прозвучали.

– Ты улыбаешься вроде радостно, но в то же время с лёгкой грустью, затаившейся в глубине глаз. Тори, если ты ответишь отказом, я пойму и не стану тебя больше тревожить.

Положив обе ладони на грудь Габриэлю, я прижалась щекой к его рубашке, чувствуя, как встревоженно колотится сердце:

– Я только что проиграла и выиграла войну между тем, что я чувствую, и тем, что понимаю головой...

– И?

Слегка отстранившись от Габриэля, я пропела:

– Я знаю точно наперёд, что через год один из нас умрёт...

– Тори...

– Габриэль, я не готова от тебя отказаться ни на один день, ни даже на один час. Будь что будет. Если нам суждено провести вместе всего лишь год, так зачем тратить время впустую, пытаясь обмануть судьбу и страдая при этом? Лучше проживём его так, чтобы не осталось ни малейшего сожаления, только лёгкая светлая грусть, когда всё закончится.

Габриэль обхватил мои ладони своими, а затем поцеловал кончик каждого пальца: – Спасибо, что, несмотря на все обстоятельства, всё-таки решила дать нам обоим шанс.

– Боялся, что откажусь стать миссис Дигейст-Геймовер?

– Да. Но, как уже сказал, готов был принять его. К тому же от тебя можно ожидать всего, чего угодно. Даже не так страшно было услышать отказ, как твою очередную версию или теорию, чего бы это ни касалось. Особенно варианты обхода обоих наших «проклятий».

– Ну, отказываться от этого я также не собираюсь, но и играть в игры с бабушкой Вселенной не хочу. Иначе такая ответка прилетает, что даже не губа, а лоб трескается от удара. Как обойти «вдовий рок» смогла найти решение только Атенайя Дэагост, и то я не уверена, что отцом обеих её дочерей был один и тот же мужчина. К сожалению, её уже об этом не спросить, и записей от неё никаких не осталось. Как бы ни хотелось выпутываться из твоих объятий, а придётся: скоро Рэйд с остальными доберутся и до этой комнаты.

– У нас ещё есть время, потому что я пришёл один.

Я с удивлением посмотрела на своего будущего мужа, не понимая, что случилось. Руки мгновенно заледенели, концентрируя родовую магию, чтобы в любой момент нанести удар.

Габриэль тут же спрятал мои ладони в своих и подул на них своим тёплым дыханием, словно пытаясь согреть после мороза: – Расслабься, ничего криминального не произошло. Рэйд сказал, что пока не отсчитает полторы тысячи щелбанов старшему экспертной группы, никого сюда не приведёт. Такой шанс выпадает раз в пятьсот лет, если не реже. Ты ведь знаешь, насколько упрям Либнер, когда дело касается его промахов, коих за все годы работы можно по пальцам одной руки пересчитать. Этот рыжий паршивец умудрился поспорить на то, что Гантер был прав насчёт артефактов, изымающих души!

– Нет, Рэйд всё-таки неисправим!

– Он таков, какой есть. С этим можно либо смириться, либо смириться. Иных вариантов нет.

– Знакомо. Сперва с ноги в дверь, затем в душу. Порядок действий в комбинации может меняться, но итог один и тот же! Габриэль...

– Тебя что-то тяготит?

– Можешь ненадолго меня оставить одну? Мне нужно кое с кем попрощаться.

– Конечно. Позови, когда будешь готова.

Как только Габриэль вышел из гостиной, я поманила к себе замершие под потолком точки и лёгким движением руки восстановила всех простынчатых. Тринадцать призраков... Тринадцать слуг, а по факту друзей, которых пришлось использовать в своих интересах...

– Каждому из вас в своё время я пообещала, что отпущу на перерождение, если такое желание возникнет. Про тебя, Джоэл, я знаю и слово своё сдержу, даже если бы бабушка не указала про тебя в своей последней воле. Ещё кто-нибудь хочет уйти?

Все, кроме Джоэла, покачали головами.

– Далия?

– Рано мне ещё уходить, мисс Тори. У вас ещё найдётся работа для меня.

– Своё обещание насчёт похорон Джорджины я тоже исполню, как и обещала.

– Нет, мисс Тори, не поэтому.

– Спасибо. Вы знаете, что делать.

Простынчатые исчезли, оставив нас с Джоэлом наедине.

– Мисс Тори, я бы порекомендовал вам взять на моё место в качестве помощника-хранителя Брика. Он хоть тот ещё шутник, но подойдёт вам больше всех остальных. Меня также в своё время рекомендовали госпоже Ансонии, исходя из того, что придётся затем перейти к вам. А так выбрали бы кого-нибудь постарше и посолиднее. Я объяснил Брику некоторые тонкости, которые ему пригодятся в будущем. Не держите на меня зла, если что не так.

Я развоплотилась и обняла Джоэла: – Всё в порядке. Только не до конца не поняла, почему именно сейчас...

– Вы помните мою историю, мисс Тори. Та девушка, с которой мы сбежали, Алианна, тоже погибла примерно в то же время, что и я. В общем, мне удалось её найти, и мы вместе служили госпоже Ансонии. Алианна тоже оказалась неприкаянным призраком, гораздо сильнее, чем я. Поэтому, когда понадобилось отправить госпожу Марию в другой мир, её развеяли, как и почти всех слуг госпожи Ансонии. Мне дали слово, что когда вы освоитесь со своим даром, либо с Орденом гриров будет покончено, то получу свободу. Когда душа уходит на перерождение, то память о прошлой жизни не сохраняется за исключением тех, кто был проклят или подвержен очень сильным чувствам, не получившим полноценный отклик при жизни. Говорят, что есть шанс такой паре снова встретиться в новой жизни. Я хочу найти Алианну, мисс Тори.

– Удачи! – смахнув навернувшиеся на глаза слёзы, я развеяла Джоэла и пошла к Габриэлю.

Эпилог

– Тори! Сделай что-нибудь со своим котом! Это уже не Мор, а Жор какой-то!

Я посмотрела на пулей вылетевшего из кладовки Мора с сосиской в зубах и умилилась. Портить продукты, конечно, нехорошо, зато я могу быть спокойна, что этот серый замшевый мурчатель нигде не пропадёт. Раз сообразил, как пробраться в закрытую кладовку, да ещё и правильно отгрызть себе трофей, не просто надкусав целую связку, значит, далеко пойдёт и в обиду себя не даст.

– Габриэль, ничего страшного не случилось! Считай, он забрал свою моральную компенсацию за то, что Эль его искупала. У вас это, по-моему, наследственное – купать котов, когда никто к этому не готов, и в первую очередь само животное! Я вообще не вижу повода для паники, ведь даже Брона ворчать не будет, а наоборот, подсунет ему ещё одну сосиску, чтобы окончательно залечить душевные травмы!

Муж автоматически провёл рукой по лицу, вспомнив, как я отдирала от него тощего котёнка несколько лет назад, а потом встревоженно схватил меня за плечи: – Эль цела?!

Аккуратно снимая с себя по одному пальцу, я со вздохом произнесла: /– Цела, ни единой царапинки или укуса. Ты же знаешь, что Мор никогда не выпускает когти, если с ним играют дети, даже против его воли. Даниэля тоже можешь не проверять: жив и здоров наш не в меру любознательный сын. Хотя тысячу раз ему говорила о том, что не нужно выращивать из травы лежанку и тем более домик для Мора, когда сам кот в это время спит! Бедолага от испуга вырыл такой тоннель в саду, что кроты обзавидуются! Положа руку на сердце, прекрасно его понимаю – если бы я проснулась в травяном шалаше без окон и дверей, тоже психанула не на шутку!

– М-да... – Габриэль медленно притянул меня к себе. – А мне показалось, что вам, леди Дигейст-Геймовер, понравилась та ночёвка на озере...

Я вкинула вверх руку с оттопыренным указательным пальцем: – Протестую! Это другое!

– Насколько другое? Может, повторить? – многозначительно мурлыкнул мне на ухо Габриэль, переплюнув интонацией даже Мора, когда тот удостаивал нас своим вниманием, чтобы выклянчить что-нибудь вкусненькое.

– Если уговоришь Рэйда прихватить с собой парочку сестёр на выходные. Кто у него там с самыми крепкими нервами и не до конца седыми волосами остался?

– Список большой, кандидатуры однозначно найдутся! – пообещал муж, целуя меня в щёку.

Из стены показалась Брона и постучала себе по запястью, намекая, что скоро обед. Вот и чудно, как раз у Мора будет время, чтобы найти себе тихое место и там отдохнуть вдали от гомона и шума. Впрочем, подобное в нашем доме случалось крайне редко с тех пор, как дети чуть подросли. Но при всей моей любви к тишине, лучше так, чем каждый день засыпать, боясь проснуться уже вдовой. Мы всё-таки попробовали чуть отсрочить неминуемое, но когда два взрослых человека любят друг друга, долго ходить, держась за ручку, не выйдет. Узнав, что жду ребёнка, пришла одновременно в восторг и ужас, понимая, как мало нам останется времени с мужем. Каждый день мы проживали с Габриэлем, как последний, но не впадая в уныние, а попросту больше времени уделяя друг другу, стараясь запомнить каждое мгновение, проведённое вместе. Хорошо, что новый глава Управления сыска оказался человеком, понимающим и, дал мужу длительный отпуск с открытой датой выхода. Или исхода, как однажды брякнул Рэйд, за что получил по голове сразу от троих: меня, Габриэля и Брайана, который тут же подмахнул юмористу отпуск без содержания, а если кого-то что-то не устраивает, то перевод на работу в архиве до тех пор, пока лорд Геймовер не вернётся на службу. Надо ли говорить, какой вариант выбрал рыжий? Как говорится, без комментариев.

После того как родилась Эль, даже Рэйд с лица спал и зачастил к нам в поместье, постоянно возвращаясь за какой-то забытой вещью. Имя для дочери я выбрала чисто из соображений, чтобы в нём была хоть какая-то частица полного имени мужа. Когда Габриэль показал мне свидетельство о рождении дочери, заполненное на эльфийском языке, пришлось поверить на слово Рэйду, что звучит красиво, просто пишется длинно. Знаков этак на девять. Миновал месяц, затем второй, потом третий... Сказать, что я была вне себя от счастья, это ничего не сказать. Габриэль вернулся на службу, и жизнь вошла в свою колею, просто в ней проявился маленький человечек. Только я собралась выдохнуть, что магия угомонилась, и не будет больше диктовать свои условия, как оказалось, что снова жду ребёнка. Причём на этот раз мальчика. Тут уже паника накрыла мужа. Брайан молча порвал заявление Габриэля на увольнение и подписал новый приказ на отпуск с открытой датой выхода, а потом связался с дядей. Вот так я оказалась окружена тремя втихаря психующими мужчинами: мужем, другом мужа и собственным начальником. Брик смотрел на всё это и утаскивал их на кухню, где Брона с Лавинией доставали свои запасы настоек и снадобий. Чисто в лечебных целях и для успокоения нервов. Сценарий «радоваться каждому прожитому дню и не впадать в уныние» прочно вошёл в нашу жизнь. Только на этот раз добавился новый страх: а что скажем дочери или как вообще ей что-нибудь объясним, когда придёт время.

Когда пришло время, родился Даниэль, потому что я пообещала нашему полиглоту заработать временно себе амнезию и не подсказывать мужу имена, принятые в моём родном мире. Ну вы где-нибудь видели эльфёнка с именем Вася или Рома? А сын, в отличие от Эль, унаследовал папины ушки во всей красе. У дочери они просто получились чуть более вытянутыми в верхней части, но вполне человеческими. В конечном счёте сошлись на имени Даниэль, я лишь поинтересовалась семнадцать или всё-таки восемнадцать букв в эльфийском варианте написания. На слух имена детей так вообще звучали волшебно, практически как песня. К счастью, после рождения второго ребёнка наши магии, видимо, получив по наследнику, угомонились и больше седых волос мне каждый месяц не добавляли. Может, когда-нибудь подумаем о третьем малыше, но пока решиться на такой отчаянный шаг, чтобы снова испытать судьбу не были готовы ни я, ни Габриэль. Даже Талли ещё во время моей первой беременности попросила откорректировать ей фигуру, посчитав, что либо так, либо попросит меня её развеять, чтобы лишний раз не нервировать. А кто я такая, чтобы отказывать в просьбе одной из своих простынчатых?

По Джоэлу скучали все, но искренне надеялись, что у него всё сложится так, как он мечтал. Брать ещё кого-то в свой «призрачный штат» я не стала. Мне хватит моих простынчатых, хотя со службы не увольнялась и возможностей было хоть отбавляй. В принципе, я больше могла вообще не работать до конца своих дней, но, во-первых, если есть возможность сбежать от семьи на пару-тройку часов, то нельзя её упускать! Безумно люблю своего мужа и обожаю детей, но нужно и себе давать как отдых, так и просто сменить обстановку. Как говорится, мамы, имеющие маленьких детей, всегда меня поймут. Нет, у нас есть няня и не одна, но это всё равно не то.

Во-вторых, даже несмотря на статус Габриэля и все его богатства, я привыкла иметь свои деньги. Потратить деньги легко, а вот когда работаешь, ценишь их намного больше и относишься к ним несколько иначе. В-третьих, так же как и муж, люблю свою работу, тем более что она неотделима от моей сущности и всё равно пришлось бы время от времени идти развеивать неприкаянных призраков. А если за это можно получать вознаграждение в твёрдой валюте, то зачем упускать возможность совместить приятное с полезным?!

Габриэль тоже ведь мог не возвращаться на службу после второго отпуска, учитывая, сколько лет он прослужил в Управлении сыска, но сидеть дома тоже не его. К тому же Рэйд, несмотря на все его способности находить общий язык с кем угодно, заявил, что лучше бы на время второго «декретного отпуска» своего друга согласился на архив либо опять без сохранения жалованья, чем работать с кем-то другим в паре. Слушая сетования рыжего инспектора, Брайан веселился вовсю и искренне сожалел, что ему, как главе Управления, нельзя участвовать в пари и делать ставки.

После того как вскрылась правда о Штаргарде, на место главы сперва назначили одного из заместителей в качестве временно исполняющего обязанности, потом другого, а в итоге король согласился, что, кроме Брайана Штаргарда или Габриэля Геймовера, поставить больше некого. Но, учитывая статус моего мужа и некоторые особенности его семейного положения, приказ о назначении был подписан в пользу племянника Кроденера. Возражений ни от кого не последовало, тем более что Брайан и так лучше всех разбирался в том, как на самом деле обстоят дела в Управлении. А то, что он родственник Кроденера... Уже неважно, главное, что со всеми бумагами смог разобраться и навести порядок после тех дел, которые наворотили Штаргард, его прихвостни и гейры.

Много чего, в общем, произошло. Перед Кроднером принесли извинения за необоснованно вынесенный смертный приговор и восстановили в должности. Да, за нарушение приказа пожурили, но согласились с доводами, что неспроста информация о нас с бабушкой была утаена. С эльфийской стороной тоже всё уладили. Вернее, решением вопросов занимался Габриэль, когда мы с ним вернулись в поместье. Весь Совет на колени, он не поставил своей волей, хотя был близок к этому, а вот отдельным личностям всё-таки напомнили, кто отвечал за все «эльфийские проделки» и почему до сих пор отвечает. Все злодеяния лорда Хелгара Габриэль расписал детально и без прикрас, не забывая при этом поминутно напоминать, что за такое всех эльфов могли запросто стереть с лица земли и пора пересмотреть некоторые традиции, пока история не повторилась. За намёк, что представитель королевского рода сейчас сам нарушает один из заветов прошлого, комментатор оказался очень красиво, литературно и по-эльфийски изящно максимально детально послан по матери, отцу и всем духам предков. Мы с Рэйдом просто аплодировали стоя, наблюдая за прямой трансляцией, устроенной с помощью очередного хитроумного артефакта, и шлёпали друг друга по рукам, в шутку дерясь за миску с попкорном. Лавиния только успевала летать на кухню к Броне за новой порцией и в кладовку за зёрнами кукурузы.

У нас с прислугой теперь вообще никаких проблем нет. Габриэль отправил весь штат во второе поместье и вызывал, лишь когда к нам приезжал кто-то с визитом, и требовалось соблюдение церемониала. А самых недовольных рассчитал с пометкой «чрезмерная приверженность традициям», которая после заседания Совета стала не просто «волчьим билетом», а клеймом. Ещё и на контроль взял, чтобы обиженные, униженные и оскорблённые не подняли бучу. Так что теперь за всем в доме следили мои простынчатые, лишь на конюшне по-прежнему работали старые конюхи, которые вовремя догадались о том, насколько важно прикусить язык, притупить надменный взгляд и просто делать свою работу. К тому же, когда в семье подрастает маленькая санатера и ещё один некромант с двумя дарами, которые очень сильно любят своих маму и папу, даже с замечаниями приходится быть крайне аккуратными. Нет, дети у нас воспитанные, неизбалованные, просто с острым чувством справедливости.

Жаль только, что снять запрет с приближения к поместью Атенайи Дэагост не вышло, даже несмотря на необходимость получения информации по санатерам. Даже моим простынчатым не удалось просочиться через его защиту, так что остаётся лишь ждать истечения срока. Но когда-нибудь всё равно разгадаем все тайны, связанные с санатерами, а пока мы просто живём свою счастливую жизнь, полную маленьких и больших радостей, естественно, приключений и знаем, что всё можно решить и из любой неурядицы выйти победителями, даже если всё и все против нас.

Конец

Послесловие от автора.

Так получилось, что эта книга стала своеобразной данью памяти тем, кто был с нами рядом долгие годы и о ком хотелось оставить частичку не только в своём сердце. Прообразом Арно стал мой самый первый пёс, а в процессе подготовки и сбора материала, к сожалению, скончался питомец моей подруги. Всегда тяжело, когда уходят не только близкие и родные люди, но и питомцы. Так что... Светлая память Ричи, Морису и безымянному кактусу, символизирующему наш с подругой дар к цветоводству. Отдельная благодарность Даше, без которой этой книги просто не было.

Эпилог-бонус

На поляну, где я играла с детьми, влетел запыхавшийся Рэйд, поминутно оглядываясь через плечо, словно за ним черти гнались.

– Тори, скажи, как можно утихомирить разбушевавшуюся санатеру?

Не успела я даже понять, с чем связан его вопрос, ведь с ним у нас никаких разногласий в последнее время не возникало, – с треском и громовыми раскатами появился ещё один портал, и донёсся до боли знакомый голос:

– Я не знаю, кто ты, но превратив мой зонт в горсть пыли, совершил самую большую ошибку в своей жизни!

– Рэйд, лучше беги. Я её знаю: пока не спляшет на твоей могиле, не успокоится. А потом раскопает, удостоверится, что точно умер, закопает и спляшет снова!

Наверное, впервые со дня знакомства с Рэйдом, я увидела, как побледнело не только его и без того белокожее лицо, но и выцвели веснушки. А чего он хотел, когда умудрился разозлить Диану, уничтожив её любимый зонтик? Вот так мы неожиданно встретились с моей давней подругой, а в этом мире появилась ещё одна взрослая санатера. Вот только не совсем наследница, а... Впрочем, это уже совсем другая история.

***

История Дианы – Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки.