Текст книги "Целительница для генерала. Я его лекарство после развода (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гераскина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 10

Я постучала в дверь.

– Входи.

Я вошла. Нортан уже лежал на кровати, на животе, поверх покрывала. Он был раздет, на бёдрах лежало полотенце.

Я сглотнула.

Начала уговаривать себя. Что он не опасен. Что он ослаблен. Что, если что, будет достаточно просто убежать – и он меня не догонит.

Я сделала осторожный шаг вперёд.

Ещё один.

– Кира. Что ты там так крадёшься? – расслабленно произнёс генерал. – Если проблема в том, что ты не можешь прикасаться ко мне, то не стоит себя мучить.

– Я… не… мучиться иду. Мне нужно… помочь.

– Ты преодолеваешь себя.

– Вы тоже себя преодолеваете. Но не останавливаетесь.

– Я же эксперимент, ты забыла? – хрипло рассмеялся он.

И ведь я впервые слышала его смех. Мне показалось, генерал вообще не умеет издавать таких звуков. От этого у меня по спине пробежали мурашки.

Его голова была повернута к окну.

Я же подкрадывалась к нему с другой стороны.

И он был прав.

Я едва ступала.

– На мне ответственность, – продолжил он. – Если ты поставишь меня на ноги, то и другие воины получат шанс. Император умеет мотивировать.

– А ещё шантажировать, ставить перед выбором, играть судьбами, – проворчала я и даже немного расслабилась.

Паника уже не била по голове. Разговор с генералом помогал снизить напряжение.

– У него такая работа. Империя слишком разрознена. А Его Величеству нужно решать глобальные проблемы. Это не мечом махать.

– Чтобы мечом махать, тоже нужны мозги.

– Махать мечом мне по душе. Не представляю себя в кабинете, перебирающим скучные бумажки.

Я живо представила генерала за большим дубовым столом – и не удержалась, прыснула со смеху.

– Ты уже смеёшься, Кира. Это хорошо.

– Вы смешной.

– Я даже не обиделся.

– Вы делаете успехи.

– Да? И какие же? – в голосе сквозило удивление.

– Принимаете себя и не злитесь.

– Кира. Я не хочу тебя пугать, но от того, как ты крадёшься, во мне все инстинкты просыпаются. Я ведь дракон.

– Хорошо, что вы чувствуете его.

– Это снова эксперимент с твоей стороны?

– Я должна знать все ваши реакции.

Хотя это вранье, кралась я, потому что боялась, что сбегу. И генерал тоже это знал. Но мы делали вид, что это не так.

Я наконец дошла до кровати. Сбросила обувь и аккуратно забралась на покрывало, продвигаясь ближе.

– Ты крадёшься как кошка.

Я фыркнула.

– Я не кошка.

– А кто тогда?

– Эрэйн зовёт меня змейкой.

– Эрэйн, значит, – хмыкнул генерал.

Надо же, обратил внимание! Он меня явно разговорил.

– Вы это специально?

– Ты ведь мне не признаешься ни в чём. Приходится вытаскивать из тебя по капле, – не стал отрицать генерал.

Нортан не шевелился. А я смотрела на его спину. Она была вся в шрамах. Грубых и рваных. Это была не просто спина. Это была карта сражений.

Каждая линия – след боя. Каждая отметина – удар, который он когда-то пережил.

– И всё равно я не понял, почему змейка.

– Я из клана Изумруда.

– Кира, я же сказал – я не про мозги. Я мечом машу. Не понимаю. В клане Изумруда, как и в любом другом клане, драконы живут. Почему змейка?

– Так уж и не про мозги, – проворчала я. – Я читала досье на вас. Ваши операции в стане врага требуют детальной подготовки. Так что не прибедняйтесь, генерал.

Он снова рассмеялся.

Когда я подползла ближе, страх уже не накатывал. Наоборот, разговор с ним разжёг во мне любопытство и желание преодолеть себя. Мне казалось, что именно с ним у меня все получится. Эрэйн был прав…

– Кира…

– В клане Изумруда раньше жил другой клан. Немногочисленный. Клан змей. Их маги могли обращаться в змей.

– Хм. Не слышал о таком. Я историю не любил в академии.

Я снова рассмеялась.

– Так ты, выходит, наследница той крови?

– Ну… в змею я не обращаюсь.

– А словом жалишь метко.

Я протянула руку в тонкой кожаной перчатке к спине Нортана. Подушечками провела по особенно грубому шраму. Он дёрнулся от первого прикосновения.

И мы оба замерли.

Моя рука так и зависла рядом с его кожей. Я часто задышала.

– Кира, дыши. Я калека и не смогу тебе ничего сделать. Дыши, девочка. Можешь лечь на спину и найти опору.

– Откуда вы знаете, что нужно говорить и делать… – хрипло проговорила я, стараясь сделать вдох ровнее.

– Многие из моих воинов мучаются последствиями войны, – спокойно ответил Нортан. – У кого-то трясутся руки. Кто-то просыпается ночью от криков. Панические атаки я видел.

Он говорил тихо. Без жалости. Просто констатировал факт. Голос был тихий, ровный, не опасный.

– Я видел, как с ними работают лекари. Слышал, что им говорят.

Он чуть повернул голову, но всё ещё смотрел в сторону окна.

– Поэтому знаю. Если накрывает – нужно найти опору. Дышать.

Я всё ещё сидела рядом с ним, чувствуя, как пальцы в перчатках дрожат.

– Я не… – начала было я.

– Ничего не объясняй, – тихо перебил он. – Я не спрашиваю.

Я выдохнула и мысленно плюнула.

Мне не обязательно быть сильной. Так говорил Эрэйн. Я сползла с кровати и легла рядом с ней на пол. Прислонилась лопатками к тёплому дереву. Достала из кармана флакончик с маслом, открыла его и вдохнула запах лаванды.

Запах был мягкий, тёплый. Меня заземлило.

Паника начала отпускать.

Генерал тем временем что-то рассказывал. Его голос был тихим, ровным, почти монотонным. Его слова заполняли пространство, чтобы тишина не давила на меня.

Потом я разобрала, что он вспоминал свою молодость. Как они с лучшим другом Рейгардом кутили. Как попадали в неприятности. Как их родители вытаскивали из передряг, запирали дома, лишали денег, а они всё равно сбегали и снова гуляли. Как не раз были на ковре у ректора. Тот без успокоительного не принимал наследников.

Я слушала. И через какое-то время поймала себя на мысли, что… улыбаюсь.

Вот, значит, как живут обычные люди. Вернее – золотая молодёжь.

У меня такого не было. Мне было странно и… интересно слушать генерала. Никогда бы не подумала, что он может быть таким несерьёзным прожигателем жизни и по-настоящему отвязным.

– Кира, ты как? – вдруг спросил он.

Я некоторое время молчала. Потом слова сами начали выходить.

– Первый раз меня отдали замуж за старика на следующий день после того, как мне исполнилось восемнадцать.

Я смотрела в потолок.

– Он был настолько старый, что пугал меня. Но барон заплатил моим родителям большой выкуп. Отписал им кусок земли с лесом, богатый пушниной, и сундук золота. Нас обручили.

Я сглотнула.

– От него пахло старостью. И тленом. Меня едва не стошнило. Я просто не могла… не могла… А потом моя мама затолкала меня в карету. Отец держал всю дорогу, чтобы я не сбежала. Муж сидел напротив и скалился.

Голос становился всё тише.

– Мы приехали в дом мужа. Родители втолкнули меня в его спальню и закрыли дверь. Меня мутило. Там ещё был его слуга.

Я провела рукой по лицу.

– Он кинул меня на кровать и держал. Я сопротивлялась. А потом… когда муж… залез на меня…

Я замолчала на мгновение.

– Я… не выдержала и закричала.

Я снова смотрела в потолок.

– А муж… он упал на меня… и не встал. Слуга тоже повалился рядом с кроватью. А я кричала. Кричала и кричала.

Мой голос стал почти шёпотом.

– На помощь никто не приходил.

Я сделала вдох.

– Пришли только утром.

Я всё так же смотрела в потолок.

– Я тогда вылезла из-под мужа и забилась в угол комнаты. Только я была жива.

Я замолчала.

– А они… нет… Родители потом забрали все имущество барона. Я ведь стала богатой вдовой.

Рассказала это – и просто смотрела в потолок. Не ожидала, что рядом вдруг появится рука.

С аккуратными ногтями. С длинными сильными пальцами. С выступающими венами. Мозолями от меча. Я схватилась за неё.

Нортан, видимо, переместился со свой стороны кровати ко мне ближе, пока я говорила.

Он сжал мою руку.

А я – его.

– Твои родители живы? – процедил Нортан.

– Да. Но наверное не рады этому… Эрэйн разобрался… с ними.

Глава 11

– Что я могу для тебя сделать? – спросил Нортан.

Я моргнула раз. Потом ещё раз. Не совсем понимая смысл его вопроса. Разве что…

– Встаньте на ноги, генерал.

– Что тебе с того, Кира? Что ты получишь за исполнение этого?

Какой же генерал догадливый. Я продолжала держать его руку. Как и он – мою. И меня даже не колотило.

Это был первый раз, когда мы вот так держались за руки. И отпускать её не хотелось.

Словно через мою пропасть, которая разверзлась где-то внутри меня, начали строить мостик. Пока ещё хлипкий. Дощечки скрипели. Канаты натягивались на ветру.

Но он был.

– Император исполнит моё желание.

– И какое оно? – осторожно поинтересовался генерал.

– Не скажу. Только ему.

– А я смогу его исполнить? Это твоё желание? Я не хочу, чтобы ты ждала так долго.

– О, вы просто меня не знаете. Долго и я не хочу, – нервно и громко рассмеялась я. – Я готовилась очень. Я столько книг изучила.

– Не всегда наши желания исполняются, как бы мы ни хотели и ни готовились к этому, – хрипло произнёс генерал.

– Вы сейчас о себе или обо мне? Если обо мне – то однажды я очень просила, чтобы появился тот, кто спасёт меня от моей семьи. И тогда пришёл Эрэйн.

– Пусть будет так. Ты права. Желания должны исполняться. Особенно если к этому долго готовиться, – в словах генерала чудилась улыбка, только вот сам он, кажется, не очень верил в свои слова.

– Что вы будете делать с документами? – вдруг спросила я.

– Подпишу.

– А почему вы не хотели сделать этого сразу?

– Потому что цеплялся за свою прошлую жизнь. За все свои якоря. Хотелось, чтобы хоть что-то было неизменно.

Я немного помолчала.

– Знаете… – я тоже решила поделиться. – Это ваша ошибка – думать, что можно вернуть прежнюю жизнь. Как раньше – не будет. Это надо принять. Будет по-другому. Но не так, как прежде.

Я посмотрела в потолок.

– Я никогда не стану другой. Не вырасту беззаботной. Никогда не вспомню своё детство без содрогания. Никогда не узнаю материнской любви и любви отца. Но я узнаю что-то другое.

Я вдохнула.

– Пусть детства у меня не было. Но будет другая жизнь. И она точно будет лучше той, что была. Нужно жить здесь и сейчас.

– Это сложно.

– Да. И я это понимаю. Если вы примете, что как прежде не будет, и просто будете раскачивать своё тело, учиться жить в новой реальности… однажды вы сможете жить дальше.

Он немного помолчал.

– Мне кажется, что тебе не двадцать. А все сорок.

– А я это прочитала в одной книге… и мне показалось, что это правильные слова.

– Ты очень умная.

Я растерялась.

Не знала, как реагировать. Меня никто не хвалил. Только… разве что Эрэйн. Но он мой брат. А тут – посторонний человек.

– Почему ты замолчала?

– Я… не знаю, что сказать. Я не умная. Я просто много читаю.

– В свои двадцать лет я хотел только бегать на балы и камерные вечеринки. И то меня больше привлекало то, что происходило после, – хрипло рассмеялся Нортан.

Я тоже улыбнулась, пытаясь это переварить.

– А что было после балов? Вы шли спать?

Нортан снова рассмеялся.

– Спать. Да.

– Не понимаю, что в этом смешного. Я когда иду спать, не всегда смеюсь. Или после бала какое-то другое настроение? – с интересом спросила я.

– Скорее… дело в компании, Кира. Скажем так… есть часть девиц, которые себе не хозяйки стоит только попробовать… хм… чего покрепче. Но ты не думай, что их заставляли. Это такой образ жизни.

– Оу…

Я наконец поняла, о чём говорил генерал и покраснела. Забрала свою руку и сложила руки на груди, сжимая флакончик.

– Я никогда не была на балу. Там красиво?

– Тебя не представляли в свете?

– Нет. Меня сразу замуж выдали.

– Ну… как сказать… на балу утомительно. Основное веселье, конечно, начинается после.

Я тоже рассмеялась.

– А вы ходок тот ещё были?

– Чего уж скрывать. Я тут лежу перед тобой как открытая книга. Есть что вспомнить.

– А жене своей вы изменяли?

– У меня на это не было времени. И… я уважал Алисию.

– Вы простите её, когда встанете на ноги?

– Кира. Ты просто не знаешь, но она уже говорила мне о расставании, когда я был на фронте. И… она встретила истинного.

– Пф, – фыркнула я.

– Что не так?

– Истинность можно заглушить и жить дальше.

– Н-да? И каким это образом? – в голосе генерала скользнуло удивление.

– А вы с какой целью интересуетесь? Если напоить Алисию и вернуть её – то не скажу.

– Какая же ты сложная, Кира. Нет. Просто интересно. Да и не буду я ей в глотку лить что-то. И все же что это за средство?

– Есть одна травница, которая приготовила специальный раствор. Это не вредно.

– Хм. А ты откуда знаешь?

– Мне Эрэйн предлагал его.

– А… зачем? – послышалось осторожное.

Я замолчала. Сжимая в руках пузырёк с лавандовым маслом и глядя в потолок.

В комнате повисла тишина.

Потом послышался скрип кровати. Я повернула голову в сторону. Нортан, опираясь на руки, приподнялся, чтобы посмотреть на меня.

В его глазах уже светилось понимание. Он просто ждал моих слов.

– У меня был истинный.

– И он допустил, чтобы с тобой всё это произошло?

– Его убил мой отчим.

Генерал шумно выпустил воздух сквозь стиснутые зубы. В его глазах всё отчётливее проступала драконья суть. Зрачки сузились. Взгляд стал жёстким.

– Зачем было убивать твоего истинного?

– Чтобы у меня не было привязанностей. Истинность – это слабость. Он был из клана Изумруда. Он мог пожалеть меня. Мог попытаться забрать меня из семьи. Тогда мать и отчим не смогли бы выдавать меня замуж.

– Давно это было?

– Между замужествами.

Нортан некоторое время молчал.

– Как ты всё это пережила, девочка?

– Я?

Мной вообще мало кто интересовался. И интерес Нортана был непривычен.

– Я плакала… – призналась я. – Знать, что существует человек, который смог бы полюбить такое чудовище, как я, было для меня тогда словно глоток свежего воздуха. Я надеялась, что он заберёт меня к себе. Что всё закончится. А потом мои надежды разбились. Когда пришёл отчим и сказал, что мой истинный сломал себе шею, упав с лошади. Тогда я потеряла надежду выбраться из той бездны. Хотя, если честно, я тогда просто билась в истерике и чуть не сошла с ума.

– Мне жаль…

– Мне тоже. Но я… живу здесь и сейчас. Не хочу смотреть в своё прошлое. Там одни потери и полная безнадёга.

– Хорошо.

Генерал всё ещё держался на руках. А я отмечала, как всё легче у него это получается. Я встала на колени у кровати.

– Продолжим? – с интересом спросила его.

– Меня иногда пугает, как резко ты переключаешься, – нахмурился генерал.

Я удивлённо вскинула брови.

– Мне это помогает. Прошлое я изменить не могу. Я могу только формировать будущее.

– Император вызывал к тебе душевного лекаря?

– Да.

– И?

– Он сказал, что я нестабильна. Что я никогда не буду прежней.

– Прямо так и сказал тебе в лицо?

В комнате снова стало тихо, а еще, кажется, похолодало. Я пожала плечами.

Подвинулась ближе к кровати. Надавила указательным пальцем на лопатку генерала, чтобы он опустился и перестал смотреть на меня.

Он послушно лёг на кровать, вытянув руки. Голову повернул в сторону окна. Я присела на край кровати. Вылила масло на ладони.

– Если кратко… меня нужно изолировать от общества. А лучше – отдать в монастырь. Правда, это он сказал Эрэйну. А я подслушала.

– И что император?

– Он послал этого мозгоправа. И сказал, что поставить крест на человеке легче, чем вытянуть его. Выгнал его взашей. А тот, как я поняла, был очень уважаемым мастером.

– А дальше?

– А дальше император просто дал мне работу. И много книг. И сказал, что он не менее сумасшедший, чем я. И что он знает ещё несколько таких людей – с проблемами, но которые смогли начать жить. Пусть и со своими особенностями.

Я растёрла масло между ладонями. Тёплый запах лаванды снова наполнил комнату.

– А теперь… хватит болтать, – тихо сказала я. – Попробуем массаж. И мне нужно будет в город.

– Тебе бы командовать отрядом, Кира.

– Мне и одного непослушного генерала хватит, – тяжело вздохнула я.

Глава 12

Я растёрла масло между ладонями. Тёплый запах лаванды снова наполнил комнату. Пальцы в перчатках немного дрожали.

Я смотрела на спину Нортана – широкую, испещрённую шрамами. Кожа на плечах была грубой, натянутой, а между лопатками ещё виднелись старые рубцы.

– Кира, – спокойно произнёс он, не поворачивая головы. – Помни, что сказал. Я не трону тебя. Мне даже пошевелиться лишний раз сложно.

Я сглотнула.

– Знаю.

– Если станет плохо – остановись.

– Хорошо.

Я осторожно положила ладонь на его плечо. Даже через тонкую перчатку тепло его тела ощущалось слишком остро. Мышцы под кожей были напряжены.

Я замерла. Дыхание стало глубже.

– Всё нормально, – тихо сказал он.

Я выдохнула. И медленно начала.

Сначала просто провела ладонями по плечам – едва касаясь, проверяя, как он реагирует, хотя скорее я себя проверяла. Как я реагирую.

Кажется, у меня получалось. Пальцы заскользили по коже, распределяя масло.

Нортан тихо втянул воздух. Но не шелохнулся. Я осторожно надавила сильнее.

Пальцы начали медленно разминать мышцы вдоль плеча. Они были словно каменными.

– Больно? – тихо спросила я.

– Нет… непривычно, – хрипло проговорил генерал.

Я продолжила. Двигалась медленно. Осторожно. Сначала плечи. Потом ниже – вдоль позвоночника, обходя сами позвонки.

Постепенно его дыхание стало ровнее. Плечи начали расслабляться. Я переместилась ниже, к пояснице.

Я работала медленно. Сначала просто разогревала ладонями, потом аккуратно нажимала пальцами, словно пробуждая мышцы.

Иногда Нортан тихо выдыхал. Иногда морщился. Но ни разу не попытался отодвинуться. Я начала действовать смелее и сильнее разминать тело.

– Ты всё ещё боишься? – вдруг спросил он.

Я задумалась.

– Уже меньше.

– Хорошо.

Я продолжала работать. Пальцы двигались всё увереннее. Страх отступал, уступая место сосредоточенности.

Я уже не думала о том, что касаюсь мужчины. Думала о мышцах. О том, как они устроены. Как их «разбудить». Как заставить снова работать.

– Скажи, а ты сама видела тело своего истинного или тебе просто сказали, что его больше нет? – вдруг спросил Нортан.

Я тяжело вздохнула.

– Я просто поддерживаю беседу. Тебе же самой так легче.

Я тихонько усмехнулась. Какой же он всё-таки хитрый. Но, с другой стороны, когда генерал говорит, мне и правда легче дышится рядом с ним. Да и я как-то прочла в книге, что нужно проговаривать свои проблемы.

Поэтому решилась.

– Мне так сказал отчим. Сама я не видела. Мне кажется, если бы увидела… наверное, сошла бы с ума. Я ведь как только его увидела, сразу поняла, что он – моя надежда на спасение.

– А как ты его встретила? – продолжал допытываться Нортан. – Как состоялась ваша встреча?

Генерал не знает, что я жила в подвале. И говорить об этом я не собиралась.

– Однажды меня… выпустили… из комнаты, – стала я подбирать слова. – У родителей в особняке были гости. И им хотели представить двух сестёр. Меня и родную дочь отчима – Виту. Но ужин был испорчен, гость отчима сразу отреагировал на меня, начался шум и меня спешно вернули… обратно в комнату.

– И больше ты его не видела?

– Нет, – покачала я головой, хотя генерал этого не мог видеть.

– Как его звали?

– Мне не сказали.

– А император уточнял сведения о нём?

– Я ничего не смогла рассказать Эрэйну, кроме того, что он казался старше меня, был высоким, красивым, в дорогом сшитом на заказ костюме и тёмноволосым. А почему вы так подробно спрашиваете?

– Просто.

Я фыркнула.

– Тогда лучше расскажите о себе. Как вы учились в Академии?

– А ты, кстати, не хочешь поступить в Академию?

– Я не думала об этом. Вернее… думала. Но там может быть… сложно... для меня.

Хотя, скорее, не сложно, а опасно.

Я хоть и контролировала себя, но… жить не в подвале особняка было для меня уже испытанием. Там вся комната была построена специально для таких, как я. Стены, пол, потолок – всё было пропитано защитными плетениями. Все выбросы моей магии гасились, блокировались, уходили в камень.

Там я была безопасна.

Для всех. А что будет в Академии – я не знаю.

Там люди. Много людей. Молодые маги, у которых эмоции сильнее разума. Заклинания, вспышки силы, дуэли, всплески магии на каждом шагу.

Я не знаю, как поведёт себя мой дар среди этого всего.

И если я сорвусь… Я сжала пальцы сильнее, разминая мышцу на бедре генерала.

– Поэтому я пока не думаю об Академии, – тихо сказала я. – Хотя мне бы хотелось… учиться как все это делают.

Больше он меня ни о чём не спрашивал.

Начал рассказывать о том, как учился в Академии. Как они с друзьями сбегали с лекций, как спорили с преподавателями, как однажды устроили ночную тренировку на плацу и умудрились разнести половину тренировочных манекенов.

Я с улыбкой слушала его.

Тембр у генерала был спокойный, с лёгкой хрипотцой, ровный. От его голоса по коже маршировали мурашки.

Иногда я даже ловила себя на том, что перестаю следить за самой историей.

Слушала не то, что он говорил, я слушала его голос.

Я продолжала медленно разминать мышцы его ног. Генерал хрипло рассмеялся, когда вспомнил как они с Рейгардом умудрились ночью увести учебных коней и устроить скачки через половину столицы.

Я слушала.

И пока он говорил, я впервые за долгое время поймала себя на том, что мне… спокойно.

Спокойно рядом… с ним.

Когда я закончила, тихо сказала:

– Можете отдыхать. Я пока в город. К вечеру вернусь, и мы продолжим.

– Хорошо, – хрипло проговорил генерал.

Я ещё раз посмотрела на него, а потом вышла из комнаты.

Сняла перчатки на ходу и отнесла их к себе.

В своей комнате быстро переоделась: надела тёмно-зелёное бархатное платье и туфли на низком каблуке. Волосы собрала в высокую причёску, взяла сумочку и вышла в холл.

Прислушалась.

Генерал, кажется, ничего не делал.

Я дёрнула уголком губ. После такого массажа я бы тоже просто лежала и отдыхала.

Вышла из дома и аккуратно закрыла дверь. Прошла по дорожке, закрыла калитку и прошла по каменной мостовой. Погода была солнечной и не жаркой. Вокруг спешили люди по своим делам. Обычные горожане и мастеровые.

Император поселил нас в обычный рабочий квартал. Тут все было рядом. И рынок, и лавки. Все что угодно можно было найти, буквально пройдя вдоль нашей улицы.

Прошла чуть дальше, высматривая возницу. Когда нашла, назвала адрес.

Вскоре я уже ехала к нужному мне ателье. Оно находилось в небольшом проулке, не на главной столичной улице, где обычно располагались самые дорогие салоны. Расплатилась и вышла. Неуверенно открыла стеклянную дверь, украшенную вишнёвыми ветвями с цветами, и вошла внутрь.

Внутри пахло вишней.

Над дверью мелодично звякнул колокольчик, и я оказалась в самом сердце женского салона по пошиву одежды.

Повсюду стояли манекены – на одних были готовые платья, на других ещё незаконченные, с торчащими булавками и нитями. Ткани висели на задней стене, сложенные аккуратными рулонами.

Особенно мне нравилось рассматривать пуговицы. Они лежали на специальном постаменте – десятки маленьких коробочек, в которых переливались разные цвета и формы. Перламутр, бронза, стекло, камни.

Я сжимала сумочку и, не касаясь ничего руками, просто разглядывала.

И вскоре из-за тяжёлой шторы, ведущей в мастерскую, вышла… Грейс.