Текст книги "Белая птица судного дня (СИ)"

Автор книги: Екатерина Белецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)

Глава 4
Петер Колли, знакомство

– Конечно, мы согласны, – кивнул Ит. – Правда, мы не совсем понимаем смысл вашей просьбы, но если вы настаиваете…

– Да, я настаиваю, – кивнул дипломат. – Поверьте мне, так будет лучше для всех.

– Как вам будет угодно, – пожал плечами Ит.

Дипломат был высок, сухощав, и мрачен. Форма на нём сидела идеально, и было видно, что она новая, совершенно новая, кажется, этот дипломат использовал парадную форму впервые. Звали дипломата Петер Колли, вот только даже у Скрипача не возникло желание шутить на эту тему – после первого разговора Скрипач, уже в своём корабле, сказал, что на добродушную собачку этот тип ну ни разу не похож. Нет, дипломат не выглядел враждебно, он был весьма доброжелателен и учтив, вот только – не почувствовать этого было невозможно, позже это наблюдение подтвердила Авис – ощущалась в нём некая скрытность, причем настолько тщательно законсервированная, что ни одна система не смогла пробить защиту.

– Мрачный мужик, – заметил Скрипач после первой встречи с Петером Колли. – Вроде бы хороший, но мрачный. Ох, не к добру это.

– Тут ничего не может быть к добру, – согласился Ит. – Что ж, поживём – увидим. Лично мне показалось, что его мрачность не связана с нашим появлением. У неё иная причина. Думаю, мы скоро её узнаем. Не просто так он позвал нас к себе для первого разговора. Сам понимаешь, какая аппаратная база у официалки. Так что придётся сходить в гости.

– Сходим, конечно, – кивнул Скрипач. – Но в этот раз только мы двое.

– А мы? – тут же спросила Бао.

– А вы потом, – строго сказал в ответ Скрипач. – Бао, не спорь. Думаю, порадовать Официальную службу своим присутствием ты ещё успеешь. Если позовет, подойдёте. А пока что сидите дома.

* * *

– … не мне вам рассказывать о том, что обмануть можно любую систему, – Петер тяжело вздохнул. – Я не настолько наивен, чтобы поверить вашему объяснению, братья Соградо. Досье у вас весьма познавательное, поэтому можете даже не начинать.

– Мы, собственно, и не начинали, – пожал плечами Скрипач.

Разговор этот происходил на станции, в той её части, которую занимали официалы. Выглядела эта часть скромно, не сказать – бедно. Возможно, в жилом отсеке дела обстоят получше, но переговорная оказалась маленькой, тесной, и неуютной. Петер Колли предложил сделать имитацию какого-нибудь более приятного пространства, но Ит и Скрипач от этой идеи отказались. Нет смысла, сказал тогда Ит. Петер, разговор предстоит серьезный, и отвлекающие факторы, типа приятного пространства, будут лишними. В результате сейчас все трое сидели за крошечным столиком, рядом друг с другом, и беседовали, причем тон этой беседы Иту сначала не очень понравился.

– Да-да-да, именно потому, что вы не начинали, ваш корабль сейчас блокирует вас полностью, – хмыкнул Петер. – Именно потому, что вы ничего такого не имели в виду. Конечно. Охотно в это верю.

– Авис, сними блокировку, – приказал Ит. – Простите, Петер, до того, как направиться сюда, мы посетили энное количество весьма неприятных локаций, поэтому бедная Авис теперь страхуется заранее. На всякий случай.

– Могли бы и не снимать, это не имеет значения, – покачал головой Петер. – Я знаю про эксперимент, который проводила тут ваша семья, знаю об исчезновении корабля, и о его появлении через пятьдесят лет… правды вы мне всё равно не скажете, в этом я уверен. Поэтому, для начала, я бы хотел узнать не правду о ваших планах, а хотя бы часть ваших намерений относительно этого мира.

– Для чего? – с интересом спросил Скрипач.

– Чтобы знать, от чего вас следует удерживать, – серьезно ответил Петер. – Потому что, как мне кажется, намерения у вас есть. Вы ведь не просто так тут объявились после трёхсотлетнего отсутствия.

– Намерения? – переспросил Скрипач. Петер покивал. – Если честно, намерений у нас пока что нет. Вопросы есть, а намерений нет, потому что нет ответов. Вполне возможно, что намерения не появятся вовсе.

– Не верю, – тут же ответил Петер. – Ваша семья, уж простите, успела, во-первых, прославиться своей скрытность, и, во-вторых, своими тёмными делами. Да, Файри Соградо, именно тёмными, потому что и вы, и ваши родные – вы слишком много лгали.

– Ри Торк тоже много лгал? – вкрадчиво спросил Скрипач.

– Ри Торк – это несколько иная история, – терпеливо ответил Петер. – Он заблуждался, и потому сделал ряд ошибок.

– Системных ошибок, – подсказал Ит. – И, давайте уж начистоту, он тоже пропал. Мы были на Тингле, где он базировался едва ли не полтысячи лет. Его нет на планете уже очень давно. И, кажется, никто не знает, где он.

– Верно, – мрачно ответил Петер. – И он, и ваша семья – словно сгинули.

– Официальная их искала, надо полагать? – спросил Ит.

– Разумеется, – подтвердил Петер. – Исчезновение фигуры такого масштаба, как Торк, и группы исследователей такого уровня, как группа Ольшанской-Соградо – событие не рядовое. Особенно после того, что они сделали с той звездой. Как думаете, Контроль был доволен таким развитием событий?

– Полагаю, что нет, – сказал Ит. – К сожалению, мы не обладаем подробной информацией, и не знаем, что именно произошло. По нашим сведениям, был уничтожен красный карлик, и каким-то образом получена энергия распада звезды… это, собственно, всё, что мы знаем.

– Да, примерно так и было, – кивнул Петер. – Только энергия была не получена, как вы выразились, а ретранслирована для создания однократного импульса. Результат эксперимента мне, разумеется, неизвестен. Мне тоже, понимаете ли, о результатах не докладывали, у меня лишь косвенные сведения.

– Импульс был нужен для переброски корабля «Сансет» по Сфере, обратно, туда, откуда он пришел к данной планете, – тихо произнес Ит. – Это… частично удалось. По крайней мере, мы получили адресованное нам послание. И довесок к этому посланию мы получили тоже. Вот что, Петер. Давайте поступим следующим образом. Мы будем предоставлять вам информацию, поэтапно, чтобы вам удобнее было работать с анализом, а вы, в свою очередь, дадите нам информацию о том, что происходит внизу. Насколько это будет возможно, конечно. Планета закрыта, недоступна для наблюдения. А нам, боюсь, действительно важно узнать, что там произошло, и что происходит в данный момент.

– Погодите, – до Петера, кажется, дошло то, что Ит сказал минутой раньше. – По Сфере? Я не ослышался?

– Нет, вы не ослышались, – ответил Ит.

– Вы… вы были в другой доле Сферы⁈

– Да, – Ит опустил голову. – Мы действительно были в другой доле Сферы.

– Но как вы вернулись? И как попали туда, это же невозможно.

– Мы тоже думали, что невозможно. Но… это было. Долгая история, – сказал Скрипач. – Давайте действовать так, как предложил Ит. Это оптимальный вариант, уж поверьте. Петер, история получилась сложная, запутанная, и отнюдь не веселая. Особенно невесело нам стало на последнем этапе, когда мы попробовали вернуться домой, а вместо семьи и дома нашли руины, собственные кенотафы, и могилу кота, который в семье был любимым и родным. Только один вопрос, разрешите?

– Да, конечно, – ответил Петер.

– Вы знакомы с таким явлением, как Тлен? – спросил Скрипач.

– Преобразование? – уточнил Петер. – Измененные люди в мирах Сонма?

– Вы это так называете? – спросил Скрипач.

– Думаю, мы говорим об одном и том же, – заметил Ит. – Да, это можно так назвать. Верно. Мы говорим об одном и том же явлении. Скажу больше – нам известно о причинах его появления.

– Вот даже как, – Петер нахмурился. – Очень любопытно.

– Только не спешите с докладом наверх, – посоветовал Скрипач. – Мы предоставим информацию вашей группе, изучите её сперва самостоятельно, и только потом решите, кому, и каким образом её передать.

– Это мир причастен к тому, что вы собираетесь мне рассказать? – спросил Петер.

– Да, – кивнул Ит. – Причастен. И не косвенно, как вы могли бы подумать, а напрямую. Именно поэтому мы и просим вас пока что воздержаться от поспешных действий.

– Ладно, – сдался Петер. – Ещё один вопрос. У вас… несколько необычные спутницы. Объяснитесь, пожалуйста.

– Это представители рас-резидентов, – ответил Ит. – Атлант и зив. В некотором смысле, они за нами наблюдают, причём уже очень давно. При других обстоятельствах я бы посоветовал вам послать запрос о нас на Орин, это многое бы объяснило, но, боюсь, сейчас это может быть небезопасно.

– Небезопасно для вас? – с интересом спросил Петер.

– Нет, для вас, – покачал головой Ит. – Простите, но если что-то пойдет не так, вы нас не удержите. Не думаю, что вы захотите брать на себя ответственность за то, что может произойти.

– Мы, предположим, не удержим, а вот Новая Эра сделает это запросто, – вздохнул Петер. – По-моему, вы их недооцениваете.

– Почему вы так решили? – с интересом спросил Скрипач.

– Хотя бы потому, что вы настойчиво добивались прохода к этой планете, не смотря на запрет, – ответил Петер. – Вас не смущает тот факт, что здесь вместо нормального отделения всего четверо представителей нашей организации? Ит, Файри, вы ведь долго прожили на Окисте, – Петер тяжело вздохнул. – Даже там, в этом захолустье, в отделении работает сто двадцать разумных, причём разных рас, работает Транспортная Сеть, которую обслуживает полсотни мастеров путей, и нет никаких проблем с высадкой, например, боевого подразделения, если оно для чего-то потребуется. Не мне вам рассказывать о том, как устроена работа отделений службы. Вы агенты, пусть и бывшие, и знаете правила. А здесь… – он покачал головой. – Здесь нас только четверо, и… подумайте сами, почему Служба согласилась на условия конклава, причем, по словам конклава, это было дозволение.

– Мы смотрели информацию о конклаве, и нашли ничего особенного, – сказал Скрипач.

– О конклаве да, и не найдете, – вздохнул Петер. – Но вам не кажется странным, что этот конклав с таким рвением охраняет эту планету?

– Думаете, им известно что-то из того, о чём мы собираемся вам рассказать? – спросил Ит.

– Я не знаю, – Петер отвернулся. – Они не говорят с нами. Я шестой год живу здесь, Ит, отлучаюсь только в отпуск, и… по сути, единственной нашей задачей на данный момент является контроль за популяцией людей на планете. Планка – один миллиард. Нам разрешают только следить за отчетами, и давать рекомендации по демографической ситуации в разных регионах. Это всё.

– Ничего себе, – ошарашено произнес Скрипач. – Ладно, Петер. В таком случае, попробуем разобраться вместе. Насколько это будет возможно.

– Да уж, насколько возможно, – покивал Петер. – Боюсь только, что не намного.

* * *

– Элин, Бао, вам придется пообщаться с этой группой, – сказал Ит, когда они вернулись на корабль. – И говорить нужно будет правду.

– Ладно, будем говорить правду, – ответила Бао. – Форму ему показывать? Настоящую?

– Если потребуют, покажи, – ответил Ит. – Элин, думаю, тебя об этом не попросят, если ты предупредишь о том, что для тебя преобразование – сложный процесс. Скорее всего, они пойдут тебе навстречу.

– Я так и поступлю, – кивнула Элин. – Честно говоря, мне не очень понравилось то, что он сказал.

– Не очень? – переспросил Скрипач. – Нет, Элин. Это не «не очень». Это «очень не». Какая-то мутная и более чем нехорошая история получается.

– Ты о людях, или о ситуации в целом? – уточнила Элин.

– О ситуации в целом, конечно, – ответил Скрипач.

– Кажется, я понимаю, для чего им люди, – сказала вдруг Элин. – Если бы речь шла только о добыче ископаемых, никаких людей бы тут и не было, причём уже давно. А вот если речь идёт о сохранении эгрегора…

– Слушай, а ведь верно, – Ит поднял голову. – Людей оставили, чтобы выжил демиург. Или, точнее, оба демиурга, но не факт, что они знают о втором.

– Вот именно, – кивнула Элин. – Я тоже долго думала, для чего им потребовалась популяция. Признаться, первая моя мысль была о том, что им надо чем-то кормить Тлен.

– И это тоже, – Ит вздохнул. – Ох, боюсь, они и вправду знают много больше, чем нам кажется. И, что тоже любопытно, официалам они о своих знаниях не сообщили.

– Н-да, ситуация, – протянул Скрипач. – Честно говоря, я надеялся, что тут всё будет, как бы так сказать, несколько проще.

– А оно оказалось несколько сложнее, – пожал плечами Ит. – Ладно, давайте ужинать, и ложиться спать. Авис, просьба, – вдруг вспомнил он. – Саму планету пока что не пробуй мониторить, ладно? Посматривай за местом прохода, которое определила, и на этом всё.

– Хорошо, – покладисто согласилась Авис. – Вот только вы, смею заметить, упустили один немаловажный момент.

– Какой? – не понял Скрипач.

– Зонирование этой планеты.

– Она в белой зоне, – ответил Ит.

– Правда? – в голосе Авис зазвучало вдруг ехидство. – Нет, Ит. Ты ошибся.

– В смысле? – нахмурился Ит. – Поясни.

– Она в суперпозиции, – ответила Авис спокойно. – Одновременно маджента и индиго, и в то же время – не маджента, и не индиго. Её закрыли не просто так. Это мир, который можно зонировать и туда, и туда, но при этом – он сейчас находится в подвешенном состоянии, и не принадлежит ни одной из сетей.

– Откуда ты можешь об этом знать? – спросил Скрипач.

– Знаю, – коротко ответила Авис. – Не спрашивай меня, откуда, но да, я это знаю.

Ит, нахмурившись, покачал головой.

– Хорошо, не отвечай, – сказал он негромко. – Придется, видимо, обо всём догадываться самостоятельно.

– О чём? – не понял Скрипач.

– Поговорим об этом позже, – решительно сказал Ит. – На сегодня, думаю, нам хватит.

* * *

Для разговора с Элин и Бао пришлось занять другую переговорную, побольше, и не сказать, что Петер оказался этим обстоятельством доволен. Немногим позже выяснилось, что требования о малой переговорной выдвинула вовсе не официальная, а представитель Новой Эры, после чего Ит сказал, что им всем, по его мнению, следует перейти на Авис – так будет надежнее. По закону Авис является автономной территорией конклава Санкт-Рена, и они, как представители конклава, имеют все права для того, чтобы вести переговоры на своей территории. Петер, немного поколебавшись, согласился. На корабле они прошли в кают-компанию, с удобством сели за большой стол, Авис сделал всем напитки на выбор, и после этого Петер вдруг сказал:

– Как же я это всё ненавижу, вы бы знали.

– Ненавидите что? – спросил Скрипач.

– А вы не поняли, Файри? – повернулся к нему Петер. – Они следят за нами, не переставая. Всё время. Это невыносимо.

– Но вы здесь шесть лет, – заметил Ит. – Если всё настолько плохо, почему не попробовать перевестись в другое место?

– Ит, вы же агент, – вздохнул Петер. – Приказы не оспаривают. После того, что произошло в моей семье, это стало единственным вариантом, не связанным с наказанием и увольнением. Но… я устал. Честно. Я очень устал. А выхода нет.

– Жена? – прозорливо спросил Скрипач.

– Сын, – Петер отвёл взгляд. – Он… кое-что нарушил. А платить за это приходится мне. Я бы не хотел говорить об этом…

– Не надо, – покачал головой Ит. – Вы не обязаны выдавать нам личную информацию. Хотя, по-моему, вы не совсем правы сейчас. Разве это не наказание? Сколько вам ещё надлежит тут быть?

– Ещё четыре года, – ответил Петер. – У других ситуации аналогичные. Мы тут все не по своей воле.

– Обожаю Официальную службу, – зло сказал Скрипач. – Впрочем, как говорится, ничего нового. Ладно, вернемся к нашим делам. Элин, Бао, прошу. Ваша очередь.

– Я могу начать, – Элин привстала, а затем села обратно в кресло. – Я, носящая в данный момент имя Элин, являюсь сообществом разумных представителей расы зив, с доминантной особью во главе. Долгое время я базировалась на планете, значащейся в реестре как Окист, и пребывала длительный период в рассеянной форме. Мои элементы существовали отдельно, и находились в режиме наблюдения и ожидания. Себя я не выдавала, и в дела жителей мира Окист не вмешивалась.

– Как долго вы находились… в таком состоянии? – спросил Петер.

– По годам планеты Окист – более шестидесяти тысяч лет. До этого там существовала другая форма, но у меня нет о подробной информации, – ответила Элин. – Я стала прямым продолжением этой формы, она завершила жизненный цикл, не обретая полноценного сознания.

– Данная форма, в которой вы сейчас находитесь, является осознающим себя существом? – уточнил Петер.

– И да, и нет, – Элин задумалась, пытаясь сформулировать свою мысль. – Я могу очень долго находиться в форме, предполагающей ожидание, и сформировать существо, с которым вы сейчас ведете диалог. Но я не могу утверждать, что эта форма обладает всей полнотой сознания расы зив, поскольку эта форма не пребывает в непрерывном контакте с расой в целом.

Ит с интересом глянул на Элин. Кажется, сейчас она решилась на откровенность, но, зная о том, на что способны эти создания, эта откровенность для Элин безопасна. Иначе бы она ничего подобного не сказала.

– Хорошо, – кивнул Петер. – Я принимаю ваш ответ, он будет подвергнут анализу. Теперь вы, – он повернулся к Бао. – Расскажите о себе.

– Я представитель расы атлант, – Бао села, аккуратно подобрав лапки. – Так же, как и представитель расы зив, я находилась в мире Окист в рассеянной форме. До момента сборки и трансформации я представляла собой несколько больших колоний насекомых, которые известны вам, как лесные муравьи.

– Вы обладали сознанием? – спросил Петер.

– Частично, – ответила Бао. – В этом не было необходимости.

– Вы знали о том, что рядом присутствуют зивы?

– Предполагала, – Бао улыбнулась, и Петер, кажется, сглотнул – по всей видимости, улыбающаяся кошка для него была явлением не самым обычным. – Это… как бы объяснить… вы сидите в доме, и за окошком слышите шорох. По этому шороху вы можете догадаться о том, что за стенами дома пошёл дождь. Примерно так.

– Я понял, – кивнул Петер. – По сути дела, вы обе находились в режиме длительного ожидания. Чего вы именно вы ждали?

– Их, – Бао кивнула в сторону Ита и Скрипача. – Мы ждали их. Хотя не совсем верно. Скорее, мы предполагали их появление, причем в определенном качестве, или в определенном состоянии. Они появлялись и раньше, но причин, чтобы пройти активацию, у нас не было.

– В последнее их появление что-то изменилось? – с интересом спросил Петер.

– Именно так, – подтвердила Элин. – Но не во время появления, а до него. Незадолго до него мы поняли, что вектор пришел в движение, и мы должны стать иными. Они изменились, мир изменился, вот что мы ощутили, и поэтому мы приняли решение о действии. В наши планы не входил контакт, мы хотели немного усилить наблюдение.

– Вы преследовали какие-то свои цели? – Петер нахмурился.

– Все преследуют свои цели, – пожала плечами Элин. – Это закономерно. Основная наша цель, равно как и ваша, это выживание наших видов. Мы ощутили угрозу, и поэтому… поэтому при появлении в их поле зрения оказались женщина и кошка.

– Что вы сделали, чтобы предстать перед Соградо в таком виде? – спросил Петер. Голос его стал твёрже, резче.

– Мы подменили женщину и кошку, – спокойно ответила Элин.

– Для этого вы убили их? – без обиняков спросил Петер.

– Нет, – покачала головой Элин. – Женщина и кошка приняли решение добровольно покинуть жизнь, и ушли для этого в лес. На следующее утро из леса вышли женщина и кошка, но…

– Это уже были не оригиналы, а копии, верно? – спросил Петер. Элин согласно кивнула. – Чем вы можете доказать, что вы не совершили убийство, а просто подменили мёртвых?

– Ничем, – вздохнула Бао. – К тому моменту на Окисте уже появились слепые зоны, и действие, о котором мы говорим, произошло в одной из них. К сожалению, система Скивет не фиксирует происходящее в подобных областях, поэтому вам придётся поверить нам на слово.

– У меня нет оснований вам верить, – задумчиво сказал Петер. – А вы, Соградо? Вы им верите?

– Приходится, – вздохнул Скрипач. – К тому на планете мы нашли некоторое количество косвенных доказательств, поэтому мы приняли на веру то, что было сейчас сказано.

– Косвенных доказательств? – переспросил Петер.

– Да, верно. Настоящая Элин действительно очень любила прежнего владельца настоящей Баоху, и подобное решение укладывается в структуру её личности, – сказал Ит. – Разумеется, стопроцентным доказательством это не является.

– Отрадно, что вы понимаете это, – задумчиво произнес Петер.

– Мы правда такое не делали, – Бао прижала первую пару передних лапок к груди. – Честно-честно! Клянусь, чем хотите! Конечно, я вполне в состоянии убить, но в этот раз я точно никого не убивала и не трогала. И Элин тоже. Просто… так совпало, и мы сочли, что для нас возможно использовать этот вариант.

– Откуда вы знали, что они двое появятся там, где вы совершили подмену? – спросил Петер.

– Предположили, – сказала Элин. – Мы ощущали их присутствие, и знали о том, что они, по законам планеты, нарушили местные правила. Было не так много мест, где они могли оказаться.

– Это, как бы сказать, несколько фантастический сценарий, – заметил Петер. – Не слишком ли много совпадений?

– Нет, не слишком, – покачал головой Скрипач. – Учтите, что Элин – зив. То, что для нас является совпадением, для неё – просто мимолетный расчет векторов вероятностей. К тому же она, равно как и Бао, в тот момент присутствовала во многих местах одновременно, и вполне могла кое-что исправить, по своему усмотрению. Да, Элин?

– Могла, – снова кивнула та, – но в тот раз я этого не делала. Не было необходимости. Петер, вы знаете хоть что-то о судьбе?

– В каком смысле мне сейчас следует это понимать? – спросил Петер.

– В прямом, – пожала плечами Элин. – Они должны были оказаться там, и они оказались. Это была судьба, если угодно. Нет, не наша с Бао. Их судьба. И мы в этой судьбе лишь наблюдатели, не более.

– Ох, Петер, боюсь, придется нам объяснить вам довольно много всего, – вздохнул Скрипач. – И быстрым рассказ не получится. Просто потому что про такие вещи нельзя рассказывать быстро. Поэтому…

– Скажите, вы сможете приходить сюда, на корабль, к нам, для этих бесед? – спросил вместо него Ит. – Если нужно, приводите остальных участников своего отделения. Мы поговорим и с ними тоже.

– Да, это придётся сделать, – кивнул Петер. – Но, боюсь, ваш рассказ может потребоваться не только нам.

– Общаться с представителями Новой Эры? – с тревогой спросила Элин. – Это обязательно?

– Вы их боитесь? – вопросом на вопрос ответил Петер.

– Страх – не совсем подходящее слово, – Элин задумалась. – Нет, мы не боимся. Но для общения с ними нужна определенная стратегия, а у нас её пока нет.

– Нам требуется информация о планете, собственно, именно ради этого мы прибыли сюда, – сказала доселе молчавшая Авис. – Уважаемый Петер, может быть, вы дадите рекомендации о том, как следует действовать? Судя по тому, что вы говорили, избежать общения с представителями конклава не удастся. Собственно, это и не нужно. Что вы можете нам посоветовать, в таком случае?

– Хороший вопрос, – покивал Петер. – Думаю, вам следует сосредоточиться на тех событиях, в которых вы принимали участие, а именно – на эксперименте, инициатором которого являлась Роберта Ольшанская-Соградо. Давайте поступим следующим образом. Несколько дней, пока не знаю точно, сколько именно, вы продолжите общаться со мной, мы проведем достоверный и открытый сбор информации о вас двоих, – кивок в сторону Ита и Скрипача, – и ваших спутницах. К сожалению, вам придется при этом уделять время и представителям Новой Эры, вы начнёте переговоры уже с ними, но, разумеется, с нашим участием. Мы будем следить.

– Хороший план, – одобрил Скрипач. Ит промолчал, кажется, он о чём-то задумался. – О более конкретных вещах, полагаю, пока что говорить не имеет смысла?

– Да, верно, – покивал Петер. – Знаете, честно вам сказать, для меня эта ситуация выглядит максимально странно. Я… не понимаю вашу мотивацию. Только поиск семьи, но это, согласитесь, несколько другой вопрос, вы здесь не из-за этого.

– Да, мы здесь по другой причине, – согласился Ит. – Мы хотим добраться до сути, а вот зачем нам это нужно, вы поймете позже. Но поймете обязательно, обещаю вам.

– А я обещаю, что мы никому не причиним вреда, – сказала Бао. – Честно-пречестно, я не вру. Клянусь чем угодно.

И Петер Колли, взглянув на её чуть виноватую мордашку, вдруг улыбнулся – впервые за всё это время. Словно в нём проснулось в эту минуту что-то такое, о чём он позабыл, и думал, что оно давно мертво, а оно взяло, и ожило, внезапно, неожиданно, и это что-то пробудило в нём то, о чём он и подумать даже не смел. Вот эту мимолётную чистую улыбку. Особенную. Ит подумал в этот момент, что так улыбаться можно только животным и совсем ещё маленьким детям, потому что на какое-то мгновение с лица сухого и мрачного Петера Колли, официала, дипломата, пропало выражение недоверия и затаенного страха, исчезло напряжение, и он стал… самим собой. И улыбнулся – этой странной шестиногой кошке с невинной мордашкой. Просто так. Совсем просто так, потому что улыбка эта ни к чему его не обязывала.

– Думаю, мы сработаемся, – сказал Ит. – Давайте мы проводим вас, и займемся планом действий.

* * *

Там, внизу, под ставшим прозрачным куполом рубки, плыла планета – облачные острова, суша, слабенькая россыпь огоньков на ночной стороне. Ит сидел в кресле, смотрел, как планета летит над его головой, и думал – странно, почему нам раньше не пришла в голову мысль вернуться сюда? Может быть, потому что требовалось убедиться? Что-то понять? Достроить эту конструкцию практически полностью, и вернуться, чтобы добавить в неё последний элемент, последнюю деталь, некий завершающий штрих? Вероятно, так и есть. Наш путь, начавшийся здесь, на практически такой же орбите, на «Сансете», только сейчас подошел к своему логическому завершению, именно поэтому мы теперь здесь. Дорога из пепла и стекла, вспомнил он. Как сказал тогда Рифат, светлая ему память? Дорога привела старую, больную, и уставшую халвквину в тот же город, из которого она вышла, верно? И она, войдя в город, заняла место мудреца, который предложил ей когда-то выбор между тихим домашним счастьем, и этой дорогой, на которой можно познать истину. Познали мы эту истину, или нет? Сложно сказать. Но если мы здесь, видимо, да. Вот только познать и осознать – это всё-таки разные вещи. Познавать интересно. Осознавать – страшно. Вот мне сейчас страшно, вдруг понял он. Очень страшно. Страшнее даже, чем когда мы попали в первую локацию, и Альтея сказала, что мы в ней заперты. Да, мы заперты, верно, вот только не в локации, а в чём-то несоизмеримо большем. И гораздо более беспощадном, чем та кабина, в которой умерла Варвара Агапова, или роскошный гостиничный номер, в котором встретила свою судьбу Алге Рауде. То, в чём мы оказались, много хуже, чем горящий трейлер Бетти Джей, и чем странное заброшенное здание, в котором рисовала свою последнюю картину Вэй Киую. Мы были неправы, думал Ит. Всё это время мы были неправы, потому что это не наблюдателей и принцесс заперли в их заколдованных замках, нет, всё не так. Нас вместе заперли в одном-единственном огромном заколдованном замке, мало того, нас миллиарды лет не выпускали из этого плена, ставя перед единственным возможным выбором – страдать чуть больше, или чуть меньше. Бесчисленное количество раз эта гигантская, неимоверных размеров машина перемалывала нас раз за разом, оставляя на том естестве, которое и есть мы, бесчисленное количество ран и ссадин. И в какой-то момент, по всей видимости, некоторые из нас решили, что всё, довольно. Хватит. Именно поэтому я сейчас сижу здесь, уже ощущая ответ, но ни сформулировать его, ни произнести вслух я не могу. Пока не могу. Возможно, я сделаю это позже. Или не я. Это может быть кто-то другой. Вот только чего именно я боюсь? Смерти? Или того, о чём пока не знаю сам?

– О чём думаешь, Ит? – спросила Авис.

– Ты не подслушивала? – Ит поднял голову.

– Ит, я же говорила, я не делаю так, – кажется, Авис расстроилась. – Это бесчестно. Нет, я не подслушивала, но, судя по выражению твоего лица, ты думал о чём-то серьезном.

– Да, верно, – кивнул Ит. – Я действительно думал о чём-то серьезном. Всё идёт к завершению, Авис, и… мне страшно. Но я не понимаю, чего именно боюсь.

– Смерти? – спросила Авис.

– Нет, – покачал головой Ит. – Нет, не смерти. Чего-то другого. Но я пока не понял, чего. То, чего я боюсь, больше, чем смерть. В нашем случае смерть – это временно, ты же знаешь. Ты, то есть твоё ядро, долгое время находилось в контакте с экипажем, который был эквивалентен нам. Скажи, они боялись смерти?

– Нет, – тут же ответила Авис. – Они её ждали. Как избавления.

– Они ждали, когда дорога из пепла и стекла приведет их обратно в город, – беззвучно произнес Ит. – И они уступят честь идти по этой дороге кому-то другому. Следующим себе. А я сейчас… нет, не могу сказать. Прости, у меня пока нет слов. Я не нашёл нужные слова, понимаешь?

– Понимаю, – согласилась Авис. – Эта притча, которую рассказала вам Лийга, та женщина, мне показалась сказкой о Контроле. Она синтонна тому, что я помню об экипаже, не смыслом происходящего, а ощущением. Она была Сэфес, эта женщина?

– Да, она была Сэфес, – подтвердил Ит. – Не в нашей доле Сферы. Там в Контроль Мадженты могут попадать и женщины тоже. Для нас это было более чем странно.

– Понимаю, – Авис помедлила. – Это жестоко.

– Там другая модель, и это не было жестокостью, – возразил Ит. – Лийга, когда произошла та трагедия, закончила свою работу, передала фрагмент Сети другому экипажу, и отправлялась домой, чтобы… жить. Она хотела войти в семью, завести детей, учить новый экипаж. Там так принято. Но произошло то, что произошло, и добром это не кончилось. Ни для неё, ни для Нийзы, ни для Рифата, ни для нас, как я сейчас понимаю.

– Почему? – спросила Авис. – Она ведь спасла вас, и сумела открыть проход в вашу долю Сферы.

– Да, она это сделала, – подтвердил Ит. – Пожертвовала собой, но сделала. Вот только было ли это спасением… раньше мне казалось, что да, это оно и есть. А теперь я думаю, что это было не спасение, а нечто иное. Лийга просто помогла нам пройти дорогу из пепла и стекла до конца.