Текст книги "Ложь (ЛП)"
Автор книги: Э. К. Хантер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)
ГЛАВА 19
Майлз
Кровь струилась сквозь костяшки моих пальцев, когда я склонился над раковиной в ванной комнате своего кабинета. К счастью, я не повредил кожу, когда ударил кулаком в зеркало. В отличие от стекла, по которому теперь шла трещина посередине.
Подняв голову, я встретился со своими глазами в зеркале, глазами, которые были слишком похожи на глаза Тео, и в этот момент мне показалось, что мой кузен смотрит на меня в ответ. Чувство вины скрутило мой желудок, и я оторвал взгляд, не в силах больше смотреть на свое позорное отражение.
О чем, черт возьми, я только думал? Я предал Тео, но хуже того, я украл девственность Софии с такой жестокостью, что меня затошнило при воспоминании о том, как чертовски приятно было прорваться сквозь ее барьер и завладеть ее влагалищем.
Она заслуживала лучшего, чем грубый трах на моем столе в ее первый раз. Она заслуживала того, кто не торопился бы, боготворил ее тело и нежно занимался с ней любовью, когда она была готова.
Не то, что я с ней сделал.
Что, черт возьми, со мной было не так?
Она все давила и давила, и вместо того, чтобы уйти, я просто...сорвался. Мне следовало быть более сдержанным, но слова Кая постоянно повторялись с тех пор, как я проснулся этим утром в своей старой спальне с похмелья от травки, и я не мог не сказать себе, что если бы ситуация была другой, я бы хотел, чтобы Тео был счастлив, так почему я не мог?
Эта мысль вылетела у меня из головы, когда я вытащил свой член из киски Софии, ярко-красная кровь свидетельствовала о том, что я сделал, и, как трус, я не мог смотреть на нее. Мне нужно было уехать.
Я покачал головой, испытывая отвращение к самому себе. У нее был первый раз, а я ушел, не сказав ни единого слова. Меньшее, что я мог сделать, это навести порядок в своей жизни. С тяжелым вздохом я схватил мочалку и подставил ее под чуть теплую воду, образ моей спермы, вытекающей из окровавленной киски Софии, вспыхнул в моем сознании.
Для меня это было впервые. Я никогда не трахал женщину без презерватива. Я не беспокоился о беременности, но я не хотел подхватить ЗППП, а одним из правил «Экзотики» было то, что все участники мужского пола носили презервативы.
Еще один провал. Я никогда не трахал никого без зрителей. Даже когда я потерял девственность, это было на сцене с женщиной, имени которой я не знал, после того, как Тео заявил, что знает, что мне нужно, чтобы обрести уверенность в отношениях с женщинами.
Он был прав.
Было что-то захватывающее – даже волнующее – в том, чтобы быть на сцене, на глазах у других, и хотя я флиртовал с женщинами за пределами «Экзотики» и создавал впечатление, что у меня были связи на одну ночь, я никогда никого не трахал, если только это не было на публике.
Еще несколько минут назад.
Когда мочалка стала влажной, я вернулся в свой кабинет, готовый съесть пирог смирения и извиниться, но моя горячая кровь застыла, когда я обнаружил, что кабинет пуст, а дверь приоткрыта.
– Черт.
Я бросил мочалку и схватил свой телефон, нажав на экран, чтобы вызвать устройство слежения. Когда появилась точка, я в замешательстве нахмурил лоб. Телефон Софии снова был в городе. Она ни за что не вернулась бы так быстро, даже если бы была на машине.
Я набрал номер Коннора, который ответил после первого же гудка. – Мистер Вульф.
– София с тобой? – рявкнул я, проводя рукой по волосам и уставившись на край своего стола, где на нем виднелись потеки крови и спермы.
Я сглотнул, стыд пробирался до мозга костей.
– Нет, сэр. Нам приказал мистер Вульф… э-э, другой мистер Вульф, вернуться в город, чтобы разобраться с инцидентом.
– С каким инцидентом?
Мой пульс участился. Что, черт возьми, произошло, пока я был слишком занят, погружая свой член в Софию? И если ее не было со своими телохранителями, то где, черт возьми, она была?
Мощный укол ревности захлестнул меня, когда тихий голосок в моей голове прошептал, что она вернулась в комнату для подглядывания, чтобы найти кого-нибудь другого, кто трахнет ее.
Мое чувство вины и стыда исчезло в мгновение ока. Я схватил пиджак и повесил трубку, не выяснив, что произошло. Что бы ни случилось, это могло подождать. Но если я обнаружу, что София встречается с каким-то другим парнем, его смерть не заставит себя ждать.
Вылетев из своего кабинета, я практически рванула к двери, врываясь в самое сердце «Экзотики», и мой взор заволокло красным туманом.
– Мистер Вульф, все в порядке? – спросил Джейми, генеральный менеджер клуба, останавливая меня, когда я топал через атриум.
– Ты видел женщину, выходившую из моего кабинета?
Его губы скривились в гримасе. – Да. Она выглядела довольно взбешенной.
Чертовски замечательно.
– Куда она пошла? – спросил я.
– Я думаю, она ушла. Она направилась к выходу.
На краткий миг меня охватило облегчение от того, что она не пошла в комнату для подглядывания, только для того, чтобы мое беспокойство вспыхнуло снова, когда то, что он сказал, дошло до меня. Она ушла. Без ожидающей ее охраны.
Джейми едва успел договорить, как я сорвался с места, достигнув двери за считанные секунды. – Куда она пошла? – рявкнул на Стива, охранника, которому приказал впустить Софию в клуб, когда мне сообщили о ее неожиданном визите.
– Она ушла тем путем, – ответил он, сразу поняв, кого я имею в виду.
Мой взгляд метнулся туда, куда он указывал в конце улицы. Опустились сумерки, но было достаточно света, чтобы я увидел, что ее нигде не было видно. Либо она шла быстрым шагом, либо...
Нет, я отказался рассматривать или.
Поблагодарив свою счастливую звезду за то, что ключи оказались в кармане пиджака, я выудил их, открыл свою машину, припаркованную возле клуба, и быстро уехал.
Это было чертовски типично, что в ночь, когда София решила сбежать, ее охрана не ждала снаружи клуба. Какого черта случилось, что Кай отозвал не только Коннора и Роба, но и всю остальную свиту? Я разберусь с этим, как только найду свою жену.
Адреналин закачался во мне, когда я завернул за угол, и я вздохнул с облегчением, увидев впереди фигуру, шагающую большими решительными шагами. Я пронесся мимо нее, остановив машину поперек ее пути, чтобы она никуда не ушла, и выпрыгнул с водительского сиденья.
– Черт возьми, малолетка, ты не можешь вот так просто сбежать, – прорычал я, обходя машину, чтобы встать перед ней.
– Как будто тебе не все равно, – прошипела она, но, несмотря на ярость, в ее глазах блестели непролитые слезы. – Оставь меня в покое, Майлз. Просто отпусти меня домой.
– Садись в машину.
Она могла злиться на меня сколько угодно; я это заслужил, но пока я знал, что она в безопасности. Только это имело значение.
– Нет, – фыркнула она, скрестив руки на груди.
Я пробормотал проклятие. – Что ты собираешься делать? Идти пешком до самого дома? Это займет у тебя несколько часов.
– Я бы предпочла идти пешком несколько дней, чем застрять с тобой в машине хотя бы на минуту.
Упрямая, упрямая маленькая девочка.
Мне следовало перегнуть ее через капот машины и снова отшлепать по заднице.
Я стиснул зубы, сопротивляясь любому желанию поднять ее и швырнуть в машину, и напомнил себе, что я был причиной ее гнева. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить то, как мой член дернулся от этого образа, я призвал на помощь все терпение, которое у меня было. – Пожалуйста. Ты можешь позволить мне отвезти тебя домой? Для тебя небезопасно находиться здесь без защиты.
Она ткнула меня в грудь, что, казалось, делала слишком часто, и все же я никогда не останавливал ее. – Ты хочешь поговорить о опасности? Как насчет того факта, что у тебя только что был незащищенный секс со мной, а? Кто знает, какой болезнью ты меня заразил!
Вспышка гнева пронзила меня от ее намека, но прежде чем я успел придумать ответ, из-за угла выехал темный внедорожник с затемненными стеклами. Он остановился дальше по дороге с работающим двигателем и включенными на полную мощность фарами, не давая мне разглядеть водителя.
В то же время на другом конце дороги появился еще один внедорожник, зеркально повторяющий положение первого с включенными фарами. Я не узнал ни ту, ни другую машину, и интуиция подсказывала мне, что в них не было ничего невинного.
Интуиция меня редко подводила.
Я потянулся за пистолетом из кобуры, осознав, что в спешке добраться до Софии не надел его.
Черт.
– Садись в машину, – я схватил Софию за руку и оттащил ее на несколько шагов к своей машине.
Она не протестовала; ее глаза расширились, когда она смотрела между машинами. Распахнув дверцу, она позволила мне запихнуть ее на пассажирское сиденье, прежде чем я поспешил к водительскому месту.
Кто, черт возьми, был во внедорожниках? Казалось слишком большим совпадением, что Кай отозвал охрану Софии, чтобы разобраться с инцидентом, и теперь за нами наблюдали две машины.
Неужели это картель наконец-то сделал свой ход? Или тот, на кого работал Адриан Пауэлл до того, как я убил его, собирался попытаться похитить Софию во второй раз?
Кто бы это ни был, они и пальцем ее не тронут.
В каком бы направлении я ни поехал, нам пришлось бы миновать одну из машин. Моя машина была пуленепробиваемой, если бы кто-то внутри решил стрелять в нас; это меня не беспокоило. Это было, если бы они решили протаранить нас. Но у меня не было выбора; если бы мы оставались на месте, то оказались бы легкой добычей.
Взвесив все возможные варианты, шины завертелись, взрыхляя гравий, когда я нажал на газ и решил выехать из города. Я знал дороги, окружающие «Экзотику», как свои пять пальцев, я мог попытаться оторваться от них, углубившись в лес. В худшем случае, там было место, куда мы могли бы направиться, если бы нам понадобилось где-нибудь залечь на дно.
Когда мы пронеслись мимо второй остановившейся машины, я затаил дыхание, ожидая, что они встретят нас лоб в лоб или, по крайней мере, опустят стекла и прицелятся в нас. Но машина не двинулась с места, когда мы проезжали мимо.
Я уставился в окно, пытаясь разглядеть, кто там был, но за окнами было слишком темно. Мимолетная мысль о том, что, возможно, я слишком остро реагирую, промелькнула у меня в голове, но тут же была подавлена, когда мой взгляд метнулся к зеркалу заднего вида как раз вовремя, чтобы увидеть, как внедорожник разворачивается. Он начал преследовать нас, к нему быстро присоединился тот, что остановился дальше по дороге.
Мое сердцебиение участилось, и, держа одну руку на руле, я постучал по экрану компьютера на приборной панели, найдя номер Кая и нажав кнопку подключения.
Гудок заполнил машину из динамиков. Телефон звонил. И звонил. И звонил. Но он не ответил.
– Блять! – я зашипел, отключая вызова и повторил попытку.
Когда я снова посмотрел в зеркало, в животе у меня завязался узел. К группе присоединилась третья машина, и они догоняли нас.
Это было нехорошо.
Телефон Кая продолжал звонить, прежде чем я снова отключился. София, сидевшая рядом со мной, вцепилась в ремень безопасности, задыхаясь, когда я вывел машину из крутого поворота, широко развернув заднюю часть.
Выпрямившись, я снова ткнул пальцем в экран, набирая номер Коннора, но после нескольких гудков звонок был перенаправлен на голосовую почту.
– Блядь! Почему, блядь, никто не отвечает на мои гребаные звонки?
– Мне страшно, – прошептала София, ее голос был едва слышен из-за шума крови в моих ушах.
Я резко повернул к ней голову, ее лицо было бледным, а голубые глаза широко раскрыты. В ужасе. Забыв про экран и свою отчаянную попытку вызвать кого-нибудь на подмогу, я протянул руку и сжал ее колено. – Ты в безопасности, Софи. Я обещаю, что никому не позволю причинить тебе боль.
Это было обещание, которое я был полон решимости сдержать.
Никто не отвечал на мои чертовы звонки, и я был предоставлен сам себе. У меня в машине был припрятан пистолет, но это был не гребаный боевик; я не мог высовываться из окна и стрелять, находясь за рулем машины, чтобы мы не разбились.
Был только один вариант.
Сильнее нажимая на газ, машина накренилась, пока мы летели по узким дорогам, ведущим все дальше и дальше в холмы. Адреналин затопил мой организм, и обычно мне бы понравилась спешка, но не с Софией в машине. Не тогда, когда было ясно, насколько она ошеломлена.
Время от времени мой взгляд бросался в зеркало, и облегчение просачивалось сквозь меня, когда следующие машины начинали отставать. Приблизившись к месту, где мне нужно было повернуть, я протянул руку и потянул Софию за ремень безопасности, затягивая его.
– Подожди.
Она взвизгнула, когда я внезапно свернул с дороги, проезжая между двумя толстыми деревьями. Там не было ни дороги, ни даже грунтовой колеи, только пересеченная местность в лесу, но это означало, что шансов на то, что за нами последуют, было мало.
Снова взглянув в зеркало, я разжал руки, которыми сжимал руль, увидев, что за нами нет слежки. Но я не хотел рисковать.
Выйдя из списка контактов на экране компьютера, я загрузил другую страницу, одним глазом следя за деревьями впереди. Найдя нужное мне приложение, я ввел код.
– Майлз, что за...? – начала София, но замолчала, уставившись на землю впереди, поднимаясь.
Я не ответил ей, сосредоточившись на открывающемся узком туннеле. Убедившись, что машина выстроилась так, чтобы вписаться в небольшое пространство, я включил фары как раз в тот момент, когда мы въехали в туннель, и машина спустилась к подземной конспиративной квартире.
Бункер был одной из моих самых ярких идей. Я обнаружил старый бункер времен Второй мировой войны, когда подыскивал места, которые мы могли бы использовать под конспиративные квартиры по всему городу. Кай потратил целое состояние, превратив его в удобное место, и до сих пор нам никогда не приходилось им пользоваться.
Я ввел второй код на экран, и дверь позади нас снова начала закрываться, запирая нас внутри. Когда мы достигли дна туннеля, загорелись сенсорные лампы, освещая пространство, достаточно большое для двух машин.
Остановившись, я заглушил двигатель и схватил пистолет с центральной консоли. – Оставайся здесь, – проинструктировал я, выходя и запирая за собой дверь.
Убедившись, что никто не обнаружил бункер и не притаился где-нибудь внутри, я прошел через дверь, которая требовала ввода другого кода, прежде чем проверять пространство открытой планировки, и чертовски надеялся, что мы не задержимся здесь надолго.
Бункер был маленьким, и, кроме ванной, бежать было некуда. От мысли о том, что мы с Софией окажемся запертыми там больше чем на пару часов, становилось невозможно дышать.
Довольный тем, что место было таким, каким и должно быть, я вернулся к машине и открыл дверцу Софии, предлагая ей руку. – Пошли, внутри все чисто.
Конечно, непокорная малолетка проигнорировала мою руку и выбралась из машины, направляясь в бункер с задранным носом. Я закатил глаза и последовал за ней. Думаю, она больше не боялась.
Она остановилась в нескольких футах от меня, оглядывая диван и журнальный столик посреди комнаты, крошечную кухоньку, двуспальную кровать в одном конце и стол с компьютером в другом, прежде чем повернуться ко мне лицом.
– У нас здесь, внизу, не кончится воздух? – спросила она, застав меня врасплох. Я готовился к тому, что она скажет мне, что бункер ей не по вкусу и она хочет немедленно уехать.
– Нет. Здесь установлена система вентиляции вместе с резервными генераторами. Здесь, внизу, также есть электричество и вода. Мы с Каем убедились, что это место полностью функционирует, когда переоборудовали его пару лет назад.
– Ох, – ответила она, проходя дальше в пространство, ее плечи расслабились.
– Там есть ванная, если ты хочешь... привести себя в порядок, – сказал я, указывая на закрытую дверь.
Она вопросительно подняла бровь, прежде чем ее тонкие черты исказились в хмурой гримасе, как будто она только что вспомнила, что моя сперма все еще была у нее между ног. Раздраженно вздохнув, она направилась в ванную, захлопнув за собой дверь.
Теперь, когда адреналин покинул мой организм, и я был довольным, что за нами никто не следил, я достал телефон, чтобы позвонить Каю и докопаться до сути того, что, черт возьми, происходит.
Конспиративная квартира была оборудована усилителями сигнала, питающимися от антенн снаружи бункера. Это было то, почему у меня все еще был сигнал на телефоне, и как компьютер все еще мог подключаться к Интернету, даже несмотря на то, что мы были глубоко под землей.
Набрав номер Кая, он, наконец, ответил. – Майлз.
– Где ты, черт возьми, был? Что происходит? – я зарычал, отодвигаясь как можно дальше от ванной, чтобы София не могла подслушать.
– Значит, ты добрался до бункера? – он ответил, сбив меня с толку.
– Да. Откуда ты это знаешь?
Он тяжело вздохнул, и комок страха застрял у меня в животе. – Помнишь, когда я отправил Райли на Юг Франции, а ты привез ее обратно? Я был так чертовски зол на тебя, но теперь я знаю, что это было лучшее, что ты когда-либо мог для меня сделать.
Я провел рукой по лицу. – Кай, о чем, черт возьми, ты говоришь? У меня нет времени предаваться воспоминаниям.
– Я знаю, ты разозлишься на меня, но я беспокоюсь за тебя, Майлз. Ты сам не свой с тех пор, как мы потеряли Тео, и я думаю, что если ты просто дашь себе шанс с Софией, ты сможешь снова быть счастливым, – продолжил он, все больше и больше непохожим на моего безжалостного кузена, каким я всегда его знал.
– Ты действительно начинаешь...
– Это наши люди преследовали тебя, – перебил Кай. – Я знал, что ты подумаешь, что кто-то следит за тобой, и я решил, что ты поедешь в бункер.
У меня сжались челюсти. – Что?
– Это была подстава, Майлз, – фыркнул он, теряя терпение. – Я это устроил.
– Какого хрена, Кай? Подстава? София была напугана до чертиков! – зарычал, мои ноги двигались сами по себе, расхаживая по бункеру.
– И за это я прошу прощения. Но тебе с ней нужно проводить время вместе. Она хороша для тебя, Майлз, тебе просто нужно вытащить голову из задницы на достаточно долгое время, чтобы понять это.
– Пошел ты, Кай, ты не можешь говорить мне, что мне нужно.
Ярость захлестнула меня, голова закружилась от его откровения, а тело затряслось от потребности врезать во что-нибудь кулаками. Я бросился к двери, которая вела обратно в машину, но в ту секунду, когда я протянул руку, чтобы нажать на ручку, щелчок эхом разнесся по бункеру. Тем не менее, я схватился за нее и попытался открыть дверь, но она не поддавалась.
– Безопасность бункера на несколько дней передана компании Apollo, – объяснил Кай мне на ухо, пока я отчаянно дергал за ручку, но дверь отказывалась открываться. – Ты можешь тратить свое время, пытаясь обойти охрану Эша, но мой совет? Проведи время с Софией. Как и то, что ты вернул мне Райли, я подозреваю, что это будет лучшее, что могло с тобой случиться, – с этими словами он отключил звонок.
Не соображая толком, благодаря ослепляющей белой ярости, пульсирующей в моем теле, я запустил телефоном через весь бункер. Он ударился о стену и упал на землю, и я не смог удержаться и уставился на разбитый экран.
– Что случилось? – робко спросил мягкий голос из-за двери ванной.
Я закрыл глаза, но держался к ней спиной, не в силах смотреть на нее из страха, что потеряю всякий контроль над своим нравом. – Мы застряли здесь.
– В каком смысле? – требовательно спросила она. Я мысленно сосчитал до десяти, и когда не смог ответить, в комнате послышались шаркающие шаги. Я приоткрыл глаза и обнаружил, что она смотрит на меня испуганным взглядом. – Что происходит, Майлз? Кто за нами гнался?
Смирение захлестнуло меня, как приливная волна. У меня не было выбора, кроме как сказать ей правду, не тогда, когда было очевидно, что она все еще напугана тем, что кто-то преследовал нас. Вероятно, это навеяло всевозможные воспоминания о том времени, когда ее похитили. – Никто за нами не гнался. Это была подстава.
Ее брови приподнялись. – Это... подстава? Я не понимаю. Кто мог это сделать? И зачем?
Ее шквал вопросов усилил охватившее меня разочарование, и моя попытка держать себя в руках постепенно рушилась. Я провел рукой по лицу, давая себе секунду собраться с мыслями.
– Мой чертов кузен-идиот каким-то образом вбил в свою тупую башку, что нам нужно провести немного времени вместе.
Я не мог скрыть отвращения в своем тоне, но оно было направлено не на нее.
Я был противен самому себе.
Потому что, несмотря на бурлящий во мне гнев из-за нашего нынешнего затруднительного положения, какая-то часть меня, а именно мой член, была переполнена идеями обо всех способах, которыми мы могли бы провести наше время. Все эти идеи включали в себя то, что я снова входил в нее и чувствовал, как ее тугая киска сжимается вокруг меня.
То, чему я бы не позволил случиться снова. Если только я не хотел утонуть в предательстве, которое уже тяготило меня.
При моих словах на лице Софии промелькнула обида, и ее сверкающие голубые глаза посуровели. – Верно. Потому что проводить со мной любое время для тебя невыносимо, не так ли? Не волнуйся, Майло, я сделаю все возможное, чтобы не путаться у тебя под ногами. Это не должно быть слишком сложно, я привыкла быть невидимой.
Прежде чем я успел ответить, она протопала обратно в ванную, захлопнув за собой дверь, замок с громким щелчком встал на место. Не то чтобы я помешал бы ей уйти. Если бы я это сделал, я бы не смог помешать правде покинуть меня.
Что она не была невидимкой.
Я всегда видел ее.
