Текст книги "Ложь (ЛП)"

Автор книги: Э. К. Хантер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

ГЛАВА 18

София

– Останови машину, – я схватилась за ручку дверцы и дернула ее, проклиная, когда она не открылась.

– Миссис Вульф, мы не можем...

– Останови эту гребаную машину! – закричала, убийственная ярость захлестнула меня.

Как он смеет.

Как он, блядь, смеет.

Машина с визгом остановилась, и после нескольких попыток открыть дверь Коннор нажал кнопку, и замки со щелчком открылись. Не раздумывая ни секунды, я вышла из машины и зашагала по улице ко входу в секс-клуб. Позади меня Коннор и Роб окликнули меня по имени, но я проигнорировала их, подпитываемая адреналином и гневом, бурлящими в моих венах.

Добравшись до охранников, когда красный туман застилал мне зрение, мне и в голову не пришло, что они меня не пропустят. Мускулистая рука опустилась на мое плечо, и дородный мужчина нахмурился. – Куда это ты собралась, дорогая?

– Убери от меня свою руку, – прорычала я. – И я иду туда, чтобы выяснить, какого черта задумал мой муж.

Он усмехнулся, приподняв брови. – Я могу рассказать тебе, чем там занимается твой муж.

Покровительственный придурок.

Я сомневалась, что это был первый раз, когда отвергнутая жена заявлялась и требовала, чтобы их пустили в клуб, чтобы поймать своих мужей-обманщиков на месте преступления. Этот засранец, вероятно, наслаждался этой частью своей работы.

Я сбросила с себя его руку, изо всех сил стараясь не поддаваться страху из-за того, как он возвышался надо мной. – Впусти меня.

– Не сегодня, принцесса.

– Миссис Вульф, вы не можете вот так сбежать, – сказал Роб, подходя ко мне сзади.

– Миссис Вульф? – лицо швейцара побледнело, и всякий намек на сарказм исчез из его тона.

Я не смогла сдержать торжествующей ухмылки, появившейся на моем лице. Спасибо, черт возьми, что у меня есть фамилия, которая обладает силой.

– Да. Миссис Вульф. Мой муж – тот человек, которого ты впустил. Так что будь куколкой и пропусти меня, – ответила я, одарив его слащавой улыбкой.

Он открыл рот, чтобы ответить, как раз в тот момент, когда его коллега похлопал его по плечу с каменным выражением лица, убирая телефон в карман. – Впусти ее.

Первый мускулистый мужчина посмотрел на другого так, словно у того выросла вторая голова, но, сделав, как ему сказали, отстегнул веревочный барьер и отступил в сторону. Несколько сбитая с толку, я переступила порог. Роб хотел последовать за мной, но был остановлен человеком, который рявкнул, чтобы меня пропустили. – Только не ты.

Двое мужчин уставились друг на друга, обменявшись непроницаемыми взглядами, прежде чем Роб сделал шаг назад.

Я не собиралась слоняться без дела, ожидая, пока они начнут спорить. У меня были дела поважнее, а именно поймать своего мужа со спущенными штанами.

Буквально.

Забытые чувства всколыхнулись, когда я прошла через фойе в главный зал. Интерьер совсем не изменился. Длинные темные стены были увешаны черно-белыми фотографиями мужчин и женщин в интимных позах, момент их удовольствия и экстаза был вовремя запечатлен на всеобщее обозрение.

Арка, освещенная мерцающими золотыми огнями, вела в сердце клуба, и, проходя под ней, я перенеслась в тот момент, когда столкнулась с Тео. Я быстро прогнала это воспоминание, оглядываясь в поисках коридора, ведущего в комнату для подглядывания, зная, что именно там я найду Майлза.

Несмотря на поздний вечер, в клубе было оживленно. Элегантно одетые мужчины и женщины заполнили места для сидения, разговаривая, смеясь и выпивая. Игнорируя любопытные взгляды, устремленные в мою сторону, я бросилась в сторону комнаты для подглядывания, нервное предвкушение бурлило у меня в животе.

Я не знала, как бы я отреагировала, если бы вошла туда и обнаружила, что Майлз трахает другую женщину. Я начинала понимать, что между нами никогда ничего не произойдет, но все равно было бы больно, если бы я застукала его по самые яйца в другой женщине.

Мои шаги замедлились, когда я приблизилась к двери, сомнение боролось с решимостью. Было еще не слишком поздно; я могла уйти и жить в блаженном неведении. Я могла бы пойти домой и притвориться, что не видела, как Майлз вошел в клуб и вонзил в меня невидимый нож.

Я могла бы.

Но я бы не стала.

Собрав все свое мужество, которым я обладала, я толкнула дверь и вошла. Звук женских стонов достиг моих ушей, и мои глаза обвели небольшую толпу, собравшуюся перед сценой. Некоторые сидели, другие стояли, загораживая мне обзор на того, за кем они наблюдали.

Единственным источником света в комнате был прожектор, направленный на того, кто был на сцене. Я осторожно подкралась вперед, обшаривая взглядом аудиторию, чтобы увидеть, был ли Майлз одним из них, мой пульс колотился, как басовый барабан.

Но его не было в толпе.

Мое сердце ушло в пятки, когда к глубоким стонам мужчины присоединились женские. Чем ближе я подходила к сцене, тем больший трепет охватывал меня, но я продолжала красться к сцене.

Когда в толпе освободилось место, я воспользовалась возможностью проскользнуть внутрь, меня затопило огромное облегчение при виде мужчины с блестящей черной кожей, у которого отсасывала член светловолосая женщина, стоявшая перед ним на коленях.

В тот момент, когда я поняла, что этот человек не Майлз, мне следовало сразу же развернуться и уйти. Но мои ноги были прикованы к полу, когда я наблюдала за парой, загипнотизированный тем, как качнулась голова женщины, когда он вонзил член в заднюю часть ее горла.

Сумев оторвать взгляд, я посмотрела слева направо, пораженная выражениями лиц людей в толпе, поскольку их внимание было приковано к сцене. Вернув к ним взгляд, я почувствовала, как жар разлился по моим щекам, а между ног начало пульсировать знакомое чувство желания.

Мужчина на сцене запрокинул голову, запустив одну руку в волосы женщины, его бедра двигались, заставляя себя глубже проникнуть в ее рот, и ее сдавленные стоны эхом разносились по темной комнате.

Поглощенная их игрой, я не замечала никого позади себя, пока руки не опустились мне на бедра, и меня не притянули обратно к твердой груди. Я замерла, пока аромат кожи не окутал меня, но даже тогда я не расслабилась.

– Ищешь меня, малолетка? Или пришла сюда понаблюдать за ними? – прошептал Майлз, его горячее дыхание коснулось раковины моего уха.

Весь вызов мгновенно покинул меня, смущение от того, что меня поймали, наполнило меня. – Я... я...

– Ты что? – пророкотал он, его ровный, глубокий голос поразил меня в самое сердце.

Я выдавила эти слова из-за смущения, сжимавшего мои легкие. – Я видела, как ты вошел сюда. Я подумала...

– Ты думала, что поймаешь меня на сцене? – он обвинил, и совершенно справедливо. Я сглотнула, но ничего не ответила. Одна из его рук переместилась с моего бедра, скользя вниз по внешней стороне бедра, пока не достигла подола юбки, чуть выше колена. – Ты думала, что найдешь меня там, наверху, с моим членом, воткнутым в чью-то глотку, хм?

Мой ответ застрял у меня в горле, но не от чувства вины, медленно пожирающего меня, а от того, как кончик его пальца легко скользил по моей коже, вызывая огненную дорожку, ведущую прямо к моей киске. Особенно когда образ, который он описал, материализовался в моем сознании, но он трахал не рот незнакомки, а мой.

Внезапно он перестал гладить и убрал руку. – Ты не могла просто довериться мне, не так ли?

Огонь погас в одно мгновение, снова сменившись неистовой яростью. Я развернулась, оказавшись с ним лицом к лицу. – Доверять тебе? Это здорово слышать от мужчины, который после нашей свадьбы каждую ночь ходит в секс-клуб.

Я не осознавала, насколько громко кричу, пока не почувствовала, что любопытные взгляды зрителей обратились к нам. Даже стоны прекратились. Майлз прищурился, глядя на меня, и внезапно схватил меня за руку, потащив через комнату к двери, когда снова раздались стоны удовольствия.

Я едва поспевала за его широкими шагами, когда он тащил меня через главный атриум к боковой двери, которая вела в длинный коридор. Мое замешательство относительно того, куда он меня ведет, смешалось с уколом страха.

Майлз не замедлил шага и потащил меня за собой, не говоря ни слова. Все еще пытаясь соответствовать его темпу, я была чертовски рада, что надела туфли на плоской подошве для прогулки с Рафом; я бы, без сомнения, сломала лодыжку, если бы надела каблуки, которые обычно ношу.

Добравшись до другой двери, Майлз толкнул ее и втолкнул меня внутрь. Мой пристальный взгляд метнулся по сторонам, прежде чем дверь захлопнулась за мной, оглушительный стук сотряс комнату. Я повернулась к Майлзу, чтобы спросить, какого черта он, по его мнению, делал, когда схватил меня и прижал спиной к двери. Схватив меня за подбородок большим и указательным пальцами, от его рычащего выражения лица у меня по спине пробежал холодок.

– Ты хочешь знать, почему я провожу здесь каждую ночь после нашей свадьбы? – угрожающе прорычал он, продолжая, прежде чем я успела ответить. – Я владелец этого гребаного заведения. Я прихожу сюда работать. Клуб не работает сам по себе.

Я уставилась на него, переваривая его признание. – Ты... ты владелец «Экзотик»?

– Именно это я и сказал, не так ли? – прошипел он. – Ты можешь поблагодарить за это Тео; он настоял, чтобы мы купили это место пару лет назад в надежде, что однажды ты вернешься, – он отпустил мой подбородок и отступил на шаг, давая мне возможность вздохнуть. – И вот ты здесь.

– Я... я не понимаю.

Он провел рукой по своим волосам, которые немного отросли после свадьбы, и у меня возникло внезапное желание запустить в них пальцы, чтобы проверить, такие ли они мягкие, как кажутся. Мне всегда нравился Майлз с более длинными волосами.

– Это, блядь, не ракетостроение, Малолетка, – огрызнулся он. – Мы купили клуб, потому что мой двоюродный брат-идиот был убежден, что однажды ты появишься снова. А потом он умер, оставив меня управлять всем в одиночку, – при упоминании имени его кузена часть гнева покинула его тело, и его плечи поникли. – Он закрылся, когда мы потеряли контроль над городом, и я провел последние несколько месяцев, надрывая задницу, чтобы снова запустить заведение. Вот почему я был здесь каждую ночь. Не трахаю женщин, как ты думаешь.

Я закрыла глаза, когда стыд лизнул мою кожу. – Прости.

Майлз покачал головой. – Мне не нужны твои извинения. Я же сказал, тебе не нужно беспокоиться о том, что я с кем-то трахаюсь.

– Может быть, если бы ты с самого начала рассказал мне об этом клубе...

– Я тебе ничего не должен, – перебил он с ядом в голосе. – Я ясно дал понять, когда мы поженились: ты не лезешь в мои дела, а я буду держаться подальше от твоих.

Ярость заглушила стыд и вину, бурлящие в моей крови, мой темперамент висел на волоске. Я так устала от его пренебрежительного отношения. Устала от его холодности ко мне.

Покончила с желанием кого-то, кто никогда не захотел бы меня.

Я заслуживала лучшего. Я заслужила прожить свою жизнь, испытывая любовь и привязанность и отдавая их обратно. Я не могла продолжать в том же духе, с этой отчаянной потребностью чувствовать что-то еще, кроме постоянного одиночества, которое нависло надо мной подобно грозе.

– Знаешь что, Майлз? Это нормально, – я ткнула его в грудь, заработав сердитый взгляд. – Я не буду вмешиваться в твои дела. Делай все, что, блядь, тебе нравится, с тем, кто, блядь, тебе нравится. Но не жди, что я еще хоть немного своей жизни проведу, сидя дома, чертовски одинокая, и желая, чтобы кто-нибудь признал мое существование. Я отказываюсь прожить еще один день в своей жизни подобным образом.

Покровительственная ухмылка тронула его губы. – О да? И что ты собираешься с этим делать?

Его насмешливый тон подлил масла в ад, бушующий сейчас внутри меня, и тонкая нить, сдерживающая мой темперамент, наконец-то лопнула.

– Я покажу тебе, что я собираюсь с этим делать, – прорычала я, решимость придала мне сил оттолкнуть его с дороги и распахнуть дверь, прежде чем ворваться в коридор.

В таком клубе, как этот, наверняка я могла бы найти кого-то, кто был бы более чем готов доставить мне удовольствие. Даже если это было всего один раз. Даже если это было с кем-то, кого я не хотела.

Однако далеко я не ушла. Майлз схватил меня за руку и развернул к себе. – Куда, черт возьми, ты собралась?

– А ты как думаешь, Майло? Я собираюсь найти мужчину, который сможет дать мне все, чего не можешь ты.

Ярость сверкнула в его глазах, когда он потащил меня обратно в свой кабинет, несмотря на мою попытку вырваться. – Нет, ты не собираешься.

Я выдернула свою руку из его хватки, когда он втолкнул меня обратно в офис, раскаленная добела ярость, какой я никогда раньше не чувствовала, пульсировала в моих венах. Он снова захлопнул дверь, на этот раз заперев ее, и встал напротив, чтобы помешать мне даже попытаться отпереть ее.

Не в силах контролировать свой гнев, я сократила небольшое пространство между нами, мои груди прижались к его твердой груди, а губы скривились в усмешке. – Я сказала тебе, что покончила с этим. Я не собираюсь тратить больше ни минуты своей жизни с кем-то, кто не способен на чувства.

Его ноздри раздулись, но тон был на удивление спокоен. – Неспособен чувствовать? Ты так думаешь, малолетка?

– Да, это именно то, что я думаю, – прошипела я, зная, что нажимаю на его кнопки, но не в силах остановиться.

– Ты не можешь быть более неправой.

Я фыркнула. – О, правда? Ты мог бы меня одурачить. Но, неважно. Мне насрать. С меня хватит. А теперь выпусти меня к чертовой матери, чтобы я могла пойти и найти кого-нибудь, кто не побоится показать мне, что он чувствует.

– Ты этого хочешь? – прорычал он низко и смертоносно. – Ты хочешь пойти и найти какого-нибудь случайного чувака, который трахнет тебя у всех на глазах?

– Угу. Я хочу найти кого-нибудь, кто способен чувствовать. Кто-то, кто обхватит руками все мое тело и трахнет меня так сильно, что я не смогу ходить целыми днями, не думая об их члене внутри меня.

Мне должно было быть стыдно за то, что я насмехалась над ним, особенно когда он так сильно сжал челюсти, что я была уверена, что услышала скрежет зубов, но я не могла сдержать рвущиеся из меня слова.

Шагнув в сторону, я подняла руку, пытаясь дотянуться до замка, но прежде чем я смогла понять, что происходит, меня снова прижали спиной к двери, и Майлз навис надо мной, крепко сжав мой подбородок.

– Ты никуда не пойдешь, малолетка. Ты, черт возьми, принадлежишь мне.

А потом его губы накрыли мои.

Мое сердце забилось с невероятной скоростью, когда он яростно поцеловал меня, его зубы впились в мою нижнюю губу, заставляя меня вздрогнуть и открыть рот. Как только это произошло, его язык скользнул внутрь, встречаясь с моим, когда наши зубы лязгнули.

Он отпустил мой подбородок, его руки переместились, чтобы обхватить мои бедра, и он уперся своим членом в мой живот, вызвав у меня жаждущий стон. Как я и хотела, я запустила пальцы в его волосы, сжимая пряди, когда наш поцелуй стал неистовым.

Меня целовали и раньше, но никогда так не целовали, как Майлз. Это было грубо. Страстно. В отчаянии. Так же, как он поступил со мной, я впилась зубами в его губу.

– Черт, – прошипел он, отрывая свой рот от моего.

Не дав мне возможности отдышаться, Майлз оттащил меня от двери и потащил к своему столу. Мои ноги задрожали, по всему телу побежали мурашки, а мой клитор начал пульсировать сам по себе. Он схватил меня за бедра, чтобы поднять к себе на стол, раздвигая мои ноги, чтобы он мог встать между ними.

Он крепко сжал рукой мое горло, в его глазах все еще горела ярость, теперь смешанная с похотью. – Это то, чего ты хочешь? Ты хочешь, чтобы тебя трахнули на этом столе?

Провоцировать его – последнее, что могло прийти мне в голову, но я знала, что в любую секунду он снова превратится в статую, в которую всегда превращался, когда подходил ко мне слишком близко.

– Да, хочу. Не возражаешь, если я пойду поищу кого-нибудь в клубе, кто сможет это сделать? Я видела там парня, который был довольно сексуальным.

– Ты играешь в опасную игру, малолетка. Зайди слишком далеко, и пути назад не будет, – прорычал он, его рот навис над моим.

На самую короткую секунду я замерла. Хотела ли я этого? Это был простой ответ. Да, я хотела этого. Я хотела этого для себя.

Мне нужн был Майлз. Я всегда хотела его, даже если это чувство не было взаимным.

Изображая уверенность, которой я не чувствовала, я наклонилась вперед и провела языком по его губе. – Докажи это.

Я видела момент, когда это произошло. В тот момент, когда его решимость лопнула, и даже сотня вооруженных людей, ворвавшихся в офис и угрожавших застрелить его, не смогли бы сдержать его.

Его глаза потемнели, когда он подтянул меня за бедра к краю стола и задрал юбку. Треск разрываемой ткани эхом разнесся по офису, когда Майлз сорвал с меня трусики, обнажив мою киску.

Положив одну руку мне на бедро, а другой расстегнув штаны, он высвободил свой член из оков. У меня пересохло в горле, когда я оценила не только его размеры, но и блеск толстого серебряного кольца на его макушке.

Но у меня не было времени размышлять о том, как сильно пирсинг, должно быть, причинил ему боль – или насколько это повредит мне, если уж на то пошло. Одним толчком Майлз вошел в меня, заставляя свой член преодолеть сопротивление моей девственной плевы.

Боль пронзила мое тело, и мои глаза захлопнулись. Мои ногти нашли его руки, впиваясь в плоть, когда я закричала.

Черт.

Это было больно.

Майлз замер, как только полностью погрузился в меня, и я приоткрыла глаза, обнаружив, что он смотрит вниз, туда, где мы были соединены. – Черт возьми, ты действительно девственница.

– Была, – выдавила я сквозь зубы, моя киска пульсировала. – Я больше так не думаю.

Нерешительность промелькнула на его лице, тело напряглось, и я поняла, я просто знала, что он вот-вот выйдет из меня и вернется в состояние статуи. Я ни за что не позволила бы этому случиться.

– Это все, на что ты способен, Майло? – поддразнила я, не обращая внимания на жжение, распространяющееся по нижней половине моего тела. – Я разочарована.

Черты его лица исказились в гримасе, и он вернул руку к моему горлу. – Ты, блядь, сам напросилась на это.

Это было все предупреждение, которое я получила, прежде чем он вышел и грубо вошел обратно, впившись кончиками пальцев в мои бедра. Моя киска растянулась вокруг него, все мое тело теперь пылало, но это было не только от боли.

Майлз Вульф трахал меня. Мужчина, о котором я мечтала с той минуты, как встретила его четыре года назад, был внутри меня.

Претендует на мою девственность.

Он отпустил мое горло, чтобы схватить меня за бедра, и мои руки убрались с его рук, вцепившись в его рубашку, пока он грубо входил и выходил из меня. Капелька пота скатилась по моей спине, когда наши совместные стоны эхом разнеслись по его кабинету.

– Гребаный Иисус Христос, – выдохнул Майлз. – Так чертовски туго.

Несмотря на тупую боль, поселившуюся у меня между ног, мое естество восхитительно сжалось, и давление начало нарастать, когда кольцо на кончике Майлза коснулось точки внутри меня, которую я никогда не могла найти самостоятельно.

– Сильнее, – прохрипела я, преследуя свой оргазм, который был вне досягаемости. – Пожалуйста. Трахни меня сильнее, Майло.

Рычание вырвалось из его груди, когда он вышел из меня, мои глаза расширились при виде крови, покрывающей его член. Майлз, однако, этого не заметил; он развернул меня к себе и одной рукой надавил мне между лопаток, заставляя наклониться над его столом.

Раздвинув мои ноги, он снова вошел в меня, одна рука все еще была у меня между плеч, другая сжимала бедро. Мои ногти впились в красное дерево, и я зажмурилась. С этого ракурса Майлз был глубже внутри меня, чем раньше.

Он трахал меня жестко, как я и требовала, его стоны становились громче по мере того, как сильнее он входил в меня. Мой оргазм был близок, так чертовски близок, и я была слишком сосредоточена на поиске разрядки, что не заметила, как его рука исчезла с моей спины.

Пока он не шлепнул меня по заднице.

Мучительно тяжело.

– Тебе этого достаточно, малолетка? Будешь ли ты завтра думать о том, как я буду вонзать свой член в твою тугую пизду каждый раз, когда ты будешь двигаться?

Моим ответом был не более чем сдавленный стон.

Он снова шлепнул меня по заднице, чувствительная плоть горела от его ладони. – Отвечай мне!

– Да! – я вскрикнула, мой оргазм захлестнул меня, когда он шлепнул меня по заднице в третий раз.

Все мое тело напряглось, когда волна за волной удовольствия обрушивалась на меня. Если бы не то, что я склонилась над столом, я бы грудой лежала на полу, а мои колени превратились в желе.

При очередном толчке Майлз застонал, и липкое тепло затопило мое лоно. Позади меня его тело несколько раз дернулось, когда он опорожнялся. Он замер, и в течение нескольких секунд единственным звуком, наполнявшим офис, было наше тяжелое дыхание.

Я размяла пальцы, когда их начало сводить судорогой от того места, где я цеплялась за стол, и когда мой мощный оргазм начал угасать, Майлз выскользнул из меня. Я приподнялась, повернулась, чтобы посмотреть через плечо, и мгновенно застыла.

Майлз уставился на свой полустоячий член, покрытый моей кровью. Краска отхлынула от его лица, и когда он встретился со мной взглядом, в его карих глазах мелькнуло сожаление. Его нос сморщился от отвращения, когда он отвернулся и натянул штаны, прежде чем ворваться в дверь в дальнем конце своего кабинета и захлопнуть ее за собой.

Не прошло и десяти секунд, как из-за закрытой двери донесся звон бьющегося стекла.