Текст книги "Ученик Белого Дьявола 1 (СИ)"

Автор книги: Джон Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

Глава 8
Время для обеда

19 апреля 2028 года

Район Лоубридж, 207-й полицейский участок

Весна вступила в свои права, и на восточном побережье США начались апрельские ливни. Каждый день они лили, как по расписанию, превращая мрачный Нью-Йорк в филиал сырости.

Весна не задалась. Детектив Декстер Крауч, тучный темнокожий дядька лет за сорок, чувствовал это всем телом. Из-за плохой погоды и перемены атмосферного давления у него всегда болели суставы и старые переломы. Бурное студенчество и игра в американский футбол спустя годы напоминали о себе. Дома пахло сыростью, обувь постоянно промокала, а зонты то и дело где-нибудь терялись.

Сейчас Декс сидел за своим рабочим столом в детективном бюро полицейского участка. Толстяк работал над странным делом о взрыве в пригороде Нью-Йорка. Его напарник Рон Кандински, отпивая горячий кофе, стоял у окна.

– Опять чёртов ливень.

– Ты говоришь об этом в третий раз за вечер, – Декс ответил, не отрываясь от документов. – Жена говорит, что в этот раз апрель на три градуса холоднее, чем в прошлом году. И на все пять, чем в позапрошлом.

Фыркнув, Рон отпил кофе. Он не любил выходить на улицу, когда там льёт дождь. Начался сезон, когда патрульные то и дело доставляют уличных бродяг в больницы. Часть из них чихает, а по другим сразу и не скажешь – живы ли они ещё? Жизнь в трущобах никого не щадит. Сырость и холод проникают под одежду.

– Марта… В смысле твоя жёнушка, – Рон похотливо улыбнулся, но так, чтоб Декс не видел. – Наверняка она наслушалась тех безумцев из интернета, которые говорят о конце света. Сколько их там? Уже штук двадцать набралось.

– Не знаю, – хмурый взгляд Декса прошёлся по фотографиям с места взрыва. – Я пришёл в полицию ещё до того, как молодёжь начала жить в телефонах, а не своей реальной жизнью. В одном ты прав. Она узнала об изменениях погоды из интернета. Точно, вспомнил!

Оторвавшись от бумаг, толстяк глянул в окно.

– Марта рассказывала про какого-то корейского синоптика. Джу… Как его там⁈ – нахмурившись, Декс пощёлкал пальцами, подстёгивая память. – Забыл, дьявол его раздери! Этот Джу во всех подробностях расписал изменение погоды на ближайшие полгода. Предсказал апрельский град в Сеуле с точностью до часа. Потом его канал на НьюТубе снесли, а сам он пропал.

Рон ухмыльнулся. От болтушки Марты он в постели слышал полную версию мутной истории Юн Джу Така. Тот кореец – именитый климатолог и весьма знаменитый в кругах специалистов, занимающихся погодой. Он не синоптик, а скорее учёный в этой области науки.

– Всё так, Декс, – улыбаясь, Кандински отпил из кружки кофе, – нашлись умники, успевшие взять информацию с канала Джу. Теперь они сами блогеры и орут из всех утюгов: «Всё будет плохо». Будет становиться только холоднее. Ходят слухи, что президент отдал приказ о начале строительства первого подземного города в горах Невады. Канал блогера, который про это рассказал, тоже снесли с НьюТуба.

Декс поморщился.

– Забудь про блогеров. Они любят мешать правду и домыслы, – толстяк постучал пальцем по фотографиям с места происшествия. – Подключайся уже к делу. Скажи мне, что ты здесь видишь?

Тридцатого января взорвался дом семьи Гринч. Рабочей версией остаётся взрыв газовых баллонов в кабинете химика-фармацевта Аэлиры Гринч. Второй этаж здания сгорел дотла. На первом мало что осталось. Постройки на соседних участках тоже пострадали.

Криминалисты просеяли пепел через сито, но не нашли ни фрагментов костей, ни зубов, ни гильз. Предполагается, что в доме никого не было на момент взрыва. В эту гипотезу не вписываются автомобили Рутта и Аэлиры Гринч, оставшиеся в гараже. Родители почему-то запрещали детям иметь свои машины.

На сегодняшний день все шестеро членов семьи Гринч числятся без вести пропавшими. По их банковским картам последние три месяца нет никакой активности. Цифровой след показывает, что мобильные телефоны отца и матери находились в доме на момент взрыва.

Взглянув на фотографии с места преступления, Рон постучал пальцем по кадру с хозяйственной пристройкой. Она находилась на другом конце участка и не пострадала от взрыва. Теплицы приняли на себя ударную волну.

Внутри домика, состоящего из одной комнаты, будто ураган прошёлся. Кто-то там перевернул всё вверх дном ещё до прихода криминалистов.

– Маркус Гринч, девятнадцать лет, – Рон указал на двуспальный матрац, лежащий на полу. – Не знаю, что творилось у них в семье, но этот парень жил отдельно. Соседи это подтвердили. В день взрыва и за сутки до него Маркуса никто не видел. На записях с уличных камер его тоже нет. Он вернулся домой двадцать восьмого января, и больше его никто не видел.

Выслушав напарника, Декстер удивлённо приподнял бровь.

– Конфликт внутри семьи?

– Не сходится, – нахмурившись, толстяк указал на распечатку платежей с банковской карты Маркуса. – Не сходится. Видишь? Этот парень заказал кучу зимних вещей. Большую часть из них привезли на следующий день, но заказы никто так и не забрал. Мы нашли в снегу нераспечатанные коробки от «Шрамазон». Их раскидало взрывом.

Рон пригляделся к фотографиям коробок и дома парня. Зимней обуви там нет, но зубная щётка в ванной стоит на месте. Тот факт, что коробки с посылками никто не забрал, говорит о том, что…

Рон хлопнул себя по лбу.

– Семья Гринч пропала двадцать девятого января, а не тридцатого.

– Верно, – Декс снова указал на список покупок Маркуса. – Пуховик, ледоруб, противоскользящие крепления для обуви. Парень готовился к холодной зиме, а не к приходу весны. Странно всё это.

– В этом деле всё странно, – пожав плечами, Рон глянул в пустую кружку. – Пойду ещё себе налью.

Декстер не ответил, погрузившись в изучение фотографий с места взрыва. Толстяк и сам не мог понять, что именно его смущает. Он по привычке отложил в сторону очередной кадр с домом Маркуса.

На нём забитый книжками шкаф в углу. Он почему-то отбрасывал сразу две тени. Все остальные предметы в комнате имели только одну.

…

День 82-й

Маркус Гринч

Заручившись силой «Дружбы», мне удалось перетащить запасы мяса к себе на базу. Там я как заправский паук замотал всё это в пищевую плёнку. Потом принялся есть трёх местных слонопотамов по кусочкам. Утром – волчатина, в обед – медвежатина, на ужин опять волчатина. Так себе диета, но выбирать не приходится.

Мой вечно голодный организм быстро переваривал мутантов. Поесть, поспать, напиться и так по кругу. Часть снотворного из волчатины так и не выветрилась. Оттого я всё время клевал носом.

Дни летели незаметно. Впервые за последние недели мне стало хорошо! Организм буквально благодарил за правильно подобранную пищу.

Из добытого мяса организм получал микроэлементы и энергию, которых не имелось в местных крупах. Для себя я такую еду теперь называл пустой. Она даёт насыщение, но не более того. Мне же для развития требуется нечто большее. И это самое «нечто» есть в мясе зверей-мутантов.

Говоря о развитии, сразу вспоминаю чёртов зуд. Точнее, то, что я принимаю за него. На деле это процесс перестройки организма.

[Раз зуд есть, значит, процесс адаптации продолжается. Другими словами, это индикатор того, продолжается ли моё развитие.]

Сфера Восприятия увеличивается в размерах за счёт отключения органов чувств. Недавно она опять стала больше. Но вот качество картинки… Это совсем другое дело!

Насколько я понял, зуд – это деление неких особых клеток в моём организме. Их активизация связана с тем, что я месяц назад выбрал режим адаптации в Центре Управления Сознанием [ЦУС]. Изменения начались с внутренних органов и нервной системы. Затем перекинулись на всё тело. Поэтому зуд не ушёл, а скорее углубился в тело.

Суть в том, что качество картинки, создаваемой Сферой Восприятия, увеличивается по мере того, как идёт замена клеток тела. Сначала я походил на слепого крота, который, щурясь, выбрался на поверхность в полдень. Теперь тяну на хищника средней силы в иерархии Ледяного Мира. Понятия не имею, как он называется на самом деле, но пока будет Ледяным.

За последние пять дней я смог убедиться в одном предположении.

[Поглощение плоти мутантов увеличивает скорость замены клеток. А отсутствие еды, наоборот, заставляет процесс адаптации замедлиться до минимума.]

С усилением Сферы Восприятия изменилось и моё представление об окружающем пространстве. Теперь я прохожусь сканирующим лучом по округе, держа в памяти примерную карту района. Если какой-то мутант окажется рядом, я смогу его заметить ещё на подходе.

После поглощения плоти волков и медведя моё тело снова начало… Эм… Избавляться от токсинов. Усиленная чувствительность Сферы Восприятия и в этот раз помогла во всём разобраться.

[Мой организм может переварить далеко не всё.]

В мясе мутантов содержится некая субстанция ярко-серебряного цвета. В сердце, печени и лёгких её в десятки раз больше, чем в других органах и частях тела. Раньше я её не ощущал из-за низкой чувствительности Сферы Восприятия. Она по цвету почти сливается с естественным фоном энергии. Если специально не искать, сразу не заметишь.

Столкнувшись с неожиданной проблемой, я быстро просканировал себя. Стоило сфокусировать внимание на нужном месте, как я засветился, словно ёлка в Рождество. Руки, ноги, весь торс – только сердце оставалось чистым. Всё остальное тело пыталось избавиться от токсинов.

[Мясо мутантов пропитано токсинами,] – смотрю на недоеденный шашлык. – [Другая пища мне не подходит. В ней нет энергии, необходимой для продолжения процесса адаптации.]

Дальше всё как в сказке. Мышки плакали, ругались матом, но продолжали жрать кактус. В смысле, завтрак, обед и ужин в ускоренном режиме.

…

Проснувшись в очередной раз, я не торопился вылезать из палатки. Вместо этого я прислушался к ощущениям в теле.

Последнюю неделю у меня сильно повысилась сопротивляемость холоду. Могу спать в снегу в пуховике или ходить по дому в одном термобелье. А снаружи, между прочим, минус сорок пять!

В душе день за днём тихо зреет надежда, что мне каким-то чудом удалось победить болезнь Хошинга-Крамера. О полном исцелении пока рано говорить, но держу пальцы крестиком. Адаптация далека от завершения. Я чётко это понимаю, так как зуд никуда не делся.

[Надо думать о том, как повысить свои шансы на выживание.]

За минувшие дни я несколько раз воспроизводил в памяти схватку с мутантами. Все трое применяли нечто вроде магии. Волки выпускали Парализующие Волны во время боя. На них самих она не действовала. Во всяком случае, во время схватки это не мешало им двигаться свободно.

Судя по набору умений, медведь относился к числу особо продвинутых особей Ледяного Мира. Во-первых, он скрывал все звуки своих движений. Я это точно видел, отметив рябь на ауре.

Во-вторых, когда наши взгляды пересеклись, зверюга попыталась подчинить мою волю. В-третьих, высасывал энергию. В-четвёртых, усиливал свои удары когтями.

Имелся и пятый пункт, в котором волки и медведь оказались идентичны.

[Особое умение передвигаться по снегу.]

В тот день, выйдя из дома ювелира, я заметил, что мутанты во время бега не проваливались в сугробы. Сами следы остались, но их глубина никак не соответствовала тем тушам, что находились сейчас в подвале. А мои ноги постоянно уходят в снег по колено и больше.

Если сложить картину, то выходит, что звери-мутанты из Ледяного Мира научились как-то пользоваться той серебристой энергией, которая витает здесь повсюду. Вряд ли у них есть Центр Управления Сознанием, как у меня. В таком случае напрашивается очевидный вывод.

[Базовым приёмам можно как-то научиться.]

Выбравшись из комнаты-термоса на первый этаж, я принялся проводить эксперименты. В естественных условиях серебристая энергия сама наполняет моё тело. То есть идёт задуманное природой поглощение энергетического фона.

[Вопрос в том, могу ли я втянуть в себя энергию усилием воли и уплотнить?]

Час направленных усилий ушёл на то, чтобы научиться создавать входящий поток. Энергия наполняла тело, входя через кожу. Там немного уплотнялась, но не более того. До плотности, которую я видел у волков и тем более у мутировавшего медведя, мне как до Луны! Если считать на килограмм веса, то туша этой зверюги хранила в себе раз в двадцать больше силы, чем моё тело.

[Возможно, я, волки и медведь находимся на разных стадиях развития. На это указывает размер ауры и её плотность.]

Ходить по снегу у меня получилось только шесть часов спустя. Пропуская энергию через верхнюю часть тела, я стал выводить её только через стопы. На поверхности остаются следы ног, но я больше не проваливаюсь в сугробы по колено. Удобно, чёрт возьми! В Ледяном Мире животным без такого умения не выжить.

[Назову это походкой Снежного Человека.]

Летать так не получится – нужна сила потока во много раз больше. А вот для отталкивания от рыхлой поверхности – в самый раз.

Выбившись из сил, я заснул прямо в комнате для тренировок.

…

День 84-й

Маркус Гринч

До истечения контракта ещё две с половиной недели. Это довольно много дней. То ли мой аппетит растёт, то ли тушки Завтрака, Обеда и Ужина усыхают. Такими темпами запаса еды хватит впритык.

[Чую, где-то в Нью-Йорке сейчас плачет диетолог, ничего не знающий о моей строго мясной диете. Еду без энергии мне теперь вообще не хочется есть.]

Вчера я наконец научился применять походку Снежного Человека, не тратя на это всё своё внимание. Без режима адаптации на это ушёл бы месяц, а то и больше. А так… Сознание и восприятие перестроились под новую задачу.

[Насколько я понял, режим адаптации в ЦУС отвечает за поиск оптимального решения в пределах тела. Так ювелир может пыхтеть над тонкой гравировкой или взять наконец увеличительное стекло, и процесс пойдёт в разы быстрее.]

Пока осваивал «походку Снежного Человека», научился скользить по снегу, используя слабый поток энергии как реактивную струю. Для этого выпускаю энергию одновременно через ноги и руки. Стопы создают эффект отталкивания от сугробов. Руки или спина обеспечивают ускорение в нужном направлении.

Как только освоил «скольжение Снежного Человека», вообще перестал ходить. Разогнаться до тридцати километров получается примерно за десять секунд. Выпуская потоки энергии через руки, могу маневрировать, поворачивая влево и вправо.

– Ну а я… Так просто… Снежный Человек!

Быстрее тридцати километров по сугробам двигаться не получается. Для усиления тяги нужен более сильный входящий и исходящий поток энергии. А я и так работаю на пределе сил.

На этом мои успехи не закончились. За счёт всё того же потока энергии я научился фокусу с Телекинезом. Могу поднять кружку с десяти метров при прямой видимости. Или с двух метров, если поток энергии проходит сквозь стену. Бетон и каменные преграды довольно сильно снижают возможности по дистанционной манипуляции энергией. Отчего управлять им за преградой становится в разы сложнее.

Сколько ни пытался, так и не смог понять, как медведь гасил звуки шагов. То же касается и попытки подавить волю через взгляд глаза в глаза.

[Без понятия, как эти умения работают.]

Зверей-мутантов окружал ореол плотной энергии, который в книжках называют аурой. У меня она отходит от тела дай бог на пару сантиметров. Когда бился с волками, видел ауры примерно десятисантиметровой толщины. У медведя все двадцать пять! Она ещё и на слои разделена.

[Может, в этом и кроется секрет его продвинутых умений?]

И наконец, усиление удара. Этим приёмом медведь разрезал металлическую решётку в доме ювелира. После трюка с хождением по снегу я имел представление о том, как это умение работает.

Во время боя медведь создал сгусток энергии в задней лапе. Она, как снежный ком, прошла через всё тело мутанта. Собралась в плотный шар и высвободилась аккурат во время удара когтями о решётку.

После трёх десятков экспериментов с повторением такой атаки у меня начали болеть руки. Даже с отключённым чувством боли я это как-то ощутил.

[Энергия проходит, но возникает дискомфорт. Пальцы дрожат от перегрузки.]

Делаю ещё один повтор, но в замедлении, вглядываясь в детали. При создании сгустка энергии мышцы и кости в ноге едва ли не горят. Проводя очередной тест, я прокатил сгусток через тело и забыл высвободить наружу.

Крц…

Тело скрутило от боли так, что я не мог дышать. Пропустив удар, сердце чуть не остановилось. Только через минуту спазм прошёл, и меня отпустило.

[Чувство боли – дамоклов меч.]

Я не чувствую, когда надо остановиться. И в то же время могу зайти дальше там, где человек с характером послабее отступил бы.

[Ну уж нет! Раз взялся, разберусь во всём до конца.]

Поспав и дав телу восстановиться, я продолжил постигать и Таинства Силы. Так я решил для себя назвать серебристую энергию и всё, что с ней связано.

Со временем пришло интуитивное осознание: тело должно находиться в движении, чтобы сгусток двигался по телу. Чем быстрее я сам, тем быстрее происходит высвобождение заряда. И как следствие – снижается урон от перегрузок.

Высвобождение энергии через руки усиливает удар раз в пять. При этом мой кулак страдает примерно так же, как если бы я ударил те же пять раз.

В итоге я нашёл весьма элегантный выход.

Метание предметов! То есть использовать сгусток энергии для усиления броска.

Первым в ход пошли дротики для дартса. Импровизированный метательный снаряд пробил насквозь мишень, уйдя в стену на половину своей длины. Следом в стену полетели столовые ножи, ложки и вилки. Как в случае с Телекинезом, швыряние тяжёлого предмета шло из рук вон плохо. Есть определённые ограничения по массе метаемого снаряда.

«Усиленный Бросок».

Так я назвал для себя придуманный приём. Отправленные с его помощью в полёт ножи, ложки и вилки по силе не уступали выстрелу из винтовки. Отмечу! Не пистолет, не дробовик, а именно винтовка с большой пробивной силой.

Такой способ применения маны подходил мне и ещё по одной причине.

[Когда дело доходит до метания, я очень меткий!]

При попытке вложить Усиления в удар старым топором обух с треском разлетелся. Комок энергии взорвался, прокатываясь через древесину. С найденной в кладовке дома битой случилось то же самое. Стальной ломик из гаража, и тот раскололся на куски.

[Всё как с едой Ледяного Мира. Есть пустая и насыщенная энергией пища. Лишённые энергии предметы ломаются от её повышенной концентрации.]

Догадка вскоре подтвердилась. Бедренная кость медведя-мутанта выдержала нагрузку от сгустка энергии! Бетону при ударе плохо, а ей хоть бы хны. Так у меня появилась костяная дубина с личным именем «Обед». В честь создателя, так сказать.

…

День 85-й

Я проводил очередное сканирование округи, используя на максимум Сферу Восприятия. Сам не понял, как мысли соскользнули на воспоминания о доме.

Второй этаж, комнаты Хьюго, Бакки, Эвелин и родительская спальня. Там же находится библиотека, парная и большой мамин рабочий кабинет. Точнее, лаборатория по производству косметики для богатых дам Нью-Йорка за цать-цать плюс лет.

Отец свои дела ведёт в офисе брокерской фирмы. Ставки на спорт, выборы президента и много чего ещё – такой наш второй семейный бизнес.

Вспомнилось, что отец никогда не приносит домой «работу». Мама тоже оставляет все проблемы за дверью кабинета. Это одно из семейных правил Гринчей. То же касается и вечера в четверг.

[Интересно. Можно ли считать перенос в другой мир уважительной причиной неявки на семейный ужин⁈]

В мыслях всё это всплывало в мельчайших деталях. Сила как-то изменила моё восприятие воспоминаний. Скрип последней ступеньки на лестнице, ведущей на второй этаж. Травянистый запах в теплицах мамы. Тепло, витающее в столовой по четвергам. И вместе с этим я год за годом чувствовал, что должен находиться где-то в другой месте. Далёкий неизвестный мир манил меня.

Мысли скользнули в пустоту… В воспоминания о прошлой жизни, которой я совсем не помню. Но…

[Сердце помнит. Я любил кого-то больше жизни… И до сих пор люблю. Смерть, возрождение или перерождение. Ничто меня не остановит. Я найду то, что потерял. Имя и сила – лишь первые шаги к цели!]

Не знаю, о чём или о ком я думал, но вдруг ощутил сигнал от Сферы Восприятия. Смутный, нечёткий, но такой знакомый. Не сгусток энергии и не сильный поток, а что-то иное. Подсознание так и не смогло интерпретировать поток нахлынувших ощущений.

Выбравшись из палатки в комнате-термосе, я завертел головой, пытаясь нащупать нужный сектор для сканирования. Получилось только спустя минуту.

Неизвестный объект находился за пределами Сферы Восприятия. То есть больше трёхсот метров от моего дома-базы. А вот насколько далеко, мне только предстояло выяснить. Любопытство требовало разобраться, что именно я заметил… И главное, как⁈

[Если правильно помню, там север. Неужто сигнал идёт из города?]

Нашёл в подсобке дома комбинезон рабочего. Надев его, рассовал по карманам вилки, ложки и другие метательные снаряды. Дубину тоже прихватил. С ней выше шансы пережить встречу с местными мутантами.

Выбравшись наружу, я встал на прихваченную из дома доску. Самую обычную доску, а не навороченный сноуборд. Поток энергии проходит сквозь древесину, а гладкая поверхность даёт возможность быстро катить поверх снега. Такая комбинация лучше всего подходит для скольжения в режиме Снежного Человека. Процесс отработан до автоматизма. Я втягиваю в себя силу, а потом сразу вывожу наружу. Устаёт скорее разум, чем физическое тело.

Проехав на север три сотни метров, я остановился и просканировал участок пространства перед собой. На улице ночь, снегопад вступил в свои права. Обычному человеку наверняка ничего не видно. Мне же за счёт потока энергии удалось разглядеть под сугробами знакомые ориентиры. Этой же дорогой я ходил в самый первый день, когда искал следы своего предшественника.

Составив в голове примерную карту, я проехал ещё три сотни метров и оказался над перевёрнутым внедорожником. Именно его аккумулятор последние три месяца питает электроподжиг в моей печке.

[Машина станет ориентиром. Надо думать о том, как потом искать путь назад. Зрение ко мне вернётся только через две недели. Если доживу до этого дня, конечно.]

Сигнал в Сфере Восприятия продолжал мерцать, словно чьё-то бешено бьющееся сердце. Проехав ещё три сотни метров, я нашёл ориентир в виде сломанного дорожного щита с рекламой. В следующий раз таким знаком стала перевёрнутая фура.

[Мой собственный путь из хлебных крошек.]

Очередным памятным местом стали сотни машин на многоэтажной эстакаде. Их погребло под тоннами снега. Разбитые стёкла, открытые двери. Складывалось впечатление, что все люди пытались сбежать из города.

Найдя подходящую метку в двенадцатый раз, я ощутил некое движение на границе Сферы Восприятия. Направление совпадало с тем, откуда шёл странный сигнал.

[Один, два, три… Восемь источников движения на уровне земли.]

Нас разделяет несколько высотных зданий. В них на верхних этажах ощущаются источники жизни. Их оказалось легко отличить от мертвецов по концентрации энергии в теле. Приглядевшись, понял, что это люди спят в кроватях, кутаясь в несколько слоёв одеял.

[Значит, в городе ещё есть выжившие. Надо запомнить.]

Проехав пару зданий, я запомнил встретившиеся по дороге ориентиры. Город – это сложная трёхмерная конструкция. Подземные переходы, подвалы, светофоры. Через Сферу Восприятия его в разы сложнее запоминать, чем пригород. А тут есть ещё и здания на сваях с ливневой канализацией.

Добравшись до очередного дома, я остановился около угла. Все источники движения находились за поворотом.

Приглядываюсь к месту через Сферу Восприятия.

[Восемь выживших, все мужчины. Стоят около спуска в подземное убежище.]

Раньше тут находился исторический квартал. Чьё-то убежище – это одноэтажный домик с черепицей в азиатском стиле. Снаружи – древние глиняные стены, а под строением вполне себе современный подвал. Куски разбитой вывески валяются неподалёку. Снега нанесло столько, что забора уже не видно. В снегу прокопан путь до самого входа в подвал.

Дистанция сократилась, и я смог ощутить огнестрельное оружие в руках людей. Два охотничьих карабина, дробовик, автоматическая винтовка и пистолет-пулемёт. Неподалёку стоит грузовой автомобиль с гусеничной подвеской. Возможно, от военной или горноспасательной службы. Водитель держит руку на обрезе и что-то жуёт, поглядывая на коллег.

Чуть дальше, у подземного убежища, ощущались ещё четыре человека. Их тела сияют от переизбытка силы.

[Одарённые? Адепты? Маги? Как их правильно назвать?]

Переведя фокус внимания на странных типов, понял, что они пытаются выбить бронированную дверь. За ней находился ещё один щуплый парень. Хилый, тощий, но именно он, сжав зубы, сдерживал тех, кто ломился внутрь.

[Не ты.]

Следуя за сигналом, я направил Сферу Восприятия вглубь убежища. Там чувствовался ещё один человек, сияющий, словно прожектор. Не столько энергией, сколько чем-то иным.

[Нашёл.]

В комнате за тамбуром, около печки, на матрасе лежала девушка. Рядом на стуле стоит кружка с водой, таблетки, флакон с микстурой. Вот она попыталась сесть и, кажется, помочь парню. Тот что-то ей рявкнул, и девица вернула голову на подушку. Удары в дверь усилились. Видимо, нападавшие услышали, что защитник убежища с кем-то говорит.

[Грабители. Складывается впечатление, что они пришли за ней. Может, одарённых тянет друг к другу?]

На улице около убежища началось движение. Все восемь грабителей двинулись к входу в подвал. Ломящиеся внутрь гады почуяли, что цель близка. Одну из петель бронированной двери вырвало из косяка.

На довольное улюлюканье водитель выглянул из кабины грузовика. Отреагировав на движение, я перевёл на него фокус Сферы Внимания. В этот краткий миг смог разглядеть, что именно он ел. Это была человеческая рука.

[Они не грабители, а банда людоедов!]

Есть в жизни случаи, когда надо принять решение. Причём такое, чтобы потом ни о чём не сожалеть. А я что? У меня чувство страха отключилось одним из первых. Сейчас ночь, с неба валит снег. До восхода солнца сама природа – мой союзник.

Пригнувшись, я нырнул за угол и подобрался к каннибалам на расстояние Усиленного Броска.

Вшух.

Столовый нож пробил голову водителя навылет, а затем и лобовое стекло.

Вшух-вшух.

Ещё двое людоедов получили по серебряной ложке с вилкой.

[Будет чем потом с Хароном на том свете расплатиться. Надеюсь, конкретно этих гадов лодочник отвезёт прямо в ад.]

Вшух.

Ещё одно тело падает на землю. Оставшаяся четвёрка почуяла неладное. Парочка пошла к водителю грузовика. Ещё двое, ощетинившись стволами, встали у спуска в подземное убежище.

Вшух!

Усиленный Бросок ножа пробил голову одного людоеда и пригвоздил второго к стенке грузовика.

Вшух-вшух!

Из темноты вылетели две отвёртки.

[Чёрт возьми! В самый неподходящий момент у меня закончились столовые приборы.]

…

То же время

Хван Джун упёрся спиной в бронированную дверь. Ботинки скользили по полу. Из-за постоянного недоедания двадцатипятилетний парень выглядел хилым. Сжав зубы, он пытался защитить себя и жизнь Ан Минхо. Пройденная в стройбате армейская служба помогла Джуну оборудовать подвал для себя и любимой девушки.

Бабушка парня владела горячими источниками. Здесь он ещё школьником заработал свои первые карманные деньги.

БАМ.

Тряхнуло весь тамбур убежища. Очередной сильный удар едва не сорвал дверь с последней целой петли. Со стороны печи послышался слабый голос Минхо.

– Я помогу.

– Не вставай! – заорал Джун. – Надо подождать ещё немного, и банда Ханки отступит. Не трать силы, милая. У тебя их и так немного.

БАМ-М-М.

Необычайно мощный удар вышиб дверь, сорвав обе оставшиеся петли. Джуна швырнуло вперёд, а затем едва не раздавило под тяжестью металлической преграды.

Здоровяк Бин Ханки появился в раскуроченном дверном проёме. На груди главаря банды красовался бронежилет, а ручища сжимали пожарный топор.

Джун знал Ханки по первым дням апокалипсиса. Они вместе попали по распределению в одно городское убежище. Когда еда закончилась, люди разошлись кто куда. Джун нашёл Минхо и построил своё убежище в доме бабушки. Используя тепло от горячих источников, парень научился выращивать грибы под домом. Так он решил вопрос с источником еды для себя и Минхо.

В городе Сунгин в первые месяцы творилось чёрт знает что. Военные заперлись на складах с провиантом и стали диктовать свои условия выжившим. Тут в дело вмешались «защитники своих прав». В смысле, бандиты. Грабителей, сунувшихся к военной части, поймали и повесили. С тех пор горожане к солдатам больше не суются. Путь до армейской части усеян телами тех, кто искал спасения.

Пристрастившись к людоедству, Бин сколотил банду и превратился из качка в ходячую машину смерти. Из-за начавшейся мутации форма лица Ханки вытянулась, зубы почернели, шея стала толще.

Вытирая кровь из разбитого носа, Джун поднялся с пола. Стоя у выбитой двери, главарь банды принюхался.

– Чую… Она здесь. Самка! Сладко пахнет.

Людоед не обратил никакого внимания на Джуна. Парня будто и не существовало вовсе. А между тем за спиной Ханки на пол оседали сильнейшие члены банды. Последний из них, падая, задел штанину босса. Тот деловито обернулся.

Бам!

Отвёртка, угодившая точно в лоб дикаря, ушла рикошетом в потолок и там застряла.

[Вошла в бетон,] – от увиденного у Джуна глаза на лоб полезли. – [Вот это силища броска.]

– РАА!

В тот же миг Ханки взревел. Тело людоеда окружила плёнка из плотной энергии.

Бам!

Молоток попал в голову людоеда, заставив того покачнуться. Людоед оскалился. Он увидел кого-то в коридоре, ведущем на поверхность.

– Слабый! Никто не может убить Ханки. Я съем твою печень у тебя на гла…

Бам!

Бам!

Бам!

Бам!

Джун разинул рот от удивления. Снаряды один за другим били точно в лоб Ханки, не давая тому броситься в атаку. Дикарь выставил перед собой руку и буром попёрся в проход.

БАМ!

Стоявший в дверном проёме Ханки вдруг попятился назад. Шаг, другой… Запнувшись о раскуроченную дверь, людоед с грохотом упал спиной назад.

Бум.

У Джуна ушла пара секунд на то, чтобы сообразить, что именно он видит. У людоеда из головы торчала здоровенная дубина, сделанная из кости.

В проходе появился незнакомый парень в рабочем комбинезоне. Судя по внешности, европеец, а не кореец.

Указав на себя, он произнёс на английском:

– Маркус, – затем указал на дикаря с дубиной в голове. – А это «Обед».

Джун замер, не зная, что сказать. Рука спасителя указывала на Ханки.