Текст книги "Ученик Белого Дьявола 1 (СИ)"

Автор книги: Джон Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)

Глава 22
Ученик Белого Дьявола

11 мая (ближе к полуночи)

Маркус Гринч

На въезде в район Лоубридж меня тормознули копы. На часах почти двенадцать. Я ехал на арендованном пикапе по тёмной улице и старался не превышать скорость. Однако полицейские всё равно меня тормознули.

Едва раздался звук сирены сзади, как я пристроился у обочины. Сразу достал временные права и договор аренды на машину. Открыл дверь и, подняв руки, вышел из автомобиля, давая копам себя увидеть.

В лицо ударил луч фонаря. Сфера Восприятия показала, что оба копа вышли из своей машины.

– Зачем вышли, сэр? Вы пьяны?

– Нет. Тороплюсь домой, – демонстративно поворачиваюсь на месте, показывая, что у меня нет оружия. – Сэр, я два часа назад арендовал машину. Вот права и договор аренды. Мне проще выйти и всё вам показать, чем ждать, пока вы подойдёте.

Держа руку на кобуре, коп с фонариком продолжал на меня светить. Его напарник подошёл, забрал у меня бумаги.

– Маркус Гринч… Фамилия знакомая.

– У нас дом взорвался в конце января. Вся моя семья пропала.

– Ах, этот Гринч! – коп усмехнулся и обернулся к напарнику: – Сэм, это тот парень, который навёл шумихи в отделе детективов.

Фонарь сразу опустился пониже.

– То-то мне лицо знакомым показалось.

Рация на плече копа вдруг ожила:

– Всем постам, внимание! Из больницы Хопкинса поступило сообщение о нападении. Есть погибшие.

Коп вернул мне документы и тут же нажал на свою рацию.

– Браво-семь, принято. Выезжаем на адрес. Будем через восемь минут, – отпустив кнопку, кивнул мне: – Езжайте, мистер Гринч. У вас сзади габаритник моргает.

Оба копа ломанулись к своей машине. Я тоже прыгнул в пикап и дал газу.

Сердце в груди колотилось всё быстрее. Наплевав на правила, я превысил скорость и через пару минут влетел в переулок за нашим домом. Он проходил вдоль всей улицы с тыльной стороны земельного участка Гринчей.

[Давай, давай, давай!] – смотрю на дорогу через Сферу Восприятия. – [Только бы никакая кошка на дорогу не выскочила. Или ещё один коп, прячущийся в кустах.]

Резко затормозив около забора, я сразу открыл дверь со стороны водителя. Двигатель не глушу.

Со стороны правой двери пикапа высился забор высотой в два с половиной метра. Снаружи он выглядел как глухая стена. На деле здесь есть скрытый проход для завоза строительных материалов.

Пропустив Телекинез сквозь стену, я провернул четыре доски и легонько толкнул стену. Трёхметровый кусок забора с грохотом упал на наш земельный участок.

[Потом подниму.]

Открыв кузов пикапа, я рванул к своему одноэтажному домику. Дверь оказалась не заперта… Забыл её закрыть, пока бегал раненым сразу после возвращения.

Зайдя внутрь дома, сразу запустил сканирующую волну.

[Пусто. Рядом нет ни теневых тварей, ни их хозяина.]

Дойдя до стола, нажимаю на скрытую кнопку активации подъёмного механизма. Гидравлические поршни, гудя, стали поднимать кровать и кусок пола под ней.

– Что же так медленно⁈ – чувствую, как время утекает.

Пока кровать поднималась, я оглядел комнату. Здесь явно кто-то побывал. Все ящики стола перерыты, но ничего не пропало.

[А, нет! Пропало. Нет кусков костей медведя-мутанта, которыми я отбивался от теневых тварей. Когда истекал кровью, как-то не до них было.]

Заглянув в третий ящик стола, я достал оттуда старые документы: паспорт, медстраховку и что-то ещё. Сразу сбегал до машины и бросил их на заднее сиденье.

К тому моменту, когда вернулся, кровать и часть пола поднялись вверх, открывая спуск в нишу. Спрыгнув в неё, я вытащил первым здоровенный кусок обшивки корабля. Затем принялся накидывать поверх него всё, что хотел забрать. Старую одежду, трофеи с корабля космического эльфа… Набралась целая куча вещей.

[Беру всё, что успею сразу унести. Неизвестно, когда снова смогу сюда вернуться.]

Сжав Сферу Восприятия до первого слоя, я снова запустил сканирование. Искал запасы витаминов или записку от родителей, но ничего с ходу не нашёл. Только три таблетки, хранившиеся в огрызке пуховика ещё со времён визита в Ледяной Мир.

[Так-с. Раз сразу не нашёл, значит, отец послание где-то в другом месте спрятал.]

В четыре захода перетаскал вещи в багажник пикапа. Последним на гору барахла сверху приземлился тот самый кусок обшивки. Только сейчас я разглядел, что на нём нарисовано что-то вроде гадюки с открытой пастью.

[В Ледяном Мире я ни черта не видел. Зрение не работало. А здесь, оказывается, целый рисунок! Может, чей-то герб?]

Вернувшись в дом, я нажал кнопку, и тайник стал закрываться. Кровать и кусок пола медленно поехали вниз.

[Где же вы?]

Снова запускаю Сферу Восприятия, сжимая фокус внимания до первого слоя – ищу любые странности.

[В комнате нет ни теневых тварей, ни других сгустков источников эссенции. Только три витаминки, лежащие теперь в моём кармане. Плюс кристаллы эссенции тьмы, добытые в день прибытия.]

Стоя в комнате, я повернулся в сторону старого хозблока. К его стенке примыкает мой домик. Там, за преградой, что-то царапало моё восприятие. Простояв с десяток секунд, так и не понял, в чём дело.

[Нет времени на сомнения.]

Выйдя из домика, я сразу зашёл в хозблок. Здесь находились грабли, лопаты, вёдра и прочий инструмент, используемый для обслуживания маминой теплицы. А ещё… В полу находился второй тайник, о котором в семье все знали. Мама прятала там особо ценные удобрения. Говорила, что они нужны для растений, используемых в продвинутой косметологии. Травы в свою очередь создавали эффект, препятствующий старению. Богатые дамочки из Нью-Йорка такое любят.

Сейчас место, где располагался тайник, присыпано землёй. За минувшие три месяца сверху успела вырасти трава.

Странность заключалась в другом. Я не видел ниши тайника через Сферу Восприятия. Место казалось монолитным, как и всё вокруг него. Но я точно знал, что там есть полость и стоящий в ней ящик.

Разгребая землю руками, я поднял крышку тайника. В тот же миг границы ящика вырисовались в Сфере Восприятия.

[Как так? Только что ничего не было и вдруг появилось?]

Приглядевшись к крышке люка в полу, заметил прикреплённый снизу плоский бумажный пакет. В обычном файлике его прицепили самым обычным скотчем. Он поглощал всю ману вокруг себя.

[Маскировка? Зачем она здесь? Раньше этой бумажной штуки тут точно не висело.]

Достав из ниши ящик, я сразу его открыл. Внутри ровными стопками стояли таблетницы с витаминами… Моими витаминами! Поверх них сверху лежала записка, написанная маминым почерком:

«Раз ты это видишь, Маркус, значит, нас сейчас нет рядом».

Сунув записку в карман толстовки, я закрыл ящик и, подняв, дотащил до заднего сиденья пикапа. В багажнике такое точно везти не стоит. Слишком ценный груз!

Вернувшись к тайнику в хозблоке, закрыл люк в полу. Затем снова проверил нишу Сферой Восприятия.

[Странно. Даже зная, где искать, всё равно ничего не вижу. Значит, Сфера Восприятия не даёт гарантии обнаружения скрытых объектов⁈ Хм, а если так.]

Запускаю сканирующую волну… И конкретно этот тайник я смог увидеть. Смутно, с небольшого расстояния – но смог! В момент, когда волна маны проходила через скрытую полость, её границы ненадолго высветились.

[Вот оно что. В пассивном режиме Сферы Восприятия тайник ускользал даже от моего взора. Однако маскировку можно пробить активным сканирующим импульсом.]

Снова открыв тайник, я отодрал от крышки люка файлик со странным бумажным пакетом и сунул его в карман.

[Надо изучить. Может, медведь-мутант и маги Ледяного Мира для маскировки пользовались чем-то похожим?]

Закрыв люк, присыпаю его землёй. Затем бегу к семейному дереву Гринчей. Оно растёт в самом центре нашего участка.

Сейчас почти середина мая. На ветках давно появились листья. Массивная крона накрывает добрую половину нашей земли. Глаз сразу зацепился за одну странность. Качели, на которых любила качаться сестрица Эвелин, сейчас намотаны на ветку. Отец их на зиму так убирал.

[М-да-а! Родители и впрямь здесь давно не появлялись.]

Одно дело слышать об этом от соседей и сотрудников полиции. И совсем другое – видеть доказательства их словам.

Оглядевшись, сразу замечаю скамейку неподалёку. На сиденье напа́дали сухие листья и мелкие веточки. Именно здесь в конце января отец вручил мне ремень, признав взрослым.

[На это место указывало послание от папы.]

Оглядевшись по сторонам, я сжал Сферу Восприятия до первого слоя. Затем снова запустил сканирующую волну.

Мамины теплицы засветились от всевозможных эссенций. Концентрация маны там низкая, как и везде. Непонятно, как ей удавалось выращивать там растения с необычными свойствами.

[Возможно, в теплицах скрыт какой-то секрет⁈ Будь у меня больше времени, всё бы по кирпичикам разобрал.]

Я вертел головой, пытаясь найти место, где отец мог спрятать тайник. В корнях под деревом вдруг высветилась металлическая коробка. Она проявилась в Сфере только после сканирующего импульса. Раньше я её там точно не видел.

Разгребая землю руками, я принялся выкапывать находку. Десять сантиметров, двадцать, тридцать…

[Странно. Без Сферы Восприятия я эту штуку никогда бы не нашёл. Да и как бы папа закопал эту коробку в промёрзшей земле⁈]

Тайник оказался наглухо запаянным и размером с портсигар. Я повертел его в руках и только тогда понял: это НЕ то, что я ищу. Ржавчина! Она толстым слоем покрывала короб со всех сторон. Скорее всего, эту штуку закопали здесь давным-давно. Никто не ожидал, что я её вдруг найду.

Снова запустив Сферу Восприятия, я начал внимательно вглядываться во всё, что вижу.

[Родители не знали, что я вернусь домой магом. Значит, тайник и послание спрятали в том месте, где его найдёт и самый обычный человек.]

Первым делом я сфокусировал внимание на качелях… Пусто! Ни рядом с ними, ни на них самих странностей не обнаружил.

Взгляд снова упал на скамейку. Встав на четвереньки, я заглянул под неё. Там, как и в хозблоке, снизу оказался прикреплён бумажный пакет в пластиковом файле. Полости не было. Поэтому и сканирующий импульс не высветил это место.

[Хм… Выходит, человека под маскировкой я через Сферу Восприятия не замечу⁈ Внутри него нет полости. Надо что-то придумать.]

Аккуратно оторвав пакет, я в третий раз обошёл по кругу семейное дерево Гринчей. Чуйка и здравый смысл всё настойчивей шептали: «Пора валить!»

Наспех закопав яму под деревом, я бегом вернулся к дыре в заборе. Оказавшись в переулке, выпустил Телекинезом две пары дополнительных рук. Подхватив ими кусок стены, поднял в воздух и затем поставил на место. Все четыре крепежа зафиксировал в прежнем положении. Теперь всё выглядело так, словно сюда никто не приходил.

Снова запустил волну сканирования. На границе Сферы Восприятия высветилась яркая пульсирующая отметка чёрного оттенка.

[Валим-валим-валим!]

Выругавшись, я прыгнул в пикап и стал резко сдавать назад. Замеченный маг приближался откуда-то впереди. Он двигался по основной дороге.

Сто метров. Двести. Триста.

Вылетев из переулка на дорогу, я развернулся и дал по газам. Обшивка корабля сзади брякнула о крышку багажника. На заднем сиденье на пол с грохотом упала коробочка, найденная под семейным древом.

Спина покрылась холодным потом. С момента, как я сел в машину и стал сдавать назад, прошла пара минут. Работающая в пассивном режиме Сфера Восприятия никого рядом не засекала, но я не расслаблялся.

Только через десять минут, выехав далеко в пригород Нью-Йорка, я снова запустил сканирование.

[Вроде оторвался.]

В радиусе километра от меня не нашлось никаких скоплений эссенции.

…

Двадцать минут назад, больница Хопкинса

Иезекиль

Охотник отреагировал на крик Алекса Гробовски так же, как и всегда в подобных случаях… Свернул шею смертному, возомнившему о себе невесть что.

[Зацепка есть. Отпрыск каццо Рудда сбежал в больницу.]

Иезекиль видел на руинах дома довольно много следов крови. Видимо, один из оставленных теневых слуг достал Маркуса.

Томас не заметил, что отца уже нет в живых. Держась за пробитые шипами ноги, он, подвывая, произнёс:

– Окружная больница р-района Лоубридж. Маркус Гринч звонил с поста медсестёр на третьем этаже. Я отследил его по номеру…

Гробовски-младший вдруг замер и, прислушавшись, понял, что отец молчит. Понимая, что дальше будут только крики, Иезекиль без зазрений совести свернул шею парню.

Разобравшись с адвокатами, Иезекиль не стал задерживаться в залитой кровью палате. Выбив окно, охотник прыгнул с третьего этажа. Десяток метров для него – пустяк.

Отходя от здания, он услышал крик. Визжала медсестра, прибежавшая на сигнал SOS, поданный пациентом. Охотник невозмутимо поправил одежду и спокойным шагом двинулся от больницы Хопкинса.

Пройдя от силы полсотни метров, Иезекиль резко напрягся. Он почувствовал, что теневой слуга, оставленный приглядывать за домом Каццо Рудда… потерялся. Зачем-то отдалившись от руин на пару километров, он теперь не знал, как ему вернуться.

– Пеклово отродье! – взревел Иезекиль и рванул обратно по ночной дороге к руинам дома каццо Руда.

Используя тени для ускорения, охотник хватался ими за деревья и подтягивал себя. Его объятая тьмой фигура проносилась мимо домов, отталкиваясь от стен и асфальта.

На одном из перекрёстков Иезекиль снёс машину, вылетевшую на красный. Пробив кузов насквозь, охотник стряхнул с себя чужую кровь и, не сбавляя скорости, понёсся дальше.

Впереди мелькнул знакомый дом, выбранный Иезекилем для засады. Рядом со входной дверью крутятся копы. Пронесясь мимо него, охотник за минуту оказался на руинах особняка каццо Руда.

– Ищите! – рявкнул охотник за головами. – Проверьте все здания вокруг.

Из его теней во все стороны метнулись слуги. Сам Иезекиль перемахнул через забор и оказался на земельном участке Гринчей. Там охотник в два счёта забрался на обугленную балку сгоревшего дома и стал наблюдать за тем, как проходит обыск территории.

– Здесь кто-то находился не так давно.

Привыкшие к темноте глаза Иезекиля сразу зацепились за дерево. У корней кто-то копался, наспех скрыв свои следы. Видимо, там находился хорошо спрятанный тайник.

Иезекиль подошёл, опустился на колено и принюхался.

– Запах тот же, что и прошлый раз, – пробормотал охотник, морщась. – Один человек, мужского пола. Видимо, тот самый Маркус Гринч.

Охотник прошёлся до каморки, где жил парень. В глаза бросилось, что часть вещей поменялась местами. Запах человека оставался свежий и довольно густой.

– Ты пробыл здесь довольно долго, – произнёс Иезекиль тихо, ни к кому не обращаясь. – Что-то искал. Вещи в шкафах не трогал. Кровать тоже. Забрал что-то из стола.

Идя по следу, Иезекиль заглянул в хозблок. Там носком ботинка поддел рассыпанную по полу землю и увидел второй тайник, спрятанный в полу. Пролезшие внутрь тени нашли полость без намёка на оставленную ловушку.

Иезекиль расхохотался.

– Каццо! Вы не хранили в доме ничего ценного⁈ Умно. Ещё и отпрыска об этом предупредили. Он точно знал, где и что искать!

Выйдя на улицу, Иезекиль снова повёл носом и учуял свежий запах выхлопных газов. Перемахнув через забор, охотник заметил на асфальте след протекторов от шин… Причём совсем свежий! Запах резины до сих пор витал в воздухе.

Помогая себе тенями, Иезекиль рванул по следу. Охотник хватался ими за заборы, припаркованные машины, крыши зданий. Пронесясь за полминуты три сотни метров, он буквально вылетел на пустую дорогу. Царила ночь, машины по улицам практически не ездят.

Следы шин здесь обрывались.

– Сбежал, – с досадой произнёс охотник. – Каков ловкач. Нашёл способ отвлечь слугу и сам под шумок залез в свою берлогу.

Поглядывая на ночную дорогу, Иезекиль довольно оскалился. Он выяснил имя цели – Маркус Гринч.

– Я запомнил твой запах, парень.

Теперь Охотник знал, откуда стоит начать поиски. Адвокат упомянул, что отпрыск каццо Рудда какое-то время находился в окружной больнице. Кто знает…

Может, там подскажут, где искать Маркуса Гринча?

…

То же время

207-й полицейский участок

Проснуться на рабочем месте для Декстера Крауча – привычное дело. В этот раз кто-то из коллег заботливо укрыл его пледом и старался не шуметь… Что в гвалте «бычьего загона» можно назвать настоящим подвигом. После признания Твикиса всплыл длинный список нераскрытых дел о пропавших девушках. Работники архива с ног сбились, таская ящики с документами.

Декс проснулся из-за шума. В коридоре орал капитан Тадлер:

– Я не отдам вам это дело! – его напряжённый голос разнёсся по всему этажу. – Этот преступник похитил мою дочь. В лепёшку расшибусь, но найду всех, кто связан с «подземельем Твикиса». Судей, телеведущих, банкиров… Мне плевать, кто они! А вы приходите ко мне и говорите: «Теперь это дело ФБР». Хрен вам, а не дело.

– Сэр, – устало произнесла женщина лет сорока, – я могу подать официальный рапорт о предвзятом отношении к делу. Тогда вас отстранят…

Лоуренс Тадлер зло хохотнул:

– Мэм, я и не веду дело. Им занимаются МОИ детективы. А я капитан этого полицейского участка и хочу хорошо выполнить свою работу. У нас есть показания семей выживших девушек. Плюс предсмертное заявление Твикиса, которое любой суд сочтёт за неопровержимую улику. Есть список ВСЕХ, с кем сотрудничал маньяк. Дело, считай, закрыто. И тут приходите вы, парни, требуя его вам передать.

– Не «парни», – дама поправила жетон ФБР, висящий у неё на поясе. – Дело вашего маньяка вышло на федеральный уровень. Мы его заберём, хотите вы того или нет.

– А я не хочу его вам отдавать, – сказал Лоуренс почти ласково. – И сделаю всё возможное, чтобы именно МОИ детективы докопались до правды. Пишите рапорты сколько угодно. Я посажу за решётку всех ублюдков, с которыми работал Твикис! Если они окажут сопротивление при аресте, буду только рад.

Дамочка из ФБР, виляя пышными бёдрами, ушла ни с чем. Капитан Тадлер поправил пиджак и с выражением победителя, написанным на его лице, вошёл в «бычий загон».

– Хорошая работа, – он показал Краучу большой палец. – Как и обещал, с меня должок.

Детективы удивлённо уставились на Тадлера.

– Вы чем-то удивлены, офицеры⁈ – Лоуренс хищно улыбнулся. – Мы за одну ночь взяли маньяка, грязного копа и корейских наёмников. У Твикиса такой послужной список, что его самого ни на одном кладбище не похоронят.

Билл Шарп покосился на Крауча.

– Подозрительно всё вышло. Сразу две девушки в одну ночь заявились и говорят, что им кто-то помог сбежать. А все лавры достаются Краучу.

В первую секунду рука Декстера схватилась за кружку с кофе. В голове аж зазвенело от желания швырнуть её в рожу наглеца. Взяв себя в руки, толстяк скомкал лежавший рядом лист бумаги и кинул в сторону Билла.

– Не тебе, Шарп, ныть о несправедливости, – щека Крауча дёрнулась от негодования. – Занимайся и дальше своими делами об ограблениях. Если что-то серьёзное попадётся… Например, похищение Сары Чой… То так и быть! Разрешаю попросить у Сокола передать мне дело.

Билл с напарником сразу же заткнулись. Все в полицейском участке знали, что капитан Тадлер им подыгрывает. Однако в этот раз дело и впрямь оказалось настолько серьёзным, что лавры за раскрытие «дела года» уйдут Краучу… И только ему! Гада Рона Кандински официально отстранили от расследования.

…

К семи часам вечера Декстер приступил к составлению отчётов для детектив-сержанта. Сначала собрал материалы по подземелью Твикиса. Затем приложил предсмертное заявление маньяка, расшифровку аудио– и видеозаписей с нательных камер офицеров.

Крауч специально загрузил всё в базу участка и архив Департамента полиции Нью-Йорка. Учитывая список всплывших имён подельников, стоит ожидать, что улики могут «потеряться». Одну-две таких пропажи ещё можно списать на случайность, но никак не пять видеозаписей и расшифровок от судебных переводчиков.

Капитан Тадлер прав в одном: дело «о подземелье Твикиса» выйдет слишком громким. Чем больше останется улик, тем выше шанс, что его не заморозят. Официально подтверждено шестьдесят две жертвы. Из них девять проходят по территории 207-го полицейского участка как нераскрытые дела.

Декстер методично делал все необходимые заметки. Затем принялся за точно такое же досье по случаю Сары Чой. Похищение девушки, промышленный шпионаж, сотрудничество с патрульным Вито Сапрено… Больше двадцати страниц рапорта об одном только задержании двух корейских наёмников.

В два часа ночи детектив снова заснул на рабочем месте. Крауч не понимал, что с ним происходит. Сознание раз за разом добиралось до какой-то точки и затем проваливалось в сон.

[Я что-то забыл?] – лёжа в полудрёме на рабочем столе, думал Декстер. – [Работа, дело Твикиса, похищение Сары Чой. Я о чём-то забыл… Поэтому и пишу раз за разом все эти отчёты.]

Бывает так, что человек прячется в работе, избегая проблем на домашнем или личном фронте. В случае Декстера Крауча верен именно такой диагноз.

Этот нюанс понимал «Сокол» Джо Уорч – непосредственный начальник Декса. Понимал Лоуренс Тадлер, прилюдно оказав детективу моральную поддержку. Ворчун Билл Шарп хоть и остёр на язык, но решил не напоминать о Марте Крауч… Точнее, теперь уже просто Марте.

Декстер боялся возвращаться домой. Поэтому и погрузился с головой в бесконечные отчёты.

…

Проснувшись утром одиннадцатого мая, Крауч налил себе кофе и снова взялся за заметки. В случаях Вивиан Тадлер и Сары Чой есть ряд странных совпадений.

КТО-ТО пришёл в логово похитителей и помог обеим девушкам. По отдельности действовали два одиночки. При этом ни одна из девиц не могла их толком описать.

Вивиан называла его «Дьяволом» и утверждала, что он обладал какими-то сверхъестественными силами. Как он выглядел? Как проник в дом? Что именно и как сделал с человеком, следившим за видеокамерами в подземелье? Дочь Тадлера не могла ничего внятно объяснить. Говорила лишь, что почти всё время провела в коридоре, слыша, как Твикиса разделывают на его же дыбе.

В свою очередь, Сара Чой рассказывала, что НЕКТО выключил свет. Затем спустился к ней в подвал и дал телефон, объяснив, куда надо ехать. Девушка не смогла описать ни лица, ни точного возраста, ни уникальных примет. У полиции нет данных для составления фоторобота.

Несколько необычных деталей о своём спасителе Сара всё же сообщила детективам.

– Абсолютно белые руки. Их даже в темноте оказалось видно. Голос с хрипотцой. А ещё телефон сам по воздуху летел, когда он мне его передавал. И наручники открылись без ключа.

Учитывая практически идентичный тайминг обоих случаев, Крауч вписал в отчёт для детектив-сержанта смелое предположение: «работали учитель и ученик». Оба обладали чем-то таким, что детектив не стал описывать словом «магия». Сокол – мужик умный, сам поймёт.

…

За работой прошёл весь день. Поздним вечером одиннадцатого мая Декстер пришёл в кабинет детектив-сержанта с кипой документов. При виде толстяка в помещении «Сокол» отпрянул от стола и замахал рукой перед лицом.

– Детектив Крауч! Вы бы сходили до раздевалки патрульной службы. Там есть душ. У вас такой запашок, словно вы три дня не мылись.

– Четыре, – машинально ответил Декстер и захлопал глазами. – Прошу прощения, сэр. Схожу домой…

Запретное слово оказалось произнесено, и Крауч сразу же поник. Где-то в его голове прорвало плотину накопившегося стресса.

Сделав вид, что не заметил перемены в настроении, Сокол принял папку с отчётом.

– Советую сначала сходить в душ у нас в участке. Запасная одежда до сих пор висит у вас на спинке стула.

Детектив-сержант пробежался по отчёту о странном появлении двух похищенных девиц в участке.

– Хмм, «Дьявол и его ученик», – Джо хохотнул. – А что! Звучит. Дело громкое, и его надо как-то назвать. И этот «Ученик Белого Дьявола» – наша единственная реальная зацепка. Почерк спасения Сары Чой совсем другой. В отличие от случая с Вивиан, он дал себя увидеть. Действовал мягче. Никому вскрытия не делал.

Впав в апатию, Крауч уже толком не слышал детектив-сержанта. Толстяк машинально пожал плечами и ответил:

– Поживу пока в отеле. Не хочу домой возвращаться.

На часах почти полночь. В отделе детективов никого нет. Из-за трёх суток непрерывных поисков Вивиан капитан Тадлер дал всем день отгула.

Тут дверь в кабинет Сокола снова отворилась. На пороге стоял курсант Уэйн Кентуки. Парень опять дежурил в ночную смену.

– Сэр! Хорошо, что вас застал…

Декстер напрягся, прежде чем парень успел продолжить.

– Кентуки! Только не говори, что опять что-то случилось?

– Ага, оно самое, – Уэйн кивнул и развернулся, рукой указывая на выход. – Двойное убийство в больнице Хопкинса. Преступник сразу скрылся. Медики только что отзвонились. Ещё в районе Лоубридж на седьмой улице патрульные приехали на жалобу соседей о странном запахе. Они обнаружили в доме четыре трупа. Ещё случилось странное ДТП. На место происшествия уже выехала машина.

Сержант Уорч с хрустом размял шею. На время, пока Тадлер дал детективам отгул, Сокол решил подстраховать весь свой отдел.

Поднявшись из-за стола, Джо с улыбкой обратился к Декстеру:

– Видимо, сегодня мы с вами будем напарниками, детектив Крауч.