355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джанет Эдвардс » Рубеж (ЛП) » Текст книги (страница 1)
Рубеж (ЛП)
  • Текст добавлен: 31 июля 2020, 13:30

Текст книги "Рубеж (ЛП)"


Автор книги: Джанет Эдвардс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 27 страниц)

Глава 1

Наш улей занимался новогодними приготовлениями, когда начались проблемы с верхними уровнями Синей зоны. Я сидела в парке своего отдела, на скамейке под кленом, и сверху прозвучала тревожная трель.

– Срочный вызов, – произнес спокойный компьютерный голос. – Срочный вызов на происшествие. Команды по местам, ударная группа – во второй лифт.

Чтобы не бежать по извилистой дорожке к ближайшему выходу из парка, я воспользовалась коротким путем: промчалась по траве, перепрыгнула через ручей и зигзагами миновала россыпь карликовых дубов и колонны, поддерживающие парковый потолок.

Вслед за стандартным компьютерным объявлением прозвучал голос Адики:

– Альфа-группа, рейд ваш.

Вновь зазвенел сигнал тревоги; настойчивый звук заставил меня осознать, что я устала и бегу медленнее обычного. Должно быть, все остальные в моем отряде тоже измучены. Мы только что провели крайне выматывающую неделю, занимаясь расследованием на морской ферме улья, и дошли до предела. И отчаянно нуждались в нескольких днях отдыха, прежде чем выходить в новый чрезвычайный рейд.

Но мы не могли баловать себя долгими перерывами между делами. Ведь в идеале защищать сто миллионов людей, живущих в нашем многоуровневом городе-улье должны, по крайней мере, восемь отрядов телепатов, а сейчас их лишь пять. А скоро ситуация станет еще хуже.

Осталось лишь семь недель до закрытия отряда Мортона и операции, необходимой ему для спасения жизни. После этого, в течение месяцев, пока старый телепат полностью не восстановится, поддерживать порядок будут четыре действующих подразделения.

Добежав до выхода из парка, я выбросила из головы неумолчное беспокойство и сосредоточилась на быстрой, насколько возможно, пробежке по коридорам до своих апартаментов. Другие люди тоже спешили, но при виде меня отскакивали в сторону и прижимались к стенам, чтобы без задержки пропустить драгоценного телепата.

У дверей апартаментов я увидела живописную фигуру своего консультанта, Базз. Ее лицо было почти таким же темным, как буйные кудряшки, а помада подходила к платью любимого ей красного цвета. Базз одарила меня обычной широкой улыбкой и дико замахала руками.

– Иди спасай улей, Эмбер!

Я махнула в ответ, влетела в апартаменты и огляделась, надеясь найти Лукаса. Это мой командир-тактик и партнер. Мы всегда старались быстро обняться и обменяться поцелуями до того, как я выйду в чрезвычайный рейд, но на этот раз его не было и следа.

Я отбросила разочарование, ринулась в спальню, стянула одежду и повернулась за нательной броней, висевшей рядом со спальным полем. Надев легкую сетку, я натянула сверху свои вещи и достала с полки для оборудования передатчик.

Вставив его в ухо и включив, я услышала, что Лукас говорит фирменным намеренно успокаивающим и расслабленным тоном командира-тактика.

– В данный момент я отвечаю за чрезвычайный рейд и заканчиваю крайне важную конференцию тактических групп. Приношу извинения, если в какой-то момент заговорю не по тому передатчику.

Это объясняло, почему Лукаса не было дома. Когда поступил срочный вызов, он уже находился в комнате своей группы и принимал участие в звонке-конференции с командирами-тактиками других телепатических отрядов. И не мог уйти оттуда, чтобы поцеловать меня на прощание.

Я вздохнула, взяла с полки оружие и наручный фонарь, проверила, что инфовизор лежит в кармане, и выбежала из апартаментов.

Когда я, задыхаясь, добралась до экспресс-лифтов, Адика и толпа мужчин, стоявших во второй кабинке, отступили на шаг, освобождая для меня место. Адика мгновенно закрыл двери за моей спиной и направил лифт вниз.

Мой телепатический отряд находился на самом верху улья, на первом промышленном уровне. Увеличившаяся скорость лифта подсказала мне, что место нашего назначения не принадлежит ни к одному из пятидесяти промышленных уровней. Мы спускались на один из ста жилых уровней улья.

Я уловила в лифте странную атмосферу. При выходе в срочный рейд ударная группа всегда напряжена и готовится к встрече с неизвестной ситуацией, где на кону могут стоять жизни. Но на сей раз в состоянии ударников чувствовалось что-то необычное, и я заметила, что темное лицо Адики выражает явное неодобрение.

Я уже собиралась прочитать его разум и выяснить, что же происходит, когда он заговорил таким едким тоном, что мог бы выжечь слова на поддерживающей колонне:

– Не потрудится ли Тобиас объяснить, почему его нет в лифте с нами?

Это объясняло странное напряжение. Все члены ударной группы, за исключением Адики, вышли со мной из лотереи-2532 около девяти месяцев назад. И впервые один из них совершил смертный грех, не успев попасть в лифт до телепата.

– Я буду с вами через тридцать секунд, – выдохнул голос Тобиаса в передатчике.

Я представила лицо бедняги, когда он обнаружит, что мы умчались без него, и почувствовала укол вины – надо ж мне было так быстро домчаться до лифта. Затем вспомнила, что сидела в отрядном парке, когда прозвучал сигнал тревоги, и еще бегала в квартиру переодеваться.

Ситуация выглядела совершенно бессмысленной. Ударная группа всегда носит снаряжение с собой, так что Тобиасу следовало оказаться в лифте задолго до меня.

– Я уже был рядом с лифтом, когда понял, что оставил оружие на стрельбище, – добавил Тобиас.

Рофэн, заместитель Адики, возглавляющий альфа-группу, стоял рядом со мной. Он застонал и спрятал лицо в ладонях, так что снаружи остались лишь его каштановые волосы. Остальные члены группы просто вздрогнули и застыли в полной тишине, боясь, что даже излишне громкое дыхание способно навлечь на них гнев Адики. Для ударника лишь один грех может быть страшнее, чем войти в лифт позже телепата – забыть свое оружие.

– Я полагал, что причина твоего отсутствия хоть немного простительна – например, внезапная смерть, – но нет. – Адика отказался от обычного сарказма и цедил слова по одному с просто-таки испепеляющим отвращением. – Ты. Забыл. Свое. Оружие.

– Да, но я вернулся за ним и сейчас нахожусь буквально в двух секундах от лифта, так что… – Тобиас не договорил предложение. – О, вы уже уехали.

– Да, мы уехали, как только Эмбер зашла в лифт, – ответил Адика обманчиво-дружелюбным тоном. – Пожалуйста, раскрой мне тайну, Тобиас. Когда ты прошел лотерейное тестирование и стал кандидатом в ударную группу, какая-то ужасная ошибка заставила тебя пропустить стадию импринтинга?

– Эм, нет, – отозвался голос Тобиаса.

– Информация для кандидата ударной группы, вложенная в твой мозг, каким-то образом упустила тот факт, что ты должен успевать к лифту раньше телепата?

– Нет, – пробормотал Тобиас.

– Она не смогла донести, что ты обязан всегда держать при себе передатчик, оружие и бронежилет?

– Нет, но я не виноват, что забыл оружие, – сказал Тобиас. – Рофэн отправил меня на стрельбище, чтобы…

Адика пренебрежительно фыркнул.

– Тобиас, у тебя плохая привычка винить других в своих ошибках, и ты уже несколько месяцев не дотягиваешь до уровня остальных членов альфа-группы. По окончании этого рейда мы обсудим твой перевод в бета-группу.

– Перевод в бета-группу, – повторил Тобиас. – Ты не можешь перевести меня в…

Его перебил голос Лукаса:

– Сейчас мы должны сосредоточиться на чрезвычайном рейде. Связь, пожалуйста, отключите Тобиаса от канала передачи, чтобы мы могли начать процедуру.

– Тобиас отключен от канала передачи, – ответила Николь, глава моей группы связи.

– Альфа-группа – конечно, за исключением Тобиаса, – выходит, – горько доложил Адика.

– Тактическая группа готова, – откликнулся Лукас.

– Связисты готовы, – присоединилась Николь. – Статус путей зеленый для всей ударной группы, участвующей в рейде.

Я уже достала из кармана инфовизор и постучала по нему, чтобы развернуть. Экран правильно показывал светящиеся точки членов ударной группы, плотно окруживших меня в лифте, и я нажала кнопку переклички.

Дисплей показал распределение ударников на этот рейд. Пять человек слева были назначены моими телохранителями. Моей основной задачей становилась проверка состояния людей, записанных справа и выполняющих более рискованную обязанность преследования целей.

Я быстро просмотрела имена в списке охотников. Обычно их бывало шестнадцать, включая Адику и Рофэна, но сегодня осталось только четырнадцать. Зак еще восстанавливался после недавнего ранения, а Тобиаса мы только что оставили позади.

– У нас зеленый, – сказала я.

Сейчас лифт замедлял движение. Как только он остановился, двери открылись и Адика вышел. Лифты, выделенные для нашего отряда, находились вблизи основных развязок лент на каждом уровне улья, так что уже через минуту или две мы ехали на экспресс-ленте. Ударники, выполняющие роль охотников, стояли по двое-трое между группами обычных пассажиров, а телохранители и Адика защитным строем окружили меня. Знак над головой сообщал, что мы на первом, самом высоком жилом уровне улья, и направляемся на север.

– Объединенная конференция тактических групп закончилась, и я могу уделить вам все внимание, – сказал Лукас.

– Как мило, что мы наконец получили своего командира-тактика, – неодобрительно отозвался Адика.

Лукас вздохнул.

– Говоря, что объединенная конференция тактических групп крайне важна, я не преувеличивал. Эмбер, боюсь, сразу после рейда нам придется провести совещание глав групп, чтобы обсудить некоторые новости.

Я сморщила нос. После чрезвычайного рейда отряды телепатов получают обязательный восстановительный период в двадцать четыре часа. Если другие работники временами могли выполнять какие-то срочные работы, то мне, по настоянию Лукаса, следовало отдыхать как можно больше. Мой командир-тактик цитировал мрачную статистику, как переработка телепатов приводит к росту несчастных случаев в ударных группах. Если он хочет, чтобы я немедленно после рейда поучаствовала во встрече руководителей групп, должно быть, произошло что-то серьезное.

Инстинкт требовал связаться с разумом Лукаса и выяснить, что не так, но он находился на первом промышленном – в пятидесяти уровнях выше меня. Между нами пролегали десятки тысяч разумов, и я не могла добраться до Лукаса. Сейчас он давал информацию по нашему чрезвычайному рейду, поэтому я заставила себя сосредоточиться на его словах.

– Мы получили сообщение, что из потолочной вентиляции в коридоре первого уровня капает кровь. Возможно, технический работник получил случайное ранение, находясь в вентиляционной шахте или ремонтном лазе, но в этом районе уже назначен проверочный рейд из-за недавних неспецифических предупреждающих сигналов.

Я нахмурилась, услышав незнакомую фразу. Наш улей не решался тревожить уникальные способности телепатов, вкладывая в их мозг импринтированную информацию, поэтому мне приходилось все узнавать самой. Даже после месяцев чрезвычайных и проверочных рейдов я постоянно натыкалась на вещи, которые не понимала.

– Что ты называешь неспецифическими предупреждающими сигналами? – спросила я.

– Поступают сообщения, что в месте нашего назначения что-то не так, – ответил Лукас. – Но люди не могут точно объяснить, что же их беспокоит.

– Они просто жалуются без причины, – пробурчал Адика, явно все еще пребывающий в дурном настроении из-за опоздания Тобиаса к лифту.

– Возможно, так, – спокойно согласился Лукас. – А может быть, они подсознательно замечают признаки проблемы. Например, поведение или манера речи соседа исподволь меняются по мере роста склонности к насилию.

Я кивнула. Практически все сто миллионов жителей нашего улья относились к ручным, как я их называла, пчелам и мирно работали на общее благо, но некоторые потенциально могли превратиться в опасных диких. Да, люди могли замечать тревожные знаки.

– Неспецифические предупреждающие сигналы особенно существенны, когда исходят с такого высокого уровня, – продолжал Лукас. – Люди, живущие на первом уровне, не просто наиболее важны для улья. Среди них велика доля рассудительных и надежных свидетелей. Они хорошо подумают, прежде чем обращаться в службы здоровья и безопасности.

Он помолчал.

– Таким образом, мы полагаем, что кровь – это результат нападения, а не случайного ранения, и связисты эвакуируют район. Мы считаем, что вам предстоит разобраться с одной целью. Поведенческие проблемы этого человека какое-то время усиливались и внезапно вылились в насилие.

– Вероятно, цель вооружена ножом, – сказал Адика.

Во время чрезвычайных рейдов Лукас, как правило, говорил спокойно и расслабленно, чтобы поддержать веру в нашу способность справиться с любой предстоящей ситуацией, но сейчас добавил в голос жестких нот.

– Да. Эта цель уже серьезно ранила по крайней мере одного человека и нападет на любого, кто к ней приблизится. Вы должны попытаться оглушить преступника, но при необходимости будьте готовы стрелять на поражение, чтобы спасти другие жизни.

Я не использовала телепатию, но все же почувствовала сдвиг в настроении ударной группы, ответ на мрачную решимость в голосе Лукаса. Тобиас был забыт, и ударники сосредоточились на ожидающей их проблеме.

Отдаленный ритмичный речитатив привлек мое внимание, а Адика застонал.

– Лукас, на следующей развязке лент патруль носача. Тебе придется подождать, пока мы не минуем его, а затем закончить речь.

Теперь я могла видеть впереди пять фигур из взвода. Четыре охранника в синей форме служб здоровья и безопасности и носач в сером костюме и маске.

Я предположила, что звук исходит от толпы на перекрестке лент, но ошиблась. Крупную развязку должны были наполнять люди, переходящие с одной экспресс-ленты на другую, но отряд носача, очевидно, стоял здесь уже несколько минут, поскольку место оказалось почти пусто. Большинство путешественников предпочитали остаться на ленте и проехать дополнительный кусок, но не приближаться к тому, кого они считали телепатом, проверяющим разумы на преступные мысли. И только те, кого совершенно не волновали ментальные тайны, упрямо проходили мимо патруля.

На самом деле, речитатив шел от людей с нашей экспресс-ленты, повторяющих таблицу умножения в попытке закрыть доступ носачу к своим разумам. Когда мы приблизились к патрулю безопасников, группы пассажиров, стоящих между членами моей ударной группы, тоже принялись напевать примеры.

– Дважды пять – десять.

– Дважды шесть – двенадцать.

Все детство я верила, что носачи в сером – истинные телепаты. В школе меня учили, что мы должны быть им благодарны за поддержание в улье полной безопасности, но вся моя семья испытывала отвращение и страх перед жуткими созданиями, с их скрывающим все тело серым нарядом и нечеловеческой формы маской на голове.

Выйдя из лотереи телепатом, я узнала правду. Носачи были обычными людьми, как и их охранники, одетыми в намеренно пугающие костюмы и патрулирующими улей, чтобы не дать людям даже помыслить о совершении преступлений.

Теперь я знала правду, но мои родители и младший брат по-прежнему верили в миф о носачах и яростно их ненавидели. Я жила в ужасе, что моя семья обнаружит: я возглавляю не стандартный отряд безопасности, а телепатическое подразделение. Одного этого хватит, чтобы испортить отношения с родными, а уж если они узнают, что я сама телепат…

Когда мы поравнялись с патрулем носача, напев вокруг меня превратился в крещендо.

– Дважды семь – четырнадцать.

– Дважды восемь – шестнадцать.

Я, истинный телепат, притворявшийся обычной девушкой, повернулась к простому безопаснику, изображавшему телепата. Я увидела, как фигура в сером выступила вперед и заговорила с проходящей мимо женщиной 145a05. Та испуганно поднесла руки ко рту, затем повернулась и бросилась бежать.

– Что там произошло? – спросила я. – Почему та женщина убежала от патруля?

– Понятия не имею, – угрюмо ответил Адика. – А еще не понимаю, почему связисты не убрали этот патруль с нашего пути. Им пора знать, что все это пение нарушает твою концентрацию. В любом случае, взводы носачей не должны шататься вокруг перекрестка лент, мешая транспортным потокам улья.

– Мы не убрали патруль, потому что носач был пограничным телепатом со срочной миссией подтверждения, – объяснила Николь.

Значит, это был не обычный безопасник в маске. Не один из пяти драгоценных истинных телепатов улья, но один из тысяч пограничных, способных лишь случайно заглядывать в ближайшие разумы.

– Что такое «миссия подтверждения»? – уточнила я.

Мой консультант, Базз, обычно лишь прослушивала передатчик во время рейдов, но не вмешивалась. Однако она сама была пограничным телепатом, значит, лучше всех могла ответить на мой вопрос.

– Патрули носачей используют намеки, вроде языка тела, чтобы выделить людей, боящихся, что их преступный секрет раскроют, – сказала она. – Тогда человек, играющий носача, подходит к подозреваемому и говорит что-то таинственное, например: «Лишь виновным есть чего бояться», – в надежде спровоцировать признание.

Она помолчала.

– Разумеется, нам не поймать таким образом всех мелких преступников, но граждане улья приучены с рождения верить, что перед ними истинные телепаты, поэтому такая тактика удивительно эффективна. Те, кого носачи не тронули, обычно думают, что их спасли какие-то личные защитные уловки, например, концентрация на невинных мыслях.

Базз вздохнула.

– Но некоторые люди начинают что-то подозревать и распространять слухи, что носачи – не настоящие телепаты. Очень важно поддерживать у населения улья веру в миф, поэтому как только поступает подобное сообщение, на патрулирование выходит пограничный телепат в костюме. Он сталкивается с виновником на виду у как можно большего числа свидетелей, говорит о глупости бунтаря и выдает несколько тщательно подобранных фактов о его жизни. Если пограничному телепату удается еще и получить отклик от разума человека, это становится совершенно убедительным подтверждением, что носачи действительно способны читать мысли.

Адика ворчливо фыркнул, принимая объяснение.

– Полагаю, патруль носача действительно не зря там находился.

– Сейчас, когда вы освободились, я продолжу, – сказал Лукас. – У вас есть две равнозначные задачи – задержать цель и обеспечить раненому срочную медицинскую помощь.

– Хочешь сказать, нам самим придется лечить пострадавшего? – спросил Адика.

– Да, – подтвердил Лукас. – Кровопотеря указывает на серьезные ранения, так что скорость оказания помощи чрезвычайно важна. Группа связи держит наготове медицинскую группу неподалеку от места событий, но мы не можем рисковать, посылая врачей в ремонтные ходы, когда активная и жестокая цель, возможно, еще находится вблизи пострадавшего или пострадавших.

– Понятно, – ответил Адика. – Но у нас с собой только стандартные аптечки.

– Медицинский курьер пересечется с вами по пути к сцене преступления, – заверила Николь. – И передаст вам более полные средства оказания помощи, включая генетически нейтральный набор для срочного переливания крови.

Адика с сомнением фыркнул.

– Импринтинг ударной группы покрывает простейшие методы лечения при ножевых ранениях, но не переливание крови.

– Меган и медицинский персонал нашего отдела у передатчика, – сказала Николь. – Они оценят необходимость процедуры и обговорят с вами детали.

– Рофэн и Дирен, вы формируете красную группу, цель которой – обнаружение и лечение раненых, – распорядился Адика. – Все остальные охотники входят в синюю группу и должны выследить и задержать нашу цель.

– Моя группа сейчас связалась со всеми ремонтниками в этом районе, – доложила Николь. – В том числе, с работниками в лазах над потолком первого уровня и с теми, кто находился выше, на нулевом уровне. Они подтверждают, что не пострадали и уже эвакуировались.

Я скривилась при упоминании нулевого, гигантского промежуточного уровня, отделявшего жилую часть улья от верхней – промышленной. Я была там лишь считанные разы во время чрезвычайных или проверочных рейдов. Моя ударная группа получила базовые знания о всей территории улья, но нулевой уровень так сложен, что ребята все еще путались в нем, а я чувствовала себя совершенно ошарашенной до дикости разнообразными районами со специальным оборудованием.

– Если все ремонтные рабочие в безопасности, кто же ранен? – спросил Рофэн.

– Мы считали, что цель встретила технического работника в ремонтном лазе и напала на него, – ответил Лукас. – Теперь кажется более вероятным, что преступник или заманил кого-то в эти коридоры, или вынес туда тело.

– Приближаемся к месту событий, – предупредил Адика.

Я моргнула.

– Уже?

– Нападение произошло необычно близко к нашему отделу, – отозвался Лукас.

– Именно поэтому вы прибыли, когда эвакуация из этих мест еще продолжается, – указала Николь. – Ударная группа должна немедленно спрыгнуть с ленты, поскольку перекресток района 500/2500 впереди явно забит.

– Спрыгиваем с ленты, – приказал Адика.

Мы перешли с экспресс– на среднюю, а затем на медленную ленту, и наконец, пошли пешком. Пятеро телохранителей окружили меня.

– Идите по первому коридору на запад, – инструктировала Николь, – а на следующем перекрестке поверните на север, чтобы добраться до безопасного для Эмбер места.

Адика ввел нас в жилой коридор, и меня поразило расстояние между дверьми апартаментов. Впечатляюще крупное жилье, даже по меркам первого уровня.

– Передатчики – в визуальный режим, – приказал Адика.

Мы все настроили передатчики, раскрывая камеры.

– Визуальная связь зеленая для всей ударной группы, – отчиталась Николь.

Адика бросился бежать по коридору. Лидер пятерых моих телохранителей, Матиас, подхватил меня на руки и помчался следом. Когда мы достигли следующего пересечения коридоров и повернули на север, я увидела человека в форме аварийных служб в яркую диагональную красно-синюю полоску. Он протянул два красных рюкзака, и Рофэн с Диреном подхватили их на бегу.

– Ваше безопасное место находится в первой квартире, в дальнем конце этого коридора, – сообщила Николь. – Один из телохранителей хозяина ждет вас там.

Я подняла брови. При наличии лишь пяти телепатов в нашем улье моя безопасность имела такое значение, что Адика никогда не выпускал меня из отдела без присмотра нескольких охранников. Раз владелец этой квартиры также имеет телохранителей, он тоже чрезвычайно важен для улья.

– Кому принадлежит эта квартира? – спросила я.

– Главе службы политики улья, – сказал Лукас. – Мы отправляем вас в его апартаменты, потому что они на расстоянии всего одного коридора от места, откуда, согласно сообщению, капает кровь, и обладают укрепленной центральной частью, идеально подходящей для Эмбер.

– Глава службы политики разрешил нам воспользоваться своими апартаментами? – тревожно переспросил Адика.

– Да. Большинство людей вне сил законопорядка верят в миф о носачах, но старшие сотрудники службы политики участвуют в переговорах с другими ульями и должны знать правду о телепатах.

Лукас рассмеялся.

– Старший посланник Эллиот говорит, что счастлив предоставить свою квартиру для обеспечения безопасности телепата, но просит, чтобы ударная группа постаралась не причинить ущерб доске для серфинга, имеющей огромную моральную ценность.

– Группа телохранителей отведет Эмбер в квартиру и не прикоснется ни к чему, хоть отдаленно напоминающему доску для серфинга, – отозвался Адика. – А мы все подождем в коридоре.

Мгновением позже мы подошли к открытой двери апартаментов. Матиас внес меня в устланную роскошным ковром прихожую, а остальные четверо телохранителей окружили нас защитным строем.

У двери в конце прихожей стояла мускулистая женщина в неброском сером комбинезоне.

– Это укрепленная центральная часть апартаментов.

По пути я отметила внушительную толщину укрепленных двери и стен. Похожим образом обустроены и мои апартаменты на случай, если кто-то вторгнется в наш отдел и охранникам придется защищать меня дома. Но укрепленная центральная часть оказалась меньше моей и включала только гостиную с сине-белыми стенами.

Когда Матиас опустил меня, я с любопытством оглядела комнату. Очевидно, глава службы политики любил синий цвет. Тот был повсюду. Драгоценная доска для серфинга висела на одной стене гостиной, а другую занимали изображения Паскуале, знаменитого певца и автора песен из Синей зоны.

Похоже, старший посланник Эллиот, подобно мне, родился и вырос именно там. Я подошла рассмотреть доску для серфинга – та выглядела старой и потертой, но большая часть синего и золотого орнамента сохранилась, а в центре располагалось знакомое кобальтовое сердце.

Целых пять лет на пятидесятом подростковом уровне я занимала комнату в том же коридоре, что и Форж, ставший сейчас заместителем Адики и возглавляющий бета-группу. Форж состоял в юношеских командах зоны и по плаванию, и по серфингу, поэтому я провела немало времени на пляже, болея за него в межзональных подростковых соревнованиях. Сердце означало принадлежность владельца доски к сборной Синей зоны по серфингу.

Подтвердив свою теорию относительно старшего посланника Эллиота, я уселась в обитое неизбежным синим кресло. И уже собиралась закрыть глаза, когда поняла, что мускулистая женщина маячит в дверном проеме, с любопытством глядя на меня.

– Я принадлежу к отделу персональной защиты сил законопорядка, – сказала она. – Я обучена боевым искусствам и знаю каждый дюйм коридоров в этом жилом квартале. Если могу чем-то помочь…

– Боюсь, не можете, – ответил Матиас. – Это работа для специалистов, и вы должны сейчас же эвакуироваться.

Она вздохнула, неохотно отступила, и Матиас твердо закрыл за ней дверь.

– Телохранители на месте, – доложил он.

– Эмбер, место появления крови в одном квартале к северу от тебя, – сказал Лукас. ягзшуз – Первым делом ты должна проверить, нет ли раненых в технических лазах над первым уровнем. Если там никого не обнаружится, переходи к осмотру нулевого уровня. Возможно, кровь просочилась оттуда.

Я закрыла глаза и потянулась вперед телепатическим чувством.

Глава 2

Теперь стены, потолок и пол пропали из виду. Я висела в темной пустоте в окружении пяти знакомых сияющих разумов своих телохранителей. Чтение мыслей ударников обычно помогало мне сориентироваться перед осмотром территории в поисках цели, поэтому я связалась с разумом Матиаса. Его развеселило, что сотрудница отдела персональной защиты предложила помощь ударной группе телепата.

«…ее импринтинг включает лишь кратчайшее упоминание о телепатических подразделениях. Ей неизвестно ни о физических требованиях, ни о знаниях, необходимых…»

Глубже в уме Матиаса, ближе к подсознанию, раскручивалась цепь мыслей о Тобиасе.

«…и Адика прав: Тобиас винит в своих неудачах всех, кроме себя. Никогда не забуду, как он ныл мне о…»

Появилась последовательность воспоминаний с искаженными, окрашенными красной гневной дымкой образами. Мрачный Тобиас разговаривал с Матиасом.

– Абсолютно несправедливо, что лотерея украла у меня шанс занять один из двух постов заместителей. В восемнадцать лет я был даже быстрее и сильнее старшего брата. Лотерея дала ему импринтинг главы ударной группы, значит, и мне явно следовало получить такой же.

В ответе Матиаса я почувствовала злость.

– Лотерея ничего у тебя не крала, Тобиас. Для импринтинга лидера ударников кандидату нужны другие качества, помимо скорости и силы, и лотерейное тестирование, должно быть, показало, что у тебя их нет. Если у кого-то и украли шанс на должность заместителя, так это у меня.

– Но ты был одним из пяти счастливчиков, кому вложили знания главы ударной группы, – сказал Тобиас.

Матиас окончательно вышел из себя и заорал:

– Я не был счастливчиком, Тобиас! Скорее, неудачником. Лотерея определила меня лидером ударной группы, поскольку я обладал всеми необходимыми способностями, но в самый важный момент, когда Адика выбирал себе заместителей, я слег с аппендицитом.

Он помолчал, переводя дух.

– Я лишился возможности произвести впечатление на Адику, получить продвижение, но не сидел и не хандрил по этому поводу. Я согласился, что не все, получившие знания для поста, смогут занять его в действительности, тяжело работал, чтобы набрать форму, и делал все возможное, служа моей группе, моему телепату и улью. Вот чем тебе следует заняться вместо…

Я выбралась из этой цепочки воспоминаний и перешла от Матиаса к ожидавшим охотникам. Мимо них передвигался разум незнакомки, ее мысли горели разочарованием.

«…представляла, как встречу одного из пяти телепатов в чрезвычайном рейде. Окажу ударной группе жизненно важную помощь и, в итоге, присоединюсь к ней…»

Ее настроение резко изменилось.

«…но это не фантазии. Жизни в опасности, и я должна отойти в сторону и позволить специалистам…»

«…телепат выглядела так молодо. Должно быть, именно она вышла в этом году из лотереи. Люди в силах законопорядка прозвали ее отряд «ангелом света» по кодовому названию, полученному во время задания…»

Я продолжила поиск дальше на север. На втором уровне виднелось множество сияющих умов, но здесь, на первом, и выше, на нулевом, ничего, кроме черноты. Я миновала, по крайней мере, три квартала, затем наткнулась на массу встревоженных людей. Их мысли смешались, подобно тысяче оглушительных голосов. Я проверила первого попавшегося человека и обнаружила, что стою в торговом районе возле витрины с яркими новогодними нарядами.

– Ты нашла цель, Эмбер? – спросил Адика.

– Между нами и торговым районом никого нет, ни на первом, ни на нулевом уровне. По крайней мере, никого живого. Я не нашла и следа мыслей даже на подсознательных уровнях.

Адика застонал.

– Значит, мы опоздали с помощью раненому.

– Я не вижу и дикой пчелы, – продолжала я. – Лукас, мне расширить область поисков?

– Сперва попытайся немного подняться, – сказал Лукас. – Потолки нулевого уровня обычно вдвое выше, чем в стандартных апартаментах, но в некоторых районах, по требованию специалистов, они достигают и больших размеров. Наша дикая пчела могла забраться по технической лестнице и попытаться проникнуть на основные промышленные уровни улья.

– Мы получили планы этого участка нулевого уровня и посылаем их всем на инфовизоры, – хмуро вступила Николь. – Но мы не можем разобраться в схемах. Эта территория занята под гидропонику, и здесь расположено множество баков, соединенных лабиринтом технических лестниц и подвесных проходов. Высота потолков может быть больше обычной, чтобы хватило места для емкостей, но мы не понимаем, насколько именно. Пытаемся рассчитать уровень потолка, исходя из объема баков, но, должно быть, где-то ошибаемся, потому что наши ответы нелепы.

– Специалист-математик моей тактической группы, Халли, вероятно, сможет вам помочь, – сказал Лукас.

– Попытаюсь поискать выше. – Я потянулась сквозь темноту. – По-прежнему не нахожу никаких разумов, и без точки отсчета мне трудно судить о высоте.

Внезапно в коммах послышался взрыв смеха, и заговорил голос Халли.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю