Текст книги "Вирус войны (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 29 страниц)

Глава 23

…Креон наблюдал за толпой, скопившейся у подъезда. Женщины и мужчины в темных, официальных одеждах. В основном пожилые. Молодых почти никого нет. Они чего-то ждали. И, когда подъехала машина, из которой вынесли продолговатый, обитый тканью ящик, встрепенулись. Притихли. Начали совершать странные, скорее всего, ритуальные жесты.

Он смотрел. Ждал. Толпа позволяла подобраться к подъезду вплотную. Тем более дверь оставили открытой. Если ему удастся подняться на Ольгин этаж… То встанет вопрос с ключом от квартиры. Можно попытаться взломать замок, вот только навыков у него нет. Как и других, необходимых при выживании…

За неполные двое суток, проведенных в одиночестве, он уже успел понять, что совершенно не годится на роль первопроходца. Ночевать приходилось на улице. И, если бы не ликос, неизвестно, чем бы эти ночевки закончились. Зверь согревал и отгонял тех, кто проявлял к ним интерес. Вот только привлекал внимание…

Светлую гриву пришлось обкорнать острым осколком бутылки, добытым на помойке. Там же заставить Арея изваляться в пыли и грязи. Чистоплотное животное смотрело на него укоризненно, но после долгих объяснений согласилось брезгливо покататься в нужном месте. Теперь ликос выглядел странно и непривычно, но куда больше походил на земных собак, хотя все равно оставался крупнее. Сильнее. И умнее.

Утром он предотвратил кражу из магазина, возле которого они крутились в надежде найти немного еды. В награду им выдали немного продуктов. Какой-то специальный корм для собак, который Арей поглощал с невыразимым отвращением на морде, а еще сухари и воду, которые попросил Креон. Продавщица, кажется, догадалась, что они бездомные, но вопросы задать не успела. Оставаться в том районе больше было нельзя.

В этом городе, да и на всей планете, принц знал лишь одно место, куда в итоге и направился. Он запомнил дорогу, когда они добирались от дома Ольги на корабль. Сориентироваться среди похожих улиц оказалось сложно. Но они все же пришли. Вот только что делать дальше?

Арей боднул его в бедро, выказывая нетерпение. Креон поймал испытующий взгляд партнера по скитаниям. Хорошо, что Байон отправил его следом. Раххи ненавидят ликосов. И точно убили бы, да и хороший охранник никогда не сдался бы в плен без боя. Теперь у него есть шанс выжить. У них обоих. Нужно лишь немного удачи.

Принц осторожно направился в сторону толпы. Понаблюдав за землянами, он научился сутулить плечи, засунув руки в карманы, натягивать капюшон толстовки на голову, глядя под ноги, и тем самым привлекать как можно меньше внимания. Арей бежал рядом, вывалив язык и поглядывая по сторонам, словно тоже пытался прикинуться глупой шавкой.

– Ох, горе-то какое…

– Да уж… Я вчера весь день ей звонила. Не в зоне действия сети. Уже не знаю, что и думать. Может, уехала куда?

– Наша Олюшка? Уехала? И похороны без присмотра оставила? Да разве она так могла? Нет, чует мое сердце, что-то тут нечисто…

Он едва не сбился с шага, услышав знакомое имя. Усилием воли заставил себя не поворачивать головы, но остановился завязать шнурки на обуви. От Байона Креон уже знал, что Ольга тесно общалась с соседками и помогала им. Значит, говорят о ней, а не о какой-то неизвестной женщине.

– А вон там стоит – это кто приехал? – спросила пожилая женщина в цветастом платье, кивая куда-то в сторону.

Пришлось чуть повернуться и потрепать Арея по обрезкам гривы, чтобы разглядеть, о ком идет речь. За квартирой могли следить этроссы. Но их ликос должен учуять. Пока тот лишь возмущенно клацнул зубами, всем видом показывая, что не желает привлекать внимание к своему уродству.

В стороне от толпы действительно находился мужчина. Седой. Невысокий. В костюме, смутно похожем на военные мундиры Киориса. В шляпе с небольшим козырьком. В темных очках. Он курил трубку и не торопился подходить к остальным. Но смотрел четко на украшенный ящик. И хмурился.

– Я слышала, у Томочки был знакомый. Военный. Вроде как они с ним в юности даже пожениться собирались, но что-то там не заладилось. Может, он и приехал.

Военный. Пожилой. Креон постарался запомнить человека, медленно поднялся на ноги, снова согнул плечи и направился к подъезду. Внутри все оказалось проще. На восьмой этаж они поднялись пешком, проверяя лестничные клетки и прислушиваясь к происходящему в квартирах. Арей еще и принюхивался, но оставался спокойным. Либо Этра уже нагрянула и изъяла все необходимое, либо не заинтересовалась местом жительства пленницы. Что могло означать лишь одно…

Мысль заставила замереть. Стало вдруг холодно. И как-то непонятно… Он не хотел, чтобы Ольга погибла. Война и без того принесла много потерь. И еще принесет. Но если погибнет она… Показалось, что в подъезде стало темнее. А холод дрожью прошел по телу.

Дверь ее квартиры ожидаемо оказалась заперта. И, если ее и открывали, то, скорее всего, родным ключом. Следов взлома он не заметил. Впрочем, технологии Этры наверняка позволяли вскрыть замок так, чтобы никто не понял.

Еще один вариант – забраться на чердак. Там хотя бы будет тепло и сухо, если пойдет дождь. К тому же, можно обустроить вполне приличное убежище. Стоило проверить…

Они снова поднялись пешком, чтобы увидеть аккуратный, но надежный замок. Конечно, его можно было снять. Выбить. Или подпилить… Последняя мысль заставила задуматься об инструментах. Даже если выбрать в качестве убежища любой другой дом, инструменты могут пригодиться. Кажется, им придется вернуться на помойку и поискать что-то подходящее. Или наведаться в магазин… Красть не хотелось. Все же его воспитывали совсем не так, но… Где гарантии, что еще один житель Земли окажется столь же отзывчивым, как Ольга? Теперь, после нескольких дней пребывания на планете, Креон отлично понимал, что ему невероятно повезло попасть именно к ней. В большинстве своем земляне оказались агрессивными, напряженными и напуганными, что вполне объяснялось текущей ситуацией, но не давало ему никаких гарантий…

Пришлось спускаться обратно. И на Ольгином этаже увидеть того самого мужчину, осматривающего ручку ее двери. Тот резко вскинул голову, заметив движение. Они встретились взглядами. Очки мужчина снял. Лицо у него оказалось морщинистым и загорелым. Словно пропитавшимся солнечными лучами. А вот глаза оказались светлыми. Немного водянистыми. То ли серыми, то ли голубыми. Взгляд – прямой. Оценивающий. Жесткий. Но без агрессии и привычного уже страха.

– Здравствуйте, вы из какой квартиры? – четкий голос человека, привыкшего отдавать команды. Нападение, как лучшая защита. Знакомая тактика. Талия говорила, что так легче сбить противника с толку.

Креон медленно и молча спустился по последнему, разделявшему их пролету. Плечи распрямились сами собой. Арей повел носом, но не проявил к незнакомцу никакого внимания. Уже неплохо.

Принц провел рукой по голове, стягивая капюшон и глядя на мужчину сверху вниз. Медленно кивнул в сторону знакомой двери и очень старательно произнес на чужом языке:

– Из этой…

Человек нахмурился. Густые брови почти сошлись над переносицей.

– Что-то я тебя не помню, парень.

– А я вас… Вы – родственник?

Выговаривать слова приходилось медленно и с паузами, которые собеседник наверняка заметил.

– Знакомый. А ты?

– Тоже.

– Ольга про тебя не говорила.

– И про вас…

Разговор явно не складывался. И стоило уйти, не начиная его. Что Креон и попытался сделать. Отступил на шаг назад. Плавно повернулся и начал спускаться по лестнице, когда сзади раздалось:

– Стой, стрелять буду!

Приглушенное рычание Арея стало лучшим подтверждением того, что угроза вполне реальна. Принц медленно обернулся. Зверь занял позицию между ним и стариком, который вполне уверенно сжимал в руке небольшой пистолет. На ликоса он только покосился и перевел взгляд на Креона.

– Псину отзови. Я все равно выстрелить успею. Мне терять нечего.

Не врет. И спокоен. Настоящий военный. Пожилой. Опытный. Может быть, ему все-таки повезло и удастся договориться?

– Арей.

Имени оказалось достаточно, чтобы ликос немного расслабился. А вот человек даже не думал о таком. Сунул свободную руку в карман и достал оттуда связку ключей.

– Иди сюда. И без глупостей.

Он поворачивался так, чтобы оружие все время смотрело Креону в грудь. Скупым движением бросил ключи, которые принц легко поймал.

– Открывай, – кивок головы указал на нужную дверь.

Арей продолжал держаться между ними, и киориец спокойно, хоть и не сразу открыл замок. Но стоило потянуть за ручку, его тут же одернули:

– Стой! Шаг вправо. Теперь тяни на себя, пусть твоя псина первой заходит.

Ликос обернулся и смерил человека взглядом. Коротко рыкнул, после чего неторопливо и величественно прошествовал в открытую квартиру.

– Заходи!

Старик подошел ближе, продолжая держать его на прицеле. Талия или Икар наверняка смогли бы его обезвредить без шума. А вот Креон такого не умел. Только ждать. И говорить.

В квартиру он зашел спокойно и сразу отошел от двери, ожидая своего сопровождающего.

– Топай на кухню! – буркнул тот, продолжая хмуриться, и остался закрыть дверь.

На кухне киориец сел на стул, не дожидаясь приглашения. И спокойно встретил появление мужчины.

– Уберите, – он кивнул на оружие. – Говорить надо.

– Надо, – мрачно кивнул незнакомец, огляделся по сторонам, и ногой подтащил к себе табуретку. Сел, продолжая прижимать руку с оружием к боку. – Говори.

– Плохо знаю ваш язык… Вы знали Ольгу.

По лицу старика прошла судорога.

– Почему знал? Она что…

– Не знаю. Но ее забрали. Вы знаете, кто… Военные должны знать…

Теперь лицо мужчины неуловимо разгладилось. Стало сосредоточенным.

– Так… Ты вот что… Говори, как можешь. А что не можешь – рисуй. Там на столе записные книжки и ручки есть. Понимаешь ты меня точно хорошо, значит, на вопросы ответишь. Кто ты и откуда?

Где-то он это уже слышал…

Глава 24

Иван Александрович дымил трубкой. Несмотря на приоткрытое окно, запах табака заполнил небольшое помещение, от чего у Креона щекотало в носу. Диалог с отставным военным вышел совсем не похожим на разговор с Ольгой. Мужчину интересовали детали. Оснащение кораблей. Форма. Маневренность. Численность экипажа. Виды оружия и многое, многое другое.

На новость о том, что он разговаривает с очередным пришельцем, старик отреагировал на удивление спокойно. Кажется, что-то подобное он и подозревал. А убедившись, что собеседнику некуда бежать и сопротивление он оказывать не собирается, гость даже представился и убрал оружие. Точнее отложил на рабочую поверхность рядом с раковиной, продолжая держать Креона в поле зрения.

Говорили долго. Принц успел немного охрипнуть, хотя в больше степени демонстрировал рисунки, максимально приближенные к чертежам, а также зарисовки этроссов, раххов, их планет и вооружения. Теперь он пил чай из пакетиков, который человек нашел на полке и даже вежливо заварил, и ждал, пока Иван Александрович озвучит свои выводы.

Старик не торопился. Но, как любой военный, не любил тратить время.

– Несколько дней назад, – медленно начал он изменившимся тоном, по которому стало ясно, что допрос завершен, и началась беседа, – мы засекли подозрительную активность на орбите. Спутников у нас не осталось, зато телескопы работают, да и фейерверк был такой, что невооруженным взглядом видно. Мы пытались наблюдать за этими… – лицо его искривилось в презрительной гримасе. – Вот и заметили кое-что странное. Сначала подумали, что они там между собой передрались, но потом все стихло, и ничего-то не изменилось. Значит, мы что-то упустили… В общем, рассказ твой вполне укладывается в известную нам картину. А уж детали… Я видел фотографии кораблей, сделанные через тот же спутник. Память у меня, может, и не такая, как раньше, но такое не забудешь…

Старик кивнул на исписанные и изрисованные листки.

– В общем, многое сходится. Так что, ты либо засланный казачок, либо говоришь правду.

Креон моргнул, пытаясь понять смысл фразы. И человек сразу заметил его смятение. Усмехнулся. Но не зло, а как-то снисходительно.

– Наше выражение. Знаешь, парень, для шпиона ты уж слишком приметный. Да и читаешься на раз-два. На лице все написано. Хотя выдержка, конечно, хорошая. Я бы тебя посадил под замок на пару денечков. На хлеб и воду. Да и укольчиков пару штук сделал. Через детектор пропустил. А потом послушал. Да только… Ни средств, ни времени нет. Да и… – его окинули быстрым, цепким взглядом. – Есть у меня чутье на людей. И пока еще ни разу не подводило. Надеюсь, что и не подведет. Сколько лететь от вашей планеты до Земли?

– Десять дней.

– А сбили вас?

– Сегодня пятый день.

– Значит, если подкрепление все-таки отправили, мы об этом узнаем еще дней через пять. Ну, плюс один-два, – мужчина как-то странно усмехнулся. – А ведь как раз девятое мая будет… Да, символично, однако.

– Что вы хотите сделать? – проявил интерес киориец, не забывая пить чай.

– В том-то и дело, что ни черта мы сделать не можем, – первый раз за разговор он проявил агрессию. – Эти… блокируют наши радио-частоты. Гражданские оставили, там ничего интересного, а вот военные… И ведь как-то вычислили, сволочи. В общем мы ни ракеты запустить не можем, ни еще что поинтереснее. Всем бортам дана команда лишний раз не высовываться. Летают только гражданские суда, да и там… В общем, нас накрыли плотным колпаком. Оружие есть, но доступа к нему как такового нет. И все это случилось примерно в одно и то же время. Раз, – он щелкнул пальцами, – пропала связь, два, – еще щелчок, – и нас отрезали, три – союзники начали бить тревогу. И с тех пор – затишье. Правительства косятся друг на друга. Думают, кому и что инопланетяне предложили. О чем попросили. Объединяться даже не думают. Да и… – он с досадой махнул рукой. – Некому. Самое современное оружие у нас, и у американцев. А между нами – океан. И отсутствие радио-связи. Европа вообще лапки кверху сложила, им там новые виды энергии предложили, они и рады. У китайцев… Не знаю. Я вообще не так уж и много знаю. Сын сейчас служит, не я. Вот и… рассказывает, как есть. Со мной же не забалуешь, я сразу знаю, когда он врать пытается. Но и все рассказать не может, тайна.

Креон посмотрел на чертежи, вспоминая примерное устройство старых кораблей Этры. Новые выглядели иначе, и явно обладали куда большей мощностью, но, если могли глушить примитивный радио-сигнал…

Карандаш лег в ладонь и заскользил по бумаге. Вряд ли частоту глушат полностью. Проще закрыть определенную местность. Отрезать основные узлы связи и базы, расположение которых этроссы явно выяснили заранее. Радиационное излучение стало хорошим маркером. Да и остальное оружие оставляет следы. Даже если сами люди их не замечают. Если создать экран…

Основные принципы и законы физики никто не отменял. Другое дело, что земляне не могут увидеть висящий над ними корабль-излучатель. Скорее даже дрон. Пусть и достаточно крупный, но запрограммированный. А вот он в состоянии рассчитать орбиту. Мощность излучения. Высоту расположения объекта.

– Если я скажу… что могу помочь, поверите?

Его снова окинули очень задумчивым взглядом.

– Дело ведь не во мне, парень. Я-то что? Списанный ресурс. А вот те, кто сейчас там, – Иван Александрович взглядом указал на потолок. – Они могут не поверить.

– Я могу рассказать вам. И показать, – Креон указал на чертежи. – А вы отнесете в штаб. Там посмотрят…

Минуту старик молчал. Затем махнул рукой.

– Ладно. Была – не была. Делай. Что тебе нужно?

– Еда, – спокойно озвучил принц и невозмутимо продолжил: – Бумага. Координаты баз. Ручки. Карандаши. Возможно, справочники. Место для работы.

Собеседник только недоверчиво покачал головой.

– Все-таки нервы у тебя… Ладно. Я все привезу. Если уйду, дождешься? Или тебя запереть?

Киориец чуть склонил голову к плечу, рассматривая мужчину.

– Если я захочу уйти, дверь не удержит. Я найду способ выйти из квартиры. Но идти мне некуда. Мне нужно убежище. Если вы мне его предоставите, я буду стараться помогать. И надеяться на вашу… честность. Я понимаю, что… сдай вы меня своим властям, те отдадут меня этроссам или раххам. Я не хочу так. Но понимаю, что для вас представляю малую полезность…

Иван Александрович кивнул.

– Не буду я тебя сдавать. Пока. Если ваши прилетят, лучше не ссориться хотя бы с одними инопланетянами, а если нет… Может, действительно, поможешь. Жить будешь тут. Квартира пустая. Наследники не скоро объявятся. С соседками поговорю. Скажу… Скажу, что внук приехал Тамары из заграницы. Они поохают и поверят. Продукты принесу. Ключи… оставлю. Работай. И я буду звонить каждый день. В десять утра. Если не позвоню… уходи. На другие звонки не отвечай. Если вдруг ты не возьмешь трубку… буду знать, что ты ушел из квартиры. Договор?

Он протянул руку, которую Креон обхватил за предплечье по киорийскому обычаю. Мужчина удивлённо взглянул на их руки, расцепил хватку и взял ладонью за ладонь.

– Вот так у нас принято.

– Я запомню. И спасибо.

…Когда из плотной темноты вдруг проступил смутный образ женщины, Ольга лишь вяло удивилась, пытаясь разглядеть, кого же к ней принесло. На мгновение показалось, что это Саша, но наваждение сразу же схлынуло, когда незнакомка резко качнула головой. Подруге подобные жесты были совершенно несвойственны.

Та приблизилась, разглядывая ее, словно пытаясь узнать. Что странно, ведь они никогда не встречались. Ольга бы запомнила этот взгляд. Да и глаза… Глаза! Она уже видела такие. Только у кого? И когда? И что вообще с ней происходит?

Женщина что-то произнесла, но ее слова сливались в сплошной поток бессмысленной речи. Странный сон. Темный какой-то и непонятный. Не надо было опять работать допоздна. И сны нормальные бы снились. Кому-то даже Брэд Питт является, а ей вот никогда… Даже жаль. Хотя, честно говоря, голливудский блондин ее совсем не вдохновлял. То ли дело брюнеты…

И снова странное впечатление. Будто она кого-то видела. И забыла. А ведь и женщина с темными волосами. Красивая. И фигура тоже ничего. Почему к другим являются мужики, а к ней – женщина? Или это образ из подавленных подростковых мечтаний? Да, когда-то она тоже хотела быть и постройнее, и потоньше. Воздушнее. Чтобы явился красавец, подхватил на руки и увез в счастливое, светлое будущее… В конце концов, всем хочется помечтать.

Ее мечты кончились, когда первая любовь – Паша Овечкин из соседнего класса, с которым они часто ходили вместе домой – по дороге было – при виде хулиганов вдруг разнылся и начал скулить, что котенок без мамки. Сама Ольга, будучи на голову выше и своего избранника и незадачливых грабителей, тогда не растерялась: быстро всем рюкзаком по мордасам надавала, а еще пригрозила участковому пожаловаться и заявление написать. А потом проводила Овечкина до дома и поняла, что любовь как-то прошла. Совсем.

А вот женщина никуда не делась. Стоит рядышком. Смотрит. А вокруг уже снег идет. И переулок тот самый. И темно. Зима же. Только холода нет. А небо низко-низко. Кажется, что на крыши сейчас ляжет. Седьмой класс был. Начальную школу Ольга в деревне закончил. А потом бабушка уговорила маму прописать ее в свою квартиру, и в среднюю она уже пошла в Москве. Сложно было. Но она справилась. Всегда справлялась. Как иначе? Рассчитывать не на кого было. Не на Овечкина же…

– Я умерла, да?

Память вернулась как-то сразу и вдруг. Одним моментом. И стало грустно. Обидно немного. Что она там прожила? Тридцать лет? Нет ничего. Особенно, если считать, что мозги появляются не раньше двадцати. Да и потом… Диплом. Работа. Карьера, черт бы ее не видал.

Полупрозрачная женщина вдруг взяла ее за руку. Заглянула в лицо. Положила ладонь на грудь. Глубоко и показательно вздохнула, прикрыв глаза. Ольга нахмурилась, пытаясь понять. Она почти ничего не чувствовала. Но если сосредоточиться…

Пальцы незнакомки на груди начали отбивать ритм. Тук. Тук. Тук. Сначала едва ощутимый, он становился все ярче и четче. Громче. Ворвавшись вдруг в узкий переулок резким писком. Заставившим вскинуть голову. Заглянуть в глаза женщины. И увидеть улыбку. Она толкнула ее в грудь, и этот толчок Ольга вдруг ощутила всем телом. Таким тяжелым, неповоротливым телом…

Переулок исчез. Вокруг снова стало темно. Но эту темноту она знала. Глаза открывать было откровенно страшно. Писк над головой не смолкал. И теперь она знала, что сердце ее бьется. Значит – жива. Значит, еще поборется…

Глава 25

…Она запрокинула голову и застонала. Тело горело и дрожало. Перед глазами встала золотистая луна в окружении тонких облаков.

– Тебе идет этот свет…

Мужская ладонь скользнула по животу к груди. Сжала, вырывая вздох. Саша опустила взгляд, разглядывая Икара, лежащего на пледе. Игра лунного света и теней делала его совершенно нереальным.

– Тебе тоже…

Она провела ладонью по влажной коже. Он перехватил ее и поднес к губам. От чего тело покрылось мурашками. Или это из-за прохладного воздуха в горах? Пока они были заняты, девушка даже не заметила, что вокруг похолодало. А теперь вдруг ощутила всем телом.

– Иди ко мне, замерзнешь…

Принц потянул ее на себя, натягивая сверху второе одеяло. Саша легла, прижавшись щекой к плечу, вдыхая терпкий запах пота и улыбаясь. Его забота волновала и согревала больше, чем секс. Хотя именно с Икаром она поняла, что такое возбуждаться от одного только взгляда. Никто и никогда не смотрел на нее так. И никто так не заботился.

– Тебе не холодно от земли?

– Нет, – по голосу она поняла, что мужчина улыбается. Он оказался куда эмоциональнее, чем казалось в начале. – Одеяло теплое и с термообработкой. Мы можем здесь задержаться. Облака должны скоро рассеяться. А звезды тут ближе.

При мысли о том, чтобы задержаться низ живота опалило жаром. Их тела все еще были соединены. И она почувствовала, что Икар откликнулся на ее возбуждение. Стал тверже. Подняла голову. Заглянула в потемневшие глаза.

– Звезды, значит, ближе?

– Определенно…

Пальцы принца залегли на затылок, притягивая ее голову ближе. Губы. Такие теплые. Такие родные. На звезды можно полюбоваться потом…

…Саша проснулась с острым ощущением потери. Тоски. Почти физической боли. Икар. Где он сейчас? Она скучала. И сны отражали чувства, возвращая ее в те недолгие дни, когда они были вместе. Как же ей хотелось, чтобы принц оказался рядом… Появился, забрал от этроссов. Спас. И все закончилось. Ольга жива и здорова. Филис, Байон, Креон… Все в порядке. И все на Земле.

Но чудес не бывает. Или вся ее удача и персональный лимит на чудеса закончились в тот день, когда Икар забрал ее на Киорис. Тогда ей точно повезло. А теперь маятник качнулся в обратную сторону, возвращая все к равновесию. Чуда не будет. Выживать нужно самой.

Саша заставила себя встать. Глубоко вздохнула. Растерла лицо. И начала делать те упражнения, которые показывала Филис по пути на Базар. Они помогали немного прояснить разум и собраться с мыслями. А трезвый и спокойный ум ей нужен. Необходим.

Оказалось, что в маленькой комнате два на два метра, при полном отсутствии общения, легко сойти с ума. Тяжелые мысли начинали одолевать сразу же после пробуждения. А паника подступала на втором часу. Страх изматывал. И после всплеска эмоций приходила апатия. Хотелось просто лежать на койке и смотреть в стену, ожидая, когда уже случится хоть что-нибудь, что разрушит оглушающую тишину и бездействие.

Дойдя до такого состояния впервые, Александра поняла, что сломается быстрее, чем предполагала Талия. Намного быстрее. Если только не начнет что-то делать. Выбор был небольшим…

Так у нее появился приблизительный распорядок дня. Зарядка. Короткий душ. На воду выставлен лимит, о чем она узнала опытным путем, решив погреться в первый день после допроса. Завтрак. Его привозили то ли в определенное время, то ли исходя из времени ее пробуждения. Часов в каюте не было, поэтому установить закономерность не удалось. А вот то, что за ней следят, не подлежало сомнению. Робот-разносчик, по форме отличающийся от виденных на киорийских кораблях, оставлял поднос на столе, ждал, пока она поест, и уезжал. Кормили сносно. Не противной жижей, но и не привычной едой. Обычно густым супом или чем-то похожим на рагу. Сухими лепешками. Водой. Время до обеда Саша тратила на воспоминания о различных техниках медитации. Пыталась докричаться до Талии, но принцесса больше не приходила. Что тоже внушало тревогу. После обеда она ложилась спать или имитировала сон, прокручивая в голове, как лучше вести себя и разговаривать с этроссом в следующий раз. А потом снова начинала делать зарядку. К вечеру девушка старалась вымотать себя, чтобы уснуть быстро и без лишних мыслей, которые и так постоянно лезли в голову.

Закончив упражнения, Саша направилась в уборную, прихватив с собой одежду. На третий день ей выдали сменную. Точнее дополнительную. Платье, похожее на длинную рубаху однотонно серо-бежевого цвета с длинными рукавами, короткую сорочку на бретельках того же оттенка, свободные тапочки с закрытым носом и платок. Что с ним делать, она так и не придумала. В сорочке спала, платье носила днем, пока сохли брюки и туника, в которых ее забрали с истребителя.

Сегодня как раз пришло время постирать платье и надеть более привычную одежду. Белье ей почему-то выдать не пожелали, поэтому приходилось стирать и сушить то единственное, что имелось в наличии. Неужели, так должны выглядеть все женщины на Этре? Чем-то похоже на восточные традиции, но в голове не укладывалось, как они могли выжить рядом с космическими кораблями и супер-мощным оружием.

Стоило закончить с водными процедурами и покинуть уборную, как дверь каюты привычно распахнулась, но вместо робота на пороге оказался охранник с оружием.

– Великий шейх приглашает тебя к завтраку.

Сердце рухнуло вниз. Саша сглотнула и постаралась невозмутимо кивнуть. Вот и пришло время встречи.

На этот раз она пыталась запомнить дорогу. И, опустив голову, старалась украдкой смотреть по сторонам. Запомнить, что происходит вокруг. Хотя бы просто посчитать двери. И кто из каких выходит. Удалось немногое, они слишком быстро пришли. И вовсе не туда, куда в прошлый раз.

Сегодня этросс встречал ее в сравнительно небольшой, даже уютной каюте со стенами, расписанными растительными узорами.

– Добро пожаловать за мой стол, – знакомый этросс весьма удобно расположился на подушках и наблюдал за ней с насмешкой. – Присаживайся и чувствуй себя как дома…

Невысокий столик перед ним был уставлен разнообразными блюдами с угощениями. Аппетитные ароматы распространились по комнате. Рот против воли наполнился слюной. Видимо, на это и был расчет. Смутить. Вывести из равновесия. Сыграть на простейших потребностях и желаниях. Низко. Но для ломки в самый раз… Ведь стоит лишить человека привычного комфорта, а затем поманить его мнимой близостью…

Грудь сдавило от нахлынувшего раздражения и возмущения. Но злиться нельзя. Гнев – не то чувство, которое испытывают покорные и сломленные.

Саша, не поднимая головы и аккуратно обходя разбросанные под ногами подушки, подошла к столу и совершенно неграциозно и неловко опустилась на пол, пытаясь устроиться хоть сколько-нибудь удобно. Под пристальным взглядом хозяина, который ощущался всей кожей, сделать это было непросто. Новая манипуляция.

Она позволила себе нахмуриться и закусить губу, а затем растерянным взглядом окинуть стол. Тарелки не было. Приборов тоже. Видимо предполагалось, что есть нужно руками. Но вот как?

Поневоле пришлось поднять взгляд на мужчину. Тот, кажется, испытывал немалое удовольствие и совершенно не спешил помогать, подавая пример. Спросить и унизиться, доставив ему еще большее удовольствие? Или потерпеть голод, от которого желудок поспешил свернуться в трубочку и издать неприличное урчание?

Саша прикрыла глаза, делая вид, что ничего не произошло. Сложила руки на коленях. Медленно и незаметно вдохнула, пряча раздражение, смешенное с напряжением.

– На моей родине мужчина обычно сам кормит женщину, – медленно заговорил этросс. – Женщина ест сама в компании с женщиной. Или наедине с собой. Хочешь, чтобы я тебя покормил?

Нет. Она бы его к себе даже на пушечный выстрел не подпустила. А тут… решил приручить ее как собаку? Прикормить? Кнут и пряник? Какая же все-таки сволочь.

– Если у вас так принято… – тихо ответила она, опуская взгляд.

Главное – не сорваться и не укусить его за пальцы. Или не огреть каким-нибудь блюдом. После случившегося во время нападения на улице сдерживаться оказалось сложнее. Хотелось ответить. Ударить. Сопротивляться. Но как раз это делать было нельзя.

– Ты любишь сладкое? – он задал вопрос, выпрямляясь и нависая над столом, но ответ ему был не нужен. – Все женщины любят. Вас надо баловать, но держать в строгости, чтобы вы знали свое место.

Небольшая круглая лепешка, в которую шейх зачерпнул немного бурого риса с какими-то ягодами, а затем окунул в густой соус. Потом одним быстрым движением поднялся на ноги и уже через мгновение оказался рядом.

– Попробуешь? – поинтересовался так невозмутимо, будто ничего не изменилось.

А у Саши сердце сжалось от его близости. Страх, вот что внушал этот мужчина. И за его любезностью и откровенной насмешкой скрывалась жестокость. Расчет. По коже пробежали мурашки, но она заставила себя наклониться к предложенному блюду и раскрыть рот, чтобы откусить кусочек.

Пристальный взгляд, от которого теперь было не спрятаться, не отпускал ее. Жевать в такой ситуации было сложно, не говоря уже о том, чтобы глотать. Вкус блюда девушка вообще не почувствовала.

– Вкусно? – заботливо поинтересовался хозяин. – Попробуй еще.

Лепешка оказалась у губ раньше, чем она успела отодвинуться. Пришлось проглотить едва пережеванную еду и снова раскрыть рот. Соус оказался сладким. Вязким. С небольшой кислинкой. А вот рис, им пропитанный, лип к зубам. Ягоды лопались, смягчая соком жесткую лепешку. В другой ситуации блюдом можно было бы и насладиться, но не сейчас. Кусочек лепешки все-таки ободрал горло, заставив закашляться.

– О, какой я неловкий, – свободной рукой мужчина подхватил кувшин и наполнил небольшую пиалу, которую тоже протянул ей. – Запей. Много сладкого тоже бывает вредно.

От кашля на глазах выступили слезы, и она наверняка покраснела. Отвратительная. Неловкая ситуация. В которой ей отводилась роль посмешища. Но приходилось терпеть. Молча.

В пиале оказался травянистый чай. И пить его пришлось тоже из рук этросса.

– Вот и все, – улыбнулся он, когда жидкость закончилась. – Видишь, если ты будешь послушной, мы можем прекрасно сотрудничать. Ты будешь сыта. Содержаться в тепле и комфорте, а твои друзья не будут страдать.

Внутри все похолодело. Саша подняла на мужчину взгляд из-под мокрых ресниц. Слезы сейчас очень даже кстати.

– Я… я не хочу, чтобы кто-то еще пострадал. Моя подруга… Скажите, как она?