Текст книги "С топором наперевес (ЛП)"

Автор книги: Дафни Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

Глава 35

Ноа

Когда я уложил Тесс спать после ванны и ужина, то почувствовал, как во мне поднимается усталость. Мне самому не мешало бы принять душ и немного времени на то, чтобы осмыслить произошедшее.

Когда я увидел того застрявшего в реке лосёнка, во мне что-то щёлкнуло. Всё, что нужно было сделать, всплыло в голове с такой чёткостью, будто я читал пошаговую инструкцию. И я просто сделал это.

Я не рассчитывал, что на берег выйдет огромный бык. Но он… будто был благодарен?

Мне показалось, что это отец лосёнка. Хотя, по логике, телята держатся с матерями. Но Клайв – тот самый, про которого рассказывала Вик, – издавал звуки так, будто был всерьёз обеспокоен судьбой малыша.

Пока я купал Тесс, Вик успела позвонить Марко – хозяину пиццерии, которая ещё даже не открылась. После того вечера, когда Бекка притащила нам пробную пиццу, они с Вик подружились, и теперь мы периодически получали «тестовые партии». Вик расхваливала тесто и печь, которую он установил в новом помещении. Вуаля – ужин у нас был.

Когда я уезжал из Калифорнии, я не имел ни малейшего представления, что меня ждёт. Но в самых смелых мечтах мне и в голову не приходила женщина вроде Вик. Та, что перевернёт мою жизнь с ног на голову.

– Ты был невероятен сегодня, герой, – сказала она, вытирая со щеки каплю соуса.

Я хотел отмахнуться от комплимента, но знал, что она этого не допустит. Поэтому просто кивнул.

– Я рядом, если захочешь поговорить. Я хочу помочь, – в её глазах было так много искренности, что это резануло по живому.

Я бесконечно прокручивал в голове тот день, случившийся год назад. Меньше всего на свете мне хотелось обсуждать его. Но, чёрт возьми, я хотел быть ближе к Вик. Хотел делиться с ней жизнью. И если она должна знать, кто я есть, то она должна знать и, что случилось с родителями Тесс.

Как я могу надеяться на то, что она будет чувствовать ко мне то же, что я чувствую к ней, если я не буду честен до конца?

Я сглотнул и выдавил из себя.

– Джек и Эмили были моими лучшими друзьями. – Я отложил кусок пиццы и вытер руки. – Мы с Джеком вместе проходили подготовку, потом работали в одном отряде. Они с Эмили были вместе целую вечность. Мы втроём жили в Тахо, в облезлом старом доме над прачечной.

Она придвинулась ближе, прижалась ко мне.

– Когда они узнали, что Эмили беременна, купили небольшой дом за городом, ближе к национальному парку. Джек всегда мечтал о детях, а Эмили как раз получила повышение в больнице. Они строили ту жизнь, о которой всегда мечтали.

Комок в горле мешал говорить. Эмоции накрыли с головой.

Она сжала мою руку, молча поддерживая.

– Мы были неразлучны. Все праздники отмечали вместе. В день, когда они поженились, я стоял рядом с ними в суде. А потом мы пошли в наше любимое захудалое кафе и ели лучшие в мире бургеры. Эмили постоянно хотела бургеры во время беременности. Именно тогда они и попросили меня стать опекуном их ребёнка, если вдруг что-то случится.

Я закрыл глаза. Я до сих пор слышал музыку из проигрывателя в том баре.

– Сначала я пытался отказаться. Я не годился на роль отца. Но они настояли. В нашей работе так бывает – мы всегда на передовой, и нужно быть готовыми. Завещания, доверенности, страховки… Мы тогда шутили об этом, но Эмили, как медик, знала, что может произойти.

– У них не было других родственников?

– У Эмили мать умерла пару лет назад. А Джек вырос в жуткой семье, полной насилия. Он не хотел, чтобы его дочь когда-нибудь попала туда. И да, я согласился. Подумал, что ничего ведь не случится. А если и случится, разве можно отказать?

Я сделал глоток воды, прочистил горло.

– Мы посмеялись, чокнулись. Я подписал бумаги у адвоката, с которым работали почти все пожарные в округе. Это было за неделю до рождения Тесс.

Глаза защипало от воспоминаний. Помню, как Джек обнял меня после этого, поблагодарил с такой искренностью, что мне стало неловко. Мне казалось, что это всего лишь пара подписей. Но для него это было куда больше.

Вик прижалась ко мне щекой к груди.

– Что случилось на том пожаре?

– Я всё испортил. – Сердце забилось сильнее, пальцы дрожали. – Обычно нас отправляли на выезды, но этот пожар был рядом с домом. Под Тахо. Джек был в отпуске по уходу за ребёнком и должен был остаться дома.

Я запустил пальцы в её волосы, только это помогало мне немного успокоиться.

– Я был назначен командиром западной линии. Поначалу всё было под контролем. Но к концу дня пламя усилилось. Джек мог остаться дома… – ком в горле подступил снова, – …но он не смог. Это был наш дом, наш лес, наш город. Он не мог сидеть сложа руки.

Я провёл языком по внутренней стороне зубов, подбирая слова. Я не произносил это вслух уже почти год.

Он был на восточной стороне, проводил анализ и убирал потенциальные очаги возгорания. План заключался в том, чтобы укрепить огнезащиту и не дать пламени добраться до центра города. Тахо-Сити – небольшой городок, но окрестности озера густо заселены. Мы рассчитали скорость и направление ветра, рельеф местности и плотность горючих материалов. Но... – я сглотнул, стараясь избавиться от кома в горле. – Но огонь изменил направление. Лавровые деревья вспыхивают моментально. Загорелась целая роща, и пожар пошёл дальше на юг, чем мы ожидали. Мы отдали приказ об эвакуации, но когда я понял, что пламя движется к дому Джека и Эмили, было уже слишком поздно. Местность там – как спичечный короб.

Вик ахнула и вцепилась в мой футболку.

– Мы отправили туда бригаду, а потом я сам вскочил в машину и поехал, паникуя и теряя контроль. Когда мы приехали накануне, прогнозировали движение пожара на север.

Сердце колотилось так сильно, что я чувствовал удары даже в пальцах ног, а в ушах шумела кровь. Меня бросило в холодный пот, язык казался слишком большим для рта.

– Эмили пыталась уехать, но дорогу перекрыли поваленные деревья. Тогда она пошла к главной трассе пешком, с Тесс на руках. Она надела на малышку респиратор и закрепила его на крошечном личике при помощи изоленты. Но у неё была только одна маска. Когда мы их нашли, она уже еле держалась на ногах. Я вообще не понимаю, как она не упала. Она задыхалась и кашляла всю дорогу до больницы.

На меня накатила волна горя. Образы друга сменяли друг друга в голове. Я закрыл глаза, глубоко вдохнул и выпрямился. Я уже так далеко зашёл. Надо закончить.

– Но её лёгкие пострадали слишком сильно. – На этот раз я не смог сдержать рыдание. Казалось, я снова оказался в тот самый день. Снова сижу рядом с Эмили, подключённой к аппарату ИВЛ, с Тесс на руках, и молюсь, чтобы она выжила.

Я дрожал, охваченный страхом и болью.

Вик села и обняла меня, крепко прижав к себе. Она молчала. Просто была рядом. Это всё было так чертовски несправедливо. Я прожил с этим целый грёбаный год, но до сих пор не мог смириться. Всё ещё казалось, будто это страшный сон, из которого я вот-вот проснусь.

– Это моя вина. – Сердце с треском разломилось пополам, когда я наконец произнёс то, что мучило меня больше всего.

Она напряглась, но не отпустила меня.

– Нет, не твоя. Ты просто делал свою работу. Ты сам столько раз говорил, насколько непредсказуем огонь, как мало мы можем с ним поделать.

Но это была моя вина. Это должен был быть я. Я жил, зная, что всё может закончиться в любую минуту. Моя семья справилась бы с потерей.

А вместо этого этот беззащитный, идеальный младенец остался сиротой.

– Что случилось с Джеком?

– Он попытался вернуться домой, чтобы их забрать. Но его отрезало огненным фронтом. – Я запнулся. – Чёрт... – Я уткнулся лицом в шею Вик. – Я только надеюсь, что он знал. Что он знал, как сильно я старался уберечь их.

Я больше не мог сдерживаться. Вся боль, сожаление и вина, что копились во мне целый год, вырвались наружу. Вкупе с сегодняшним выбросом адреналина и радостью это сломало меня окончательно.

Вик держала меня, положив голову мне на грудь, пока я плакал. Слёзы капали ей прямо в волосы, но ей было всё равно. Я никогда не чувствовал ничего подобного. Такой поддержки, которая не давала развалиться на части, когда сам уже больше не мог держаться.

– Пойдём спать, – мягко сказала она, когда мы уже почти час сидели, обнявшись.

Мы переоделись в тишине, почистили зубы. Мне не нравилось, что ей придётся спать со мной на узкой односпальной кровати, но она, похоже, не возражала.

В темноте она прижалась ко мне, обняв крепко, уткнувшись носом в мою шею.

– Ты пока не готов это услышать, но когда-нибудь будешь. Поэтому я буду повторять это столько раз, сколько потребуется, пока ты не поверишь.

Она глубоко вдохнула и выдохнула, её тёплое дыхание щекотало мне кожу у ключицы.

– Это не твоя вина. Это была бессмысленная трагедия. И точка. Ты ни в чём не виноват. Ты всё сделал правильно.

Она сжала мою руку.

– Ты делаешь ровно то, о чём они тебя просили. Они знали, что если им придётся оставить Тесс, ты будешь тем, кто даст ей любовь. Самый лучший человек, которого они знали. Они доверили тебе самое ценное, что у них было.

У меня заслезились глаза. Я был слишком вымотан, чтобы сдерживать слёзы, и просто позволил им течь.

– Они живы через неё. Она – их продолжение. Я обещаю тебе, они видят, как ты ей предан. И благодаря этому – они в покое.

Она не смотрела на меня, но положила ладонь мне на щеку и вытерла слезу большим пальцем.

– Поэтому, пожалуйста. Прекрати винить себя. Перестань себя наказывать. Потому что эта девочка нуждается в тебе. В тебе настоящем. И она этого заслуживает.

Глава 36

Виктория

Руки дрожали, пока я шла к офису Huxley Construction. Сегодня я должна была подписать контракт. Нужно было придумать убедительную отговорку, почему не могу этого сделать. И ещё, выудить из Дениса побольше информации.

Но как?

Я всё обсудила с Паркер, передала ей копии презентации и контрактов. Она рассмеялась, глядя на его таблицы. По её словам, это классический пример отмывания денег.

Похоже, он действительно считал, что я настолько тупая.

– Или он просто круглый идиот, – заметила Паркер.

И, скорее всего, она была права. Как бы то ни было, ей нужно было больше времени, а я не могла подписывать бумаги и одновременно выводить Дениса из себя.

У меня не было плана, не было стратегии. Только нарастающая ненависть к этому человеку и ко всему, что он собой представляет. Я хотела защитить Ноа, Тесс и весь наш город. Речь уже шла не только обо мне. Это был мой дом, мои люди и необходимость поступить правильно.

Так что я пришла. Находиться рядом с ним было мерзко, но я оказалась в уникальной позиции, и потому была готова бороться, чтобы его прижать.

– Виктория, – поприветствовал меня Чарльз, выходя из офиса, когда я подошла к двери. Он был безупречно одет, как будто собирался не на встречу, а на гольф в загородный клуб. – Боюсь, мне нужно срочно на совещание. Денис говорил, что вы сегодня подписываете контракт.

Я одарила его безмятежной улыбкой.

– Очень рада с вами работать, – сказала я, не подтвердив и не опровергнув его слова.

– Прекрасно. Мы о вас позаботимся, – сказал он и ушёл.

Минут через пять меня провели в кабинет Дениса. Он сидел за столом с открытым ноутбуком. В боковом порту – флешка. Если бы только я могла её достать... В ней, вероятно, хранилась вся информация, необходимая, чтобы покончить с этим делом и отправить семейку Хаксли за решётку. Но я ведь не шпионка. Даже не особо ловкая.

Но у меня была цель. Люди, которых я хотела защитить. Я что-нибудь придумаю.

– Готова подписывать? Я могу позвать нотариуса.

– Пока нет, – уклончиво ответила я, ставя стаканчик кофе на край стола. – У меня есть ещё пара вопросов, и ты же знаешь тётю Лу, ей обязательно нужно присутствовать при этом «историческом моменте».

Я изобразила в воздухе кавычки и закатила глаза, делая вид, что считаю всё это глупостью. На самом деле Лу вообще ничего не знала. Она бы приложила меня тростью, если бы узнала, что я ввязалась в нечто незаконное. Она терпеть не могла Чарльза Хаксли.

Лицо Дениса вытянулось.

– У нас нет времени на задержки, Виктория.

Я сглотнула и лихорадочно пыталась придумать, как его успокоить.

– Я знаю. Но для неё продуктовая лавка – дело всей жизни. Обещаю, я приведу её в течение недели, и мы всё подпишем.

Он посмотрел на меня с явным раздражением. Чёрт.

Сердце забилось чаще, ладони вспотели. И тут меня осенило.

– У меня, кстати, есть вопрос по этому пункту, – сказала я, развернув договор на столе и наклонившись, чтобы указать на текст.

Как я и ожидала, этот слизняк уставился на мою грудь, задержав взгляд чуть дольше, чем прилично, прежде чем поднялся, чтобы взглянуть, на что я указываю.

Когда он приблизился, я подняла руку, якобы показывая строку в документе, и нарочно задела бумажный стакан с кофе.

– Это стандартная проце... Блядь! – заорал он, когда горячий кофе разлился по столу и окатил бумаги.

– Ой, нет! Прости, пожалуйста.

Он в панике схватил телефон, чтобы спасти его от влаги, потом поднял с полки дорогие часы. Бормоча что-то про бумажные полотенца, выбежал из кабинета.

Я воспользовалась моментом. Стала переставлять бумаги, изображая уборку. Сложила те, что не пострадали, и положила их поверх ноутбука. Одним движением вытащила флешку и сунула в чашечку бюстгальтера.

Денис ворвался обратно с охапкой полотенец.

– Что ты делаешь?

– Убираюсь, – бодро ответила я и взяла у него полотенца. – Я это разлила, мне и вытирать.

Я принялась протирать стол, создавая ещё больший беспорядок. Надеялась, он не заметит исчезновения флешки.

Тщательно вытерев поверхность и несколько раз передвинув ноутбук, в конце концов спрятав его под газетой и папкой с чеками, я ушла, пообещав вернуться с тётей Лу, чтобы подписать бумаги.

Когда я добралась до дома Ноа, было уже поздно.

– Я волновался, – прошептал он и поцеловал меня в висок. – Тяжёлый день? Миссис Дюпон опять выносит тебе мозг из-за схемы движения для соревнования лесорубов?

Я покачала головой.

– Мне нужно было встретиться с Паркер.

Он напрягся, сжал мои плечи и нахмурился.

– Ты же не подписала контракт?

– Нет. Мне удалось потянуть время, но я достала вот это, – я подняла флешку.

– Ты отдала её Паркер?

Живот скрутило в тугой узел.

– Я пыталась. Она не взяла. Сказала, что её могут назначить временным начальником полиции, так что она не может рисковать, принимая доказательства, полученные незаконным путём.

Он сжал губы и медленно кивнул.

– Ладно.

– Она попросила меня сохранить её, пока не найдёт законный способ всё проверить.

Он нахмурился и оглядел комнату, явно что-то прикидывая в уме.

– Ты уверена, что не подвергаешь себя опасности?

Я едва сдержала смех.

– Ни за что. Мы же говорим о Денисе Хаксли. Поверь, в этом человеке нет ничего даже отдалённо опасного. – Я обвила его шею руками, встала на носочки и поцеловала его.

Он ответил на поцелуй с таким пылом, что я мгновенно растаяла в его объятиях. Он прижал меня к себе, сжав мои бёдра, и...

– Я люблю тёплые обнимашки.

Я с испугом отпрянула и обернулась.

Тесс сидела на полу в гостиной, прижимая к себе Олафа и хохоча так, что не могла остановиться.

– Ах ты маленькая проказница! – Я подняла её и закружила. Поцеловала в щёку и задула в шею, вызвав ещё больше младенческого смеха. Затем обернулась к Ноа и одарила его притворно строгим взглядом: – Ты снова вставил батарейки.

Он поднял руки, делая шаг назад.

– Я слаб. Она так расстроилась, когда он перестал говорить. Ты бы видела её лицо.

Я прижала Тесс к себе, и она уткнулась в меня.

– Год от роду, а уже умеешь манипулировать папой. Даже не знаю, бояться тебя или преклоняться как перед королевой.

На ужин было что-то простое. Мы втроём сидели за крохотным столом, пока Олаф остался в комнате и периодически говорил что-то сам по себе. Уверена, он был дьявольским созданием.

– Мне сегодня позвонили, – сказал Ноа. – Тот друг Финна из управления по чрезвычайным ситуациям.

Я оживилась.

– Ну и как всё прошло?

На его лице появилась широкая улыбка.

– Очень интересно. Думаю, я подам заявку.

У меня в груди что-то взлетело.

– Это потрясающе!

Я чуть не вскочила с места и не начала плясать от радости, но сдержалась. За мной уже водилась слава чрезмерно эмоциональной, но даже для меня это было бы чересчур.

– Думаю... – он опустил голову и прочистил горло. – Думаю, мы останемся здесь надолго. – Он глубоко выдохнул и посмотрел на меня. – Я хочу, чтобы Тесс росла здесь, бегала по лесам с кузенами. А зная моих братьев, скоро этих кузенов станет ещё больше.

– У неё тут семья, друзья. И она сможет ходить в школу к Элис. – С каждой секундой мне становилось всё труднее усидеть на месте.

Он улыбнулся.

– Ты не против?

Я встала, но вместо того чтобы прыгать от счастья, просто забралась к нему на колени и запустила пальцы в его волосы:

– Мои любимые люди остаются в Лаввелле? Да, я совсем не против.

Смеясь, я поцеловала его.

– Я тоже хочу быть с тобой, – сказал он, прижавшись губами к моим. – Я знаю, мы договорились не торопиться. И не будем. Но я хочу, чтобы ты была в моей жизни. В жизни Тесс.

Я сжала его крепче.

– Я тоже хочу быть здесь.

Когда Тесс уснула, мы устроились на диване. Вместо того чтобы смотреть Schitt's Creek, мы только начали третий сезон, мы просто болтали.

Я распустила волосы и провела пальцами по прядям.

– Не делай так, – нахмурился он. – Не закрывай уши волосами.

В груди кольнуло, когда я увидела, как он внимательно меня изучает.

– Но...

Он заправил прядь за ухо и погладил мою щеку.

– Делай, как тебе комфортно. Но у тебя прекрасные уши. Как и всё остальное.

Щёки вспыхнули, и я снова собрала волосы. Всё это время я наблюдала за ним, и в его взгляде было только тепло и искренность.

– Это привычка, – тихо сказала я. – Я так делаю, когда нервничаю.

– Знаю. И собираюсь тебя от неё отучить. – Он приблизился. – Я так рад, что ты попросила меня быть твоим фальшивым парнем.

От его хриплого голоса сердце дало сбой.

– А я рада, что ты согласился.

– Удивительно, что всё началось с того, что ты не хотела идти на свадьбу сестры одна. Кажется, будто это было в другой жизни.

И правда, всё казалось таким далёким. И я так рада, что всё это уже позади. Я смущённо опустила голову.

– До сих пор не верится, что мне пришлось идти на свадьбу сестры с бывшим мужем, притворяясь с кем-то парой. Я как персонаж реалити.

Он провёл пальцем по моему подбородку, заставив посмотреть ему в глаза.

– Ради тебя я готов на всё. Если тебе нужно, чтобы я изображал твоего парня, мужа, кого угодно, я сделаю это без колебаний. Чёрт, я даже космонавтом притворюсь ради тебя.

– Ну всё... – Я прижалась губами к его губам.

Он тихо застонал и посадил меня к себе на колени, так что я ощутила каждый сантиметр его тела.

Наши языки переплелись, и мы утонули друг в друге. Я впитывала его тепло, запах, проводила ногтями по его спине, наслаждаясь ощущением его мышц под пальцами.

Его прикосновения были опьяняющими. Я так долго жила без близости, что теперь с ним всё во мне жаждало большего.

Он отстранился.

– Ты это слышала?

Я задержала дыхание и прислушалась. Через мгновение услышала. Будто кто-то передвигает стул.

По спине пробежал холодок.

– Дилан уехал на всё лето.

Сосед с третьего этажа, учитель естественных наук в средней школе, сейчас преподавал на летней программе в Вермонте. Он уехал пару недель назад и должен был вернуться не раньше, чем через месяц.

Ноа наклонил голову и посмотрел на потолок.

– Может, вернулся раньше?

Я поднялась с дивана и замерла, прислушиваясь. Вскоре звук повторился.

– Это снизу.

У меня сжалось в животе. У моих друзей не было ключей от квартиры. С роднёй я не была настолько близка. Единственный человек, кто мог бы войти в мою квартиру – это Ноа.

Я подкралась к двери, напрягая слух, пытаясь разобрать, что происходит внизу. Дом был старый, с плохой звукоизоляцией, именно поэтому Ноа и Тесс часто мешали мне спать.

Послышался скрежет. Будто кто-то открыл ящик.

Через секунду снова.

Кто-то был в моей квартире.

Моё тело застыло, и страх медленно разлился по венам. Ноа бесшумно пересёк комнату и закрыл дверь на засов. Потом развернулся и протянул мне телефон.

– Иди в комнату Тесс и вызови полицию, – прошептал он. – Я начну шуметь, чтобы тот, кто внизу, не услышал твой звонок.

Я кивнула и направилась в комнату Тесс. Надеялась, что гул кондиционера заглушит мой голос. Я продиктовала диспетчеру все данные, и вскоре в дверях появился Ноа.

– Останься здесь, – строго сказал он. – С Тесс.

Сердце колотилось от ужаса.

– Не ходи вниз, – умоляла я. – Полиция приедет через несколько минут. Пожалуйста, останься.

Он прижал меня к себе, лицо его застыло в тревожной маске.

– Хорошо, – прошептал он и поцеловал меня в макушку. – Подождём.

Полиция приехала через несколько минут, всё-таки это маленький город. Но никаких следов взлома обнаружено не было.

Офицер Филдер пошёл со мной осматривать квартиру. Я искала, не изменилось ли что-то, не был ли кто-то в вещах, но всё выглядело на своих местах. Дверь действительно была не заперта, но я вполне могла забыть её закрыть, когда спешила к Ноа и Тесс.

Офицер велел мне в дальнейшем запирать двери и звонить, если вдруг замечу что-то странное, после чего они уехали.

А я чувствовала себя полной дурой.

– Я слышала это, – настаивала я. И себе, и Ноа.

– Я тоже, – ответил он, обнимая меня крепче. – Кто-то был в твоей квартире. Хорошая новость в том, что ничего не пропало и ничего не испорчено. Ты сегодня останешься здесь, а завтра мы поставим новые замки, ладно?

Мы стояли так, сжавшись в объятиях, несколько минут. Этот день был... тревожным – с самого начала и до конца.

Когда мы легли в постель, и он обнял меня сзади, я прошептала:

– Ты думаешь, это был Денис? Что он вернулся за флешкой?

Сначала он молчал, дышал ровно. Потом тихо сказал:

– Не знаю. И мне не хочется верить, что всё это из-за моей семьи.

– Никто не заставлял меня её брать.

Он обнял меня ещё крепче.

– Я знаю. Но всё ведёт к моему отцу. Я боюсь, что мы никогда не избавимся от последствий его поступков.

Я повернулась к нему лицом, оказавшись зажатой между его широкой грудью и стеной, и прижала ладонь к его щеке.

– Ты – не твой отец. Ты сам по себе. Замечательный человек. И, что важнее, – я чмокнула его в губы, – ты мой.

Он приподнял брови и ухмыльнулся.

– Ты меня присваиваешь? – сказал он и прижал свои бёдра к моим.

Его напряжённый член упирался мне в живот, и сон как рукой сняло. Одних слов было уже недостаточно, чтобы выразить, как много он для меня значит. Я должна была показать. Мне нужно было почувствовать его в себе.

Я нежно поцеловала его, наслаждаясь его запахом, его теплом, его руками на своём теле.

– Да, Ноа. Ты мой.