Текст книги "С топором наперевес (ЛП)"

Автор книги: Дафни Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)

Глава 30

Ноа

Плечом к плечу мы рухнули на диван. Сегодня мама привезла Тесс на склад продовольствия показать, как получился курятник. А потом мы всей компанией пошли отмечать успешную стройку. Заглянули за бургерами в Лося вместе с Элис, Беккой и их детьми.

Дочка сбилась с режима и капризничала, так что укладывать её пришлось с боями, но мы справились.

Мне бы сейчас душ и восемь часов сна, но, находясь рядом с этой измотанной и чертовски красивой женщиной, я хотел совсем другого. И намного сильнее.

– Спасибо, – хрипло произнесла Вик. – Я в восторге от того, как всё вышло. – Она села, глаза блестели. – Серьёзно. Ты так старался.

Я тихо усмехнулся.

– Ну конечно. Ты же держишь меня в кулаке – ты знаешь, да? Я по уши влип. А это значит, что построю тебе столько курятников, сколько пожелаешь.

Я наклонился и мягко пощекотал её в бок. Её это всегда сводило с ума.

– Или свинарник.

– Или козлятник.

Она извивалась подо мной, и вдруг усталость как рукой сняло.

– А как насчёт альпак?

Она захихикала, когда я усадил её себе на колени.

– Или теплица? Что бы тебе ни понадобилось – я рядом.

Я наклонился и мягко коснулся её губ.

– Я, честно, думала, что Ганьоны порвут вас, Эбертов, – дразнила она, расплывшись в улыбке.

– Но у меня был Джуд, – возразил я. Он был тихим, но пугающе эффективным.

Она наклонила голову и сузила глаза.

– Джуд классный, не спорю, но Адель приехала с тяжёлой техникой на прицепе. Это было чертовски круто.

Ну ладно. Действительно круто. А ещё она моя золовка, так что стоит отдать должное.

Она сняла с меня кепку и провела пальцами по волосам и я вспыхнул от этого прикосновения, как огнём по нервам.

– Но потом ты привёл Гаса. Это уже вообще другой уровень.

Она изобразила, как у неё «взорвался мозг».

Я кивнул с гордостью.

– Он талантливый.

– Этот человек установил камеры наблюдения за курами. И поставил приложение на мой телефон. – Она покачала головой. – Я у тебя в долгу.

– Ни в каком ты не долгу. Я же сказал, что бы ни понадобилось, я рядом. Но... – Я подтянул её за бёдра, опуская на диван, и навис над ней. – Я не буду возражать, если ты захочешь выразить благодарность.

Она поцеловала меня жадно, проводя руками по моей спине и сжимая мою задницу.

– И как ты хочешь, чтобы я её выразила, горячий парень?

Я припал к её шее, наслаждаясь вкусом кожи и тихим стоном, сорвавшимся с её губ.

– У меня много идей. Очень много. Грязных. Пошлых. Длинный список. – Я провёл пальцами по краю её шорт, слегка прикусив мочку уха.

– Ну так давай начинать. Ты же знаешь, я обожаю списки дел. Что у нас в начале?

– Для начала... – Я поднялся на колени, разглядывая её. Боже, какая же она красивая, раскинувшаяся передо мной. – Я собираюсь вылизать тебя так, что ты будешь умолять о моём члене.

Я медленно стянул с неё шорты, наблюдая за тем, как в её глазах разгорается страсть.

– А потом... – Я подхватил её бёдра и окончательно снял ткань. Шорты полетели на пол, я развёл её колени в стороны. – Потом я нагну тебя через этот диван и оттрахаю до потери сознания.

Я наклонился, едва касаясь губами её промежности, дразня её так же, как и себя. Чёрт, я сгорал от желания.

– Да, пожалуйста, – прошептала она, вцепившись в подушку дивана.

Послушно я опустил голову ниже, слегка лизнул её, отчего она заёрзала. Но вместо того чтобы сразу перейти к делу, я усадил её прямо, широко разведя ноги, опустился перед ней на колени, как перед королевой, и принялся за пир.

Я лизал и сосал жадно, впитывая её вкус, чувствуя, как по телу пробегает ток, когда она тянет меня за волосы.

Секс с Вик был чертовски горячим. И весёлым. Мы постоянно смеялись. Я всё ещё изучал её тело, так что каждый раз был как новое открытие.

– Ноа, – прошипела она. – Можно уже перестать. Я разогрелась.

Я нахмурился, глядя на неё.

– Ни за что. Ты кончишь у меня на языке, прежде чем кончишь на моём члене.

– Но...

Я развёл её бёдра ещё шире, чтобы получить лучший доступ. Похоже, ей нужно было напомнить: если она в моей постели или на моём диване, как сейчас, то кончать она будет не один раз.

Я ввёл в неё пальцы, наслаждаясь её вздохом, и вернулся к делу.

Как и ожидалось, через пару минут она взорвалась у меня на языке, изгибаясь и выкрикивая моё имя. Когда она обмякла и тяжело задышала, я ощутил гордость. Мы ещё не дали названия тому, что у нас происходит, но сердце моё колотилось как бешеное. Я пропал.

Она посмотрела на меня затуманенными глазами.

– Ты вроде говорил что-то про «нагнуть через диван». Это сегодня или как?

– Остроумная. – Я вскочил и поднял её за собой, целуя взасос. – Я просто давал тебе передышку.

– А мне она не нужна, – прорычала она. – Мне нужен твой член. – И с этими словами развернулась, перегнулась через подлокотник дивана и покрутила передо мной этой идеальной задницей.

Всё внутри меня сжалось. В голове билось только одно: моя. А член рвался наружу.

Инстинктивно я шлёпнул её.

Она ахнула, резко обернулась и посмотрела на меня через плечо с широко раскрытыми глазами.

– Прости, – сказал я, сжимая пальцы, пытаясь совладать с первобытными инстинктами. – Это нормально?

Она облизнула губы.

– Более чем.

Я вновь шлёпнул её на этот раз по другой ягодице. От удара у меня зазудела ладонь.

Сжав член через ткань брюк, я попытался немного унять напряжение, наблюдая, как её светлая кожа розовеет от моих прикосновений. Я сходил с ума от желания, но заканчивать эту пытку пока не собирался. Раздвинув её ягодицы, я провёл пальцами по её щели, собирая влагу.

Блядь.

– Вся мокрая. Ты и правда хочешь, чтобы тебя выебали, да?

Она всхлипнула и кивнула, прижавшись щекой к дивану.

– Пожалуйста.

Я больше не мог ей отказывать. Разорвал упаковку с презервативом зубами и быстро натянул его. Сжав её бёдра с такой силой, будто от этого зависела моя жизнь, я резко вошёл в неё, отчаянно стремясь к максимальной близости.

– Ноа! – вскрикнула она, когда я вошёл в неё до конца. Она прогнулась, вытянув шею так, что мне захотелось вонзить в неё зубы.

Я был голоден до безумия. Жаждал её. Двигался резко, неистово, словно потеряв разум. Собраться было почти невозможно, но я цеплялся за последние нити самоконтроля, которых почти не осталось.

Эта женщина сводила меня с ума, даже не стараясь. Рядом с ней я превращался в настоящего дикаря. Я ничего не мог с собой поделать. Каждое мгновение с ней было невероятным. И дело было не только в сексе, спать рядом с ней, разговаривать обо всём на свете, сидеть на полу бок о бок и играть с моей дочкой, всё это казалось настоящим счастьем. Она была воплощением всего, о чём я когда-либо мечтал, собранным в самой соблазнительной и самой доброй оболочке.

– Сильнее! – вскрикнула она.

Я провёл пальцами по её позвоночнику, затем обвил её волосы рукой. Легонько потянул и и её колени подогнулись.

– Да, Ноа.

Господи, да я никогда не привыкну к тому, как это звучит.

Навалившись на неё сверху, я прижался губами к её уху.

– Тебе нравится, когда я грубый?

– Да. Чёрт, да. Будь грубым, горячий парень. Бери всё, что хочешь.

После таких слов сдерживаться было невозможно.

Я выпрямился и снова дёрнул её за волосы.

– Потри себе клитор.

Она обернулась через плечо и одарила меня дерзкой улыбкой:

– А если я скажу нет?

Да она всерьёз пыталась меня добить.

Не отпуская её волос, я резко шлёпнул её.

– Тогда получишь наказание.

Её грудь вздымалась, и она медленно опустила руку вниз, коснувшись того места, где наши тела сливались. От этого прикосновения у меня помутилось в глазах.

Блядь.

– Вот так. Три себе. Я чувствую, как ты сжимаешься всё сильнее.

Я начал двигаться жёстче, и от силы толчков диван сдвинулся на несколько сантиметров. Мне было плевать. Даже если мы проделаем дыру в стене – плевать. В такие моменты ничего другого не существовало.

Мы трахались именно так. Я вбивался в неё до упора, дёргал за волосы, время от времени шлёпал по заднице. А она с силой отталкивалась бёдрами, всё ещё массируя клитор и издавая такие звуки, что у меня темнело в глазах.

Я отпустил её хвост и провёл пальцами вниз по между ягодиц. Добравшись до плотного кольца мышцы, надавил на него большим пальцем, добавляя давления.

Она тут же закричала от удовольствия и резко изогнулась. Я стиснул зубы, изо всех сил сдерживая разрядку, стараясь продержаться с ней до конца – отдать ей всё, что у меня было, пока она разлеталась на кусочки подо мной. Каждый толчок её оргазма был сладкой пыткой.

А потом я отпустил себя и рухнул следом, и собственный оргазм пронёсся по телу волной, выжигая всё до дна, оставляя меня выжатым и бездыханным, но охуенно счастливым.

Глава 31

Виктория

Я рылась в морозилке, и в этот момент подол футболки Ноа задрался, открыв мой зад. Вместо того чтобы стянуть ткань вниз, я оглянулась через плечо, чтобы увидеть его реакцию. Она не разочаровала – зрачки у него были расширены, а взгляд голодный.

Мы изрядно разожгли аппетит. Ноа был настоящим жеребцом, и когда он дотронулся до меня там, я взлетела как ракета. Всё это было ещё таким новым, я только начинала привыкать к постоянному желанию, но мозг уже начинал шептать: а что ещё он умеет, какие горячие трюки прячет под этими татуированными рукавами? Потому что не уверена, что моя вагина выдержит ещё много таких открытий.

Он установил кондиционер в комнате Тесс, но в остальной квартире было далеко не прохладно, особенно после наших обнажённых занятий.

– Ванильное? – с сомнением пробормотала я, вытащив коробку мороженого.

– Внутри есть то, что тебе нравится. Шоколадные кусочки, арахисовое масло, тесто для печенья, крендели – всё вместе, – отозвался он. – Поищи сзади.

Улыбнувшись, я достала коробку Ben & Jerry's. Я любила, чтобы мороженое было набито до отказа всякой вкуснятиной, спасибо большое.

Мы стояли в темноте, в лунном свете, льющемся из большого окна, ели мороженое и смеялись. Вспоминали, как провели насыщенные выходные, и жаловались, как болят руки после таскания листов фанеры. Завтра я поеду в Гринвилл на фургоне склада за нашими курами.

Мы как раз шутили про то, как будем транспортировать тридцать восемь кур, когда он вдруг посерьёзнел.

– Всё в порядке? – спросила я, слегка толкнув его бедром.

Он поставил мороженое на стол и воткнул в него ложку, выражение лица стало напряжённым.

– Мне нужно кое-что сказать.

– Ладно, – пробормотала я, напрягшись.

Сердце сразу ушло в пятки. Он хочет, чтобы я ушла? Мы зашли слишком далеко? Или он собирается всё закончить?

– Мы же в первую очередь друзья. А друзья честны друг с другом, правда?

Я кивнула, сглатывая ком в горле.

Он решительно опустил голову и выдохнул.

– Я влюблялся в тебя понемногу каждый день с тех пор, как вытащил тебя из того туалета в кафе. Ты стала моим лучшим другом. И я не хочу тебя терять.

Я ахнула.

– Я устал врать самому себе. Ты мне не безразлична. Очень. Ты видела меня в самые паршивые моменты, но всё равно остаёшься рядом. Я доверяю тебе как никому. Доверяю тебе свою жизнь. И жизнь своей дочери.

У меня закружилась голова. Я тоже к нему привязалась. Слишком сильно. И это пугало. Эти чувства с каждым днём становились всё больше и неуправляемее. Он же Ноа. Мой сосед. Весельчак, который отжимается во время сериалов. Заботливый отец Тесс, у которого семь разных переносок, потому что он не может отпустить её от себя.

Рисковать было страшно. Я не могла его потерять. Два года я собирала себя по кусочкам. Я не могла прыгнуть в отношения, как в омут. Это было бы безрассудно.

Но между нами была связь. Настоящая. Мы были связаны. Я не могла бороться с этим притяжением.

Я прочистила горло.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Хочу сделать всё правильно. По-настоящему встречаться. Посмотреть, куда это нас приведёт.

У меня перехватило дыхание. Я должна бы радоваться. Я была без ума от него. Но это давило. А вдруг я не справлюсь? А вдруг всё испорчу?

Я застыла. И после мучительного молчания заставила себя быть честной.

– Мне нужно больше времени.

Он распахнул глаза, будто получил пощёчину.

– Я не это имела в виду! – поспешила я объясниться. – Я тоже хочу узнать, куда нас приведёт эта история. Но я вся разбитая. После развода, работы... Я боюсь, что не смогу дать тебе то, что тебе нужно.

Он расслабился, шагнул ближе.

– Тебе не нужно быть кем-то, кроме как Вик – умной, красивой, доброй женщиной, которая живёт этажом ниже и пожалела меня, когда я не мог уложить дочку спать. – Он мягко поцеловал меня в лоб. – Я не знаю, что нас ждёт впереди. Даже не уверен, останемся ли мы с Тесс в Лаввелле надолго. Но я хочу быть с тобой, пока у нас есть эта возможность.

Я кивнула, грудь сжалась. Я так многого хотела. Но заслуживаю ли я это? Заслуживаю ли я мужчину, который стоит передо мной в одних боксёрах и признаётся мне в чувствах?

– Потанцуешь со мной?

У меня сбилось дыхание. Потанцевать?

– Здесь?

Он кивнул.

– Наш танец на свадьбе твоей сестры был натянутым и странным. Мне нужно собрать мысли. А это получается только тогда, когда ты в моих объятиях.

Он протянул мне руку.

Как я могла устоять? Я кивнула.

Он притянул меня к себе одной рукой, а второй – включил музыку на телефоне.

Когда зазвучали первые аккорды, я обвила его шею руками.

– Подожди, – сказала я, отстранившись, чтобы взглянуть на него. – Это ведь...

– Love Is Like a Butterfly? Ага, – подтвердил он. – Лу сказала, что это твоя любимая песня.

– Так и есть. Я всегда обожала Долли. Хотела танцевать под неё на свадьбе. Но Грэм рассмеялся и сказал, что это глупый выбор.

– Тогда для меня честь станцевать под неё с тобой.

Я вздохнула и прижалась к его груди, медленно покачиваясь под музыку. Моё тело слилось с его.

Эти строки врезались мне под кожу. Я слышала их в каждом уязвимом моменте – в подростковом возрасте, в первые одинокие месяцы замужества, после развода. Но сейчас в голосе Долли вместе с болью я слышала и надежду.

Когда песня закончилась, он достал телефон из заднего кармана и включил её снова.

– Ещё раз. Одного раза мало. – Он снова коснулся губами моего лба и задержался там на мгновение.

Моё сердце растаяло. Как же хотелось бы сохранить это чувство в бутылочке и хранить его вечно. Пусть я до конца и не понимала, что именно испытываю, но эти чувства были весомыми. Настоящими.

– Иногда я не знаю, как разрешить себе получать что-то хорошее, – призналась я, прижавшись лбом к его груди. – В детстве я всё время чувствовала, что недостаточно хороша, а моя семья…

Я не договорила.

– Ты заслуживаешь всего самого лучшего, – тихо ответил он. – Мне хочется размазать по стенке каждого, кто когда-либо внушал тебе обратное. Но… – Он аккуратно убрал выбившуюся прядь волос за ухо. – Иногда мне кажется, что убедить тебе нужно именно себя.

Эти слова ударили в самое сердце. Потому что он был прав. Он поднимал занавес с моих комплексов, но справиться с ними – моя задача.

Ноа не заботило, что я всегда собираю волосы в хвост. Ему были безразличны мои большие уши. Он не обращал внимания на то, что я жестикулирую, когда говорю, и иногда так увлекаюсь, что начинаю выкрикивать фразы.

Ему не мешало, что я храплю, когда сплю на спине, или что у меня есть целлюлит на бёдрах.

Рядом с ним я чувствовала себя принятой полностью. Это чувство пьянит. Оно приносит ощущение безопасности… и одновременно страх.

Потому что Ноа больше не был просто другом.

Он был не просто милым папой-одиночкой.

И уж точно не просто моим фальшивым парнем.

Он был мужчиной, в которого я влюблялась. Это было опасно и, возможно, неразумно… но абсолютно неизбежно.

Мы так и стояли, продолжая танцевать под одну и ту же песню, раз за разом, четыре раза подряд. В его объятиях я нашла такое утешение, которого не знала прежде. Я никогда не считала себя человеком, которому необходимы прикосновения и физическая близость. Но сейчас… мы обвились друг вокруг друга и покачивались в такт моей любимой песне. И в этой тишине, без слов, мы будто давали друг другу обещания на всю жизнь.

Глава 32

Виктория

– Я слышала, ты любишь кленовый латте, – сказала я, приклеив на лицо дружелюбную улыбку и протянув бумажный стакан из Кофеинового Лося.

Денис взял его у меня.

– Спасибо, Виктория. Вы такая добрая.

– Я хотела извиниться, – произнесла я, заставляя голос звучать как можно искреннее. Это было самой трудной частью. – Я была... – я прочистила горло, – слишком эмоциональна в той закусочной. Не стоило быть такой резкой. Я понимаю, вы просто хотите помочь.

Когда я вернулась домой, мне захотелось прополоскать рот отбеливателем, так тошно было произносить эти слова. Но по довольной улыбке, медленно расползавшейся по его лицу, это того стоило. Он клюнул. Похоже, убедить его, что я глупая и отчаянно нуждаюсь в деньгах, будет несложно.

Я сама попросила о встрече в их офисе. Нарядилась, надела маску. Я была женщиной с миссией. Если он и правда пытался втянуть меня в схему с отмыванием денег, он об этом пожалеет. Никто не посмеет навредить продовольственному складу. Это слишком важно для слишком многих. Я сделаю всё, чтобы защитить его.

Увы, слишком многие позволяли себе обращаться со мной как с тряпкой. Я слишком долго это терпела. И теперь у меня полно работы, чтобы остановить это. Но в данном случае речь шла не обо мне. Речь шла о нашем сообществе, о самых уязвимых людях: детях, стариках, родителях-одиночках.

Стоя в его офисе, я поняла – прежняя Виктория меня бы сейчас не узнала. Я не думала, что жизнь заведёт меня сюда. Бесплодие, измены Грэма, постоянные упрёки, не только от него, но и от моей семьи, всё это раздавило меня. Я потерялась.

Я вернулась в Лаввелл сначала ради тёти Лу. У неё диагностировали рассеянный склероз, и ей было тяжело. Я взяла отпуск, приехала сюда на неделю, проводила с ней как можно больше времени. Мы гуляли, играли в шахматы, разговаривали.

И пока я гостила, ко мне вернулось чувство... Как сильно я любила это место, как хорошо дышалось в горах.

Я снова почувствовала себя собой. Той, кем всегда хотела быть.

Так что я вернулась домой, завершила развод, уволилась с душераздирающей корпоративной работы, собрала машину и переехала в Мэн.

Лаввелл был не для всех. Жизнь в маленьком городке бывает непростой. Но у меня появилась цель и этого было достаточно. Я с головой ушла в работу на складе, снова почувствовала связь с природой. Город принял меня и загрузил делами. Я познакомилась с Элис и Беккой и всё встало на свои места.

Так что чёрта с два я позволю Хаксли разрушить всё это. С нас хватит. Наш регион и так разрушен опиоидным кризисом. Обещания об экономической помощи редко доходят до реальности в таких местах, как наше. Мы выживали и боролись за всё, что имели. И понемногу начали восстанавливаться.

Люди с готовностью подключились к организации соревнований лесорубов. Теперь это было двухдневное событие с спонсорами, торговыми точками и полицейским сопровождением для регулировки трафика. Этот город умел за себя постоять.

И я тоже стояла за него.

Денис снова уселся за стол. Затем вытащил тонкую синюю флешку из компьютера и положил в нагрудный карман, слегка похлопав по нему.

Меня тут же прошиб озноб. Держать флешку при себе? Там явно было что-то интересное.

– Ну что ж, перейдём к делу. Я человек занятой, но с радостью всё тебе объясню.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не вздёрнулось веко, крепко сжала губы и раскрыла буклет, который он мне вручил, а заодно и блокнот.

– У меня так много вопросов, – с преувеличенным восторгом пробормотала я. – Можешь объяснить страницу три? Там где расписание?

Я дала ему возможность подробно всё разжевать, старательно сдерживая раздражение, когда он критиковал моё управление финансами, график закупок и сокрушался по поводу проводки. Как он вообще успел её осмотреть – загадка. Меня трясло, но я кивая записывала, будто он делится биржевыми инсайдами.

Постучала по подбородку и включила дурочку.

– Может, ваши строители могли бы просто сделать всё бесплатно? Эти счета такие запутанные.

Он посмотрел на меня с сочувственно-снисходительным выражением.

– Понимаю, почему тебе сложно. У нас довольно сложная структура. Основной офис здесь, но мы охватываем множество направлений. Phobos – строительные работы. Alkaios – инвестиции в недвижимость и застройка. Kratos – управление и сбор арендной платы, – с довольной ухмылкой продолжал он, явно наслаждаясь возможностью похвастаться семейным бизнесом. – Ещё есть Deimos и Hyperion – они занимаются менее традиционными направлениями. – Он усмехнулся. – Но тебе об этом думать не нужно.

Я кивнула и аккуратно записала все названия. Паркер будет в восторге.

– Для таких структур, как наша, нормально перегонять деньги между компаниями. Особенно в налоговых целях.

Внутренне я фыркнула, но внешне одарила его ободряющей улыбкой.

– То есть, если кто-то заключает договор с Huxley Construction, то закупка материалов идёт через Phobos, а зарплаты оформляются через Kratos. – Он сложил пальцы на столе. – Всё непросто, но нужно. Для налоговой оптимизации. Хотя, думаю, тебе это сложно понять. А мы ведь действительно хотим тебе помочь.

Это он сейчас только что признался в уклонении от налогов? Я не до конца понимала, что именно считается налоговым мошенничеством, но звучало это крайне подозрительно. Вот так богачи и богатеют – перегоняют деньги туда-сюда, чтобы ничего не платить? Ублюдки.

– А при чём тут продовольственный склад?

– Давай я покажу график. Так, может, тебе будет проще, – сказал он, взяв ноутбук, обошёл стол и встал рядом. Сел? Нет. Стоял слишком близко, поставив ноутбук передо мной.

Он вытащил флешку из кармана и вставил в порт. Почему флешка? Почему не облако, как у всех нормальных людей? Он точно что-то скрывал.

Когда он открыл окно накопителя, на экране появилась масса папок. Все были подписаны. Но одна сразу бросилась мне в глаза.

Эберт.

Почему у него вообще была папка на Эбертов? Что в ней могло быть? Я сохранила невозмутимое выражение лица, пока он щёлкал по экранам передо мной, даже не пытаясь делать это незаметно. А я тем временем сканировала названия и старалась запомнить как можно больше. Греческие названия, фамилии жителей города, в том числе Соуза, нашего бывшего шефа полиции, и Ламберт, нынешнего мэра. Что они здесь делают?

– Вот, – произнёс он и открыл таблицу Excel, быстро превратив её в график. – Вот твои расходы. А вот – предполагаемые улучшения. Счета, материалы, работа.

С наклонённой головой я изучала каждый элемент диаграммы, на который он указывал.

– А тут – расписание пожертвований.

У меня сжалось сердце. Суммы пожертвований удвоились. Этого было бы более чем достаточно, чтобы накормить всех, кому мы помогаем, и обеспечить подгузниками каждого младенца. Это были такие деньги, о которых я даже не думала. И уж точно не то, что он предлагал несколько недель назад.

Он повернулся ко мне и улыбнулся. Стоял слишком близко. Слишком.

– Видишь, о чём я? Все в выигрыше. Мы тебе помогаем финансово, а ты нанимаешь нас для работы на объекте.

Я кивнула, затаив дыхание. Его тепло исходило сквозь одежду, и у меня скручивало живот.

– Мы рассматриваем это как долговременное и взаимовыгодное сотрудничество. – Он облизнул губы, его взгляд скользнул к моим. – Я готов быть очень щедрым.

На мгновение мне захотелось заорать. Но я держалась. Я пообещала Паркеру, что соберу всю возможную информацию.

– Я знаю о твоём статусе банка подгузников, – ухмыльнулся он. – И о твоей заявке на грант Feeding America.

Я кивнула, хотя жест вышел дёрганым, неуклюжим. Откуда, чёрт возьми, он всё это знает?

– И про остальные заявки тоже. Ты постаралась, пытаешься ухватиться за каждый доллар, за каждую крошку.

– Откуда ты знаешь про гранты? – спросила я, голос звучал слабее, чем хотелось бы. – И про статус банка подгузников?

Его глазки сузились ещё сильнее.

– Ты знаешь, кто мой отец?

Я опустила подбородок, в горле всё сжалось.

– У него хорошие связи. Он может помочь получить эти гранты. Или...

Он не договорил. И не надо было. Смысл был ясен. Он легко мог сделать так, чтобы я не получила ни копейки из отчаянно нужных нам средств.

Вся моя работа могла пойти коту под хвост. Мне хотелось врезать этому самодовольному гадёнышу в лицо. Вместо этого я заставила себя говорить спокойно:

– Я поняла.

Он отступил на шаг, скрестив руки на груди.

– Отлично. Моя секретарша уже подготовила черновой договор. – Он вытащил флешку и снова убрал её в нагрудный карман, захлопнул ноутбук. – Сейчас принесу бумаги, у нас есть нотариус, так что...

Я вскочила, врезавшись коленом в стол.

– Я... я, прости. Можно я возьму документы с собой? Хочу показать тёте Лу. Ей всё ещё важно участвовать во всём, и она так рада этому партнёрству.

Он нахмурился, оценивая меня с подозрением.

– Ты был так добр, всё мне объяснил, – промурлыкала я, изо всех сил притворяясь восторженной. Мне нужно было выбираться отсюда к чёрту. – Я в полном восторге.

Он кивнул, взял бежевую папку и протянул мне.

– Нам нужно скоро начинать. Приходи на следующей неделе и всё подпишем.

Я выхватила папку, схватила сумку и попятилась к двери. Мне срочно нужно было к Паркер и вывалить на него всё, что я видела.

– Конечно. Спасибо за помощь, – выдохнула я.

Пока я бежала по Главной улице, записывая голосовые заметки на телефон, чтобы ничего не забыть, во мне поднималась уверенность. Я не только изобразила покорную и глупую, но и, возможно, увидела улики, которые могли пригодиться.

Оставалось надеяться, что этого окажется достаточно.