Текст книги "С топором наперевес (ЛП)"
Автор книги: Дафни Эллиот
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)
– То есть у тебя совсем нет оргазмов?
– Вообще. Ни желания, ни влечения, ни оргазмов. Это неудивительно, на самом деле. Муж мне изменял, потом был кошмарный развод, и как только появилась надежда на просвет – он сделал ребёнка моей младшей сестре.
Элис откинулась на диван, массируя виски.
– Мне так жаль. Без оргазмов? Как ты вообще живёшь?
Бекка закатила глаза.
– Не слушай её. У неё же горячий муж-лесоруб, который её шпилит круглосуточно.
Щёки Алисы вспыхнули. Она всегда так легко краснела, особенно после вина.
– Не круглосуточно, – пробормотала она, криво улыбнувшись. – У нас дети и работа. Хорошо, если выходит два-три раза в неделю.
Бекка запрокинула голову и застонала.
– Убейте эту суку.
Элис поставила бокал на стол, схватила декоративную подушку и метнула её в Бекку. Я тут же последовала её примеру, и через пару секунд мы уже валялись на полу в гостиной, захлёбываясь от смеха.
Я обожала этих женщин. Никогда бы не подумала, что найду настоящую дружбу и поддержку в глуши штата Мэн. Когда возвращалась, была уверена, что тётя Лу станет моим единственным доверенным лицом. Но вселенная знала, как сильно мне нужны сильные, отважные женщины и послала их в мою жизнь.
Мы всё ещё пытались отдышаться, когда в дом вошли Анри с детьми. Он был настоящим громилой, вечно в фланелевой рубашке и рабочих ботинках, но стоило ему увидеть жену, как его суровый вид тут же смягчался.
Элис вскочила и поцеловала детей в макушки. Её сын Такер, долговязый подросток с тёмными волосами, скрывающими глаза, теперь был выше неё.
– Весело провели время у тёти Адель? – спросила она.
– Я играла с Тором! – восторженно выпалила Голди, маленький блондинистый сгусток энергии. – Он такой смешной и милый!
– А я научился паять! – гордо заявил Такер.
Элис нахмурилась, а вот Анри расхохотался. Такер с самого детства что-то мастерил и чинил. Он даже помог мне разобраться с интернетом в продуктовом банке.
– Отлично. А теперь в душ и по кроватям, – сказала Элис. – Я поднимусь попозже.
Анри обнял жену за талию и поцеловал её в щёку.
– У вас тут всё в порядке, дамы?
– Всё отлично, силач. – Элис с любовью посмотрела на него. – Только моих подруг нужно будет развезти по домам чуть позже.
Он, хоть и не был большим любителем улыбаться, слегка скривил губы под бородой и отвесил нам небольшой поклон.
– К вашим услугам.
Бекка ткнула меня локтем.
– Видишь? У тебя тоже может быть лесоруб, готовый исполнять все твои желания. Надо всего лишь вытащить голову из задницы и прыгнуть на Ноа.
Я закатила глаза, опираясь ладонями о мягкий ковёр по бокам.
– Мы просто друзья. И вообще, он не лесоруб, а пожарный.
Элис опустилась рядом со мной.
– Лесоруб – это не профессия. – Она хихикнула. – Это состояние души.
Глава 9
Ноа
Называть пожарную часть Лаввелла «маленькой» было бы большим преувеличением. Команда состояла из четырёх человек, одного диспетчера за смену и горстки добровольцев. Здание располагалось рядом с полицейским участком на Главной улице и представляло собой фасад из тёмно-красного кирпича. Когда я подъехал, несколько парней в синих рабочих штанах возились перед открытыми воротами, отмывая машину.
Я несколько секунд просидел в машине, настраивая себя и выискивая в себе хоть каплю энтузиазма. Мне повезло, что я вообще получил эту встречу, так что нужно было выжать из неё максимум.
Начальник Митчелл встретил меня широкой улыбкой. Мужчина лет под пятьдесят, с густыми усами и той самой суровой «отцовской» энергетикой, которая напомнила мне брата – Гаса.
– У тебя впечатляющее резюме. – Он откинулся назад, и стул под ним жалобно заскрипел. – Хелитац. Спецподразделение BLM, сертификаты национальных лесных служб, командир отряда в Северном Тахо, подготовка по тушению очагов, валке деревьев и защите построек?
Я глубоко вдохнул. Я был не из тех, кто привык сидеть за столом или работать с бумагами. На то, чтобы всё это оформить, ушли выходные и куча помощи от Джуда. Странное ощущение – уместить весь опыт, тяжёлую работу и риски в пару страниц текста.
Он встал и протянул руку.
– Хочу пожать тебе руку ещё раз. У тебя за плечами внушительная служба.
Я поднялся.
– Спасибо, сэр.
– Я рад встрече, и с удовольствием послушал бы твои истории за пивом, но боюсь, работы для тебя у нас нет.
Я кивнул, сжав губы в линию. Надежда устроиться в такую небольшую часть с самого начала была хрупкой, но я и не подходил никуда, кроме этой сферы.
– У нас урезанный бюджет и нет открытых вакансий. Если что-то появится... – Он снял кепку и провёл рукой по волосам. – Но тебе будет здесь совсем по-другому. Мы первые, кто реагирует. Тут нет сложных пожаров или стратегии. Всё гораздо проще.
– Я понимаю, – ответил я, сохранив ровный тон. Мне как раз и нужна была простая, рутинная работа. – Я теперь отец. – Я сунул руки в карманы. – Не могу больше уезжать на недели на тушение. Не могу рисковать, как раньше.
– Понимаю. Жаль, что не могу помочь.
Разочарование было, но я знал – с Тесс мы пока справимся, даже если я сразу не найду работу. Я жил на деньги, которые получил в прошлом году, когда Оуэн продал семейную лесозаготовительную компанию. Их было немного, но хватало, чтобы пока не переживать. Что дальше – я не знал. Я гордился своими узкоспециализированными навыками, но здесь они оказались не особенно востребованы. А вернуться на Запад я не мог.
Быть отцом теперь моя главная задача. Но я не привык сидеть без дела. Мне нужно быть полезным. Быть кому-то нужен.
Я кивнул, доставая ключи из кармана.
– Спасибо за уделённое время.
– Знаешь... – Он почесал подбородок. – У меня кузен в команде спасателей на Катадине. У них вечно нехватка толковых людей.
Тропа Аппалачи проходила через Мэн и заканчивалась на горе Катадин. Здесь часто бывали туристы, любители походов, лыжники и ценители удалённой рыбалки. Это было на руку Финну, который недавно открыл воздушную экскурсионную компанию – у него сейчас всё шло отлично. Так что леса Мэна не пустовали. Неудивительно, что у спасателей полно работы и, видимо, открытых позиций.
Я не мог проводить дни в лесу вдали от Тесс. И, несмотря на его комплименты, мало какие мои навыки годились здесь.
– Было бы интересно узнать подробности.
Не мешало хотя бы собрать информацию, хоть я и подозревал, что без продвинутой медподготовки туда не попасть. У меня только базовое обучение.
– Молодец. – Он хлопнул меня по спине и проводил к выходу.
Я сдержал тяжёлый вздох. Прожил ещё один день и всё ещё не знал, куда иду.
От пожарной части я повернул налево и направился к закусочной. Мама взяла Тесс с собой на детскую площадку и должна была завезти её позже, так что у меня было немного времени наедине с собой. Я решил утопить разочарование в черничном пироге. А может, даже в двух кусках.
Похлопал себя по животу. Раньше моя форма была всем. Это было основным требованием к работе. Мы бесконечно тренировались – марш-броски с рюкзаками по 30 килограммов, соревнования по подтягиваниям...
Теперь максимум моей физической активности – таскать коробки с подгузниками. С каждым днём я всё меньше был похож на прежнего себя. Мне нужна была работа, распорядок, и чёткий путь в будущее для Тесс и для меня.
Похоже, этот путь включал «папино тело», и с этим придётся смириться.
Я устроился в кабинке, и Бернис подошла, как всегда – с ехидцей.
– А где наша малышка?
– С бабушкой, – ответил я, переплетая пальцы на столе. – Кофе. И пирог.
– Твоя девушка любит яблочный, – сказала она тоном, полным сомнения.
Яблочный пирог был вкусным, это факт, но здесь за такое мнение могли линчевать. Особенно если рядом был черничный пирог Бернис.
– У меня нет девушки. – Я постарался быть вежливым. Я знал, как в этом городе рождаются и разносятся слухи – ещё с детства.
– Есть, есть. Племянница Лу. Возьми ей кусок яблочного – она оценит.
Я закрыл глаза и зажал переносицу.
– Она мне не девушка. Мы просто друзья.
Бернис цокнула языком.
– Это не какая-нибудь ваша... как вы там это называете... ситуационная связь? Вот эти ваши тиктоки, Иисус...
Господи, можно я просто спокойно съем свой пирог?
– Сейчас так у них всё и происходит, – вмешалась миссис Дюпон, вытянув шею за два столика от меня. С ней сидели Эрика и Лорейн, у каждой по кружке с паром. – Эти дети. Они не встречаются. Они... просто существуют.
И вот, когда мне казалось, что неловко уже некуда, поднялся отец Рене – тот самый древний священник, который дал мне первое причастие и подошёл ко мне.
– Сын мой, я знаю, ты только вернулся в город. Но Виктория пережила тяжёлый развод. Она добрая, отзывчивая женщина. И хоть я бы хотел, чтобы она чаще приходила на мессу... надеюсь, ты поступишь с ней правильно.
Я выдохнул и закрыл глаза. Теоретически переезд сюда с Тесс казался прекрасной идеей. Она будет расти среди природы Мэна, окружённая семьёй, носиться по округе с кузенами, впитав в себя тепло и поддержку этой идиллической маленькой деревушки.
Но, как бы радужно ни выглядела моя наивная фантазия, я как-то забыл, насколько навязчивыми и вездесущими могут быть местные жители. Я и с собственными братьями редко делился личным. Уж точно не собирался обсуждать свой статус отношений с отцом Рене и всей этой бдительной публикой.
Тем не менее я усмехнулся. На этих выходных я буду парнем Виктории.
Ох, чёрт. У меня сжался живот. Свадьба. Мне нужно найти нормальную одежду. Там же чёрный галстук… что бы это ни значило.
Я взял телефон. Нас было шестеро, но только один брат разбирался в таких вещах.
Ноа: Нужна помощь.
Оуэн: ?
Я всегда ценил Оуэна. Он не давил, не расспрашивал. Не докапывался до причин моих решений. Он был занятой человек, и всегда говорил по делу.
Ноа: Я иду на свадьбу в яхт-клуб в Кеннебанкпорте. Там дресс-код – чёрный галстук. Что вообще надевать?
Оуэн: Смокинг.
Ноа: Спасибо, Капитан Очевидность. Где мне его взять?
Оуэн: Секунду. У меня есть человек. Кто тебя вообще пригласил на светскую свадьбу в яхт-клубе?
Ноа: Я иду с Викторией. Это свадьба её сестры.
Оуэн: Можешь доехать до Бангора?
Я глянул на часы. Из пожарной части я вышел меньше чем за полчаса, и Тесс скоро должна была заснуть. Поездка на час – нормально.
Ноа: Да.
Через пару минут брат прислал адрес.
Оуэн: Скажи, что тебя прислал я. Моя помощница отправит тебе список всего, что понадобится на выходные.
Ноа: Спасибо. Я у тебя в долгу.
Оуэн: Виктория – потрясающая женщина. Только не облажайся.
Инстинктивно хотелось ответить. Рассказать, что мы просто друзья. Что я делаю ей одолжение. Что она помогает мне с Тесс. Но у меня не было сил убеждать в этом ещё одного человека.
Я и так весь день тащил этот «мы просто друзья» камень на гору.
Да и времени не было. Нужно было мчаться в Бангор, если я хотел успеть всё купить и вернуться до того, как мама привезёт Тесс.
– Бернис, – сказал я с улыбкой. – Можно пирог с собой?
Глава 10
Ноа
Гостиница была потрясающей. Старинное здание стояло на полуострове с видом на океан. Я стоял в конце причала, разглядывая скалистую береговую линию. Как же я по этому скучал.
Я был человеком внутренних районов. Мы обычно закатывали глаза при упоминании Downeast – как называли прибрежную часть штата. Но эта пафосная сторона Мэна с лобстерами и маяками была, без сомнения, завораживающей.
Я не бывал здесь с детства. Каждое лето мама снимала домик у пляжа в Уэллсе, и мы целую неделю носились как угорелые, собирали лужицы во время отлива, соревновались, кто поймает самого крутого морского зверя.
Если Джуд осторожно ловил крабов сачком, я шёл в бой голыми руками. Разумеется, это означало, что меня щипали десятки раз. Пожалуй, у меня до сих пор остались едва заметные шрамы от тех приключений.
Я усмехнулся, вспоминая те дни, и решил, что обязательно продолжу традицию. Привезу Тесс сюда летом, чтобы она почувствовала мокрый песок под ногами, услышала крики чаек, нашла морскую звезду на отливе. Мэн – огромный, разнообразный и вечно недооценённый. Его природная красота поражает, а солёный океанский воздух уже помог мне немного прочистить голову.
Когда ты живёшь на автомате, в режиме выживания, трудно останавливаться и ловить мелкие моменты. А с рождением ребёнка я понял: вся жизнь состоит именно из таких мгновений, и ими нужно наслаждаться.
Сейчас я как раз и скучал по этим моментам. Скучал по своей малышке. Мама уже прислала кучу фотографий и видео, но грудь сжималась от желания обнять её, поцеловать в макушку, спеть на ночь.
Но я не жалел, что приехал. Виктория была не в себе последние пару дней. И я не мог её винить. Могу только представить, насколько тяжёлым был этот уикенд для неё.
Пока я ждал, когда она спустится из номера, чтобы мы могли пойти на репетицию и коктейльный приём, я дал себе слово: сделаю всё, чтобы ей было хорошо. Отвлеку от боли, от воспоминаний. Если понадобится – украду и увезу в поисках лучшего лобстер-ролла в округе.
Всю дорогу она почти не разговаривала. Но тётя Лу молчать не дала. Всю поездку она рассказывала нам свежие сплетни из своего пансионата. Эта женщина – просто огонь. Я понял, почему Виктория так её любит.
Я уже был в костюме, который подобрал для меня «специальный человек Оуэна», и решил провести немного времени на пристани, пока ждал. Позвонил маме и Тесс по видеосвязи. В конце концов, Виктория подошла ко мне.
Я оставил номер, чтобы дать ей спокойно собраться – прическа, макияж и всё такое. В номере было две кровати, слава Богу, но всё равно тесно. Не хотел, чтобы ей было неловко.
На ней было простое чёрное платье – короткое, воздушное, открывающее много ног. Волосы она распустила: блестящие, мягкие волны. Я уже и не помнил, когда в последний раз видел её без хвоста – с тех пор как вернулся в Лаввелл, она всё время собирала волосы. Туфли на каблуках были чертовски сексуальные. Её подтянутые ноги казались ещё длиннее.
Я приложил руку к сердцу и слегка пошатнулся.
– Чёрт, у меня самая горячая пара на этом вечере.
Она отмахнулась.
– Не флиртуй со мной.
– Не могу удержаться. У меня такая девушка – нужно выглядеть так, будто я по уши влюблён.
– Я помню. – Она хмыкнула. – Сложно тебе, наверное, да?
Я взял её за руку и закружил, заставив юбку закружиться, а себя – мельком увидеть её бёдра.
– Совсем несложно. Эти выходные будут в кайф.
Виктория была добрая, с чувством юмора. И очень, очень красивая. Я держал её в своём воображении строго в категории «друг». Но, чёрт возьми, я же живой мужчина. Как не заметить эти блестящие волосы, шоколадные глаза и её чертовски аппетитную попу?
Поэтому я просто откладывал эти мысли в сторону. Виктория – друг. Я не должен смотреть на неё так.
Я умею держать голову в порядке. Когда я «в режиме пожара», я весь – в деле. Спроси у меня дату рождения в разгар экстренной ситуации – вряд ли бы вспомнил.
– Готова? – спросил я, протягивая руку.
Репетиция была на пляже. Уже через пару минут стало ясно, что невеста – та ещё примадонна. Но я улыбался, болтал, держал Викторию за руку. Роль поддерживающего бойфренда давалась легко. Её благодарный взгляд каждый раз делал это ещё проще.
После репетиции нас пригласили на террасу с видом на океан. Там играл струнный квартет, официанты носили серебряные подносы с шампанским и изысканными закусками.
Я всё никак не мог поверить, что всё это – реальность. Ведь раньше у Рэндольфов не было денег. Мистер Рэндольф был сантехником, миссис Рэндольф вела танцевальную студию. Мы с ними особо не пересекались, но их история успеха уже давно стала частью местного фольклора.
– Трудно поверить, что всё это оплачено за счёт сантехнических принадлежностей, – пробормотала Виктория, отпивая шампанское и наблюдая, как её родители обмениваются воздушными поцелуями с гостями.
– Напомни, что именно он придумал? – спросил я, оглядывая всё вокруг.
– Приспособление для прочистки вентиляционных стояков, – пояснила она. – В старших классах папа придумал, как упростить процесс. Ему пришло в голову, когда он был на крыше. Вернулся домой, собрал прототип, пару раз его протестировал, а потом позвонил кузену – тот у него патентный юрист.
Она пожала плечами и выдохнула, надув щёки.
– А дальше – история. Благодаря этой штуке сантехникам не нужно постоянно лезть на крыши. Это быстрее, безопаснее, проще. Потом папа нашёл инвесторов, и так появилась Randolph Plumbing Supply. Его инструментами пользуются по всей стране, а родители получают процент с продаж.
– Впечатляет, – сказал я. – Я эти машины видел по всей стране.
– Это было странно. В один день мы были обычной семьёй. А на следующий – уже богаты. И не просто «поехали в Диснейленд и купили новые машины» богаты. А по-настоящему: «живём в особняке и отдыхаем на Лазурном берегу» богаты.
Я знал Вик недолго. Не по-настоящему. В детстве мы вращались в разных кругах. Но то, что сразу поразило меня в ней, – её простота. Её любовь к походам, к хорошему кофе, то, как она улыбалась каждому в городе. Сложно было увязать эту Викторию с теми людьми, что окружали нас сейчас.
– Я сюда не вписываюсь, – сказала она, будто прочитав мои мысли. – Мои родители и сёстры изменились после того, как мы уехали из Мэна. Пока я училась в колледже, они переехали в дорогой пригород Бостона, купили огромный дом. Мои сёстры пошли в частную школу, а родители вступили в загородный клуб.
– А ты – не про это.
Она зыркнула на меня.
– Конечно нет. Я – последний человек, которому место в загородном клубе. Поверь, мой бывший муж напоминал мне об этом регулярно.
Я посмотрел в сторону «счастливой пары», которая принимала гостей. Грэм был точь-в-точь таким, как она описывала: загорелый, с ботоксом, белоснежной улыбкой и напыщенным видом. Его костюм, наверное, стоил дороже моей машины, а блестящие часы дополняли образ, но больше всего в нём раздражала надменность.
– Пошли искать ещё этих гребешков, – сказал я, увлекая Викторию подальше от того места, куда она смотрела.
Первый час мы вели светскую беседу с приезжими гостями и периодически заглядывали к тёте Лу – проверяли, всё ли у неё в порядке.
Вик начала понемногу расслабляться, и я даже надеялся, что вечер пройдёт не так напряжённо, как она боялась.
Но потом появилась её мать.
Я слышал обрывки историй о Миранде Рэндольф из сплетен в городе и от самой Вик. Но ничто не могло подготовить меня к встрече с ней. Чёрное короткое каре, куча украшений и презрительная усмешка. Она прижала нас к бару, вынудила выслушать представление и устроила Вик допрос о работе, друзьях и о том, как она познакомилась со мной.
– Ты немного расплылась, – процедила она сквозь зубы. – Видимо, в ваших глухоманях пилатеса нет.
Вик рядом со мной будто сдулась, поправляя подол платья.
Мне, по идее, не стоило вмешиваться, но удержаться было тяжело. Особенно когда Миранда провела пальцами по щеке дочери и добавила:
– В Бангоре, наверное, есть приличный дерматолог. Стоит записаться. Вечно молодой ты не будешь. Пару лазерных процедур пошли бы тебе на пользу.
Боже, какая же она прелесть. С её лицом, натянутым до состояния бешеной собаки, мне с трудом удавалось сдержаться и не ляпнуть что-нибудь.
К счастью, она переключилась с критики дочери на нас – расспрашивала о наших отношениях и моей работе. Так что я включил режим «надёжного плюс-один» и поддержал версию, которую мы с Викторией придумали заранее: соседи, сначала дружба, потом роман.
– Эберт? – с насмешкой повторила её мать.
Я не удивился. Нашей семье слава всегда доставалась сомнительная. Отец, напомню, отбывал срок в федеральной тюрьме.
Пока Миранда вещала, к нам подходили другие гости. Невеста с умиротворённым лицом всё тёрла свой почти плоский живот. А затем появилась высокая и болезненно худая женщина – судя по всему, вторая сестра Вик.
– Чем вы занимаетесь? – спросила Александра, по-прежнему нелепо поддерживая свой «животик». Судя по интонации, всё, что не звучит как «инвестбанкир» или «гендиректор», её не устроит.
– Пожарный, – ответил я.
Технически – неправда. Но что-то подсказывало: говорить, что я сейчас безработный, здесь было бы неуместно.
Как только я это произнёс, их лица вытянулись. Стало очевидно – я больше не представлял интереса. И слава богу. Этот разговор надо было срочно завершать.
Я обнял Вик за плечи. Все мои инстинкты кричали: хватай её, неси куда подальше, в первую же закусочную с лобстерами – за пивом, настоящей едой и минутой покоя от этого фарса.
Но прежде чем я успел реализовать свой безошибочный план, сквозь толпу прорвалась ещё одна фигура.
– Ты говорила, что вы не встречаетесь, – громко заявила миссис Дюпон, подбивая начёс. Её покойный муж был мэром, когда я был ребёнком. Та ещё змея, из тех, кто считает себя выше всех остальных.
Но сплетничать ей было не западло – это вообще её главный талант.
Мать и сёстры Вик переглянулись, и выражения их лиц сделались ещё язвительнее. Вокруг сразу стихли разговоры – всем хотелось услышать продолжение.
Вик напряглась рядом.
– Мы просто не хотели афишировать, – тихо сказала она, заливаясь румянцем.
– Да она вообще ни с кем не встречалась, – громко возвестила миссис Дюпон. – Всё, наверное, потому, что до сих пор влюблена в жениха.
Вик ахнула. Александра продолжала поглаживать свой живот, самодовольно ухмыляясь.
Чёрт. Это был кошмар Виктории, воплотившийся в реальность. Люди пялились, шептались, наслаждаясь чужим позором.
– Конечно они встречаются, – раздался голос тёти Лу. Она протискивалась сквозь толпу, постукивая тростью по лодыжкам (подозреваю – намеренно). Она бросила на миссис Дюпон убийственный взгляд, а потом смерила меня с головы до ног. – Посмотрите на него. Если бы она его не заполучила, я бы это сделала. Ты же знаешь, я неравнодушна к пожарным.
Я притянул Вик ближе, провёл ладонью по её плечу.
– Он так выглядит, – тётя Лу указала на меня, чуть не заехав тростью по ноге Александры, скорее всего – специально. – И он ещё и герой? – Она положила руку на грудь. – Ох, обморок. У Виктории такой вкус появился, с тех пор как она вернулась на север. – Она метнула взгляд в сторону Грэма.
Александра нахмурилась, а Миранда закатила глаза. Впрочем, мне кажется, это было единственное выражение, которое её лицо вообще умело.
Ноздри миссис Дюпон вздулись.
– Они всё время вместе, – заявила она, – но все мы знаем, что они просто друзья. Его собственная мать подтвердила это на вязальной встрече во вторник.
Злость мгновенно вспыхнула в груди. Почему этой гадкой женщине вообще так важно, что происходит в моей личной жизни? Но сильнее всего я чувствовал, как разрывается сердце за Вик, которая рядом со мной всё больше сжималась, будто пыталась исчезнуть.
Я должен был что-то сделать. Поддержать её. Подбодрить. Нет, Вик не была моей девушкой. Хотя, конечно, я не стал бы говорить об этом этой старой карге или всем этим снобам. Но она была моей подругой. Человеком, к которому я испытывал самые искренние чувства. И само её присутствие здесь уже было испытанием. Я не позволю, чтобы её унижали.
– Простите, миссис Дюпон, – произнёс я, нарочито вежливо, – но это оскорбительно. Невозможно провести с этой женщиной даже немного времени и не влюбиться в неё по уши.
Тётя Лу улыбнулась мне. Я уже собирался ответить ей тем же, когда за её спиной заметил движение. Грэм. Тот самый бывший муж. Он уверенно приближался, в этом своём спортивном пиджаке, с самодовольной ухмылкой, будто только что вернулся с охоты на лис.
Я сжал кулаки. Кровь закипала.
Он был старше Вик на несколько лет точно, может, даже перевалил за сорок. Самодовольный тип, у которого, судя по всему, хватало уверенности исключительно за счёт отцовских денег.
Я был выше его на несколько сантиметров и, по ощущениям, мог переломить его пополам без особых усилий. И, похоже, именно к этому всё шло.
С бокалом, в котором, скорее всего, плескался дорогущий скотч, он подошёл ближе, и не постеснялся в открытую окинуть Вик взглядом сверху донизу.
В ушах загрохотала кровь. Было два варианта: схватить Вик и унести куда подальше или остаться и заткнуть этих высокомерных ублюдков раз и навсегда.
Я сделал то, чему меня учили: оценил обстановку, просчитал варианты и выбрал тот, что принёс бы меньше всего ущерба.
Я повернулся к Вик и аккуратно заправил прядь её волос за ухо.
Она подняла на меня глаза, полные напряжения. Чёрт. Больше всего мне хотелось стереть всё это с её лица.
Я не мог забрать боль, но мог сделать что-то другое. Я посмотрел ей прямо в глаза и сказал:
– Я без ума от тебя. Давай без тайн.
Пальцами приподнял её подбородок и, наклонившись, нежно коснулся её губ.
Она встала на носочки, и то, что должно было быть лёгким поцелуем, тут же вышло из-под контроля.
С тихим стоном я притянул её ближе. Её пальцы тут же оказались в моих волосах, руки обвились вокруг шеи.
Чёрт. Это ошибка.
Всё было слишком легко. Слишком естественно. И чертовски горячо.
Очень горячо.
Необычно горячо.
Мозг отключился, и вместо короткого поцелуя мы задержались. Надолго.
Всё вокруг исчезло. Больше никого не существовало.
Когда я отстранился, она посмотрела на меня, зрачки расширены, губы приоткрыты. Мы какое-то время молча смотрели друг на друга, прежде чем я обернулся к её семье, крепко взял Вик за руку и сказал:
– Извините нас. Моей девушке срочно нужен напиток.
Не дожидаясь ответа, я потянул её к бару, оставляя за спиной ошарашенную толпу.
Позади раздался свист. Не нужно было даже оборачиваться – это точно была тётя Лу.
