Текст книги "Самая длинная ночь"
Автор книги: Борис Рабкин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)
Слышны голоса девушек: «Принц! Принц! Где же вы, Принц?»
Э л ь. Вас зовут.
П р и н ц. Так вам действительно ничего не нужно? Решительно ничего?
Э л ь. Бегите, принц, барышни обидятся.
П р и н ц. Вы странная девочка, я еще никогда не видел таких странных девочек. Знаете что, я осалю их и вернусь, а вы тем временем подумайте.
Э л ь. Хорошо, я подумаю.
П р и н ц. Извините, я побегу, а то они и вправду могут обидеться. Мне никого не хочется огорчать. (Убегает.)
По черной половине осторожно пробирается М и н и с т р П р о ш л о г о, вставляет в одну из рам связку ключей, незамеченный, уходит за принцем. Прыгая на одной ноге, на черной половине появляется С т а р ы й Г о д.
С т а р ы й Г о д. Ну как тут у тебя, все в порядке?
Э л ь. Все в порядке, Тривэ.
С т а р ы й Г о д. А у меня нет. Никак не найду ключей. Должно быть, Министр Прошлого унес их с собой. (Замечает торчащие в раме ключи.) Смотри, какая удача! Он обметал с портретов пыль и забыл связку в раме. (Поднимает шторку на первой раме, стучит в стекло.) Папаша!
Старичок в раме мирно посапывает.
Вы спите, папаша?
Ответа нет. Старый Год отпирает раму.
Э л ь. Какой он у вас тощенький! Его что, плохо кормили?
С т а р ы й Г о д. Папаша был Голодным Годом. Разве ты забыла, что прошлый год был голодным? В детстве он был ужасным лакомкой, а вот, поди ж ты, пришлось стать голодным.
Э л ь. Почему?
С т а р ы й Г о д. Неужели ты еще не поняла? Потому что они хотели этого. (Указывает в сторону, откуда раздается шум.) Для них-то он был сытым. Скоро и я уйду в прошлое, и тогда всем станет ясно, что для большинства жителей нашего королевства я был совсем не Веселым Годом. (Стучит в раму.) Проснитесь, папаша!
Г о л о д н ы й Г о д (чихает, просыпается). Кто там?
С т а р ы й Г о д. Это я, папаша.
Г о л о д н ы й Г о д. Где мои очки? (Надевает болтающееся за ухом на цепочке пенсне.) Это ты, мальчишка?
С т а р ы й Г о д. Добрый вечер, папаша.
Г о л о д н ы й Г о д. Что? Вечер? Какое сегодня число? Говори погромче, я плохо слышу.
С т а р ы й Г о д (берет болтающуюся у Голодного Года на груди слуховую трубу, вставляет ему в ухо, говорит в трубу). Сегодня тридцать первое декабря, папаша.
Г о л о д н ы й Г о д. Тридцать первое? Значит, сегодня бал. (Поворачивает трубу в разные стороны, прислушивается.) Да-да, музыка. (Подпевает звукам доносящегося вальса.) Пум-па-па, пум-па-па, пум-па-па… Кажется, это было только вчера: мой первый бал, восторги, ожидания, надежды… такие розовые, как наш Министр Будущего. И точно так же звучала музыка… Мне иногда снится детство: мороженое, ореховый торт, взбитые сливки с вареньем… Как это прекрасно – детство! (Подпевает в такт звукам вальса.) Пум-па-па, пум-па-па.
С т а р ы й Г о д. Скоро полночь, папаша, уже пробил мой последний час.
Г о л о д н ы й Г о д. Ничего, мой мальчик, не огорчайся, здесь не так уж плохо. Спишь и спишь вечным сном: ни тебе забот, ни тебе тревог, и есть не хочется. Благодать! (Чихает.)
С т а р ы й Г о д (указывая на Эль). Познакомьтесь, папаша. Наша гостья.
Г о л о д н ы й Г о д. Очень приятно. (Подает руку.) Год. Голодный.
Э л ь. Здравствуйте. Как вы себя чувствуете?
Г о л о д н ы й Г о д. Нормально: истощение, головокружение, слабость. Голод не тетка. (Чихает.) Проклятая пыль! Своих любимчиков Министр Прошлого каждый день обметает веничком, а те, кто ему неугоден, так обрастают пылью, что становятся похожи на пугала. (Чихает.)
С т а р ы й Г о д. И здесь нет справедливости!
Г о л о д н ы й Г о д. И не говори, мой мальчик! (Чихает.) Проклятая пыль! Она попадает мне в нос, и я беспрерывно чихаю.
Э л ь. Позвольте, я обмету с вас пыль. В таверне я каждый день убираю.
Г о л о д н ы й Г о д. Обмети, деточка, только помни, что я не пивная кружка, а прошлое. С прошлым нужно обращаться делика-а-а… (Чихает.) Деликатно.
Э л ь (сметает с Голодного Года пыль специальной метелочкой на длинной ручке). Не вертитесь, пожалуйста, потерпите минуточку.
Г о л о д н ы й Г о д (хихикает). Щекотно.
Э л ь. Зато теперь на вас нет ни одной пылинки.
Г о л о д н ы й Г о д. У тебя золотые руки, деточка! Просто не знаю, как тебя благодарить!
С т а р ы й Г о д. Папаша, эта девочка забыла свое имя. Присмотритесь к ней повнимательней: вы не помните, как ее звали в ваше время?
Г о л о д н ы й Г о д. Где мои очки? (Надевает болтающиеся за ухом очки.) Память у меня, сами понимаете, не ахти – голод не тетка… (Эль.) Подойди поближе. (Разглядывает Эль.) В мое время… В мое время… Так-так-так. Ага!
Э л ь. Вспомнили?
Г о л о д н ы й Г о д. Ты служила в таверне Анкера?
Э л ь. Да.
Г о л о д н ы й Г о д. Разносила кружки с элем?
Э л ь. Да, да!
Г о л о д н ы й Г о д. Тебя звали… Ну конечно, так тебя и звали: Эль!
С т а р ы й Г о д. Нет, папаша, у нее было другое имя. Она забыла его.
Г о л о д н ы й Г о д. В мое время ее звали Эль. Может быть, она забыла свое имя раньше? Поговорите с моим папашей Военным Годом. Правда, характерец у него… В юности мухи не обидел, а надел погоны – стал настоящим солдафоном. (Крутит пальцем у виска.) Контуженый…
С т а р ы й Г о д. Ну что ж, спасибо, попробуем. Спите спокойно, папаша. (Опускает шторку. Стучит во вторую раму.) Дедушка! (Поднимает шторку.)
Во второй раме свирепый усатый старик. Одет точно так же, как другие годы, но на плечах погоны.
Добрый вечер, дедушка!
В о е н н ы й Г о д. Что-о? Как стоишь? С кем разговариваешь? Руки по швам! Смир-рно!
С т а р ы й Г о д. Бросьте командовать, дедушка, мы же не солдаты.
В о е н н ы й Г о д. И очень жаль! Смир-рно!
Э л ь. Послушайте, дедушка…
В о е н н ы й Г о д. Разговорчики в строю! Молчать!
С т а р ы й Г о д (тихо, Эль). Молчи, а то он разозлится и вообще разговаривать не станет.
В о е н н ы й Г о д. На-право! Ать-два! Шагом марш!
Старый Год и Эль маршируют на месте перед рамой, в которой находится Военный Год.
Ать-два! Ать-два! Ать-два! Запе-вай!
С т а р ы й Г о д. Что запевать, дедушка? Мы не умеем…
В о е н н ы й Г о д. В казарму бы вас, умники! (Поет.)
Мы из пушки,
Мы из пушки,
Мы из пушки по врагу!
Ждут подружки,
Ждут подружки
На далеком берегу.
Носики, носики,
Щечки как цветочки!
Рыжие, курносенькие
Маменькины дочки!
Ать-два! Ать-два!
С т а р ы й Г о д (продолжая маршировать). Познакомьтесь, дедушка, у нас гостья.
Э л ь (так же). Здравствуйте. Как вы себя чувствуете?
В о е н н ы й Г о д. Как штык! Солдат везде чувствует себя как штык, даже в раме. Запе…
С т а р ы й Г о д. Подождите запевать, дедушка! Эта девочка забыла свое имя. Припомните, пожалуйста: как ее звали в ваше время?
В о е н н ы й Г о д (направляет на Эль подзорную трубу). Ее звали…
С т а р ы й Г о д. Как?
В о е н н ы й Г о д. Ее звали…
С т а р ы й Г о д. Ну!
В о е н н ы й Г о д. Ее звали…
Э л ь. Говорите же!
В о е н н ы й Г о д. Не скажу.
С т а р ы й Г о д. Почему, дедушка?
В о е н н ы й Г о д. Просто так, не хочу и не скажу! Она мне не нравится, она никогда не была солдатом! Запе…
Э л ь (перебивает). Это правда, я никогда не была солдатом, но зато солдатом был мой отец! Он был храбрым солдатом! У него такие большие руки: они могут крепко держать и весла, и саблю, и ружье! На войне он был героем! Но война давно кончилась, а в обычной жизни мужчины знаете какие беспомощные! Для них и сготовить нужно, и постирать, и в доме прибрать! Вы ведь сами солдат, должны понимать! Если вы не скажете моего имени, мы с отцом никогда не встретимся. Нам так плохо друг без друга. Я самая бедная девочка во всем королевстве, у меня нет ничего, даже имени, никто доброго слова не скажет, не приласкает. Отец уплыл на войну, когда я была совсем маленькой, и с тех пор от него никаких вестей!
В о е н н ы й Г о д. Если от него нет вестей, значит, он пропал без вести; запе-вай! (Поет.)
Мы снарядом,
Мы снарядом,
Мы снарядом по врагу!
Будут рады,
Будут рады,
На далеком берегу.
Носики, носики!
Щечки как цветочки.
Рыжие, курносенькие
Маменькины дочки!
Ать-два! Ать-два! (Самозабвенно марширует в раме.) Носики-носики! Ать-два! Ать-два!
С т а р ы й Г о д. Завелся! Теперь хоть кол на голове теши, кроме «носиков» ничего не услышишь.
Старый Год опускает шторку. Вбегает М и н и с т р Б у д у щ е г о.
Э л ь (поспешно прячется за спину Старого Года). Не выдавайте меня, Тривэ!
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Тривэ! Дорогой Тривэ! Вас ищут гости! Все жаждут засвидетельствовать вам свою признательность за прекрасно прожитый год!
С т а р ы й Г о д. Пошлите их к черту!
М и н и с т р Б у д у щ е г о (заливаясь счастливым смехом). Вы шутник, Тривэ! Идемте, прошу вас!
С т а р ы й Г о д (упирается). Не пойду.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Подумайте о будущем!
С т а р ы й Г о д. У меня нет будущего. (Указывая на пустую раму.) Вот мое будущее.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Не так уж плохо, Тривэ. Мой коллега Министр Прошлого постарался для вас на совесть: позументы, шелковые кисточки… Ни у кого из ваших предков нет таких кисточек. Кстати, это вы разрешили ему прийти на был?
С т а р ы й Г о д. Разве он здесь?
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Я сам видел, как он вертелся возле принца. Как бы он нам не преподнес какого-нибудь сюрприза. (Принюхивается.) Здесь нет посторонних?
С т а р ы й Г о д. Нет.
М и н и с т р Б у д у щ е г о (поводя носом). Сегодня одна девчонка из простых пыталась проникнуть на бал… (Осматривает зал, обходя вокруг Старого Года.) Вы уверены, что здесь никого нет?
С т а р ы й Г о д (поворачивается так, чтобы Эль все время была за его спиной). Никого, никого, никого…
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Меня преследует запах гуталина.
С т а р ы й Г о д (схватился за голову). Ах…
Раздается звон.
М и н и с т р Б у д у щ е г о (привстает на цыпочки, заглядывает внутрь короны). Остался один?
С т а р ы й Г о д. Последний.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. У нас все готово для коронации. Лечу к гостям!
С т а р ы й Г о д. Летите, господин министр, летите, я сейчас приду.
Министр Будущего убегает.
Э л ь. Спасибо, Тривэ, вы спасли меня.
С т а р ы й Г о д. Пустяки, девочка Пиво, он бы все равно тебя не заметил. У Министра Будущего отменный нюх, но в своих розовых очках он не видит дальше собственного носа. Впрочем, это тоже государственная тайна. (Хохочет.) Пора прощаться со Старым Годом. Придется пойти в последний раз повеселить этих болванов.
Э л ь. Вы уходите?
С т а р ы й Г о д. Не отчаивайся, девочка Пиво, мы еще что-нибудь придумаем, что-нибудь придумаем…
Уходит.
Доносятся взрывы смеха. Бравурная музыка. Эль опускается на ступени трона. Из-за трона выходит П р и н ц, подходит к Эль.
П р и н ц. Вы обманули меня!
Э л ь (вскакивает). Принц!
П р и н ц. Я был здесь и все слышал. Целый час я уговаривал вас попросить о чем-нибудь, а вы твердили, что вам ничего не нужно.
Э л ь. Мне ничего не нужно!
П р и н ц. Зато мне нужно! Как вы не можете понять! Ах, как вы не можете понять! Я же сказал вам: я мечтаю стать Счастливым Годом! Как же я могу быть счастлив, если кому-то, хотя бы одной девочке, плохо живется, если она не слышит доброго слова, если она несчастна, если она не может встретиться со своим отцом! (Кричит.) Министр Прошлого! Министр Прошлого!
Появляется М и н и с т р П р о ш л о г о.
Сейчас же верните ей имя!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Зачем так кричать, дорогой принц. Я же объяснил вам, у прошлого свой кодекс: «Что было – то сплыло…»
П р и н ц (перебивает). Я вам приказываю – верните ей имя!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Разве я виноват, что она осталась без отца, без матери и очутилась в таверне? Это все розовый попугай – Министр Будущего. Знай кудахчет: «Будущее! Будущее!» А потом из этого будущего получается такое прошлое, что девочки забывают, как их зовут. (Одну за другой открывает рамы с портретами.) Вот оно, будущее! Вот! Вот! Деваться некуда от этого будущего! Это все он натворил, розовый! А я должен отвечать? Пусть сам и отвечает! Заставьте его записать в розовую тетрадку про ее встречу с отцом! Пускай повертится!
П р и н ц (кричит). Министр Будущего! Министр Будущего!
Вбегает М и н и с т р Б у д у щ е г о.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Я здесь, принц. Что случилось?
П р и н ц. Снимите очки, господин министр.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Очки? Зачем очки? Очень извиняюсь, но Министр Будущего не имеет права снимать розовые очки. (Принюхивается.) Гуталин? Так и есть – гуталин!
На мгновение снимает очки, в ужасе зажмуривается и тут же надевает очки обратно.
Как она попала сюда?
М и н и с т р П р о ш л о г о (ехидно). А вот попала.
М и н и с т р Б у д у щ е г о (Министру Прошлого). Ваша работа, дорогой коллега?
П р и н ц (министру Будущего). Откройте розовую тетрадку. Пишите.
М и н и с т р Б у д у щ е г о (растерянно шарит по карманам). Я… Она… должно быть, где-нибудь оставил… Сейчас! (Хочет бежать.)
П р и н ц. Розовая тетрадка торчит у вас из кармана.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Что вы говорите? Ах, какой конфуз! Действительно, торчит из кармана. (Министру Прошлого.) Я тебе это припомню, архивная крыса!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Повертись, повертись, свистун!
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Навозный жук!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Попугай!
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Крот! Мокрица!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Мошенник! Подхалим! Очковтиратель!
П р и н ц. Замолчите, господа министры! Как вам только не стыдно! (Министру Будущего.) Пишите! (Диктует.) Девочка, забывшая свое имя…
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Сломалось перо.
М и н и с т р П р о ш л о г о (достает из портфеля ручку, подает министру Будущего). Это не сломаешь – вечное.
П р и н ц (диктует). Должна встретиться со своим отцом…
М и н и с т р Б у д у щ е г о (решительно захлопывает тетрадку). Это невозможно, принц!
П р и н ц. То есть как невозможно! Я вам приказываю!
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Дорогой принц, это интриги! Архивная крыса давно подкапывается под меня! Ну, допустим, я запишу то, что вы требуете… Что из этого получится?
П р и н ц. Она встретится с отцом.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Ничего подобного! У меня будут неприятности, а их встречу все равно вычеркнут. Ее нет в списке приглашенных на бал.
П р и н ц. Так впишите ее в этот список.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Как же я ее впишу, если у нее нет имени?
Входит С т а р ы й Г о д.
С т а р ы й Г о д. Что ты наделала, девочка Пиво! Ты обманула меня! Ты не сдержала слова! Я же предупреждал!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Она не виновата, Тривэ! Рано или поздно это должно было произойти!
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Это все он натворил, его работа!
М и н и с т р П р о ш л о г о (указывая на рамы). Нужно же когда-нибудь положить этому конец!
П р и н ц. Папаша, что все это значит?
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Это ничего не значит! Ровным счетом ничего не значит! Просто маленькое недоразумение. А в общем, все чудесно! (Лихорадочно пританцовывает.) Все чудесно, все чудесно…
П р и н ц. Хватит! Папаша, почему они не слушают моих приказаний? Принц я или не принц?
С т а р ы й Г о д. Только не волнуйся, мой мальчик! У тебя чистое сердце и горячая голова, тебе нельзя волноваться…
М и н и с т р П р о ш л о г о. Нужно сказать ему правду, Тривэ.
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Ни в коем случае!
П р и н ц. Какую правду?
Зал начинает заполняться г о с т я м и. Теперь девушки, которых мы уже видели, на заднем плане, впереди их папаши, мамаши – сытые, самодовольные.
М и н и с т р П р о ш л о г о. Вас только называют величествами, настоящие короли – они! (Указывает на входящих гостей в масках.) Господин Баланс – финансовый король. Господин Триб – король хлебный. Господин Вексель – сапожный король. Здесь все короли! Мы и пальцем не смеем пошевельнуть без их разрешения.
П р и н ц. Это правда, папаша?
С т а р ы й Г о д. Милый мой мальчик, время теперь знаешь какое дорогое? Дрова, свечи, продукты питания, содержание замка… Одних дверей в нашем замке шестьсот шестьдесят шесть, и все нужно смазывать. Если их не смазывать, они так скрипят, что с ума можно сойти, а масло все дорожает и дорожает, так что не напасешься денег… Поневоле приходится залезать в долги. Мы так обеднели, что вынуждены служить.
М а с к а (начальственно). Что там у вас? Пора начинать коронацию.
П р и н ц (обращаясь к маскам). Сейчас мы начнем коронацию, господа. Я стану годом. Но мне совсем не безразлично, каким годом я стану. Я хотел бы стать Счастливым Годом, господа!
М а с к и. Счастливым?
– Для кого?
П р и н ц. Для всех! Для вас и для этой бедной девочки. (Выходит вперед Эль.) Она забыла свое имя и не может встретиться с отцом.
Один из гостей выходит вперед, снимает маску.
Это А н к е р.
А н к е р. Что такое? Да это же моя служанка Эль!
М а с к и (возмущенно шепчутся). Служанка!
– Вы слышите: служанка!
– Здесь служанка!
А н к е р. Ты как попала сюда? Марш в таверну разносить кружки!
П р и н ц. Нет-нет, не гоните ее! Я не могу быть счастлив, когда она несчастлива!
А н к е р. А я не могу быть счастлив, когда она счастлива! Это хорошая, выгодная служанка. Если отец заберет ее, кто будет служить в моей таверне? Кто?
М а с к и. Кто будет прислуживать в таверне? Кто?
– Если каждой служанке вернуть имя, у нас вообще не останется служанок!
– Кто будет нам прислуживать?
– Кто будет на нас работать? Кто?
А н к е р. Ну я тебе покажу, негодница! Дай только вернуться домой! (Хватает Эль за ухо.)
П р и н ц. Не смейте трогать ее! Не то я вообще не стану годом! Я не надену корону!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Правильно! Молодец принц!
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Не слушайте его, принц! Он хочет погубить нас всех! Вы должны надеть корону!
П р и н ц. Либо я стану Счастливым Годом, либо не стану годом совсем! Я не надену корону!
М а с к и. Он потерял рассудок!
– Он не понимает, что говорит!
– Он не в своем уме!
– Объясните же ему!
М и н и с т р Б у д у щ е г о. Если вы не наденете корону, жизнь в нашем королевстве остановится! Все уйдет в прошлое! Все погибнет! Вы сами погибнете! Погибнет эта девчонка! Погибнет ее отец, с которым она все-таки могла бы когда-нибудь встретиться! Все, все погибнет. (Эль.) Ты погибнешь!
Э л ь. Уж лучше совсем погибнуть, чем жить без имени!
М а с к и (возбужденно шепчутся). Придется вернуть ей имя…
– Придется!
– Со временем…
– Ну разумеется.
– Я согласен.
– Так и быть: верните ей имя, господин Министр Прошлого!
М и н и с т р П р о ш л о г о. А вот и не верну!
М а с к а. Что такое? Вы уволены!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Мы еще посмотрим теперь, кто кого уволит. Принц, вы никогда не станете Счастливым Годом, если в королевстве будут командовать они. Предположим, я отдам ей имя. Она вернется к Анкеру и опять с утра до ночи будет слышать одно: «Девчонка, эль! Неси эль! Подай эль!» Не пройдет и недели, как она снова забудет, как ее зовут.
П р и н ц. Что, по-вашему, я должен сделать?
М и н и с т р П р о ш л о г о. Не надевайте корону!
П р и н ц. Но ведь тогда она совсем погибнет!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Она не погибнет! Клянусь вам, она не погибнет! Она…
М и н и с т р Б у д у щ е г о (перебивает его). Не слушайте его, слушайте меня! Меня! Меня! Меня!
П р и н ц. Довольно я слушал вас! Не верю ни одному слову!
С т а р ы й Г о д. На этот раз он говорит правду, сынок!
П р и н ц. Вы всегда уверяли, что он говорит правду, папаша!
М и н и с т р П р о ш л о г о. И вас одурачил этот розовый попугай, Тривэ!
С т а р ы й Г о д. Боже мой, до чего я дожил! (Вдруг схватился за голову.) Ах… (Провожает взглядом слетевшую птичку.)
Пауза. Все замерли. В тишине раздался первый звон.
Я кончился. Прощайте.
Передает корону принцу, закрывает последнюю страницу своего календаря, уходит в раму.
Второй звон.
М и н и с т р Б у д у щ е г о (захлебываясь от волнения). Надевайте корону, принц! Не упрямьтесь! Заклинаю вас! Во имя вашего блага! Я воспитал вас! Вы мне дороги, как сын! Надевайте корону!
Третий звон.
М а с к и (угрожающе надвигаются на принца).
– Корону!
– Корону!
– Надевай корону!
П р и н ц. Нет! (Выбрасывает корону в окно.)
Четвертый звон. Все замерли точно загипнотизированные.
М и н и с т р Б у д у щ е г о (шепотом). Господа… Господа… Что же будет с будущим, господа… (Вдруг кричит истерически.) Закройте окно! Ловите блим-блям!
Пятый звон. Вдруг очнувшись, все бросаются ловить воображаемую птичку. Шум, крик, суматоха. Птичка то взлетает под самый потолок, то камнем падает вниз, выскальзывает из рук.
Ловите, пока она не прозвенела двенадцать раз! (Считает звоны.) Шесть… Семь… Ловите! Ловите же! Восемь… Скорее! Скорее! Десять… Десять… Одиннадцать… Все кончено, у нас больше нет буду…
Министр Будущего не успевает договорить – двенадцатый звон. И сейчас же черная половина начинает расти, поглощая розовую. Маски в ужасе мечутся по залу, застывают в тех позах, в каких их застала надвигающаяся чернота. И вот все замерло. Розового больше нет. Все черно. На сцене остается только одна движущаяся фигура – Министра Прошлого.
М и н и с т р П р о ш л о г о. Ну вот и слава богу… Теперь будет тихо.
Подходит к неподвижно стоящему принцу, трогает его за руку.
Принц, принц…
П р и н ц (неуверенно шевелится). Что это? Я жив…
М и н и с т р П р о ш л о г о. Ну разумеется. Я же говорил вам – все будет хорошо.
П р и н ц (обводит взглядом застывшие фигуры, замечает неподвижно стоящую Эль). Что я натворил! Все кончено…
М и н и с т р П р о ш л о г о. Наоборот, принц: для вас все только начинается. На свете много королевств. Ищите такое, в котором вы сможете стать Счастливым Годом.
П р и н ц (подбегает к Эль). Эль! Эль! Теперь я никогда не смогу быть счастлив!
М и н и с т р П р о ш л о г о (смеется). Сможете, принц. (Прикасается к Эль.) Очнись, Минутка.
П р и н ц. Минутка?
М и н и с т р П р о ш л о г о. Да, принц, ее настоящее имя – Минутка.
Э л ь. Минутка… Да-да. Минутка! Я вспомнила!
П р и н ц. Как я счастлив!
М и н и с т р П р о ш л о г о. Все эти господа: анкеры, трибы, вексели – это только механизм, старый часовой механизм. Старый механизм рано или поздно должен остановиться, время не может остановиться никогда! Идите, принц! Ищите такое королевство, в котором каждая минутка будет счастливой, тогда и вы станете Счастливым Годом! А я послежу, чтоб эти господа навеки остались в прошлом. Что было, то сплыло, что упало, то пропало; прошлого не воротишь!
Разноцветные круги. Перед нами занавес сказки.
Из циферблата, взявшись за руки, выходят П р и н ц, Э л ь, М о р я к, В о р о н а, Ч е р е п а х а, за ними еще какие-то персонажи. Хотелось бы, чтобы их было побольше, чтобы, пока длится интермедия перед занавесом, они все шли и шли. Все поют:
Мы идем! Мы идем! Мы идем!
Мы в пути! Мы в пути! Мы в пути!
Мы найдем! Мы найдем!
Каждый счастье обязан найти!
Г о л о с Ч а с о в щ и к а. Скорей заводи свои новые часы!
Г о л о с В а л е р к и. Зачем?
Г о л о с Ч а с о в щ и к а. Может быть, им понравится наше королевство и они поселятся в нем?
Г о л о с В а л е р к и. Как же они поместятся в нем? Они такие большие!
Г о л о с Ч а с о в щ и к а. Они просто кажутся тебе большими, потому что ты представил, что ты сам маленький. Представь, что ты стал опять большим, увидишь, какими они станут маленькими.
Г о л о с В а л е р к и. Подожди, сейчас представлю!
Разноцветные круги.
Г о л о с Ч а с о в щ и к а. Представил?
Г о л о с В а л е р к и. Представил!
Мы снова в комнате Часовщика.
В а л е р к а. Смотри, эти старые часы и вправду остановились.
Ч а с о в щ и к. Конечно, вправду! Сказка не шутка, сказка очень серьезная вещь!
В а л е р к а. Тогда где же они? Принц, Эль, отважный моряк…
Ч а с о в щ и к. Они здесь! Просто они стали такими маленькими, что их невооруженным глазом не разглядишь. (Вставляет в глаз лупу, заглядывает в коробку часов.) Вот они! Спускаются по цепи… Спрыгивают с гири на пол… Они идут! Слышишь?
Чуть слышно звучит песенка.
Мы идем! Мы идем! Мы идем!
Мы в пути! Мы в пути! Мы в пути (и т. д.)
Валерка свесился вниз головой с дивана, протягивая подаренные часики навстречу невидимым путешественникам. Часовщик прослеживает их путь от старых часов к новым часикам.
Они уже совсем близко…
Распахивается дверь, на пороге появляется М а м а, за нею г р у п п а г о с т е й.
М а м а (всплескивает руками). Уму непостижимо!
В а л е р к а. Тише!
Ч а с о в щ и к. Повторяйте за мной: добро пожаловать в наше счастливое королевство!
Г о с т и. Какое королевство?
– В чем дело?
– Что здесь происходит?
М а м а. Так я и знала: сказки рассказывают.
В а л е р к а. Повторяйте!
В с е в м е с т е. Добро пожаловать в наше счастливое королевство!
Ч а с о в щ и к (Валерке). Ну как, получилось?
В а л е р к а (осторожно прикладывает часики к уху, и лицо его расплывается в счастливой улыбке). Получилось… Тикают!
Ч а с о в щ и к. С Новым счастливым годом!
Все поднимают бокалы.
З а н а в е с.
ЧАС НОЧИ
Комедия в двух частях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
К р у г л о в ы – Анна Павловна и Евгений Викторович.
Г у щ е в ы – Мария Семеновна и Роберт Егорович.
М о с я г и н ы – Юлия Аркадьевна и Николай Петрович.
Б а б и ч е в а – Нинель Матвеевна.
М а х а л к и н – Степан Федорович.
Все примерно одного возраста: 35—40, кроме Круглова, которому за пятьдесят.
К р у г л о в О л е г }
Г у щ е в В а л е н т и н }
М о с я г и н а Л е о н е л л а }
Б а б и ч е в А н д р е й }
М а х а л к и н Э д у а р д } – дети вышеназванных граждан, в пьесе практически не участвуют.
В эпизодах: А л е н а, И в а н, Ф и л о с о ф, К о с т и к, В л а д и к, сержант милиции.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Квартира Кругловых: холл и гостиная. В холле – подобие библиотеки: стеллажи с книгами, кожаные кресла, журнальный стол, телефон, три двери – входная, в другие комнаты, в кухню. В гостиной импортный гарнитур, хрусталь в горке, большие напольные часы, второй телефонный аппарат. Но сейчас ничего этого не видно, обстановка едва угадывается потому, что на улице ночь, свет в квартире выключен и только луна, выныривая временами из бегущих по небу облаков, заглядывает в окна гостиной. Звонит телефон, но к аппарату никто не подходит. Телефон умолкает. Где-то остался невыключенным радиорепродуктор, слышна мягкая ритмичная музыка, потом голос диктора: «Мы передавали танцевальную музыку. Московское время – ноль часов пятьдесят девять минут. Наши передачи окончены. Спокойной ночи, дорогие товарищи!» Заключительные музыкальные аккорды. Тишина. И опять звонит телефон – долго, настойчиво. Наконец звонки обрываются. В часах что-то громко щелкает, раздается шипение, они отбивают один удар. Час ночи. И тогда открывается входная дверь, входят супруги К р у г л о в ы.
К р у г л о в. Если бы я пошел с пик, он бы сидел без трех!
К р у г л о в а. Тише. Разбудишь Олега.
К р у г л о в (ворчит). Разбудишь, разбудишь… Я в его возрасте… Меня, из пушки. Избаловали, изнежили, неудивительно, что работать некому. Народу полно, а работать некому!
К р у г л о в а. Ты что разошелся?
К р у г л о в. Дурак – не пошел с пик.
К р у г л о в а. Включи свет.
Круглов включает свет в холле.
Куда на ковер в ботинках! И шапку отряхни. Весь в снегу. Не здесь, на лестнице.
Круглов выходит. Слышно, как он отряхивается за дверью. Потом он возвращается. Супруги снимают пальто, уличную обувь.
(Зевает.) Ох, и отосплюсь завтра…
К р у г л о в. Кто как. Машина придет в семь тридцать.
К р у г л о в а. Завести будильник?
К р у г л о в. Сам проснусь. Объект сдаем в Коржуеве. (Запел.) Красная суббота, спутница трево-ог…
К р у г л о в а. Да тише ты!
И, точно по команде, наверху зазвучала музыка, слышен топот – у соседей началось веселье.
Что-то они сегодня рано начали…
Круглов берет ботинок, идет в гостиную, стучит по батарее. Шум наверху несколько стихает.
(Выходит, снимая на ходу платье, возвращается в халате.) Можно не накручиваться – какое счастье. Спать, спать. (Зевает.) Лидка обещала югославский торшер из «Ядрана». Переплата терпимая, другие больше берут. Пока вы мизерились, я ее умаслила, у нее знакомая товароведша. Ты не дашь мне днем на часок машину?
К р у г л о в. Служебная машина есть машина служебная. Сто сорок раз говорил: никаких поездок по магазинам!
К р у г л о в а. Ладно, угомонись. Все равно куплю. Придется тащиться на автобусе через весь город. Оттуда возьму такси.
Звонит телефон.
Это еще кто? Второй час.
К р у г л о в (берет трубку). Слушаю. Я. Только что вошли. (С азартом.) А-а! Что я тебе говорил! Только с пик. У Игната на руках был голый король. Голый король был у этого прохвоста. Голенький бубновый пупсик. Снес он даму червей. Нужно было два раза козырнуть, а потом до конца отбирать свои. Дошло? Слава богу. Поезд ушел, тю-тю. В следующую пятницу. (Кладет трубку.) Дошло… (Ходит в носках по холлу, рассуждает сам с собой.) Просто, как репа. Ремиз же был, классический ремиз…
К р у г л о в а. Я больше не могу слышать про преферанс. Сними пиджак. Надень тапочки. Что ты ходишь как заводной? Выпей на ночь валокордина.
К р у г л о в (заискивающе). А может…
К р у г л о в а. И не заикайся.
К р у г л о в (выходит). Ар-мань-як. Красиво звучит.
К р у г л о в а. Инфаркт звучит не хуже. Ты свое выпил, я не хочу остаться вдовой.
К р у г л о в. Почему?
К р у г л о в а. О господи!
К р у г л о в. Разве ты меня еще любишь?
К р у г л о в а. Я устала. (Зевает.) Устала. Давай спать.
К р у г л о в. Естественно. Я старше тебя на пятнадцать лет, я воевал, прожил активную жизнь. Когда мы поженились, я был еще вполне доброкачественным мужланом, а теперь… (Снимает пиджак, хлопает себя по животу.) Знаешь, как меня называют подчиненные? За глаза, разумеется. Брюхастик. Ласково так: брю-хас-тик.
К р у г л о в а. Перестань паясничать.
К р у г л о в. Скоро я все равно отдам концы.
К р у г л о в а. Сначала поставь на ноги сына.
К р у г л о в. Ах, ах! Сын. Интеллектуал. Молодая лань в огороде…
К р у г л о в а (перебивает). Тебе сколько капель – тридцать, сорок? (Берет пузырек с лекарством, уходит в кухню. Через несколько мгновений возвращается, она встревожена.) Женя, он не ужинал, все стоит на столе нетронутое.
К р у г л о в. Трагедия! Не ужинал… Значит, был сыт. Они теперь вообще слишком сытые.
К р у г л о в а (не слушает его, скрывается за дверью, ведущей в другие комнаты, сразу же возвращается). Олега нет дома.
К р у г л о в. Ах-ах-ах!
К р у г л о в а. Мужлан, посмотри на часы!
К р у г л о в (смотрит на часы). Час десять… Куда же он делся?
К р у г л о в а. Ты меня спрашиваешь?
Убегает, тут же возвращается. Она встревожена еще больше.
И формы нет…
К р у г л о в. Что же он, не приходил из школы?
