Текст книги "Ненужная жена. Хозяйка гиблой долины (СИ)"

Автор книги: Айрин Дар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 42

Я не вижу лица, потому что что схвативший приставил к моему горлу оружие, сдавив шею и разместившись позади. Острое лезвие касается кожи, и я чувствую, как делает надрез около сантиметра. Но меня не намерены убивать. Вместо этого слышу шёпот на ухо.

– Завтра генерал не должен вернуться, иначе рыжая Луфа умрёт, а за ней и ты исчезнешь в пасти одного из крапфов, – голос невозможно узнать, но, судя по хватке, это мужчина на голову выше меня. – Кивни, если поняла.

Делаю усилие, опуская голову, и лезвие ещё больше впивается в тонкую кожу. Только я соглашаюсь, что слышала, а не выполнять чей-то приказ.

– Отдай его аргиллам, обмани, притворись, что нужна помощь. Это в твоих интересах. А если скажешь кому-то – смерть.

В то же мгновение ладонь впечатывается в моё лицо, сдавливая нос, и мне кажется, будто меня принимаются душить, потому что перекрывают кислород. Борюсь за жизнь, мыча в чужую руку, чувствуя какую-то слабость. Он что-то дал мне вдохнуть, отчего голова становится тяжёлой, и я начинаю обмякать. Меня опускают мешком, прислоняя к стене, и, когда поворачиваю голову, нападающего и след простыл. Он скрылся между постройками, оставшись неизвестным. Голова в тумане, но одно ясно: опасность не только за стенами Гоствуда, но и на территории крепости.

Мимо проходят несколько прачек с корзинами, не поворачивая в мою сторону голову. Вдалеке два стража упражняются с оружием. Появляется фигура целителя, который отчего-то воровски оглядывается, будто виновен в чём-то. Боком подбирается к месту, где я сижу, и застывает в нерешительности, а потом бросается на колени.

– Ты кто? – осматривает меня, пытаясь понять, что произошло.

– Эзра, – говорю негромко, следя за его движениями.

– Тебя облили ревнивые служанки?

– Я сама, – говорю в который раз, а сама внимательно наблюдаю за лекарем. Довольно большие массивные ладони. Почти такие, что не так давно душили меня. И дрянь, которую дали вдохнуть. Ему сделать её проще, чем кому-то другому. Почему он тут? Откуда такое внезапное появление? Всё указывает на то, что это был Иртен Брукс.

– Что случилось? – спрашивает, а я чувствую, что уже в силах подняться. Если это он – то прекрасно знает. Если нет – я подвергну себя опасности. Такое чувство, что проверяет мою реакцию, скажу ли я.

– Возвращалась из прачечной – закружилась голова. Всё в порядке, спасибо, – опираюсь на его руки, поднимаясь.

– Идём со мной, я тебя осмотрю.

В нашу сторону уже косятся зеваки. Сколько прошло времени? Генерал, наверное, уже ждёт у своих покоев.

– Нет. Всё в порядке, – огибаю его, но тут же впечатываюсь в стену, как пьяная. Следующий шаг куда более уверенный, и я спешу в замок до того, как прибывшие драконы покинут столовую.

У комнаты генерала двое: Кольфин и ещё кто-то. И я не сразу признаю Ардоса, который стоит ко мне спиной.

– Почему вы не сказали, что ваша жена сослана в Готтард? – допытывается Торн.

– Какое это имеет значение?

– Самое прямое. Вы заинтересованы в существовании аномальной зоны, ведь так?

– Что за глупости, генерал? Это оскорбительно. Я, как добрый гражданин своей страны, мечтаю лишь о её процветании, и император знает об этом.

– Тогда куда будете ссылать неугодных красавиц, которые надоели? – летит вызов в лицо Ардоса. – Кстати, слышал о вашей предстоящей свадьбе. Поздравляю. Но не быстро ли вы забыли прежнюю любовь?

Не вижу лица Фаори, лишь ощущаю, как в воздухе висит напряжение. Будь его воля – он бы бросился с кулаками на зарвавшегося Кольфина, который, будто нарочно, убирает со лба несуществующий локон рукой в перчатке. Той самой, что может испепелить дотла.

– Она мертва, генерал. Первым делом я хотел встретиться с женой, но экономка рассказала о её гибели. Виновные понесут наказание, как только я вернусь в Варруген. Видят боги, я не желал её такой участи, – он лжёт, глядя генералу в глаза.

– Как она оказалась здесь?

– Воскресла после смерти. Я почитаю богов, это подвластно лишь им. И мне пришлось отвезти её на Великий Совет, где было принято решение.

– Почему вы не спрятали её ото всех?

– Вы с ума сошли?! Предлагаете мне преступить закон? – рычит Ардос, и я вжимаюсь в ледяную стену замка, чувствуя, как дрожу. – В теле моей жены сидела тайра, и я вынужден буду доложить о ваших вольных разговорах императору! Интересно, что скажет он, узнав, что генерал предлагал мне укрывать преступницу?!

– Любимую, Ардос. Иначе, зачем семья, если рядом не та, от кого заходится сердце?

Кольфин поднимает глаза, и я вижу, что смотрит он прямиком на меня, в самую душу. Он всё это время знал, что я стою неподалёку, а Фаори был слишком зол, чтобы заметить моё присутствие.

– А теперь идите в свою спальню, – снова звучит голос генерала, – на рассвете выступаем.

Глава 43

К моей радости, Фаори идёт дальше по коридору, а не возвращается в мою сторону, и я дожидаюсь, когда смолкнут его шаги, лишь тогда подхожу к генералу.

– Я не люблю ждать, – говорит он спокойно, но в его голосе слышна сталь.

– Вот, – протягиваю ключ, чувствуя себя не в своей тарелке. Но он не принимает его, а просто ждёт, когда я сама открою дверь.

Внутри всё так же, как было до моего ухода, с одной лишь разницей: мне угрожают. Только что я поняла, что отношения между Кольфином и Ардосом натянутые, они не друзья. И это значит, что враг моего мужа – мой друг.

– Удалось повидаться с сестрой? – начинает он первым.

– Да. Надеюсь, артефакт защитит её, пока меня не будет.

Мнусь, размышляя, как преподнести весть о случившемся. Спрашиваю у Ашкая совета, а Торн добывает зарисовку со всадником, вглядываясь внимательно в рисунок.

Лишь ты сама, хозяйка, в силах решить, что есть правильно. На одной чаше весов твоя жизнь – на другой его. Что ты выберешь?

Спасибо, очень помог.

– Мне нужно вам кое-что сказать, – начинаю, но генерал выставляет палец вверх, останавливая меня. Заглядывает в корзину и вытаскивает оттуда яблоко. Трёт его о мундир и остаётся доволен, тут же откусывая, а потом говорит.

– Забыл о самом главном, Эзра, – не влюбляться.

Готова была услышать что угодно, только не это.

– Не влюбляться? – переспрашиваю, хмыкая.

– Я сказал что-то смешное? – его глаза снова смотрят на меня, и я стираю улыбку. – Разве в меня нельзя влюбиться? – прищуривается он.

– Нет, что вы, конечно! Вы очень видный мужчина, дракон.

От которого наша драконица приходит в восторг.

– Молчи, Ашкай! – случайно говорю вслух, и вижу недопонимание на лице Кольфина. – Да, говорю. Не мальчишка, а настоящий воин, – несу какую-то пургу, но лучше так, чем признаться во всём.

– Ты заговариваешься, – снова откусывает он яблоко, а я чувствую себя в западне. Торн стоит недалеко от двери, и я понимаю, что сказанное мной должно остаться лишь между нами, а потому решаю подойти сама и утащить его в самый дальний угол, чем подзывать, потому что он вряд ли поймёт, чего от него хотят.

Оказываюсь рядом и шепчу.

– Идите за мной, – а потом перебираюсь в конец комнаты, оборачиваюсь, но генерал всё так же со спокойным лицом продолжает есть яблоко. – Мне надо вам кое-что сказать.

– И для этого обязательно делать это в углу? Эзра, это синее лицо меня пугает.

– Извините, другого нет. Идите сюда.

– Ты мне нравишься, но я уже говорил, что не намерен делить с тобой постель.

– Да это здесь причём?! – не выдерживаю, и он, наконец, подходит. – Вас хотят убить, – шепчу еле слышно, пока он смотрит на меня сверху вниз. – Видите этот порез, – показываю на шею. – Мне велели, чтобы вы завтра не вернулись с зачистки.

– Кто? – таким же шёпотом интересуется генерал.

– Не знаю, – шиплю. – Он был сзади, я не видела лица. Но это точно мужчина. Возможно, лекарь, потому что он тут же меня нашёл.

– Лекарь? – фыркает он. – Что тот мужчина ещё сказал? – шёпот.

– Если я кому-то передам, меня и Луфу убьют.

– Тогда почему вы говорите об этом мне? – спрашивает уже не таясь. – Неужели, ваши жизни не важнее одной генеральской? – вопрос провокационный, и я не понимаю, чего именно он ждёт от меня. Молчу, играя с ним в гляделки, пока он не изрекает.

– Но меня радует этот факт. Я в вас не ошибся, – его губы подёргиваются улыбкой. – Надеюсь, мой человек был с вами не слишком груб.

Глава 44

Можно ли обижаться на того, кто имеет власть и титул? Кто я такая, чтобы злиться на генерала, который устроил мне проверку? Брошенная жена, скрывающаяся под чужим именем с синим лицом. Сглатываю ком в горле, чтобы не показать урагана, что бушует внутри, и не отвожу взгляда, ведь Кольфин играет со мной в гляделки.

Его губы сжимаются в нить, подавляя улыбку.

– Эзра, твои глаза такие белые на фоне ужасного синего оттенка, что невозможно смотреть без смеха. Пожалуй, порекомендую шуту императора твою идею. Уверен, при дворе это оценят, – он замолкает, но и я не произношу не звука.

Посмейся над его шуткой, мужчинам нравится, когда девушка одобряет его чувство юмора, – советует Ашкай. Но я не настолько лицемерна, чтобы играть на публику.

– Скажи что-нибудь, – требует генерал.

– Рада, что оказалась полезна, – цежу сквозь зубы, стараясь пройти мимо, но он делает шаг в сторону.

– Ты обижена?

Какой проницательный. Неужели, так заметно? Но первая волна ненависти проходит, уступая место разумным рассуждениям. Если подумать, он пытается меня спасти. Иначе бы не стал привозить артефакты, оставлять в своей комнате, а до этого просить целителя изготовить какой-то порошок для отпугивания ненужный драконов. Как он может быть уверен в той, кого сослали в Готтард? Здесь не только невиновные. Наша соседка по комнате, Валайя, убила несколько приезжих в своей деревне, торгуя их добром, пока одного из них не приехала искать жена. Тут всё и открылось, и толстая, как бочка Валайя, призналась во всём. Да и как не сознаться, когда всё указывало на неё. Она и здесь этого не отрицала. И с той поры, как я узнала её историю, боялась засыпать.

Обижена ли я?

Ответить на вопрос не успеваю, потому что нас прерывает стук. Снова Заола? Наверное, на этот раз она предложит ему свою постель. Я зла и думаю глупости, надеюсь, они так и останутся мыслями, а не вырвутся, соскочив с языка.

– Кто? – задаёт вопрос через дверь генерал, прислушиваясь к голосу. Мне практически ничего не слышно, но, кажется, в коридоре мужчина. Лекарь? Или тот, что поцарапал моё горло?

Машинально касаюсь кожи на шее, проверяя кровь на своих пальцах. Свернулась. Но всё равно, кто знает, что за нож. В такой антисанитарии только так можно занести заразу.

Кольфин приоткрывает дверь, выслушивая того, кто пришёл. Вытягиваю шею, стараясь рассмотреть человека, и генерал поворачивается в мою сторону. Только от былого веселья не осталось и следа. Что-то стряслось? Они снова переговариваются, а я чувствую нависшее в воздухе напряжение. Неужели, снова в Гоствуд привезли заражённых? Или разговор о завтрашней зачистке?

«Ашкай, слышишь, о чём они говорят?»

Я не могу различить, хозяйка, подойди ближе.

«Тоже мне партизан».

Кто?

Генерал захлопывает дверь и какое-то время смотрит на меня, а я чувствую, как начинаю волноваться.

– Ты голодна? – интересуется, подходя к корзине и, добывая оттуда хлеб и сыр, протягивает мне. – Поешь, ты же не успела побывать в столовой.

Смотрю на него с недоверием, как если бы он пытался меня отравить, подсовывая еду мышьяком. Словно читая мои мысли, он откусывает довольно большой кусок, принимаясь жевать.

– Не бойся, я не причиню тебе вреда, – говорит с набитым ртом. – Стал бы я есть, будь он с ядом?

Теперь уже кошусь на бутерброд не потому, что боюсь: он выглядит, мягко говоря, неприглядным. Я не намерена ни за кем доедать.

– Здесь есть ещё, – не отстаёт генерал, и я принимаю от него сэндвич, делая первый укус. Только мысли о том, кто и зачем приходил, не покидают. Но имею ли я право задавать вопросы генералу?

Сыр отзывается на языке невообразимым вкусом, и я осознаю, что на самом деле очень голодна. С тех пор, как я попала в это тело, я не ела нормальной пищи. И вот теперь могу себе позволить, потому что дана она не мне, а Торну. Чуть ли не мычу от удовольствия, не отрывая от него взгляда и делаю брови домиком, и быстро пережёвываю хлеб и сыр.

Он откладывает свой бутерброд на край стола, потому что и до него был сыт.

– Кажется, у нас проблемы, Эзра, – говорит задумчиво, и я застываю с двумя оттопыренными щеками, смотря на него немного испуганно. – Это был не мой помощник. Он только что приходил и сказал, что так и не сумел найти тебя, а потому, следовательно, и не выполнил моё поручение.

Глава 45

Дело ясное, что дело тёмное. Осталось понять, что делать. Генерал зовёт меня на кровать, сдёргивая покрывало, и я совершенно не понимаю, что происходит.

– Ну же, Эзра, не заставляй меня ждать, – говорит нарочито громко. – Живо в постель!

Оборачиваюсь, смотря на дверь. Кто знает, одни мы, или же нас кто-то подслушивает. Подхожу ближе, и Кольфин дёргает меня за руку, быстро оказываясь сверху, а потом шепчет на ухо.

– Повтори слово в слово, что тебе сказал тот человек!

Простенькое дельце напрягать память, когда рядом мужчина, от которого сходит с ума вся моя драконья сущность. Что за афродизиаки они используют?

Его дракон зовёт тебя, хозяйка. Ну наконец-то! – вопит Ашкай, а я заставляю его диктовать мне сказанное часом назад и озвучиваю это шёпотом.

– Завтра генерал не должен вернуться, иначе рыжая Луфа умрёт, а за ней и ты исчезнешь в пасти одного из крапфов. Отдай его аргиллам, обмани, притворись, что нужна помощь. Это в твоих интересах. А если скажешь кому-то – смерть.

– Он бы всё равно не оставил тебя в живых, – слишком просто говорит Кольфин. – Даже сделай ты всё, как велено, тебе не жить.

– Спасибо, отличный монолог, – не могу сдержать сарказма. – Лучше скажите, какие варианты? Знаете, кто это мог быть?

Мы продолжаем шипеть, лёжа на кровати, пока наши губы в слишком опасной близости друг от друга. Но я остужаю пыл Ашкая, напоминая, что выгляжу, как черника.

– Я? – усмехается Торн. – Проще перечислить тех, кто не мог, – фыркает, сдвигая брови на переносице. – Например, ты.

– Я в числе тех, кто хочет убить или нет? Простите, но я запуталась, – честно признаюсь.

Он на пару мгновений сужает глаза, словно задумываясь над логикой моих слов, а потом качает головой.

– У тебя нет…, – но тут же перебивает сам себя. – Хотя постой. Ты же скрываешь ото всех, что на самом деле тебя зовут…, – намеренно тянет паузу.

– Эзра, – заканчиваю за него.

– Эйлин, – словно журит меня.

Выстрел в голову, от которого кровь учащённо приливает к лицу, а сердцебиение зашкаливает.

– Странно не знать, как выглядит жена главного советника, пусть она и трижды в синей краске, – усмехается он, перекатываясь на левую половину кровати. Теперь он лежит на боку, подперев рукой в перчатке свою голову, ожидая, что стану делать дальше. – Удивительно, что ты сама забыла нашу встречу при дворе императора.

Лежу, боясь пошевелиться. Словно, не делай движений, проблема сама по себе рассосётся.

Какой мужчина, надо брать!

– Я никому не скажу. Не из тех, кто чего-то добивается шантажом.

Хотя, если так подумать, он знал, кто я, в самый первый день, когда мы встретились. Может, именно поэтому и назначил своей любовницей, чтобы уесть Ардоса, в момент когда Фаори узнает, кто на самом деле посещает покои генерала. Торн делал вид, что принял мою игру, на самом деле видел куда дальше, чем думала я. Даже обидно как-то за себя.

«Почему ты не сказал, что мы знакомы?» – накидываюсь мысленно на Ашкая.

Откуда мне знать, хозяйка. Я лишь недавно ожил, а до этого был серебряной брошью, у которой нет ни глаз, ни ушей!

Нашёл оправдание. И как мне теперь выпутываться?

– Я бы тоже предпочёл забыть многих, с кем знаком. Наверное, причина в твоей смерти, – подсказывает лазейку генерал. – После того, как я увидел тебя здесь, навёл справки. Оказалось, что ты чудесным образом воскресла, чтобы быть отправленной в Готтард. Не лучшая из участей. Спрашивать, что произошло на самом деле – не буду, пусть в тебя останется хоть какая-то загадка, – издевается надо мной. – А теперь скажи, кто на самом деле та несчастная, которую считают погибшей Элианой Фаори?

Думаю, он и сам догадался, но сейчас у нас вечер признаний, как выходит. Что ж, нет смысла уверять его, что я просто похожа на жену Ардоса, потому что он просто устроит нам очную ставку. А я всё же хочу остаться для советника в числе погибших.

– Её звали Эзра Финч, и она сама предложила мне обмен, услышав, что карателю кто-то заплатил за мою смерть.

– Ардос?

– Не знаю.

Продолжаю пялиться в потолок, ощущая себя проигравшей в битве. Теперь мы с генералом сообщники по-настоящему, и я негласно должна ему.

– Кто-то ещё знает о твоём секрете?

– Луфа, – произношу имя, вспоминая Заолу. – И ещё одна, которая догадывается, но не знает наверняка. Но может в любой момент предположить, как только поймёт, что разговор обо мне.

– Хочешь её убить?

Резко поворачиваю голову, смотря на него, округлив глаза.

– Конечно же, нет. Разве я похожа на того, кто убивает?

– Я встречал детей, что смотрят тебе в глаза с отчаянием, а как только ты отвернёшься, режут глотки солдатам, – его голос звучит хрипло. – Может, вспомнишь ещё что-то о том человеке с ножом? Запах? Произношение? Какая-то часть одежды?

Закрываю веки, вызывая тот момент в памяти, но не могу. Всё было быстро, а потом ещё какой-то порошок.

– Ладно, – вздыхает генерал. – Следует спать. Завтра Эзра не летит с нами.

– Боитесь, что выполню угрозу?

– Хочу попробовать найти виновного. И обращайся ко мне, как к своему мужчине, а не как к высокопоставленной особе. С этого моменты на ты. Мы в Гоствуде, а не при дворе императора. Тем более, что ты и сама солнцерождённая. Удивительно лишь то, что Ардос был не в силах пробудить твоего дракона.

Щёки снова вспыхивают. Я вспоминаю, что говорила с генералом об неинициированности.

– Если только между вами не было близости, – размышляет, – но об этом ты расскажешь мне позже, если захочешь, – а потом добавляет. – Если мы оба выживем.

Глава 46

Ночь проходит странно, потому что рядом спит мужчина. Генерал дал мне какую-то мазь, что помогла избавиться от синельки, правда, моё лицо всё равно имеет синюшный оттенок, но хотя бы не так бросается в глаза. Несмотря на то, что кровать довольно просторная, она одна, и нам приходится делить её. По центру Кольфин водрузил две подушки, словно возвёл стену между нами, и почти сразу засопел, как был, в рубашке и штанах.

Двигайся к нему ближе, – нашёптывал мне Ашкай. – Он просто ждёт, когда ты сама сделаешь первый шаг.

Вздыхаю, переворачиваясь на другой бок, спиной к Торну.

Нет же, хозяйка. Он слева. СЛЕ-ВА. Это как справа, только наоборот!

«Я сплю, отстань».

Завтра он улетит и не вернётся, кто будет пробуждать дракона?

«Он вернётся! Не первый день замужем».

Такого мужчину отпускает, эх. Дождёшься, что придёт косой, хромой на пятнадцать процентов, и будет у тебя не дракон, а курица с огоньком.

Не выдерживаю, рычу горлом.

– Такая неудобная кровать? – интересуются за подушками.

Во-о-от. Он тоже не спит, ты же чувствуешь жар его ипостаси?

– Извини, что-то не спится, – признаюсь.

– Надеюсь, не я причина?

ДА-А-А-А-А.

– Конечно, нет, – фыркаю. – Думаю, кто это мог быть и зачем ему тебя убивать?

– Делаю ставку на Кайриана, – отзывается генерал.

– Ты унизил его, посадив меня к нему на шею?

Он тихо смеётся.

– Ты так невинна, Эзра, пожалуй, я буду звать тебя так, чтобы ненароком не выдать другое имя, что это умиляет. Конечно, дело не в тебе. Удивлён, что ещё никто не успел тебе насплетничать на этот счёт.

– О чём ты? – не понимаю.

– Бард здесь из-за меня. Его бы воля, он давно бы покинул Готтард, моя бы – был казнён, как человек, лишивший нас отца.

– Нас? – решаю уточнить, но тут же прикусываю язык. Вдруг, они называют отцом какого-то императора или духовника, и вслед за секретом Эйлин я выдам и тот, что относится к Татьяне Бертовой.

– Его мать пришла ко мне, слёзно моля сжалиться над негодяем. Я не смог поступить иначе, однажды она спасла меня. Я вернул долг её сыну. По злому стечению обстоятельств – своему брату.

– Брату? – говорю слишком громко для полутьмы, в которой лежим, и слышу усмешку в голосе Кольфина.

– Удивление слишком настоящее, чтобы решить, что ты притворяешься. Да, родителей не выбирают, ровным счётом, как и родственников. И вот если мать Барда – женщина красивая и умная, с добротой в сердце, то сам Кольфин отличается жестокостью, желая власти настолько, что способен…

– Убить, – заканчиваю за генерала, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Всё запутаннее, чем я думала сначала. И сколько я ещё не знаю об этом месте.

– Держись от него подальше, Эзра, особенно потому, что он захочет получить твою силу. В нём нет благородства, которое должно течь в жилах нашего рода. И пока ты со мной, он не станет открыто подступать к тебе.

– Ты сказал ЕГО мать, но ВАШ отец.

– Да, у отца было две женщины, но мать моя была женой по статусу. Мафра же появилась позже и осталась, потому что так велел отец. Мы появились на свет с небольшой разницей в пару дней: я в срок, Кайриан недоношенным, словно уже тогда боялся проиграть мне хоть в чём-то. Мафра была хорошей матерью, сильной драконицей, но сын не солнцерождённый, он дарн. Может, потому отец и выделял не его, а меня, и ненависть в сердце Барда росла с каждым днём, пока однажды на тренировке он не попытался меня убить.

Мы упражнялись на стальных клинках, которые не были заточены по-настоящему. Но он подменил свой, и, если бы не моя сила и его мать, остановившая поединок, гнить мне в земле лет двадцать как, – снова усмешка. – Он лгал и мне, и отцу, что всё случайность. Что кто-то положил в тренировочные мечи этот. Отец ему поверил. Я – нет. И с тех пор всегда был настороже, и Кайриан это понимал. К нему нельзя поворачиваться спиной, он обязательно воткнёт нож между лопаток.

– Почему ты не отошлёшь его в другое место, чтобы не видеть? Чтобы не подвергать себя угрозе? Я слышала не только про Готтаррд, но и Каменные Кары, Призрачные утёсы.

– Как бы мне не хотелось признаваться самому себе, но здесь он отлично справляется. Гоствуд нуждается в беспринципных и кровожадных. Другие не выживают, здесь не место для других. И пока я знаю, где он, мне куда спокойнее. К тому же так он искупляет свой грех, истребляя аргиллов. А теперь давай спать, если у тебя нет другого предложения.

Слышала? О, как он красиво намекает! Не мужчина, а песня!

– Спокойной ночи, генерал, – улыбаюсь, чувствуя, как внутри мечется нерождённый дракон. Или это Ашкай, я так и не разобралась.

Глупая девчонка!

«Хозяйка, Ашкай. Хотя нет, с этого дня называй меня «Моя госпожа».

Смешно ей. Лучше бы спасала собственную жизнь!

Закрываю глаза и всё же засыпаю с улыбкой на губах, потому что мне всё больше нравится Кольфин Торн.