Текст книги "Ненужная жена. Хозяйка гиблой долины (СИ)"
Автор книги: Айрин Дар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)
Глава 81. Кольфин Торн
Ветер и дождь режут крылья. Полёт к Готтарду занимает меньше времени, чем обычно, но всё равно кажется, что лечу недостаточно быстро. Горы и долины мчатся подо мной, сердце стучит так, будто оно и есть причина всего этого безумия. Ради неё. Я рушу обязательства, мир, собственную жизнь. Ради того, чтобы быть с ней, потому что её магия поёт во мне, наполняя любовью.
Лишь к вечеру опускаюсь у крепостных стен Гоствуда, подсвеченных факелами, понимая, как сильно устал. Обычно мы останавливались с отрядом отдохнуть на несколько часов, но не теперь. Я ожидал увидать её, как только опущусь на территорию. Она должна почувствовать, должна ощутить меня, как я улавливаю тонкие вибрации её зова. Это необычно и ново для меня, но с каждым лигом связь крепнет, словно говорит о том, что она приближается.
– Один? – вместо приятного голоса моей Эйлин надменный брата. – Не боишься соваться на территорию без охраны?
– Где она? – если уж кто и знает, то Бард, будь он неладен.
– Кто? Принцесса Катархи? – издевается надо мной.
– Эзра!
– Далась тебе прачка, когда есть титулованная особа, что готова ублажать тебя по первому зову, – звучит желчь в его голосе. – Удивительно, как стала популярна девчонка. Ты не первый, кто за сегодня спрашивает о ней. Только ответ так и не изменился: НЕ ЗНАЮ.
Вижу, как из дверей замка показывается Титт в сопровождении экономки. Наши взгляды схлёстываются, и я сжимаю кулаки, понимая, насколько здесь много врагов.
– Уже завтра прибудет новая партия из Варругена, возможно, послезавтра, – меж тем продолжает Кайриан. – И я уверен: сможем подыскать тебе ещё одну любовницу, – издевается надо мной, прекрасно понимая, что никакая другая мне не нужна. – Предпочитаешь блондинок?
Рудая и Титт перекидываются фразами, и я спешу в их сторону, понимая, что уже опоздал.
– Доброй ночи, генерал, – приветствует Вольц, а за спиной слышны приближающиеся шаги. Подставлять спину Кайриану глупо, но ещё безрассуднее убивать меня при всех. – Вы летели без остановок? Что-то срочное?
– Где Эзра Финч? – даже голос выдаёт мою усталость. Прислушиваюсь к себе, осознавая, что Эйлин действительно нет на территории. Нить зовёт меня куда-то на восток, но я не могу осознать её истинное положение. Зов поход на дуновение ветра, на тонкие вибрации, которые мне пока не удаётся прочесть.
– Доподлинно не известно, что именно стало с бедняжкой, – отвечает экономка, – но, попав за ворота, она исчезла. Сами понимаете, места здесь лихие…
– Каким же образом она попала за ворота, Рудая? – в моём голосе нажим, а Титт поправляет перчатки: сперва правую, затем левую. Нет, он не имеет такой же особенности, как я. Лишь любовь прятать обожжённые ладони под чужой кожей.
– Откуда мне знать? – пожимает она плечами. – Горток много, а я одна. Неужели могу уследить за всеми?
– Где её сестра?
– Наверное, у себя. Послушайте, Кольфин, я не интересуюсь личной жизнью всех, кто населяет Гоствуд. У меня просто нет столько свободного времени.
Намереваюсь пройти мимо, когда голос подаёт Титт.
– Торн, разве вам не следует быть в Варругене?
Решаю не реагировать на его реплику, а вхожу в замок, понимая, что не знаю, где именно искать сестру Эйлин. Вернее девушку, что притворяется её сестрой. Даже не помню, как зовут её!
– Могу я чем-то помочь? – интересуется красивая черноволосая служанка. Кажется, я видел её несколько раз, и она пыталась быть «полезной», а потом бросала на Эйлин полные ненависти взгляды.
– Ты не видела Эзру Финч?
– Нет, – отвечает, не отводя от меня взгляда жгучих глаз. Слегка склоняет голову и улыбается приветливо, а потом делает шаг навстречу. – Но я могу помочь вам, – протягивает руку, касаясь моей груди, – вы же понимаете, о чём я?
Перехватываю запястье, делая её больно, и на красивом лице смесь испуга и надменности.
– Оставь свои уловки для других, я не нуждаюсь в подобного рода услугах, – отбрасываю её руку, ощущая омерзение от этого прикосновения. – Где комнаты прачек? – требую ответа.
– На нижних этажах западного крыла, – говорит с неприкрытой злобой, и я почти бегу туда, надеясь, что эта «сестра» прольёт хоть какой-то свет на происходящее.
– Она исчезла два дня назад, – признаётся Луфа, которую уже много раз спрашивали об этом. – Утром я проснулась, а её нет. И я не знаю, честное слово, – она напугана, потому что ещё дитя.
– Успокойся, я тебе верю.
Выходит, Титт не причём. Дело тут в ком-то другом.
Бард? Рудая? Эта служанка, что мечтала занять место рядом со мной?
Брожу по замку привидением, пытаясь осознать, что делать дальше. Нить уводит меня за стены, но идти в данную минуту – безумие. У меня просто нет сил. И знать бы, куда именно. Сейчас сражаться с крапфами и эбрутами долго не выйдет, а сложить голову по глупости – предать память доблестных воинов своего рода.
Решаю отдохнуть и двинуться на рассвете, чувствуя себя мухой в бесконечной паутине со множеством пауков, где каждый норовит сожрать.
В комнате пусто без Эйлин, хотя до некоторых пор так было всегда. Но теперь у меня словно вынули часть души.
Обещание, данное императору про день отсрочки, выполнить не в силах. Завтра же пошлю к нему стража, чтобы он уведомил о моём отсутствии, и Ардест придёт в бешенство, узнав, что вместо того, чтобы урегулировать сложившуюся ситуацию с Гейлой, я прохлаждаюсь в аномальной зоне. Нас всех ждёт скандал имперского масштаба. Но я не оставлю попыток найти Фаори, пока моё сердце бьётся в груди.
Всё становится слишком опасным, и предчувствую, что хожу по острию ножа. Тот, кто уже пытался меня убить, может попробовать сделать это снова. И всё произойдёт в ближайшее время, когда со мной нет даже адъютанта.
Усталость берёт своё, проваливаюсь в сон: тяжёлый, тревожный, беспокойный. И в какой-то момент просыпаюсь от того, что дверь, закрытую на ключ, кто-то прикрывает.
Комната замирает во тьме, пряча моего возможного убийцу.
Глава 82. Эйлин Фаори
Воздух в доме густеет, словно сама ночь просочилась сквозь щели. После того как всадник уходит, остаётся только тишина: вязкая, почти материальная. Слышу, как где-то в глубине строения хлопает дверь, потом глухие шаги, будто по камню. Туман в голове сжимается, пульсирует, откликаясь на чужое присутствие.
Я привязана, чтобы не сбежать. Дёргаю путы, понимая, что совсем нет силы, что простые верёвки, которые ещё вчера не были для меня препятствием, теперь не дают возможность выбраться.
– Ашкай, – шепчу, чуть приподнимая ногу. Металлическая змейка на мне, но не внутри. А вот темнота заполняет всё сильнее, концентрируясь в голове и груди, пульсирует болью, выжигая каждую клетку моего тела.
Всё становится неважным, далёким. И я неустанно повторяю одно и то же имя, чтобы хотя бы оно осталось в памяти, пока моё тело не может найти покоя на твёрдом топчане.
Кольфин.
Не знаю, сколько прошло: минуты, часы, дни. Здесь нет окна, а потому постоянно полутьма, лишь где-то сбоку горят два световых шара.
Шорох ткани, терпкий запах травы и чего-то металлического. Поднимаю взгляд – рядом женщина в мужской одежде с подносом, на котором разместилась кружка и миска, ложка, несколько вороньих перьев, уголь и зола.
Чёрные, как обсидиан, волосы падают на плечи. Гладкие, блестящие, будто сотканы из тьмы. Лицо резкое, почти хищное, и странным образом знакомое. Кажется, я видела её где-то, только осознать: в это мире или том – не в состоянии. Она проходит внутрь, не издавая ни звука. На ней одеяние цвета пепла, у горла серебряная застёжка в виде дракона, кусающего собственный хвост.
Ставит поднос на стол и оказывается рядом. Проходится пальцами по запястью, добегая до внутреннего сгиба локтя, растягивает завязки на моей груди, открывая кожу, и внимательный взгляд смотрит изучающе. Потом приходит черёд глаз, и она растягивает мои веки, которые я закрыла от усталости. Резкий свет бьёт в лицо, и слёзы торопятся наружу.
– Хорошо, – говорит сама с собой, продолжая свой странный осмотр, а я всё силюсь вспомнить, кто она такая, но память играет со мной злую шутку.
Где всадник? И что они намерены со мной сделать? Неужели, эта девушка была на территории Гоствуда, потому что Иртен был не один. Ему кто-то помогал вынести меня за пределы крепости.
Но кто она? Воспоминания бурлят, как пузыри во время кипения, выталкиваются наверх, но нет нужного, не за что зацепиться.
Женщина выпрямляется и делает шаг назад.
– Что ты чувствуешь?
– Холод, – признаюсь, ощущая, как меня колотит озноб.
– Прекрасно, – её губы подёргиваются улыбкой, чем-то похожей на удовлетворение.
«Онила», – шепчет кто-то, но ни одного аргилла рядом. Губы женщины сомкнуты, и это не Ашкай. Мне страшно, невыносимо страшно, будто я не просто умираю, а становлюсь кем-то другим – чудовищем, которое может сделать нечто ужасное.
Женщина поворачивается, делает круг по комнате. На полу, в самом центре замечаю какой-то знак. Она берёт уголь и начинает обводить его, делая линии чётче, затем посыпает золой. С каждым витком рисунок начинает вибрировать, пока не превращается в нечто живое. Символ пульсирует, как открытая рана. Чёрные вены набухают, покрывая с каждой секундой всё больше пространства. Жилы Готтарда тянутся сюда, в знак. Они текут, словно чернильные струи, соединяясь в сложный узор. И от этого нет спасения.
Глава 83. Эйлин Фаори
Женщина опускается на колени и касается знака кончиками пальцев. Тьма шевелится, будто откликается на её прикосновение.
– Чувствуешь, как она дышит? – спрашивает, не глядя на меня.
– Кто? – не узнаю собственного голоса, ощущая боль в лопнувших сухих губах.
– Земля. Тьма. Река. Всё одно и то же. То, чем ты скоро станешь.
Дёргаюсь на топчане, но путы крепки. Дрожание комнаты и что-то движется, как будто сам пол живой.
– Я спасу тебя, но ты окажешь мне услугу, – смотрят её чёрные, как бездна, глаза в мои.
– Спасёшь? – не понимаю.
«Онила. Онила», – требует меня кто-то всё сильнее.
– Не сопротивляйся тьме, ибо она в тебе, ибо ты и есть сама тьма.
– Кто ты? – спрашиваю, смотря, как чёрная паутина течёт прямиком ко мне, будто притягивается магнитом.
Женщина поднимает голову. Улыбка холодная, насмешливая, издевательская.
– Ты меня не помнишь, – больше утверждает, нежели спрашивает. – Я так до конца не была уверена, что всё получится. Но теперь убеждена. Ты – не Эйлин. Ты не она. Тогда кто же ты?
Мир будто замирает. В висках нарастает звон. Я выдавала себя за Эзру, чтобы спрятать Фаори. Я выдавала себя за Эйлин, чтобы спрятать Татьяну.
– Я – Эйлин Фаори! – паучьи лапы тьмы щекочут запястье и колют его иголками. «Ашкай, помоги, пожалуйста».
– Это ложь! – Она смеётся. Не громко, коротко, отрывисто, будто констатирует очевидное. – Лгунья.
Слово бьёт, как пощёчина. Снова хочу сказать то же самое.
– Я …, – но не успеваю договорить. Женщина делает шаг ко мне, и воздух дрожит. Она склоняет голову чуть вбок, разглядывая меня, как диковинное насекомое.
– Больше нет смысла притворяться, теперь ты там, где должна. Теперь ты дома, и Готтард защитит тебя. Ты можешь довериться мне, – её рука ложится на мою, и я ощущаю её силу, пробегающую по венам.
На миг мне кажется, что падаю. Не физически – внутрь. В себя. В тот серый туман, где вместо мыслей – эхо чужих голосов. Среди которых один мой, призывающий Ашкая и генерала.
Она знает. Всё. И кто я. И что я совсем не Эйлин.
Тьма пульсирует и стучит громом. Но внезапно лицо женщины напрягается, и она оборачивается, смотря на дверь, а потом выходит. До моих ушей доносятся голоса: оба женских. Один бархатный и спокойный, второй на повышенных тонах.
– Где она?!
– Зачем ты пришла? Я же сказала, что разыщу тебя сама.
– Он здесь! Он найдёт её, это дело времени.
– Идиотка! Ты выдала нас! Зачем ты притащилась сюда?
Тьма подбирается ко мне, но я собираю крупицы дара, что светится белым, соединяю их воедино и в ладонях загорается пламя. Оно не синее, как прежде, с примесью тумана, но пока ещё моё.
– Нет, генерал сейчас слишком занят другим, – незнакомка. Кольфин вернулся. Он здесь, чтобы разыскать меня!
– Тогда возвращайся и позаботься о том, чтобы он не добрался сюда.
– Предлагаешь его…
Мне ли рассказывать тебе, что следует делать?
– Мне нужна плата. Я не уйду без Хлоции!
– Ты можешь всё испортить!
– Ты обещала!
– Уходи! Ещё не пришло время, она не готова. Неужели, ты желаешь всё испортить лишь тем, что устала ждать? Как только…
– Где моя дочь?!
– Её здесь нет.
Верёвки становятся не такими плотными, и я дёргаю одну и другую, освобождаясь. Подняться удаётся не с первого раза, и я, пошатываясь, утаскиваю за собой черные жилы пульсирующего знака, который то ли питает меня, то ли питается мной.
– Где моя дочь?! – испуганный крик матери, а затем второй, больше похожий на хрип.
В проёме вижу две фигуры. Черноволосая стоит ко мне спиной, обнимая вторую, что смотрит в мою сторону широко распахнутыми глазами страха и удивления, а потом обмякает и падает к ногам убийцы. А в руке стоящей – окровавленный нож.
Я не знаю, кто эта женщина, но та, что на полу, – Рудая Вольц – экономка Гоствуда.
Глава 84. Эйлин Фаори
Теперь я знаю: та, что приносила мне отвар, – опасна.
– Твоя дочь мертва уже несколько месяцев, а её тело сожрал один из эрутов, – режет голосом воздух, делая ещё больнее. – Вот, – вытаскивает, бросая что-то на грудь умирающей. Затем оглядывается, и я вовремя прячусь за косяком, а потом слышу удаляющиеся шаги. Когда выглядываю вновь, различаю лишь Рудаю. Наверное, незнакомка пошла проверять, не пришёл ли за Вольц ещё кто-то.
Подхожу к экономке, опускаясь рядом, и укладываю руки на её рану. Материя вокруг напиталась кровью, полагаю, задеты важные органы, потому что она почти чёрная. По лицу экономки катятся слёзы, а в левой руке что-то зажато.
– Я попробую вам помочь, – обещаю, но она перехватывает мою руку.
– Ты должна знать, Эйлин, – говорит так тихо, что еле различаю слова. – Это я…
– Да, я вижу, что это вы, Рудая, – пытаюсь работать дальше, хотя сама еле на ногах стою.
– Нет, – качает головой. – Я виновата в том, что в тебе тьма.
– Что?
– Пока ты была без сознания, я проникла в лазарет и поместила её в тебя.
Замираю на мгновение, осознавая, что именно она говорит. Выходит, это не Брукс. Это Рудая?! Но зачем?
Вопрос витает в воздухе, и она продолжает.
– Моя дочь, Хлоция, – говорит, и я вижу, насколько ей тяжело.
– Сейчас я помогу вам.
– Нет, – останавливает, крепко держа мою руку. – Я слишком долго боролась, слишком долго ждала и верила, что можно изменить ужасное. Что можно спасти её от заражения, хотя она уже давно потеряла человеческий облик. Но Ария не лжёт – моя дочь мертва.
Ария? Это имя мне должно быть знакомо, но нет, ничего не отзывается в памяти.
– Она могла вам солгать, – настаиваю, призывая свой дар пройти от груди к рукам. Он вязкий и холодный, неповоротливый. Совсем другой, чужой. Таким не вдыхать жизни, а забирать.
Моей руки касается что-то холодное. В ледяных пальцах экономки нечто круглое, и не сразу понимаю, что это браслет. Старый, покрывшийся грязью и чем-то ещё.
– Это Хлоции. Он был на ней, когда мы пытались её спасти. Я надеялась, что артефакты помогут. Но они настолько врослись, что не достать просто так. Лишь вырезать, лишив жизни.
Кошусь в сторону, куда ушла незнакомка. Она – чудовище!
– Послушай. Генерал пришёл за тобой, ты должна продержаться. Он найдёт. Он обязательно найдёт тебя, – слеза одна за другой срываются с ресниц и скрываются в её волосах. – Моя борьба закончилась, я устала и больше не могу. Но ты ещё в силах. Прости меня…
– Кто она такая?
– Разве ты сама не знаешь? – удивлённый взгляд.
– Скажите, моя память меня подводит.
– Это …
– Очень мило, – звучит ледяной голос, и я вздрагиваю. На пороге Ария, и её вид не предвещает ничего хорошего. – Надеюсь, она рассказала, кто на самом деле виновен в том, что теперь в тебе поселилась тьма? – пытается стать моим союзником. – Убери от неё руки, она не заслуживает жалости.
– А кто её заслуживает? Ты? – поднимаю брови, и женщина играет желваками.
– Я хочу умереть, – хрипит Рудая.
– Видишь? – победно смотрит на меня Ария. – Слово умирающего – закон. Она выпускает сгусток магии, и в то же мгновение тело Вольц принимается биться в агонии.
– Нет, – вскрикиваю, пытаясь хоть что-то исправить. Прижимаю ладони к ране, пытаюсь убрать чужой испульс. Рудая замирает, смотря на меня немигающим взглядом, а потом делает свой последний выдох и замирает.
– Я просто выполнила её последнюю просьбу, – говорит слишком обыденно незнакомка. – А теперь возвращайся обратно, пока трансформация не завершится. Мне нужна вся твоя сила.
Тьма, словно вспомнив, какая у неё роль, расползается по внутренностям, добирается до головы, оседая туманом, и становится тяжело думать.
– Для чего я тебе?
– Скоро узнаешь. Как только мы закончим, у твоих ног будет, если не весь мир, то Готтард с его бескрайними просторами.
– Для чего мне мёртвое, когда суть жизни в живом?
Ария усмехается, подходя ко мне ближе, берёт под локоть крепко, что я не могу вырваться, а потом подталкивает к комнате.
– Там где нет смерти, нет жизни, – шепчет мне на ухо, когда оказываемся в помещении. – А теперь пей, – вручает кружку, и я снова тянусь к содержимому, словно кто-то невидимый управляет моими руками.
– Кто ты? – снова вопрос от меня.
– Женщина, что так сильно жаждет ребёнка и готова на всё.
Хмурюсь, пытаясь осознать смысл слов.
– Я могу помочь?
– О, да, Эйлин, – на мгновение замирает. – Я буду звать тебя и дальше Эйлин, поскольку не знаю истинного имени. Но когда ты пришла, сразу ощутилась сила. Твоя предшественница ничего из себя не представляла, она даже не смогла пробудить родового фамильяра, которого носила за собой. Никчёмная девчонка, которая ничего не стоила. Но следовало попытаться. И тогда родился план: совершить ритуал, благодаря которому я смогу зачать.
Я снова на кровати, и она журит, что путы испорчены. Достаёт новые верёвки, проделывая со мной тоже самое. Не сопротивляюсь. Ария, как факир со змеёй, умело дует в дудку, и я послушно выполняю команды.
– Она умерла прямо во время ритуала, – исповедуется мне. Рассчитывает на то, что меня уже не спасти? Что я благополучно всё забуду? Или что это станет шагом к нашей дружбе? – Каково же было моё удивление, когда ты воскресла спустя почти сутки. Это было невероятно. Но тогда и ощутилась сила, которая пробудилась в тебе.
– Ты была в замке? – не понимаю, а сознание уплывает в туман.
Пытаюсь вспомнить, как выглядела любовница Ардоса. Это она? Я не уверена, но похожа. Только о какой беременности речь, если та была в положении?
Женщина наклоняется ближе, смотря, как моё тело пульсирует чернотой, и отвечает вопросом на вопрос.
– Неужели, я не достойна иметь малыша? – взгляд становится каким-то безумным, одержимым. – Мне пришлось избавиться от мужа, потому что он желал оставить меня, развестись и рассказать всем, что я бесплодна! Но никто бы тогда не посмотрел в мою сторону потом. Ни один уважающий себя эрд. Ни один дракон! Ни альт, ни даже тианий. И тогда фамилия Фаори была бы запятнана. Всем нужны наследники, и я готова была на всё, чтобы дать желаемое.
Гром среди ясного неба. Передо мной ни кто иной, как сестра ненавистного Ардоса.
Глава 85
Волосы на моей голове поднимаются дыбом. Всматриваюсь в лицо черноволосой, понимая, что теперь проступают знакомые ненавистные черты её брата. Память вспыхивает коротким, ослепительным видением: каменный пол, обнажённое тело, испуганные служанки, когда я оказалась в этом мире. И красота женщины, которая появилась внезапно, желая отдать приказ.
– Ты хотела меня убить, – шепчу, чувствуя, как внутри просыпается злость.
– Нет, Эйлин, нет. Ты пришла сюда на место другой, хотя могла бы отправиться в бесконечный круг жизней. Я не убила тебя, я спасла.
– Но потом…
– Тише, – прикладывает палец к моим губам. – Я пыталась тебя спасти, мой брат желал тебе смерти, но я упросила его отправить тебя в Готтард, чтобы здесь ты исполнила своё предназначение.
Готтард спасение?
Хохочу, как сумасшедшая. Аномальная зона не наказание, а спасение?
Красивое лицо искажается испугом, она боится, что я сошла с ума. Но нет, я ещё понимаю, что происходит. Тьма не до конца овладела разумом, словно что-то ещё держит осаду во мне, не желая подчиняться окончательно и сдавать последний рубеж.
– Для чего я тебе? – решаю узнать планы Арии до конца.
– Ты из рода великих целителей.
– Но для чего было связывать меня с тьмой?!
– Несколько лет назад я разыскала чёрного мага – Фальца. Старика, что давно топчет эту землю. Слышала, как он совершил ритуал, чтобы спасти одного эрда, и связал его с женой, чтобы она поддерживала его силы. Только она отдала за это спасение самое ценное – возможность стать матерью. Такое не проворачивал никто, и я решила, что он в силах мне помочь.
Но Фальц лишь покачал головой, уверяя, что его магия бессильна. Что нельзя вырастить ничего там, где ничто не растёт. И тогда он поведал мне про Готтард – аномальную зону, пропитанную тьмой. И раз свет не дал мне дитя, потому что я испробовала всё, что можно, я решила приехать сюда.
Река сразу призвала. Она бурлила, тянула, говорила со мной от имени Мортиуса. Мага, что некогда создал аргиллов. Он поведал, что следует совершить ритуал с целительницей из древнего рода. И что я должна привести её после всего сюда.
Он знал, он всё знал. Но меня оставил в неведении. И я сделала всё, как просила земля.
– А твой брат заплатил за мою смерть в Готтарде.
– Это был не он, а Ювиана. Она так хотела от тебя избавиться, что не поскупилась. Но я узнала об этом потом, когда услышала разговор между ними. И тогда поспешила в Готтард. Когда я увидела тебя, успокоилась. Всё шло, как надо.
– Я не встречалась с тобой на территории Гоствуда.
Ария приподнимает уголок губ в усмешке.
– Ошибаешься, мы виделись несколько раз.
До моих ушей доносится лошадиное ржание.
Всадник. Он здесь. Он вернулся! Но, если они с Арией заодно, выходит, ему я тоже нужна для чего-то?
Женщина прислушивается к звукам, а я к себе. Снова напевное Онила. Хозяйка. И чувство, что комната расширилась, и ощущаю вибрации вне её. Вне этого дома. Словно кто-то идёт сюда. Пространство искажается, плывет волнами, словно ухожу под воду, а чёрные жилы пульсируют, скручиваясь в тугой жгут. Лезут щупальцами в голову, пытаясь путать мысли. Намереваясь приказывать, порабощать. Оплетают сердце и маленький, величиной с орех, белый сгусток, разместившийся в центре груди. Я не вижу этого наверняка, но отчего-то осознаю: всё именно так.
– Пошли прочь! – голос Арии, а моё тело становится легче, будто его поднимает кто-то невидимый.
«Мне нужен проводник. Тот, кто сможет удержать силу Чёрной Реки и не погибнуть», – слышится в голове чужой хриплый голос. Ашкай всё ещё на моей ноге, тогда кто это?
Ария врывается обратно, быстро бросая в мою сторону встревоженный взгляд. Потом хватает что-то со стола и сбегает. Слышу топот, затем тишину, и снова испуганное ржание лошади.
«Она всё сделала правильно. Ты та, что способна принять тьму. Ты та, что способна хранить свет. Душа, прошедшая двенадцать кругов и вернувшаяся обратно, теперь совершенна».
– Кто ты?
«Тот, кто всё начал. А ты та, кто всё закончит, освободив меня».
– Ты ошибаешься, я лишь гортка.
«Ты целительница из великого рода, что способна возродить землю и дать мне покой».
– Твоё имя? – спрашиваю, зная ответ.
«Мортиус Тар».
Тот самый колдун, что создал Готтард и стал его частью навечно, молит меня о пощаде? Меня? Кажется, я действительно сошла с ума.
Тело ещё выше. Путы сгорают в пламени, а внутри из маленького «ореха» расползается свет. Он пробивается лучами, смешиваясь с тьмой, и принимается закручиваться спиралью, всё быстрее и быстрее, каждым витком вытягивая из меня черноту, собирая её из концов тела в одном месте, накручивая на себя. Шар наращивает темп, пока не принимается крутиться настолько быстро, что спирает дыхание. Но я чувствую, как голова становится светлее, легче, словно болезнь отступила.
Тело принимает из горизонтального вертикальное положение, но я всё ещё парю над полом, смотря как тьма сгущается передо мной, принимая облик человека. У него нет глаз, ушей, рта, лишь очертания, подрагивающие и готовые развеяться в ту же секунду.
«Иди за мной, дитя», – обращается ко мне, делая первый шаг в сторону выхода, и я ступаю следом по воздуху. Только четвёртый шаг становится привычным, приобретая тяжесть, и нога касается пола.
Мы выбираемся в коридор, но на полу уже никого нет. Будто никогда Рудая не приходила сюда. Идём дальше, пока не различаю выход и топот копыт. Всадник опаляет аргиллов зелёным огнём. Одни корчатся, сгорая, другие продолжают наступать. Их так много, что мне становится не по себе.
На мгновение они замирают, а потом поворачивают головы в мою сторону, и чёрные глазницы пробирают страхом.
«Не бойся их. Отныне это – твои дети».
