Текст книги "Пародия"

Автор книги: авторов Коллектив

Валерий Попов
(р. 1939)

Случай на молочном заводе

Два лейтенанта, Петров и Брошкин, шли по территории молочного завода. Все было спокойно. Вдруг грохнул выстрел. Петров взмахнул руками и рухнул замертво. Брошкин насторожился. Он подошел к телефону-автомату, набрал номер и стал ждать.

– Алло, – закричал он. – Алло! Подполковник Майоров? Это я, Брошкин. Срочно вышлите машину на молочный завод.

Он повесил трубку и пошел к директору завода.

– Что у вас тут… стреляют? – строго спросил он.

– Да это шпион! – с досадой сказал директор. – Третьего дня шли наши рабочие и вдруг видят: сидит он и молоко пьет. Они побежали за ним, а он побежал и в творог залез.

– В какой творог? – удивился Брошкин.

– А у нас на дворе триста тонн творога лежит, так он в нем до сих пор и лазает.

Тут подъехала машина, из нее вышли подполковник Майоров и шестеро лейтенантов. Брошкин подошел и четко доложил обстановку.

– Надо брать, – сказал Майоров.

– Как – брать?! – закричал директор. – А творог?

– Творог вывозить! – сказал Майоров.

– Так ведь тары нет, – сокрушенно сказал директор.

– Тогда будем ждать, – решил Майоров, – проголодается – вылезет.

– Он не проголодается, – сказал директор. – Он, наверное. творог ест.

– Тогда будем ждать, пока весь съест, – сказал нетерпеливый Брошкин.

– Это будет очень долго, – вздохнул директор.

– Мы тоже будем есть творог! – улыбаясь, сказал Майоров.

Он построил своих людей и повел их на четвертый двор. Там они растянулись шеренгой у творожной горы и стали есть. Вдруг они увидели, что к ним идет толпа. Впереди шел пожилой рабочий в очках.

– Мы к вам, – улыбнулся он. – В помощь. Сейчас у нас обед – вот мы и пришли!

– Спасибо, – сказал Майоров, и его строгие глаза потеплели.

Дело пошло быстрей. Творожная гора уменьшалась. Когда осталось килограмм двадцать, из творога выскочил шпион. Он быстро сбил шестерых лейтенантов и понесся через двор, ловко уклонившись от наручников, лежащих на крышке люка. Брошкин кинулся за ним. Никто не стрелял. Все боялись попасть в Ерошкина. Брошкин не стрелял, боясь попасть в шпиона. Стрелял только шпион. Вот он скрылся в третьем дворе. Брошкин скрылся там же. Через минуту он вышел назад.

– Плохо дело, – сказал Брошкин, – теперь он в масло залез.

Вадим Дабужский
(р. 1940)

Мать

(Новая версия)

Михаил Власов – отец Павла, муж Ниловны.

Слесарь четвертого разряда, член КПСС, «ударник коммунистического труда» на фабрике имени Горького. Мастер спорта по боксу. Держался со всеми высокомерно. Каждый праздник кого-нибудь избивал. 1 мая и 7 ноября регулярно ходил на демонстрацию, так как свято верил в светлое будущее. Пьяный, возвращаясь домой после демонстрации, он ставил в угол красное знамя и садился ужинать. Выпив две бутылки «Московской», он сбрасывал посуду со стола и глухим голосом, наводящим тоску, выл песню «Мой адрес – не дом и не улица, мой адрес – Советский Союз».

После его смерти мать осталась с сыном. К Павлу стали приходить новые друзья. Они говорили непонятные слова: баксы, ломщики, кидала.

– Это очень хорошие люди, – объяснял Павел матери.

Потом он стал приносить домой газету «Правда» и разрезал ее ножницами на мелкие кусочки.

– Это я делаю «куклу», – говорил он матери.

Однажды вечером Павел домой не пришел. Его посадили. Но на следующий день мать заняла место своего сына на Киевском вокзале у обменного пункта.

На деревню дедушке,

или Письмо Ваньки Жукова из Израиля

Милый дедушка, Константин Макарыч. Пишет тебе твой внучек из Израиля. Сюда завез меня мой папа, юрист по национальности. Живется мне здесь очень плохо. Дядя Абрам, у которого я учусь сапожному делу, тыкает меня во время обеда харей в фаршированную рыбу. Жена его, Сарра Исаковна, заставляет учить иврит. А вчера приходил ребе и сказал, что на днях будет делать мне обрезание.

Милый дедушка, если можешь, забери меня отсюда!

Невероятное происшествие

Почти по повести «Нос»

Однажды, проснувшись утром, отставной майор госбезопасности Ковалев, посмотревшись в зеркало, увидел, что на лице у него вместо носа совершенно гладкое место.

В то же утро нос его проходил таможенный досмотр в аэропорту Шереметьево-2.

Прошло три года. Нос сделал себе обрезание, получил вид на жительство в Израиле и ходит Гоголем по Тель-Авиву. А отставной майор госбезопасности Ковалев до сих пор не теряет надежды получить от него вызов.

Но он, как видно, оставил его с носом.

Вот такое невероятное происшествие имело место быть совсем недавно.

А вы говорите: летающие тарелки!

Лион Измайлов
(p. 1940)

Куриная слепота

Вообще-то кур у нас уважают, любят их, особенно есть.

И в связи с этим вот какая история произошла с одной четой супругов. Надо, правда, сразу оговориться, что чета была не очень молодая. Скорее, даже пожилая. Одним словом, он был просто старик, а она помоложе, но тоже старуха.

И вот они, эти старик со старухой, решили на склоне своих лет обогатиться. И ничего лучше не придумали, как купить курицу. Они хотели ее использовать как средство производства. То есть хотели, чтобы она несла им яйца, а они чтобы их продавали и получали прибавочную стоимость почем зря. Другими словами, они, курицыны дети, хотели через эту курицу стать капиталистами и пожить напропалую.

И вот что из этого получилось. Курица эта, не будь дурой, взяла и перепутала что-то в своем обмене веществ и вместо простого снесла им золотое яйцо с 583-й пробой.

Они, эти старик со старухой, обалдели, конечно, от счастья и хотели это золотое яйцо тут же продать, а на вырученные деньги загулять под старость лет, если еще успеют. Но бабка оказалась такая проныра, что предложила деду продать это яйцо не целиком, а по кускам, чтобы выручить побольше денег.

Дед по дурости своей согласился, и стали они это яйцо разбивать. Сначала дед бил, бил – не разбил. Потом баба била, била – не разбила. Тогда позвали они слесаря-водопроводчика Мишку. Мишка прибежал со своим зубилом и раздолбал это яйцо за милую душу на мелкие кусочки.

И дед с бабкой стали продавать эти кусочки. Вот тут-то их и накрыли. А почему? Потому что проба-то была только на одном кусочке, а на других кусочках никакой пробы отродясь и не бывало. Кукиш там был, а не проба. И получилось, что они вместо обогащения получили поражение в правах с конфискацией всего имущества, включая и эту несчастную курицу.

А если бы они, скажем, это яйцо сдали как найденный ими клад, то им по закону четверть яйца отпилили бы, и будь здоров. И курица цела, и дед с бабкой сыты. Живи, как говорится, и радуйся, дурья твоя голова!

Мишка Рябой

Мишка Рябой жил на Привозе. Об чем может думать человек с кличкой Рябой? Об том же, об чем думает человек с любой кличкой. Об том, чтобы заработать на хорошую жизнь.

У Мишки Рябого было на Привозе свое дело. Нет, это были не лошади, это были куры.

– Моня, – говорила ему жена Маня, – с этих кур мы можем иметь только ничего. Мы с них не разбогатеем.

Но если ему, Мишке Рябому, что-то ударит в голову, можете поверить: шишка от этого удара обязательно останется.

Куры неслись регулярно. Маня продавала яйца, но Мишка ждал, что какая-нибудь из этих проклятых кур снесет-таки золотое яйцо. Ему почему-то так казалось. Он об этом когда-то слышал. В детстве ему рассказывали сказку, а он принял ее всерьез.

Они с женой еле сводили концы с концами, и над ними смеялся весь Привоз. Вместо того чтобы воровать или хотя бы грабить, они с женой высиживали яйца.

– У человека должна быть мечта, – говорил Мишка Рябой, и он верил в свои слова. Он любил жену и хотел ей устроить светлое будущее уже сегодня.

Однажды утром он позвал ее в курятник и согнал с насиженного места рябую, как и его кличка, курицу. В пуху и помете лежало золотое яйцо величиной с куриное.

Маня потеряла сознание и больше не приходила в него до вечера. Мишка отнес золотое яйцо назад ювелиру.

– Ну что, – спросил ювелир, – оно принесло вам счастье?

– У человека должна быть мечта, – упрямо сказал Мишка, – и она должна сбываться.

– Да, – сказал ювелир, – но, к сожалению, мечта одного человека чаще всего сбывается у другого.

Он положил золотое яйцо в футляр, и только после революции, когда яйцо реквизировали, ювелир понял, что оно было поддельное.

Он недолго смеялся над теми, кто его реквизировал. Наутро ювелира расстреляли за спекуляцию.

Инна Савельева
(р. 1941)

Нота эмира Аршин-Малаланского

в Министерство обороны Российской Эмирации

Совершенно секретно[52]52
  Материал, по ошибке доставлен автору фельдъегерской связью МИД РФ.


[Закрыть]

8-го дня месяца рамадана

О досточтимый министр дел военных Российской Эмирации! Да благословит тебя Аллах за поставленную нам самоходку гаубичную «САМОХА 7-40». Не было еще такого мощного и смертоносного орудия на земле моего маленького, но свободного эмирата. Оно сеет трепет и ужас в сердцах соседей наших.

Имея скорость до 80 км в час, самоходка 6 раз в сутки пересекает территорию Аршин-Малалана от границы до границы, согласно технической характеристике свободно переходя русла рек глубиной до 5 метров (надо, однако, отметить, что от сотворения земли Аллахом воды в наших реках не водилось). При проведении учебных маневров гаубица самоходки стреляет со скоростью 96 снарядов в минуту и, при дальности поражения до 24 км, уже обеспечила создание мертвой буферной зоны между нашей страной и соседними эмиратами шириной в один эмират (1 эм).

Таким образом, даже в ходе учебных стрельб у Аршин-Малалана практически не осталось потенциальных противников, не считая Соединенных Штатов Америки, которые, по данным разведки, без всякого повода с нашей стороны готовят против нас операцию «Ураган в Малалане».

Гаубичные стрельбы проходят настолько успешно и благополучно, что ни один снаряд, слава Аллаху, не упал на нашу святую землю и не причинил ей вреда, за исключением незначительных фактов общего характера:

1. Все солдаты регулярной армии и население эмирата поражены полной глухотой.

2. От сотрясения и звуковых волн эмирский дворец на 1,5 метра погрузился в барханы.

3. При канонаде вода из бассейна 1 гареме частично выплескивается и уходит в песок, а оставшаяся поступает на охлаждение орудия.

4. Восемнадцати из моих жен Аллах послал досрочные роды.

5. Телевизионное изображение на экранах страны дрожит и двоится.

6. Практически нереально прокормить экипаж самоходки, который составляет 8 человек, что чуть не вдвое превышает всю армию эмирата.

7. Замечательные технические характеристики самоходки позволяют брать на борт запас топлива на 800 км, что истощило нефтяной потенциал страны.

8. Супервысокая скорость стрельбы за неделю исчерпала почти весь боезапас арсенала.

9. Отработка поражения цели в темноте сбивает все трудоспособное население с ночного биоритма.

10. Соседние два эмирата неожиданно добровольно сдались в плен, и страна не имеет возможности поселить и прокормить пленных.

В связи с вышеизложенным, предлагаем в рамках договора о военной взаимопомощи взять на себя мероприятия по дальнейшей эксплуатации самоходки гаубичной «САМОХА 7-40» и обращаемся со следующей просьбой:

1. Ввести в строй еще одну нефтяную скважину с целью удвоения добычи топлива и построить нефтеперегонный завод на северном участке пляжа.

2. Чтобы обеспечить регулярную доставку снарядов и питания для орудийного расчета, оборудовать военный аэродром на заднем дворе эмирского дворца.

3. Вывезти в Сибирь сдавшиеся в плен два эмирата на срок до подписания конвенции.

4. Оказать военную помощь и взять на себя отражение американской агрессии и операции «Ураган в Мала-лане».

5. И, наконец, для максимальной стабилизации обстановки в регионе передислоцировать самоходку гаубичную «САМОХА 7—40» в приграничный район России, наиболее приближенный к эмиратам, и вести учебные стрельбы на территории поставщика военной техники.

Да благословит Аллах ваше министерство и да ниспошлет благоденствие всей стране! Мир дому вашему!

Эмир Аршин-Малаланский

Р. S. А ну ее к Аллаху, эту вашу «САМОХУ»!

Александр Хорт
(р. 1941)

Неудавшаяся обедня

Два священника с графом Оргасом

Обращаются как с керогазом…

 
Два священника, скинувши рясы,
Развернув монастырскую снедь,
Захотели на графе Оргасе
Свою скудную снедь разогреть.
 
 
Они ставят на графа кастрюлю.
На живот сковородку кладут
И, усевшись в сторонке на стуле.
Преспокойно горячего ждут.
 
 
Но напрасно служители культа
Будут ждать разогретый паек —
Граф скончался вчера от инсульта,
И не варит его котелок.
 
 
Все прощаются о графом Оргасом.
Внятно слышится горний хорал.
Он теперь уже не керогазом,
А, скорей, холодильником стал.
 

Мы помним чудное мгновенье

17.17.194… (17 часов 17 минут 17 секунд…)

Штирлиц обладал сведениями, что знание – сила. Именно это помогло ему оставаться человеком среди волков, для которых человек человеку – и волк и вол. Он много знал. А много будешь знать – скоро состаришься. Так, кажется, говорят у русских. И Штирлиц чувствовал себя устаревшим. Ведь он с утра до вечера был обязан смеяться, ходить в бассейн, кататься на машинах, пить коньяк, играть в теннис, нравиться женщинам, кушать бланманже, посещать варьете, ловить форель, носить смокинг – словом, он был обязан вкалывать. По большому счету. На полную катушку. Не переводя дыхания.

Вот и сейчас, засучив рукава, Штирлиц напряженно развалился в кресле. Опять раут. Стол до того заставлен едой, что делалось тошно. Вышколенный слуга неискренне согнулся перед ним:

– Персики, герр?

– Мытые? – машинально спросил Штирлиц по-русски и в то же мгновенье каким-то большим чувством разведчика понял, что промахнулся. И точно – на него в упор смотрел единственный стеклянный глаз лисы Флюгера.

Информация к размышлению (Флюгер): поросенок он самый настоящий, больше никто.

…Штирлиц запамятовал, где видел этот загадочный нордический характер раньше, но, что видел, мог сказать точно, даже не глядя на него, как, не глядя, пригласил его к столу.

– Бельгия?

– Индия.

– Турция?

– Греция.

– Матка Боска?

– Миль пардон.

На мгновенье Штирлицу даже показалось, что они говорят на разных языках.

И опять вышколенный слуга неискренне согнулся – на этот раз перед Флюгером:

– Персики, герр?

– Почем? – неожиданно спросил Флюгер по-русски, и Штирлиц все понял без слов.

– Сороковой?

– Сороковой.

– Пушкинская?

– Елисеевский.

– Три?

– Четыре.

И на мраморных ступеньках дворца Принцессеншарлоттенбюстен Сысой Сысоевич с Абельмановки пожал руку Максиму Максимычу с Семеновской. А в углу устало улыбнулся слуга двух господ – их французский друг кюре Пюре, который временно оказывал бошам медвежью услугу.

Дневник кавалергарда

(По мотивам романа «Свидание о Бонапартом»)

…До двадцати пяти годков я токмо и занимался тем, что пуще огня боялся смерти. А потом меня начали преследовать болезни, закрутилась бесконечная маета по лекарям, и уже недосуг было помнить о косой. Болезни возникали с такой частотой, что я еле успевал заносить их истории в свой скорбный лист.

1 июля. Вступил радикулит. Его я честно заработал в седле. Причиной тому – положенная на седло вышитая мелким бисером подушечка, подаренная на прощание героически захваченной мною в полон парижской шансонеткой Сюзанной 1Ъфрэ. При расставании со мной сия представительница сего прекрасного пола столь обильно рыдала, что подушечка сделалась сырой от слез. От этой сырости – присутствие радикулита.

2 июля. Сегодня хотел было лихо вскочить на коня, да помешали мои шпоры – шиловидные разрастания костной ткани в области пяточного бугра.

3 июля. Вступили дрожащие руки. По всей верояции, это связано у меня тесными узами с гипертонией. Повышенное давление я героически заработал во время перехода Суворова через Альпы; вернувшись в родовое имение Капельки, безвозмездно передал его дражайшей половине своей Варваре Францевне, а та перед скоропостижной кончиной возвернула его мне.

4 июля. Я человек могутного здоровья – недавно перенес паралич на ногах.

5 июля. Появился жирок на брюшке. В каких героических передрягах подхватил – не ведаю.

6 июля. Согласно установлению уездного лекаря, у меня имеется вода в колене, воспаление шейных позвонков, наследственная мигрень. Однако мне по-прежнему силу девать некуда, и я готов хоть сей секунд, несмотря на хроническую инфлюэнцу, отправиться на тайное свидание о кем-нибудь из тронутой распадом семьи Бонапартов, если не с Наполеоном, то по крайней мере с Жозефиной.

Я внушаю доверие

(По мотивам мемуаров «Почти серьезно…»)

Однажды мы снимали кинокомедию «Пес Балбес в бутылку полез». Роль Балбеса исполняла овчарка по имени Тыква. Она познакомила меня со своим хозяином Эдуардом Сергеевичем, которого в группе называли просто Потапычем. Через минуту мы с ним подружились, а к моменту выхода на экран последней серии были уже на «ты». Однако с Тыквой контакта долго не получалось.

Однажды, когда Шуйдин гастролировал на даче, я для установления контакта пригласил Тыкву вместе с ее хозяином пожить в гардеробной старого цирка. Она согласилась.

Через несколько дней сижу в своей новой квартире, как вдруг раздается стук в дверь. Открываю – Тыква. Да не одна – верхом на ней хозяин. Тыква прошла в комнату, усадила его в кресло, потом взяла меня зубами за шиворот и отнесла в гардеробную старого цирка.

По пути я понял, что наконец сумел внушить ей доверие: есть хозяин, а она все-таки пришла за мной. До конца съемок Тыква оказывала мне доверие, и при каждом проявлении доверчивости мое сердце переполнялось актерской гордостью.

«Вот, – думал я в перерыве между дублями, – у нее имеется породистый хозяин с хорошей родословной, который сейчас ничем не занят, лежит на диване, попыхивает сигареткой, но не ему, а мне, простому артисту, доверила она жить в гардеробной старого цирка, чистить ей по утрам зубы мелом, а медали – зубным порошком, трижды в день варить похлебку, потом колоть кости, подстригать когти, стирать подстилку, расчесывать шерстку, водить на прогулку, исполнять перед сном колыбельные клоунады…» Здорово эта сука меня любила!

Леонид Филатов
(р. 1946)

Вариации на темы

мультфильма «Ну, погоди!»

 
Травят Зайца!
Веками травят.
Травят в Африке
и в Австралии.
В Лотарингии
и в Эльзасе
Травят Зайца!..
Травят Зайца!
Несет цианистым!..
Кто посмел
быть инициатором?..
Проклинаю
того мерзавца!
Травят Зайца!
 

Заяц был юн и неопытен. Он выскочил на поляну, ослепительно белый, как трусики св. Инессы. Гони, Косой!

 
Блещет фикса.
Хрустит манишка.
Волк страшон,
как анатомичка.
Вы рискнули б
с таким связаться?..
Травят Зайца!..
Морфинист, доходяга, циник.
Грудь в наколках
и лапы в цыпках.
Вот он, срам твой,
цивилизация!
Травят Зайца!..
 

Волку было под сорок. Он был безнадежно сер, как макинтош лондонского дальтоника. Атас, Косой!..

 
Травят Зайца!
Да как старательно!
Травят в прессе,
в кино, по радио.
В баснях, в пьесах,
в экранизациях
Травят Зайца!..
Травят Зайца!
Смотреть противно!..
Травят бомбами
и тротилом.
Безработицей, гриппом,
засухой
Травят Зайца!
 

Вспоминаю свой фотопортрет на страницах парижского «Фигаро». Самодовольная физиономия в заячьем малахае. Прости, Косой!.

 
P.S. Он, усталый, лежал в снегу.
Полуангел. Полурагу.
 

Вариации на тему сказки

Корнея Чуковского

«Муха-цокотуха»

 
Ах, бывают всякие
в жизни карамболи,
Дивные события,
странные дела!..
На обычной улице,
а не в чистом поле
Муха – представляете? —
денежку нашла!..
Что случилось с Мухою,
 резвой хохотушкой?..
Муха – не поверите! —
 сделалась иной!
Не вульгарной Мухою,
а пикантной Мушкой
Над прелестным ротиком
Е. Карамзиной.
Ах, как это весело,
ах, как это глупо,
Ах, какое счастие,
ах, какой кошмар! —
Возле – представляете? —
Аглицкого клуба
Заприметил барышню
доблестный Комар!
Был он смел до одури
и красив до жути,
В звании поручика
и в расцвете сил.
И к тому же в юности
был замечен в смуте:
Графа Аракчеева
лично укусил.
Ах, какой любовию
встреча увенчалась.
Ах, того не выразить
кистью и пером!
Муха – представляете? —
 тут же обвенчалась
С ихним благородием
оным Комаром!
Праздновали в среду,
накануне Пасхи.
Сколько было сказано
спичей и острот!
Целый вечер кушали
рыбу по-гишпански,
Целый вечер спорили,
прав ли Дидерот!..
Ах, какие славные
прежде были пьянки
Вист и философия,
нега и азарт!..
…Было это в Питере.
В доме на Фонтанке.
В щелке под обоями.
Много лет назад.
 

 
Вот начало фильма. Дождь идет.
Муха вдоль по улице идет.
 
 
Крупный план. Усталый профиль Мухи.
Ей за тридцать. Она не в духе.
 
 
В том, как она курит и острит.
Чувствуется скепсис и гастрит.
 
 
Дальше в фильме вот что происходит:
Муха в луже денежку находит.
Магазин. Изделья из фаянса.
Еле слышный запах декаданса.
 
 
Крупный – невозможно крупный план:
В голове у Мухи зреет план.
 
 
За прилавком – грустный продавец.
Неврастеник. Умница. Вдовец.
 
 
В том, как он берету вас червонец,
Чувствуются Чехов и Чюрленис.
 
 
Просмотрев предложенный товар,
Муха выбирает самовар.
 
 
Продолженье фильма в том же духе.
Муха дома. Мы в гостях у Мухи.
 
 
Том Хемингуэя. Бюст Вольтера.
Сиротливый привкус адюльтера.
 
 
Тонкая французская игра:
Муха в ожиданье Комара.
 
 
Он приходит. Он снимает плащ.
Он провинциален и ледащ.
 
 
В том, как он стыдится сантиментов.
Чувствуется бремя алиментов.
 
 
Тихо. Он молчит. Она молчит.
Самовар тем более молчит.
 
 
Он вздыхает. Муха понимает.
И из шкафа чашки вынимает.
 
 
Пьют без разговоров. Молча пьют.
Общий план. Всеобщий неуют.
 
 
За окном, в мерцанье сонных луж
Чувствуется острый Клод Лелюш.