Текст книги "Ксеноугроза: Омнибус (ЛП)"

Автор книги: авторов Коллектив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 55 страниц)

Она провела почти двадцать лет, большую часть своей сознательной жизни, на войне. Однажды ее статуя украсит аллею Славы у боевого купола Монт’ир. Будущие поколения тау станут произносить ее имя благоговейным шепотом. Но похвала будет звучать из уст чужих детей, а род Киру прервется на ней.

«Нельзя этого допустить».

«А как же карьера, как же империя? Как же долг? Это бремя не должно было пасть на меня».

«Нет?»

«Нет! У меня был свой план. Я работала как проклятая, чтобы добиться того, чего я достигла. Я продолжила славу отца, а Ору’ми и Ти’рес должны были продолжить наш род».

«Но их больше нет. Теперь это твой долг».

«И тут долг, и там долг, – подумала девушка, – никакой жизни, сплошные обязательства. Нельзя просто делать то, что хочется».

«Тогда вопрос очевиден: чего ты сама хочешь, Тень Солнца?»

«Не знаю!» – выпалила она.

И тут в голову сам собой пришел ответ, настолько очевидный, что девушка остановилась. Казалось, словно кто-то другой шепнул ей верное решение.

«Ты знаешь ответ».

– Командующая, что случилось? – спросил Коу’то.

Он и другие солдаты остановились вслед за девушкой.

– Вы поймали какой-то сигнал? – спросил Сабу’ро, указывая на воротник ее боескафандра.

Девушка посмотрела на них.

– Хочу, чтобы вы знали, – медленно произнесла она, – я отправила сообщение на Т’ау о том, что после эвакуации с этой планеты я намереваюсь воспользоваться Таал Саал’И.

У всех, кроме Холлетта, вытянулись лица. Человек, похоже, не понял смысла ее слов.

Коу’то кивнул и скорбно склонил голову. Сабу’ро же скинул шлем и, вперившись глазами в командующую, выкрикнул:

– Так нельзя!

– Шас’ла, ты забываешься! – рявкнул Коу’то на юного товарища.

Тень Солнца примирительно махнула фузионным бластером. На лице юноши появилось одновременно отчаяние и негодование. Он имел на это право: его образец для подражания, его героиня только что объявила о том, что оставляет службу.

– Пока только намереваюсь, – сказала она, – но весьма твердо намереваюсь.

Сабу’ро, казалось, готов был разрыдаться. Он часто заморгал, поспешно надел шлем, расправил плечи и произнес:

– Я понимаю вас. Благодарю, что сообщили нам, – сказал он и добавил, – если позволите, командующая, я уверен, вы станете отличной матерью.

Лицо девушки озарила усталая улыбка. Она продолжила движение вперед. Сабу’ро следовал за ней по пятам, а Холлетт на миг остановился.

– Что такое Таал Саал’И? – спросил он Коу’то.

– Тебе не понять, – отрезал шас’уй.

Холлетт смотрел на него, ожидая объяснений. Коу’то вздохнул, смирившись с человеческим упрямством.

– Ну, как тебе объяснить? – он помахал в воздухе рукой, подбирая слова. – Это значит «сохранить последнего ребенка». Такова политика тау: если из всей семьи остался кто-то один, он получает право покинуть опасную службу ради продолжения рода.

– И она собирается воспользоваться этим правом?

– Она еще не решила.

Холлетт посмотрел куда-то вдаль, и на губах у него заиграла легкая улыбка.

– Что тут смешного? – грозно рявкнул на человека Коу’то.

Холлетт тряхнул головой.

– Нет-нет, – искренне ответил он, – абсолютно ничего смешного. Для такой, как она, это, должно быть, адски трудный выбор.

Они продолжил спуск.

Вскоре ландшафт снова выровнялся. Земля стала влажной, сам лес тоже менялся. Исполинские деревья с изогнутыми ветвями и нежными цветами уступали место уродливым карликам со ржавыми стволами и длинными космами похожих на паклю листьев. Вскоре им пришлось идти по ручьям, а к обеду тау и вовсе увязли по колено в жидкой грязи. Сверху начинал сгущаться туман.

– Твой Император, случайно, не прослезился от умиления, когда узрел это болото? – спросил Холлетта Коу’то.

Пленному было не до издевок, лицо его покрылось липким потом. Он испуганно озирался по сторонам.

– Ступайте как можно осторожнее и тише. Не делайте резких движений. И ей тоже об этом скажи, – предупредил Холлетт, показывая на Тень Солнца, – у нее броня слишком тяжелая, пусть ходит потише.

– Почему?

Холлетт откашлялся и вытер рот связанными руками.

– Вы что, ничего не чувствуете в своих шлемах?

Коу’то отрицательно покачал головой, но Тень Солнца обернулась через плечо и ответила:

– Я чувствую дым и пепел. Запах гари становится все сильнее. Думаю, возвышенность, по которой мы шли сюда, уже охвачена огнем.

Холлетт принюхался.

– Похоже, мы окружены пожарами со всех сторон.

Девушка остановилась, привалившись к бугристому рыжему стволу.

– Лучше бы полковник Фолкенс боролся с огнем, чем со мной, – сказала она и жадно отпила из своей фляги, после чего глубоко вздохнула, чувствуя смертельную усталость.

– Он не отступится, – ответил Холлетт.

Коу’то устало сел на поваленное дерево и помассировал наколенники. Усталость заставила его забыть о правиле не позволять пленному обращаться напрямую к командующей.

– Почему?

– Думаю, он пытается что-то доказать, – пожал плечами Холлетт. – Он же горец.

Человек откашлялся и посмотрел на своих пленителей. Многие были уже на грани. Этот марш-бросок обессилил их, как и его самого.

– Ах, да, – припомнила Тень Солнца, – эта ваша нелестная кличка.

Холлетт скривил рот.

– Я назвал это двусмысленным прозвищем.

Неожиданно ей стало любопытно. Обычно бесхребетный пленник впервые проявлял характер.

– Объясни разницу.

Струйки дыма резали глаза Холлетту. Он потер лицо рукой, еще сильнее размазывая грязь.

– Это древнее название, – начал он, – его дал нам сам Император задолго до Великого крестового похода. Изначально те, кого называли горцами, жили в диких землях вдали от городов. Они были сильными и независимыми. Они охотились, зная, какого зверя можно убить, а какого не трогать. Они выслеживали добычу в непроходимой чаще и умело использовали особенности местности. Но более цивилизованные люди тех лет, те, что жили в городах, смотрели на горцев иначе. Горожане считали их дикими, несдержанными и неотесанными.

Мы и сейчас такие по сравнению с остальными полками Имперской Гвардии. Для них мы посмешище. Наш полк приписан к одной-единственной планете. Нет, это прекрасная планета, я ничего не хочу сказать, это истинное сокровище галактики, но мы прикованы к ней на веки вечные. Мы всегда были только охранниками. Нас не посылают на задания в другие системы, мы никогда не участвовали ни в одной серьезной боевой операции.

– До этого дня, – мягко поправила Тень Солнца.

Холлетт выразительно посмотрел на нее.

– Вчера был единственный раз на нашей памяти, когда стреляли из лазера. За все время. Ребята всю жизнь мечтали о такой возможности. Им не терпится сразиться с вами, уничтожить вас всех самым решительным и жестоким образом. Так они, наконец, покажут всему Империуму, что тоже не лыком шиты. Если ради этого придется пожертвовать представителями дикой природы, то что ж поделать.

– А ты сам как считаешь?

Холлетт слегка прищурился, обдумывая ответ. Казалось, человек всматривается куда-то вдаль.

– Я знаю, что по-настоящему важно, – загадочно ответил он, поворачивая голову.

Один из воинов огня, охранявших периметр, выбросил в воздух кулак – сигнал о том, что что-то не так. Защелкали взводимые импульсные винтовки. Тень Солнца подала сигнал Коу’то, указывая на Холлетта. Шас’уй коротко кивнул в ответ. Ветер принес какофонию звуков: треск, топот, визг и грохот. Звук нарастал. Тень Солнца сделала шаг вперед, и в тот же миг едва не оказалась сбитой с ног.

Из ниоткуда на них неслось стадо в сотни голов. Оно текло, как река, погребая под копытами все, что попадалось на пути. Тень Солнца оказалась посреди бушующего потока коричневой плоти. Звери проносились мимо нее так быстро, что ей с трудом удавалось различить их силуэты. У них было по четыре очень длинных ноги и вытянутое изящное туловище, покрытое коричневым мехом с белыми пятнышками. Головы некоторых венчали крученые рога, у других было по два непрерывно виляющих хвостика. Огромные глаза животных переполнял ужас, изо ртов валила пена. С топотом они мчались по грязи, превращая и без того вязкую жижу в непроходимое месиво.

Несколько проносящихся мимо тел задели Тень Солнца. Ее развернуло, и в этот миг одно из животных на полном ходу врезалось в девушку. Боескафандр в последний раз спроецировал щит. Мигнул голубой огонек. Зверь отскочил и побежал дальше. Тень Солнца упала лицом в трясину. На расстоянии вытянутой руки от нее оказалось одно из втоптанных в грязь животных. Оно ревело и силилось подняться, но остальное стадо топтало его, даже не замечая. Бесчисленные удары копыт превращали несчастного в месиво из окровавленной плоти и переломанных костей. И вдруг они исчезли столь же неожиданно, как появились. Объятое ужасом стадо оставило болото.

Грязь приятно холодила лицо. Тень Солнца боролась с желанием уснуть прямо здесь. Руки и спина болели. Бегущие в панике животные покорежили боескафандр, вминая куски брони в ее тело. Где-то вдалеке слышались стоны и крики других тау. Словно сквозь туман она почувствовала, как кто-то присел возле нее на колени.

Едва разомкнув веки, девушка увидела рядом с собой того самого мальчика в кадетской форме. Глядя на ее залепленное грязью лицо, он засмеялся. Тень Солнца попыталась подняться, но руки ее не слушались.

– Кто ты? – с трудом произнесла девушка, вновь падая лицом в грязь.

– Командующая, – тихо произнес чей-то голос, – это я, Сабу’ро.

Тень Солнца открыла глаза. Ребенок исчез. Вместо него рядом с девушкой сидел юный шас’ла, без шлема и очень напуганный. Когда Сабу’ро помог ей подняться, девушку еще слегка пошатывало.

– Командующая, вы в порядке?

Тень Солнца огляделась, чтобы убедиться, что никто больше серьезно не пострадал. Воины огня помогали друг другу подняться из болотного месива. Ей очень хотелось ответить «Нет». Она чувствовала себя так, словно разваливалась на куски, но командир обязан поддерживать моральный дух своих подопечных. Поэтому, ради Высшего Блага, она солгала:

– Лучше не бывает.

– Нет, нет, нет, только не это! Тупая скотина, – бормотал Холлетт.

– От чего они бегут? – спросил Сабу’ро, пытаясь не обращать внимания на паникующего человека.

Тень Солнца откашлялась.

– Думаю, от пожаров. Возможно, здесь в низине достаточно сыро, чтобы спастись от огня…

Голос ее сорвался, когда земля под ногами вздрогнула. По жидкой грязи пошла рябь. Нечто огромное преследовало убегающее стадо. Коу’то с трудом выбрался на середину болота и, поднимая кулак, прокричал:

– Ирес шас’ка момиу!

Это был приказ воинам огня занять позиции вокруг и приготовиться отразить атаку.

– Сабу’ро, – выкрикнул он, – охраняй пленного.

Юный шас’ла подбежал к Холлетту с импульсным ружьем в руках. Человек в панике озирался вокруг. Болотная жижа начинала бурлить. Он поднял глаза на Коу’то и заорал:

– Идиоты, уходите оттуда!

– Сабу’ро, – рявкнул Коу’то, – усмири его!

Сабу’ро нервно сжимал пальцы на рукояти винтовки.

– Пожалуйста, Холлетт-ла, – прошептал он.

Холлетт не обращал на него внимания.

– Дайте мне ружье! – проорал он.

Коу’то был потрясен этой наглостью.

– Шас’ла, я приказал усмирить пленного!

Что бы ни то ни было, оно стремительно приближалось.

– Дайте мне хотя бы шанс защитить себя!

Тень Солнца посмотрела на Сабу’ро и заметила его замешательство. Усиленными боескафандром прыжками она направилась к дереву, к стволу которого прижимался спиной Холлетт. Сабу’ро отскочил в сторону. Командующая замахнулась, готовясь нанести человеку сокрушительный удар, но не успела. Деревья у нее за спиной разлетелись в стороны перед самым огромным существом, которое ей когда-либо доводилось видеть.

Зверь был размером больше танка и стоял на четырех крепких ногах. Голову его венчали раскидистые толстые рога. Густой коричневый мех покрывал все тело, за исключением более светлого треугольника на груди. Из туши зверя торчала антенна – длинная металлическая палка с обрывками проводов. Синие глаза гиганта казались крохотными по сравнению с остальной тушей, но взгляд их был отчетливо виден из-под массивного надбровья. Животное махнуло в воздухе огромной лапой с пятью изогнутыми когтями и зарычало. В распахнутую пасть мог бы легко поместиться человек. Звериный рык сотряс ветви деревьев.

– Урсалот, – прошептал Холлетт.

Зверь опустил голову и ринулся вперед, целясь рогами в тау. Солдаты Коу’то выстрелили из импульсных винтовок, но животное даже не почувствовало выстрелов. Зверь ворвался в строй тау, словно сошедший с рельсов поезд, и боднул головой, подбрасывая в воздух сразу нескольких солдат. Описав дугу, они рухнули, ударяясь о деревья и бессильно падая в грязь. Тень Солнца круто развернулась и нацелила на зверя фузионные бластеры, однако Коу’то и оставшиеся солдаты пытались остановить животное, нанося безрезультатные удары по его лапам. Они закрывали собой тушу зверя, и девушка не решалась выстрелить, рискуя задеть кого-нибудь из своих. Мир иль’Уолахо уже забрал слишком много жизней.

– Разойдитесь! – проревела она.

Что-то шевельнулось у нее под ногами. Холлетт отчаянно завопил, но его крик растворился в общем гвалте, когда болото словно взорвалось. Из толщи грязи появились змеевидные существа, каждое вдвое длиннее боескафандра командующей. Наиболее широкой частью тела у них были головы с высоко посаженными круглыми глазами и огромными пастями. Сразу за головами торчали костяные плавники со зловеще загнутыми шипами на концах. Твари разинули рты, демонстрируя челюсти, полные мелких и острых как иглы хищных зубов. Тела существ покрывала мягкая эластичная серо-зеленая чешуя. Змеи атаковали одновременно воинов огня, урсалота, Сабу’ро и Тень Солнца.

– Что это такое? – выкрикнул Сабу’ро.

– Болотные охотники, – ответил Холлетт. – О, Трон…

Тень Солнца вступила в бой. Она выстрелила в двух охотников из бластеров. Существа разлетелись на куски, брызнув омерзительным фонтаном жижи. Их змеевидные тела оказались полыми внутри, заполненными лишь жидкостью и жиром. Внутренности тварей забрызгали серой слизью все вокруг, включая ее боескафандр.

Тау стало не до Холлетта. Пользуясь моментом, он вскарабкался на дерево. Острая кора прорвала его униформу, на руках и ногах появилось множество порезов, когда он, наконец, со стоном взгромоздился на разветвление, упираясь в ствол окровавленными ладонями. Неожиданно ему в голову пришла новая мысль. Пока тау были заняты сражением, Холлетт начал перепиливать веревку, которой были связаны его руки, о ближайшую ветку. Через пару минут веревка поддалась. Освободившись от пут, он потянулся к поясу и надавил на кнопку на одной из многочисленных безобидных на вид клепок ремня. Раздался треск, и человека окружило отражающее поле. Теперь у него были свободные руки и дополнительная защита. Не хватало только оружия. Он окинул взглядом разворачивающуюся внизу баталию.

Вдалеке слева от него воины огня из второй команды пытались прицелиться в болотных охотников, но у них не получалось – длинноствольные винтовки не успевали поворачиваться за юркими змеями. Раздался шквал импульсных выстрелов, но болотные охотники извивались и уворачивались. Заряды энергии, минуя цель, попадали в стволы деревьев и испаряли паклями свисающую с ветвей паутину. Коу’то и его несущий катастрофические потери отряд скрылись из виду за извивающимися чешуйчатыми телами. Где-то рядом урсалот отмахнулся лапой от болотных охотников, разодрав когтями напополам сразу нескольких змей. Под деревом, на котором сидел Холлетт, Сабу’ро прицелился и выстрелил единожды в ближайший клубок болотных охотников. Выстрел продырявил одну из жутких тварей. Она рухнула в грязь и судорожно задергалась. Тень Солнца ринулась им наперерез в усиленном боескафандром прыжке, поднимая брызги грязи. Приземляясь, она ударила тыльной стороной фузионного бластера по голове одной из змей. Череп твари проломился, извергая сгустки слизи. Оставшиеся пять монстров бросились вперед, распахнув пасти. Когти на плавниках царапали боескафандр. Девушка закрыла лицо руками и согнула колени, стараясь удержать равновесие. Не в состоянии больше отбиваться, она чувствовала себя так, словно ее погрузили в лужу вязкого клея. Все движения получались скованными и медлительными. Один из когтей чуть не лишил ее глаза, промахнувшись всего на несколько миллиметров, и оставил на щеке глубокий порез. Девушка изо всех сил старалась удержаться на ногах, погружаясь в вязкую жижу болота. Одна из болотных тварей заглотнула ее правое предплечье вместе с фузионным бластером, и Тень Солнца выстрелила прямо в распахнутую пасть.

Холлетт глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Он ее предупреждал. Дипр-3 хоть и не являлся так называемым миром смерти, но тоже таил свои опасности. Болотистые низменности планеты служили обиталищем многим хищникам, среди которых змееподобные болотные охотники были, пожалуй, одними из наиболее опасных. Они залегали в трясине на долгие дни, впадая в состояние, близкое к спячке. Питательных веществ, которые эти существа впитывали через кожу из болотной жижи, было достаточно для поддержания их жизнедеятельности, но не хватало, чтобы насытить хищников. Почуяв в трясине какое-либо движение, они пробуждались и нападали. Небольшой отряд еще мог бы пройти сквозь болота незамеченным, но топот шагателя «Страж» или продвижение любой тяжелой техники, несомненно, заставляло этих существ выходить на охоту. На этот раз их пробудили олени, глупые и пугливые существа. Урсалот тоже внес свою лепту, влетев в трясину всей своей огромной тушей. «Кстати, – подумал Холлетт, – интересно, что король нагорья позабыл так далеко на юге, вне своего обычного ареала?».

Словно услышав мысли Холлетта, Урсалот взревел и отряхнулся, словно мокрая псина. Змеи разлетись от него в разные стороны. Огромный хищник издал победный рык и бросился через болота, опустив рога. Поднятая широченными лапами волна жижи захлестнула Коу’то и его солдат. Самого шас’уй опрокинуло на спину. Он потерял в трясине ружье и теперь отчаянно шарил руками в поисках опоры. Раскидистые рога урсалота наконец встретили препятствие в виде особенно широкого дерева. По болоту пронеслась новая волна грязи. Ствол с оглушительным треском раскололся на две половинки. Из своего укрытия Холлетт увидел, как волна жижи подхватила Коу’то, бросив его безвольное тело в кустарник. Холлетт перекинул ногу на другую сторону, в очередной раз поранившись о бритвенно-острую кору, и спрыгнул на землю.

Тень Солнца продолжала сражаться со змеями. Краем глаза она заметила, что Сабу’ро пришел ей на помощь, прикладом ружья отбивая болотных тварей от своей командующей. Девушка резко свела фузионные бластеры, зажав между ними один из плавников, и всадила колено в желеобразное тело. Последний охотник бросился в атаку, обвившись вокруг боескафандра девушки. Его распахнутая пасть метнулась в сторону. Сабу’ро вскрикнул. Его левая рука по локоть исчезла в глотке чудовища. Солдат поднял оставшийся обрубок и что-то бессвязно залепетал. Вся его форма была залита темно-синей кровью.

Тень Солнца рискнула избавиться от опутавшей ее твари очередным выстрелом из фузионного бластера. Монстр словно загорелся изнутри и взорвался фонтаном слизи, но тепловая энергия оплавила и часть ее боескафандра. Девушка развернулась, едва успевая подхватить падающего Сабу’ро.

– Веса! – выкрикнула она, – веса!

Обернувшись, Тень Солнца заметила, что урсалота атаковала новая волна болотных охотников. Зверь отбивался и ревел. Вокруг были разбросаны изувеченные тела ее солдат. Никто из них не пошевелился и не откликнулся на ее крик о помощи, зато откуда ни возьмись появился Холлетт. Он подхватил раненого Сабу’ро, взвалил себе на плечи и прокричал:

– Надо уходить! Сейчас, – он кивнул головой в сторону мечущегося в схватке со змеями урсалота, – пока этот зверь отвлек их на себя.

– А как же остальные… – начала было говорить Тень Солнца, но Холлетт уже спешил через болото широкими шагами.

– Они все погибли, даже Коу’то. Я проверил.

Тень Солнца последовала за ним сквозь поросль желтого болотного кустарника и меж деревьев с бритвенно-острой корой. Похоже, человек знал, что делает. Он уверенно и широко шагал по грязи. Сзади по его плащу текла струйка синей крови из раны Сабу’ро. Юноша слабо постанывал при тряске.

Тень Солнца старалась его хоть как-то взбодрить.

– Держись, – сказала она, – ты так нужен нам для завершения миссии.

Спустя несколько минут они начали постепенно выбираться из болота. Грязь под ногами сменилась твердой землей, усеянной камнями. Неподалеку бежал быстрый ручей, но вода в нем была темной от пыли и пепла. Пахнущий гарью ветер еще доносил далекий рев буйствующего урсалота. Холлетт упал на колени посреди ручья и положил Сабу’ро у самого берега. Зачерпнув руками грязную воду, человек побрызгал раненому на лицо. Юноша едва дышал. Пот струился по его лицу, под мышками темнели мокрые пятна.

– А малыш оказался тяжелым, – пробормотал Холлетт.

Тень Солнца остановилась в нескольких шагах. Лицо ее скривилось.

– Воздух становится совсем непригодным, – сказала она.

– Пожар подобрался совсем близко, – задыхаясь, ответил Холлетт и принялся развязывать свой желтый кушак.

Тень Солнца развела руки в стороны и сделала движение, словно пожимает плечами. Фузионные бластеры упали в мутную воду. Девушка опустилась на колени возле Сабу’ро и стянула с него шлем. Юноша был очень бледен, глаза у него закатывались.

– Надо чем-то перевязать ему рану, – сказала Тень Солнца.

– Вот, держи, – ответил Холлетт, отдавая ей свой кушак.

Девушка молча обернула его вокруг обрубка руки юноши.

– Холлетт-ла, в моем боескафандре на бедре есть небольшой отсек. В нем цилиндр. Отверни крышку и подай его мне.

Пока Холлетт возился с цилиндром, Сабу’ро бился в судорогах.

– Простите меня… мне так жаль… – с трудом произнес он, глядя на командующую.

Тень Солнца покачала головой.

– Не бывает личных неудач, – процитировала она, – лишь ступени на пути к Высшему Благу.

Сабу’ро слабо улыбнулся.

– Это слова Аун’ва.

Холлетт передал серебристый цилиндрик Тени Солнца. Она придавила инъектор к шее юноши и не заметила, как Холлетт отступил на несколько шагов, расстегнул пальто и медленно вынул что-то большое из-за спины.

– Я вколола тебе восстановитель тканей, – сказала она Сабу’ро, – он поможет твоей ране затянуться и восстановить кровоснабжение.

– Командующая, вам лучше… бросить меня здесь… Я… я вас только задержу…

– Слишком много жизней оборвалось здесь. Твое имя не продолжит список погибших. Кроме того, в центре связи гуэ’ла мне понадобятся твои навыки, чтобы связаться с флотом. Нам нужно идти дальше.

Сабу’ро закрыл глаза. Тень Солнца зачерпнула еще воды и нежно смочила лицо юноши.

– Он выживет? – тихо спросил Холлетт.

– Надеюсь, что да, – сказала девушка, осматривая повязку.

Кровь Сабу’ро уже пропитала кушак, окрасив желтую ткань в зеленый.

– Хорошо. Тогда встань и медленно обернись.

Тень Солнца нахмурилась и, поворачиваясь, выпалила:

– Ты не смеешь мне приказывать!

Ее глаза расширились. Холлетт стоял возле ее брошенных фузионных бластеров, нацелив на командующую большой пистолет. Оружие светилось изнутри, из дула вытекали струйки дыма.

– Он стреляет плазмой, – просто сказал человек.

У Тени Солнца пересохло в горле. Она знала, что это за оружие. Одного выстрела хватит, чтобы прожечь боескафандр и спалить ее. Она положила голову Сабу’ро на землю и медленно поднялась.

– Где ты его взял? – задала она глупый вопрос.

– Забрал у Коу’то, – ответил Холлетт, не мигая.

Его руки не дрогнули.

Девушка с ужасом осознала, что не знает, что ей теперь делать. Еще ни разу она не теряла контроль над ситуацией столь стремительно. Она привыкла быть главной.

– И что теперь?

Холлетт поднял подбородок.

– «Ты бездарно растратил жизни своих солдат и проиграл». Так ты сказала мне тогда?

Силы покидали девушку.

– Да.

– «Будучи офицером, ты, безусловно, желаешь погибнуть с честью…» Ну, или что-то в этом духе.

– Да, – ответила она, мысленно радуясь тому, что боескафандр поддерживал ее тело. По крайней мере, она умрет стоя.

Некоторое время оба молчали. Ручей журчал у их ног. Воздух все сильнее пропитывался гарью.

– Я не убью тебя, – заявил Холлетт. – Видит Император, я хочу и должен это сделать, но не убью.

Тень Солнца не двигалась.

– Значит, теперь я – твоя пленница?

– Весьма соблазнительно, но нет. Убей я тебя или возьми в плен, итог будет один: твой народ вернется сюда, – сказал Холлетт, указывая куда-то в чернеющее небо. – Это тупик. Если я возьму тебя в плен, они придут вызволять тебя. Если убью – вынуждены будут мстить за тебя. В любом случае они вернутся на орбиту и обрушат на нас все свое оружие. Да, конечно, кое-какие потери они тоже понесут. Может даже, много потерь. Но, в конце концов, они уничтожат и защитный лазер, и всю колонию вокруг своими… не знаю, что у вас там за адские пушки. Моря закипят, леса истлеют и все, что мне дорого, обратится в прах.

Мне остается лишь один выход. Я проведу тебя к центру связи, вырублю системы наведения и позволю твоим друзьям с орбиты вернуться и забрать тебя. Но взамен я тоже кое-что потребую.

Тень Солнца презрительно усмехнулась. Наконец-то она проявилась – всепоглощающая алчность гуэ’ла.

– Ты надеешься на снисходительность, Холлетт-ла? На некое особое отношение к тебе, когда мы захватим эту планету? Думаешь, за твою помощь ты получишь какую-то награду, когда планета станет частью Империи Тау?

Холлетт пожал плечами.

– Меня здесь уже не будет, – ответил он, – вы перевезете меня на другую планету.

Такой ответ полностью обескуражил девушку.

– Что?

– Мне не важно, куда именно. Главное, чтобы моя новая планета не была густо населена. И лишь бы подальше отсюда.

– Ты трус, Холлетт-ла, бесхребетный и подлый трус.

– Так что, мне уйти? Оставить тебя и твоего однорукого прихвостня бродить по горящему лесу в поисках другого офицера Имперской Гвардии, который согласится впустить вас в центр связи?

Тень Солнца прищурилась.

– Так я и думал, – сказал Холлетт, опуская пистолет. – И не глупи, мы оба увязли в этом по уши. Ты не менее виновна в сотрудничестве с врагом, чем я. Так что, мы договорились?

Тень Солнца не могла не восхититься им против собственной воли. Она считала его простым перебежчиком, слишком слабым, чтобы предпочесть благородную смерть. Теперь она понимала, как сильно недооценила его. Им двигало нечто иное, нежели просто чувство самосохранения.

– Ради чего ты это делаешь? – спросила Тень Солнца.

– Мы договорились или нет? – повторил человек.

Рот девушки скривился так, словно она откусила что-то кислое.

– Дао, – ответила она наконец, – Х’ай месме ’хии ваш.

Холлетт ждал.

– Да, – перевела девушка, – мы связаны единой целью.

Он отошел от лежащего на земле оружия командующей.

– Немного излишне витиевато, но сойдет.

Тень Солнца осторожно подошла к фузионным бластерам и зафиксировала их на рукавах боескафандра. Они тихо загудели, набирая энергию. Девушка и Холлетт некоторое время молча смотрели друг на друга, готовые в любой момент спустить курок.

– Давай-ка поднимем его, – сказал человек, указывая на Сабу’ро.

Шлепая по воде, он подошел к юному тау, подобрал его шлем и поставил Сабу’ро на ноги. Раненый еще немного покачивался. Холлетт подал ему в руки шлем.

– Нуни, – невнятно пробормотал Сабу’ро.

– Не за что, – хмыкнул Холлетт и, бросив взгляд на Тень Солнца, добавил:

– Лучше нам придерживаться воды.

Командующая протянула Сабу’ро руку, чтобы тот мог на нее опереться, и они вдвоем пошли вслед за человеком вниз по ручью.

На горящий мир постепенно опускался закат.

Воздух становился все хуже и хуже. В ручей, по которому они шли, то и дело вливались другие потоки, и вскоре он превратился в небольшую речку. По обоим берегам возвышались черные силуэты деревьев, окрашенные оранжевыми бликами. Спустя час путники увидели первое охваченное огнем дерево. Холлетт проверил работу своего отражающего поля и спросил у Тени Солнца:

– Насколько хорошо твой боескафандр защищает тело?

– Без шлема не очень, – призналась девушка, – но генератор защитного поля еще работает, так что сойдет.

– А Сабу’ро?

– Его броня полностью пригодна для неблагоприятных условий.

– Хорошо, потому что как раз в таких мы скоро и окажемся.

Холлетт выудил из глубокого кармана плаща носовой платок, окунул в воду и обмотал вокруг нижней части лица, закрывая нос и рот.

– Теперь ясно, почему ты был против того, чтобы идти строго на юг, – сказала Тень Солнца. – Но ты же не будешь спорить, что идти по дороге было бы не менее опасно.

– Огнем охвачен уже весь лес, так что, теперь это не важно. Твои люди все равно погибли бы. Патовая ситуация.

– «Куда ни кинь, везде клин». Так вы, гуэ’ла, говорите?

– Да, есть такая поговорка.

Девушка неодобрительно покачала головой.

– До чего же вы негативные создания. Вы все видите в худшем свете, никакого оптимизма и надежды на лучшее.

– Можешь считать и так.

– А разве нет? Или у тебя все же есть какой-то стимул бороться за жизнь?

Холлетт промолчал, не поддавшись на ее уловку. Он продолжал молча идти вперед. Тогда Тень Солнца попыталась зайти с другой стороны.

– Ваши жизни беспросветно мрачны. Теперь я понимаю, почему вам так дорог иль’Уолахо.

– Ильуоо… что?

– Иль’Уолахо. Наше название этого мира. Оно означает «место ярких красок».

– У этой планеты уже есть имя.

– Скоро его изменят. Когда мы приведем этот мир к примирению и сделаем его подходящим для жизни, цивилизованным и безопасным, безо всяких нежелательных элементов. И первое, что я прикажу сделать инженерам, это осушить болота, чтобы избавиться от тех змеевидных тварей.

Холлетт едва заметно улыбнулся.

– От болотных охотников? Ну да, хорошенько повеселитесь с ними.

– И еще надо будет расквитаться с тем монстром, что убил моих солдат.

– С урсалотом?

– Мне все равно, как он называется.

– Он не монстр, – ответил Холлетт.

– Судя по тому, что я видела, он чудовище.

– Вовсе нет, – Холлетт махнул пистолетом. – Это лесные пожары выгнали зверя из естественной среды обитания. Он напуган, растерян, и потому мечется и ведет себя агрессивно. Знаешь, не многим посчастливилось видеть столь редкое животное своими глазами. Тем более, такое старое.

– Тогда, возможно, зоопарк будет хорошим решением. Мы отловим его и перевезем в Центральный зверинец на Т’ау, чтобы все могли на него посмотреть, – холодно ответила девушка.

– Делай, как знаешь. Как я уже сказал, меня здесь не будет.

Вскоре охваченные огнем деревья подступили к реке с обеих сторон. Пожар разгорался все сильнее, от него стало светло, как днем. Вокруг не было слышно ничего, кроме треска горящих веток и шипения раскаленного воздуха. Все вокруг залило оранжевое зарево. Оно отражалось от водной глади и от неба над головой. Стало нестерпимо жарко. Огонь просачивался через защитное поле, раскалял броню. Путники постоянно спотыкались, продвигаясь все медленнее. Казалось, время и направление перестали существовать. Во всем мире остались лишь огонь и река, по которой они пытались идти.