Текст книги "Любить вампира – сплошной хаос (ЛП)"

Автор книги: Аура Хейс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)

Глава пятьдесят первая

Она в моих объятиях.

Она жива.

С ней все в порядке.

Я повторяю это снова и снова, будто мантру, пытаясь успокоиться после того, как чуть не рехнулся от злости. Не припомню, чтобы когда-нибудь в жизни я так терял контроль, но стоило увидеть Женевьеву и ее прихвостней, и я, мать вашу, просто слетел с катушек. Она посмела забрать мою пару. Единственную женщину, которую я по-настоящему любил. Она знала, что я не оставлю это безнаказанным, но равно пошла на это.

Она сопротивлялась изо всех сил – надо отдать ей должное, – но не ей было тягаться со мной, когда я охвачен такой смертоносной яростью.

Я крепче прижимаю Селин к себе и в миллионный раз с того момента, как она нашла меня в коридоре, вдыхаю ее запах. Я отказываюсь выпускать ее из объятий и уже успел абсолютно все ей рассказать. Из-за того, что я разбил машину, нам приходится добираться пешком, но я не в силах ждать такси. Да и вряд ли кто-то в здравом уме посадил бы нас в машину, учитывая, как мы сейчас выглядим.

Я бегу домой быстрее, чем когда-либо, а люди и улицы Чикаго сливаются в одно сплошное пятно.

Я включаю душ, дожидаясь, пока пойдет горячая вода, и аккуратно снимаю с нее одежду.

От нее пахнет плесенью, мочой и еще чем-то, о чем я запрещаю себе думать. Например, ее собственной кровью.

Мои пальцы дрожат, когда я бросаю вещи в кучу, а следом к ним летит и моя одежда. Я сожгу все это позже.

Я проверяю воду в душе, убеждаюсь, что она достаточно теплая, и тяну Селин за собой.

Вода у наших ног тут же окрашивая в красный, устремляясь в слив.

Селин прижимается лицом к моей обнаженной груди, и я веду руками вверх и вниз по ее спине. Она всхлипывает, а я закрываю глаза, утыкаясь подбородком ей в макушку. Какие только ужасы пришлось пережить моей девочке… я не хочу об этом думать.

– Повернись, – бормочу я, снимая с полки фиолетовую люфовую мочалку.

Она подчиняется, неохотно отпуская меня. Похоже, в обозримом будущем нам обоим понадобится поддержка.

Намылив мочалку мылом с ароматом ягод, я принимаюсь за дело, отмывая ее с головы до пят. Я не тороплюсь, бережно смывая въевшуюся грязь. Каждый синяк, ссадину и шрам на ее теле я покрываю поцелуями, пытаясь стереть из памяти все связанные с ними воспоминания.

Она здесь. Она в безопасности.

Должно быть, я слишком глубоко ушел в свои мысли, потому что, вернувшись в реальность, замечаю, что Селин смотрит на меня с пониманием на своем милом личике.

Она гладит меня по подбородку тыльной стороной ладони и не отводит взгляда, словно без слов напоминая: мы здесь, и все хорошо.

Селин забирает мочалку из моей обмякшей руки и начинает осторожно мыть мне грудь. Она сосредоточенно очищает кожу, стараясь смыть всю грязь и кровь. Затем снимает с меня очки и кладет их за пределы душевой, а сама протирает мое лицо влажной мочалкой. Из-за моего паршивого зрения все расплывается, но я сосредотачиваюсь на том, как бережно она приводит меня в порядок.

Мы оба обнажены, и в таких обстоятельствах все легко могло бы стать чем-то сексуальным, но сейчас между нами нечто большее. Это похоже на возвращение домой и напоминание друг другу о том, что мы справились и по-прежнему вместе. Близость, которую я чувствую с Селин в этот момент, невозможно переоценить.

Я чувствую, как она дрожит, и, приоткрыв один глаз, замечаю слезы на ее щеках. Обняв ее, я медленно опускаюсь вместе с ней на пол душевой. Она рыдает у меня на груди – надрывно, до боли в сердце, выплескивая слезы, которые сдерживала две долгие недели. Я то и дело касаюсь губами ее лба, подбородка и глаз.

– Я рядом, красавица. – Я опускаю подбородок ей на макушку и закрываю глаза, прислонившись к стене душевой. – В следующий раз, когда захочешь поссориться, пожалуйста, не говори, что я не могу пойти за тобой, – прошу я.

Она тихо смеется сквозь слезы.

– Спорю, ты все равно пошел за мной.

– Пошел, – признаюсь я. – Но, похоже, дал тебе слишком большую фору.

Она снова всхлипывает.

– Соболезную по поводу Тома. Я знаю, он много для тебя значил.

Я напрягаюсь и прижимаю ее крепче.

– Ты знаешь о Томе?

– Женевьева принесла мне шахматную фигуру. На ней была засохшая кровь. Догадаться было нетрудно.

– Моя умница, – мурлычу я, целуя ее в уголок губ.

Ее круглые карие глаза встречаются с моими. Даже с моим затуманенным зрением невозможно не почувствовать, насколько пронзительно она смотрит на меня. Селин с нежностью проводит пальцами по моей щеке, вниз по переносице и, наконец, обводит контур моих губ.

– Я ведь правда это имела в виду.

– Что именно? – Я утыкаюсь лицом ей в шею, но она мягко подталкивает меня, заставляя посмотреть на нее.

– То, что я люблю тебя. – Она легко касается губами моих губ.

– Ты, может, немного сумасшедший, убиваешь плохих людей и умудряешься появляться везде, где бы я ни оказалась, но ты мой, и я люблю тебя.

Я думал, что никогда не услышу от нее этих слов, а теперь понимаю, что готов слушать их вечно.

Я прочищаю горло, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

– Прошло много времени с тех пор, как меня кто-то любил.

Она обхватывает мои щеки ладонями.

– Не волнуйся. Я буду любить тебя так сильно, что этого хватит за все те годы, когда тебе казалось, будто тебя никто не любит.

Она наклоняется и целует меня, и как бы мне ни хотелось углубить поцелуй, сделать его чем-то большим, я этого не делаю. Я не знаю, через что ей пришлось пройти, поэтому позволю ей задавать темп, а сам буду следовать за ней.

Меня совершенно устраивает быть у нее на поводке. Немного извращенно, но зато честно.

Когда вода остывает, я выключаю душ и, подхватив Селин на руки, выношу ее из ванной в спальню.

Осторожно уложив ее на кровать, я беру свои очки и насухо вытираю их, прежде чем повернуться к комоду за одеждой для нее.

– Зав? – тихо зовет Селин.

Я оглядываюсь через плечо и тихо стону при виде нее – раскинувшейся на кровати, влажной и обнаженной. Ее тело совершенно, а изгибы бедер так и манят положить на них ладони. Но я хороший мальчик и остаюсь на месте. Ее благополучие для меня важнее, чем желание постоянно ее касаться.

Я тяжело сглатываю.

– Да?

– Я… я хочу, чтобы ты… – Она облизывает губы и садится, балансируя на коленях. – Я хочу нашу связь, – наконец произносит она. – Я хочу сделать все, что потребуется, чтобы принять парные узы.

Мои губы приоткрываются, и будь я проклят, если вся кровь в моем теле не приливает прямо к члену.

Спокойно, парень. Сейчас не время. Я серьезно. Ты меня позоришь.

Я придвигаюсь к ней ближе, и она протягивает руку, нежно касаясь пальцами моего живота.

– Я не готова к тому, чтобы ты обратил меня. Если я правильно понимаю, ты можешь обратить меня?

Она ждет, пока я кивну, прежде чем продолжить.

– Я хочу сохранить свою человечность еще на какое-то время. Но то, что между нами, – она проводит пальцем между нами, – я хочу уже сейчас.

– Любимая, – ласковое слово срывается с моих губ, слегка шепелявящих из-за клыков. – Ты уверена? Сделанного не воротишь.

Она не отводит взгляда.

– Я знаю, чего хочу, Завьер, и это ты. Я устала отрицать свои чувства.

Ее руки скользят мне на шею, и я тут же обнимаю ее, прижимая к себе.

– Я могла умереть, а ты… ты бы так и не узнал, что значишь для меня. Я была так зла на тебя, когда ушла. Мне невыносима мысль о том, что именно это могло стать твоим последним воспоминанием обо мне.

На ее глазах снова выступают слезы, и я стираю их большими пальцами. Я не хочу видеть, как она плачет.

– Хорошо, – тихо говорю я.

– Как это происходит? – спрашивает она, прикусывая губу. Мне хочется убрать эту губу от ее зубов и прикусить самому, но я сдерживаюсь.

– Мне нужно выпить твоей крови, а тебе – моей.

Она приподнимает бровь, скривив губы в отвращении.

– Даже если я все еще человек?

– Даже если ты все еще человек, – соглашаюсь я. – Для тебя это все равно не будет похоже на вкус крови, – обещаю я, заправляя ей за ухо выбившуюся прядь волос.

– Это… кровь твоей пары… эм, говорят, вкуснее нее ничего не бывает. Ничто другое с этим не сравнится.

Она слегка кивает.

– Ладно. Я готова.

Миднайт, спящий на подушке, которой обычно пользуюсь я, открывает один глаз, мяукает и тут же выбегает за дверь, словно понимает, что сейчас произойдет, и предпочитает в этом не участвовать.

Вот умный кот.

– Ложись, милая.

Она послушно ложится. Жилка на ее шее начинает биться быстрее, искушая меня сделать первый укус именно туда.

– Мы будем делать это по очереди, – объясняю я. – Примерно пять раз, чтобы связь полностью сформировалась.

Она кивает.

– Сделай это. Я готова. – Она протягивает руку и снова касается моей щеки. – Я люблю тебя, – говорит она, словно хочет напомнить, что это правда.

Я закрываю глаза, впитывая эти слова. Никто не признавался мне в любви с тех пор, как были живы мои родители. Это чертовски долгий срок, чтобы обходиться без любви. Конечно, в моей жизни были мимолетные романы, но ни о какой любви речи не шло.

Если задуматься, жизнь у меня была довольно одинокая, но я бы повторил все это миллион раз, лишь бы снова оказаться здесь. Лишь бы снова прийти к ней.

Я наклоняюсь и касаюсь губами ее шеи.

– Готова? – спрашиваю я.

– Да…

Она даже не успевает договорить, потому что я впиваюсь клыками в ее кожу и начинаю пить.

Блять.

Все истории оказались правдой. Во всей вселенной нет ничего, что могло бы сравниться со вкусом Селин. Я продолжаю пить, стараясь запомнить его навсегда. Ничего подобного я никогда не испытывал. Любое сравнение – будь то мед или ваниль – кажется слишком бледным и простым для того, чтобы описать, насколько насыщенной и живой ощущается Селин.

Я отстраняюсь от ее шеи, прокусываю собственное запястье и протягиваю его ей.

Не отводя взгляда от моих глаз, она берет меня за руку и подносит запястье к губам.

– Не бойся, – шепчу я, заметив страх в ее глазах.

Она слегка кивает и приникает губами к ране на моем запястье, делая глоток моей крови, прежде чем кожа успевает затянуться.

Голова сама откидывается назад, и из горла вырывается стон.

Она пытается отстраниться, но я качаю головой.

– Еще. Тебе нужно больше.

Она послушно делает еще несколько глотков моей крови, после чего я вновь припадаю к ее шее.

Мы по очереди пьем кровь друг друга, и наша связь становится все крепче. Я чувствую Селин гораздо яснее и начинаю ощущать ее эмоции. Истинные пары не умеют читать мысли друг друга, но способны чувствовать некоторые вещи – например, намерения.

Когда связь наконец полностью закрепляется, мы оба удивленно вздрагиваем.

Ощущение такое, будто туго натянутая резинка со щелчком встает на место, а по телу прокатывается мощная отдача.

Селин моргает, глядя на меня.

– Это было…

– Я знаю. – Я целую ее, притягиваю к себе и укрываю нас одеялом.

– Спи, – тихо говорю я, целуя ее в макушку.

К счастью, она слишком устала, чтобы возражать. Она засыпает, положив голову мне на грудь, и ее ровное дыхание щекочет мне живот.

– Я никогда не отпущу тебя. Никогда больше. Ни за что на свете.

Наш покой оказывается недолгим. Меньше, чем через час Ава появляется у квартиры и начинает колотить в дверь.

– Вам обоим лучше бы быть дома. Я искала вас по всему клубу, а вы, черт возьми, просто исчезли.

Я осторожно отодвигаю Селин, и она недовольно стонет.

– Твой свирепый питбуль уже здесь.

– Питбули не свирепые, – парирует она, подавляя зевок.

– Ладно. Тогда твой личный дракон уже здесь.

– Вам двоим лучше бы впустить меня, или я сейчас закричу. Три, два…

– Впусти ее, – сонно произносит Селин.

Я натягиваю боксеры и меньше, чем через секунду оказываюсь у входной двери.

– Заходи, розовая мелочь, – ворчу я.

– Спасибо.

Она проходит мимо меня, высокомерно задрав подбородок.

– С твоей стороны было грубо бросить меня на месте преступления. Машина в клубе. Куча трупов.

– Извини за это. – Я потираю челюсть, стараясь не ухмыльнуться.

– Я просто хочу проверить, как там Селин.

Дверь спальни открывается, и выходит Селин. В халате.

– Прости, что отослала тебя, – обращается она к подруге. – Мне нужно было к Заву.

– Чтобы перепихнуться? Это я вижу. Боже, как же я ненавижу быть одинокой, – стонет она, запрокидывая голову. – Но ты-то как? В порядке?

Она пересекает комнату и обнимает Селин.

– Буду, – отвечает Селин и улыбается мне через плечо подруги. – У меня есть Зав.

Ава тут же отстраняется и сверлит ее взглядом.

– И ты тоже, – быстро добавляет Селин. – Ты вообще вне конкуренции, Ава.

– И что? А я нет? – Я указываю на себя. – Это нечестно.

Я подхватываю своего киску эмоциональной поддержки, мяукающего у моих ног, и усаживаю его себе на плечи.

– По крайней мере, хоть для кого-то здесь я любимчик.

Селин закатывает глаза в ответ на мои выходки, и, как ни странно, все кажется почти нормальным.

Но в глубине души я понимаю, что ей понадобится время, чтобы оправиться после случившегося.

И все же я буду рядом и поддержу ее всем, чем смогу.

Ава делает глубокий вдох и сжимает руку Селин.

– Теперь, когда я знаю, что ты дома и с тобой все в порядке, я пойду.

Селин тянет подругу за запястье.

– Если хочешь, можешь остаться в квартире Зава. Тогда тебе не придется ехать через весь город.

– Все в порядке. – Ава заправляет за ухо розовую прядь волос.

– Хотя скоро мне все равно придется искать новое жилье. Аренда заканчивается через месяц.

Я чешу подбородок.

– Моя квартира скоро освободится, так что можешь считать ее своей, если хочешь.

Селин бросает на меня взгляд, который буквально говорит: «Простите, сэр, а меня вы спросить не хотите?»

Я отвечаю ей другим: «Ты моя пара, и теперь тебе от меня никуда не деться. Смирись».

– Правда? – удивленно спрашивает Ава.

– Аренда оплачена еще на год. Если хочешь, квартира твоя.

– Завви!

Она бросается ко мне и обнимает за талию. Я крякаю от неожиданно сильного удара. Для такой крохи она на удивление сильная.

– Спасибо.

– Угу. – Я треплю маленького человечка по голове.

Отстранившись, Ава говорит:

– Я пойду. И на этот раз правда пойду.

Я провожаю ее до двери и запираю замок, как только она уходит.

Селин подходит и обнимает меня, прижимаясь всем телом.

– Значит, все-таки переезжаешь ко мне?

Я улыбаюсь ей сверху вниз.

– Твое сердце уже принадлежит мне. Какая разница, будем мы жить в одной квартире или нет?

Она театрально вздыхает.

– Отличный аргумент, сосед.

Я целую ее в щеку.

– Вообще-то я бы предпочел «муж».

Она запрокидывает голову и смеется.

– Я уже приняла наши парные узы. – Она похлопывает меня по животу. – А вот со свадьбой давай все-таки немного повременим.

– Но ты ведь когда-нибудь выйдешь за меня? – Я не могу сдержать улыбку.

– Когда-нибудь, – соглашается она.

– И родишь мне детей?

– За-а-ав, – стонет она.

– Они были бы самыми милыми малышами на свете. – Пытаюсь я ее убедить.

– Возможно, – задумчиво отвечает она и тянется поправить мне очки.

Это «возможно» однажды превратится в «да».

Она переплетает наши пальцы.

– Давай вернемся в постель.

Я позволяю ей увести меня за собой, улыбаясь как полный дурак. Несмотря на весь ад последних нескольких недель наше будущее кажется чертовски светлым.

Мы устраиваемся в постели, и я обнимаю ее со спины.

Я касаюсь губами кожи под ее ухом.

– Ждать тебя того стоило.

Я скорее чувствую ее улыбку, чем вижу ее.

– А то.

Я легонько щиплю ее за бок за эту дерзкую реплику, и она тут же заливается смехом.

Никогда за все свои столетия я не думал, что смогу быть настолько счастлив. Но теперь с нетерпением жду всего, что ждет нас впереди, рядом со своей парой.

Эпилог

Три недели спустя

– Что, черт возьми, ты сюда напихала? – интересуюсь я и раздраженно выдыхаю, опуская картонную коробку на пол в новой квартире Авы.

– Э-э… – она окидывает ящик задумчивым взглядом. – Кажется, это мои средства для волос.

– Ну конечно. – бормочу я, пытаясь отдышаться.

Завьер заходит следом и, не упуская случая покрасоваться, бесшумно водружает на пол сразу три увесистые коробки. Теперь, когда Ава знает правду, он даже не пытается скрыть свою истинную сущность.

– Завви? – Ава стоит, уперев руки в бока. – Мне интересно, как ты умудрился обосноваться в квартире по соседству с Селин? – Она начинает нетерпеливо постукивать по полу ногой. – Теперь, когда я лучше тебя знаю, что-то подсказывает мне, что твои методы могли быть не совсем обычными.

Зав выглядит шокированным, и в его взгляде, брошенном на меня, проскальзывает паника.

– Ну-у…

– Я хочу сказать, – продолжает Ава. – Мне слабо верится, что до тебя комнаты пустовали.

В глазах Зава появляется виноватое выражение, и он смущенно улыбается.

Я потрясенно выдыхаю.

– Завьер! Ты убил Кори?

Он мгновенно вскидывает руки в защитном жесте.

– Я не виноват, честно. Он тебя оскорблял, поэтому я вышел из себя и ударил его чуть сильнее, чем планировал и… убил. Это вышло совершенно случайно!

– Зав, – у меня вырывается стон, поскольку я сильно сомневаюсь в случайности произошедшего.

Виновато улыбнувшись, он лишь пожимает плечами.

– Упс.

– Ты убил его прямо… здесь? – Ава указывает на пол, и он кивает. – Твою мать. Значит, в этом месте теперь водятся привидения?

– Конечно нет, – мгновенно отвечает он. – Все знают, что призраков не существует.

– Чего не скажешь о вампирах, да? – язвительно парирует подруга.

Наблюдать за их перепалкой невероятно забавно. Ава и Завьер удивительно похожи: оба до невозможности упрямые и напористые.

Внезапный шорох в дверном проеме привлекает мое внимание, и замираю от изумления.

– Вален! – удивленно вырывается у меня.

Я уже успела поделиться с Завьером историей о своем сокамернике и о том, как я переживала, поскольку понятия не имела, куда он исчез, и все ли с ним в порядке. Завьер попытался связаться с некоторыми из своих знакомых вампиров, но никто из них не слышал о Валене. И все же вот он здесь, и выглядит гораздо лучше, чем в последний раз, когда я его видела.

У меня осталось еще много вопросов о том, что творилось под прикрытием «Векса», и зачем им нужен был Вален, но я каждый раз старательно напоминаю себе, что эти вопросы могут подождать. Для начала мне нужно восстановиться как физически, так и морально. Я взяла на работе длительный отпуск. Вести расследования и раскрывать преступления сейчас выше моих сил.

Я рассматриваю Валена, отмечая, что его кожа приобрела здоровый оливковый оттенок. Волосы теперь аккуратно подстрижены, на макушке они длиннее, а по бокам короче. Чисто выбритое лицо подчеркивает резкую линию челюсти. На нем новые джинсы и футболка, поверх которой накинута куртка.

– Привет, – произносит он хриплым голосом, словно давно не разговаривал. – Прости, что бросил тебя.

– Все в порядке, – я подхожу ближе, чувствуя, как к глазам подступают слезы облегчения от того, что с ним все в порядке. – Можно мне тебя обнять?

Не дожидаясь ответа, я просто обхожу свою пару и заключаю в объятия огромного вампира.

– Ты спас меня.

Он неуклюже треплет меня по голове.

– Ты спасла себя сама.

Я отпускаю его и отхожу назад.

– Рада видеть тебя живым и здоровым. Я так волновалась.

– Мне нужно было побыть одному, – сдавленно отвечает он. – Но я думаю, что задержусь в городе на какое-то время. Сейчас ищу, где бы обосноваться.

– О, – меня внезапно осеняет. – Может, останешься здесь, с Авой? Она как раз ищет соседа. – Хоть Зав и оплатил ей жилье, Ава призналась, что не хочет жить одна и вечно быть третьим лишним в нашей компании.

– Погоди-ка, а это еще кто? – Ава указывает на Валена. – Похоже, вы забыли посвятить меня в некоторые детали.

– Это Вален. Мы сидели в одной камере. Он помог мне выбраться.

Губы Авы складываются в идеальную букву «О».

– О-окей.

– Вален, знакомься, это Ава. Ава, это Вален. – Я попеременно указываю то на подругу, то на вампира.

– Ну, пожмем руки, приятель. – Ава протягивает ему ладонь.

Вален на мгновение замирает, но все же сжимает ее руку, после чего его глаза удивленно распахиваются.

– Я догадывался, – шепчет он, с трудом переводя дыхание. – Это и правда ты!

Ава недоуменно хмурится.

– Что? О чем ты?

Вален смотрит на нее так, словно впервые в жизни увидел восход солнца. Его следующие слова повергают нас всех в шок:

– Ты моя пара.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ КОНТЕНТ

Совет от Авы

ВЫРЕЗАННАЯ СЦЕНА

(после 14 главы)

В этой бонусной сцене Зав обращается к Аве за советом по поводу его свидания с Селин. В конечном счете мы посчитали, что эта сцена не важна для сюжета, поэтому мы ее удалили. Это не значит, что нам не понравилась эта сцена, и мы очень рады поделиться ею с вами.

Сцена публикуется без редакторской правки в том виде, в каком была вырезана из романа — прим. автора.

Спускаясь по лестнице и возвращаясь к машине, я достаю из кармана телефон и набираю номер следующей жертвы. Трубку берут после третьего гудка.

– Кто это?

– Ава! Ты должна мне помочь, – кричу я.

– Что?… Зав? Как, черт возьми, ты раздобыл мой номер? – Она потрясена моей находчивостью.

Отведя трубку от уха, я недовольно смотрю на телефон из-за столь грубого приветствия, затем снова прижимаю трубку к уху.

– И тебе привет. Неважно, как я его получил. Мне нужна поддержка лучшей подруги. Срочно.

– О боже. Травма головы все-таки оказалась серьезнее, чем ты показывал? Ты в порядке?

Ее беспокойство вызывает у меня смех. Если бы она только знала, что порез затянулся почти сразу, как только они с Селин покинули мою квартиру. Пораниться самому – для вампира невероятно тупо и почти невозможно, но вот что со мной сделала Селин. Я прислонился к стене, чтобы подслушать их разговор, и тут же свалился на пол.

– Я в порядке. Просто хочу узнать твое мнение по поводу моего свидания с Селин. Мне нужно, чтобы все прошло идеально, а ты знаешь ее лучше всех. Пока что. – Последнюю фразу я произношу шепотом, как обещание. Провожу рукой по волосам, но они тут же снова становятся волнистыми. – Она все еще относится ко мне с недоверием, но у меня правда только добрые намерения по отношению к ней. Можно я поделюсь с тобой своей задумкой?

– Ой, как мило. Погоди, я отойду, чтобы она не подслушала. – В трубке раздаются мягкие шаги и звук закрывающейся двери. – Можно говорить. Что ты придумал? – Слышится шорох ткани, будто Ава устраивается поудобнее.

Я трогаюсь с места, переключаю телефон на громкую связь и рассказываю свой план, который созрел у меня во время разговора с Томом.

– Зав! Это гениально! Десять из десяти. Замечаний нет.

Из динамика доносятся аплодисменты Авы, и я отрываю одну руку от руля, чтобы похлопать себя по плечу.

– Надеюсь на это. О, и еще, Ава? Спасибо, что уговорила ее согласиться. Она мне действительно нравится, и все это благодаря тебе.

Приятно иметь друга, даже если наши отношения с Авой только зарождаются. За триста лет жизни у меня, конечно, были друзья, но, если они не бессмертны, я стараюсь не сближаться с ними слишком сильно. Сильная привязанность позже может причинить боль. Том помогает лишь отчасти, а мнение Авы, как женщины и лучшей подруги Селин, невероятно ценно.

Похоже, она души не чает в Селин, и я рад, что у нее есть такой человек.

– Я просто хочу, чтобы она была счастлива. Она этого заслуживает. – После короткой паузы она продолжает: – Не позволяй ей тебя отпугнуть. Она строит из себя крепкий орешек, но внутри страдает. С тех пор, как ушла мать, а отец заболел, она всегда ставила других на первое место, и пора это изменить.

Моя бедная маленькая ворона. Пугливая и недоверчивая. Я позволю ей расправить крылья и взлететь. У нее слишком большой потенциал, чтобы держать его в клетке под замком.

– Спасибо, Ава.

Это свидание будет безупречным, или я умру, стараясь его таким сделать. Для моей истинной пары – только самое лучшее.