Текст книги "Код: Забвение (СИ)"

Автор книги: Ария Блэт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 32 страниц)

Глава 13

Дамлин

Не то чтобы я не заметил, как отворилась дверь… Я слышал шаги, направляющиеся ко мне, знал, что сейчас откроется дверь. Но мне не хотелось вставать. Не хотелось снова становиться на колени. Не хотелось вообще что-либо делать…

Хах… Забыл, что совсем не важно, чего я хочу. Мне бы вообще это слово забыть. Плазма имеет свойство – быстро напоминать, где мое место. Всего одна кнопка и… По всему телу стали наносятся раскаленные удары, оставляя ожоги. Если бы мог, я бы закричал, но язык не слушался… Клянусь, я чувствовал, как лопается кожа, как она плавится миллиметр за миллиметр. Боль не затихала, становилась ноющей, а поверх нее наносились новые и новые удары. Я не знаю, сколько длилась эта агония. По моим ощущениям несколько часов, но, наверное, прошло всего пара минут. Как только удары прекратились, я встал на колени. Они были обожжены, как и все тело. Стоять было невозможно, будто с ног сняли скальп и заставили встать на соль.

Стопы полностью сожжены. Она открыла панель. Нет, только не снова. Пожалуйста… Я встану на колени, буду послушным, не надо… Но язык не слушался, я мог лишь молча смотреть.

Плазма уникальна в своём роде. Ее создавали с благими намерениями – помочь людям снова ходить, ощутить свои конечности и, в конце концов, жить полной жизнью. Но со временем появились более продвинутые методы в медицине. А плазму стали внедрять рабам. Прямо сквозь череп, напрямую в мозг. Она переплетается с нервами, проникает в лобные доли, нейроны, медиаторы… Плазма заполняет собой всё, становясь вечной частью организма. На моей коже не было свежих ожогов, со стороны я выглядел вполне здоровым. Но я четко ощущал каждый раскаленный след. Для меня это было реально. И проходят такие удары так же, как настоящие. Их нельзя лечить, нельзя обработать – это же всё в голове. И даже «безвредно»… Всего лишь доставляет непутевому рабу дискомфорт.

Госпожа свернула мою голограмму, так ничего и не выбрав. Я едва слышно выдохнул. Оказывается, она просто решила объяснить новый порядок моей жизни… И было видно невооружённым глазом, как ее это раздражает. Но после «объяснений» она, казалось, про меня забыла… Я же исправно выполнял все ее требования, хотя это было больше похоже на довольно неплохой режим дня. Только отсутствие каких-либо действий с ее стороны напрягало даже мой поврежденный ум… Совсем не ясно, чего от нее ждать, к чему готовиться и… Зачем всё это?

Вряд ли она купила себе раба просто, чтобы он ел и спал где-то на одной территории… Но сколько я ни думал, причин не находил. Кому нужен практически утилизированный раб? Только господам с определёнными вкусами, те, которые хотят вдоволь насладиться агонией… Дать волю всем порокам, особенно зная, что это спокойно сойдет им с рук. Ведь у рабов нет никаких прав, а у утилизированных все равно одна дорога. Просто с разными ощущениями.

Я даже не знаю, что хуже – находиться под смириадой или в полной тишине, которая навевает воспоминания. В тишине мысли особенно громкие. Судя по всему, хозяйке я особо не нужен. Наверное, тогда была демонстрация – она может и будет использовать плазму как ей заблагорассудится.

До сих пор чувствую следы от ожегов. Плазма очень занимательная игрушка для хозяев. Хотя некоторые предпочитают ручное «воспитание»…

В один из дней мне почему-то стало интересно, как я выгляжу. Я уже много лет не задавался этим вопросом, но… В ванной было зеркало, в которое я не решался взглянуть. Но мне все равно рано или поздно предстоит столкнуться со своим отражением. И в очередной раз искупавшись, я не стал намеренно прикрывать глаза, чтобы не увидеть себя. Наоборот, я резко взглянул прямо… И…

Какой же мерзкий… Тощий, с загнанным взглядом, без тени былых амбиций и силы… А эти красные глаза и волосы… Когда-то я был так рад… Но это было так давно… Как же противно. Зеркало хуже любых пыток. С ним приходит осознание, кем я стал… Я накинул на него первое, что попалось мне в руки, но образ прочно осел в моей памяти…

Через пару дней, готовя себе еду, я столкнулся с госпожой. Неожиданно… Но я даже ждал. Все же, находясь на одном корабле, рано или поздно мы встретимся. Только воспоминания о прошлой встрече еще живы, как и следы.

Кофе… Можно же было воспользоваться кофемашиной… Она хочет ручной варки? Я вроде сделал все правильно, но почему госпожа так на меня смотрит?.. Ее сердцебиение в норме, судя по дыханию, она не злится… Но все равно не ясно, могу ли я есть в ее присутствии или нет. Вот же…

Но видимо, она поняла мои метания, раз позволила есть. Только бы снова не использовала плазму… Я ужаснулся своим мыслям. Каким же жалким я стал… Ничтожеством.

Ее вопрос выбил меня из себя. Как… Как она это поняла?! Я столько лет жил, скрывая свой слух. Столько старался не обращать внимания на вещи, которые не должен был узнать… А она… Поняла это так быстро?

Я напрягся. И что она будет делать?..

Но госпожа, казалось, потеряла ко мне интерес. И всё?

Этот сигнал… Знакомый…

Построение межкарабельного пути? Да, это точно этот сигнал… Я ушел к себе, но прекрасно слышал все происходящее… Значит, это не просто личное судно? Чтобы построить межкарабальный путь нужно иметь особое разрешение, либо быть пиратом. Но разговор озадачил меня еще больше – либо госпожа и в самом деле занимается пиратством, либо у нее есть повышенные полномочия…

Только после того дня не особо что-то поменялось – я продолжал жить по режиму, который она озвучила, все больше и больше времени проводя в зале. Это хоть какая-то деятельность, чтобы себя занять…

Я удивился, когда она взяла меня с собой на встречу. Это хоть что-то новое… А еще это очередная череда унижений… Ведь в обществе рабу положено вести себя как рабу. Наверное, можно было привыкнуть, но… Каждый новый раз ощущается так же, как первый. И вроде ощущаешь себя живым человеком, но каждый раз тебе напоминают, что ты вещь.

Я не очень хорошо понимал, о чем их разговор… Видимо, каким-то образом моя покупка связана с Ланой… И эта девушка с точностью угадала, почему я стал «немым». Я бы усмехнулся, но мне не давали на это разрешения…

Прошлая хозяйка. Ферсилия Нея Отрит. У нее была мания сделать из меня пса. Максимально приближенного к настоящему. Ее методы… Сильно ломали. Все. Сознание. Тело. Душу. И как же ей не нравилось, что ее «песик» может говорить. Языковая пластину придумали вместо полного отрезания языка. Хотя в данной методике язык отрезается больше сотни раз. Тем более современными медицинскими технологиями можно вернуть отрезанную конечность, если она не начала разлагаться. И язык тоже. Сначала язык отрезается на час, потом возвращают, потом на несколько часов и снова возвращают, потом на десять часов и снова возвращают, а потом на сутки, на несколько, на неделю… И так больше года… Без пауз. Уже после нескольких часов без языка плохо его контролируешь, говорить сложно. А через сутки практически невозможно. Я просто не чувствую свой язык, не могу напрячь связки… Единственное, что мне ещё подконтрольно – сжимание и разжимание челюсти. Всё.

Мы вернулись на корабль. Да, я понял требования… И после этого дни снова пошли своим чередом. Ничего не изменилось… Она все также не обращала на меня внимания. Я все также жил по распорядку: зал, поесть, убрать за собой, сон… Когда-то я мечтал о такой жизни… Но я так больше не могу. В тишине. С мыслями. И помня каждое мгновение из десяти лет рабства.

Я больше не могу находиться один в этой комнате. Просто не могу. Пускай накажет, использует плазму… Уж лучше боль… Тогда не будет этих мыслей.

Не хочу больше думать. Не хочу… Я знал, где она находится. Мне даже не нужно было выходить из комнаты – я слышал ее всюду. В каждом отсеке корабля. И сейчас госпожа листала страницы книг. Бумажных… Я их давно не встречал… Где-то в прошлой жизни. Мне всегда они нравились больше, чем электронные. Напоминали о доме… Меня вел шелест бумаги, знакомые заломы в уголке и лёгкое похрустывание перплета… Дверь была приоткрыта. А за ней была… Настоящая библиотека. На космическом корабле. И всюду стеллажи с бумажными книгами.

– В чем дело?

Она сидела на диване с книгой в руках. А я… Прошел внутрь. К ней. Без приказа. За это меня можно избить до полусмерти, и это было бы вполне обосновано… Но я все равно взял книгу и указал на знакомые буквы. Госпожа внимательно на меня смотрела. Интересно, что ее зверюшка сделает? А мне просто хотелось побыть с ней… До чего я опустился…

Но в одиночестве я схожу с ума…

Так хоть узнаю, дозволено ли мне с ней общаться или она хочет полностью безмолвного раба.

– «Можно»?

Госпожа сложила буквы, на которые я указывал в словах. Я стал показывать дальше…

– «Пожалуйста»…

– «Побыть»…

Мой палец на мгновение замер. Возможно, я и в самом деле совершаю ошибку…

– «Тут»?..

Я кивнул, подтверждая свой вопрос. Госпожа несколько секунд смотрела на меня, будто пыталась просканировать, а потом…

– Оставайся, – она пожала плечами.

Разрешила? Так просто? Неожиданно… Но я опустился рядом. Тихо… Стараясь больше не привлекать к себе внимания. Почему-то рядом с ней тревога утихла. Страх отступил. Гул мыслей затих. Стало удивительно спокойно. Я будто снова стал собой. По крайней мере на эти мгновения.

Акт 4

Глава 14

17 лет назад

Корнелию редко брали в семейные поездки. Всегда это было исключением из правил. Вот и сейчас отец должен быть на совещании по вопросам развития Амселиды. Приглашаются не только члены совета, но и их семьи. И зачем-то он решил взять Корнелию с собой, хотя ей самой не особо хотелось ехать, ведь тогда придется разлучиться с Дамлином.

Так она уже больше часа билась в истерике. Формально из-за того, что ей предстояло ехать одной почти весь день в карете. А неформально из-за того, что тот день и последующую неделю ей предстояло провести без Дамлина. Так что ее слезы были почти искренними.

– Она просто хочет привлечь к себе внимание, – закатила глаза Саманта Ле Шадо.

В этот день у их желания совпадали. Корнелия не хотела ехать. Саманта Ле Шадо не хотела, чтобы Корнелия ехала. Так что девочка на это время мысленно перенесла ее из списка врагов в союзники.

– Она ребенок, может бояться ехать одна. Я тогда поеду с ней в карете.

Наверное, Мандерил Ле Шадо был единственным, кто хотел, чтобы Корнелия поехала. Собственно говоря, он и был инициатором всего этого. С появлением Дамлина он почему-то стал больше времени уделять дочери: иногда заходил в учебный класс, чтобы лично убедиться в проведении уроков, стал пресекать неподобающее поведение слуг, а порой и даже своей супруги.

– И что подумают люди? Я одна в карете с детьми, а ты с этой… – не унималась Саманта.

– Тогда езжай с ней ты, – лорд уже сжал пальцы на переносице от криков с обоих сторон.

– И бросить моих детей одних?!

Мандерил опустился перед дочерью на корточки, взяв за руки. Отчего та чуть не скрипнула зубами. Весь ее замысел рушился на глазах. Она не понимала, зачем ее брать в эту поездку, какая от этого польза?

– Корнелия, я и… – он сглотнул роль Саманты, не зная, как ее назвать: для Корнелии она точно не «матушка», но лорд и не станет называть ее «мачехой». – Не сможем поехать с тобой в карете. Ты уже взрослая девочка. Ничего страшного в этом нет…

Да, ничего страшного в езде на карете нет, а вот остаться без Дамлина… До Корнелии дошло, что ее скорее возьмут в поездку, несмотря на ее слезы и недовольство мачехи, чем оставят дома… Тогда девочка решила поменять план.

– Д-дамлин, Д-д-дамлин… – стала повторять Корнелия, будто мантру.

– Я у него спрошу, но настаивать не буду.

– Хочу к Дамлину. Дамлин… Я останусь с Дамлином…

Мандерил Ле Шадо тяжело вздохнул и направился к мальчику. Он был на своем месте – в служебном помещении, как всегда, разбирая запчасти. Дамлин вовсе не был удивлен появлению лорда, ведь ему прекрасно был слышен весь их разговор. И в этом самом разговоре ему было непонятно всё: такая принципиальная позиция мачехи, которая не терпит компромиссов, отсутствие твердости у самого лорда и странная реакция Корнелии, хоть девочка и в самом деле к нему привязалась.

– Ты бы не мог поехать в карете с Корнелией?

– Сейчас?

И все же это предложение звучало комично. Ведь вместо того, чтобы поехать с ней самому, попробовать как-то всем уместиться в одной карете или нанять няню… Он просит об услуге у ребенка. Но при всем этом Дамлин был даже рад предложению – ему давно хотелось побывать в этом мире где-то за пределами поместья.

– Да… Не переживай, я все куплю. Вещами снабдим.

– Ладно…

– Спасибо.

Корнелия все это время не выходила из образа и все еще заливалась слезами. Даже когда вернулся отец с Дамлином.

– Эй, Корнелия… Пойдем в карету?

Но стоило ему задать вопрос, как плач резко стих.

– Ты поедешь с нами?

Дамлин кивнул. Взгляд Корнелии резко загорелся, и пока никто не передумал, она потащила его в свою карету. Но никто передумывать и не хотел – все уже порядком устали от выяснения отношений, поэтому как только первоисточник стих, лорд с супругой последовали примеру девочки.

Карета тронулась. Она была высокотехнологичной и не нуждалась в лошадях, но тем не менее сохраняла черты классической кареты. На Амселиде их использовали для демонстрации знатного статуса, ведь большая часть населения ездила на простых машинах.

Девочка посмотрела на Дамлина, который сидел напротив. Он впервые ездил на таких каретах, так что с плохо скрываемым любопытством оглядывался по сторонам. А как только они набрали скорость, так вообще прилип к окну.

Они ехали тихо, лишь изредка переговариваясь на отдаленные темы. Но Корнелии большего и не надо. Главное, что Дамлин поехал с ней. Виды за окном менялись с бешеной скоростью, и уже к вечеру кареты остановились в прибрежном городе. Их сразу же встретили, расселив по номерам элитного отеля. Для ужина нужно было спускаться в ресторан на первом этаже. За Корнелией ожидаемо никто не пришел, поэтому она пошла есть одна. На нее, как всегда, все косо поглядывали и перешептывались за спиной, думая, что она их не слышит, но все равно не посмели отказать в обслуживании…

Уже возвращаясь в свой номер, девочка заметила приоткрытую дверь в покои Саманты. Она с отцом развалились на большой кровати, а их дети лежали между ними. Для своих чад они делали видимость любящей семьи. Причем весьма успешно – дети никогда не видели их ссор, даже не знали, что у родителей есть какой-то разлад, ведь они так часто проводят время вместе… Вот и сейчас – они читали им сказку. Из очень красивой книги с картинками. Читали по ролям… Саманта была то за принцессу, то за леди… А отец говорил за рыцаря и короля… Получалось просто чудесно. Корнелии тоже хотелось послушать. Но еще больше ей хотелось бы лежать на той кровати, хоть сама себе она в этом никогда не признается. Ведь даже будучи ребенком она понимала – с ней этого никогда не будет. Она всегда будет тут лишней.

У нее на глазах появились слезы. Девочка и сама не понимала отчего – возможно, от зависти, обиды, несправедливости, ведь у нее такого никогда не было и вряд ли будет…

– Корнелия, – раздался тихий голос Дамлина.

Она не могла ничего сказать. Мальчик аккуратно заглянул в проем. До него все сразу дошло. Да и не нужно обладать большим умом, чтобы это понимать.

– Пойдем.

Он аккуратно потянул ее за руку, а Корнелия, шмыгая носом, шла за ним. Дамлин отвел ее в номер, а сам ушел в свой. Только через несколько минут вернулся с толстой книжкой.

– У меня с собой только «взаимодействие механизмов в моторе»… Хочешь почитаю?

– Да… – шмыгнула носом девочка.

Она улеглась на кровать, Дамлин сел на стул возле… И начал читать. Корнелия слушала его методичный голос и медленно засыпала с улыбкой на лице.

Это была лучшая книжка на ночь, которую ей когда-либо читали.

Глава 15

Корнелия

Моя покупка стала частенько приходить ко мне. Просто так. Приходил, садился рядом и всё. И сколько я ни пыталась понять причину – ее словно не было. Он не пытался больше выйти на контакт, не пытался подлизаться, не пытался сделать вообще что-либо…

Но мне он не мешал. Да и в целом его присутствие никак не напрягало. К моему удивлению, он меня даже не раздражал… Раб создал некий ритуал – тихо стучал, и если я кивала, он заходил, если нет – так же тихо уходил. Вот и сейчас он просто сидел рядом, пока я спаивала соединение аккумулятора с точками передатчиков. Это была уменьшенная модель классического жучка. И по моим расчетам весь функционал должен вместиться, и это при сокращении размера в 4 раза.

Я закончила установку модуля. Осталось только запрограммировать, и можно приступать к тестированию… Но стоило мне приблизиться к жучку с кабелем для подачи заряда, как раб меня схватил. Именно схватил. Резко. И слишком быстро для человека. Его рука сжала мою. Не больно, но крепко, не давая мне дальше ей пошевелить.

– И что это значит?

Он не отпускал мою руку. Только взгляд стал растерянным. Ну да, ответить он вряд ли сможет… Тогда в чем смысл его действий, если он не может даже объяснить?..

– Еще раз, что это значит?

Раб отпустил руку. Взял жучок и положил мне в ладонь. Ясно, что-то связанное с моей разработкой. Он опустился на колени, но кадык подрагивал. Не удивительно – рабу не позволено без разрешения прикасаться к господам. Это одно из самых грубых нарушений. По конспектам Ланы за такое можно спокойно отрезать руку. К тому же, он действовал без приказа…

Но мне было интересно другое – все это время покупочка вела себя примерно и вроде даже подавала признаки интеллекта. А сейчас берет и хватает меня руками, зная, что ему за это будет. Мне вообще его мотивы не особо понятны, а этот поступок вообще загадка.

– Ты понимаешь, что тебе за это будет? – я перевела взгляд на запястье.

Он отвел взгляд в сторону и едва заметно кивнул. Значит, знает. И все равно посмел схватить меня за запястье. Какая-то сомнительная во всем этом логика…

Я уставилась на свой жучок. Занимательно… Если с устройством и в самом деле что-то не так, то… Он хотел помочь? Но как узнал, что есть проблема? Понял быстрее меня? Тогда ему нужно не просто разбираться в технологиях, а передовых разработках…

Хах… А это и в самом деле интересно… Я взяла свой жучок и раскрыла корпус. И что же такого он заметил, раз осмелился ко мне прикоснуться? Я пододвинула микроскопид, чтобы разглядеть все детали. Микросхема, процессор, аккумулятор, объектив, аудиосистема… Все есть. Все на местах, согласно моей схеме. Я стала наблюдать за спаянными контактами – припой серебра аккуратно лежал по всем дорожкам, контактные площадки… Хм… Контактные площадки были спаяны, я точно проходилась по ним всем. Но один участок был недопаян. Припой в большинстве своем состоит из серебра – оно выдерживает большие температуры и долговечно, но долго застывает. Видимо из-за наномасштабов я не заметила, как контакт отошел… Причем он соединял систему с аккумулятором. Это бы мгновенно замкнуло всю цепь… Оно бы просто взорвалось у меня в руках.

Я посмотрела еще раз. Контакт не спаян до конца. Да, точно недопаян, видимо, отошел, пока припой был накален… И он это заметил? Но невооруженным взглядом этого не видно. Выходит, у него не только нечеловеческий слух, но и зрение… Только зачем было меня останавливать? Если бы она взорвалась у меня в руках, его вины бы в этом не было. Его бы не задело взрывом, он сидел в недосягаемой зоне… Но он все равно меня остановил, зная, какие могут быть последствия… Хм… У меня все сводится только к одному вопросу: зачем? У меня просто не сходится его парадигма мотивов.

– Заметил, что контакт не до конца спаян?

Он резко кивнул. Я пригляделась: взгляд перестал упираться в пол, зубы перестали сжиматься, расслабил костяшки пальцев, которые были добела стиснуты за спиной… Да, он определённо ждал этого вопроса.

– И зачем?

Он приоткрыл рот, но из него не вышло ни единого звука. И снова ничего объяснить у него не выйдет… А я думала, что его немота будет для меня плюсом. Ха… Занимательно…

– Иди к себе.

Раб поднялся, но промедлил с первым шагом. Он явно хотел что-то спросить. Его глаза скользнули по моему запястью, потом по его руке, которой он меня схватил. Пальцы на ней мимолетно сжались… Да, он с точностью знает, что за такие действия следует. Видимо, хочет узнать, отрублю я ее или нет.

– Пока наказывать не буду.

Разумеется, ключевое слово «пока». И раб это тоже понимал. Он кивнул и направился к себе. А мне же очень хотелось услышать от него объяснение. Для меня это и в самом деле было настоящей интригой… Я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы он заговорил. Недолго думая, я отодвинула все мои работы и взялась за новую. Это было довольно простое устройство: сенсорная клавиатура, имитатор голоса, батарея, работающая от тепла тела, наруч… И компактный «донор голоса» готов. Вообще эта технология довольно древняя. Обычно немым внедряют чип для быстрого считывания мыслей, которые они хотят произнести, а маленькая колонка озвучивает все их голосом без промедлений – причем ее можно как внедрить в тело, так и носить как аксессуар… Но в случае с моей покупкой это не сработает – плазма не дает даже малейшего шанса установить чип.

Конечно, ему можно было бы просто открыть монитор, дать дрейтон, обычный телефон, ну или простую ручку с бумагой… Но до сегодняшнего дня меня устраивала его полнейшая немота. А сейчас… Мне хочется услышать, что он скажет. Более мне интересно, что будет, когда он сможет «говорить». Как же все это странно…