Текст книги "Код: Забвение (СИ)"

Автор книги: Ария Блэт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 32 страниц)

Глава 5

Всё очень мутно. Я вроде куда-то иду, а вроде и не я… Лишь на доли мгновения что-то проясняется, а потом меня снова отбрасывает в омут бессознательного. Я видел, как ей вживили хозяйский чип в руку. Теперь у меня есть госпожа. Опять… Надеюсь, в этот раз всё закончится быстрее. Плазма зашевелилась. Я будто стою под прицелом. Но ружьё не стреляет. По крайней мере пока… А что «пока»? О чём я только что думал? Опять? Что опять?

Мы куда-то зашли.

Много рук вокруг…

Почему руки без людей?

А… Это люди с руками…

Они меня окружили…

Зачем они меня окружили?

Что у них в руках?

Что им нужно?

Мне нужно стоять и не двигаться.

Я почти ничего перед собой не видел, лишь на автомате исполнял приказы. Возможно, невпопад, но плазма молчала, а значит новую госпожу всё устраивает.

Госпожу?

Откуда у меня госпожа?

А… Эти зелёные глаза…

При чём тут глаза?

Я где-то шёл…

Почему я иду?

Где я иду?

Я не обращал внимания на улицы, на дома… Всё равно всё выглядело размыто. Реальность ускользала, но что-то заставляло находится в сознании. Я понял, что иду абсолютно обнажённым. Ничего не прикрыто, но люди почему-то не удивляются… А, это же норма для рабов. На мне разве не было одежды?

Одежда…

При чём тут одежда?

А почему я на улице?

А я и не на улице… Космический корабль?

Это что-то новое…

Иллюминатор?

Почему из него не видны звёзды?

Почему я мокрый? Я в душе?

Где комната с иллюминатором?

На подкорке приказ: пора выходить…

Но куда выходить?

И как я заходил?..

Я уже в какой-то кабине.

Зачем я залез в какую-то кабину?

Где я нашёл эту кабину?

Но в кабине хорошо…

Только она открылась.

Или я её открыл?

Запищал травролгер.

Травролгер?

А… На него же данные записываются… И считываются.

А что на нём написано?

Буквы расплывались…

Даги… Дигинот… ДаГниотика?

Похоже на диагностику…

Может, это и есть диагностика?

Чёрт… Буквы не складываются в слога…

А зачем мне слога?

А слога – это слова?

А зачем мне слова, я же не говорю…

Наверно, возьму…

Что возьму?

Я на кого-то смотрю…

На кого-то яркого… Красивого…

Это так ярко светит…

Светит?

А, это ж звёзды…

Красиво светит.

На меня кто-то смотрит?

Это тоже светит… Зелёным светит…

Нет, не светит… Светят. Это же глаза…

Вопрос? Мне? Человек? Я? Я не человек. И не животное. Но… Тело пронзила боль.

А. Я же не могу об этом говорить.

Говорить?

Я вообще теперь не способен говорить?

Апочему я не могу говорить?

О чём?

Я где– то шёл, но шёл ли я?

Этот кто– то другой идёт?

Или я иду? Где я? В космосе?

Но почему я лежу?

А … Я на полу.

Но почему я лежу на полу?

Откуда в космосе пол?..

Я то и дело проваливался в сон. Всё тело трясло. А голова буквально раскалывалась. Одно из побочных действий смириады – ломка после дня без инъекции. Её подают как успокоительное для буйных рабов, но такое успокоительное оставляет от тебя лишь послушную оболочку. Сознание в плену когнитивных искажений, стираются все убеждения и принципы… А ещё обнажаются все неосознанные мотивы. Неудивительно, что я думал о ней… Хотя в трезвом уме уже давно запретил себе о ней думать.

Свернувшись калачиком напротив иллюминатора, я смотрел на бескрайний космос. Как же я по ним скучал. Почти всё время меня держали внутри планет. Интересно, а ей так же нравится смотреть на звёзды, как в детстве? Может, она сейчас тоже на них смотрит? Видимо, смириада всё ещё работает.

Шли уже 4 сутки, если верить звёздам.

Разум медленно трезвел, но я плохо помнил последние события. Попытки напрячь память не давали никаких результатов. Надо ещё немного подождать, и всё уляжется. Пока ясно одно – у меня появилась новая госпожа, которая, видимо, решила морить меня голодом. Или просто забыла. Может, купила в подарок? Моя чёртова выносливость выше человеческой. Я дольше проживу без пищи, но чувство голода никто не отменял.

Дверь отворилась.

Госпожа всё-таки обо мне вспомнила…

Глава 6

Корнелия

О своей покупке я вспомнила спустя 4 дня. Я погрязла в рабочих отчетах, и за все это время мы ни разу не пересеклись. Не то чтобы мне нужно было с ним пересекаться… Но корабль не настолько большой, чтобы можно было меня настолько хорошо избегать. Я даже не слышала и не видела его присутствия. Еда нетронута, тренажеры в зале стояли на тех же местах, на которых я их оставила. Разве что он не выходил из своей комнаты… Может, и в самом деле не выходил? Я открыла трансляцию с корабля. Камеры установлены в каждой комнате и в каждом углу. Они дают полный обзор, так что спрятаться от них просто не получится.

Впрочем, раб и не прятался. Он лежал на полу напротив иллюминатора. Кровать не понравилась?

Хотя не разбил иллюминатор – уже хорошо.

Я промотала прошедшие 4 дня. Раб либо лежал на месте, либо отходил в туалет. Из комнаты не выходил ни разу. Решил объявить голодовку? Думает, меня такой трюк возьмет? Или решил довести себя до истощения и сдохнуть? Не мог что ли пару недель подождать…

Раздражает.

Вместо того чтобы заниматься своими делами, мне нужно тратить на него время.

Раб не отреагировал на мой приход, так и продолжил лежать на полу, хотя явно заметил. Бесит. Я трачу на него время, а он решил не обращать на меня внимания?!

Я раскрыла панель управления и ткнула в первую попавшуюся кнопку. Он мгновенно изогнулся дугой. Вены на висках и шее вздулись, раздался скрип зубов. А вот криков не было… Видимо, и в самом деле немой, а то я уже начала сомневаться. Среди всех данных о его состоянии не было нарушений в связках. Язык тоже на месте. Значит, дело в чем-то другом.

Лишь разряд плазмы отпустил, раб сразу же принял позу на коленях. Так бы сразу.

А в нем что-то изменилось… Взгляд стал более осознанным, я бы даже сказала внимательным. Он явно оценивал каждое мое действие, каждый невербальный посыл… И при всем этом не встал, чтобы меня поприветствовать. Любопытно…

– Пошли за мной.

Ему ничего не оставалось, кроме как исполнить приказ.

Он внимательно следит за каждым движением. Пытается предугадать? Я снова открыла его панель. Нужно еще раз проверить его характеристики. Раб сжался. Видимо подумал, что я сейчас продолжу экзекуцию. В принципе, можно устроить… Но тогда это все растянется на несколько часов, а я хочу побыстрее со всем этим покончить.

– Ты решил объявить голодовку?

Раб помотал головой.

– В чем тогда дело?

Он сжался еще сильнее. Ну да, объяснить у него не получится. Забавно наблюдать, как такая махина пытается сжаться. Он чуть ли головой в потолок не упирается, но всеми силами пытается слиться с пространством.

Я обратилась к голограмме. По всему зеленому фантому тела видны красные разводы. По характеристикам – истощение с тахикардией. Волнуется? Напуган?

Ладно. Мне все равно этого не понять.

В камбузе я сразу же уселась на стул, а раб остался в нерешительности стоять возле меня.

– Открывай холодильник, – скомандовала я.

Он и открыл.

– Бери суповый брикет.

Моя покупка либо слишком сообразительна, либо умеет неплохо читать на межгалактическом, поскольку суповый брикет он нашел сразу. Это простой кусок вакумированного бульона, который обычно использую как основу для полноценного первого, но в его состоянии ничего лишнего добавлять не стоит.

– Клади в клориатор.

Он положил и даже сам додумался нажать на кнопку. Только потом ему явно стало не по себе. Не знает, оставаться стоять на ногах или опуститься на колени. А я продолжала смотреть. Видимо, смириада больше не действует. Это занимательно наблюдать за его метаниями. Но от сложного выбора его спасло мигание клориатора.

– Накладывай в тарелку. Бери ложку. Ставь на стол.

Выполнил все в точности, вплоть до порядка действий.

– Садись.

Сел на колени. Мда… Похоже, я переоценила его умственные способности.

– Садись на стул.

Все же наконец-то сел на стул.

– Ешь.

Он нерешительно зачерпнул ложкой суп. Если приглядеться, можно было заметить, как его рука подрагивала. Так боится? Или это от голода?

– Понял, как все работает?

Раб кивнул, не поднимая глаз.

– Когда проголодаешься, сам выходи и готовь себе есть. После этого обязательно убирай. Я ненавижу беспорядок. Если не будешь есть хотя бы один раз в день, я вставлю в тебя трубки и буду кормить так. Ясно?

Снова кивнул.

– С залом точно так же. Минимум один раз в день, есть желание – можешь чаще. Если горит лампочка красным, значит, я там занимаюсь, подожди, пока выйду. Это ясно?

И снова. Походил на болванчика, но никак по-другому ответить не мог. Интересно, что происходит у него в голове? Черт… Почему меня вообще это интересует? Но знать бы все равно хотелось. Я в открытую разглядывала его. Его чистые волосы были алыми прямо в цвет глаз. Высокие скулы, прямой нос, аккуратные губы… А что-то в их чертах и в самом деле похоже…

Раб старался есть бесшумно, не смотреть на меня, но я все равно ловила его мимолётные взгляды. Пытался меня разглядеть? В очередной раз наши глаза встретились. Он тут же уставился на еду.

А вот рука дрогнула. Ложка стукнулась о тарелку. Все-таки он стал дёрганым. Он всегда такой напуганный без смириады? Или это я его так пугаю? Да почему мне вообще на это не все равно?

Мне всегда было плевать на все и всех. Я с детства поняла, что отличаюсь от других. Не понимаю, что такое совесть и почему она должна у меня быть. Как можно кому-то сочувствовать или чего-то стыдиться… Почему люди чего-то боятся? Я даже боли не чувствую, а вот со злостью я хорошо знакома. И за всю жизнь было только одно исключение… Но последние дни творится что-то странное. Я будто стала что-то чувствовать. Что-то непонятное. Непривычное.

И единственное, что изменилось в моей жизни за эти дни, – появился этот раб.

Акт 2

Глава 7

17 лет назад

Прошло уже три дня. Никто так и не вспомнил о ее Дне Рождении. Впрочем, она привыкла. Всем было плевать. Абсолютно всем. Начиная от родного отца, заканчивая слугами. Даже те, кто помнил о нем, предпочли игнорировать. Корнелия слышала их разговоры. Их мерзкое хихиканье. Все в этом поместье делали вид, будто ее не существует.

Ей исполнилось семь. И за все семь лет ни одного поздравления она не получила. Никто даже о ней не волновался. И никому не было дело, когда она в ночи решила сбежать в лес. Ей хотелось хоть на минуточку привлечь к себе внимание. Чтобы хоть в ее праздник ее заметили. Но всем было все равно. Никто не спохватился. Никто ее не остановил. Никто не отругал. И никто не пошел искать.

Уже несколько часов Корнелия блуждала по темному лесу. Сначала она злилась. Потом ждала. А спустя ещё несколько часов поняла, что заблудилась. Дорога домой давно растворилась в гуще деревьев, а темнота ночи не давала увидеть просвета. Был только лес, небо и звезды. Девочка плюхнулась прямо на землю и заревела. Почему никто не пришел? Почему всем на нее все равно? Почему они делают вид, будто ее нет? Что она сделала не так? Хотелось иметь хоть кого-нибудь, с кем можно поболтать… Кого-нибудь, кто будет только ее. Ей хватит всего одного… Только одного человека.

Поднялся ветер, который перерос в бурю. Облака вихрились в небесах. Корнелия ревела. И вдруг из нее что-то выбралось. Она не поняла, что это было, но… Стало удивительно легко. Все в миг стихло. Плакать больше не хотелось.

Раздался хлопок. Прямо перед ней на землю рухнул мальчик. Чуть крупнее ее, в лохмотьях, с черными волосами и карими глазами. Он моментально вскочил на ноги и стал с опаской оглядываться, но, не увидев вокруг ничего враждебного, успокоился и перевел взгляд на девочку. Корнелия сидела с раскрытым ртом.

– Ты чего плачешь? – хрипло проговорил мальчик, рассматривая ее во все глаза.

– Никто не подарил мне подарков на День Рождения… Я ушла в лес… Но никто не пришел за мной и… – она всхлипнула. – Я заблудилась.

Мальчик нерешительно подошел к ней и протянул ей руку.

– Давай искать дорогу вместе.

Они пошли вместе. Корнелия шла и хлюпала носом. Слез уже не было. Страха тоже. Вместе с ним ей стало спокойно. Ночь уже не была такой темной и страшной.

– Ты все еще боишься?

– Нет…

Он вдруг отпустил ее руку и присел. Девочка растерянно на него посмотрела. Почему он отпустил? Она сделала что-то не так? Слезы снова поступили к глазам.

– С Днем Рождения.

Мальчик протянул ей цветок.

– Что… – невнятно пробормотала Корнелия.

– Ты сказала, что тебе никто ничего не подарил на День Рождения… У меня с собой ничего нет… Но это не дело, что тебя никто не поздравил. Буду рад, если примешь.

Корнелия нерешительно взяла цветок. Он был невероятно красивым – алым с золотым обрамлением на конце.

– Спасибо… Он очень красивый!

– Идем дальше?

– Да! – радостно закивала Корнелия и сама схватила его за руку.

Мальчик как будто знал, куда идти. Он уверенно поворачивал и шел по невидимым Корнелии путями. Она почему-то сразу же доверилась ему, даже не обращала внимания на дорогу. А еще… Заворожённо на него смотрела. Хоть он и был грязным и в лохмотьях, но все равно таким прекрасным!

– Как тебя зовут? – вдруг спросила Корнелия.

– Дамлин…

– А меня Корнелия… Ты знаешь, куда идти?

– Я тут ни разу не был… Но к людям вывести нас смогу, не бойся…

– А как ты узнаешь, где люди?

– По звукам, по запаху…

– А почему я так не могу?

– Не против, если я попозже отвечу? Мне сейчас нужно сосредоточиться…

– Ладно…

Корнелия и в самом деле замолкла, но сильнее сжала его руку. Она была такой горячей… Ей совсем не хотелось снова ее отпускать. Хотелось, чтобы Дамлин всегда держал ее за руку.

Они наконец-то вышли из леса.

Раздались крики. К ней подлетел разгневанный мужчина.

– Корнелия, где ты была?!

Это был ее отец. Мальчик сразу расцепил их руки. Все волшебство ночи закончилось.

– Я заблудилась в лесу… – пробормотала девочка.

Ей уже хотелось вернуться обратно в лес. Вместе с Дамлином. И снова взять его за руку…

– Зачем ты пошла ночью в лес?!..

Корнелия огляделась. Вокруг не было стражи. Только ее отец вместе со своими детьми и мачехой. У них был пикник. Пикник… Они так и не заметили, что девочка сбежала в лес и провела там почти сутки. И как только она вернулась, готовы были только наругать. Они даже не волновались. Просто разозлились, ведь она перервала их трапезу. Корнелия зажмурилась. Им и в самом деле было все равно! Никто бы не пошел за ней в лес…

– Извините, что вмешиваюсь, но она провела ночь в лесу. Думаю, ей нужно отдохнуть и поесть…

Девочка распахнула глаза и уставилась на Дамлина. Нет, не никто. Он пришел. Солнце только поднималось на небосвод, его лучи осветили мальчика. В них он сиял подобно звездам. Нет… Для нее он стал самой настоящей путеводной звездой, от которой не хотелось отводить взгляд… В этот момент Корнелия поняла, что наконец-то получила свой подарок на день рождения.

* * *

Наступило утро. Корнелия распахнула глаза. Он же ей не приснился? Дамлин же реален? Она посмотрела на тумбочку, где лежал цветок, и улыбнулась. Не приснилось. Ей казалось, что всё как в сказке. Он появился из ниоткуда, когда она звала. Спас из тёмного леса и защитил от отца. Нет, Дамлин не сказочный принц… Он намного лучше.

Каждый день у нее был один и тот же распорядок. Проснуться, привести себя в порядок и пойти в учебный класс заниматься с учебниками. Преподаватели приходили редко, поэтому девочка была предоставлена сама себе. Но от скуки она стала сама изучать материал. Это помогало сократить время до вечера. А потом наступала ночь. И новый день. Такой же, как предыдущий.

Только сегодня до класса Корнелия не дошла. В коридоре девочка увидела знакомую фигуру и бросилась к ней со всех ног. Это был он. Ее Дамлин. Уже не в лохмотьях, а вполне себе обычной одежде. И выглядел он уже опрятно.

– Дамлин… А что ты делаешь?

Дамлин замедлился, увидев ее, но продолжил идти. Корнелия же твердо решила не отставать от него.

– Твой отец определил меня в подмастерья…

– А можно с тобой?

Она заглянула в его карие глаза и подумала, до чего они красивые. Ей хотелось смотреть в них вечно. И чтобы они смотрели только на нее… Корнелия не собиралась отводить взгляд, отчего мальчик растерялся.

– У тебя разве не должны быть… – он запнулся. – Уроки? Или другие занятия?

– Никто из преподавателей не приходит… – пожала плечами Корнелия. – А учебники, которые они оставили, я уже прочитала…

В целом, ее это даже устраивало. Обычные уроки для нее слишком скучные. За целый час по кругу мусолится одна и та же тема, когда она могла самостоятельно изучить пять. Именно поэтому Корнелия не спешила жаловаться на преподавателей. Тем более сейчас, когда это время может проводить с Дамлином. Всё равно ее никто не проверяет. Всем на нее было наплевать. Но со временем она к этому привыкла. И лишь иногда становилось обидно…

– Все?

– Ну… Почти.

Остался один устаревший, который она даже не собиралась разбирать. Зачем? Если половина информации в нем наверняка не была актуальна даже для прошлого века.

– А почему они не приходят?

– Считают, что не нужно тратить на меня столько времени. Я и сама могу прочитать.

Это была практически цитата. Именно так ей сказала мачеха, а потом вторили и преподаватели.

– Так и говорят? – не поверил Дамлин.

– Ага…

– Ладно… – он запустил руку в волосы, думая, как бы поступить. – Тогда возьми учебник, который не дочитала, и пошли.

– Это как раз мой класс.

Корнелия указала на неприметную дверь, которую они проходили. Отворив ее, перед ними предстала пустая комната с двумя письменными столами, на которых громоздились десятки учебников, а рядом с ними исписанные тетрадки и ручки.

– И в самом деле никого нет… – удивился мальчик.

Ему было непонятно, как такое вообще возможно? Корнелия была дочкой лорда. По идее, с нее должны были сдувать пылинки, но за несколько дней, что он провел в поместье, создавалось ощущение, будто ее существование игнорировали абсолютно все. Начиная от прислуги, заканчивая преподавателями и родителями. Пока он думал, девочка резво взяла учебник со стола и вернулась к нему.

– Идем?

– Культурные особенности народов… – прочитал Дамлин название. – Звучит сложно…

– Это скучно, а не сложно.

– Поэтому не дочитала?

– Это устаревший учебник. Там уже неактуальная информация.

– И как ты это поняла?

– В прошлом учебнике по истории часть этих народов числилась как вымершие.

– Даже так…

Они ненадолго замолчали. Корнелия безотрывно пожирала Дамлина взглядом. Ей нравилось его разглядывать. В ее глазах он был совершенен. Выше ее, с блестящими черными волосами и карими глазами… В лучах солнца, которое проникало сквозь окна, глаза становились медовыми, с глубиной, которая приобретала благородный темный оттенок. Правильный профиль, прямой нос… На фарфоровой коже проглядывали маленькие родинки: возле глаза, под бровью, а еще одна скрывалась под ухом. Нет… Он был не просто совершенен. Для нее он был произведением искусства. Девочка обладала невероятной памятью, зачастую ей хватало одного беглого взгляда, чтобы все запомнить. И даже когда она изучила все черты его лица, ей хотелось продолжать на него смотреть. Наверное, даже пресловутой вечности ей было бы мало.

Мальчик же терялся в догадках: почему она на него так уставилась? Может, у него что-то на лице? Или волосы растрепались? А может, рубашку надел наизнанку? Но мельком глянув на нее, понял, что все-таки надел все правильно.

– Дамлин, а сколько тебе лет? – вдруг спросила Корнелия, нарушая тишину.

– Тринадцать.

– А мне восемь…

– Мы пришли. Я тут работаю, – с облегчением произнес Дамлин.

Они стояли перед служебным помещением. Никогда раньше Корнелия сюда не приходила.

Глава 8

Внутри всё было заставлено контейнерами и стеллажами с самыми разными деталями. О многих из них девочка ничего не знала, а что-то выглядело знакомо. Дамлин взял контейнер и уселся за стол, что-то перебирая. Корнелия же нерешительно мялась у входа.

– Можешь сесть на софу, – мальчик указал на серое подобие дивана. Пусть оно и выглядело несуразно, но оказалось очень даже удобным. Дамлин вернулся к работе. А Корнелия какое-то время смотрела на его спину, как он увлечённо разбирал какие-то детальки и… Был настолько увлечён, что перестал обращать на неё внимание. Тяжело вздохнув, девочка приступила к чтению. Учебник был невероятно муторным и явно не нес никакой пользы даже для расширения кругозора. Корнелия быстро пробегала глазами по строчкам и ещё быстрее листала страницы. Она смогла управиться за два часа и наконец-то захлопнула эту бесполезную книжку.

– Ты уже дочитала?

– Да… – Корнелия, бросив учебник, подошла к нему.

– Узнала что-нибудь интересное?

– С обычаями этих народов неудивительно, что они вымерли.

Дамлин усмехнулся, а девочка с интересом взглянула на стол, за которым он сидел. На нём были рассортированы какие-то пластинки. Они были разных размеров, и на них был разный серебряный узор. Но Корнелия не знала, что это за такие странные штуковины. Ни в одном из её учебников о них не было написано.

– А зачем ты их разделяешь?

– Такая работа…

– А что это?

– Микросхемы. Они управляют током внутри электроники.

Корнелия распахнула глаза. Ей не давали никаких электронных приборов и доступа к технологиям, но что-то о них она слышала. И не раз пыталась что-нибудь раздобыть, чтобы разобраться, как они работают. А тут всё прямо перед её носом.

– А как ты их отличаешь?

– Смотри, видишь, они разных размеров, и у них разное количество ножек. Вот эти для хранения памяти, а вот такие для процессора…

Дамлин рассказывал. А Корнелия восхищённо на него смотрела. Её подарок на День Рождения оказался не просто красивым и храбрым, но и умным. Он так быстро во всём разобрался, а ещё ей впервые кто-то так подробно что-то объяснял. Пускай она не имела ни малейшего понятия, в каких устройствах работают эти микросхемы и как они могут управлять током, но слова Дамлина девочка внимательно запоминала. Не важно, что он говорил и имело ли это смысл. Она запомнила всё.

– Такая для хранения памяти?

Она покрутила в руках прямоугольную пластинку с ножками из кремния на концах. Отдалённо микросхемы напоминали жуков с большим количеством лапок. Корнелия уловила принцип, по которому они разделяются, но никак не могла понять механику их работы. Уж лучше б преподаватели оставили ей учебник по этому, а не об бесполезной культуре дохлого народа.

– Да, правильно, – улыбнулся Дамлин.

Корнелия перенесла её в ящик для остальных микросхем памяти.

– А эта получается логическая микросхема?

– Да. Ты быстро схватываешь.

Девочка распределила и её. Она дальше продолжила помогать Дамлину их сортировать. Всё меньше и меньше уточняя их тип.

– Ты совсем не пользуешься технологиями? Ты же тут живёшь…

– Отец не допускает к ним, – пожала она плечами.

– Только тебя?

– Мне ещё рано ими пользоваться, – по крайней мере так ей говорили. – А так… Тут пользуются отечественными. К межгалактическим есть доступ только у моего отца. И, наверное… У тех, кому позволено вылетать с планеты.

Корнелия знала об этом лишь по обрывкам разговоров взрослых. Вроде отечественные всегда в зоне видимости служб безопасности. Это предотвращает утечку данных в межгалактическую сеть и не даёт доступ населению к определённым информационным сегментам. Но девочке особо не было до этого дела – она видела компьютер лишь на столе у своего отца. Даже ни разу не заглядывала в его монитор… О реальном пользовании хоть чем-то технологичным и говорить нечего.

– Даже так…

– Ага, мы оторваны от всей остальной галактики, но соблюдаем минимум, чтобы входить в межгалактический союз.

– Об этом написано в учебнике?

– Нет, это я один разговор подслушала.

Дамлин хотел ещё что-то спросить, но дверь в служебное помещение распахнулась. На пороге стоял отец Корнелии. Он явно не ожидал увидеть свою дочь здесь, отчего его брови нахмурились.

– Корнелия, что ты тут делаешь? У тебя разве не должны быть уроки?

– Преподавателя всё равно нет, а учебники я уже прочитала…

– Что значит «нет»?

– Сегодня не день, когда он приходит.

– А в какие дни он приходит?

Корнелия лишь пожала плечами, ведь обычно они не приходят. Ей было всё равно на реакцию отца, всё равно на его гнев… Девочке хотела лишь и дальше сортировать микросхемы, слушая объяснения Дамлина.

– Корнелия, у тебя должно быть четыре разных преподавателя, которые приходят каждый день. Когда последний раз они приходили?

– Преподаватель по культурным особенностям народов приходил 28 дней назад. Он дал мне учебник и сказал, что я сама могу прочитать.

– А другие? – с каждым её ответом его лицо становилось мрачнее и мрачнее.

– Их уже давно не было.

– Корнелия, ты же знаешь, что лгать – это плохо?

– Я не лгу!

– Пойдём со мной.

Он схватил её за руку и повёл в свой кабинет.