Текст книги "Ветер из Междуморья. Астри Масэнэсс (СИ)"

Автор книги: Анна Виор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

– От кого? – Скайси совершенно ничего не понимал.

– Действительно, – вмешался Адонаш, насторожившись, как охотничий пес, – от кого?

Джай покосился на Оеллу, с неподдельным интересом следящую за разговором.

– Тебе придется пожить пока у госпожи Кичиниц.

– Нееет! – вспыхнула девочка. – Никакой Кичиниц!

Скайси заметил, что лицо Адонаша помрачнело – тот привязался к Оелле, не хотел расставаться с ней.

– С нами опасно, – Джай говорил это больше для Адонаша, чем для нее, Мастер Меча кивнул.

– Ты поживешь у Кичиниц некоторое время, – Адонаш повторил слова Джая для Оеллы тоном, не терпящим возражений, хотя Скайси знал, что ему нелегко это говорить.

Девочка надулась, но замолчала – Оелла знала, с Адонашем спорить бесполезно.

– Я отправлю ее к Кичиниц, – устало сказал Джай, – вернусь и поговорим.

– Бросаешь меня? – выкрикнула Оелла Адонашу сквозь туман перемещения, горец, хмурясь, отвернулся.

Скайси отчего-то вспомнилась Инель.

– Похоже, дело серьезное, – заметил Адонаш, успокоившись. Оелла ему как дочь.

– Ты об этом? – Скайси, соединив запястья, с интересом рассматривал странные волнообразные символы на серебре браслетов.

– И не только. Джай встревожен чем-то. А что могло встревожить Мастера Путей?

– Не знаю… Может эти Огненосцы… Советники? У них есть Пророки, они нас разыскивают. Вернее не нас – его.

– Он никогда не боялся встречи с ними, – пробормотал Адонаш, озадачено качая головой, – а сейчас выглядит взволнованным.

– Вернется и все объяснит! – Скайси на это надеялся. Он встал, прошелся по комнате, подошел к тазу для умывания, увидел свое отражение, скривился – нелепая синяя коса на рыжей ножке в щетине густых коротких волос похожа на диковинный цветок среди красной травы. Почему он не отрежет ее? …Память о полученных им откровениях. Как бы там ни было, а он обрел некоторую мудрость. Хотя к чему теперь эта мудрость… Вернуться к Инель? Он теперь может без оглядки целовать ее… и не только целовать… Как она обрадуется! Как крепко обнимет его!

– О девчонках задумался? – подмигнул Адонаш. Снова принялся за свои подколки.

– Нет! – Скайси залился краской, отвернулся и плеснул воды себе в лицо. – С чего ты взял? Я думаю… Как ты считаешь… – Скайси сам не знал, почему он спрашивает. Но, в конце-то концов, у Адонаша опыта побольше будет! – Она меня ждет?

– Кто?

– Инель…

– Та конопатая? – Адонаш рассмеялся. – Неужели настолько запала в душу?

Скайси злился на себя, за то, что спросил. Уж с кем, с кем, а с Адонашем лучше не советоваться – лишь поднимет на смех.

– Даже если и ждет, тебе лучше не возвращаться, – вдруг посерьезнев, сказал Мастер.

– Почему? – удивился Скайси.

– Неодаренная. Вам не по пути.

– Как так не по пути?!

– Ты – Огненосец, Скайси. Хочешь ты того или нет. А она – обычная деревенская девушка. Твоя дорога – в Город Семи Огней, в Правители. А ее?

– Но она мне нравится!

– В столице насмотришься еще на девушек. Будут и рыженькие, и беленькие, и черненькие, и в веснушках, как твоя Инель. Но не оставляй им сердца.

– Не хочу я ни в какую столицу! Не буду я никаким правителем! А Инель – милая… И добрая… И…

– Ты ничего не знаешь о ней – это раз, она неодаренная – это два…

– Ну и что, что неодаренная! Разве она из-за этого хуже? Меня вы тоже считали человеком низшего сорта, когда думали, что я неодаренный?

– Нет, – Адонаш фыркнул. – Никто тебя не считал человеком низшего сорта, что ты навыдумывал себе?.. Дело в другом. Она неодаренная, а значит, состарится и умрет, когда ты еще и трети своей жизни не проживешь. Понимаешь? Тебе будет больно… видеть как она стареет… Лучше спроси у Джая. Он разбирается.

На этот раз и у Адонаша отбило охоту говорить на подобные темы.

– Отчего такие хмурые? – раздался голос Джая, и они оба обернулись.

– Отрасти мне волосы… – неуверенно попросил Скайси. Сколько можно терпеть такой странный вид – не ходить же ему постоянно в капюшоне… И косичку он отчего-то не решается отрезать.

Джай удивленно посмотрел на него. Ничего не сказал, поднял руку. Скайси закрыл глаза – беспорядочное шевеление пальцев Джая смешили его.

Голова тяжелела от шапки росших волос, ему защекотало уши, щеки, шею, затем плечи и спину. Скайси чувствовал, как волосы достигли лопаток, и рост их остановился. Он открыл глаза и первым делом увидел давящегося смехом Адонаша. Скайси вспыхнул, хорошо, что на нем эти браслеты, сковавшие огонь, иначе у смешливого Мастера Смерти был бы неплохой шанс сгореть!

Скайси нетерпеливо подбежал к тазу с водой, посмотрел на лохматого рыжего парня и отступил на шаг назад. Так еще хуже!

– Заплети косу, – посоветовал, уже открыто хохоча, Адонаш, – а то – лев львом!

Скайси стянул волосы шнуром, они походили на жесткую проволоку и не слушались. Зачем Джай отрастил такие длинные!? Достаточно было просто спрятать косичку… Он снова злился.

Джай не спешил объясняться, он присел на стул около небольшого столика, и принялся задумчиво жевать оставшийся на блюде после завтрака хлеб с сыром. Адонаш, отсмеявшись, как ни в чем ни бывало, занялся своими мечами. Скайси переводил взгляд с одного на другого, он готов был взорваться. Голове было непривычно жарко, казалось из ушей сейчас пойдет пар!

– Ну?! – требовательно спросил он, глядя в упор на Джая.

– Мне нужна помощь Огненосцев!

– Имеешь в виду Советников? – Адонаш, казалось, полностью поглощён своим занятием, и поддерживает беседу нехотя.

– Имею в виду всех Огненосцев, каких найду. И Скайси в том числе.

– Меня?!

– Тебя

– Что? Плохо дело? – Адонаш отложил меч в сторону.

– Четверо из Первого Круга Штамейсмара живы, – вздохнул Джай.

– Звучит недобро, хоть я и не понял ничего.

Уж если Адонаш не понял, но тем более он – Скайси в недоумении. Что означает «Первый Круг Штамейсмара»? Кто эти четверо? Что необычного в том, что они живы?

– Древние связывали себя с Одаренными, – пояснил Джай. – Они создавали Первый Круг, а Первый Круг последующие, и таким образом Мастера Первого Круга могли пользоваться чужими Дарами, то есть становились… почти как я. Когда Древних погрузили в сон, все, кто был в их Первом Кругу, да и во Втором с Третьим – погибли. Низшие Круги выжили, но многие утратили Силу и стали обычными людьми, других вылавливали и убивали те, кто знал каково это – жить под пятой Хтэмов. Свободный народ – основатели Города Семи Огней тоже охотились за такими и истребляли их. Итак, до недавнего времени, я был уверен, что никто из Первого Круга ни одного Древнего не мог остаться в живых тогда, и уж тем более не мог бы жить до сих пор. Как оказалось – мог: четверо связанных со Штамейсмаром благодаря его науке, с помощью которой он сотворил ит-илов…

– Ит-илов? – переспросил Адонаш.

– Твари Штамейсмара… Эти четверо называют их ит-илами… Они научились создавать Источники, дающие жизнь существам и позволяющие им умножаться, распространяться… Скажу честно, не совсем понимаю, как это действует.

– Это тот очаг, о котором ты говорил? У реки Туаск?

– Да. Там нечто большее, чем просто очаг. Там их главный Источник, благодаря которому живут и ит-илы, и те четверо.

– Если они из Первого Круга, – Адонаш уже позабыл о своих мечах, которые так усердно чистил несколько минут назад, – то им должно быть очень много лет?

– Больше тысячи… Я встретился с теми, кто старше меня!

– Так ты видел их?

– Да, Адонаш. Увы. Они держали меня в плену. В том самом месте, где расположен этот проклятый Источник… Пракаланс…

– И что он из себя представляет?

Джай поднял глаза на спрашивающего Адонаша, и Скайси содрогнулся, увидев в них боль и… страх… Неужели Джай боится?

Рамос

1192 год со дня основания Города Семи Огней. Столица Тарии Город Семи Огней.

1

Рамос Лантак стоял неподвижно, скрестив руки на груди, расслабленно прислонившись к колонне. Он улыбался слабым движением губ и приветствовал легким кивком тех, с кем встречался взглядами. Он с презрением изучал их взволнованные лица, замечал блеск пота на висках и лбах. Они гудели, как осиный рой, позабыв всякое уважение к Обители Огненосцев. Чуть дальше по коридору за закрытыми дверями проходил совет. Семеро решали важный вопрос… очень важный и для Тарии, и для Города Семи Огней, и для этих вот перепуганных Мастеров – Помощников. И для него… несомненно этот совет касается и Рамоса. Он выглядел спокойным. Но только выглядел. Он готов был разодрать на две части вот того тучного Погодника Краша, который слишком громко шепчет:

– Нам пришел конец! Нам всем пришел конец!..

Он ненавидит изо всех сил эту жеманную Мастера Садовника Билидит, спорящую, сверкая глазами:

– Это в самом деле так! Опасность велика! Нельзя ее недооценивать!

Он раздавил бы, как вошь, вот этого белобрысого улыбающегося мальчишку Строителя Аласа, который верит, что союз с Астри Масэнэссом – хорошая идея!

Да и всех остальных: разодетых, манерных, раскормленных, трусливых… Рамос с огромным удовольствием пустил бы в расход вместе с их Огненосцами, которые решают такие важные дела, не имея для этого ни нужной смекалки, ни способности стратегически мыслить, ни опыта – среди них только Плае Хиш да Анэстэю Амиру больше двухсот, остальные зелены, что недозрелые яблоки.

Советник, у которого сам Лантак служил помощником – молодой (всего-то 35 лет) Огненосец Лай Таиль не сделает погоды в решении Совета, хотя четко знает, благодаря Рамосу, что нужно говорить и какие позиции отстаивать. Но Таиль не слишком умен, не слишком популярен, и авторитет мальчишки в Совете так невелик, что все его слова попросту пропустят мимо ушей.

Рамос предчувствовал, что принятое решение будет противоположному тому, которое нужно принять, такое развитие событий – наиболее вероятный вариант, как ни досадно! Внутри Рамоса бушевала настоящая буря. Хотя внешне он спокоен. Не станет он демонстрировать этим изнеженным дуракам свои чувства, главное из которых сейчас – ярость… Хотя выкажи он беспокойство, и все они, как один, в панике покинули бы город, сделав вывод – раз уж Рамос Лантак взволнован, значит дела в самом деле из ряда вон плохи! Как сказал толстый Погодник: «Нам пришел конец!»

Гром грянул три дня назад. Огненосица Плая (та еще змея) получила послание от самого легендарного Астри Масэнэсса, за которым гонялась уже несколько лет! И в этом письме – о чудо! – Мастер Путей просил о помощи! Он поведал Советнице о выживших Одаренных из Первого Круга Штамейсмара, создавших какой-то Источник, в котором, как утверждал этот междуморец (а всем известно, какие междуморцы отпетые лгуны), заточены Дары десятерых Мастеров, в том числе Огненосца Дажда.

Информация сомнительна. А так как она исходит от Астри Масэнэсса, то – сомнительна вдвойне! Но даже окажись все это правдой – к чему такой переполох? Если эти четверо «наследников Штамейсмара» (так обозвал их Масэнэсс в письме) живы и здравствуют, вот уже тысячу лет используя Дары погибших некогда Мастеров, то разумно ли паниковать по этому поводу сейчас? Они тысячу лет не трогали никого! Не вмешивались ни во что! Их не интересовала ни война, ни политика! Они жили себе тихо и мирно, где-то на берегах моря Моа, а жизнь текла своим чередом. Но им понадобился Астри Масэнэсс – и тут завертелось! С Масэнэссом понятно – тот всполошился, так как собственная шкура, пусть и поизносившаяся, должно быть, за пятьсот-то лет, нужна ему самому. А вот Совету Семи и Городу Огней совершенно не следовало беспокоится по этому поводу.

Плая одержима идеей поставить уникальный Дар Мастера Путей на службу Тарии, и в этом ее поддерживают еще трое Огненосцев, Таиль против, а остальные двое – сомневаются. Но эта идея безумна, нерациональна, и, как оказывается, еще и вредна! О наследниках Штамейсмара никто до сих пор даже не догадывался, а это значит, что с ними можно сосуществовать. От них нет ущерба Тарии, они прозябают в тени, не пытаясь перекроить этот мир. Не поднимают бурь, не вершат судов. Они сами по себе. Как горы в Хребте Дракона, стоят тысячи лет и будут стоять – плевать им на суету простых смертных. А Масэнэсс? Неужели Плая и остальные не видят столько вреда от него?! Этот смаргов пес возомнил себя чуть ли не богом на земле! Он принимает решения кого казнить, а кого миловать. Он собирает вокруг себя людей, чтобы якобы очистить восток от чудовищ раз и навсегда! Но ведь ясно, что на самом деле Масэнэссу нужны эти смарги и кивелы, кафтайфы и гипоки… и кто там есть еще, чтобы подчеркнуть свою значимость – мол, это он спас от них Тарию, преградил им путь на запад! Если бы не он, смарги доедали бы ваших детей в ваших домах! Масэнэсс мог стать одним из Правителей еще пятьсот лет назад, пожелай он того. Но нет – предпочитает быть сам по себе, не отягощаясь бременем власти. При этом он становится популярен, как человек, спасающий слабых, помогающий бедным, исцеляющий больных, и не принимающий за это денег! Пусть бы спасал, да только он делает это не просто так. Люди смотрят на него, как на посланника Мастера Судеб, а своих Правителей и других Одаренных презирают! Астри Масэнэсс исцелит бедняка, от которого воротит нос обычный Целитель, когда тому нечем заплатить. Масэнэсс отобьет деревню у банды разбойников, тогда как все прочие Мастера Смерти заняты другой работой, и им некогда бродить по деревням. Он раздаривает Перлы Огненосцев направо и налево, при том, что те вовсе следует изъять из обращения и запретить использовать простым смертным! Огоньки – украшение для Огненосцев и служащих им! Благодаря всем этим его действиям, народ с каждым днем все больше любит его и восхищается им. Но у любой монеты есть обратная сторона – чем больше простому люду по душе Мастер Путей, тем больше отворачиваются они от власти и привычного уклада жизни. А значит, рушится весь установленный порядок вещей. Масэнэсс – зло! Он стихия, которая причиняет одни беспокойства.

И это далеко не все! Пейелон Тауш двести лет назад предупреждал тогда еще совсем молодого Рамоса, чтобы он не верил этому междуморцу. Междуморцам вовсе нельзя верить. А Масэнэсс – худший из них! Он лжет на каждом шагу, он жесток, как годжиец, хитер, как араец, и могущественен, как сам Древний! Советник Тауш был убежден, что не все чисто с его способностями, что он вполне может оказаться связанным с Хтэмами. Никто тогда не верил мудрому Огненосцу, и сам Тауш стал сомневаться, увидев тарийский огонь, созданный Масэнэссом. Ведь Древние и их Круги не могли владеть огнем! А сегодня все стало на свои места. Сам же Масэнэсс писал в своем послании Плае, будто наследники Штамейсмара создали Источник, в котором заключены Мастера десяти различных Путей, и приспешники Древнего могут пользоваться любым из этих Сил, в том числе и производить огонь, что кажется немыслимым! Рамос больше не сомневался – Масэнэсс один из тех «наследников Штамейсмара». Этим все и объясняется: и его затянувшаяся жизнь, и невероятное могущество. Он, скорее всего, рассорился со своими подельниками и желает уничтожить их руками Огненосцев, а после Масэнэсс останется единственным человеком на этой земле, для которого почти нет ничего невозможного.

Двадцатилетний Рамос бывший тогда, двести лет назад, в поместье лорда Типаса в качестве одного из телохранителей Тауша собственными глазами видел, как Астри Масэнэсс освободился от оков Оружейника Хаилунна, созданных специально для этого проклятого Мастера Путей. Они блокировали любой Дар, и Масэнэсс, надев их, тоже притворялся некоторое время беспомощным, а затем жестоко убил Гавэра Типаса и исчез в тумане перемещения, словно Сила его ничем и не сдерживалась. Этого дня Рамосу не забыть. Он догадывался, кто такой Масэнэсс… А теперь уверен – один из проклятых, продавшихся Древнему. И с таким человеком Совет Семи желает заключить союз?! Да Рамос скорее умрет, чем смирится с этим!

Дальнейшие действия Астри Масэнэсса легко можно предсказать – он подчинит себе Совет и станет править Тарией, а через нее и всем миром! Огненосцы слепы, раз не видят этого! И Рамосу предстоит нелегкая борьба. Но пусть этот приспешник Древнего не надеется, что в лице Рамоса Лантака он найдет слабого противника. Мастер Смерти Лантак умеет сражаться!

Помощники разом притихли и посмотрели в сторону зала Совета, откуда выходили Огненосцы. Совет завершен.

Плая шла первой, и по торжествующему выражению на ее надменном лице он понял, что Совет решил все-таки помочь Масэнэссу. Это крах Тарии!.. Гибель Города Огней!.. Огненосица одарила Рамоса презрительным взглядом, поравнялась с Помощницей – Видящей Лаинэс, и направилась к своим покоям. Юная Риэна, которую Плая теперь держит при себе неотлучно, тенью проследовала за ними. Эту Риэну Пророки так-то связывают с Масэнэссом. Рамос задумчиво глядел ей вслед. Красивая девушка…

Анэстэй Амир все еще продолжал спорить о чем-то с Алаваей Тами. За ними, понурив венценосную голову, шел Глаин Валк.

Анирэ Тайнса и Ланшона Байкида не было видно – вероятно, остались в зале заседаний.

Лай Таиль выглядел разъяренным. Он не умеет скрывать свои чувства – раскраснелся и пышет жаром… вот-вот сожжет что-нибудь. Скорее всего, Старшие Огненосцы не просто отвергли возражения Лая, а унизили, проигнорировав сказанные им слова.

Рамос подошел и молча зашагал рядом. Таиль бросил на него несколько беспомощных взглядов, но, слава Мастеру Судеб, удержался от речей, пока они не покинули общий зал.

– Это было ужасно! – воскликнул Огненосец, едва очутившись в своих покоях.

– Совет поможет Масэнэссу?

– Как ты и говорил, Рамос… Масэнэсс предложил слишком соблазнительные… для некоторых… условия.

– Плая получит то, чего добивалась. Она не упустила бы эту возможность.

– Что же делать?! Я в отчаянье! – молодой Советник заметался из угла в угол, заламывая руки, – Масэнэсс погубит Город Семи Огней! Приведет сюда смаргов! Какое зло ждет нас, Рамос?! Какие страдания придется нам пережить?!

Рамос закатил глаза – мальчишка попросту паникует. Да, дела плохи, но отчаяньем их не поправить.

– Пусть все идет так, как идет.

– Что?! – Таиль остановился и изумленно замигал. – Ты же говорил….

– У меня была надежда на благоразумие Совета. Слабая надежда, которая сейчас угасла. Теперь открытым противостоянием мы ничего не добьемся. Масэнэсс не должен думать, что ты его враг. Все даже к лучшему – нам не придется сражаться с пятерыми продавшимися Древнему одновременно. Четверых победят Огненосцы при содействии Астри Масэнэсса, а уж потом с одним Масэнэссом мы как-нибудь справимся. Рано или поздно он покажет свое истинное лицо, звериная морда выглянет из-под маски добродетели и благотворительности, и Советники увидят это. Тогда наступит наше время, Лай.

– Ты, как всегда, прав…

– Умей отступить, чтобы выбрать удобный момент для атаки. Нам необходимо изучить Астри Масэнэсса, узнать его слабые места. Выведать, кто служит ему, кто помогает. Кого он любит… К кому привязан. Все это важно, Лай, очень важно. Удар будет выверенным и точным, и тогда его не придется повторять.

– Плая утверждает, что он Мастер Путей – уникальный Одаренный, наделенный Силой самими Создателем. «Его Дар – благо для Тарии, – говорит она, – а сам Масэнэсс – дар Мастера Судеб Городу Семи Огней!» – Огненосец фыркнул.

– Плая ошибается… – все, что сказал Рамос вслух, но подумал больше: «Проклятая хитрая змея видит только то, что хочет видеть, думает, что выиграет, поставив на службу себе Масэнэсса, но на самом деле, это он поставит на колени всех Огненосцев и всю Тарию…

2

Сколько у него времени? Рамос не сомневался, что Огненосцы одержат победу над «наследниками Штамейсмара». Когда-то девять Повелителей Огня одолели восьмерых Древних. Чистая победа с небольшими потерями – погибли только Этас, усыплявший Атаятана, и Дажд, приходивший за Штамейсмаром, позже Тойя завершила дело Дажда. Конечно же, одиннадцать ныне живущих Огненосцев с легкостью справятся с четырьмя противниками. Тем более, что эти четверо – вовсе не Древние, а люди, пусть и наделенные необычными способностями в большей мере, чем прочие Одаренные. Но сколько времени займет эта борьба, Рамос не мог предположить. А это важно, потому что данное время он должен использовать для подготовки. Сражение с Масэнэссом легким не будет, он хитер и изворотлив. Но непобедимых не бывает.

– Мастер Лантак? – Пророк Иш поднял на Рамоса удивленные глаза, оторвав взгляд от свитка, на котором выводил витиеватые буквы, составляя то ли пророчество, то ли просто сведения для истории. С пера упала капля чернил, оставив растекающуюся кляксу на пергаменте.

– Мастер Иш, – Рамос приветствовал его легким поклоном.

– Что привело Вас сюда? – Пророк с сожалением глянул на испорченную запись.

– Хотел поговорить… – произнес Рамос как можно более доброжелательно.

Иш служит Плае, как и почти все Пророки в Городе Огней. Для нее он смотрит в будущее и прошлое. Огненосица взяла под свое крыло подобным ему, облагодетельствовала, одарила золотом и привилегиями. Пророки и Толкователи стекаются нынче в Здание Советов, как весенние ручьи в озеро Баил. Плая добилась своего – у нее есть знания, а у кого знания – у того власть. Настоящая власть в Тарии принадлежит не семи Повелителям Огня, а одной Огненосице.

Рамос оглядывал комнату Пророка – здесь все сделано с умом, создан необходимый уют, глаз Мастера радуют роскошная мебель, гобелены на стенах, роспись на колоннах. Иш пишет и изучает записи при свете тарийских светильников, а в камине настоящее тарийское пламя, которое не дает замерзнуть его старым уже костям.

Как расположить его к себе?

– О чем поговорить? – Пророк был насторожен. У Рамоса репутация резкого и жесткого человека.

– Я слышал, у вас есть внук – Одаренный…

– Да… – Иш смутился, не ожидая, что Рамос затронет эту тему.

– У него сложный Дар, не так ли?

– Он… Разрушитель… Ему сложно удерживать контроль…

– Мне это знакомо, – улыбнулся Рамос. – Боевой Дар требует особого отношения, и хорошо, если при таком Даре рядом есть учитель.

– Вы не понимаете, Мастер Лантак… – Иш волнуется, похоже, Рамос попал в нужное русло. Он узнал, что у Пророка имеется внук Мастер Стихий, и этот его внук весьма неблагополучен. Поддавшись действию своего буйного Дара, тот стал без меры кровожаден и рискует ежечасно, полюбив танцевать со смертью… Внук Иша – Таансан, сколотил банду где-то на востоке, и не дружил с тарийскими законами. Но Иш любил его, беспокоился о беспутном шалопае. Не терял надежды, что однажды Таансан обретет мир в душе и вернется в Город Огней. Участие Рамоса в судьбе Таансана расположит Пророка. Но с Пророками нужно быть особо осторожным – они видят будущее… Не так, конечно, как отражение в зеркале, видят, как бы сквозь пелену, один из вариантов и не знают наверняка, сбудется ли их видение. Однако, если бы Рамос только делал вид, что интересуется внуком Иша из добрых побуждений, Пророк легко раскусил бы его обман. Поэтому Рамос и в самом деле имел намерение разыскать Таансана, вернуть того в столицу и обучить управлять своим Даром. Буйному Разрушителю еще не перевалило за сотню, а любого Одаренного, которому меньше ста, можно научить уму разуму.

– Похоже… Таансан сбился с пути… Я видел… видел его смерть… – бормотал Иш.

– Это пророчество сбудется?

– Не знаю, Мастер Лантак… Дар мой не всесилен и очень капризен, хоть и кажется, что он не может принести столько вреда, сколько Сила боевого Мастера… Но боль, какую испытываю я, сложно причинить даже мечом… Я видел Таансана повешенным в лесу… Его руки и ноги были крепко связаны… Он был беспомощен в момент своей смерти… А Таансан верил, что почти… неуязвим… почти всесилен… Это видение посетило меня два года назад, с тех пор Дар отказывается показывать мне его… и не дает даже намека – жив он… или мертв… Почему утрачена моя связь с внуком, я не знаю… Но так бывает… Увы… так бывает.

– И другой Пророк не может помочь вам в этом? – участливо поинтересовался Рамос.

– Нет… Мастер Лантак… Я не стал бы просить об этом других Пророков… Вы… ведь понимаете?..

Рамос кивнул:

– Как и я не стал бы просить других Мастеров Смерти охранять себя или своего Огненосца.

– Да. Именно так. Хотя порой я впадаю в такое отчаяние, что готов поступиться гордостью, и умолять, чуть ли на коленях, чтобы знать хотя бы, жив он или мертв… Я очень любил его мать – мою дочь. Она увяла словно цветок, прожив лишь двадцать семь лет… Так мало… безумно мало…

– Вы правы.

Рамос сделал паузу, прежде, чем продолжить:

– Я собираюсь создать некий отряд… отделение… воинское формирование из боевых Мастеров. Те, кто сегодня служат в Городе Семи Огней, вряд ли покинут своих повелителей и придут ко мне, пусть и во славу Тарии. Одна надежда – на затерянных, разбросанных по просторам нашей великой державы Мастеров, еще не вкусивших роскошной жизни в столице. Каждый из них – на вес золота. Я соберу их и создам «золотой» корпус.

– И Таансан?.. – в глазах Пророка светилась надежда.

– Я хотел бы начать с него. Он достаточно опытен, может знаком с другими Мастерами Смерти?

– Но его преступления?!.

– …Будут забыты. Он искупит их верной службой Городу Семи Огней.

– Это было бы славно… Как бы хотел я, чтобы то видение исчезло… испарилось… не сбылось никогда.

– Так и будет, Мастер Иш. Подскажите только, где его искать. И я сегодня же отправлю людей за Таансаном.

– В последний раз я видел его… в настоящем… не в будущем… где-то на востоке. Тирайка? Или Белонзор… Названия не знакомы мне. Там дикие места, населенные чудовищами и невежественными людьми.

Рамос мысленно торжествовал – Иш сам дал ему повод, коснуться нужной темы.

– Восток? Вы о тех землях, которые так полюбились Астри Масэнэссу?

– О да! Масэнэсс почти не покидал их вот уже лет двести! Всю мою жизнь.

– А его вы видите? – он задал этот вопрос осторожно, как бы из чистого любопытства.

– Самого Мастера Путей увидеть очень сложно… Он как огонь, слепящий глаза. То есть я знаю, что это он где-то на востоке, но четко не вижу. Я могу разглядеть лишь тех, кто рядом с ним… и то… смутно, урывками, словно большую картину на полстены укрыли дырявым покрывалом, а я, глядя в эти прорехи, пытаюсь понять, что же изображено на ней.

– Вы так увидели Риэну?

– Риэну?.. – Иш недоуменно нахмурился, припоминая, – Ах, да! Риэна!.. Именно так.

– И кто же она? Соратница Масэнэсса?

Пророк пожал плечами.

– Я сказал Советнику Плае Хиш, что эта девушка что-то значит в его жизни… вернее, будет значить… То же самое утверждают и другие Пророки. И, насколько мне известно, так же не видят четко ее действий в будущем, только образ – очень яркий, насколько четкий и яркий, что кто-то даже нарисовал ее портрет. Именно благодаря этому рисунку госпожа Плая нашла ее. Риэна может быть для Масэнэсса кем угодно, – Пророк, задумавшись, вертел в руке перо, уже не обращая внимания, на то, что остатки чернил, стекая с кончика, продолжают уничтожать его рукопись, – как другом, соратницей или возлюбленной, так и злейшим врагом и его погибелью. Госпожа Плая надеялась, что Риэна приведет ее к Масэнэссу – так и случилось. Может быть, на этом ее роль и завершиться… Кто скажет больше?..

– Никто, кроме Пророков, Мастер Иш, а уж если Пророки пожимают плечами, но тайна остается тайной.

Иш улыбнулся:

– Да… В наше время, к своему стыду признаю это, Пророки уже не те… В древнем Городе Огней наш брат совершал великие открытия, позволившие победить Древних, создать оковы, пленившие Атаятана, найти способ его усыпить. А мы сегодня не способны даже понять, кто такой этот Астри Масэнэсс.

– Я думал с этим все ясно, – с деланным равнодушием произнес Рамос, – Он – Мастер Путей.

– Да. Но почему подобного ему не было никогда и не будет.

– Уверены, что не будет?

– Если бы я один не видел подобному ему в будущем, я бы сомневался, но пока что ни один из Пророков, кого я знал, не заметил даже признаков появления Мастера Путей. Либо он уникален… либо…

Рамос скрыл улыбку – ни один он сомневается в чистоте Дара Масэнэсса. От Мастера ли Судеб получена его Сила? Пророк, похоже, также задается подобным вопросом. Торопить события и просить Иша закончить свое «либо…» он не стал, так как можно спугнуть Пророка. Иш будет избегать его общества и разговоров с ним, как с человеком, при котором сболтнул лишнего.

– Масэнэсс Масэнэссом, а меня ждут другие дела, – решительно высказался Рамос, – Надеюсь, мне удастся разыскать Таансана в ближайшее время. И дай то Мастер Судеб, чтобы ваш внук помог мне, а я помог ему.

– Если увижу что-нибудь о нем, обязательно вам расскажу… Спасибо, Мастер Лантак…

– Не за что, друг мой. Таансан нужен мне не меньше, чем я ему. Разрушители очень важны. Город Семи Огней всегда недооценивал их, в отличие от наших предков, которые именно благодаря Мастерам Стихий победили в северной битве, когда был создал Великий Разлом.

– Вы правы… Признаться, я не думал, что вы… такой… – Пророк замялся.

– Я знаю, Мастер Иш. Мирные Мастера, увы, смотрят немного искоса на боевых. Мирных людей пугает наше оружие, наши возможности и то, что мы имеем дело со смертью. Но мы вовсе не кровожадны, победив себя, мы может управлять Даром и, поверьте, мы не думаем только о том, у кого бы отнять жизнь. Мы сотворены Создателем для войны, для боя, и для того, чтобы защитить мир. Приходит война – и нас ценят, наступает затишье – и нас боятся. Это не правильно. Но не ваша вина, что вы думали обо мне, как о кровожадном злодее…

– Вовсе не так!..

Рамос усмехнулся:

– Не переживайте, Мастер Иш, я надеюсь – мы узнаем друг друга лучше, и сможем доверять друг другу.

– Да… конечно…

– Я покину вас. Будут вести о Таансане – сообщу.

Покровитель

1192 год со дня основания Города Семи Огней. Столица Тарии Город Семи Огней.

1

– Госпожа Риэна?

Она обернулась, с удивлением обнаружив, что окрикнул ее один из Огненосцев. Самый молодой из них – Лай Таиль. Почему он назвал ее «госпожа»?

В коридоре Здания Советов, где теперь жила Риэна (ее комната находилась недалеко от покоев Советницы Плаи, та хочет, чтобы Риэна всегда была под рукой) было пусто. Здесь всегда немноголюдно. Огненосцы, их родственники и слуги, обитающие в этом крыле – удивительно замкнутые люди, и предпочитают большую часть времени проводить в комнатах, тем более что большинство комнат имеют выход в зимние сады, где намного уютнее, чем в длинных коридорах.

– Советник Таиль, – Риэна поклонились. – Чем могу служить?

– Пройдись со мной.

Он пристально смотрел на нее… Огненосец не примет отказа.

Лай Таиль был высок, темноволос, с карими телячьими глазами. Многие женщины назвали бы его красивым, но капризно поджатые губы, нервные руки и неуверенные движения, сводили (по крайней мере, для Риэны) его мужскую красоту на нет. Помощника, заодно и телохранитель Таиля – Рамоса Лантака рядом не было, что необычно. Рамос тоже высок, еще выше Таиля, с серыми острыми глазами, строен и подтянут, его движения мягкие и опасные, и лишь длинная серебряная коса выдает, что ему ежу немало лет. Он настоящий Мастер Смерти… Не такой, как Алые на Иане – спокойный, уравновешенный, мудрый. Человек, победивший свой Дар, – как говорит Плая о подобных ему. Самого Мастера Лантака Огненосица недолюбливает, хоть и признает, что он очень умен, отличный боец и по-своему борется во благо Тарии.