Текст книги "Секретарь для монстра. Аллергия на любовь (СИ)"

Автор книги: Анна Варшевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц)

Глава 5

Он заходит молча, в идеально сидящем костюме, практически никак не отличающемся от вчерашнего – словно и не было никакой ночи. Темные глаза цепляют стопку бумаг, потом чашку кофе, потом – меня.

Интересно, и как прошел его вечер с той девицей? – мелькает мысль, которую я с усилием задавливаю.

– Доброе утро, Марк Давидович, – встаю с места, встречая начальство.

– Который час? – спрашивает ровно.

– Шесть часов сорок две минуты, – отвечаю после короткого взгляда на монитор.

– Рабочий день начинается в семь, – его голос все так же холоден. – Почему вы здесь?

Я выпрямляюсь.

– Заканчиваю отчет. Вы не разрешили оставаться вечером. Поэтому я пришла пораньше.

Марк прищуривается.

– Иными словами, вы решили нарушить регламент с другой стороны?

– Нет, – возражаю негромко, но твердо. – Я просто выполнила поставленную задачу в срок.

Пауза. Резанов смотрит на меня так, словно хочет залезть мне в голову и препарировать там все мысли. Потом подходит ближе, берет верхнюю папку со стола, пролистывает.

– Вижу, – короткий кивок, то ли одобрение, то ли просто «галочка» в списке.

Я сглатываю, чувствуя, как напряжение в груди отпускает ненадолго.

– Но если вам приходится спать четыре часа ради того, чтобы сдать отчет вовремя, – он поднимает на меня взгляд, – значит, вы все еще не умеете распределять задачи.

Помедлив, киваю. Странным образом в его словах нет никакого намека на желание унизить или на критику. Это звучит как сухая констатация факта, которую он сам же и фиксирует у себя в голове.

– Я буду работать над этим, Марк Давидович, – киваю спокойно.

Он возвращает папку на место, идет к своему кабинету, и я вдруг слышу вполне человеческую интонацию:

– Идите, выпейте чаю. Кофе на пустой желудок – не лучший вариант.

Поднимаю глаза, но мужчина уже заходит к себе, словно и не сказал ничего такого.

А вот мне приходится справляться с растерянностью. Потому что это прозвучало на удивление… заботливо! Если, конечно, такое слово вообще можно применить в отношении Резанова! Недоверчиво покачав головой, слегка усмехаюсь и… иду делать себе чай, исполняя рекомендацию босса.

***

Часы на ноутбуке показывают почти половину двенадцатого, когда дверь приемной осторожно приоткрывается.

Я поднимаю голову – и вижу сразу двух девушек. Они обе кажутся смутно знакомыми – похоже, были на том самом собеседовании. Вроде бы та, что в голубом платье, даже сидела рядом со мной, когда мы ждали своей очереди.

– Привет! – улыбается она так, словно мы давние подруги. – Ты же… Ева? Секретарь Марка Давидовича?

– Да, – киваю осторожно. – Чем могу быть полезна?

Они переглядываются и заходят внутрь.

– Я Настя, – улыбается вторая, яркая брюнетка с огромными серьгами-кольцами в ушах. – Мы тут решили перекусить внизу в кафе, ну и подумали – ты же новенькая, никого не знаешь, даже не в курсе, где тут поесть можно…

– Ага, и решили, а почему бы тебя не позвать? Ты же, наверное, тоже еще не обедала? Я, кстати, Наташа, – подхватывает первая, в голубом платье.

Моргаю растерянно. Обед… Конечно, нет. Я и чай-то пью только второй раз за день. Резанов работает просто как машина – мне на почту в семь уже упал новый список дел. Хотя, надо признать, не такой жуткий как вчера.

– Спасибо, но мне еще нужно закончить несколько отчетов, – отвечаю вежливо.

– Да брось! – Наташа качает головой. – Все равно же до вечера работы выше крыши, минут двадцать можно выкроить! Мы же просто пообщаться хотели.

– И узнать, как там монстр, – подхватывает Настя, заговорщически наклоняясь ближе. – Ну, расскажи, как оно, с ним работать? – она делает паузу, выразительно округляя глаза. – Мы же ничего не знаем! У него раньше секретари одни мужчины были! Ну любопытно же! – шепчет, чуть не подпрыгивая на месте.

Я чуть не улыбаюсь от этого театра.

– Он… требовательный, – формулирую осторожно. – Очень.

– Но ведь не орет? – тут же спрашивает Наташа. – Мы тут спорили, кто-то говорит, что он кричит на подчиненных, кто-то – что наоборот, только тихим голосом...

– Он… – я тщательно подбираю слова, – предпочитает точность и не тратит время на лишнее.

– Ха! То есть ледышка! – Настя прыскает, а подруга ее тут же одергивает:

– Тс-с-с! А то услышит еще…

Я смотрю на них и понимаю, что они не со зла. Просто любопытные. Может, даже рады, что «их не взяли» и теперь можно обсуждать без страха.

– Ну давай, Ева! – шепчет теперь уже Настя, немного нервно оглядываясь на дверь кабинета Резанова. – Пойдем, мы же ненадолго!

Колеблюсь, с сомнением глядя на девушек. С одной стороны, голод уже скручивает желудок, с другой – уходить без разрешения Резанова я не рискну.

Но есть и другой довод в пользу того, чтобы согласиться… мне нужно нормально познакомиться хоть с кем-то. На дружбу я не рассчитываю, но хотя бы на добрые приятельские отношения… почему нет?

– Сейчас, подождите минуту, – поднимаюсь с места.

– Мы снаружи будем! – шипит Наташа и, подхватив под руку сверкающую любопытным взглядом Настю, вытаскивает ее в коридор.

А я осторожно стучу в кабинет и захожу после разрешения.

– Марк Давидович… – голос почему-то звучит тише, чем я хотела. – Могу я выйти на обед минут на тридцать?

Он поднимает глаза от бумаг, смотрит прямо.

– Сколько времени вам требуется?

– Тридцать минут, – повторяю, чувствуя, как горло пересохло.

Молчание. Потом сухое:

– Вернитесь ровно через полчаса.

– Да, Марк Давидович. Спасибо, – киваю с облегчением.

***

Кафе, куда меня приводят девушки, почти пустое – видимо, основной народ обедает чуть позже. Мы занимаем столик у окна, заказываем бизнес-ланч, я прошу принести еду как можно быстрее. Но не успеваю сделать первый глоток воды, как начинается «бомбардировка».

– Ну и как он к тебе относится? – Настя с Наташей обе смотрят на меня горящими глазами.

– Он требовательный руководитель, – пожимаю плечами.

– Да нет, мы в смысле, как к женщине? Понимаешь, он никогда не работал с женщинами! И не только не работает! Говорят, у него даже девушки не было никогда, – шепотом сообщает Наташа. – Представляешь? Ни одной постоянной женщины.

Невольно закусываю губу, вспоминая вчерашнее распоряжение Резанова. Нет, женщины у него абсолютно точно есть…

– Да ладно, – фыркает тем временем Настя. – Ты думаешь, такие мужчины живут без женщин? Просто он никогда не показывает их на публике.

Наклоняется ко мне:

– Но вообще никто и никогда не видел его с женщиной. Ни в ресторане, ни на приемах.

Я делаю вид, что сосредоточенно режу котлету на тарелке.

– А я тут слышала, – Наташа прищуривается, – что у него отца когда не стало, он даже на похороны не поехал. Представляешь? Работа для него важнее всего.

– Может, врут, – отмахивается Настя. – Но то, что он один живет, это точно. Вон башня, которая тут в двух шагах – его верхний этаж, целый пентхаус. И без всякой прислуги. Все сам: готовит, стирает…

Меня тянет улыбнуться, потому что я совершенно не представляю Резанова готовящим или развешивающим на сушилке собственные носки. Нет, только не он!

Наташа кивает – по-моему, им даже я не особо нужна, просто мой босс – их любимая тема для обсуждения.

– И он принципиально не ездит в одной машине с женщинами, мне один охранник рассказывал. Если куда-то едет – то либо один, либо только мужчины.

Обе смотрят на меня, ожидая реакции. Я доедаю суп, отставляю тарелку.

– Я всего один день работаю, – чуть улыбаюсь. – Так что мне пока сложно что-то подтвердить или опровергнуть... Но… Марк Давидович, он.…

Девушки подаются вперед.

– Он очень вежлив, – говорю после паузы. – Не кричит, даже голоса не повышает. И у меня такое ощущение, что замечает абсолютно все вокруг.

– Ох, не говори! – с энтузиазмом подхватывает Настя. – Я когда к нему на собеседование зашла, мне аж жутко стало, какой у него взгляд!

– Ох, ничего ты не понимаешь, – тянет Наташа, откидываясь на спинку стула, мечтательно улыбается. – С таким мужчиной я бы не отказалась закрутить…

– Мечтай! – фыркает Настя. – Я вообще подозреваю, что он, ну… не из нашей лиги, понимаешь, о чем я? – многозначительно смотрит на меня.

– Девочки, вы простите, но мне нужно бежать, – кинув взгляд на часы, поднимаюсь. – Меня Марк Давидович только на полчаса отпустил, а уже двадцать шесть минут прошло, опаздывать нельзя.

– Вот монстр, – качает головой Наташа. – Ну ладно, Ев, приятно было познакомиться, забегай, если что! Я в кадровом сижу, а Настя – секретарь одного из шефов в отделе поставок.

– Конечно, – киваю машинально, а сама думаю.

Отделе… поставок?

Это не тот ли случайно руководитель, на чью ошибку я указала Резанову вчера на совещании… и который потом пригрозил мне?

Черт, я, кажется, становлюсь параноиком – размышляю, торопливо идя к приемной.

С другой стороны, как говорится, если у вас паранойя – это еще не значит, что за вами никто не следит. Это во-первых. А во-вторых, при моем печальном опыте и порушенной репутации лучше быть параноиком, чем потом разгребать последствия. Что-то подсказывает, что Резанов не будет столь снисходителен, если с моим участием произойдет скандал уже у него под носом.

Я же до сих пор не поняла, почему он так отреагировал на информацию обо мне от службы безопасности. Точнее, почему не отреагировал. А я подозреваю – нет, я уверена – что этот человек ничего не делает просто так. Значит, какие-то у него были свои причины, чтобы оставить меня при себе.

Задумавшись, захожу в приемную, не глядя – и вздрагиваю, увидев высокую фигуру у своего стола.

– Вы… – начинает Резанов, но смотрит на часы и, затормозив на ходу, после паузы произносит: – …не опоздали.

– Да, – киваю с каменным лицом, с трудом сдержав дикое желание расхохотаться.

Хотел подловить, а тут такой облом?

– Где пакет документов и проект договора по Экспо-строю, которые я просил вас приготовить? – Марк Давидович чуть прищуривается.

– Здесь, секунду, – торопливо захожу за свой стол, беру из выдвижного ящика папку. – Тут все, кроме проекта договора, я сейчас распечатаю и принесу, – быстро щелкаю мышкой, чтобы разблокировать ноутбук.

– Я жду, – спокойно отвечает Резанов, не делая попытки сдвинуться с места.

В смысле, ждет? Тут будет стоять? Закусываю щеку изнутри, отправляю нужный документ на печать. Как назло, там страниц тридцать, то есть печатать будет несколько минут.

– Чаю? – помявшись, поднимаю глаза на босса.

«…кофе, обед, эскорт?» – договаривает у меня в голове ехидный внутренний голос.

– Да, – кивает мужчина и, сделав шаг вперед, неожиданно… садится на кресло для посетителей перед моим столом.

Сдержав вздох, прохожу в закуток за шкафами, дергано включаю чайник, достаю пакетик в упаковке. Черт, совсем забыла нормальную заварку заказать! Можно же курьерской доставкой прямо в офис – самой мне, понятное дело, по магазинам бегать некогда. Ладно, сейчас Резанов к себе в кабинет уберется, и закажу. А пока снова кладу пакетик под чашку и, выйдя и обойдя стол, ставлю перед боссом, а сама возвращаюсь к принтеру.

– Марк Давидович, вам удобнее просматривать скрепленные листы или оставить так? – уточняю у него.

– Можете скрепить, – он, уже открыв папку, что-то там проглядывает.

Кивнув, оглядываюсь в поисках степлера. Резанов тем временем, не глядя, вытаскивает пакетик из-под чашки и вроде бы собирается открыть, но упаковка выскальзывает у него из пальцев. Она же скользкая.… а у него перчатки.

Не могу на это смотреть! Мне прямо самой неудобно становится!

– Марк Давидович, подождите... – машинально протягиваю руку в его сторону, останавливая уже наклонившегося поднять упавший пакетик мужчину, – можно я?.. Я вам другой дам.

Резанов поднимает на меня взгляд. И смотрит как-то.… я даже теряюсь.

– Хорошо, – отвечает негромко, помедлив, и резко встает. – Принесите мне в кабинет.

Не успеваю кивнуть, как он уже исчезает.

Все-таки он очень странный.

Покачав головой, завариваю чай, отношу снова закопавшемуся в бумаги начальству вместе с распечатанным и скрепленным проектом договора, а сама возвращаюсь к себе – у меня дел еще полно.

Но спокойно поработать у меня получается от силы полчаса.

Дверь распахивается без стука. Едва успеваю поднять голову от документов, когда в помещение вваливается мужчина – высокий, с широкой улыбкой на лице… до ужаса похожем на моего босса!

– Ну надо же, – тянет, облокачиваясь о дверной косяк. – Я-то думал, Марк держит тут исключительно угрюмых роботов. Ты как здесь оказалась, милашка?

– Добрый день. Чем могу помочь? – сохраняю нейтральное выражение лица.

– Помочь? Ты – мне?! – он усмехается, подходит ближе, садится прямо на край стола, заставляя меня отъехать на кресле чуть подальше. – Это я готов тебе помочь, милашка! Помочь сбежать отсюда!

– Если у вас назначена встреча с Марком Давидовичем, я уточню график, – отвечаю сухо.

– Ах, как сурово, – он наклоняется ближе ко мне, понижает голос, заговорщически-игриво подмигивает. – А ты знаешь, что мой график выше всяких уточнений? Или мой старший братец, как всегда, делает вид, что меня не существует? Привет, Марк! – выпрямляется, а я вздрагиваю, глядя на внезапно вышедшего из кабинета босса. – Кажется, твоему секретарю нужна передышка. Я ее забираю!

Глава 6

– Она не твоя собственность, чтобы ты мог позволять себе такие высказывания, – ледяным тоном отвечает мой начальник, на что наш посетитель только закатывает глаза, успев при этом мне снова подмигнуть.

Перевожу взгляд с одного на другого.

Надо же, братья! Странно, что Настя и Наташа, когда болтали сегодня в кафе, ни словом не упомянули, что у моего босса есть младший брат.

Офигеть можно, как они похожи… и непохожи одновременно.

Черты лица практически одинаковые – прямой нос, четкая линия челюсти, абрис губ. Разрез глаз немного отличается и волосы – у старшего Резанова уложены настолько ровно, что кажется, что он их по линейке вымерял. А у младшего просто небрежно откинуты назад, хотя стоит признать – ему очень идет. Но главное – выражение. Мой босс – ледяное спокойствие и холод, а этот… бесшабашная улыбка, хитринка в глазах…

Наверняка девицы на него косяками вешаются.

– У тебя какой-то вопрос? – уточняет тем временем Марк.

– Разумеется, – его брат насмешливо прищуривается. – Наша общая мать уточняет, не забыл ли ты, как она выглядит?

– В мой кабинет, – Марк отступает в сторону, показывая на дверь.

При этом мне на секунду кажется, что он кидает на меня быстрый взгляд. Но я опускаю глаза, старательно прикидываясь ветошью и не отсвечивая. Личные дела босса и его семья никак не могут входить в сферу интересов секретаря, так что лучше я притворюсь, что ничего не услышала.

Правда, услужливая память тут же подсовывает воспоминание о вчерашнем заказе эскортницы. Но я сразу говорю себе, что это другое. Я же не знаю, зачем она была ему нужна. Может быть, у него была какая-то встреча, на которую он должен был прийти с женщиной.…

«Да-да, а потом в номере отеля он с ней в шахматы играл всю ночь», – вылезает ехидная мысль.

Неважно. Не мое дело.

Брат Резанова, язвительно хмыкнув и кинув в мою сторону еще один взгляд, проходит внутрь, Марк Давидович заходит следом и закрывает дверь. А я выдыхаю. Не хватало мне, чтобы меня втянули в какую-нибудь историю. Я тут без году неделя и хочу задержаться подольше, у меня очередной долговой платеж на носу.

Так и тянет в очередной раз открыть банковское приложение и посмотреть на оставшуюся задолженность с минусом перед шестизначным числом. Но я задавливаю в себе нездоровое желание. Знаю же, что она с прошлого раза не уменьшилась ни на рубль.

И вообще. Обоим Резановым повезло. У них есть мать. У меня от мамы остался только долг в наследство и воспоминания, от которых бросает в дрожь.

Нет, Ева! Не думай, не вспоминай, не возвращайся туда, все закончилось, закончилось, закончи…

– Так как, говоришь, тебя зовут? – громкий насмешливый голос заставляет вздрогнуть всем телом, вынырнуть из ненавистного состояния беспомощности.

Я уже не та Ева. Больше не та. И слава всем богам.

Поднимаю взгляд на вышедшего из кабинета Резанова мужчину, вставшего прямо напротив меня и уперевшегося ладонями в стол так, что еще немного – и его лицо окажется в нескольких сантиметрах от моего.

– Я не говорила, как меня зовут, – отвечаю спокойно, пододвигая к себе ноутбук.

– Строптивая, значит, – он прищуривается, и мне не нравится предвкушение, которое загорается в его взгляде. – Прекрасно! Люблю строптивых!

Черт! Я совсем не собиралась привлекать его внимание!

– Меня зовут Ева Андреевна. А теперь прошу прощения, мне нужно работать, – держу максимально равнодушный тон, надеясь, что его удовлетворит мой ответ.

Но ошибаюсь.

Мужчина расплывается просто-таки в дьявольской улыбке.

– Это судьба, Ева, – произносит медленно, смакуя каждое слово. – Однозначно и несомненно – сама судьба. Очень, просто невероятно рад познакомиться… – протягивает мне руку и заканчивает: – Адам!

– Что, простите? – растерянно смотрю на него, отодвинувшись от стола.

– Мое имя Адам, – в глазах младшего Резанова скачут бесенята. – А раз ты – Ева… значит, ты совершенно точно моя судьба!

Резко, броском подается вперед, через стол, схватить меня за руку, но я каким-то чудом успеваю увернуться и вскакиваю с кресла, отходя еще чуть подальше.

– Меня зовут Ева Андреевна, – откуда-то вылезают такие же ледяные интонации, с которыми говорит мой босс. – Советую запомнить. А теперь, Адам Давидович, если у вас больше нет никаких дел, прошу вас дать мне возможность заниматься своими.

Младший Резанов, вместо того чтобы возмутиться, закидывает голову назад и разражается хохотом.

– Господи, где мой брат тебя нашел?! – спрашивает у меня сквозь смех.

– Меня не надо искать, я сама являюсь, – бурчу себе под нос, вызвав у мужчины еще один приступ веселья.

– Так, солнце, слушай, – он вытирает глаза, – извини, что наше знакомство началось так по-дурацки! Давай еще раз, идет?

Смотрю на него недоверчиво, но он разводит руки в стороны.

– Я правда безопасен, уж точно безопаснее своего братца, – весело ухмыляется. – Не злись. Ну? Привет, Ева, меня зовут Адам – только отчество не Давидович, а Эдуардович. У нас с Марком разные отцы, – и снова протягивает мне ладонь, но уже вроде бы не пытается надавить – просто держит руку на весу, глядя на меня вопросительно.

Понимаю, что, если отказываться дальше – после таких слов я уже буду выглядеть невежливой идиоткой. И, преодолев внутреннее сопротивление, все-таки делаю пару шагов, выходя из-за стола, и неуверенно сжимаю крепкую теплую ладонь.

– Вот видишь, не так уж и страшно, – в очередной раз подмигивает мне младший Резанов.

А потом, не успеваю я опомниться, рывком дергает на себя!

– Пустите! – вскрикнув, упираюсь второй ладонью ему в грудь, пытаюсь вырваться, но это не так-то просто.

Вот знала я, знала, что никому нельзя верить!

Дура ты, Ева! С твоим-то опытом могла бы уже вести себя умнее!

– Чего ты? – ухмыляется Адам, а у меня в глазах темнеет от страха.

– Пустите!!! – голос пропадает, хочется крикнуть, но сил еле хватает на то, чтобы шептать.

– Ева?

– Отпусти ее, немедленно! – второй, со знакомыми ледяными интонациями голос заставляет меня кое-как собраться с силами, вывернуться из ослабевшей хватки.

А потом я просто отпрыгиваю назад и прячусь за спину вышедшего из кабинета и вставшего напротив брата Марка Давидовича. Почему-то мне кажется, что именно тут, за его спиной, в данную конкретную минуту безопаснее всего!

Тяжело и быстро дышу через приоткрытый рот, меня покачивает, и я, на мгновение зажмурившись, практически касаюсь лбом лопаток мужчины, утыкаясь в него и вдыхая слабый запах чистой ткани костюма. А спустя еще секунду до меня доходит, что Резанов застыл каменным изваянием, явно почувствовав мое касание.

– Простите, – шепчу еле слышно и заставляю себя отстраниться.

– Адам, если что-то подобное повторится… – от угрожающих интонаций в голосе моего начальника, пусть даже обращенных не ко мне, меня передергивает.

– И что же ты сделаешь, большой братец? – а вот Адаму на угрозы явно плевать с высокой колокольни. – Отдашь распоряжение охране? Сообщишь о моем ужасном поведении матери? Не смеши!

Делает шаг в сторону, выглядывая меня, но Марк Давидович сдвигается, не позволяя ему этого сделать.

– Тебе пора, – бросает привычным равнодушно-ледяным тоном.

– Ева, слушай, – Адам не обращает внимания на слова Марка, снова шагает вбок, стараясь поймать мой взгляд, – я не собирался тебя пугать или обижать!

– Не собирался, но сделал, – снова перебивает мой босс. – Пора бы уже фильтровать свои шутки.

– Да чего ты за нее все время отвечаешь?! – взрывается его брат.

– Она моя подчиненная, – спокойный ответ. – Пока она здесь – я, как работодатель, несу ответственность за ее благополучие. Уходи, Адам!

Не знаю, что именно срабатывает – слова старшего Резанова, или тот факт, что я продолжаю прятаться за него, не сделав ни единой попытки высунуть нос, или еще что-то. Но Адам после тяжелой паузы действительно разворачивается и выходит из приемной, хлопнув дверью напоследок.

И только тогда Марк Давидович сдвигается, поворачивается и смотрит на меня нечитаемым взглядом.

– Спасибо, – выдыхаю с облегчением.

Колени у меня до сих пор слегка трясутся, и я немного криво, чуть не потеряв равновесие, опускаюсь на краешек кресла для посетителей.

– Воды? – спрашивает меня мужчина.

– Нет, не надо… – качаю головой. – Я уже в порядке.

Между нами повисает пауза. Не знаю, почему молчит Резанов, а я просто не знаю, что сказать.

– Почему такая реакция? – вдруг задает он вопрос.

– В смысле? – поднимаю на него взгляд.

– Вы не испугались, когда на собеседовании я велел вам раздеваться, – он чуть прищуривается, а я, кажется, слегка краснею.

– Вы меня руками не хватали, – пожимаю плечами, невольно кидаю взгляд на его перчатки. – И потом, любому было понятно, что вам мое раздевание без надобности.

– Это кому как, – внезапно выдает мой босс, и я чуть не давлюсь вздохом.

Значит, кто-то после его слов все-таки раздевался?!

Уточнять, разумеется, не собираюсь – да и Резанов уже направляется к своему кабинету.

– Не беспокойтесь насчет Адама, – говорит уже возле двери. – Он ничего вам не сделает.

Молча киваю, провожая взглядом начальство. Может, и не сделает. Точнее даже, здесь он бы мне действительно ничего не сделал – не дурак же он, пытаться причинить какой-то вред секретарю в приемной, прямо на рабочем месте. Но в целом от таких мужчин все равно лучше держаться подальше – они никого кроме себя не слышат.

Придя к окончательному выводу, со вздохом встаю и пересаживаюсь на свое рабочее место. До конца дня нужно еще немало успеть.

Впрочем, сегодня мне, можно сказать, везет. Резанов выходит из своего кабинета почти ровно в семь – детское время, особенно для этого монстра-трудоголика. Я машинально встаю, провожая своего босса.

– Напоминаю, что я не разрешаю вам оставаться дольше положенного времени, – меня окидывают строгим взглядом.

– Да, Марк Давидович, я закончу через десять минут, – киваю, собирая со стола документы. – Завтра мне, как и сегодня, быть к семи?

– К половине восьмого, – после короткой паузы отвечает Резанов.

– Хорошо, я поняла, – держу в руках пару последних листов, которые надо подшить в открытую папку и оглядываюсь по сторонам, ища, куда я задевала дырокол.

– Вот, – он неожиданно появляется у меня прямо перед носом.

– Э-э-э-э… – растерянно смотрю на мужчину, протягивающего мне то, что я искала.

Я что, вслух сказала, что мне нужно?

– Спасибо, – тянусь, касаюсь черного пластика и случайно задеваю его пальцы в перчатке.

Резанов тут же – такое ощущение, что автоматически – отдергивает руку, я едва успеваю подхватить этот чертов дырокол, чтобы он не грохнулся на стол. А затем без единого слова стремительно выходит из кабинета.

– Какого хрена?... – бормочу себе под нос ошарашенно.

Это что вообще сейчас такое было?

Вздохнув, пожимаю плечами и невольно усмехаюсь. Интересно, а какие-нибудь слухи по поводу его перчаток ходят в компании? Наверняка же что-то такое должно быть. Может, у него руки в страшных шрамах? Или… я не знаю, может, какое-нибудь незаразное кожное заболевание. Или что-то психическое, например, обсессивно-компульсивное расстройство. Или боязнь бактерий и микробов. Ну а что, бывают же такие фобии!

Не выдержав, лезу в мобильный и гуглю – да, действительно, бывают. Правда, еще написано, что эта фобия не так уж и безопасна, может быть симптомом шизофрении, и вообще ее надо прорабатывать с психотерапевтом. Но вряд ли мой босс шизофреник.

Решаю, что, если Настя или Наташа снова позовут меня обедать, попробую выспросить у них. Еще неплохо бы узнать, чей секретарь одна из девушек – они вообще-то могут быть «засланными казачками». Но это все позже, завтра.

Давлю зевок и, закрыв и убрав последнюю папку, выключаю ноутбук. Надо поехать домой и поспать. Четырех часов все-таки совершенно недостаточно.

Но все мысли моментально разлетаются у меня из головы, стоит мне выйти из автоматических дверей центрального входа.

– Привет, Ева, – в пяти метрах впереди, прислонившись к капоту машины, припаркованной в кармане у дороги, стоит Адам.

Только его мне и не хватало!

А мужчина тем временем внезапно открывает переднюю дверь и достает оттуда… огромный перевязанный широкой белой лентой букет бело-розовых роз!

– Это тебе, – подходит чуть ближе, протягивая цветы. – Ева, я серьезно. Никаких шуток, никаких хватаний руками. Я приехал извиниться.

– Извинения приняты, цветы – это лишнее, я их не возьму, – качаю головой, делая шаг в сторону и не собираясь приближаться.

– Это всего лишь цветы, – Адам улыбается, явно включая обаяние на максимум, но на меня такое не действует, и мужчина, словно моментально ухватив мою реакцию, тут же убирает с лица легкомысленное выражение. – Послушай, я иногда действительно по-дурацки шучу. И я не ожидал, что ты воспримешь все настолько всерьез и испугаешься. Ты же меня буквально за минуту до этого отбрила!

– Мне жаль, что вы не поняли ни с первого раза, ни со второго раза, – качаю головой.

– Я уже понял, все понял! – он снова протягивает мне букет. – Ев, ну, бог троицу любит! Прости, я обещаю больше не распускать руки! Не возьмешь – я выброшу, вон мусорный контейнер стоит! Ну что, мир?