Текст книги "Секретарь для монстра. Аллергия на любовь (СИ)"
Автор книги: Анна Варшевская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)
– Про тебя я никому не говорила, если ты об этом, – качаю головой. – Спросила друга.
– Что за друг? – Марк хмурится.
– Успокойся, просто друг и в каком-то смысле родственник. Я потом вас познакомлю, – качаю головой. – Не переводи тему.
– Ну хорошо… для меня это был привычный способ, – мужчина слегка пожимает плечами. – Просто… черт... – переводит дыхание, словно не в состоянии выговорить до конца.
– Просто оральный секс? – договариваю вместо него, уже поняв, каким именно образом он мог быть близок с женщиной с минимальными неудобствами для себя. – Просто возможность спустить пар?
– Да, – выдыхает он и вскидывает на меня глаза. – Ничего не было! Правда, Ева! Я тогда отпустил девушку. Понял, что не смогу... не смогу больше так.
– Я верю, – тянусь, кладу ладони ему на плечи. – Марк, нет смысла чувствовать вину за то, что было до меня. У нас обоих есть свое прошлое. У каждого оно есть. И это нормально. А ревновать к прошлому – бессмысленное занятие. Но это не значит, что я с пониманием отнесусь к подобного рода вещам в будущем! – говорю, угрожающе прищурившись.
– С ума сошла?! – Марк дергается, выпрямляется, обнимает меня за талию. – Ты кем меня считаешь?!
– Просто хотела, чтобы между нами не было недопониманий, – хмыкаю в ответ. – Ну и откровенность за откровенность. Я поняла, что никогда не смогу смотреть на тебя только как на начальника, когда Тайсон привел меня к тебе в спальню с утра. А там ты. В одном полотенце.
– То есть мне всего лишь надо было раздеться перед тобой? – негромко, с облегчением, смеется Марк. – Эх, знал бы раньше…
– То что тогда? – многозначительно приподнимаю бровь, скольжу ладонями по его груди, спускаясь до края футболки, задираю ткань, обнажая живот, поглаживаю мышцы кончиками пальцев.
– Ева… – он судорожно хватает воздух ртом.
– Забудь обо всем, – качаю головой, сдвигаюсь, тянусь к поясу его брюк. – Не думай, сосредоточься на том, что чувствуешь. Все теперь по-другому, ты же и сам видишь…
Глава 28
Не знаю, видит ли он и понимает ли на самом деле… подозреваю, что одними моими словами не исправить установок, так долго сидевших в мозгу.
Над этим нам еще явно предстоит поработать.
Но подчиняется моим рукам, приподнимается, позволяя стянуть с себя брюки и белье. И смотрит на меня, не отрываясь и, кажется, практически не моргая.
А я опускаю глаза, разглядывая его.
– Ты весь красивый, – шепчу, опускаясь ниже и устраиваясь удобнее.
– Ева…
Не знаю, что Марк собирался сказать, но решаю заставить его замолчать самым простым способом – наклоняюсь к нему и, мягко обхватив губами, поглаживаю кончиком языка самое чувствительное место.
Я успеваю услышать полузадушенный вскрик, заметить, как он зажмуривается, впивается зубами себе в кисть руки… и больше не останавливаюсь.
Несколько сдавленных, отчаянных стонов, умоляющее, сиплое «пожалуйста… еще!» – и мужчину выгибает и практически подбрасывает под моими прикосновениями, колотит крупной дрожью. И когда вижу, как ему хорошо, я чувствую такое удовлетворение, что мне даже больше ничего и не надо.
Марк, по-моему, не сразу приходит в себя. Лежит, уставившись невидящим взглядом в потолок, на губах бессмысленная и абсолютно ошалелая улыбка. Постепенно сорванное дыхание выравнивается, в глаза возвращается осознанность, он моргает, глядя на меня, и я улыбаюсь – все это время поглаживала его по груди и животу, успокаивая.
– Евушка… ты… я… не знаю, что сказать… – выдыхает наконец, тянет меня на себя, прижимая. – Просто спасибо – этого катастрофически мало, а что еще… у меня мозг отключился. Совсем.
– Раз ты в состоянии выговорить слово «катастрофически», значит, все не так уж плохо, – сдержав смешок, утыкаюсь носом ему в грудь.
Он только вздыхает.
– Я не думал, что так бывает… – говорит после долгой паузы. – Я….
Я к нему так близко, что слышу, как вдруг резко, скачком, быстрее начинает колотиться у него сердце. Приподнимаюсь, глядя на мужчину.
– Что такое?
Марк открывает рот, но после короткого вдоха, закрывает. Еще раз…
– Ты необыкновенная, – шепчет мне спустя пару секунд. – Не верю, что ты рядом… со мной.
У меня остается впечатление, что он хотел сказать что-то другое, но я не настаиваю. Для него слишком много всего – чувств, ощущений, эмоций. Поэтому просто снова обнимаю мужчину покрепче.
– Я здесь, Марк, – говорю тихо. – Рядом.
У него вырывается какой-то странный приглушенный звук, похожий на… всхлип? Но голос звучит так же, как всегда, и я думаю, что мне просто показалось.
– Спасибо, Евушка, – чувствую, как он прикасается губами к моим волосам. – Тебе, наверное, неудобно? Пойдем, я отнесу тебя в постель.
Утром я просыпаюсь раньше него и даже успеваю сходить в душ. Марк резко садится на постели, только когда я выхожу из ванной, вытирая волосы полотенцем.
– Я что, проспал?! – растерянно моргает, глядя на меня.
– Нет, – улыбаюсь, качаю головой, подхожу к нему и коротко целую в щеку, убирая у него с глаз растрепанную, упавшую на лоб прядь. – Просто проснулся чуть позже. Но мы успеваем на работу.
– Не помню, когда вообще столько спал, не просыпаясь, – он недоверчиво качает головой, смотрит на меня с улыбкой. – Это все ты…
– Прошу прощения, что значит «это все ты»? – скептически изгибаю брови.
– Это благодаря тебе, – поправляется Марк, успевает схватить меня за пояс халата, пока я не отодвинулась. – Я просто неправильно выразился, прости, – бормочет, упершись лбом куда-то между моим плечом и грудью.
– Не переживай, я знаю, – глажу его по волосам. – Тебе нужно научиться слышать сарказм. К сожалению, с девушкой тебе в этом смысле не повезло, юмор у меня иногда бывает своеобразным.
– Глупости, – он тут же отодвигается, смотрит на меня, качает головой. – Мне невероятно повезло! Так, как вообще не могло повезти ни одному человеку!
– Я уточню у тебя этот момент пару лет спустя, – смеюсь выражению его лица и все-таки отхожу, пока он сбит с толку. – Если ты хочешь успеть на завтрак, а потом на работу, тебе лучше бы пойти в душ прямо сейчас.
– Я не понял, а ты почему уже встала? – Марк хмурится, вылезая из кровати, и я отворачиваюсь, потому что при виде него, обнаженного, у меня в очередной раз перехватывает дыхание.
Нельзя быть таким… совершенным! У меня комплекс неполноценности разовьется! Походить, что ли, в спортзал?
– Потому что я тоже работаю, если ты забыл, – говорю рассеянно.
– Ты плохо себя чувствуешь и должна отдыхать!
– Нормально я себя чувствую, – отмахиваюсь от него.
Но тут же, вздохнув, напоминаю себе: «Мягче, Ева. Терпение. Оно тебе понадобится».
– Со мной все в порядке, Марк, – поворачиваюсь к мужчине.
Он недовольно сводит брови.
– Честное слово, – улыбаюсь, качаю головой. – Обещаю, если вдруг мне будет нехорошо, я тебе скажу и отпрошусь у тебя на перерыв.
– Детский сад, отпросится она, – ворчит Марк, но уже явно сдается, наоборот, лицо становится довольным. – Хорошо, что ты будешь рядом, – признается после паузы. – К тому же, если мы с тобой сейчас раскрутим весь клубок до конца, может быть, получится закончить с этой командировкой быстрее. Мне просто понадобится потрясти как следует руководителя отдела поставок в столице. Полагаю, он пропихнул в пару схем кого-то «своего», за что получил откат. Теперь только нужно найти хоть какие-то доказательства, чтобы ткнуть его в них носом.
– Ты же можешь просто потребовать ответа, – пожимаю плечами.
– Могу, – Марк кивает. – Но предпочитаю оперировать неопровержимыми фактами. Никто и никогда не мог обвинить меня в предвзятости.
– Я и раньше не сомневалась, что ты идеален во всех отношениях, – усмехаюсь, глядя на то, как довольно он улыбается. – Поехали на работу. Найдем доказательства.
Правда, легко и просто ничего не выходит.
У нас нет практически никакой информации, кроме той, которую дал руководитель филиала – а он только сказал, что рекомендация насчет конкретного поставщика шла из головного офиса через секретаря.
После тщательного изучения всех документов становится понятно, что хвостов тут не найдешь.
– Видимо, надо все-таки ехать обратно, – Марк задумчиво смотрит на разложенные по двум столам бумаги. – Я полагал, что связь можно и даже нужно проследить, так сказать, «с места». Найти конечные точки, откуда начинаются схемы, и идти по ним постепенно шаг за шагом, разматывая то, что они накрутили, параллельно устраняя косяки. Но, кажется, это моя ошибка. Рыба, как известно, гниет с головы. Я, конечно, отдам распоряжения, чтобы ближайшие пару месяцев список поставщиков согласовывался непосредственно со мной. Но это временное решение.
– Значит, в оставшиеся три города мы не поедем? – смотрю на него.
– Я еще подумаю, но мы вряд ли найдем там что-то кроме того, что обнаружили здесь, – мужчина качает головой. – Если все завязано на отделе поставок головного офиса, то смысла в этом практически нет. Хотя… мне нужно позвонить.
Киваю и начинаю раскладывать бумаги по папкам, пока Марк, хмурясь, достает мобильный и отходит к окну.
– Феликс, – слышу немного сухое, но в целом вполне нормальное обращение. – И тебе добрый. Да. Почти разобрался, но, кажется, придется конкретно перетряхнуть штат.
Я сосредотачиваюсь на документах и параллельно рассеянно размышляю, кто такой этот Феликс. Господи, имечко-то какое заковыристое… Иностранец, что ли? Хотя они же по-русски говорят. Но явно кто-то серьезный, Марк разговаривает с ним не просто на равных, а даже, видимо, прислушивается к его словам. Пытаюсь вспомнить высшее руководство корпорации, но я слишком мало работаю в компании, поэтому на ум никто не приходит. Кстати, мой косяк – уж топ-менеджеров надо знать хотя бы по именам! Но мне как-то было совершенно не до того…
Марк уже практически заканчивает разговор и идет обратно к столу, когда вдруг останавливается, среагировав на какие-то слова собеседника.
– Нормально, – говорит осторожно. – Да, я помню. Нет. Нет, давай обсудим этот вопрос позже. Меня все устраивает, – находит меня взглядом, хмурится. – Хорошо, – соглашается с чем-то неохотно. – Да, до встречи.
– Все в порядке? – спрашиваю у него через несколько минут, потому что мужчина, о чем-то напряженно задумавшись, останавливается в нескольких шагах от меня.
– Да, Евушка, – он кивает. – В конце месяца состоится большой благотворительный вечер. Глава Совета директоров планирует туда приехать.
– О, так этот Феликс – это…
– Да-да, он самый, – Марк, нахмурившись, смотрит на папки, которые я складываю в стопки на столе, потом хмыкает. – А, ну да, ты же не в курсе. Он мало того что Феликс, так еще и Эдмундович. И фамилия Фридрих.
– О, господи! – качаю головой, ошарашенно глядя на мужчину. – И чем только его родители думали…
– Там отец немец, мать русская, – пожимает плечами Марк, все-таки садится в кресло. – Для отца, насколько я понимаю, ничего особенного в таком сочетании не было. Компанию он унаследовал по линии матери, точнее, деда… в общем, не вникай пока, я тебе потом подробности расскажу.
– А мне нужно знать подробности? – хмурюсь, вытаскивая из-под очередной папки и разглядывая листок откуда-то из середины документа.
Случайно затесался, что ли? Вроде бы где-то я видела название компании, которое здесь указано…
– Ева, ты пойдешь на этот вечер со мной? – слышу напряженное и даже немного встревоженное.
– Что? – поднимаю голову от бумаг, нахожу взглядом Марка, толком не поняв, о чем он. – Вечер? Раз там будет этот железный Феликс, это частично рабочее мероприятие? Ну, да, я, наверное, должна, да? Как твой личный помощник?
– Нет, Ева, – мужчина встает, подходит ко мне, опускается так, что смотрит на меня снизу вверх, вглядывается в мое лицо. – Я приглашаю тебя пойти со мной, как моя… спутница.
– О-о-о… – растерянно смотрю на него, потом неуверенно улыбаюсь. – Конечно, я буду рада. Мне для этого понадобится что-то? В смысле, какая-то подготовка, особая одежда, я не знаю…
– Не переживай, я со всем разберусь, – Марк облегченно улыбается.
– Ты что, боялся, что я откажусь? – прищуриваюсь, глядя на него.
– Ну….
– Что заставило тебя думать, что я могу так поступить? – наклоняю голову.
– Не знаю, – он пожимает плечами, отводит глаза.
– Ты не уверен во мне? Или в себе? – продолжаю допытываться у него.
– Ева, я… ну…
– Ну что «ну»? – качаю головой, вздыхаю. – Марк, я уже говорила, что не обидчивая. Но мне сейчас немножко обидно.
– Прости, – он дергается вперед, приподнимаясь и обнимая меня. – Я не хотел тебя обижать, Ева! Я просто…
– Просто не веришь мне до конца, – договариваю вместо него, потому что он запинается, не в состоянии подобрать слова.
– Дело не в этом, – Марк качает головой. – Я не понимаю, что ты во мне нашла, – выпаливает, глотая слова.
– Не поняла… ты серьезно сейчас? – недоверчиво смотрю на него. – То есть ты настолько низкого о себе мнения, что считаешь, что к тебе… м-м-м-м, нельзя испытывать искреннюю симпатию и интерес?
Он только отводит глаза.
Ясно-понятно. Комплексов тут не просто вагон, а целый товарняк… Нет, я понимала, что с уверенностью в себе у него почти наверняка проблемы. Но считала, что он работал над этим и что силы его характера хватит, чтобы не сомневаться во мне. В конце концов, мы ведь честно обо всем говорили… Но, видимо, пока недостаточно.
– Послушай, – говорю мягко, – вряд ли мои слова поправят дело. Но я хочу тебе сказать абсолютно честно, Марк, что я в своей жизни не встречала еще такого… хорошего, по-настоящему хорошего, порядочного, умного человека, как ты, – наклоняюсь вперед, кладу ладони ему на плечи, вглядываюсь в темные глаза, ловлю напряженное и одновременно смущенное выражение на его лице. – Ты замечательный, – качаю головой. – Ты потрясающий. Ты удивительный. И если никто тебе этого раньше не говорил, то это их проблемы, что они тебя не разглядели!
Марк явно не знает, что ответить на мою прочувствованную речь, но я и не жду ответа. Глупо думать, что у него в голове все исправится по мановению волшебной палочки.
Ну ничего. Нам просто нужно время.
– Кстати, я тут вспомнила кое-что, – улыбаюсь, решив попробовать увести разговор немного в сторону. – Ты попросил меня пойти с тобой в качестве твоей спутницы… а ведь в шаблоне договора, который мы с тобой так и не подписали, у меня была такая обязанность! Сопровождать тебя в качестве спутницы! Ну и что прикажешь мне думать по этому поводу? – смотрю на него с притворно возмущенной миной на лице.
– Ева! Ты на что намекаешь?! – Марк возмущенно вскидывается. – Порви уже этот договор и выбрось его к черту…
– Зачем ты вообще внес в него такой странный пункт? – с интересом наблюдаю, как меняется выражение его глаз. – Ты о чем думал в тот момент?
– Ни о чем я не думал, – бурчит мужчина. – У меня мозги не работали…
– Ни за что не поверю, – качаю головой и вздыхаю. – Ладно, проехали. Ну так что, мы с тобой продолжаем искать неведомые доказательства еще полторы недели командировки или возвращаемся в столицу?
– Возвращаемся, – кивает он уверенно, садится за стол, пододвигает к себе ноутбук. – Феликс с этим тоже согласен, да и я не вижу смысла в том, чтобы тратить эти дни впустую. В оставшиеся филиалы отправятся проверяющие, а мы будем решать проблемы в головном офисе.
– Думаешь, есть еще кто-то, кроме руководителя отдела поставок, кто в курсе и имеет «долю» в этом деле? – спрашиваю, задумавшись.
– Почти наверняка, – Марк морщится.
– А этот Феликс… Эдмундович, – смотрю на него. – Ты сказал, что он приедет. Это ведь не просто так?
– Не просто, – он кивает. – Масштабные увольнения требуют присутствия главы Совета.
Только вздыхаю. Кажется, компанию будет лихорадить ближайшие недели, а то и месяцы. Вспоминается злой взгляд того руководителя, угрожавшего мне после самого первого совещания, на котором я присутствовала.
Ох, угодим мы из огня да в полымя…
А ведь меня и саму ждет куча дел. От бытовых до….
– Марк, – зову рассеянно, – с билетами на самолет мне разобраться?
– Не нужно, я уже отдал распоряжение человеку, который отвечал за подготовку командировки до тебя, – отзывается он. – Полагаю, на утренний рейс есть места.
И оказывается прав. Места действительно есть, и на следующее утро столица встречает нас хмурым небом и накрапывающим дождиком.
Я старательно не акцентирую внимание на том, что меня не спрашивают, куда ехать – а просто привозят нас обоих к Марку домой. Спорить и доказывать, что мне бы к себе в квартиру неплохо съездить, не хочется. Я ведь все равно туда попаду рано или поздно, одежда с собой есть, ну и зачем его сейчас напрягать? Тем более что я почти уверена, что ему идея моего отъезда не понравится.
Мне она и самой не то чтобы нравится… да к тому же я нервничаю из-за того, что будет дальше. Как-то за последние дни совершенно забылось, что у каждого из нас есть своя жизнь с ее проблемами…
И хочется оттянуть «счастливый» момент, когда придется с ними справляться. Поэтому ни словом не возражая, иду следом за мужчиной и, как только Резанов открывает дверь, оказываюсь под ударной волной слюнявых «поцелуев» от Тайсона.
– Тай, ну хватит! – Марк пытается угомонить пса, который вертится между нами, прыгая то на своего хозяина, то на меня.
– Соскучился он по вам, Марк Давидович, – встречающий нас Павел довольно ухмыляется. – Ева Андреевна, давайте вещи-то, в вашу комнату отнесу…
– В мою комнату, Павел! – спокойно поправляет его Марк.
От этого распоряжения челюсть у помощника ползет вниз, а брови вверх, да так, что того и гляди в волосах запутаются.
– А-а-а… да-да… конечно, – Павел пару раз кивает, подхватывает мой чемодан, кидает в нашу сторону еще один ошарашенный взгляд. – Дамир… завтрак приготовил, – говорит, явно стараясь не пялиться на нас слишком уж сильно. – Сказать ему?..
– Евушка, ты голодная? – Марк оборачивается ко мне, и мы оба вздрагиваем от грохота.
– Это… простите, я тут… – бедолага помощник торопливо поднимает стул, который сбил чемоданом. – В общем, завтрак как обычно, Марк Давидович, Ева… э-э-э-э, Андреевна, – кивает нам и поспешно исчезает в коридоре.
– Ну и зачем было так шокировать беднягу, – качаю головой, глядя на мужчину.
– Пусть привыкает, – Марк криво усмехается.
Позавтракав и оставив Павла с Дамиром переваривать потрясающие новости – а может, и обсуждать, мужчины иногда сплетники покруче женщин – едем на работу. Я немного переживаю, как могут воспринять в компании мое отсутствие вместе с боссом и потом появление с ним же… Но дел в первый день после почти полуторанедельного отсутствия столько, что в итоге ничего не замечаю.
У Марка весь день встречи – кого-то он вызывает сам, кто-то приходит за подписью и со всякими делами, которые требуют срочного решения. Мне тоже приходится разгребать накопившуюся текучку. Так что я даже не сразу поднимаю голову, когда мужчина вечером выходит из кабинета.
– Ева, заканчивай, – слышу усталое. – Поехали домой.
Глава 29
– Хорошо, сейчас, минуту! – поднимаю палец, не отрываясь от данных, которые сверяю. – Пару минут! Закончу…
– Ужас какой, – замечаю боковым зрением, как Марк опускается на кресло для посетителей возле моего стола, опирается локтем о стол, подпирает ладонью подбородок. – Мой секретарь заставляет меня чувствовать себя лентяем. Чтоб ты знала, я таких ощущений со школы не испытывал.
– Не верю, что ты там ленился, – отвечаю машинально, пробегая глазами по последним строчкам.
– Ну, может, в начальной… сейчас уже не припомню, конечно.
– Все, все совпадает, – с облегчением отрываюсь от экрана, выдыхаю и откидываюсь на спинку кресла. – Слава богу!
– Ты умница, – улыбается мужчина.
– Помнится, скорость моей работы была признана тобой неудовлетворительной, – говорю немного ехидно.
– Ну Ева!.. – он отводит глаза. – Все мои слова мне будешь припоминать, да?
– А как же, – фыркаю, поднимаясь и потягиваясь. – У меня все тело затекло, – жалуюсь ему.
– Вот и поехали, тебе надо отдохнуть! – Марк тоже встает.
– Мне бы надо домой заехать, – закидываю пробную удочку, искоса глядя на него.
– До выходных потерпишь? Я с тобой съезжу, – легко соглашается мужчина, идя рядом.
– В смысле… – растерянно хмурюсь.
– В смысле возьмешь те вещи, которые тебе нужны, и мы их отвезем, – Марк тормозит, смотрит на меня, и я вижу, как стремительно меняется выражение его лица. – Ты же не хочешь сказать, что… уедешь к себе?
– Марк.…
– Ты хочешь уехать? – голос у него чуть срывается.
– Нет, не хочу, – отвечаю мягко, и он переводит дыхание. – Но тебе не кажется, что мы… немного торопимся?
– Нет, не кажется, – Марк упрямо качает головой.
– Ладно, хорошо, – иду на попятный. – В любом случае, здесь не слишком удачное место, чтобы это обсуждать, – оглядываюсь по сторонам.
Мы уже подошли к лифту, но рабочий день давно закончился, и вокруг никого. Марк тянется и касается моей ладони, переплетая наши пальцы. Я смотрю на наши руки – на нем сейчас привычно надеты перчатки.
– Единственное, чего я хочу, это чтобы ты была рядом, – слышу тихое, поднимаю голову и улыбаюсь мужчине.
– Я ведь уже говорила, – киваю, глядя ему в глаза. – Я рядом.
У мужчины дергается кадык, но он тоже улыбается и, качнувшись, обнимает меня одной рукой, на секунду уткнувшись в мои волосы.
До дома мы доезжаем быстро, ужинаем, потом Марк предлагает мне разобрать вещи.
– Я же не буду занимать твою гардеробную, – улыбаюсь, когда захожу следом за ним в спальню, памятную мне по тому утру, когда меня сюда привел Тайсон.
– Почему нет? – он пожимает плечами. – Занимай столько, сколько тебе нужно, – смотрит на мобильный, куда приходит какое-то уведомление, хмурится. – Евушка, мне нужно еще немного поработать, хорошо? Я буду в кабинете.
– Хорошо, – киваю, провожаю его взглядом, смотрю на Тайсона, который крутится тут же. – Ну что, малыш, давай я разберу чемодан, а потом попросим твоего хозяина погулять с нами?
Пес виляет хвостом, и я, потрепав его по ушам, достаю и развешиваю на плечики ту одежду, которая осталась чистой, и складываю отдельно то, что требует стирки. Спрошу потом у Павла насчет той химчистки внизу или где она там. А что-то можно и здесь постирать, стиральная машинка же наверняка есть.
Кстати, а Марк ведь говорил, что в квартире есть небольшой бассейн! Сейчас мне еще пару дней нельзя, но дальше… я бы поплавала!
Смотрю на часы и понимаю, что провозилась больше часа. Да и время позднее. Выхожу из комнаты и иду на поиски кабинета. Ох и огромная же квартира!
Марк обнаруживается в третьей по счету комнате, сидит в кресле и, хмурясь, перелистывает какие-то бумаги. Поднимает на меня глаза, и теперь хмурюсь уже я – какие-то они у него воспаленные… Или это кажется из-за приглушенного освещения?
– Тебе не пора отдохнуть? – спрашиваю негромко, подходя к нему.
– Хотел закончить сегодня с этим, – он устало улыбается, я киваю, кладу руку ему на плечо и даже через рубашку чувствую жар.
– Марк, ты же весь горишь! – встревоженно касаюсь его лба ладонью, потом губами. – У тебя температура!
– Не выдумывай, – он закрывает глаза, явно подставляя лицо под мои прикосновения.
– Ну да, конечно, это я выдумываю, – фыркаю недовольно, отодвигаясь. – Где у тебя градусник?
– Да нету у меня никаких градусников, – отмахивается мужчина, опуская глаза и делая вид, что крайне увлечен текстом документа, который продолжает держать в руках. – Зачем они мне. Такое разве что у Тайсона в собачьей аптечке.
– Я сейчас не буду напоминать тебе, как именно измеряют температуру собачьим градусником, – не сдерживая ехидства, многозначительно изгибаю брови, и Марк, посмотрев на меня круглыми глазами, заливается багровой краской до самых ушей, так что мне становится смешно.
– Шуточки у тебя… – выдавливает кое-как, возмущенно пыхтя. – Спроси у Павла насчет градусника.
– Вот это уже другой разговор, – удовлетворенно киваю.
Павел действительно моментально находит для меня вполне укомплектованную аптечку, и я возвращаюсь к Марку в кабинет.
– На, держи, – включив, протягиваю ему электронный девайс.
Он послушно сует его под мышку и откидывается на кресле, улыбаясь мне.
– Ты какой-то подозрительно довольный для болеющего человека, – смотрю на него, прищурившись.
– Я просто думаю о том, чем заслужил такое счастье, как ты, – Марк ловит меня за руку, переплетает наши пальцы.
– Счастье весьма сомнительное, но твое право, – усмехаюсь, поглаживая его кисть. – Давай сюда, – киваю на запищавший градусник.
Электронный экран победно сигнализирует: тридцать восемь и пять.
– Ты вообще реальный? – смотрю то на него, то на цифры.
– Не понял, – Марк растерянно хмурится.
– Тридцать восемь и пять! Ты что, не в курсе, что мужская предсмертная – это тридцать семь и два? – качаю головой.
– Мужская предсмертная? – смеется он.
– Именно, – поджимаю губы. – Любой из тех мужчин, кого я знаю, лежал бы в лежку и умирал! Но ты и тут отличился.
– Какой еще любой из тех?! – ревниво уточняет Марк, выпрямляясь.
– Ой, все! Так, – отодвигаю подальше по столу все бумаги, – быстро в кровать!
– Какой любой, Ева?
– Бо-оже, – тяну его за руку. – Если так хочешь поревновать, делай это, лежа в постели!
– Только с тобой, – он, встав, прижимает меня к себе.
– Мне от тебя жарко будет… – увидев, как сразу расстроенно ползут вниз уголки его губ, тут же добавляю: – Ничего, как-нибудь устроюсь, идем.
– Не надо, – Марк с усилием, явно преодолевая себя, отпускает меня и качает головой. – Я не подумал. Если это вирус, ты можешь заразиться.
– Позволь мне самой решать, где находиться, когда мой любимый мужчина плохо себя чувствует, – окидываю его хмурым взглядом. – Идем, – зову, потому что он замер на месте.
– Что ты сказала? – растерянный хриплый голос.
– А что я сказала? – непонимающе смотрю на него, и до меня не сразу доходит. – Ах, это… – наклоняю голову набок, улыбаясь. – Что ты – мой любимый мужчина? А разве нет?
– Твой… – выдыхает Марк, глядя на меня блестящими то ли от температуры, то ли еще от чего-то глазами. – Целиком и полностью, без остатка.
Не выдержав тех эмоций, которые отражаются у него на лице, делаю шаг обратно, к нему, закидываю руки ему за шею и обнимаю, прижимаясь покрепче.
– Евушка моя… – тихий шепот, он склоняется к моим волосам, целует.
– Твоя, – соглашаюсь так же тихо. – Тоже целиком и полностью, мой хороший. Пойдем, ты все-таки болеешь, тебе нужно отдохнуть.
Марк, не возражая и не отставая от меня ни на шаг, идет за мной в спальню.
– Тебя не знобит? – спрашиваю тихо.
– Нет, – он качает головой.
– Тогда давай снимем это все с тебя, – тянусь к пуговицам на его рубашке. – Ну что ты делаешь? – улыбаюсь, потому что он мешает мне его раздевать, то поглаживая мои руки, то притягивая к себе в попытке обнять.
– Касаюсь тебя? – мужчина улыбается.
– Снимай брюки и ложись, – хмыкнув, вытягиваю из шлевок ремень.
– С ними ты мне помогать отказываешься? – Марк хитро смотрит на меня.
– Тебе сейчас нагрузки на организм противопоказаны, – фыркаю, но расстегиваю молнию, стараясь не касаться его. – Давай, дальше сам. И ложись уже, ради бога, тебя же качает!
– Это не из-за болезни, – он все-таки заканчивает раздеваться и действительно ложится.
– Если не знобит, то не укутывайся в одеяло, – присаживаюсь рядом. – А то температура только выше станет, – кладу руку ему на лоб и хмурюсь.
По-моему, еще поднялась. Может, сходить попросить у Павла еще и парацетамол?
– Ты почему так нервничаешь? – Марк снимает мою ладонь со своего лба, целует, переплетает наши пальцы. – Это всего лишь температура.
– Перекос в сознании, – чуть усмехаюсь. – У меня мама всегда очень переживала, когда я болела, ну, из-за моих особенностей. Ты ведь тоже не был здоровым ребенком, неужели у тебя не так?
Взгляд мужчины на секунду становится каким-то… пустым. Но он тут же моргает, снова фокусируясь на мне.
– Нет, Евушка. Я очень рано стал самостоятельно справляться со всеми проблемами, – качает головой. – В том числе со здоровьем, – добавляет после паузы.
– Ты не хочешь… рассказать? – спрашиваю неуверенно. – Твоя мама, какая она? Адам говорил мне, что у вас с ним разные отцы… я не настаиваю! – произношу торопливо. – Только если ты сам хочешь!
– Тема не слишком приятная, – Марк чуть кривится. – И это еще слабо сказано. Отца я помню плохо, его не стало, когда мне было четыре. Отчима… лучше, – мне на секунду становится не по себе от выражения его глаз, но оно почти сразу пропадает, даже кажется, что показалось. – А с моей матерью ты познакомишься. На благотворительном вечере. Давай я расскажу про нее после этой встречи, ты сможешь составить впечатление сама. Тебе только важно знать, что не стоит реагировать на нее и ее слова.
– Тяжелый характер? – наклоняю голову, глядя на него.
– Да, пожалуй, – он хмыкает, но тут же с беспокойством смотрит на меня. – Ев, что бы кто ни сказал… наша жизнь – только наша. Не думай, пожалуйста, что чьи-то слова могут повлиять на отношения между нами!
– Я и не думала, – говорю успокаивающе. – Не волнуйся из-за этого. Давай я все-таки принесу тебе таблетку, и ты попробуешь поспать? Время уже позднее. А с утра надо будет узнать насчет больничного…
– С ума сошла? – мужчина смотрит на меня растерянно. – Какой еще больничный?
– Только не говори, что ты завтра собирался на работу! – недовольно прищуриваюсь. – Марк? – тяну угрожающе, потому что он замешкался с ответом.
– Вообще-то, я ни разу в жизни не брал больничный, – бурчит этот… трудоголик.
– Потрясающе просто, – закатываю глаза. – В компании с температурой под тридцать девять тебе делать нечего! Значит, будет для тебя очередной новый опыт!
– Ева…
– Спорить собираешься?
– Нет, не собираюсь, – он улыбается. – Сделаю так, как ты хочешь.
Довольно улыбаюсь в ответ и встаю.
– Пойду за таблеткой. Хочешь что-нибудь? Приготовить тебе чай с лимоном? Или воды?
– Ничего не нужно, Евушка, – Марк качает головой. – Сама возвращайся. Ты – мое лекарство.
– Меня иногда лучше принимать в гомеопатических дозах, – фыркаю, скрывая, как все сжимается внутри от этих слов.
– Глупости. Это лекарство мне требуется в максимальной дозировке, – он негромко смеется и тут же морщится, потирая шею.
Покачав головой, выхожу из спальни. У него, похоже, еще и горло болит… А ангина – дело непредсказуемое, осложнения может дать практически на что угодно.
Надо ловить момент, пока он покладистый из-за жара, и вызвать все-таки врача.
В очередной раз нахожу Павла – слава богу, мужчина пока еще не лег. Тот, расстроенно покачав головой на мои слова о высокой температуре, отдает мне всю аптечку целиком.
– Мало ли, еще что-нибудь понадобится, – хмурится мужчина.
Киваю в ответ, надо было вообще все сразу забирать, еще когда градусник просила. Заодно уточняю насчет врача, но тут Павел ничего сказать не может.
– Понятия не имею, Ева Андреевна, – растерянно чешет затылок. – Марк Давидович в жизни никогда никого домой не вызывал. Может, из частной клиники какой?
