Текст книги "Слова, что обрушат небеса (СИ)"

Автор книги: Анна Панкратова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 26 страниц)

Глава 9
Спасение от гнева

Деймонд затормозил у кромки леса и оценил забор, что оцеплял огромный особняк, заглушил мотор. Нервно оглядел шпили, только сейчас вспоминая, что тут могут быть камеры.

– Уже переспали? – спросил вдруг Феликс. Всю дорогу он был тих, словно рыба, ведь готовился к походу в дом греха, а потому всеми силами приглушал собственную магию: иначе Кейлус вмиг учует брата.

– Еще нет.

– И чего ждешь? Или она тебя не хочет?

– Нет, я просто благородный кретин.

– А, понял. Ну, и дурак.

– Ты готов? – сменил тему Деймонд. Говорить об отношениях с Харпер – последнее, чего он хотел, ведь сам не до конца понимал, почему остановил ее. Точно благородный кретин. – Мы просто выясним, что он тут делает. Попробуем найти информацию о свитке. Не лезем в драку. Не разговариваем. Не попадаемся на глаза. Да?

– Хорош уже! Умею я не вляпываться!

Деймонд не сомневался, что только Феликсу мог доверить свою жизнь. Увы, лучшего друга, чем грех, у него никогда не было. А, может, и не увы.

Давно стемнело, темнота укутывала одинокий дом на холме под Санкт-Петербургом вдали от цивилизации. Они оставили машину на окраине леса, надеясь, что ночью она сливается с пейзажем, и осторожно пошли к дому. Камер, к счастью, не было. Феликс подсадил Деймонд, помогая тому перебраться через забор. Сам грех превратился в дым, чтобы пересечь преграду. Он вышел с другой стороны и невозмутимо дернул плечами, словно ничего особенного не сделал.

– Надо будет Харпер показать, – сказал Деймонд. – Чтобы она осознала наконец, что ты реально сгусток магии, который принимает человеческое обличие.

– А, влюбилась в меня, да? Не мудрено.

Они зашагали по газону, до сих пор зеленому, не смотря на то, что наступил ноябрь. На территории особняка росло много высоких елей и елок, минимум цветов. Дом из дерева сверкал сотней огоньков вдалеке, вычурный и пафосный, он так и кричал, что в нем живут только богачи да грехи, что решили позабавиться в этом мире.

Деймонд шел впереди, выглядывая открытое окно или заднюю дверь, чтобы забраться внутрь. Раздался шум. Секунда, и он понял, что это открываются ворота. Феликс схватил друга за ворот пальто, толкнул к дому, и они прижались к стене, прячась за террасой.

Скрип шин, снова звук ворот, только теперь они закрывались. Свет на террасе зажегся. Раздались шаги. Деймонд осторожно высунулся, надеясь увидеть Кейлуса, чтобы убедиться, что это и правда его дом, но увидел того, кого ожидал меньше всего – бывшего Харпер собственной персоной в сопровождении Дерека: правой руки Кейлуса.

Дэн выглядел напуганным. Он с ужасом и восхищением оглядывался, мял в руках шапку, показывая миру светлые волосы. Деймонд ведь уточнил у Харпер, крашенный этот придурок или нет, но она не поверила, что он может быть светлым. Видимо, в этот раз Деймонд оказался прав.

– Это бывший Харпер, – прошептал Деймонд, возвращаясь в укрытие. Феликс хмыкнул.

– Интересно. Очень интересно.

– Надо подслушать, о чем они будут говорить.

Недалеко нашлось приоткрытое окно. Деймонд залез в дом, нервно оглянулся, но выдохнул, ведь оказался в пустой комнате. Феликс мягко опустился рядом, и они медленно вышли в коридор.

В доме горели светильники, тускло освещая богатые интерьеры. Казалось, они попали во дворец одного из царей России, но нет. Здесь всего лишь обосновался Кейлус, который решил ни в чем себе не отказывать.

Феликс приложил палец к губам, едва они дошли до главного фойе. Закрыл глаза, чтобы найти хозяина дома. Две лестницы полукругом уходили на второй этаж, а между ними была высокая двойная приоткрытая дверь, на которую и указал Гордыня.

Деймонд медленно подошел ближе, прижался к стене, волнуясь, что его заметят, прислушался.

– Ты подвел меня, мальчик мой, – говорил Кейлус.

– Она сама бросила меня, – промямлил Дэн. – Прошу! Я честно выполнял…

– Ты должен был следить за ней. Не дать ей свободу. – Голос Гнева расползался по помещению, заполнял организм до кроев, делая физически больно. – Неужели это так сложно⁈

Деймонд подошёл ближе к двери, выглянул в щелку. Кейлус сидел на стуле во главе длинного стола. Рука крепко держала трость, страшная улыбка застыла на его лице. Дэн стоял на коленях перед ним. Тряся от страха и ужаса. И Деймонд понимал почему: если на него так действует магия, то что же чувствует обычный человек, на которого она и направлена?

– Я сделал все, что мог, мой властелин, я правда старался. Я честно рассказывал, что она делала. Не выпускал ее из дома. Не давал никуда ездить. Морально подавлял ее. Я…

– Она вышвырнула тебя, как щенка. Спит теперь с лордом с земли Зимы. И ты это допустил, мальчик мой.

Феликс шикнул, привлекая к себе внимание: он прятался за вазой у лестницы. Грех чуть пошевелил вазу, намекая, что отвлечет Кейлуса. Вопросительно вздёрнул брови. Деймонд сразу понял вопрос: а надо ли спасать спасать бывшего Харпер? Так-то это глупо: сразу выдадут, что были тут.

Деймонд не хотел спасать Дэна. Ну, сдохнет и ладно. Издевался над Харпер, еще и следил за ней для Кейлуса. Но спасти его придется: как он в глаза ей будет смотреть? Она не раз повторяла, что благодарна бывшему за многое. Точно благородный кретин.

Он кивнул. Прижался к двери, готовясь выводить Дэна. Дурак? Нет? Глубокий вдох: Дэн урод, жизнь его накажет, но он не заслужил пока смерти. Это хорошее дело: спасти парня от Гнева. Ведь так?

Святые небеса, почему он сомневался⁈

Феликс уронил вазу, та рассыпалась на мелкие осколки с оглушительным звоном. Гордыня исчез, зато магия Гнева усилилась. У Деймонда и до этого гудела голова, а теперь выступили слезы, затошнило. Он почти упал, настолько дурно стало, но скорее напрягся, выставляя свой поток, как щит, чтобы хоть как-то оградиться от магии.

Шаги, от которых быстро забилось сердце. Стало так тревожно, что грудь сдавило, дыхание затруднилось. Магия Гнева черным дымом расползалась по дому, опаляла каждый угол, как невидимый враг.

Кейлус вышел в фойе, склонил голову, оглядывая вазу, ударил тростью о пол, заставляя стены в доме задрожать. Магия Гнева ринулась по комнатам, чтобы найти виновника происшествия, а Деймонд скорее скользнул в зал, приложил палец ко рту, всеми силами показывая Дэну, что надо молчать. Тот сидел на полу, трясся, весь потный и бледный.

– Дерек! – крикнул Кейлус. – Кто-то забрался в дом.

Новый звон, грохот, а потом раздалась пожарная сигнализация. Деймонд решил не выяснять, действительно ли Феликс устроил пожар или просто врубил сигнализацию. Он подбежал к Дэну, схватил его под мышками и потянул, заставляя встать. Тот зарыдал.

– Прости, – мямлил он, глотая сопли. – Не убивай…

– Идем уже, кретин! – шикнул Деймонд, помогая тому подняться. Потащил за собой, ведь ноги не слушались парня. Пришлось взвалить Дэна на себя, а потом и выкинуть из окна. Дэн упал на газон, он не переставал плакать. Деймонд посадил его, дал пощечину, пытаясь привести в чувства.

– Я брошу тебя здесь, – холодно сказал Деймонд. Дэн замер. Поток слез прекратился. Все еще текли сопли и слюни, но, кажется, он понял, как это работает. – За мной.

Деймонд помог Дэну встать, указал в сторону калитки, догадываясь, что через забор тот сегодня не перелезет. К счастью, впереди показался Феликс. Он яростно махал, ведя следовать за ним, мощным потоком выломал ворота. Кажется, Гордыня решил сегодня не церемониться.

Они бежали. Дэн спотыкался, висел на руке Деймонда, но послушно шевелил ногами. Пожарная сигнализация продолжала орать, вдалеке гудели сирены, позади – топот слуг Гнева. Деймонд запихнул Дэна на заднее сидение, а сам сел на пассажирское. Феликс тут же завел машину и вдавил педаль газа.

– Нам конец! – крикнул Деймонд. – Это все ты виноват, придурок!

Дэн пискнул. Как же глупо было его спасать!

– За нами погоня, – спокойно известил Феликс.

– Я сделаю. – Деймонд вызвал кинжал, оставил порез на ладони и положил раной вниз на приборную панель. Закрыл глаза, собирая свою силу, направляя поток на машину, что неслась по тихой улице. Кровь засветилась, начала расползаться и превращаться в жидкое стекло. – Кровь спаси нас, убереги от глаз чужих.

Поток подхватил кровь, ускоряя ее движение. Деймонд стиснул зубы, борясь с болью, но он привык: магия – почти всегда делает больно, она питается от этих чувств, забирает часть тебя, твою силу и энергию.

Кровь облепила всю машину, секунда, яркая вспышка, и она стала невидима. Деймонд откинулся на спинку сидения, закрыл глаза, пытаясь собрать себя в кучу.

– Держи. – Феликс протянул ему платок, кивнул на пораненную руку. – Блестяще выполнено.

– Какого хрена у тебя свиты нет?

– Предпочитаю никому не приказывать. У тебя тоже нет слуг, лорд Ванклифф.

Деймонд замотал рану, сдержался, чтобы не оглянуться на Дэна. Он слышал всхлипы, стоны – кажется, Гнев высосал из парня все, что мог.

– В бардачке зелье, дающее силы, – подсказал Феликс. Заметил взгляд Деймонда. – Нам нужна информация. Еще я украл пару бумаг и книг из дома Кейлуса.

Феликс вытащил из расширенного магией кармана пальто кипу бумаг, пару дневников и книг, протянул Деймонду. Тот сложил все в рюкзак. Слишком темно, чтобы читать. И мозг слишком устал, чтобы думать. Но зелье для Дэна все же нашел.

Преследователи скрылись вдали, кажется, они повернули не в ту сторону, когда перестали видеть машину. Деймонд вытащил телефон и набрал Харпер: он обещал сообщить, что в безопасности.

Она ответила почти сразу.

– Все хорошо, – успокоил Деймонд. – Украли какие-то бумаги, пару дневников. Едем к Феликсу, чтобы все изучить, так что вернусь днем. Ложись спать.

– Точно все хорошо? – не поверила Харпер. Деймонд не сдержал улыбку, слыша, как дрожал ее голос. И правда за него волнуется. Это приятно. – Включи видеосвязь. Вы целы? Никто не ранен?

– Мы целы, веснушка. – Деймонд переключил звонок на видео, показал себя, специально держа телефон раненой рукой. Только бы Дэн не вздумал орать! Про него Харпер пока лучше не знать. – Видишь? В машине, едем в безопасное место. Все хорошо.

Деймонд переключил камеру, приоткрыл рюкзак.

– Вот бумаги. Вот Феликс за рулем. – Деймонд показал довольного греха, тот махнул в камеру. – Вот дорога. Видишь? Все тихо. Даже погони нет.

– И там правда был Кейлус? – не сдавалась Харпер. Уставшая, без макияжа, но все еще в домашней одежде. Кажется, ложиться спать она не собиралась.

– Был. Он действительно остался тут. Но он нас не видел, мы были осторожны. Веснушка, ложись спать. Я вернусь и все расскажу.

– Будь осторожен, ладно? Пожалуйста!

– Я в безопасности. Со мной Феликс. Что может пойти не так?

– Я тебя очень жду. Возвращайся.

– Вернусь. Ложись спать.

Деймонд закончил звонок, убрал телефон в карман, потер переносицу, размышляя, что теперь делать с Дэном. И тут он неожиданно подал голос.

– Охренеть, – донеслось сзади. – Еще месяц назад она говорила, что любит меня. А теперь…

Деймонд сжал кулак. Похоже, Дэн совсем дурак, раз не понял, в чьих руках его жизнь.

– Хотя… да. Девка она дешевая, ей много не надо. – Дэн подвинулся на середину сидения, выглянул вперед. – На ногти не ходит. Всякие там брови, ресницы тоже не делает. Волосы отращивает, красит сама. Красится, это да, но косметику выбирает дешевую. Платья, конечно, большая статья расхода, еще украшения. Книги! Чертовы книги! Но хуже все эти штативы, свет…

– Ты заткнешься? – прошипел Деймонд.

– А что? Понял наконец, что бабы дадут любому, кто им деньги будет давать? Алина вон меня выставила, так сразу тебе дала, да? Чтобы ты теперь за коммуналку ей платил и все эти книжки покупал. Проститутка.

– Феликс, останови.

– Э, нет, ты убьешь его.

– Останови!

– А еще она цветы не любит. Удобно, правда?

– Останови!

Феликс все же съехал на обочину, ведь Деймонд вызвал кинжал, готовый устроить драку прямо в салоне, и пытался перелезть к Дэну, что прижался к двери.

Едва машина остановилась, Деймонд вылетел на улицу, вытащил Дэна и поволок его в лес. Толкнул к дереву, приставил кинжал к горлу. Его остановило лишь то, что Дэн мог что-то знать. Если бы не это… убил бы.

– Ну что? Все бабы такие. Не понял еще? – продолжал Дэн. – А эта еще и на книгах своих помешана. Трахать скучно до ужаса. Сосет неплохо, но мать вашу… еще и толстая. Сколько раз я ей говорил, что пора жрать один салат… – Дэн широко улыбнулся, и от этой улыбки мурашки шли по коже. Он не пытался себя спасти, напротив, делал все, чтобы его мучения завершились как можно быстрее.

– Заткнись! – прошипел Деймонд, вдавливая кинжал в шею. Выступила кровь, Дэн дёрнулся.

– Ее можно воспитывать, знаешь? Как собачку. Ругай за плохое поведение и наказывай холодом. Хвали, едва она начинает слушаться. Когда ведет себя тихо. Не мешает. И снимает трусы, как только ты попросишь. Только жрать ее не отучить.

– Потому что она стресс заедает! Из-за тебя!

Феликс оттащил Деймонда от Дэна. Тот жутко хохотал, стирая рукой кровь с шеи. Тело рвалось в бой. Покарать. Наказать. Убить. Но Феликс не позволял.

– Как ты не видишь, что он делает⁈ – взревел грех. – Он понял, что ты убьешь его быстро! А Кейлус будет мучить!

– Он заслужил!

– Он нам нужен! И Харпер! Харпер! О ней ты подумал⁈

Деймонд вырвался, но немного остыл. О Харпер он думал, еще как, иначе, почему так желал покончить с идиотом, что посмел ее унижать и оскорблять? Однако Феликс прав: такое Харпер не простит.

– Магия Гнева развязала ему язык. Сам же знаешь.

– Знаю. Но еще чувствую, как ему страшно. Какая безнадега его окутала. Он уже мертв внутри. А в этом мире бывших своих девушек не убивают, какими бы уродами они не были! Тут убийства – страшный грех!

Дэн закашлялся, сполз по дереву вниз и расселся на земле.

– Вы хотите знать, что Кейлусу от меня надо, да? – Дэн снова стер кровь с шеи, нервно оглядел руку. – Он пришел месяцев восемь, может, девять назад. Велел следить за Алиной, ну, Харпер, как она просит себя называть… тьфу ты…

– И? – поторопил Феликс.

– И я должен был морально ее уничтожить, чтобы дать мотивацию сделать то, что хочет Кейлус. Надо было… мучить, но не отпускать. Держать ее дома. Чтобы точно не уехала никуда. Кейлусу важно знать, где она находится. А потом он бы дал сигнал, чтобы я окончательно ее уничтожил морально. По его плану она должна было сама себя убить. Не знаю, как бы я это сделал… не смог бы. Я правда… не знаю…. Не заслужила она такое. Но он Гнев! Что я мог сделать? Это все. Алина выгнала меня, я накосячил. Теперь Кейлус убьет меня.

– Что он обещал? – спросил Феликс. Дэн поднял покрасневшие глаза.

– Отвести в Мунфол, чтобы пробудить силу. Подарил мне Сюзану. Поговорить с ней не о чем совершенно, но она такая безотказная… все сделает. Когда угодно. И как стонет…

– Похотливый кусок дерьма, – выплюнул Деймонд, возвращаясь к машине: что хотел, он услышал. Немного постоял в смятении, пока не вспомнил, что сам укрыл ее магией. Вытянул руку, чтобы нащупать корпус.

– Не будь святошей! Словно сам не любишь трахать красивых баб! – крикнул вслед Дэн, закашлялся. – Защити ее! Пожалуйста!

Деймонд обернулся.

– Я не могу ее спасти. Я всего ли человек. А ты – можешь. Так защити ее.

– Защищу, — сквозь зубы ответил Деймонд . — Всегда. А ты просто трус.

Деймонд сел на пассажирское сидение, запустил пальцы в волосы, не зная, что делать. Все естество орало, что от Дэна надо избавиться, как от мусора. Но Феликс прав: в этом мире так не принято. Здесь есть закон, который Дэн пока не нарушил, значит, к ответственности его не привлечь. А убийство… Харпер его не простит. Испугается. Значит, придется держать себя в руках. Вот если она разрешит…

Зазвонил телефон, и Деймонд скорее ответил.

– Веснушка?

– У меня беда. Огромная. Можешь приехать?

Деймонд всерьез заволновался. Кейлус решил забрать ее? Под ее дверью стоят парни в масках? Ее уже тащат в багажнике куда-нибудь⁈

– Батарею в ванной прорвало. Ну, полотенцесушитель. Воду перекрыли, но поздно. Пока искала, кому звонить… тут все в воде. Я сейчас соседей залью! Уже наверно!

– Не зальешь, – спокойно ответил Деймонд. – Закрой глаза, ощути свой поток и направь его на воду. Буквально ощути каждую каплю на полу, поняла? Как огонь, помнишь? И не забывай, что без крови тут колдовать очень сложно. Хватит небольшой раны на пальце.

– Ты с ума сошел…

– Я уже еду, но от воды лучше избавиться прямо сейчас, хорошо? Делай, как я учил.

– Я убью тебя, – прошептала Харпер, хлюпнула носом. – Что потом?

– Скажи: вода в огне иссуши себя.

– И все?

– Все. Главное, ощутить эту воду, направить на нее поток. Пробуешь?

– Да, погоди.

Стук, ведь Харпер положила куда-то телефон, ее бормотание, ругательства, но вскоре она снова схватила телефон.

– Получилось!

– Я же говорил. Скоро приеду. Не трогай ничего.

В машину вернулись Феликс и Дэн. Оба разъяренные и красные. Успели поругаться? Не удивительно.

– Могу попросить тебя об одолжении?

– Убить и закопать? Нет. У меня после прошлого раза кровь все еще из-под ногтей не отмылась, – отрезал Феликс, широко улыбнулся, наслаждаясь тем, как Деймонд закатывал глаза.

– Сделай ему новые документы. Отвези в аэропорт. Билет пусть купит сам, чтобы у меня не было соблазна догнать его.

– Окей, не проблема. Ты к Харпер?

– Угу.

– Ладно, докинем тебя до нее.

Дэн, к счастью, промолчал. Видимо, понял наконец, что шанс пережить эту ночь у него есть.

Деймонд нашел Харпер в ванной. Воды на полу не было, но вещи все равно остались мокрыми, особенно коврик, который валялся в ванне, ведь ей не хватило сил его выжать. Она изучала баночки, выливала воду и устало вздыхала. Волосы влажные, глаза уставшие, поэтому он не нашел в себе сил рассказать про Дэна. Знал, что врать нельзя. Это худшая идея, если ты влюблен в девушку, но… это разобьет ее!

– Понятия не имею, что случилось, – сказала Харпер. – Просто услышала шум! И… ужас какой. Хорошо, у бабушки все важные номера в блокноте хранятся, который я догадалась не выкинуть. Меня обматерили, что я ночью звоню, конечно, но воду перекрыли.

– Весь стояк перекрыли?

– Угу. Дело плохо.

– Я разберусь. Не проблема. – Деймонд подошел к Харпер ближе, обдумывая бред, что наговорил Дэн. Как можно не любить ее? Называть толстой? Обижать? Унижать? Уходить к другой? Да, он еще плохо ее знал, возможно, у них ничего и не выйдет, но прямо сейчас он готов провести с ней всю жизнь. И сделает все, чтобы не потерять такое сокровище. – Веснушка, у нас смена траектории наших отношений.

– М-м?

– Я влюбился.

– В кого?

И ведь правда не понимала! Стояла такая красивая, невероятно притягательная. В глазах смятение, губы чуть дрожали. Ревнует? Приятно это видеть!

– В тебя.

– Меня? С ума сошел? Зачем?

Вот и одна из сотни причин, почему он влюбился: ее способность говорить все, что происходит в голове. Ни грамма лжи, никаких игр, никакого притворства. Всегда такая, какая есть. Бесстрашная.

Когда он влюбился? Когда она ему зашивала рану, не споря и не вопя, чтобы он пошел вон из ее квартиры? Они хоть именами до этого обменялись?

Или когда она согласилась провести ритуал, чтобы избавить его от яда? Не ругалась. Просто делала, что он велел, чтобы спасти ему жизнь.

Да, скорее всего, она просто не знала, куда деть труп… но был ведь вариант выставить его за дверь, чтобы он умер в другом месте.

Или все же, когда она расшифровывала свиток и так мило хмурилась, морщила нос, а на лбу появлялась морщинка?

Или когда рассказывала о своих книгах? И у нее так горели глаза, такая жизнь кипела в ней, что невозможно было оторвать взгляд?

Сколько ночных разговоров у них уже было! Полутьма кухни, ягодный чай, ее горящие глаза и сотни историй, что она без умолку ему рассказывала.

Какая разница? Он не сразу это признал. Приглядывался, чтобы понять, не ошибся ли, стоит ли пытаться. Но после Мунфола понял, что стоит.

Он толкнул Харпер, подсадил на стиральную машинку и вклинился между ее ног, не давая сбежать. Она напряглась, но не пыталась отдалиться, когда он почти коснулся ее губ, укутался ее горячим дыханием, уловил запах шоколада: от нее всегда пахнет шоколадом, столько она его ест. Особенно, когда в стрессе.

– Ты сводишь меня с ума, веснушка, – прошептал он в ее губы, ощутил вдруг ее руку на своей спине, подался к ней ближе. – Я не могу перестать думать о тебе. Не могу отвести от тебя глаз.

– Думала, я нужна для поиска следующего свитка? А потом…

– Не отрицаю. Но теперь главная цель: защитить тебя любой ценой.

Он не выдержал. Впился в нее губами, опомнился и стал нежнее. Аккуратно захватил ее верхнюю губу своими. Заставил себя остановиться, ведь она так и не отвечала.

– Это план такой? – прошептала она. – Влюбить, потом использовать? Меня этим не возьмешь. Я опытный писатель.

– Знаю. Но я правда влюбился.

– Давай… – Она зажмурилась, и он чуть улыбнулся, ведь другого не ждал. – Пока побудем друзьями? Даже если ты не обманываешь, то… я… запуталась. Очень.

– Хорошо. Но если удумаю приставать к другим, яйца мне оторвешь, так будешь ревновать?

Харпер закатила глаза, но взгляд сказал все за нее: оторвет, еще как. И это справедливо. Если пытаешься добиться девушку, убедить ее, что любишь, то спать с другими – отвратительно. Да, ты свободен. Имеешь право. Но что увидит дама твоей мечты? Что ты ненадежный бабник, который бежит к другой, стоит проиграть одно маленькое сражение.

Харпер обняла Деймонда, закапала руку в его волосах.

– Мне очень нужен друг, – прошептала она. – Близкий человек, которому я могу доверять.

– У тебя есть такой человек.

Она обняла его еще крепче. Расслабилась наконец.

– Кажется, это именно то, что мне было нужно очень давно, – прошептала она. – Я даже Дэну позволяла спать со мной, лишь бы он позволил обнять себя после. Но он не позволял даже после секса. Сразу в душ уходил, словно я ему неприятна. Дура я, правда?

Она с мольбой посмотрела в глаза Деймонда, и он чуть не рассказал, кого спас этой ночью. Закусил язык: сейчас точно не время.

– Ты просто слишком хорошая. И слишком желаешь любви и поддержки.

– Говорю же, дура. Сейчас в моде сильные и самодостаточные дамы, которым не нужен мужик.

– Человеку нужен человек. Так всегда было. Это грустно, если тебе приходится стать сильной, ведь некому тебе помочь.

Деймонд отошел, ведь и не рассчитывал получить Харпер этой ночью, но понял, что пора обозначить свои намерения. Кажется, девушкам это нравится. А он давно не мальчик, чтобы стесняться и замалчивать чувства.

Он оглянулся на Харпер, заметил круги под ее глазами и решил дыру заделать сам: с нее на сегодня уроков хватит.

– Мне бы… – Деймонд задумался, какой материал точно есть в квартире. – Тесто есть?

– Тесто? В морозилке вроде есть слоеное.

– Неси.

Харпер не спорила. Не поддавала сомнению его просьбы. Деймонду это нравилось, но после слов Дэна о дрессировке (надо было все же убить его), он стал относиться к этому качеству по-другому. Неужели она воспринимает его слова как… приказы? И что с этим делать⁈

Она вернулась с пачкой слоеного теста. Деймонд положил руку сверху, оплел потоком, чтобы разморозить: ему хватит маленького кусочка. Оторвал немного и приложил к губам, выдохнул, на этот раз наполняя своим дыханием. Харпер неотрывно наблюдала за его действиями.

– Подойдет любой материал, – сказал Деймонд. – Важнее все равно поток магии. Без него все будет бесполезно.

– И кровь, да?

Деймонд улыбнулся: сообразительная. Он прилепил тесто к батарее, отмахнулся, когда Харпер заявила, что не знает, где дыра, ведь это не важно. Вызвал кинжал.

– Мне все еще неловко, что я забрала фамильную ценность, – заявила Харпер, оглядывая новое приобретение Деймонда: этот кинжал обычный, но все равно красивый. Золотая рукоятка с небольшими завитушками, но главное – острый и удобный.

– Не взяла, а приняла подарок, который я подарил от души, – ответил Деймонд, пронзая палец острием. Капнул кровью на тесто. – Вечная батарея получится. Ну, или тут же выйдет из строя, если иссякнет магия в мире, но это маловероятно. Боюсь, если иссякнет магия, то человечество умрет. Наша жизнь, души – тоже магия, в каком-то смысле.

Деймонд призвал поток. Тело залило тепло, а жар коснулся кончиков пальцев, которые он положил на батарею. Кровь заискрила, вспыхнула, пламенем покрыла всю батарею. Харпер в ужасе сделала шаг назад, но увидела, что все под контролем, и передумала включать воду.

Поток вихрем встретился с пламенем. Немного и… Деймонд отступил, оглядывая сделанную работу. Разумеется, изменения не видны, но он знал, что справился. Может, бытовые заклятия никогда не были его любимыми, но он считал их полезными, поэтому как следует изучил.

– Готово. Можешь звонить в ЖЭК.

– Не ЖЭК. Они ночью не работают. Я сантехника подняла… матерится он знатно, поэтому давай утром.

Деймонд рассмеялся, а Харпер вдруг озабочено осмотрела его, не выдержала, задрала кофту, ощупала живот и даже спину. Это, конечно, безумно приятно, но не когда он помнит, как выглядит ее нижнее белье, и, тем более, вкус губ. Он сможет сдержаться… но все чаще появляется вопрос «а зачем?». Он ведь чувствует, что и она к нему тянется!

– Харпер, я цел, – успокоил Деймонд. Она подняла его пораненную руку. – Сам порезал, чтобы укрыть машину. Через рану выходила магия: заживет за пару дней, даже шрама не будет. Честно.

Она закусила губу, но поверила: уже видела, как затягиваются раны через которые выходит магия. Не выдержала. Снова обняла.

– Я очень переживала. Очень-очень, – тихо сказала она. И это звучало лучше, чем признание в любви.