Текст книги "Ровнин. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Андрей Васильев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 84 страниц)

– Да. – Олег ощущал, что девчонка, похоже, находится на грани истерики, такая ее крепкое тело дрожь колотила. Значит, что? Значит, заканчивать следует.

– Вот пусть она теперь подумает, над кем в будущем смеяться стоит, а над кем нет, – совсем уже дружелюбно посоветовал ей Ровнин. – И кстати – не забудь объяснить своей хозяйке, какого лешего ты в этом клубе забыла. Что ты смотришь? Мне не надо. Мне все равно хотя бы потому, что этой информации теперь грош цена. С кем бы ты о чем там ни договаривалась, сделке конец по причине смерти одной из сторон. Все, проваливай. Свободна.

Олег отпустил косу, развернулся и направился к клубу, туда, где напарник Пал Егорыча бинтовал тому плечо, используя в качестве перевязочного материала свою майку.

– Обо всем подумали, а о бинтах нет, – сказал Олег, подходя к ним.

– Оно всегда так бывает, малой, – отозвался Пал Егорыч. – Все не предусмотришь. Да там ничего серьезного и нет. Кожа вспорота, кровянка течет, но мышцы, чую, целы. Внутри‑то всех положили?

– Тишина вроде, – прислушался Олег, а после поднял зонт и вложил в него клинок. – Значит, всех.

– Это хорошо, – улыбнулся ветеран и прикрыл глаза.

– Хорошо, – повторил за ним Ровнин и уселся на лестничную ступеньку. – Наверное.

Эпилог

Новость о случившемся стремительно облетела всю Москву. Нет, конечно, мигом тишь и гладь в столице не настали, но вектор слухов и сплетен про отдел из раздела «да что они могут» мигом стал смещаться в сторону «да ну на фиг с ними связываться». Если в клубе Ростогцева все прошло относительно тихо и быстро, то у Рашида вышла форменная бойня, которую после еще долго обсуждала ночная Москва. Славян не успокоился на том, что его группа перебила полсотни вурдалаков, а сам он лично прикончил главу семьи. Нет, он после еще и здание подпалил.

Собственно, это и был тот результат, ради которого все затевалось. И даже то, что после Морозову крепко прилетело от генерала, с которым он договаривался о прикрытии операции, никого, включая самого Александра Анатольевича, не расстроило.

Что до гостей столицы – уже через несколько дней они начали потихоньку разъезжаться по домам. На следующий, что скрывать, вряд ли бы кто‑то куда‑то поехал, ибо и билеты еще не куплены были, и успешный итог операции отмечался широко, то есть с огромным количеством алкоголя и шашлыками. Все‑таки не каждый день в городе прекращают свое существование сразу три вурдалачьи семьи, причем так, что при этом не гибнет ни один оперативник. Совсем чисто сработать не удалось: кроме Пал Егорыча, когти и клыки прошлись еще по нескольким бойцам, но это была малая плата за удачу. Да и тот факт, что из трех глав понес заслуженную кару только один, Рашид, не сильно работников отдела расстроил, поскольку и Ленц, и Ростогцев, и главы других семей в Москву теперь еще долго нос не сунут, опасаясь, что сезон охоты не закрыт. Это было предельно ясно всем.

Детальный разговор с Морозовым относительно князя у Олега не случился, он просто упомянул о том, что Ростогцев отбыл накануне в Лондон. Но при этом Ровнин был уверен, что начальник отдела сделал для него ровно то же самое, что он сам для Ленца, тем более что Саша относительно отсутствия в клубе Арвида разговор вообще не заводил. И это знание сняло с его души прописавшийся было там камень. Одно дело, когда только ты что‑то вроде и правильное, но при этом все же предосудительное сотворил, и совсем другое – когда кто‑то еще поступил так же. Тем более если это твой друг и начальник.

Метельские отбыли ближе к следующим выходным. За это время Ровнин сводил Светку в зоопарк, цирк и музей милиции, причем последний ее заинтересовал больше всего. Хотя и бегемот, конечно, ей тоже понравился, что скрывать. Ну, а ее мама... Олегу и Марине было хорошо летними ночами, что следовали за наполненными событиями днями, но они оба прекрасно понимали, что на этом все и закончится. Впрочем, их обоих это вполне устраивало.

Олег лично проводил маму и дочь на вокзал и посадил на поезд, следующий до Екатеринбурга. А еще на прощание подарил Светке здоровенную книгу сказок Бажова. Она в магазине, куда он заглянул в поисках подарка девчушке, произвела на него наиболее приятное впечатление, поскольку была большая, красивая и с картинками.

– Считай, путеводитель по твоей малой родине, – сказал он Свете.

– Сказки, – поморщилась та, разглядывая обложку, где была изображена женщина в зеленом наряде и с властным выражением лица. – Я ж уже взрослая.

– Сказка ложь, да в ней намек, – Олег погладил девочку по голове. – И потом – вдруг ты когда Хозяйку Медной горы встретишь? Всякое в жизни бывает. Хоба – а ты про нее все уже знаешь.

– Да ну тебя, – шмыгнула носом девчушка. – Лучше в гости приезжай. В «Маяк» сходим, на колесе покатаемся.

– Парк у нас так называют, – пояснила Марина. – Он имени Маяковского, потому «Маяк».

– Не обещаю. Но если буду в ваших краях – непременно загляну.

– Только позвони сначала, – добавила Марина. – Мало ли что?

Последним, подлечившись, отбыл Пал Егорыч, строго‑настрого велев если что, то непременно его вызывать. Мол, он готов, как юный пионер, хоть по факту давно пенсионер. Кстати, он, как и другие ветераны, отказался брать какие‑либо деньги, даже за проезд. Правда, при этом попытался утащить с собой «тэтэшник», объясняя это тем, что трудно нынче пенсионеру жить без пистолета.

Ну а больше всех были довольны случившимся Славян на пару с Василием. Во‑первых, они убили Рашида. Во‑вторых, несколько дней пробухали в хорошей компании, крепко сдружившись на этой почве с все тем же Леонидом Котовым. И в‑третьих, уломали Морозова купить один микроавтобус из числа тех, что были задействованы в операции. Да, на него ушел почти весь остаток денег, добытых Олегом, но, с другой стороны, не жили богато – и нечего начинать. Зато с транспортом. Причем – нормальным!

Но многое из перечисленного случилось чуть позже, а пока, проводив Метельских, Олег вернулся в отдел и только было собрался поставить чайник, как у него зазвонил мобильный телефон.

– Внимательно, – ответил оперативник.

– Добрый день, Олег Георгиевич, – прошелестел в трубке мужской голос. – Это Гоша.

– Какой Гоша?

– Управляющий клубом, – пояснил собеседник. – Мне Арвид Ансович дал ваш телефон и сказал, чтобы я звонил, когда дела совсем плохо пойдут.

– А они пошли именно так?

– Хуже некуда. Я не знаю, что мне делать.

– Ну, тогда рассказывай, – вздохнул Олег.

Собственно, это и было то небольшое одолжение, о котором попросил Ленц, а именно – если что, защитить его бизнес от возможных наездов что со стороны бандитов, что со стороны закона. Понятное дело, по мере сил и возможностей. Сказано – сделано, потому Ровнин очень внимательно слушал Гошу.

– Ясно, – подытожил он, когда собеседник замолк. – От телефона не отходи, скоро перезвоню.

Помедлив десяток секунд, он с мобильного же набрал номер, дождался ответа и бодро произнес:

– Сергей Сергеевич, мое почтение. Как ваше ничего?

– Если по делу – говори. Если нет – отбой.

– Два вопроса, оба важные. Первый – что там с четырьмя мажорами? Отыскали злодеев?

– А как же, – хмыкнул Ковалев. – Взяли шесть «торчков», которые их убили. А что вот так замысловато – так эта публика и не такое творит в угаре.

– Наверняка они и «чистуху» написали?

– А как же. Все, группа расформирована, дело в прокуратуру пошло по ускоренной процедуре.

– Ну и ладно. Теперь второй вопрос – вы в Таганском начальника СКМ знаете?

– Знаю. А тебе зачем?

– Да тут такое дело. – Олег выдержал паузу. – У меня приятель есть, владелец клуба. Хороший клуб, без всяких перекосов в неправильную сторону. Только спиртное, в смысле. Он уехал на какое‑то время, оставил за себя на хозяйстве паренька, Гошу. Тот молодец, в музыке, баре и прочем отлично разбирается, а вот в остальном слабоват. К нему вчера пришли двое наших, из главка, и начали на деньги раскручивать. Причем по нахалке, жестко и на такую сумму, что просто край. Бандосы и то на такие деньги коммерцев не выставляют. Сроку дали ему до сегодня, до двух часов дня. Мол, если денег не будет, то и клуба не будет, а ему лично за несговорчивость светит очень хороший срок по очень плохой статье. Как по мне – перебор. Нет, я бы и сам вписался, но не с моими погонами в этот разбор лезть. Пошлют меня, проще говоря.

– Пошлют, – подтвердил Ковалев. – Что дальше?

– И еще один момент, как по мне – главный. Это не их поляна, так какого они на ней делают? Там есть те, кто с этой грядки кормится, причем не просто так, а на законных основаниях. Это их «земля», они ее кровью полили – и своей, и чужой. А вот такой прецедент никому не нужен. Сначала главк одну точку в том районе под себя прогнет, потом вторую в другом... А после такой бардак начнется, что нам небо с овчинку покажется.

– Ты сам что‑то с этого клуба имеешь? – строго спросил Ковалев.

– Нет. Говорю же – он принадлежит моему другу, а с друзей денег не берут. По крайней мере, я живу по такому принципу. Но что он кому‑то в местный ОВД засылает – не сомневаюсь. Но это нормально. А то, что сейчас происходит – чистый беспредел.

– К двум, значит, подойдут? – уточнил Сергей Сергеевич, который мзду сроду не брал, но при этом очень не любил как безосновательную людскую борзоту, так и представителей главка. – Хорошо. Ты позвони этому... Как его...

– Гоше.

– Вот‑вот. Пусть он не трясется, нормально все будет. К нему пара‑тройка местных оперов подойдет, они «главковским» все что надо объяснят, подробно и доходчиво.

– Ну, и я подъеду, – добавил Ровнин.

– А тебе зачем?

– Я обещал вписаться в тему, если что, – пояснил Олег. – Слово есть слово.

– Тоже верно, – согласился с ним Ковалев. – Раз обещал – делай.

Конец третьей книги