290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Айдол-ян - 2 (СИ) » Текст книги (страница 34)
Айдол-ян - 2 (СИ)
  • Текст добавлен: 3 декабря 2019, 15:30

Текст книги "Айдол-ян - 2 (СИ)"


Автор книги: Андрей Кощиенко






сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 37 страниц)

Трек шестнадцатый

Время действия: двадцать второе июля, понедельник. Две недели с момента начала японского промоушена.

Место действия: гостиница.

– Так, все за мной, за мной!

Подняв голову вижу входящего в комнату ЮСона, который хлопая в ладони, ведёт за собой моих сонбе. За сонбе входят менеджер Ким и продюсер группы.

– Построились у стеночки, – командует ЮСон девчонкам, с довольным видом оглядывая фигуры онни и поворачивает голову ко мне, – ЮнМи, тебя это тоже касается. Быстренько, быстренько, красотули…

Встаю, присоединяюсь с краю к строю.

– Итак, – довольно потирая руки произносит ЮСон. – Девочки – вы молодцы! Вы отлично поработали!

«Новошеф» делает паузу, ожидая реакции. Наёмному работнику следует благодарить за признание его заслуг руководством. Благодарим. Кланяюсь вместе со всеми.

– Вне всякого сомнения, вы уже вошли в историю Халлю. – подождав, пока мы выпрямимся, так же энергично продолжает ЮСон. – Два раза подряд, «двойной килл» на недельном «Oricon», такого ни у одной корейской группы ещё никогда не было! Молодцы! Продолжайте так же!

Опять кланяемся, опять благодарим. Девчонки смеются, довольные похвалой. Я вежливо улыбаюсь.

– Это вступление. Приятное вступление. – подняв руку с отставленным указательным пальцем, с шутливой интонацией предупреждает ЮСон. – Но, я собрал вас здесь не только для того, чтобы похвалить вас за отличную работу. Я намереваюсь сделать сообщения, чтобы вы знали, что в план проведения вашего промоушена внесены изменения.

– Сначала о главном… – с озабоченным видом произносит он. – … К сожалению, здоровье президента агентства по-прежнему не позволяет ему вернуться к непосредственному руководству своей компанией. Ему потребуется ещё некоторое время на восстановление. Пока он отсутствует, контролировать выполнение ранее составленных планов, в Корее, будет господин КиХо. А продвижение вас в Японии продолжу я…

Ууу… – озабоченно выдыхают «коронки».

Похоже, со здоровьем шеф «залетел по-крупному». Блин!

– Но не нужно воспринимать отсутствие президента как нечто непоправимое. – предостерегает всех от падения духом ЮСон. – Президент находится в руках врачей и его жизни угрозы нет. Последняя время он слишком много работал, не думая о себе. Неудивительно, что теперь ему нужно время на восстановление…

– Господин ЮСон, – поднимаю я вверх руку, желая задать вопрос. – Так что же случилось с президентом СанХёном? Какой ему поставили диагноз?

– Диагноз является врачебной тайной. – смотря на меня отвечает тот. – И я прошу меня не перебивать, пока я не закончил говорить.

– Извините, аджосии. – извиняюсь я и опускаю руку.

ЮСон несколько секунд молча смотрит на меня, видимо осмысливая «аджосии», потом делает недовольное движение головы в бок и возвращается к своему незаконченному сообщению.

– Повторю ещё раз, – говорит он. – Президент сейчас в больнице и решения по вашему продвижению в Японии принимаю я. Текущая ситуация следующая. «Корона», по всем показателям, имеет в Японии великолепную популярность. Мероприятий, где вас ещё желают видеть, к тем, которые уже есть, набралось уже на две недели вперёд. Причём, благодаря популярности группы, все они высоко оплачиваются. Поэтому, я, как ваш руководитель, принял решение продлить ваше пребывание в Японии не на одну, а на две недели…

Повернув голову заглядываю в лица девчонок. На то, как они отреагируют. Девочки с сомнением качают головами и на лицах у них выражение «ну как бы хотелось, но, в то же время…»

– Я понимаю, что вам будет непросто выдержать подобный график. – тоже внимательно следя за реакцией группы, говорит ЮСон. – Но, придётся потерпеть. Чтобы вам было легче это делать, напомню вам, что вы пришли в к-поп, чтобы зарабатывать. А с заграничных выступлений, согласно ваших контрактов, вы получите гораздо больший процент, чем в Корее…

ЮСон делает паузу, смотря, как подействовали его слова. Я тоже смотрю и вижу, как выражение озабоченности с лиц девчонок пропадает, сменяясь воодушевлением.

– Кроме того, удачное завершение промоушена откроет для вас новые пути. – продолжает «ковать, не отходя от кассы» ЮСон. – Сейчас я рассматриваю поступившее от японской стороны предложение о проведении в «Tokyo dome» концерта группы «Корона»…

Давая время проникнутся произнесённым, ЮСон опять делает паузу.

– В «Tokyo dome»? – изумлённо переспрашивает БоРам. – Мы? Наш концерт?

ЮСон благосклонно кивает в ответ, совсем не став возмущаться, что кто-то влез, когда он не закончил говорить.

Пфф-ссс… – с присвистом выдыхает БоРам, показывая этим, что она – «в отпаде».

– Уже сейчас, японская сторона считает, что вы сможете продать восемьдесят процентов билетов. Но восемьдесят, это не сто. А чтобы продать все сто, следует для этого потрудиться. Поэтому, я и хочу, чтобы ваш удачно начавшийся промоушен был продлён. За это время вы ещё увеличите здесь свою фанбазу и продадите уже не восемьдесят, а сто процентов мест в «Tokyo dome».

ЮСон замолкает, ожидая реакции на свои слова. С интересом смотрю на своих сонбе. По их лицам вижу, что сонбе – ошеломлены открывшейся перспективой. Вроде, ничего не ожидалось, как вдруг!

– «Tokyo» … «dome»… – раздельно, словно пробуя на язык слова, произносит ИнЧжон.

– Вы будете первой корейской группой, которая даст полный концерт в «Tokyo dome», – говорит ЮСон. – Вы навсегда войдёте в историю.

– Я думаю, думать тут нечего! – с энтузиазмом произносит ДжиХён. – Конечно, мы согласны работать, господин ЮСон! Так ведь, онни?

Она поворачивается к согрупницам в поиске их согласия. Те, в разнобой, но уверенно, подтверждают, что согласны.

– ЮнМи? – повернув ко мне голову, ЮСон с вопросом смотрит на меня, так как я один из всех промолчал.

– У меня мобилизация в армию, пятнадцатого августа, аджосии. – напоминаю я о имеющемся факте. – И к этому времени армия меня просила, что-то им написать героического. Когда я буду это делать?

ЮСон очень неодобрительно смотрит на меня. Девочки, снова в разнобой, но в этот раз уже – вздыхают.

– Я получил образование в престижном заграничном университете, – начав откуда-то издалека сообщает мне факт из своей биографии ЮСон. – И склонен к демократическим методам управления, в противоположность принятым в Корее бизнес-процессам. Поэтому, стиль моего руководства не авторитарные приказания, а обсуждение проблемы со своими подчинёнными. ЮнМи, разве ты не хочешь, чтобы твоя группа стала самой популярной в Японии? Не хочешь навсегда войти в историю «Халлю»? Не хочешь, чтобы твои сонбе, которые поддерживают и помогают тебе, заработали денег себе и своим родителям? Ты не хочешь заработать денег сама и своей семье? Разве ты пришла в индустрию развлечений не для того, чтобы стать знаменитой и богатой?

«Мои сонбе?» – думаю я, пока ЮСон ждёт от меня ответа. – Похоже, чел «совсем не рубит фишку» …

– По решению президента агентства я должна была выйти из состава группы сразу после возвращения из Японии. – сообщаю я ЮСону похоже, неожиданную для него вещь.

– Этого не будет. – затратив три секунды на обдумывание информации отвечает мне он. – Ты останешься в группе.

Оба-на! Здравствуй праздник, Новый год! Это ещё с чего?

– Старший так решил. – интонацией старясь придать фразе «веское» звучание, объясняю я. – Президент Ли СанХён.

ЮСон секунду думает, смотря в пол.

– Уверен, – поднимая голову говорит он, что президент принял это решение исходя из той ситуации, которая существовала на момент его принятия. С того времени ситуация изменилась. Сейчас ты не можешь уйти из группы.

– Почему это? – удивляюсь я.

ЮСон задумчиво смотрит на меня, видимо размышляя – говорить или не говорить?

– Потому, – решив не отмалчиваться, объясняет он, – что ты сейчас «биас» группы для всей Японии.

Девочки шумно вздыхают после такого заявления.

– Все опросы показывают, что сейчас в Японии интересуются именно тобой, твоими глазами и твоей neko. И если тебя вывести из состава группы, то никакого концерта в «Tokyo dome» у неё не будет. – продолжает объяснять ЮСон. – Без тебя она не продаст столько билетов. И я уверен, что твоё присутствие в группе будет обязательным условием при заключении новых японских контрактов.

Со стороны онни доносятся несколько нервных вздохов, не вижу от кого именно, поскольку, подняв глаза, смотрю в потолок, озадаченный прозвучавшими заявлениям. Я – «биас» для всей Японии? Не, круто, конечно, но я же ничего не сделал для этого? Даже не пел! И чего, японцы идут исключительно на меня? Как-то не верится…

Я опускаю взгляд и смотрю на нового начальника, своими хотелками пытающегося перекроить существующую реальность.

– Господин СанХён принял решение, что после промоушена я буду заниматься продюсированием и индивидуальными проектами. – говорю я. – И я собираюсь следовать указанию главы агентства, аджосии!

Девочки справа от меня снова «нервно дышат», а ЮСон суёт руки в карманы брюк и закинув назад голову, рассматривает меня с непроницаемым выражением на лице.

– Занимайся, – пожав плечами спустя пару секунд говорит он. – Я тебе не запрещаю выполнять указание главы агентства. Но только будешь это делать в составе группы.

Молча смотрю на него. Он смотрит на меня.

– Тебе что-то ещё непонятно, ЮнМи? – поиграв со мной в «гляделки» и «молчанку» интересуется он.

– У меня в сутках будет сорок восемь часов? – с иронией в голосе спрашиваю я. – Как я буду всё успевать?

– Это всего лишь вопрос правильной организации работы. – спокойно отвечает мне ЮСон. – Например, занимаясь продюсированием только своей группы, сразу можно сэкономить массу времени только на дороге и общении с артистами и стафом другого агентства.

– Своей группы? – удивляюсь я. – Какой ещё – «своей группы»?

– Группа «Корона», – терпеливо поясняет мне ЮСон, – участницей которой ты являешься…

Пфф… – разочарованно выдыхаю я, чувствуя справа от себя эмоциональное напряжение.

Как говорится – «Вот те батенька, уши от дохлого осла!». Наслаждайся!

Поворачиваю голову вправо, оглядываю испуганно выглядящих девчонок. Чего они пугаются? Из-за того, что я спорю с руководством? Не, мне такой «хоккей» не нужен…

– Не знаю, что я могу сделать для своей группы, аджосии. – говорю я, поворачиваясь к ЮСону.

– Если не знаешь, то это знаю я. – спокойно отвечает мне он.

– Да? – удивляюсь я, иронично приподняв брови.

– Ну, во-первых, сингл написанный тобой для СонЁн. Продаётся он очень хорошо. – начинает перечислять ЮСон. – В такой ситуации разумно присоединить к нему несколько песен и продать его ещё раз, уже в виде диска…

Фига се! Он что, это серьёзно?!

– Во-вторых, поступившее предложение с японской стороны о проведении полноценных гастролей… Хотела быть продюсером? Вот тебе работа – написать несколько новых композиций и превратить их в полноценный номер. Принято, что на гастролях, коллектив даёт тридцать-сорок процентов нового к уже имеющемуся у него репертуару. Три-четыре новых сингла. Я слышал, что ты можешь написать песню за ночь. Раз так, тогда думаю, что это будет тебе не трудно.

Озадаченно смотрю на ждущего от меня ответ ЮСона. Похоже, чел реально верит в то, что говорит! Совсем ку-ку!

– Подобные вопросы я буду решать с президентом агентства. – отвечаю я, решив, что устраивать полемику сейчас нет смысла. – Это вопрос не вашей компетенции, аджосии.

Девочки в который раз шумно вздыхают.

– Хорошо. – спокойно отвечает мне ЮСон, – Вопрос о моей компетенции мы обсудим позже. Кроме тебя в агентстве есть другие люди и они ждут. Я не закончил своё сообщение.

– Итак, девочки, ещё раз вы – молодцы! – повернувшись к моим сонбе произносит ЮСон. – Отличный результат и отличные продажи! Но впереди у вас ещё две недели напряженной работы. Вам нужен, пусть небольшой, но, отдых. Я это понимаю и предлагаю вам в качестве отдыха – ужин в престижном ресторане. Перед ужином, вы совершите небольшую обзорную поездку по ночному Токио на лимузине и на нём же, приедете в ресторан. В процессе поездки будут небольшие съёмки для ваших поклонников о том, как вы празднуете свой «двойной килл» «Oricon» и «платину» «Nippon Rekоdo Kyоkai». В ресторане закажите себе всё, что хотите и будете отдыхать до упора.

Пфф… Какой же это отдых? Просто ещё одни съёмки. Я бы лучше поспал…

Я поднимаю руку для привлечения внимания.

– Да, ЮнМи? – поворачивается ко мне «новошеф».

– Я уже «упоролась». – сообщаю я и спрашиваю. – Можно, я останусь в гостинице?

Девочки опять вздыхают, ЮСон несколько секунд оценивающе меня разглядывает.

– ЮнМи, – говорит ЮСон, – ты уже продемонстрировав свои проблемы с поведением. Не нужно их демонстрировать мне повторно. Почему ты не хочешь ехать с группой?

А чего мне с ними ехать? Тоже мне, радость…

– Я устала, ЮСон-сии. – говорю я. – Я лучше посплю.

ЮСон молча смотрит на меня. Все смотрят на меня.

– Похоже, у тебя проблемы в отношениях не только с руководством агентства, но и с твоими сонбе. – делает вывод ЮСон. – Ты поэтому не хочешь ехать? Да? – спрашивает он.

– У меня нет проблем с сонбе. – отвечаю я, не став говорить, что с ними «не отношаюсь». – Я устала.

– Настолько, что не хочешь прокатится на лимузине по ночному Токио? Не хочешь вкусно поесть в шикарном ресторане? – не поверив, задаёт мне вопросы ЮСон.

– Да, настолько, аджосии. – отвечаю я, перед ответом несколько секунд обдумав, что мне предпочтительней – сон или еда?

– Что скажут поклонники, когда увидят, что тебя нет, что ты не празднуешь вместе со своими сонбе?

– Скажите им, ЮСон-сии, что я заболела. – предлагаю я.

– Чем?

– Чем-нибудь. Панической атакой, например.

ЮСон опять несколько секунд меня разглядывает, о чём-то раздумывая.

– Хорошо, – говорит он, закончив размышлять. – Давай поговорим без свидетелей.

– Оставьте нас одних. – приказывает он присутствующим.

Присутствующие с озадаченными лицами тянутся на выход.

Дождавшись, пока за последним из них закроется дверь, ЮСон поворачивается ко мне и начинает меня разглядывать. Неожиданно мне приходит в голову мысль, что мы остались одни и я настораживаюсь.

– Детка, – наглядевшись, в этот момент фамильярно обращается ко мне «новначальник». – Я вижу, что по отношению ко мне ты ведёшь себя вызывающе-агрессивно. Хочется понять причину твоего недовольства. Что случилось? В чём причина?

ЮСон выразительно смотрит на меня, я же, поджав губы, смотрю в ответ на него. Не дождавшись ответа, мой собеседник огорчённо вздыхает, сокрушённо качая головой, потом несколько раз хлопает ладонью по правому карману своего пиджака, так, словно собираясь что-то из него достать, но, передумывает. Проходит вперёд и присаживается на стол недалеко от меня, свесив ногу.

– Жаль, – говорит он, болтая ногой, – что придётся тратить время на подробные разговоры. Ну что ж, давай поговорим. Ты опечалена тем, что наша первая встреча прошла в сугубо деловой обстановке, без салютов и букетов роз? Так?

Я молча смотрю на явно охреневшего типа, ожидая продолжения.

– Видишь ли, ЮнМи, – говорит ЮСон, – мир устроен так, что мужчины оказывают знаки внимания женщинам, желая получить взамен от них благосклонности. Вполне возможно, что из-за своего возраста ты восприняла это неправильно, посчитав такое естественное проявление внимания, чем-то обидным для себя. Так вот. Ничего обидного в этом не было. Это естественно.

– «Внимание» к школьницам, естественно? – иронично интересуюсь я.

ЮСон вздыхает, утомлённо закатывая глаза к потолку.

– ЮнМи, – говорит он, вернув глаза на место. – не нужно строить из себя невинность. Я знаю, что ещё в средней школе девочки уже несколько раз прочитали всё, что есть в сети на эту тему. А возраст согласия в Корее – тринадцать лет. Тебе совсем не тринадцать. Так что, с точки зрения закона ничего противоправного не было совершено. Я тебе предложил помощь. Ты отказалась. После этого я тебя не преследовал, не угрожал, не делал повторных попыток, рассматривая ситуацию как деловое предложение, сделанное в рабочем порядке и отклонённое тобой.

Рабочем порядке? Фига себе – «рабочий порядок»!

– Это общепринятая в индустрии практика. – сообщает ЮСон, продолжая вдаваться в подробности. – Везде, во всех странах, женщины добиваются успеха используя… эээ… имея покровителя. Что в Корее, что в Японии, что в Америке. Так устроена жизнь. Возможно, тебя как-то задела будничность случившегося, сейчас я смотрю на это со стороны и понимаю, что это, скорее всего так и было, если ты столкнулась с подобным первый раз. Только виной этому является не какая-то моя личная порочность, как ты могла бы подумать. Скорее всего виною здесь некая «профессиональная деформация», которая возникает у людей, долго занимающимся одним делом…

Смотрю на ЮСона, тот смотрит на меня честными глазами, похоже веря в то, что говорит.

– Ты же сама видишь, насколько велик уровень конкуренции в индустрии. – говорит ЮСон. – Тысячи, десятки тысяч девушек приходят в агентства, чтобы стать богатыми и знаменитыми. Но, с течением времени, многие понимают, что «не тянут» на роль «звезды», что им недостаточно таланта или способностей. Осознав, все поступают по-разному. Кто-то пытается работать ещё больше, в желании перепрыгнуть свои возможности, кто-то, разочаровавшись, уходит, а некоторые начинают искать пути получать деньги по-другому, используя имеющуюся у них молодость и известность. И вот этих, «третьих», их больше всего…

Ну да, вполне себе представляю. Вернуться со сцены в офис, чтобы носить кофе? Это сложно. Меня, пожалуй, обратно в переводчики уже не загонишь даже ссаными тряпками …

– … Сами подходят, делают намёки, просят познакомить с богатым мужчиной, – уже, похоже, жалуется на свою трудную жизнь ЮСон. – Если поначалу, я играл в эти игры со всяким иносказанием и вторым смыслом в словах, то в конце концов мне это надоело, и я стал называть всё своими именами. Подобный подход сильно экономит время и уберегает от ошибок, когда кто-то что-то понял не так. Я теперь просто подхожу и спрашиваю – нужен девушке спонсор или нет, когда вижу, что дела у неё в шоу-бизнесе идут не очень.

Мда? Чёт мне помнится, наше с тобой общение протекало у нас в несколько ином ключе…

– Разве это этично? – интересуюсь я.

– Если кто-то, что-то хочет и ищет, как это осуществить, то он всё равно, так или иначе, это сделает. – ничуть не смущаясь отвечает мне ЮСон. – А у меня действительно хорошие связи. Есть состоятельные мужчины, желающие потратить деньги на девушку. Есть девушки, которые хотят эти деньги получить. Всё происходит по обоюдному согласию, никто никого не принуждает. Почему бы не помочь людям?

ЮСон с вопросом смотрит на меня.

– А вам какая выгода с этого, аджосии? – спрашиваю я, пропустив мимо ушей слово «помочь».

– Знакомства. – подумав, отвечает он. – Связи. Бизнес – это связи и знакомства, а вовсе не деньги, как многие думают. Вот ты, очень грубо ведёшь себя с людьми. Как только им подвернётся случай, они тебе отомстят. И это может случиться через год, через пять, через десять лет. Как только они получат возможность, они…

ЮСон наводит на меня сделанный из пальцев – «пистолетик».

– … они «пиф!», убьют тебя. – говорит он, продемонстрировав движением руки «выстрел». – И совсем не обязательно убьют по-настоящему. Убьют эмоционально, финансово. Так даже лучше. Мёртвый ничего не ощущает. Наблюдать страдания поверженного врага гораздо интереснее.

Где-то это я уже слышал…

– Аджосии, если бы у меня было желание быть для всех удобной, то я бы сразу родилась диваном. – недовольно отвечаю я. – Я уже попробовала соответствовать чьим-то представлениям о том, как правильно. Ничего хорошего для меня из этого не вышло.

«Аджосии» пару раз удивлённо хлопает на меня глазами, потом начинает ржать.

– «Диваном»! – шлёпнув от избытка чувств себя ладонью по ноге, смеётся он. – «Диваном»! У тебя и вправду – «язык без костей»!

– Ладно, – отсмеявшись, говорит он. – Вернёмся к нашему разговору, «диван»! Ты поняла, что я не имел в виду ничего плохого, когда предложил помочь найти мужчину? Это была лишь забота о девушке, попавшей в трудную ситуацию.

Охренеть, забота… – думаю я, смотря на требовательно смотрящего в ожидании ответа ЮСона.

– Повторюсь ещё раз, что если бы это было иначе, то я бы настаивал. – повторяет он уже прозвучавший ранее «аргумент», – Это было деловое предложение. Получив отказ, я тебя не преследовал, не угрожал. Ты отказалась, я принял твой отказ. Так?

Ну, допустим, так. Что из это следует?

– Да, аджосии, – киваю я. – Так.

– Раз так, тогда перестань обращаться ко мне «аджосии» и пойдём дальше.

– Да, господин директор. – киваю я.

– Вот, это гораздо лучше, чем «дядечка». Давай поговорим о нашей дальнейшей с тобой жизни. Хоть я и знаю, что у тебя язык не держится за зубами, но в знак того, что я тебе доверяю, я поделюсь с тобой важной информацией…

ЮСон со значением смотрит на меня, давая время проникнутся моментом. И что же там за сверхценная информация?

– Сохранение её в тайне важно для агентства и её акционеров. – поясняет ЮСон. – Информация о состоянии здоровья президента СанХёна…

Блин… Похоже, шеф точно – дотянул!

– Президент СанХён введён в состоянии медикаментозной комы…

…! …

– … и пока не ясно, когда он будет из неё выведен. – внимательно смотря на меня сообщает хреновую новость ЮСон. – Врачи сейчас определяются с лечением и где оно будет происходить, тут или президента отправят в Корею… Пока же, чтобы сберечь силы организма, врачи погрузили его в искусственную кому.

– Какой у него диагноз? – спрашиваю я, не став ахать и охать от услышанного.

– Там не один диагноз. – отвечает ЮСон. – У президента была запущенная язва, которую он совершенно не лечил. Врачи предполагают, что происшествие на фансайне стало последней каплей. В результате стресса уровень кислоты в желудке резко возрос, и стенка желудка не выдержала. Господину СанХёну сделали операцию, но всё содержимое желудка, вся его кислота попала внутрь, в брюшную полость, вызвав воспаление. Возможно заражение. Это называется перитонит. Слышала такое слово?

Я молча киваю.

– Но это не самое опасное сейчас. – продолжает подробно рассказывать ЮСон о состоянии здоровья СанХёна. – Желудочный сок, попав снаружи на кишечник, вызвал его ожог. А от ожога кишечник перестал двигаться. Врачи это называют – «парез». Чтобы проталкивать еду, кишечник должен двигаться. Если он не движется, то пища, которая в нём находится, застоявшись, начинает гнить, отравляя организм…

Я попытался представить, как бы я был, будь у меня такое и почувствовал, как моя задница, сжавшись, втягивается внутрь.

– … Поэтому, врачи решили ввести пациента в кому, наладить работу кишечника, а потом решать следующие проблемы.

– А что, есть ещё проблемы? – удивляюсь я.

– Да. – со вздохом произносит ЮСон. – У президента ещё диагностировали проблемы с сердцем.

Ну вооще пипец! Ещё и сердце!

– А чё ж он так запустил всё?! – с недоумённым возмущением обращаюсь я ЮСону. – Ведь можно было же сходить к врачам?! Столько времени ведь было для этого?!

– Родственники президента в нескольких поколениях… У них были диагностированы онкологические заболевания. – даёт простое объяснение случившемуся ЮСон. – Президент занимался тем, что уверял себя, что у него всё в порядке…

– Но это же глупо! – изумляюсь я.

– А ещё, – говорит о президенте ЮСон. – он очень упрямый. Такой же как ты. Всё знает сам, не слушает ни чьих советов.

Смотрю на собеседника, несколько удивлённым переходом разговора со здоровья шефа на мою персону.

– Вот поэтому, я хочу поговорить о том, как мы будем дальше с тобой работать. – не став больше «обо мне», говорит ЮСон. – Врачи сказали, что послеоперационный период может затянуться до нескольких месяцев, а статистика показывает, что восстановление пациента после таких ситуаций, может занять у него до полугода, и то, в случае благоприятного развития.

Смотрю на собеседника, пытаясь сообразить, к чему он это только что сказал, при этом продолжая думать о СанХёне – «вот же он попал, придурок»!

– Не стоит впадать в ступор и думать, что всё пропало, – говорит ЮСон смотря на меня. – Несмотря на то, что заболевание запущенно, как сказали врачи, они дают благоприятный прогноз на выздоровление. Единственно, на это время президенту потребуется покой и всё остальное, вроде оздоровительного отпуска, для восстановления сил. Встаёт вопрос, кто в это время будет руководить его агентством?

ЮСон смотрит на меня с выражением, типа – «смекаешь»?

– Кто? – удивлённо спрашиваю я, поскольку совершенно об этом не задумывался.

– Возможно ты не знаешь. – посвящает меня ЮСон по поводу финансовых дел агентства, – «FAN Entertainment», можно сказать – семейное предприятие, хоть оно по документам значится как акционерное общество. Два главных пакета акций принадлежат президенту и его жене, образуя вместе блокирующий пакет. И есть ещё сколько-то акционеров. Так вот, пока президент будет восстанавливать своё здоровье, исполнять его обязанности буду я. Такое решение уже принято и согласованно с акционерами, имеющими большие пакеты акций.

– Но ведь президент находится в коме? – удивляюсь я. – Решение было принято без его согласия?

По лицу ЮСона промелькивает тень недовольства.

– В случаях, подобных этому, решение принимают крупные акционеры. – говорит он. – Так записано в уставе.

«Дворцовый переворот», что ли? Фига себе!

– Агентство не может длительное время находится без управления. – даёт ещё одно объяснение происходящему ЮСон. – Это может привести к убыткам. И президента СанХёна тоже не следует подпускать к работе, пока он не восстановит своё здоровье. Это может привести ещё к более печальным последствиям, чем те, которые есть сейчас.

Ну да. Если шеф вообще «кости кинет», это будет совсем «кисло» …

– Поэтому, пока президент выздоравливает, руководить агентством буду я. – ещё раз повторяет уже ранее сказанное ЮСон и спрашивает. – Что ты об этом думаешь?

– Я думаю, что ситуация, не очень. – признаюсь я.

– Я тебя спрашиваю не о ситуации, а о моей кандидатуре исполняющего обязанности.

– Без понятия. – честно отвечаю я. – Я вас не знаю. Думаю, будут проблемы.

ЮСон согласно кивает.

– Проблемы будут обязательно. – говорит он. – И их придётся решить. Для этого, мне будут нужны люди, которые будут на моей стороне. Ты будешь на моей стороне, ЮнМи?

С чего бы вдруг?

– Я наёмный работник. – говорю я. – И выполняю указания работодателя.

– Мне нужны лояльные ко мне сотрудники. – откровенничает ЮСон. – Причём не все, а те, которые сами могут что-то делать. Мне и им сейчас выпал уникальный шанс проявить себя, пока предыдущее руководство вновь не вернулось к управлению…

Смотрю на сделавшего паузу ЮСона, тот – смотрит на меня. Это он к чему сейчас клонит?

– При всём уважении к опыту президента СанХёна и тем результатам, которое достигло агентство под его управлением, – говорит ЮСон, – к сожалению, приходится констатировать, что стиль его работы далёк от уровня мировых стандартов. Что, собственно, не может не сказаться на результатах. Всё, в итоге, получается уровня – «сделано для Кореи». Международной известности с таким подходом получить не получится.

Хм… Я с этим согласен.

– Я немного понаблюдал за тобой. – признаётся мне ЮСон. – И пришёл к выводу, что ты единственная в агентстве, кто может помочь мне реализовать мою цель.

– А какая у вас цель, директор? – с интересом спрашиваю я.

– Моя цель – за время отсутствия президента показать, что агентством можно управлять по-другому, гораздо с большей отдачей. Выйти на международный рынок и получить мировое признание. Показать, что Корея ничем не хуже других стран.

Благосклонно смотрю на ЮСона. А он – шустрый. Пользуясь моментом хочет показать на что способен и потом занять местечко поближе к солнцу.

– И что, только одна я могу вам помочь это сделать? – спрашиваю я, хотя ответ очевиден. – В агентстве кроме меня есть много талантливых исполнителей…

– Проблема этих «талантливых исполнителей» заключается в том, что их таланта хватило только на то, чтобы стать первыми в толпе желающих стать айдолами. – со вздохом произносит ЮСон. – А быть победителем конкурса это совсем не значит, быть мировой звездой. Для этого действительно нужен талант.

Замолчав, ЮСон смотрит на меня.

– Я не умею петь. – тоже выдержав паузу, говорю я.

– Совсем не обязательно иметь голос для того, чтобы быть звездой. – получаю я ответ.

Согласен, но…

– У меня сейчас мутация голоса. – говорю я. – Врачи не рекомендуют напрягать связки, чтобы не испортить голос в будущем.

– Но ты же как-то пела до этого? – спрашивает ЮСон. – Может, мутация уже закончилась? Давай, я тебя отправлю к врачу?

– А что я с этого получу? – помолчав, спрашиваю я.

– Всё, что нужно тебе для работы. – обещает мне ЮСон. – Все ресурсы агентства будут направленны на тебя. Я знаю, что президент СанХён не давал тебе возможность полноценно работать, осторожничал. Со мной, будешь делать всё, что хочешь. Как скажешь, так и будет.

– Как скажу? – с неверием спрашиваю я.

– Именно так. – кивает ЮСон. – Мне нужен успех. А ты – достаточно ненормальна, чтобы его добиться.

– Ненормальная? – озадаченно переспрашиваю я.

– В хорошем смысле. – поясняет ЮСон. – В Америке таких как ты называют – «crazy». Человек предлагающий сумасшедшие идеи приносящие потом миллионы долларов.

Хм…

– Только одно условие. – говорит ЮСон. – Работать только с артистами «FAN Entertainment». Никаких сторонних исполнителей из других агентств, вроде АйЮ, быть не должно. АйЮ, девушка, конечно, хорошая, но сейчас не тот момент для этого. Понимаешь?

Чего тут непонятного? Директор ЮСон хочет показать себя крутым управленцем. Выходит, СанХён из больницы, а тут ему, пожалуйте и мировая известность, и миллионы долларов дохода. Всё. ЮСона надо брать. Не знаю, где он до этого болтался, но после подобного успеха его возьмут везде. Теперь вопрос – стоит ли мне «под этим подписываться»? С СанХёном мы вроде до этого нормально работали. Ну почти, нормально… Не воспримет ли он это как предательство? Наверняка обидится. Он тут болел, а без него – дела делали. А с другой стороны – сколько нужно ждать? Тут ведь есть ещё один вариант – президент может и не вернуться к руководству агентством. У него ведь ещё какие-то проблемы с сердцем обнаружились. Запретят врачи ему волноваться и всё. Какое ему тогда руководство? Будет консультантом, а ЮСона поставят руководить, раз агентство – дело семейное. Он же родственник жены СанХёна…

– Можешь делать с «Короной» что угодно. – предлагает мне ЮСон видимо решив, что я колеблюсь. – Если нужно, чтобы они тебе делали каждый вечер массаж пяток, скажи мне и они будут это делать.

Ну, массаж пяток мне не нужен, – мысленно поморщившись думаю я. – А вот …


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю