290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Айдол-ян - 2 (СИ) » Текст книги (страница 28)
Айдол-ян - 2 (СИ)
  • Текст добавлен: 3 декабря 2019, 15:30

Текст книги "Айдол-ян - 2 (СИ)"


Автор книги: Андрей Кощиенко






сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 37 страниц)

СанХён на это согласно кивает.

– А как вы собираетесь держать её под контролем? – спрашивает он, имея в виду ЮнМи. – Вы просто не представляете, с кем хотите связаться.

– Но вы же как-то это делаете? – удивляется вопросу ВинЧон.

– Это не просто. – признаётся в проблеме СанХён. – Порою совсем не просто. А что вы хотите получить в результате реализации вашего проекта?

– Политики должны смотреть в будущее, – отвечает ВинЧон. – Если он это не умеет или не делает, то это плохой политик. Вы же знаете, как говорят в народе. Дети растут быстро. А чужие дети – ещё быстрей. Сегодня Агдан и её поклонники – несовершеннолетние, но через два-три года они станут полноправными членами общества с правом голоса. Если за это время они сумеют воспринять идеи «Корейской национальной партии», всё это время будут видеть её жизнь, принимать в ней какое-то посильное, разрешённое в рамках закона, участие, то став взрослыми, они, если даже не станут её членами, с большой долей вероятности будут голосовать за неё. Я на это надеюсь. И даже в этом уверен.

– Я понимаю ваш интерес. – кивает СанХён. – Но у ЮнМи есть семья, есть жених. Как они посмотрят на то, что её попытаются вовлечь в политику? Вы с ними уже разговаривали?

– Нет, я с ними не разговаривал. – признаётся ВинЧон. – Я имел беседу с генералом Им ЧхеМу и нашёл у него достаточный уровень понимания проблемы. Генерал согласен с тем, что патриотическое воспитание молодёжи является одной из забот нашей армии, поэтому, он уверил, что с его стороны будет оказана всяческая необходимая помощь, конечно, в пределах его возможности. Но он так же справедливо заметил, что вряд ли сможет проводить ту работу, которую проводят агентства. В армии обучают солдат, а не артистов. Господин Им ЧхеМу сказал, что может помочь различными ресурсами при проведении мероприятий, но обучить артиста у него не смогут. Он сказал, что это ваша работа и это зависит от вас. Поэтому, я пришёл к вам. Если вы скажете, что не сможете создать для Агдан требуемый имидж, или не хотите это делать, то разговаривать с членами её семьи нет никакого смысла. Если же это возможно, то думаю, что получить их согласие, когда согласны армия и агентство, трудностей особых в этом не будет…

СанХён понимающе наклоняет голову.

– Татуировка, это, в общем-то, личное дело, – помолчав, говорит он. – Как вы правильно заметили, критика правительства – это совсем другое дело. Эстрада и политика не должны соприкасаться. Артист, занявшийся политикой, обычно долго в индустрии не держится.

СанХён поднимает глаза и вопросительно смотрит на собеседника.

– Наверное мне сразу стоило сказать, как я примерно вижу это. – отвечает ему тот. – Никакой критики правительства от Агдан быть не должно. Для этого есть оппозиционные партии, это их обязанность и работа. От Агдан я ожидаю участие в проводимых партией мероприятиях. Вроде таких как оказание помощи малоимущим, сбор пожертвований, митинги к памятным датам, благотворительные концерты. Там, где бы она могла появиться и сказать несколько слов благодарности в адрес организатора. В общем-то это всё, что мне видится в её политической деятельности.

СанХён задумывается над услышанным.

– Если так, то другими словами, вы хотите закрепить за собой право использования Агдан в своей политической деятельности. – подумав, говорит он. – Исключительное право. Чтобы другие партии не могли это сделать.

– Ну, скорее, всего, что-то вроде этого. – подумав, кивает, соглашается с ним ВинЧон.

– Тогда я не понимаю ваших требований по имиджу. – признаётся СанХён. – Зачем именно протест? Агдан достаточно быть просто популярной, и вы получите то, чего хотите.

– Возможно, вы правы. – не спорит с ним ВинЧон. – Но просто популярных исполнителей много. И не выражая протест, они не имеют такую аудиторию у подростков, какую имеет та же госпожа Амуро. Статистическо-аналитические исследования показывают, что протест сейчас в моде, он востребован у молодого поколения и он даёт наибольшую отдачу. Поэтому, я и говорю об изменении имиджа. Простите, возможно мои слова звучат дилетантски, я плохо разбираюсь в вашей индустрии, господин СанХён, но, бунтарь в костюме кролика, выглядит для подростков как-то… не доверительно, я бы так это сформулировал. Хорошо смотрятся электрогитара, кожаные куртки и те же высокие сапоги, которые рекламирует госпожа Амуро. Ну и песни, конечно, соответствующие. Точнее, слова в них. Нужны такие, чтобы призывали куда-то идти, что-то добиваться, бороться. Если коротко – романтика протеста. Скорее всего я выразился достаточно сумбурно, но, надеюсь, вы поняли, что я хотел сказать, господин СанХён.

СанХён кивает в ответ с задумчивым видом.

– Политика, это рискованное занятие. – помолчав, произносит он. – Можно потерять голову даже не успев понять, почему.

СанХён смотрит в глаза собеседнику.

– Шоу-бизнес, рискованное занятие. – отвечает ему тот, не отводя взгляд. – Можно потерять всё, так и не поняв почему. Мы оба с вами, господин СанХён, занимаемся рискованным бизнесом. Но тем не менее, занимаемся им каждый день, хотя и знаем, что это рискованно.

– Но я знаю, ради чего это делаю. – сообщает СанХён.

– Понимаю вас, – вежливо наклоняет голову политик и вытерев руки влажным полотенцем берёт кожаную папку, лежащую на краю стола.

– Партия, как и любая другая организация, имеет средства, которые она тратит в результате своей деятельности. – говорит он, вынимая из папки лист бумаги.

– Вот, взгляните, – предлагает он, протягивая лист СанХёну. – Это усреднённые суммы затрат на проведение различных мероприятий состоявшихся в прошлом.

СанХён заинтересованно смотрит в лист.

– Кроме этого, партия имеет ряд подконтрольных ей информационных каналов. – говорит ВинЧон, пока СанХён знакомится с цифрами. – И, если возникла вдруг такая ситуация как с «SBS», где вам отказали в эфире, вы можете рассчитывать на них. Конечно, это всего лишь кабельные каналы, но без доступа к поклонникам вы не останетесь. Кроме этого, у нас есть в Сеуле две радиостанции…

– Да, – согласно кивает головою СанХён досмотрев лист до конца. – Цифры говорят о том, что ваша партия серьёзно относится к работе с электоратом.

– Очень серьёзно, – тоже кивнув, соглашается с ним ВинЧон. – Более того, в особых случаях, бюджеты мероприятий легко пересматриваются в большую сторону. Мы считаем, что вкладываем деньги в будущее страны. А на будущем экономить не стоит.

– Совершенно согласен с вами, господин ВинЧон. – отвечает СанХён. – На будущем экономит нельзя. Что я могу ответить вам на ваше предложение? Первое, что приходит на ум, это то, что я вам искренне благодарен за то, что вы занимаетесь воспитанием молодёжи и видите возможность моего агентства и его артистов принять в этом участие. Благодарю вас.

СанХён наклоняет голову в жесте благодарности. ВинЧон, тоже вежливо наклоняет в ответ свою голову.

– Второе, что я могу сказать, – поднимая голову произносит СанХён. – Это то, что я озадачен. Скажу прямо, моё агентство никогда не занималось подобным видом деятельности и у меня нет опыта, как и готового прямо сейчас ответа.

ВинЧон делает понимающее выражение лица.

– Но, предложение, сделанное вами, уважаемый ВинЧон, очень интересное и благородное в своём содержании. – продолжат СанХён. – Воспитание молодёжи – это забота о будущем. Как мы её воспитаем, такое будущее и будет у нашей страны. Однако, это подставляется непростым делом. Уже сейчас понятно, что проект нужно рассчитывать на срок в несколько лет. И тщательно обдумать, какие препятствия возникнут на пути его реализации и какие затраты потребуются для его удачного завершения. И достижимо ли оно, удачное завершение?

– Мне нужно подумать над вашим предложением, господин ВинЧон. – подводит итог своим словам СанХён.

– Я понимаю вас, господин СанХён. – отвечает ВинЧон. – Это дело представляется большим и объёмным, и мой приход к вам, это всего лишь попытка начать наш диалог. Рад, что вы готовы внимательно рассмотреть моё предложение. Сколько на это вам потребуется времени, сабоним?

– Я думаю, – помолчав, отвечает СанХён, – что в течении месяца я буду готов дать вам ответ.

– Великолепно, – отвечает ВинЧон. – С нетерпением буду ждать.

Место действия: дом семьи ЧжуВона

Время действия: МуРан беседует с сыном по телефону

(ДонВук) – Мама, я хочу спросить, что происходит?

(МуРан) – Сынок, чем ты так взволнован?

(ДонВук) – Я буквально вот только что закончил смотреть фильм, который показали на канале «MBS». Он называется – «Кто такая Агдан?». Ты мне можешь что-нибудь о нём сказать?

(МуРан) – Да, я вчера его тоже смотрела.

(ДонВук) – Мама, я рад, что ты его смотрела, но разговор сейчас о другом. Ты как-то называла ЮнМи «подвижной девочкой». Однако, на мой взгляд, её следует называть как-то иначе. Она же постоянно врёт!

(МуРан) – Врёт?

(ДонВук) – Да. Момент в фильме, когда она разговаривает с Чо СуМаном. Получается, что она осознанно всем лгала, что eё песни попадут в Billboard!

(МуРан) – Выходит, что так.

(ДонВук) – И как я теперь должен реагировать на то, что невеста у сына – лгунья? Потом, эта история со «свиданиями вслепую». Пока это было «внутри», это было неприятно, но не фатально. Но когда всё стало достоянием гласности, это уже совсем другая ситуация! На свиданиях были девушки достойных людей, с которыми я веду бизнес. Если они станут целью насмешек, совершенно не трудно представить, как на это отреагируют их родители!

(МуРан) – Да, это не хорошо.

(ДонВук) – Мама, что значит – «не хорошо»? У меня внезапно появились новые проблемы, которые я как-то должен решать! А ты говоришь – «не хорошо»? У нас уже был с тобой разговор о ЧжуВоне и этой истории со свиданиями вслепую. Ты тогда сказала, что позаботишься обо всём. И вдруг теперь эти проблемы! Чья это была идея со свиданиями?

(МуРан) – Моя.

(ДонВук) – Мама!

(МуРан) – Кто ж знал, что ему попадётся такая… такая…

(ДонВук) – Подвижная?

(МуРан) – Да. Подвижная.

(ДонВук) – Подвижная лгунья?

(МуРан) – Подвижная лгунья.

(ДонВук) – Просто невесть что творится. Но ты хоть меня предупреждай, что происходит. А то сегодня я сначала узнаю, что ЮнМи подписала мобилизационный приказ, а потом мне сообщают, что про неё сняли скандальный фильм!

(МуРан) – Да… так получилось…

(ДонВук) – И в комиссариате при этом были ИнХе и ХёБин! После фильма! Получается, что мы всё это одобряем. Так что ли? Всё, что она натворила, включая лживые обещания? Мама, почему ты решаешь всё сама, не ставя меня в известность?

(МуРан) – У тебя много работы, чтобы заниматься ещё и этим. Я помогаю тебе.

(ДонВук) – Хороша помощь! ЧжуВон – мой сын. Я его отец и я должен заниматься его воспитанием!

(МуРан) – Конечно, ДонВук. Ты отец. Прости меня, пожалуйста.

(ДонВук) – … Мама, прости. День сегодня трудный и ещё этот фильм…

(МуРан) – Ничего сынок, всё хорошо. Устал сегодня?

(ДонВук) – Да, немного. Мама, ну… в самом деле. Что, мне ещё и в это вникать?

(МуРан) – Сынок, не волнуйся, всё утрясётся.

(ДонВук) – Как оно всё «утрясётся», если дело уже дошло до правительственного кризиса?! Мне сообщили, что завтра будут голосовать вопрос о снятии с поста министра иностранных дел!

(МуРан) – Ох ты божечки мои…

(ДонВук) – Да, вот тебе и божечки твои! Желание устроить личную жизнь своего внука привело к национальному правительственному кризису! Я просто слов не нахожу, когда пытаюсь осмыслить случившееся! У меня в голове не помещается, как такое может быть!

(МуРан) – Сынок, ты не волнуйся. Не надо. Всё решится благоприятным образом.

(ДонВук) – Благоприятным?! Если министр Ко сейчас лишится своей должности, то благоприятности я не увижу ещё долгие годы! Надо было гнать взашей эту идиотку сразу же после её дурацкого интервью, а ты вместо этого посылаешь ХёБин и ИнХе в комиссариат!

(МуРан) – Но, сын. Ты же помнишь, о чём мы говорили? Ситуация с того момента так и не изменилось, поэтому, я была вынуждена так поступить.

(ДонВук) – Сумасшествие какое-то. Ещё неизвестно, приобрету я больше или потеряю.

(МуРан) – ДонВук, подожди, не торопись. Что сделано, то сделано, назад не вернуть. Нужно обсудить это в спокойной обстановке, не по телефону. Ты, когда возвращаешься из Японии?

(ДонВук) – Я прилетаю в Инчхон послезавтра, вечером.

(МуРан) – Отлично. Вот и обсудим, что делать. Может, министр Ко не лишится своего места. Ситуация будет более понятной.

(ДонВук) – Возможно. Всё равно придётся принести ему извинения за случившиеся переживания. Без этого не обойдётся.

(МуРан) – Мы это обсудим. Как твоё здоровье? Как ты себя чувствуешь, сынок?

(ДонВук) – До того момента, пока я посмотрел фильм, всё было неплохо. А сейчас я просто возмущён тем идиотизмом, который творит какая-то школьница!

(МуРан) – Ты знаешь, что она стала номинанткой «Грэмми»?

(ДонВук) – Плевать на это. Я не хочу её видеть рядом с ЧжуВоном. Ни в каком виде. Пусть строит свою жизнь где-то в другом месте.

(МуРан) – Да, они не пара. Согласна.

(ДонВук) – Подумай тогда, когда объявить о разрыве помолвки.

(МуРан) – Я поняла тебя. Приедешь, обсудим.

Время действия: пятое июля, начало рабочего дня

Место действия: агентство «FAN Entertainment».

– Ремикс «Sugarfree» исполненный на дне рождения ТэСона стал самым популярным на дискотеках в сеульских клубах, – сообщает КиХо, делая краткий обзор новостей за прошедшие сутки. – Это результаты рейтинга топовых композиции чаще всего исполняемых на танцполах.

СанХён, секунды две подумав, кивает.

– А что у АйЮ? – спрашивает он у КиХо, не давая тому перейти к следующей новости.

– АйЮ… По моим последним сведеньям… – КиХо отлистывает в своём блокноте пару листков назад, – … композиция «Таксист Джо» находится в топе корейских чартов с момента своего появления. «Allkill» не получился, но во всех чартах композиция находится с первого по третье место…

СанХён скептически выпячивает нижнюю губу.

– … Ещё мне известно, – продолжает КиХо смотря в блокнот, – … что… агентство АйЮ… заключило договор с «Ultimae Records», французской звукозаписывающей компанией, на продвижение сингла во Франции… Каковы результаты продвижения, информации у меня нет… Поскольку времени с релиза прошло очень мало …

– Если вы хотите, сабоним, – поднимает голову от блокнота КиХо, – я дам задание узнать более подробно.

– Не нужно. – отвечает СанХён. – Времени действительно прошло очень мало, подождём официальных результатов. Скажи мне лучше, какова реакция на фильм «МВС»? В целом. Общая картина.

– Данных пока нет, сабоним. – признаётся КиХо. – Опять же, времени с момента события прошло совсем ничего. Но не ошибусь, если скажу, что общее впечатление – разноплановое. В зависимости от возраста и благосостояния социальных групп. Но, то, что фильм и видео из военного комиссариата лидируют по запросам во всех сетевых сообществах и по количеству обращений к теме в новостных и информационных каналах, это, бесспорно.

СанХён вздыхает.

– Были бы у неё мозги, какие деньги можно бы было получить, – говорит он. – Но, что поделать, раз бог не дал… Так, КиХо, я посмотрел снимки и видео ЮнМи и её тодук-коньяти. Она у неё всегда такая? Всегда так себя ведёт?

– Не знаю, господин СанХён. Я её раньше никогда до этого не видел. – отвечает КиХо. – Но на фотоссесии, она вела себя так. Словно дрессированная.

– Да, словно дрессированная. – соглашается с ним СанХён и даёт указание. – Фото мне понравились. Дай указание, чтобы вставили их в постеры ЮнМи и общий. И отправляйте в Японию, пусть печатают. Уже время.

– Будет сделано, сабоним, – отзывается КиХо делая для себя отметку в блокноте и уточняет, – Хоть сколько-то постеров будем здесь печатать?

СанХён задумывается над вопросом.

– А смысл? – похоже у самого себя спрашивает он. – Промоушена у группы тут нет, тодук-коньяти у нас не популярны. Это в Японии их с распростёртыми объятьями встретят…

Сказав это, СанХён в который раз задумывается. КиХо ожидает чем это закончится.

– Послушай, – говорит СанХён делясь пришедшей в голову мыслью. – Насчёт, распростёртых объятий. Ведь возят же женщины с собой маленьких собачек? Где-то я даже фотографии видел – по самолётному трапу с собачкой на руках. А почему тогда нельзя провезти с собой тодук-коньяти?

СанХён с вопросом смотрит на своего работника. Тот в ответ пожимает плечами.

– Почему нельзя? – говорит он. – Наверное можно.

– А если ЮнМи прилетит в Японию с тодук-коньяти? – спрашивает СанХён. – Это же может получиться отличный эффект для поклонников! Что скажешь, а?

СанХён ожидающе смотрит на менеджера. Тот качает головой туда-сюда, показывая, что размышляет.

– Очень необычная идея, сабоним, – спустя пять секунд признаёт он. – Это может сильно сработать.

– Вот! – восклицает СанХён с довольным видом откидываясь на спину своего президентского кресла, – А ты говоришь!

– Если она у неё такая ручная, то её можно будет и на шоу с собою взять. – развивает дальше свою мысль СанХён. – Японцам это точно понравится!

– Уверен, что так и будет, сабоним. – поддакивает КиХо.

– Сейчас я позвоню ЮнМи, узнаю, что она скажет. – говорит СанХён берясь за телефон.

Время действия: шестое июля

Место действия: агентство «FAN Entertainment».

Раз, раз, раз, раз! Махи ногой!

И ещё раз! Это называется – «три дня отдыха перед комбэком»! Наивный я чукотский юноша! Всё верю в то, что когда мне обещают, то сделают, что обещают. Ага… Три раза без противогаза!

Вчера, сегодня – сплошное «хорео». Мы должны быть на сцене синхронны так, как одно отражение во множестве зеркал. На кой это нужно? Не, ну, наверное, это красиво со стороны. Только вот стоит ли оно того? А именно – того количества пота, которой следует пролить, чтобы добиться этой синхронности. Ладно. Будем считать, что это тот самый горький айдольский хлеб, о котором я столько слышал. Девчонки работают, не пищат, значит и мне не пристало. Отработаю один раз как положено, потом буду сам определять, сколько и чего мне надо и надо ли вообще? А пока я тут ногами размахиваю, как раз есть время подумать. Голова-то не занята. Кстати, махи ногой назад и вверх у меня теперь отлично получаются. Равновесия не теряю. Не то, что раньше в «Кирин», на занятиях йогой…

Пока тело машет руками и ногами в такт музыке и движениям остальных участниц группы, я размышляю о том, как я буду дальше жить. Занимаюсь тем, чем начал заниматься вчера – планированием своей дальнейшей работы. Думаю, как лучше всё организовать, и кто мне может понадобится из стафа. То, что жизнь – процесс мало предсказуемый, это я знаю, и что именно взбредёт в голову военным – я угадать не могу. Но вот структуру, или, организацию студии, в которой я буду работать, нужно представлять чётко, хотя бы для того же предметного разговора с СанХёном. Жаль, конечно, что раньше я не занимался организационной деятельностью в таких масштабах. Практики, у меня, можно сказать, не было никакой. Однако, вспоминая как я снимал клип для «Byebyebye», могу со всем основанием заявить, что организаторская жилка во мне есть и, если постараться и тщательно всё обдумать, я могу всё нормально спланировать. В конце концов, студия, это ведь не агентство? Стафа нужно гораздо меньше. Сразу, «на вскидку» из персонала мне понадобятся: первое – это помощник. Вполне возможно, что на эту роль пойдёт ЁнЭ. Второе – аранжировщик. В принципе, я и сам могу перекладывать музыку под определённые стили или конкретного исполнителя, но делать аранжировки – это много кропотливой работы и много временных трудозатрат. Я за это время могу ещё что-нибудь вспомнить и отдать на обработку. В денежной отдаче, организация «конвейерного метода» всегда более прибыльна, чем штучное ковыряние с каждой единицей продукции. Я же деньги собираюсь зарабатывать, а не высокое знамя искусства нести по планете. Может, мне даже несколько аранжировщиков потребуется, но пока ограничимся одним. Потом мне потребуется режиссер звукозаписи и битмейкер. Ну, насчёт битмейкера… В принципе, это моя работа, ибо даже не знаю, где можно найти человека, который будет брать у меня из головы мелодию и превращать её в то, что я хочу. Такие люди на дорогое просто так не валяются. А если кто и валялся, то их давно уже подобрали. Потом мне нужен райтер, или, по-русски – писатель. Чтобы было кому умчаться с подбором слов при подгонке их к мелодии и переводом их на другие языки, если возникнет такая нужда. Возможно, следует включить агента по контактам. Но он должен быть толковым малым, знать корейский шоу-бизнес не понаслышке и представлять, кому из исполнителей может подойти то, что я вспомню. А то я по-прежнему «плаваю» в этом вопросе. Тоже, не представляю, где найти такого специалиста…

Ещё хотелось бы представлять техническую начинку студии. Тоже вопрос. Нужно садиться и разбираться, что предлагают производители и что именно мне из этого нужно. Лишнее – зачем брать? Будешь потом спотыкаться, да и заплатить за него придётся из своего кармана. Если СанХён будет что-то покупать, он наверняка захочет, чтобы его затраты были «амортизированы». Я бы так поступил на его месте. Можно, конечно, заказать стандартное исполнение, без чего уж совсем не обойтись, а потом докупить, когда что-то потребуется. Но всё-таки, когда для себя берёшь, хочется взять получше. Опять же, повторюсь, на это время нужно. Может, на ЁнЭ спихнуть? Пусть бегает…

Итого, для работы мне нужно минимум пять человек. Кто и как им будет платить? Ну, раз я работаю у СанХёна, то значит платить им будет он. А деньги он будет брать с меня, точнее, с моей прибыли… Это понятно. О проценте «изъятия» я буду ещё думать, у меня вся Япония впереди… И ещё мне нужно подумать о своих музыкальных долгах. СонЁн, БоРам… Кто ещё? Вроде и всё. Не так уж их и много. Интересно, а вот если «Таксист Джо» хоть как-то «стрельнёт», что АйЮ на это скажет? Будет снова дружить? Или, нет? И как мне реагировать на предложение её агентства? Пф… посмотрим…

Фонограмму выключают без предупреждения на половине музыкальной фразы.

– ЮнМи! – кричит мне ЁнЭ от магнитофона держа в руках телефон. – Президент СанХён хочет с тобой поговорить!

(минуту спустя)

– Мульча? – удивляюсь я, услышав предложение СанХёна взять кошатину с собой в Японию. – Наверное можно. Только…

Я задумываюсь, стараясь представить, как это будет. С той стороны трубки не торопят с ответом.

– Мне понадобится помощник, сабоним. – подумав, что для СунОк, поездка в Японию в преддверии её дня рождения будет отличным дополнительным подарком. – Человек, который умеет обращаться с животными. Я не смогу всё время быть с Мульча. Её нужно кормить, поить и убирать за ней. Причём, она должна доверять этому человеку, подпускать его к себе. За оставшиеся два дня вряд ли кого-то удастся найти, и я вижу только одну кандидатуру. Это моя онни. Если вы согласны, сабоним, чтобы она присутствовала в команде, тогда я сейчас ей позвоню и скажу, чтобы она собиралась.

СанХён думает над услышанным.

– И потом, ведь понадобятся какие-то документы от ветеринара. – вспоминаю я. – Для перевозки животных в общественном транспорте нужно иметь разрешение.

– Хорошо. – принимает решение СанХён и уточняет. – Ты не против.

– Я не против, сабоним. – подтверждаю я.

– Тогда я приму решение и, если оно будет положительным, позвоню твоей онни. – говорит он. – Занимайся подготовкой к поездке. Все организационные вопросы будут решаться без твоего участия. Поняла?

– Да, сабоним, – отвечаю я. Поняла.

– Старайся. – напутствует он и отключается.

Хм… – думаю я, идя к ЁнЭ чтобы отдать телефон. – Мульча в Японии… Какие пертурбации выкидывает жизнь…

(этот же день. Второй час дня. Госпожа МуРан смотрит телевизор, новости)

– «… в парламенте страны неожиданно разразился крупнейший политический кризис.» – сообщает нации последние политические новости красивая телеведущая. – «Вместо того, чтобы решать вопросы путём переговоров, политики решили прибегнуть к силе. Столкновения начались ещё в холле, перед залом заседаний. Представители оппозиции прорвали баррикады, сооружённые сторонниками правящей партии. Далее схватка продолжилась уже у трибуны спикера национальной ассамблеи…»

Диктор делает паузу. На экране показывают видео-нарезку самых ярких моментов заседания. МуРан, изумлённо округлив глаза, смотрит, как как какой-то кореец прыгает ногами прямо на трибуну и его оттуда стаскивают.[33]33
  посмотреть можно тут https://youtu.be/vdvNl13AEyI


[Закрыть]

«… причиной столь яростного негодования стал поставленный оппозицией в повестку дня вопрос о голосовании недоверия к уровню компетенции главы министерства иностранных дел, господина Ко, являющимся представителем проправительственной партии. В драке серьёзно пострадали несколько человек. Согласно заявлением политических обозревателей, катализатором беспрецедентного политического кризиса, стали слова корейского айдола, участницы группы «Корона», сказанные ей в интервью журналистам трёх информационных каналов. В этом интервью, Пак ЮнМи, так зовут эту девушку, выразила сомнение в способности корейского министерства иностранных дел решать на должном уровне поставленные перед ним задачи. Этим воспользовались представители оппозиционных партий, поставив вопрос о компетенции МИД на голосование в парламенте. Тем не менее, не смотря на буквально беспрецедентные усилия, оппозиции в этот раз не удалось достичь своих целей. Итоги голосования показали недостаточное количество набранных голосов для принятия решения…»

На экране появляется фотография улыбающейся ЮнМи. МуРан несколько секунд смотрит на неё недовольно поджав губы.

– Можно уже даже к шаманке не ходить, – недовольно произносит она. – Уже и так понятно…

Место действия: общежитие группы «Корона»

Время действия: поздний вечер

Держу на коленях Мульчу, глажу, смотрим вместе новости. Смотрю телек, вообще-то я, а кошатина тащится, что её гладят, глаза закрыла и мурчит. СанХён принял решение – я везу её с собой. Приняв решение, президент принялся энергично работать в этом направлении. Поставил СунОк в известность, получил согласие её и мамы, и взялся организовывать пребывание онни в Японии. Гостиница, питание, распорядок обязанностей. Дал команду привезти Мульча в общежитие, чтобы остальные девочки успели привыкнуть к ещё одному участнику поездки. А то, если они её «шугаться» будут где-то на шоу в Японии, это будет выглядеть, скажем так, не очень. СунОк, в смятении от столь внезапных поворотов в её жизни, привезла мне в общагу кошку и всё остальное, что нужно для комфортного существования её и окружающих – корм и лоток. Девочки пока особо знакомится с «животиной» не спешат, скрываются на кухне. Якобы пьют чай. Ну, а мы в одиночестве смотрим телек.

Кризис, политический, разразился в Корее. И виноват в этом, оказывается – я! Прямо так и чешется на языке фраза – «а что, часовню, тоже я»? И фотку какую-то стрёмную взяли. Где я ещё с чёрными глазами. Могли бы и получше найти…

(примерно в это время. Общежитие)

– Нам нужно что-то сильно оккультное! – энергично произносит, обращаясь ко всем БоРам. – Талисман, отгоняющий злых духов. Иначе тодук-коньяти точно нам ведьму на своём хвосте притащит!

КюРи, сидящая с унылым видом, подтверждающе кивает.

– Только в храм нам сегодня уже не попасть. – вздохнув, говорит она. – Поздно. А мне сегодня ещё целую ночь с чёрной тодук-коньяти в одной комнате ночевать!

Девочки сочувственно смотрят на КюРи.

– Вам хорошо, – говорит им она. – Вы хоть двери к себе в комнату закрыть можете. А я даже не знаю, как буду спать. Наверное, всю ночь глаз не сомкну.

– Иди к нам спать! – предлагает ХёМин.

КюРи задумывается.

– Президент СанХён сказал, чтобы мы привыкали. – говорит она. – Чтобы не было никаких накладок в Японии. Если я пойду спать к вам, он же ведь, об этом узнает? Получится, что я не выполнила указание президента…

Девочки тщательно обдумывают эту мысль.

– Знаешь, что?! – восклицает ИнЧжон. – У меня есть небольшая фигурка Будды! Не знаю, насколько она освящена, но всё равно, это лучше, чем ничего! Всякая нечисть не выносит даже изображения Будды, это все знают. Давай, поставим её к тебе в комнату?

КюРи несколько раз кивает.

– Спасибо, онни. – благодарит она. – Ты такая заботливая…

(позже, ночь. Лунный свет, падая из окна придаёт окружению мистический и таинственный вид. Комната КюРи и ЮнМи.)

Открыв глаза и приподняв голову с подушки, КюРи оглядывает комнату в поисках возможных угроз. Пока никаких угроз не видно. Неожиданно, её взгляд останавливается на фигурке Будды. Почему-то их стало две, вместо одной. И шапочка у одной из них, какая-то странная…

КюРи напряжённо вглядывается в два тёмных силуэта, пытаясь понять. Внезапно одна из статуэток открывает глаза и пристально смотрит на неё зелёными кошачьими глазами.

– Ой ты боже мой… – испуганно шепчет КюРи, роняя голову обратно на подушку и натягивая на неё одеяло. – Ужас-то какой…

Время действия: шестое июля. Утро.

Место действия: общежитие группы «Корона». Группа завтракает. Рядом с ЮнМи, захватив стул, сидит Мульча. Поворачивая в разные стороны свою голову, которая находится выше уровня стола, кошка внимательно наблюдает за происходящим. Девочки плотно сгруппировались на противоположной стороне стола, бросая на неё настороженные взгляды. Ощущается некоторая напряжённость обстановки. ЮнМи, не обращая внимания на трудности онни, деловито-спокойно завтракает, наблюдая при этом за экраном небольшого телевизора, висящего на стене. Внезапно Мульча протягивает лапу и хлопает ею по руке ЮнМи. Та отворачивается от телевизора и смотрит сверху вниз на кошку, которая задрав голову смотрит на неё. Секундная пауза. ЮнМи осуждающе качает головой.

– Мы договаривались, что ты будешь вести себя прилично. – говорит она.

Мульча в ответ протяжно мяукает, широко разевая рот и показывая свои острые белые клыки.

– Ну и что, что все едят? – отвечает ЮнМи. – Ты же не человек и у тебя другая еда.

Мульча вновь мяукает и вытянув над столом лапу в сторону тарелки несколько раз выпускает и втягивает когти. Типа – «дай!».

– Будешь безобразничать – прогоню. – обещает ЮнМи и вновь обращает своё внимание на телевизор.

Кто-то из девочек шумно вздыхает. ЮнМи берёт пульт и добавляет громкость у телевизора.

– Ээ… мы же вроде решили не смотреть новости за завтраком? – неуверенно спрашивает ИнЧжон оглядываясь на группу.

– Простите, сонбе. – отвечает ЮнМи, – Вчера сказали, что вчерашняя драка в парламенте началась из-за меня. Хочется узнать, они передумали о своих словах или я действительно так крута?

За столом возникает пауза.

– Айдолу не стоит заниматься политикой. – строго говорит СонЁн. – В индустрии развлечений это не практикуется. Ты – либо политик, либо айдол. Совмещение не допустимо.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю