290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Айдол-ян - 2 (СИ) » Текст книги (страница 2)
Айдол-ян - 2 (СИ)
  • Текст добавлен: 3 декабря 2019, 15:30

Текст книги "Айдол-ян - 2 (СИ)"


Автор книги: Андрей Кощиенко






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 37 страниц)

– Онни, – вздохнув, обращаюсь я с предложением к БоРам, – давай, я допью кофе, проснусь и постараюсь всё вспомнить. Я сейчас просто никакая. Я бы ещё поспала, сутки-двое.

– У ЮнМи сейчас трудный период. – обращаясь ко всем говорит СонЁн. – У неё было много сьёмок, она новичок и получила первый опыт нагрузки, которая бывает у айдола. Нам нужно оказать ей помощь, чтобы она смогла с этим справиться, иначе она может заболеть и сорвать расписание у всей группы.

Озадаченно оглядываюсь. Народ, сидящий за столом, молча качает головами вверх-вниз соглашаясь с СонЁн. Поскольку вид у всех – «помято, не проснувшийся, не расчесавшийся», со стороны выглядит это несколько угрюмовато.

– ЮнМи, – обращается ко мне СонЁн, – как только у тебя будет возможность – спи. В перерывах тренировок, перерывах сьёмок, ещё где. Ложись и спи. Только обязательно предупреди своего менеджера или кого-нибудь из нас, где ты. Чтобы не нужно было тебя искать. Поняла?

– Спасибо, сонбе, – наклонив голову благодарю я, – поняла.

– Мы это уже всё прошли, научились, – говорит она, – мы знаем, как это трудно. А ты только начинаешь.

Народ опять сонно кивает, подтверждая слова СонЁн.

– А помните, как мы ИнЧжон искали?! – «проснувшись», радостно восклицает КюРи, – на шоу «Weekly Idol»? Уже съёмки начинаются, а её нет! Мы думали, что её похитили, ха-ха-ха! А она за диванчик «завалилсь» и спала!

ИнЧжон, сдвинув вбок челюсть, без всякой радости во взгляде смотрит на развеселившуюся КюРи.

– ЮнМи, – говорит КюРи, – ИнЧжон у нас чемпион по сну. Если тебе понадобится компания поспать, обращайся к ней. Она засыпает в любой позе и любом месте так, что из пушки не разбудишь!

– Умолкни уже, – вернув челюсть на место и хмуро глядя на КюРи требует ИнЧжон. – Дай хоть утро провести без твоей трескотни…

– ЮнМи, – вступает в разговор ХёМин, – вчера… Я совершенно ничего такого не хотела. Я не поняла, что это твой жених. Я его до этого только на фотографиях видела. Я подумала, что это мой поклонник, поэтому, взяла у него розу.

Прямо чувствую, как девочки за столом настораживаются. Знаю из прошлой жизни, что в момент дележа парней у них включается режим – «беспощадная».

– Он действительно твой поклонник, онни. – спокойно говорю я. – И, если он в следующий раз подарит тебе букет, я буду совершенно не против. И если он попросит автограф на совместное фото с тобой, тоже, не буду возражать. Мы вчера обсудили этот вопрос. Всё нормально, онни. Нет никаких проблем.

ХёМин, с удивлением на лице, кивает.

– Да?! – теперь радостно оживает БоРам, – А что ты сказала оппе про ХёМин? Ты его отругала?

– Онни, – обращаюсь я к ней и не желая втягиваться в обсуждение «кто, чего кому сказал», перевожу разговор на другую тему, – президент СанХён сказал, что ты похожа на француженку.

– Я?! – искренне удивляется БоРам.

– Да, – кивнув, подтверждаю я, – И дал мне задание написать для тебя песню на французском языке. Парлеву франсе, мадмуазель БоРам?

БоРам сидит с приоткрытым ртом и округлив глаза смотрит на меня, похоже, пытаясь сообразить, – «что это такое происходит»? Первой, решившей что это шутка, за столом начинает ржать КюРи. С задержкой, другие тоже начинают смеяться.

Смотрю на веселящихся девчонок без улыбки. Чё-то вот как-то не смешно мне.

– Коробка! – неожиданно восклицает КюРи, словно что-то вспомнив.

Восклицает и смотрит на меня, словно я должен как-то прореагировать.

– Точно! – присоединяется к ней БоРам, выйдя из состояния удивления.

– КюРи, где она? – повернувшись, требовательно спрашивает она у КюРи.

– Сейчас принесу, – обещает КюРи, вылезает из-за стола и куда-то убегает.

Девчонки провожают её взглядами.

– Господин ЧжуВон, когда тебя вчера привёз, сказал, что это его подарок для тебя, – объясняет мне происходящее БоРам. – Просил передать тебе, как проснёшься.

В этот момент в кухню, быстро шоркая тапками по полу, вбегает КюРи.

– Вот! – говорит она и, поставив рядом со мною на стол достаточно большую коробку, завёрнутую в серую бумагу, требует. – Открывай!

Чё-то вот не помню я, что вчера был разговор о каких-то дарах, – думаю я и, с подозрением смотря на принесённое, озвучиваю вслух сомнение, что это моё.

– Твой оппа сказал, что ты сильно устала, – сообщает мне БоРам события прошлого вечера. – И у него не получилось выбрать момента, чтобы сделать подарок. Он попросил его поставить тебе на твой столик так, чтобы ты, когда проснулась, его увидела и был сюрприз.

– Я ничего не видела, когда проснулась, – отрицаю я.

– А у тебя, что, есть столик у кровати? – удивляется КюРи и снова требует. – Открывай!

Окидываю КюРи взглядом. Что за наезд? Что значит – «открывай»?!

– Не хочешь показать своим сонбе, что тебе подарил на свидании твой оппа? – распахнув глаза удивляется она, правильно поняв мои мысли.

Ах да! Она же девочка. И коллектив женский. А в нём, принято хвастаться добычей, которую удаётся урвать с лоховатых самцов. Я знаю. Придётся показывать. Чтобы не выбиваться из поведенческой матрицы…

– Мы же теперь подруги, – в этот момент приваливается ко мне с левого бока БоРам и с умильным выражением заглядывая мне в лицо.

Ага. По гроб жизни…

Подтягиваю к себе «подарок», отлепляю в трёх местах скотч, снимаю бумагу. Весь коллектив в ожидании придвигается ближе. Под бумагой обнаруживается коробка тёмно-серого цвета, с тиснённой надписью тёмными буквами – «LouisVuitton» и торчащим из бежевого цвета бока тряпичным «язычком».

– Вау! – восхищённо восклицает БоРам. – «LouisVuitton»!

Что, что-то ценное? Судя по её «выдоху», похоже, да.

– Открывай! – требует уже ХёМин.

Не найдя нигде мест, где можно подцепить, тяну за торчащий язычок. Тянется неожиданно легко и из коробки выезжает наружу что-то завёрнутое в жёлтую ткань.

Достаю, распускаю шнуровку на краю мешка и вынимаю из него завёрнутую в белую бумагу… сумку!

– Вау! – восхищённо повторяется БоРам.

Сумка какая-то…

Сняв бумагу, озадаченно кручу её в руках, разглядывая. Ну и к чему эта новая «раздача слонов»? Вроде только недавно кольцо «подарил»? Странно. Или, ЧжуВон решил, что общая сумма подаренного «невесте», ещё недостаточна для его статуса? А может, он считает, что сумка, которая у меня есть, это «г», с которым стыдно появиться на людях? Пф…

– Открой! – просит БоРам ещё больше наваливаясь на мой бок.

Следую её совету. Расстегнув замочек, открываю, заглядываю внутрь. Чемодан какой-то… Сундук.

– Original. – со значением в голосе по-английски произносит БоРам.

Бросаю на неё взгляд. Это как она определила? По цвету внутренней тряпки, что ли?

– А где это видно, что это «original»? – спрашиваю я у БоРам

– Смотри, – говорит она, беря у меня из рук сумку. – Есть очень много признаков по которым можно определить. Коробка должна быть тёмно-серого цвета. Буква «О», в надписи, должна быть очень круглая. Чехол сумки – только светло-жёлтого, или немножко горчичного цвета, это зависит от производителя. Но других цветов быть недолжно. Сумка заворачивается в белую бумагу и заклеивается наклейками с надписью «LouisVuitton», если наклейка прямоугольная, или логотипом «LV» – если наклейка круглая. Наклейки тут правильные. «LouisVuitton» никогда не закрывает металлические части новых изделий тканью или целлофаном. Тут они не закрыты. Строчка сумки всегда очень аккуратна. На одинаковых элементах должно быть одинаковое количество стежков.

– Видишь, – говорит она, поднося ко мне сумку и показывая её ручку, – как аккуратно сшито?

– Да, – соглашаюсь я, смотря на две словно зеркально отражающие друг друга строчки.

– Рисунки на ткани должны быть симметричны со всех сторон, на всех частях изделия, – продолжает ликбез БоРам и крутит в воздухе сумку, предлагая осмотреть её со всех сторон. – Видишь?

– Симметричны, – кивая, признаю я.

– Кредо располагается внутри сумки. – говорит БоРам показывая мне пришитый внутри сумки квадратный лоскуток кожи с тиснённой на ней надписью.

Кредо? Это называется – «кредо»? «Моё кредо» – это об этом?

– И материал, из которого сделана сумка. «LouisVuitton» использует для своих сумок уникальный материал, который называется – «канва». Подделать его невозможно. Если знаешь, как он выглядит, уже не перепутаешь. Здесь – канва.

– Внутри, – говорит БоРам проводя по материалу внутри сумки рукой, – ткань должна быть сделана обязательно из хлопкового холста. По внешнему виду он похож на замшу, но, если провести рукой, понимаешь, что это на самом деле – ткань. Попробуй!

По примеру БоРам провожу рукой по внутренней подкладке.

Ну да. Тряпка.

– И все металлические детали на оригиналах имеют маркировку «Louis Vuitton» или «LV», – судя по интонации, добирается до конца своей лекции БоРам. – Все детали должны быть с маркировкой. Здесь они все промаркированы…

– Original! – закончив, крутить в руках сумку выносит окончательный приговор БоРам и протягивает её мне. – Настоящая!

И это всё она увидела и «сосчитала» за три секунды, пока я её распаковывал? – ошарашенно думаю я о БоРам, беря у неё назад сумку. – Нифига себе… Вот, что значит, настоящая девочка! Сразу всё углядела, померяла, оценила. Женщины – удивительные существа. Мне, соревноваться с ними на их поле – бессмысленно. Даже подделываться, похоже будет жалкий труд. Ну, блин…

– И цена, – добавляет свои пять копеек КюРи к рассказу БоРам.

Она, пока БоРам мне объясняла, успела подтянуть с себе пустую коробку и сунуть в неё свой нос.

– Подделки, хоть и дорого стоят, – говорит она, – но всё равно дешевле, чем «Louis Vuitton». «Louis Vuitton» нереально дорого стоит.

В доказательство своих слов она вытаскивает из коробки узкий ценник из плотной белой глянцевой бумаги и выкладывает его на всеобщее обозрение.

– Четыре миллиона триста тысяч вон, – громко сообщает она всем, что на нём написано.

Четыре тысячи триста долларов? – автоматом перевожу я её в американские деньги. – Ох и ничего ж себе народ гуляет!

Обвожу взглядом девочек. Шо-то как-то они на меня смотрят… не так. Не одобрительно. Или это мне кажется?

(несколько позже)

– Офигеть, – произносит ДжиХён расчёсывая волосы перед зеркалом, – проспать всё своё свидание. Как так можно было поступить?

Стоящая рядом ХёМин, тоже занимающаяся своей причёской, пожимает плечами.

– Ну, она действительно сильно устала, – говорит она, – подряд пять дней сьёмок – это много. А у неё это в первый раз и опыта никакого…

– Но, всё равно, – отставив расчёску чуть в сторону и вглядываясь в зеркало возражает ДжиХён, – это же – свидание! Поспать можно и потом.

– Что я тебе могу сказать? – отвечает ХёМин. – У принцесс свои взгляды на жизнь…

ДжиХён хмыкает, вновь пуская в дело расчёску.

– Проспать всё своё свидание и получить за это сумку «Louis Vuitton»! – через пять секунд восклицает она, прекратив расчёсываться. – Как такое может быть?!

– Ну, наверное, её любят? – тоже приостановившись, делает предположение ХёМин.

– За что?! – с искренним недоумением восклицает ДжиХён, поворачиваясь к ней, – За то, что она всё время спит?

– Оппы всегда такие странные, – пожав плечами, отвечает ей ХёМин.

(Где-то в это время, дом мамы ЮнМи. СунОк, которая буквально почти вот только что, узнала о том, что её младшая сестра была на свидании, при этом не потрудившись поставить её в известность об этом событии, хмуро читает в чате комментарии)

[*.*] – ЧжуВон выложил у себя на странице фото со своего свидания с Агдан. Кто уже посмотрел?

[*.*] – Я не поняла. Она что, спать туда приезжала? Или это сейчас остромодно?

[*.*] – Там же есть подпись под фото, где он накрывает её пледом – «Забочусь о своей уставшей девушке». ЮнМи много снималась перед этим и, похоже, сильно устала.

[*.*] – Если устала, то тогда нужно сидеть дома, а не таскаться по свиданиям. По мне так это неуважение к своему парню. Приехать и спать на столе. Уверена, что такого он не ожидал.

[*.*] – Может, она – феминистка? Хотела так показать свою причастность к движению?

[*.*] – Ну, так показывать свою причастность к движению, значит совсем мозгов не иметь. Это просто жадность. И сьёмки, и участие в группе, и свидание с принцем. Хочет проглотить всё, до чего дотянется.

[*.*] – Ну почему сразу жадность? Почему нельзя представить, что она просто соскучилась по любимому человеку? Просто не рассчитала сил.

[*.*] – «Любимому человеку»? Девочка с окраины?

[*.*] – А что не так? Девочки с окраины не могут любить?

[*.*] – Что-то я не заметила на этих фото выражения любви на её лице. Девочки с окраины любят только деньги. И она не исключение.

[*.*] – Точно-точно. Она любит только его кошелёк. Зачем он с ней вообще связался?

[*.*] – Ну, я не специалист делать заключения по фотографиям невысокого качества. По мне так нормальное выражение…

[*.*] – Выражение сонной курицы, а не девушки, увидевшей своего парня после долгой разлуки!

[*.*] – Хех! Точно! Сонная курица!

[*.*] – Вау! ЧжуВон с пледом такой милый! Настоящий принц! Большинство парней не умеют заботиться о девушках.

[*.*] – У него лицо, кстати, тоже будничное. Судя по фото между ними нет никакой «химии».

[*.*] – Зачем же он тогда с ней встречается?

[*.*] – Может, у неё на него есть компромат?

[*.*] – Компромат? Откуда он у неё возьмётся? Единственный компромат, который она сможет добыть, – это забеременеть.

[*.*] – От него?

[*.*] – А от кого ещё?

[*.*] – Так она что…

– СунОк, ты где? – зовёт дочку мама. – Иди покушай! Я уже всё собрала на стол!

– Да, мама! Сейчас! – отзывается СунОк, торопливо дочитывая комментарий. – Иду!

(Несколько позже. СунОк и мама завтракают)

– Что пишут про Юночку? – спрашивает мама.

– Хвалят, – подумав и прожевав, одним словом отвечает СунОк и отправляет в рот следующую порцию риса.

Мама в ответ на это одобрительно кивает.

– Господин СанХён, наверное, до сих пор не нарадуется, что пригласил её к себе в агентство, – говорит она.

СунОк, на мгновение притормозив приём пищи, ничего не отвечая смотрит на маму, сжимает губы и возвращается к еде. Мама, не заметив этот красноречивый жест, продолжает болтать о том, о чём ей нравится.

– И кто бы мог подумать, что из девочки, которая кидалась в младшей школе камнями, вырастет такой талант!

СунОк, вновь замерев, смотрит на маму и решает перевести разговор на другую тему.

– Я сегодня вечером хочу встретиться с подругами, – сообщает она. – Хочу попросить их помочь. Сходить вместе в компанию, которая занимается продажей арендных площадей в строящемся торговом центре. Взять у них договор с условиями аренды.

– Да, хорошо сходи, дочка, поговори. Ты последнее время мало общаешься с подружками, – соглашается мама и на некоторое время задумывается.

– Мне всё же кажется, что это слишком рискованно, с новым кафе, – наконец говорит она. – Мало ли, что может случиться…

– Мама! – наклонив голову и смотря исподлобья, восклицает СунОк. – Мы с тобой уже не один раз об этом говорили. Я просто собираю информацию, как просила это сделать ЮнМи. А потом вернётся дядя, и решим.

При упоминании о дяде мама хмурится, но ничего не говорит.

– Он не звонил? – снова начав есть, деловито интересуется СунОк.

– Если бы это случилось, я бы тебе сразу сказала. – отвечает мама.

СунОк кивает.

– Просто его командировка затягивается, – говорит она. – Сложная командировка.

Время действия: 16 июня, начало десяти часов дня

Место действия: кабинет СанХёна. Присутствуют сам СанХён, КиХо, менеджеры Ким и ЁнЭ, а также группа «Корона» в полном составе.

– Итак, – произносит СанХён, окидывая взглядом со своего президентского кресла участников совещания, рассевшихся вдоль длинного стола. – Начнём. Сегодня у меня много тем, которые я хочу с вами обсудить, все они важны, но начну я с той, которую считаю самой важной… Вы много работали над новой композицией. Я внимательно посмотрел вашу генеральную репетицию, отснятый клип и считаю, что работа сделана хорошо. На высоком уровне, профессионально, и теперь пришло время представить публике результат вашего труда. А также труда всех тех людей в агентстве, кто помогал вам готовить ваше выступление. Я принял решение о дате вашего «комбэка». Он состоится первого июля…

СанХён делает паузу, ожидая реакции группы. Девочки радуются, выражая радость улыбками, вскриками и быстрыми мелкими хлопками в ладоши. ЮнМи, немного перед этим «потормозив», несколько вяло присоединяется к всеобщему ликованию. Этот момент не ускользает от внимания президента.

– ЮнМи, – реагирует он. – Как ты себя чувствуешь? Почему такая не радостная?

– Устала, сабоним, – признаётся та. – Вчера только отсняли последнее шоу. Думала, спать пойду, а пришлось ехать в ресторан. Совсем не отдохнула.

– Как прошло свидание? – интересуется СанХён, – Всё нормально?

– Да, – кивая, подтверждает ЮнМи. – Спасибо, сабоним.

Группа сидит с выражением на лицах, словно у них есть что сказать, но они этого делать не будут. СанХён видит и это.

– Хорошо, уйдём чуть в сторону от вопроса комбэка, – говорит он, обведя перед этим взглядом девочек. – Я принял решение. Для того, чтобы не создавать ненужного напряжения в группе, выделяя как-то по-особому одну из её участниц, с сегодняшнего дня всей группе разрешаются отношения. Соответствующее моё распоряжение будет вывешено на официальном сайте агентства…

– Вау…! – разом выдыхает почти вся группа, ошеломлённая столь невероятной щедростью.

– Очень надеюсь, что вы не ринетесь, сломя голову в романтические приключения, – продолжает СанХён. – Надеюсь на то, что вы все уже достаточно взрослые, чтобы не совершать безрассудных поступков. Я же, со своей стороны, постараюсь дать вам столько работы, чтобы вы мечтали только о сне, а не о романтическом вечере со свечами…

– Господин СанХён!.. Да мы! … Да я!.. Спасибо большое, сабоним! Мы оправдаем ваше доверие, сабоним!

Переждав бурю восторгов и подождав пока девочки успокоятся, СанХён продолжает с довольным видом.

– Благодарите ЮнМи, – говорит он, указывая на её как на причину своего решения.

Группа разворачивается к своей младшей участнице, сидящей с несколько озадаченным видом.

– Сделаете это потом, – тут же останавливает всех президент, видимо не желая тратить много времени на пустые восторги. – Раз наш разговор пошёл так, давайте тогда закончим с хорошими новостями, потом обсудим плохое. Ваш комбэк с «Bunny style» состоится первого августа и будет проведён в неожиданном для вас формате. С первого по седьмое августа группа будет осуществлять промоушен на территории Кореи. А последующие две недели, с седьмого по двадцать первое, вы проведёте в Японии, где продолжите промоушен «Bunny style» там…

– Воу! – выдыхает за всю онемевшую группу БоРам, выразив этим выдохом непередаваемое словами ощущение всех разом от этого сообщения.

– В Японии для вас запланированы десять выступлений на разных концертных площадках, – довольный реакцией на свои слова сообщает дальнейший план работ СанХён. – Где именно и когда, посмотрите в своём новом расписании, которое получите у менеджера группы… Кроме этого, в Японии у вас будет участие в сьёмках трёх шоу, в которые вы будете приглашены главными участниками…

– Вау… – опять отзывается за всех БоРам.

– Когда я говорил, что завалю вас работой, я не шутил, – поочерёдно смотря на участниц группы, говорит СанХён. – В Японию вы едете работать, а не отдыхать…

– Спасибо, господин президент! – дружно кланяются за столом девушки, подметая своими волосами стол. – Мы будем очень стараться! Так много хорошей работы! Спасибо вам, сонсен-ним!

ЮнМи, опять «тормознув», с опозданием кланяется следом за всеми.

– Я выполняю обещанное, – переждав восторги и снова обводя всех участниц группы взглядом, но минуя им ЮнМи, говорит СанХён. – Надеюсь, что вы выполните свои…

– Да, сабоним, – благодаря, снова кланяются участницы, – мы будем стараться…

– Подготовку к сьёмкам в японских шоу начнёте с завтрашнего дня, – говорит СанХён. – Так же необходимо будет сделать запись «Bunny style» на японском языке. Посмотрите в расписании, когда это будет. Перед поездкой у вас будет практика с преподавателем японского языка. Освежите свои знания.

– ЮнМи! – постучав по столу пальцем привлекает внимание, похоже, слегка придремавшей девушки.

– Да, сабоним! – выпрямляет спину та садясь прямо.

– Это твоя первая зарубежная гастрольная поездка. – строго произносит СанХён. – При всех твоих положительных качествах, дисциплина у тебя – худшая в группе. Постоянно помни о том, что ты находишься в другой стране, в которой люди живут иначе, чем в Корее. И не забывай, что самое стойкое впечатление о человеке складывается при первой встречи с ним. Никаких инициатив! Следуй строго своему расписанию. На любое действие, которого в нём нет, спрашивай разрешение у менеджеров или у своих сонбе. И главное – держи свой язык за зубами! Никаких оценочных высказываний! От себя можешь говорить только на тему: какие тебе нравятся цветы, конфеты и прочее, чем увлекаются обычные школьницы. Не понравишься зрителям, останешься без славы и без денег! Поняла?

– Да, сабоним, – сидя кланяется ЮнМи. – Я буду очень стараться, сабоним.

– Ко всем вам это тоже относится! – президент обводит взглядом присмиревшую группу, – Никаких оценочных суждений. Категорически запрещаю любые, слышите, любые разговоры на политические темы! Всем понятно?!

– Да, сабоним. – кланяясь, разом наклоняется к столу группа.

– Помните, что могут быть провокации правых, – напоминает СанХён и требует, – и проследите за своей младшей. У вас есть опыт, а для неё всё будет в первый раз.

– ЮнМи! – снова обращается к новой участнице группы президент.

– Да, сабоним, – отзывается та.

– В другой раз я бы не стал рисковать, посылая представлять Корею так слабо подготовленного артиста. – говорит СанХён. – Но все очень хотят увидеть твои глаза. Второго такого случая не будет. Я иду на это ради твоего будущего и очень рассчитываю на твоё благоразумие.

– Я вас не подведу, – обещает ЮнМи и благодарит. – Спасибо большое, господин президент.

– Вас всех ещё раз подробно проинструктируют перед поездкой. – обещает СанХён и говорит отдельно, смотря на ЮнМи. – А у тебя ЁнЭ примет письменный тест.

– Спасибо, господин президент, – кланяется та.

– … Хорошо. – говорит СанХён, сделав паузу для усвоения информации у слушателей и ещё раз неспешно обведя взглядом группу, останавливает его на ЮнМи.

– Теперь, поговорим о плохом, – строгим голосом произносит он, смотря на её самую младшую участницу. – Как это не странно, но все проблемы связанны именно с тобой.

Группа и присутствующий стаф настораживаются, фокусируясь на ЮнМи.

– Сегодня прошло две недели после концерта, на котором ты дала обещание, что твои песни попадут в «Billboard». – говорит СанХён. – Так вот. В час ночи «Billboard» обновил список «Hot 100». Ни одна из твоих композиций в него не попала.

После слов президента в кабинете наступает мёртвая тишина. Все смотрят на недовольно поджавшую губы ЮнМи. После некоторого раздумья она молча пожимает плечами.

– Уверен, – продолжает президент, нарушая молчание, – что среди нетизенов найдутся неадекватные личности, которые попытаются устроить на этой новости «чёрный пиар»…

СанХён делает паузу. ЮнМи молча ждёт продолжения.

– … Он совершенно не нужен не только твоей группе, особенно в момент проведения промоушена, но и тебе самой…

Вновь пауза. Все молча ждут чем закончит господин президент.

– Ты когда худеть собираешься?! – повысив голос, грозно вопрошает СанХён. – Или мне тебя следует штрафовать каждый день, чтобы до тебя наконец дошло?

В кабинете все замирают, перестав на миг дышать и смотрят на ЮнМи.

– Господин президент, – вежливо и чуть наклонив голову вбок, отвечает ЮнМи, – простите, но вы забыли, что у меня сейчас фаза быстрого роста. Организму нужны питательные вещества. Я стараюсь есть меньше, но мне нельзя голодать. Я об этом говорила.

Присутствующие переводят теперь взгляды с неё на президента, в ожидании его ответа. Тот, похоже, действительно, забыв об этом факте озадаченно смотрит на своего говорливого айдола.

– Я могу принести справку от доктора. – предлагает ЮнМи замешкавшемуся с ответом шефу.

– Не надо. – ещё помолчав перед тем как буркнуть, отказывается от её предложения шеф.

Хууу… – выдыхают присутствующие в кабинете.

– Хорошо, – говорит СанХён, вновь беря ситуацию в свои руки. – Подождём, пока по медицинским показаниям тебе будет разрешено худеть. Пойдём дальше. Что за идея с днём рождения ТэСона? Мне сказали, что это ты придумала.

Вся группа поворачивается к ЮнМи. Та, поняв по обращённым на неё взглядам, что возмущаться на навет бессмысленно, не распыляясь, коротко рассказывает о возникшей из случайного разговора идее.

– Нет, – выслушав, отрицательно качает головой СанХён. – С сегодняшнего дня я вношу изменения в твоё расписание. Прекращаешь распыляться, занимаясь малоперспективным и сосредотачиваешься только на том, что может принести деньги тебе, группе и агентству. Тебе понятно?

– Да, сабоним. – несколько удивлённо кивает на это ЮнМи.

– Поэтому, – говорит СанХён, – композиции для дня рождения ТэСона и благотворительного концерта, всё это отменяется. В приоритет ставится работа над рисованным клипом для «BangBang» и композицией для твоей группы с которой ты обещала вывести её в «Billboard». Единственный способ борьбы с негативной критикой – это показать работу и результат, против которого будет трудно что-то возразить. Это понятно?

ЮнМи вновь кивает и мгновение подумав, поднимает вверх правую руку не отрывая локоть от стола.

– Слушаю. – говорит СанХён.

– Господин президент, – говорит ЮнМи, – те композиции, о которых вы говорите, собственно, готовы. Осталось их только записать. На это уйдёт от силы пол дня. Максимум – день. Жалко выбрасывать то, во что была вложена работа. Потом, агентству всё равно придётся чем-то их замещать. Разрешите закончить работу над начатым? А потом, я буду заниматься только тем, что вы сказали.

СанХён на пару секунд задумается, смотря на просительницу.

– И как тогда быть с песней для АйЮ? – вспомнив ещё об одном своём долге, спрашивает ЮнМи. – С чем идти к ней на день рождения?

СанХён неспешно кивает.

– Да, АйЮ тоже в списке приоритетов. – говорит он и интересуется. – Сколько времени тебе нужно, чтобы закончить это всё?

– День, максимум два, сабоним.

– Хорошо, – говорит СанХён и разрешает, – заканчивай. А потом будешь работать по новому расписанию со своей группой. Живёшь рядом с нескольким отличными вокалистками и ничего для них не делаешь. Выбирай любую и начинай работать. До промоушена целых две недели, до начала гастролей в Японии – три. Раз ты быстро работаешь, то вполне можешь за это время что-то сделать. Для всей группы – вряд ли, времени мало для подготовки, а вот сольное выступление без хореографии – да. Если постараться, то можно успеть. Получится удачно, вполне возможно, что новинку можно будет презентовать как сюрприз для японских фанатов в рамках вашей поездки.

Взгляды главных солисток группы скрещиваются на ЮнМи. Президент тоже смотрит на неё в ожидании ответа. Посмотрев по очереди на ХёМин и СонЁн и быстро пробежав глазами по другим участницам группы, ЮнМи вздыхает.

– Я, конечно, буду стараться, сабоним, – обещает она, – но, есть две проблемы…

– Что за проблемы? – спрашивает СанХён.

– Я не могу всё время находится в четырёх стенах. – говорит ЮнМи. – Чтобы писать стихи и музыку нужно соответствующее настроение. Вдохновение. От постоянного сидения под крышей оно либо падает, либо быстро заканчивается. Мне нужны воздух и новые впечатления, сабоним.

ЮнМи смотрит на СанХёна. СанХён смотрит на ЮнМи.

– И как ты себе это представляешь? – помолчав, интересуется владелец агентства у своего наёмного работника.

– Я хочу съездить на море. – отвечает ЮнМи. – Искупаться, вкусно покушать, посмотреть какое-нибудь кино, увидеть что-нибудь красивое и потратить на что-нибудь деньги.

– Ты же только вчера вкусно кушала? – удивляется СанХён. – Или нет?

– Да. – подтверждает ЮнМи и вздыхает. – К сожалению, сабоним, мир устроен так, что сколько ни съешь, всё равно поешь только один раз.

СанХён с лёгкой иронией хмыкает. Сонбе ЮнМи с удивлением переводят взгляды с него на ЮнМи и обратно.

– А на что ты собираешься тратить деньги? – интересуется президент у желающей нарушить испокон заведённый в агентстве порядок.

– Ещё не знаю, – признаётся та, – но наверняка найдётся что-нибудь подходящее. А то я их зарабатываю, а тратить некогда. Это приводит мой организм в состоянии диссонанса и вызывает сомнения в правильности выбора дела которым я занимаюсь, сабоним.

– Говори короче и медленнее. – просит сабоним. – Я не успеваю за потоком твоих слов. И все остальные, присутствующие тут, похоже, тоже.

Присутствующие дружно кивают, соглашаясь.

– Как я понял, если коротко, тебе нужны развлечения и шоппинг? – делает резюме сказанному СанХён.

– Да, сабоним. – кивает в ответ ЮнМи. – Для поднятия эмоционального тонуса и приведения организма в творческое состояние.

– Ты же пойдёшь на день рождения АйЮ? – мгновение спустя спрашивает СанХён. – Этого разве недостаточно?

– Это опять будет в помещении. – объясняет ЮнМи и признаётся. – Опять будет нужно разговаривать. Я бы хотела отдохнуть от людей, сабоним.

О-о, – удивлённо раздаётся в комнате. Причём непонятно от кого. То ли от мемберов, то ли от присутствующего стафа, то ли от тех и тех одновременно.

– Ты ещё ко всему и мизантроп, ЮнМи? – удивляется СанХён.

– Чуть-чуть. – признаётся та. – Для творчества нужна сосредоточенность, сабоним. Люди мешают.

– Мм-м, – задумчиво мычит шеф, смотря на своего необычного айдола, – ладно, я понял тебя. Я подумаю над твоими словами. Что за вторая проблема?

– Проблема в том, сабоним, что я до сих пор слабо представляю себе возможности своих сонбе. Как по отдельности каждой, так и группы в целом. Это мешает процессу создания песен.

СанХён смотрит на ЮнМи, ЮнМи смотрит на СанХёна. Девочки очень удивлены и, вновь переглянувшись, поочерёдно смотрят на разговаривающих.

– Ну так получилось, – смотря на молчащего шефа, объясняет причину своего незнания ЮнМи. – То одно, то другое. Всегда находилось что-то более срочное.

– Ты же уже работала со всеми вместе? – удивляется СанХён. – Как ты можешь после этого не знать уровень своих сонбе?

– Возможно это от того, что я была в основном сосредоточена на себе. – пытается объяснить причину такого состояния дел ЮнМи. – Я новичок, всё происходящее было для меня впервые, нового было очень много и боюсь, что я больше следила за тем, чтобы самой не допускать ошибки, а не за окружающими, сабоним. Да, конечно, у меня есть мнение и впечатление о группе, но я не могу с уверенностью утверждать, что они стопроцентно правильные для использования их в качестве отправной точки нового проекта.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю