Текст книги "Совиные врата (ЛП)"

Автор книги: Андреас Грубер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Andreas Gruber

Das Eulentor

Перевод: Иван Висыч

Андреас Грубер

Совиные врата

(2008)

Оглавление

Пролог

Глава 01

Глава 02

Глава 03

Глава 04

Глава 05

Глава 06

Глава 07

Глава 08

Глава 09

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Эпилог

ПРЕДИСЛОВИЕ

На языке викингов норвежский архипелаг Шпицберген назывался Свальбард, что означает примерно «холодный берег».

Шпицберген лежит к востоку от Гренландии, там, где проходит кромка паковых льдов в направлении Земли Франца-Иосифа. Хотя по площади архипелаг равен Голландии и Бельгии вместе взятым, жителей здесь всего две с половиной тысячи, и они расселены по пяти небольшим поселкам.

В крупнейшем из них, Лонгйире, есть аэропорт регулярных рейсов, но стоит покинуть обжитую территорию – и оказываешься посреди Арктики, где зимой температура падает до минус сорока. С апреля по сентябрь полуночное солнце стирает грань между днем и ночью.

Вечный лед вызывает снежную слепоту, бури со скоростью до ста километров в час хлещут по фьордам, а ветры неумолчно воют в горах.

В этом краю с изломанными ледниками высотой более тысячи семисот метров и ледяными плато единственными средствами передвижения остаются собачьи упряжки и вертолеты. Одинокое белое пятно на карте, пригодное разве что для ледового бурения и метеорологических исследований.

Не зря прежде этот остров называли краем света.

ПРОЛОГ

Ноябрь 2021

Сердце Неле Туюнен колотилось у самого горла. Она уже подняла руку, но все еще медлила. Неужели она и правда решится привести в действие свой безумный план?

В семь утра она стояла на втором этаже мотеля «Сторфьорд» перед дверью номера 11. Это был самый сумасшедший поступок в ее жизни: забраться так далеко на север, в норвежский Тромсё, и тайком проникнуть в этот мотель у самой воды.

Неле постучала и стала ждать. Ничего.

Она сдвинула шерстяную шапку набок и приложила ухо к двери. Доктор Свейя Левандова наверняка уже проснулась. Неле постучала снова, на этот раз сильнее.

Из комнаты донесся женский голос. Сердце Неле забилось еще чаще. Доктор Левандова была не одна? Черт!

Через несколько секунд она поняла: врач, похоже, говорила по телефону – второго голоса слышно не было.

Неле быстро отступила на шаг, выждала немного и постучала еще раз.

В конце коридора звякнули двери лифта. Вышла пожилая пара с чемоданами. Они переговаривались по-английски и, по всей видимости, искали свой номер. Неле повернулась к ним спиной, чтобы те не разглядели ее лица.

В этот момент дверь открылась.

На пороге стояла доктор Свейя Левандова. Она только что закончила разговор, выглянула в коридор и с любопытством уставилась на Неле. К полету, судя по всему, она была готова: элегантная белая парка с черным капюшоном, теплые черные термоштаны, крепкие походные ботинки.

Позади нее, возле трюмо, стоял белый чемодан с жестким корпусом. Вероятно, со снаряжением.

Врач была примерно одного с Неле возраста – лет тридцати пяти, – но на полголовы выше. С длинными светлыми волосами, спрятанными под бейсболку, и тонким лицом она действительно выглядела чертовски сексуально – как и сказал вчера вечером официант в баре мотеля.

– Можно мне войти на минуту? – спросила Неле по-английски. – Я ненадолго.

Доктор Левандова смерила ее недоверчивым взглядом.

– Вы пилот?

Неле сжала лямки рюкзака.

– Нет, но… речь действительно о вашем полете. Я хотела бы коротко с вами поговорить. Можно войти?

За спиной она услышала, как пожилая пара открыла дверь и скрылась в номере.

– Нет, простите. – Свейя Левандова снисходительно улыбнулась. – Кем бы вы ни были, это придется отложить. Я тороплюсь. Меня уже ждут.

Неле пропустила ее слова мимо ушей, протиснулась мимо Левандовой в комнату и примирительно подняла руки.

– Это правда срочно.

– Что вы себе позволяете? Мне нужно уходить!

– Да, я знаю. Вы летите на Шпицберген, на арктическую станцию.

Левандова нахмурилась.

– Так вы все-таки из команды?

– Ну… да, – быстро солгала Неле.

Левандова посмотрела на нее еще подозрительнее.

– Мне об этом ничего не известно. Подождите, я должна проверить.

Она подняла телефон и уже собиралась что-то набрать.

Неле глубоко вдохнула.

– Нет, вы правы, – наконец призналась она. – Я не из команды. Но мне нужно как-то попасть в «Сибирион».

Рука Левандовой опустилась. Она вскинула бровь.

– Удивительно, что вы знаете об этом рейсе. И даже название станции. Вы из прессы?

– Меня зовут Неле Туюнен. И нет, я не журналистка.

– Теперь поняла. – Левандова указала на нее пальцем. – Вы та самая странная женщина, которая уже несколько дней задает здесь подозрительные вопросы и ищет способ попасть на Шпицберген.

И этими вопросами я точно не нажила себе друзей.

Неле не стала вдаваться в подробности.

– Возьмите меня с собой, пожалуйста.

Левандова громко рассмеялась.

– Ну конечно. Устроим маленькую обзорную экскурсию.

Потом ее лицо стало серьезным.

– Послушайте, этот рейс секретный. Вообще-то я даже говорить с вами о нем не имею права. Но мне все же интересно, откуда вы узнали.

– Северная портовая часть Тромсё – не такая уж метрополия. Бармен из «Сторфьорда» приходится кузеном пилоту вертолета, – призналась Неле.

По счастливой случайности именно от него она узнала, что врача должны доставить на станцию. Это был ее шанс, и Неле решила воспользоваться им без промедления.

– Значит, пилот, – вздохнула Левандова. – Это будет иметь последствия.

Она свела брови и указала на Неле телефоном.

– А теперь вон из моего номера, иначе я звоню на стойку регистрации. Я и так опаздываю.

Неле смотрела на врача, а ее рука тем временем скользнула в боковой карман ветровки.

– Это ваше последнее слово?

– Да. Вон отсюда.

– Тогда вы не оставляете мне выбора.

Неле вытащила перцовый баллончик и брызнула Левандовой в лицо. Одновременно ногой захлопнула дверь.

Левандова выронила телефон, вскинула руки к лицу и с криком отшатнулась назад. Неле тем временем достала из кармана флакон с хлороформом и торопливо сняла крышку. Руки дрожали.

Пытаясь пропитать тряпку, она расплескала половину на ковер. Твою мать! От едкого запаха у нее мгновенно выступили слезы.

Левандова замахала руками – очевидно, она тоже учуяла хлороформ и поняла, что ее ждет. Но Неле уже оказалась у нее за спиной и прижала тряпку к носу и рту.

Сразу не подействовало. Левандова попыталась вырваться, и тогда Неле попросту вылила остатки флакона ей на лицо. Господи, черт возьми! Все шло совсем не по плану.

Наконец тело женщины обмякло.

Прежде чем Левандова упала, Неле подхватила ее под мышки, протащила через комнату и взвалила верхнюю часть тела на кровать. Она знала: действие хлороформа проходит через несколько минут, если не добавлять дозу постоянно. Поэтому Неле вытащила из рюкзака остальное снаряжение и выложила его на покрывало.

– Сама напросилась, – пробормотала она, зубами срывая пленку со шприца.

Из ампулы с анестетиком она набрала полную дозу. Пять миллилитров внутривенно вполне хватит, объяснил ей знакомый аптекарь, но в такой спешке она не сумеет чисто попасть в вену.

К тому же Левандова уже снова зашевелилась и тихо застонала.

Поэтому Неле взяла двойную дозу – десять миллилитров, – расстегнула на Левандовой термоштаны и стянула их до колен. Затем без всякой дезинфекции всадила иглу сбоку в бедро.

От этого ты уж точно не умрешь.

– Сладких снов, красотка.

Неле вытерла пот со лба и подождала полминуты, пока препарат начнет действовать. Сердце постепенно успокаивалось.

Первый этап пройден. Но тебе надо торопиться.

Пилот на вертолетной площадке не станет ждать Левандову вечно. Неле сняла с врача ботинки, штаны и парку, затащила ее ноги на кровать и уложила в устойчивое боковое положение – на случай, если во время беспамятства ее вырвет.

Но этого не должно было случиться. Ближайшие шестнадцать часов доктор Свейя Левандова будет мирно спать, а глубокой ночью проснется всего лишь с легкой головной болью и зверским аппетитом. И все.

Неле укрыла женщину. Затем подняла трубку стационарного телефона на тумбочке и набрала стойку регистрации.

Через некоторое время ответил молодой мужчина.

– Свейя Левандова, номер одиннадцать, – сказала она. – Я хотела бы продлить номер до завтрашнего утра, если можно.

Неле услышала, как мужчина застучал по клавиатуре.

– Без проблем, номер свободен. Счет тоже выставить на доктора Ронена?

– Да. И до завтра, пожалуйста, не беспокоить.

– Хорошо, отмечаю.

– Большое спасибо.

Неле положила трубку и выдернула провод из розетки. Потом задернула шторы на обоих окнах. В комнате сразу потемнело.

В сумраке она разделась и запихнула свои штаны и ветровку в рюкзак. Шприц, тряпку и флакон хлороформа сунула в один из боковых карманов.

После этого Неле влезла в термоштаны и парку доктора Левандовой. На ней самой были крепкие трекинговые ботинки, их она решила оставить. К тому же сомневалась, что обувь врача пришлась бы ей впору.

Нужно было всего лишь один раз подвернуть снизу чуть длинноватые штанины. Зато парка села как влитая.

По бедрам и рукам Левандовой Неле успела понять, что та регулярно тренируется, но и сама она исправно ходила в зал и занималась десятиборьем. Внешне они были не так уж непохожи. А если держаться прямо, разницу в росте никто сразу не заметит.

Правда, длинные волнистые волосы – огненно-рыжие – пришлось спрятать под бейсболку Левандовой. Классная кепка: с эмблемой NASA. Свою шерстяную шапку Неле запихнула в боковой карман парки.

В нагрудном кармане она нашла зеркальные солнцезащитные очки. Идеально.

В последнюю очередь Неле подняла телефон Левандовой. Он все еще лежал у двери, там, где врач его выронила. Смартфон с блокировкой по отпечатку пальца; Неле разблокировала его указательным пальцем женщины без сознания. Затем зашла в настройки и сняла защиту.

Как выяснилось, перед этим Левандова разговаривала с метеорологическим институтом в Лонгйире. По-видимому, справлялась о погодных условиях.

Неле сунула телефон в карман и нашла на трюмо тонкую синюю папку с кольцеобразным логотипом компании «Сибирион. Исследовательские и опытно-конструкторские технологии».

Значит, фирма действительно существовала, а не была плодом воспаленного воображения кучки чудаков, постивших в интернете конспирологические теории.

Эти бумаги Неле тоже убрала в рюкзак и закинула его на плечи. Потом схватила чемодан Левандовой с жестким корпусом – тяжелую махину на четырех колесиках.

Прежде чем выйти из номера, она еще раз огляделась. Не забыла ли чего? Мысленно быстро прошлась по плану.

Нет, пока все идет более-менее как задумано.

Она повесила снаружи на ручку табличку «Не беспокоить», затем вышла из номера и направилась к лифту. Чтобы не проходить мимо стойки регистрации, воспользовалась боковым выходом, пересекла парковку и оттуда быстрым шагом пошла к вертолетной площадке.

Пилота она заметила издалека. Утреннее солнце заставляло море за его спиной искриться. Он стоял возле желтого «Eurocopter», подняв меховой воротник, и нетерпеливо поглядывал на часы.

Где именно находится станция, Неле не знала, но пилот должен был знать. Главное, чтобы во время полета он не задавал слишком много вопросов.

Подходя к машине, она надела солнечные очки и глубже надвинула бейсболку на лицо. Затем вытащила из кармана телефон Левандовой и сделала вид, что разговаривает.

– Да, я уже у площадки… Хорошо, доктор Ронен, мы взлетаем через несколько минут, – сказала она, оказавшись в пределах слышимости пилота.

– Доктор Левандова? – спросил он.

Она кивнула и поставила перед ним чемодан, чтобы он загрузил багаж. В обычных обстоятельствах Неле сделала бы это сама, но сейчас лучше было занять мужчину делом – пусть не вздумает задавать лишние вопросы.

Пока он возился с чемоданом, она на миг отвела телефон в сторону.

– Сколько лететь? – прошептала она.

– Чуть меньше трех часов. – Он захлопнул грузовой люк и открыл перед ней дверь. – В Лонгйире дозаправимся, потом еще полчаса до станции.

– Спасибо.

Все еще делая вид, будто говорит по телефону, она забралась внутрь и пристегнулась.

Четыре часа – идеально. У нее будет достаточно времени, чтобы ознакомиться с документами доктора Левандовой.

Примечания переводчика:

NASA – National Aeronautics and Space Administration, Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства США. В тексте упоминается эмблема NASA на кепке Левандовой.

Eurocopter – название европейской компании-производителя вертолетов и одновременно разговорное обозначение вертолета этой марки. Оставлено латиницей как фирменное наименование.

Тромсё – город на севере Норвегии, важный арктический порт и транспортный узел.

Лонгйир – крупнейший населенный пункт архипелага Шпицберген; в норвежском оригинале Longyearbyen.

Земля Франца-Иосифа – арктический архипелаг, географический ориентир для описания ледовой границы.

«Сторфьорд» – название мотеля; сохранено в русской транскрипции.

«Сибирион. Исследовательские и опытно-конструкторские технологии» – перевод названия компании Sibirion Forschungs– & Entwicklungstechnik. «Сибирион» также воспринимается как название станции.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ЧАСТЬ 1

ГЛАВА 1

Четыре часа спустя. Прибытие. Ноябрь 2021

«Eurocopter» сел на западном побережье Шпицбергена, в сорока пяти километрах вглубь суши, в конце фьорда Хорнсунн, в длинной узкой бухте. Бухте Моржей. Кроме вертолётной площадки здесь имелись только базовая станция в нескольких метрах от берега да деревянный причал, у которого на якоре, покачиваясь в Ледовитом океане, стояло небольшое белое судно.

Перелёт сюда и сама посадка выдались тряскими. При сильном встречном ветре они преодолели девятьсот шестьдесят километров от Тромсё до Лонгйира за три с половиной часа, дозаправились, а потом – как объяснил ей пилот Ким – добирались до бухты ещё почти полчаса.

Неле ничего не смыслила в авиации, но Ким рассказал ей, что сильный мороз вертолёту не помеха. Наоборот: чем холоднее, тем лучше – воздух плотнее, и лопастям ротора приходится прогонять меньший объём воздушной массы.

Ким был, в сущности, вполне симпатичным парнем, хотя своей приземистой фигурой, стрижкой-«ёжиком» и чёрной козлиной бородкой не слишком соответствовал расхожему образу норвежца. Сама она, конечно, выглядела не так эффектно, как доктор Левандова, но это не помешало Киму между техническими пояснениями к ней подкатывать. Безуспешно.

Едва лопасти начали замедлять ход, Неле схватила чемодан и выбралась наружу. Её тут же хлестнул ледяной ветер. Запах солёной воды здесь был куда резче. В бухте оказалось на несколько градусов холоднее, чем в Лонгйире, и заметно холоднее, чем в Тромсё.

Небо висело серым пологом. Солнца здесь уже не было – не в это время года.

Она дождалась, пока Ким выйдет из вертолёта, чтобы проводить её к станции. Жёсткий снег скрипел под ботинками. За считаные секунды слизистую в носу схватило морозом. Упираясь в ветер, они двинулись дальше.

Теперь Неле разглядела, что у причала стояло современное исследовательское судно – «Скёльдпадда». Чуть дальше располагалась базовая станция. «Сибирион I». Неле подняла взгляд к радиомачте с высокой антенной, опасно гнувшейся под порывами, и к двум устремлённым вверх цилиндрическим башням. За ними виднелся кран.

– Водяной и дизельный баки, – пояснил Ким, похоже, уже не раз летавший на эту станцию. – Сто пятьдесят кубометров лучшей арктической талой воды – для туалета, кухни и душа.

Неле только кивнула. Между баками стояла станция с прочной серой металлической дверью на пяти железных петлях. В нескольких метрах перед входом из промёрзшего снега торчала табличка.

«Добро пожаловать в задницу мира».

Надпись едва читалась: табличка была изрешечена, как швейцарский сыр. Наверное, скучающая команда упражнялась в стрельбе. Рядом стояли два снегохода и большой красный ратрак. Кто-то нарисовал ему на боку оскаленную акулью пасть. Что ж, здешнее одиночество, видимо, брало своё.

Дверь станции распахнулась, и наружу вышел невысокий мужчина в чёрно-белом пятнистом анораке с меховой опушкой на капюшоне. По длинной светлой бороде, заплетённой в косу, и круглым никелевым очкам она узнала станционного океанографа. На фотографии в документах доктора Левандовой он выглядел чуть моложе, но сомнений быть не могло: это был Скёрдал.

– Привет, Ким! – крикнул мужчина. – Добрый день, госпожа доктор. Полёт, небось, был не из приятных? – Он криво усмехнулся. – А погода ещё испортится.

Он протянул Неле руку, не снимая перчатки, затем перевёл взгляд на её чемодан.

– Это всё снаряжение?

Неле кивнула. Во время дозаправки она успела изучить содержимое чемодана. Немного медицинского оборудования, остальное – одежда. Судя по всему, Левандова собиралась провести на станции несколько дней.

– Ну, медицинских инструментов у нас тут хватает.

Скёрдал кивнул вверх, на скальное плато, поднимавшееся примерно на пятьсот метров и небольшим уступом нависавшее над бухтой.

Неле тоже посмотрела туда, но из-за начавшейся метели почти не различила вторую станцию. Зато с вертолёта она успела заметить здание на плато. «Сибирион II».

– Александр Бергер открыл это место больше ста лет назад, верно? – Она постаралась произнести это как обычную светскую реплику.

Скёрдал бросил на неё поверх никелевых очков странный взгляд. В нём было что-то чудаковатое, настороженное.

– Об этом я ничего не знаю, – быстро сказал он.

Из этого, значит, ничего не вытянуть.

Неле покосилась на Кима. На его лице не дрогнул ни один мускул. Во всяком случае, выглядел он так, будто тоже слышал это имя впервые.

Неле кивнула в сторону входа.

– Нам туда?

Скёрдал покачал головой.

– В контейнерных блоках только кухня, жилые помещения, центральный зал, радиорубка и техническая. А сзади – инструментальные сараи.

…и маленький пристроенный музей, где, согласно её сведениям, должен находиться тот самый спуск в подвал, ведущий под лёд.

Она вытянула шею и оглядела здания из профилированного металла, но ничего похожего на музей не увидела.

Скёрдал указал на скальное плато.

– Подниматься туда, леди. Надеюсь, с высотой у вас проблем нет. Серпантин узкий.

Он ухмыльнулся. Во рту у него оставалась жалкая горсть зубов.

– Подписанное соглашение о неразглашении при вас?

Неле кивнула. Документ она нашла в бумагах доктора Левандовой. Теперь вытащила лист из нагрудного кармана парки и передала Скёрдалу.

Пока он просматривал формуляр, она ещё раз оглядела бухту. Научным руководителем станции был геофизик доктор Ронен. Кроме того, о «Сибирионе» ей удалось выяснить в интернете совсем немного: разве что станцию, как и все арктические базы, приходилось круглые сутки отапливать. Иначе от холода изоляция кабелей промерзала до такой степени, что рассыпалась при первом же прикосновении.

Ещё она знала, что раз в месяц немецкий «Геркулес» садится на лёд: забирает мусор и доставляет продовольствие, топливо и новое исследовательское оборудование. В ноябре рейс уже состоялся. Следующая плановая посадка ожидалась в середине декабря, то есть через три недели.

Так долго Неле ждать не собиралась. В Тромсё она и без того успела привлечь ненужное внимание своими расспросами.

– Ну вот и отлично, – проворчал Скёрдал и сунул формуляр в карман, прежде чем ветер разорвал бы его в клочья. – Чемодан закрепим сзади на снегоходе. Вы поедете со мной. Ким, бери второй.

Ким посмотрел на него без всякого восторга.

– Вертолёт всё равно забронирован максимум на двадцать четыре часа. Я не могу подождать на станции? Холод собачий.

– Сорри, но со вчерашнего дня вся станция объявлена закрытой зоной повышенной безопасности. Оставить тебя здесь внизу одного я не могу. Разве что… – Скёрдал ухмыльнулся. – …хочешь ждать в вертолёте. Только там у тебя задница отмёрзнет, мужик.

Он запер входную дверь, убрал связку ключей в карман куртки и выудил оттуда два ключа от снегоходов. Один бросил Киму, но тот не успел поймать и потом выкапывал ключ из снега.

– Старик, реакция у тебя как у дохлой белой куропатки. Чемодан вам придётся нести самой, леди. Спина у меня ни к чёрту.

– Ничего страшного.

Неле взялась за чемодан и последовала за Скёрдалом к снегоходу.

Тот с усмешкой оглядел её с головы до ног.

– Доктор Ронен много мне о вас рассказывал. Я представлял вас повыше. Он уже радуется встрече. Старая любовь, а?

Неле на мгновение застыла.

Встрече?

Страх ледяной иглой прошёл под рёбрами.

– Ну да, – она выдавила смешок, – давно это было.

Скёрдал нахмурился.

– Я думал, два года. Ладно, болтовню оставим на потом. – Он кивнул наверх. – Надо поторапливаться. Идёт снежная буря.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 2

Наверху, на плато, ветер свирепствовал куда сильнее, чем в долине. Поездка по узкой извилистой тропе и вправду оказалась пугающе опасной, зато вид открывался захватывающе прекрасный – по крайней мере, то немногое, что Неле удалось разглядеть сквозь снежную круговерть.

Как бы там ни было, Скёрдал оказался прав: надвигалась буря, и скоро она целиком окутает «Сибирион II».

Снегоходы стояли снаружи, прямо у входа. Ким и Неле отогревались в комнате отдыха. Они стряхнули с одежды снег, сняли куртки и перчатки. У Неле всё ещё текло из носа, как из сломанного крана, хотя она уже дважды высморкалась. А пульс держался где-то на ста десяти.

Скёрдал что-то говорил – кажется, им обоим велено ждать здесь. Почему именно, она уже не помнила. Все мысли занимал доктор Ронен. Как он отреагирует, когда увидит её и поймёт, что она вовсе не доктор Свейя Левандова? Растеряется? Разозлится? Перейдёт в наступление? Или станет по-настоящему опасен?

В любом случае он сразу попытается дозвониться врачу по мобильному. А если телефон Левандовой вдруг зазвонит в парке Неле – при условии, что в этой глуши вообще ловит сеть, – следующим делом он свяжется по рации с мотелем «Сторфьорд» в Тромсё. Там откроют дверь в гостиничный номер Левандовой, и весь обман вскроется куда раньше, чем Неле рассчитывала.

Придумай-ка заранее достойное оправдание всему этому!

Доктора Левандову задержали по работе, и она прислала тебя как свою ассистентку.

В это никто не поверит.

Она внезапно заболела ночью.

Ещё менее правдоподобно!

Или сразу выложишь правду и расскажешь, почему пошла на все возможные риски, лишь бы попасть сюда.

Совсем плохая идея. В это уж точно никто не поверит.

– С вами всё в порядке? – спросил Ким.

Он взял в автомате стаканчик кофе и теперь грел о него пальцы.

Неле кивнула.

– Вам тоже взять?

– Нет, спасибо. – Кофеин только ещё сильнее повысил бы ей адреналин. – Вы, кстати, знаете доктора Ронена? – спросила она как бы невзначай.

Ким кивнул.

– Шапочно.

– И… какое он на вас производит впечатление?

– Ну, без обид, вы-то наверняка знаете его лучше меня, но по мне он фанатик от науки. Чем сильнее на него давят, тем больше он входит в раж.

– Правда? – Чёрт.

– Если честно, рядом с ним у любого возникает ощущение, будто он окружён сплошными идиотами.

Милый паренёк. И Левандова связалась с таким?

И тут ей пришла в голову мысль. Она попытается втолковать доктору Ронену, что Левандова больше не хочет иметь с ним ничего общего – ни лично, ни по работе. Поэтому вместо неё приехала Неле.

Аргумент слабый, но, возможно, он хотя бы удержит Ронена от немедленного звонка Левандовой. Рано или поздно он, конечно, поймёт, что она ничего не смыслит в медицине, но до тех пор у неё будет время.

Неле сунула руку в карман и на всякий случай выключила смартфон Левандовой.

– А вы, собственно, зачем здесь? – спросил Ким.

Хороший вопрос.

В документах врача Неле так и не нашла ответа.

– Это подпадает под врачебную тайну, – напомнила она ему о формуляре, который передала Скёрдалу.

Ким кивнул, больше расспрашивать не стал и снова уставился в свой стаканчик, согревая ладони.

Дверь в комнату отдыха открылась с тихим жужжанием, и внутрь вошла красивая женщина лет под пятьдесят. На ней был белый халат. Раз на станции находились всего две женщины – одна совсем юная, другая постарше, – значит, это и должна была быть доктор Дрёя.

Неле шагнула ей навстречу.

– Доктор Дрёя? – спросила она и протянула руку. – Доктор Ронен много о вас рассказывал.

– Да, э-э… добрый день. Спасибо, что смогли приехать так быстро.

Дрёя нервно пожала ей руку. Похоже, лично Левандову она не знала.

– Я биолог станции.

– Я знаю… введёте меня в курс дела? – осторожно спросила Неле.

Дрёя с сожалением покачала головой.

– Простите, но мне почти нечего вам сообщить.

Неле нахмурилась.

– То есть?

– Когда доктор Ронен в последний раз говорил с вами, у Эквиста уже был сильный жар и озноб.

– Помню, – солгала Неле.

Она мысленно пролистала сведения из досье. Эквист был на станции исследователем ионосферы.

– Как он сейчас?

Дрёя поморщилась.

– После последнего радиоконтакта многое произошло. Насколько я могу судить, у него пострадали почки. Отёки раздули тело, он распух до гротескных размеров.

– Гротескных? – неуверенно повторила Неле.

– Я никогда не видела ничего подобного. Ни один из наших антибиотиков не помог, и даже морфий не смог облегчить боли Эквиста. Сегодня утром он умер. Скёрдал об этом не знал: весь день ждал вашего прибытия внизу, на базовой станции.

– О… мне очень жаль…

Неле почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

– Даже если бы вы прилетели на несколько часов раньше, спасти его уже было бы невозможно. Мне очень жаль.

Глаза Дрёи заблестели. Она быстро сморгнула слёзы. Руки у неё дрожали.

За спиной Неле Ким тяжело сглотнул.

Биолог коротко взглянула на пилота.

– Санитарной эвакуации не будет. Теперь вам придётся вывезти тело.

Неле кивнула. Во рту пересохло. Так вот зачем она здесь.

Среди бумаг она нашла, помимо прочего, резюме Свейи Левандовой, на основании которого руководство концерна одобрило её визит на станцию. Левандова была гематологом и специалистом по клеткам крови, а подготовку по внутренним болезням прошла в Каролинском институте Королевского медицинского университета в Сольне, под Стокгольмом.

Уже несколько лет она работала врачом-специалистом по злокачественным заболеваниям крови, нарушениям кроветворения в костном мозге и изменениям крови, вызванным иммунологическими процессами. Очевидно, болезнь Эквиста была как-то с этим связана.

– Вы позаботитесь, чтобы тело доставили к вертолёту? – спросила Неле.

В ней затеплилась слабая надежда. Если повезёт, она вообще не столкнётся с доктором Роненом. Правда, тогда уменьшались и шансы узнать что-нибудь об Александере Бергере. Но сейчас был явно не лучший момент расспрашивать о нём биолога.

Дрёя кивнула.

– Да, этим скоро займутся.

Она нервно посмотрела на дверь, из которой только что вошла. За дверью донёсся приглушённый грохот.

– Но сейчас у нас другие проблемы.

– Другие проблемы? – переспросила Неле.

– Я попрошу вас ещё немного подождать. Лучше оставайтесь здесь. Я сейчас вернусь.

Дрёя коротко кивнула им обоим и исчезла за дверью.

Неле успела мельком увидеть длинный коридор, но, кроме белых стен, люминесцентных ламп под потолком и оранжевых табличек на дверях, почти ничего не разглядела.

– Фу-у-ух, – выдохнул Ким, когда они снова остались одни. – Звучит паршиво.

Похоже, её пребывание на Шпицбергене окажется короче, чем она рассчитывала. Но прежде чем улететь, она во что бы то ни стало должна заглянуть на нижнюю станцию. В крайнем случае скажет, что ей нужно в туалет, или разыграет приступ тошноты.

Ты должна найти этот музей.

Неле вздрогнула. За дверью послышались топот и визг. Она испуганно посмотрела на Кима. Тот тоже вскинул глаза и невольно смял в руке пластиковый стаканчик. Кофе потёк по пальцам, но он, кажется, этого даже не заметил.

– Что там происходит? – выдохнул он.

Раздались крики о помощи, зазвенело стекло – словно рухнул тяжёлый настенный шкаф с пробирками.

– Это из лабораторий? – спросила Неле.

Ким пожал плечами.

– Понятия не имею, что за этой дверью.

Видимо, только теперь он понял, что раздавил стаканчик. Прицелился в мусорное ведро рядом с автоматом, но промахнулся. Поднимать не стал – просто оставил его на полу и вытер руки о брюки.

– Может, нам стоит посмотреть? – Голос Неле дрожал.

Лицо Кима исказилось от страха. Взвыла сирена. На потолке вспыхнула красная лампа.

Чёрт!

Ким стоял, вжавшись в стену, словно окаменел.

– Мы же должны что-то сделать! – крикнула Неле. – Может, им нужна помощь!

Один за другим прогремело несколько выстрелов. Неле снова вздрогнула.

– Я туда не пойду, – выдавил Ким.

Его лицо стало почти таким же белым, как стена за спиной.

Ещё один выстрел – теперь ближе. Снова крики.

– Проклятье.

Ким схватил куртку и метнулся к двери, через которую они вошли в комнату отдыха.

– Подождите! Куда вы? – крикнула Неле ему вслед.

– Куда, по-вашему? К снегоходу.

Проклятый мерзавец.

Она уставилась на дверь, за которой шум становился всё громче. Потом шагнула вперёд. Дверь открылась сама. Вой сирены ударил сильнее. В коридоре под потолком тоже вращалась красная лампа. Разглядеть Неле ничего не могла – только слышала нарастающую суматоху, крики и новые выстрелы.

И вдруг, среди этого грохота, она почувствовала за спиной чьё-то присутствие.

Ким? Вернулся?

Она обернулась – и слишком поздно заметила крупную тень.

Кто бы это ни был, он быстро подкрался сзади. Что-то твёрдое ударило её сбоку в челюсть. Боль мгновенно прошила всё тело. Перед глазами взорвался звёздный дождь. Подбородок загорелся огнём.

Оглушённая, Неле опустилась на колени. Попыталась поднять голову, но второй удар пришёлся сверху, в висок. Она рухнула на пол, и мир провалился во тьму.

За мгновение до того, как потерять сознание, она увидела, кто её ударил.

Это был не Ким…

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 3

Когда Неле очнулась, она всё ещё лежала на полу. В черепе глухо пульсировала боль. Твою мать! Не открывая глаз, она сначала провела языком по рту и почувствовала вкус засохшей крови. Потом осторожно шевельнула челюстью. К счастью, ничего не было сломано, но боль была адская. В виске – тоже.

Она медленно открыла глаза. С того места, где лежала, коридор был виден как на ладони. Дверь сорвало с петель. Под потолком всё ещё мигал красный аварийный свет, и сирена по-прежнему выла оглушительно.

Неле кое-как поднялась и ощупала себя. Если не считать следов от ударов, она, похоже, не пострадала.