![](/files/books/160/oblozhka-knigi-podopytnaya-lp-275600.jpg)
Текст книги "Подопытная (ЛП)"
Автор книги: Андреа К. Хёст
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц)
Очень дорогостоящая охрана
Когда я закончила записывать события вчерашнего дня, мрак снаружи уже начал рассеиваться, и я выключила свет в общем зале (весьма воодушевляющая привилегия, а то я так и не оклемалась после первых дней в медицинском чистилище, когда не имела никаких прав доступа). Восходящего солнца из окна видно не было, но я все равно с удовольствием полюбовалась небольшим склоном, перетекающим в равнину с множеством построек, а затем – в крутой холм, на котором возвышаются здания повнушительней. Все заросшее, но такое прекрасное в розовых лучах, скользящих по белому камню. Уверена, когда-то это был очень величественный город.
Еще и наполовину не рассвело, когда неприятное ощущение, будто за мной следят, заставило меня повернуть голову. Рууэл. Не знаю, как долго он там простоял.
– У тебя дома принято наблюдать за рассветом? – спросил он, подходя ближе.
Я сидела у одного из длинных смотровых окон – самое классное место на корабле.
– Думаю, видела больше рассветов на Муине, чем на Земле. – Я вновь уставилась в окно. Это куда безопаснее, чем пожирать глазами Рууэла. – Обычно на Земле я поздно ложилась и вставала поздно. Лучше, когда можно слушать птиц.
Он промолчал, так что я осмелилась мельком на него взглянуть. Рууэл пристально смотрел вдаль – может, задействовал видения, а может, просто задумался – с таким отсутствующе-созерцательным выражением на лице, из-за которого мне хотелось разглядывать его все больше и больше. Я поспешно отвернулась к окну и заметила:
– Тут крыши практичнее.
– Практичнее?
– Такие деревья на Земле называют лиственными, осенью листья опадают, так что, вероятно, потом здесь идти снег. Плоские крыши, как в Пандоре, трудно чистить зимой. А тут они покатые.
Хотя, полагаю, раз они все из белого камня, то вес снега на крыше не такая уж проблема.
– Не понять, как местные грелись и готовили. В домах ничего похожего на дымоход или вентиляцию. Нашли только пару печей, и то отдельно от зданий. На Таре осталось мало информации о повседневной жизни Муины.
– Мы утратили почти все, чем были.
Рууэл не казался особо расстроенным, но, видимо, нуриец его все же зацепил своим заявлением, дескать, тарианцы даже не понимают, что значит «сетари».
Будто прочитав мои мысли, он добавил:
– Если верить этому Инисару, нас нельзя подпускать к прошлому.
– Нуриец такой же человек, как тарианцы и земляне. Он тоже совершать ошибки и говорить глупости.
– Ловко. Почти как заявить, что в целом тарианцы относятся к тебе как цивилизованные люди.
Я повернулась, но Рууэл уже отошел. И конечно, потом я весь день думала о нем, как полная дура отмечая все, что он делает. Р-р-р, бесит дико. Работа с четвертым отрядом дала мне слишком много возможностей разглядывать Каорена Рууэла, и решение вместо него любоваться пейзажами как-то не шибко помогло.
В остальном день прошел спокойно. Ребята из первого, за исключением Алей, убивали ионотов и составляли карту окрестностей, а четвертый отряд сопровождал серые костюмы, пока те раскапывали небольшой павильон в парке и изучали здания возле корабля. Серые то радостно подпрыгивали от волнения, то нервно пялились на небо – как же, ведь потолка-то нет! – и только и успевали уклоняться от всяких ползучих гадов. Мы все побрызгались весьма эффективным репеллентом против насекомых, но периодически кто-то переворачивал камень, и тут попробуй не вскрикнуть.
Я осталась с четвертым отрядом и не упустила, что лидер серых – ислен Даффен – всячески демонстрирует, мол, ей плевать на мнение каких-то сетари с талантами видения. Да, их и правда не обучали археологическим и историческим методам раскопок, но видение места – мощнейший инструмент, пусть даже прошли века с тех пор, как тут оставлял следы кто-то кроме животных и ионотов.
Если Рууэла и задело поведение ислен Даффен, внешне он никак не отреагировал. Ферус счел это крайне забавным, а Аурона ничем не проймешь. Халла и Эйз немного разозлились, но потом решили не забивать головы ерундой. А вот Сонн буквально пылала гневом, однако Рууэл отправил их с Халлой патрулировать внешний периметр здания, и по возвращении она уже остыла.
Я делала уроки, читала книжки и размышляла о размахе каталогизации целого города. Уйдут месяцы, даже чтобы просто зафиксировать местонахождение каждого объекта, пока мы тут ищем письменные свидетельства. А всю планету можно изучать веками. Археология станет очень популярной профессией – в КОТИС таких специалистов не было, пока не обнаружили Пандору, и ислен Даффен наняли совсем недавно. Она и возглавит растущую ораву служащих, если освоение Муины пойдет по плану.
К счастью, как только близлежащую зону немного расчистят, число моих нянек-сетари уменьшится. И неважно, считается ли ислен Даффен с их мнением или нет, четвертый отряд скорее сможет найти и исследовать странные муинские сооружения, чем любой из серых костюмов.
А еще у Рууэла прорезалось чувство юмора, и теперь он нравится мне еще больше. Черт.
Обтесываем белокаменную глыбу
Сегодня настал черед первого отряда няньчиться с серыми костюмами, а четвертый продолжил расширять зону патрулирования. Наш участок выбрали для изучения, потому что здесь много больших зданий, наверняка имевших важное значение, и сетари собирались методично обойти каждое из них – сначала обследовать снаружи, а потом заглянуть внутрь. Последнее не очень-то воодушевило серых, так что они позволили ребятам лишь мельком, едва ли не с порога, проверить, нет ли где ионотов.
Я готовилась увидеть кости, но только когда мы прошлись по нескольким комнатам, наконец осознала, что это, наверное, одно из тех мест, где все внезапно рухнули замертво. Где, скорее всего, всех убила ддора. После этих пыльных скелетов, некогда бывших местными жителями, стало намного труднее воспринимать ее как гигантскую одинокую энергетическую псину.
Вчера первый отряд сильно вымотался к полудню, а сегодня и четвертый ближе к обеду выглядел уставшим. Им не приходилось сражаться, как во время расчистки пространств, но бродить вокруг в постоянной боевой готовности, да еще и применять таланты видения места при необходимости, – это тоже вытягивает немало сил. Миссии сетари обычно длятся от двух до трех земных часов, а отнюдь не день напролет. Четвертый отряд себе не изменил, общаясь на задании односложными фразами, но, думаю, часть напряжения была вызвана скорее самим местом – его историей и гибелью людей, – чем воспоминаниями о монстрах. К концу второго дозора они уже выглядели больше утомленно, чем по-деловому.
К счастью, к возвращению на корабль все немного расслабились и перестали вести себя столь формально, и в итоге я обедала за одним столом с Лоном, Марой, Мори Эйз и двумя самыми младшими серыми костюмами – Катой и Дейзом, которых безумно интриговали древние цивилизации Земли. Вскоре мы перебрались в общую комнату, и я постаралась не сильно нервничать, когда моя болтовня об археологических экспедициях и всяческих находках привлекла более широкую аудиторию. Я рассказала о Мачу-Пикчу и гробнице Тутанхамона, и даже ислен Даффен слушала с интересом, хоть и вела себя крайне неодобрительно и без конца задавала каверзные вопросы. Так странно оказаться единственной, кто все это знает и чьи спутанные воспоминания считаются чем-то очень важным. Жаль, в школе я не училась усерднее.
Никто не стал засиживаться допоздна, чему я только обрадовалась, ведь весь день шаталась по городу вместе с сетари. Не знаю, сколько раз я сегодня усиливала их способности, но вымоталась знатно, хоть и не падаю от усталости, как после выкорчевывания деревьев. Самое время отправиться на боковую. И постараться не думать о Рууэле, спящем через пару капсул от меня.
Дейз
Только во второй половине дня я поняла, что Дейз (Дейз Канлан, один из младших археологов) пытается со мной заигрывать. То есть заигрывать всерьез, а не в шутку флиртовать, как Нилс из второго отряда, который, похоже, включает обаяшку просто на автопилоте. Дейз и Ката спросили ислен Даффен, могут ли они рассказать мне о том, чем занимаются, и, как ни удивительно, она согласилась, так что теперь я вроде как учусь «полевой археологии». Интересно, где тарианские археологи проводят раскопки? Сомневаюсь, что на Таре осталось много мест со времен заселения планеты, не занятых новыми мега-зданиями.
В общем, пока знаки внимания не стали очевидны, я просто наслаждалась общением с людьми, которые не находятся круглые сутки «при исполнении». И лишь когда мы пошли на обед, Дейз начал расспрашивать о моей семье и о том, как мне живется на Таре, а еще чересчур много улыбался. Он не был напористым, не подсаживался слишком близко или типа того. Дело скорее в неких флюидах.
Теперь даже забавно вспоминать, как сильно я смутилась. Будто никогда ни с кем не встречалась. И Дейз не какой-то там слюнявый идиот. Конечно, не фантастический красавчик, как сетари, но с милой взъерошенной челкой, падающей на глаза. Ему, наверное, года двадцать два или двадцать три. Не очень большая разница, хотя я по-прежнему считаю, что для меня такие парни слишком взрослые. По шкале Орландо Блума я бы дала ему семерку. И он правда милый. И немного серьезный.
Крайне непросто решить, как реагировать на чьи-то ухаживания, когда знаешь, что на вас смотрят. Но самое главное, что Орландо Блум получил бы лишь семерку по моей шкале Каорена Рууэла. И Рууэл сидел за соседним столиком. Хорошо еще лицом в другую сторону, хотя не удивлюсь, если он краем глаза следил за «психологическими аспектами». Я ведь все же часть служебных обязанностей сетари.
В итоге я постаралась увести разговор на общие темы и активно вовлекала в него Кату, притворяясь, будто не замечаю намеков Дейза. Черт, может, он просто дружелюбный, а я чересчур мнительная. Однако остаток дня я гадала, как бы все восприняла, если бы не зациклилась на Рууэле.
Нелегкое это дело, и внутри меня разгорелся раздражающий спор на тему «стоит ли узнать Дейза получше, ведь так глупо отталкивать славного парня из-за неразделенных чувств к другому». Но тут уж ничего не попишешь. Влюбленность либо пройдет, либо нет, но сейчас мне интересны ухаживания только одного человека.
При этом моей фантазии не хватает, чтобы представить флиртующего Рууэла.
[1] Big Yellow Taxi – Joni Mitchell
[2] Одно из значений слова Glade – вырубка.
Зонт Апокалипсиса
Рууэл бесцеремонно разбудил меня на рассвете типично коротким сообщением: «Шлюз на корме».
Не зная, срочное ли дело, я подняла крышку своей капсулы и приказала наножиже как можно быстрее закрыть мне ноги и руки. Нормальную одежду я с собой не захватила, но в постель проще надевать нанокостюм, как раз на такие вот случаи. Хотя, наверное, я носила его, скорее, чтобы не бегать по кораблю в пижаме, когда все остальные в форме.
Рууэл с Марой и одним из зеленых костюмов стояли снаружи на небольшом пандусе из утрамбованной грязи. Рууэл коснулся моей руки, затем повернулся и вперился взглядом в предрассветные сумерки.
– Вероятно, ложная тревога, – пояснила Мара, с извиняющейся улыбкой сжав мое плечо. – Мое видение битвы не выявило ничего особенного, но я не могу отделаться от ощущения, что там что-то есть.
Оказывается, ночью дежурила Мара. Она разбудила Рууэла, а тот уже меня, потому что тоже не смог сказать ничего определенного. Я посмотрела на туманные очертания уложенных штабелями деревьев и бесконечные белые стены зданий. Холодный ветер слегка шевелил листья. Больше ничего.
– Птиц нет, – заметила я.
В это время пернатые уже должны бы подавать голоса, но город словно затаил дыхание.
Рууэл оглянулся на меня и кивнул Маре:
– Что-то приближается. Оно еще в околопространстве.
Затем дал сигнал общей тревоги и пошел обратно на корабль.
– Быстро чем-нибудь перекуси, – посоветовала мне Мара, не совсем дружелюбно зыркнув Рууэлу вслед. – Только одну тварь мы можем ощущать в околопространстве. Придется нелегко.
Гигант. Именно это заявил Рууэл, когда собрал на канале всех сетари, зеленых костюмов и цел Онару для краткого совещания.
– Отходим, – тут же заявила цел Онара.
– Некогда, – возразил Мейз. – Раз мы его чувствуем, значит, он вот-вот нападет. «Диодел» недостаточно маневренный, чтобы увернуться от атаки при взлете, даже если мы поднимемся в воздух прямо сейчас.
Я рванула прочь, но не за едой, а в туалет и умыться. Мейз послал оба отряда наружу, но тут Мара сказала:
– Тревога. Седьмая метка, почти прямо над нами.
Восемь отрядов. Вот о чем я думала, пока бежала обратно к шлюзу. При последнем сражении с гигантом понадобилось восемь отрядов, и жена Мейза погибла. У нас не было ни единой чисто боевой команды, и пусть я знала, насколько увеличиваю возможности сетари, все равно почувствовала себя букашкой, когда выскочила на пандус и ощутила то, что над нами нависло.
Ощутила не каким-то паранормальным образом, а так, как сознают передвижение чего-то крупного, например, когда над головой летит «Литара». Вот только то, что опустилось рядом с парком, было больше «Литары». Никогда не видела ничего необычнее: черная здоровенная центральная часть почти у самой земли и два высоко висящих по обе стороны от нее «вспомогательных» сегмента с пучками длинных тонких ног, которые напомнили мне спицы зонта. На моих глазах одна из этих штуковин обманчиво-медленно подхватила что-то с земли, затем подтащила к центральной части и кинула сверху.
– Сперва уведем гиганта от «Диодела», – решил Мейз. – Спел, Гейнер, Эйз, Халла, оставайтесь у корабля и будьте готовы его сопровождать.
– Судя по данным первичного анализа, стихии гиганту не страшны, – спокойно сообщил Рууэл, раздавая всем стандартные батончики из патоки. Мне тоже один вручил.
Мейз поморщился, но вроде не особо удивился. Он первым коснулся моей руки, подавая пример остальным.
– Пролетим над гигантом. Учитывайте радиус досягаемости его рук.
Восемь человек. Вместо восьми отрядов они собирались попытаться сразиться с тварью ввосьмером. И пусть сетари хранили на лицах супер-серьезные выражения, похоже, все-таки не считали миссию невыполнимой, поэтому, когда Аурон притянул меня к себе, я лишь покорно обхватила его рукой за плечи.
Мы пулей взмыли вверх. От холодного воздуха глаза заслезились. Внизу раздался треск – это обрушилось одно из зданий, на которые взгромоздился гигант. Даже белый камень не выдерживал его веса. Увидев раз сверху это жуткое подобие венериной мухоловки, я больше не рискнула на него смотреть.
– Выше – он может до нас дотянуться, – скомандовал Рууэл, и мы немедля подчинились.
Несколько похожих на пучки щупалец «спиц» кинулось нам вдогонку. Мейз обжег кончик одной из них, Рууэл окликнул Сонн, она быстро забросила в глотку «зонта» шаровую молнию, и мы отскочили прочь.
– Крупное здание на девятой отметке, – приказал Мейз, и мы плюхнулись на крышу длинного одноэтажного дома.
По моим меркам двигались мы слишком быстро. Когда тебя тащат вручную, а не переносят с помощью левитации, подобные рывки пугают.
– Пикировщики на двенадцатой метке, – сообщил Рууэл. – Приближаются быстро.
– Кеттара, Сенез, цели ваши. – Мейз заново усилился, опять запуская цепь для подчиненных. – Какова реакция гиганта на молнию?
Рууэл всмотрелся в тварь широко распахнутыми глазами:
– Лишь боль причинили.
Оно двигалось к нам гораздо быстрее и проворнее, чем полагалось такой большой и несуразной штуке. С той стороны, куда переместились Мара и Лон, вспыхнула световая стена. Гигант издал булькающий вой, затем что-то тяжелое оторвалось и проехало по улице внизу.
– Старайтесь разбить сочленения между центральной частью и боковыми, – продолжил Рууэл. – Затем с помощью физических ударов и стихий атакуйте боковые. Это оружие гиганта.
– Сначала правую часть, – скомандовал Мейз, поднял с земли валун и швырнул в тварь.
К сожалению, не попал: мы были слишком далеко. Даже Ферусу, лучшему телекинетику из двух отрядов, это не удалось.
– Поднимайте все, – велел Мейз.
Зи с Ферусом принялись собирать по округе деревья, камни и обломки домов и поднимать их в воздух.
– Отходим на четыре улицы назад, – приказал Рууэл, потому что гигант уже подобрался раздражающе близко.
Аурон перенес меня, Мару, Лона и Сонн на крышу двухэтажного здания на холме. Стоило нам приземлиться, как остальные принялись со всей силы швырять хлам в гиганта.
Ионоту это не понравилось. Он издал низкий звук и застопорился. Правый сегмент почти совсем оторвался. Когда три телекинетика нырнули к земле собрать новые снаряды, два уцелевших сегмента опустили зонтоподобные конечности и выровнялись. Правый тоже не собирался падать замертво или останавливаться только потому, что держался на волоске. Гигант целиком и полностью приготовился держать оборону.
Крохотное созвездие сетари снова поднялось в воздух и нацелилось атаковать другой сегмент, который вроде наклонился в сторону моей группы.
– Рассредоточиться!
Я ахнула от того, как быстро стали дальше развиваться события. Рууэл встал за мной, подхватил меня под руки и рванул вверх, прихватив еще Мару, Лона и Сонн. После секундного замешательства Аурон поднялся с нами. Рууэл двигался так быстро, будто умел летать. Я же беспомощно соскальзывала вниз и цеплялась за его руки, стараясь не паниковать. Наконец он соединил наши костюмы, и я перестала сползать. Волна багрянистого света смыла рассвет, а воздух наполнился вонью горящего металла.
Оба боковых сегмента выстрелили по нам – один по группе Мейза, второй в нашу сторону. Мы успели вовремя отпрянуть. Аурон в последний миг разминулся с пурпурным лучом, но интерфейс показал мне, что Зи полетела вниз.
Мейз и Ферус нырнули за ней. Рууэл, тяжело дыша, оттого что пришлось поднимать всех так быстро, сказал:
– Пикировщики с четвертой метки. Аурон, подмени меня и быстро перенеси нас через них и вниз. Сонн, удар в полную мощь по поврежденному сегменту.
Ферус поймал Зи. Они с Мейзом зависли в воздухе, потом Мейз напряженно сказал:
– Стыкуемся с остальными.
Лон разобрался с пикировщиками у нас за спиной, а Сонн бросила шаровую молнию в поврежденный сегмент. Мы быстро спустились и собрались все вместе на другой крыше. Зи лежала неподвижно, но система показывала, что она жива.
Рууэл отпустил меня и повернулся к гиганту:
– Он разворачивается.
– Запустить новый цикл усиления, – скомандовал Мейз и провел пальцем по моей руке. – Похоже, вторая молния не достигла цели. Мы постараемся оторвать второй сегмент. Не останавливайтесь. Спел, Гейнер и Халла с нами.
Ферус передал Зи Аурону, затем снова улетел вместе с Мейзом.
– Наша задача добить поврежденный сегмент, – сказал Рууэл. – Кеттара, используй свет. Остальные – постарайтесь навредить гиганту хоть чем-нибудь.
Лон и Мара заново усилились, а я опять стала личной ношей Аурона. Причем настолько отвлеклась на бой и так сильно волновалась о Зи, что толком не обратила внимания на полет с Рууэлом. Зато потом раз сто проиграла этот момент в памяти. Рууэл ужасно вымотался, действуя на пределе своих способностей к телекинезу и левитации, и тяжело дышал. Я спиной чувствовала, как вздымается его грудь, и, пожалуй, насладилась бы этим, кабы не паниковала.
Видимо, поврежденный сегмент больше не мог стрелять пурпурным лучом – или просто не успел это сделать до того, как мы обрушили на него свет, огонь и лед. Другой ударил по Мейзу и Ферусу, но они были начеку, увернулись и забросали его большими обломками разрушенных им же зданий. Остальные сетари также задали этому сегменту жару.
Центральная секция еще держалась и двигалась, уничтожая на своем пути остатки города. Мы все приземлились на крышу неподалеку, встретившись там с Кетзарен, Алей и Халлой.
– Отнесите Аннан обратно на корабль, – приказал Мейз Кетзарен. – Спел, ударь усиленным звуком по основному сегменту.
Алей кивнула, взяла меня за руку и сжала: наверняка я стояла бледная с вытаращенными глазами. Мы отступили назад, за нами завис корабль, и я выяснила, что ее акустический талант – действительно очень страшная штука. Как и ветру Кетзарен, звуку Алей требовалось время, чтобы достичь разрушительного уровня, но даже с прикрытыми ушами и вне фокуса ее атаки у меня заныли кости. Гигант принялся завывать и раскачиваться, а все птицы и животные, которые еще не успели убраться, выскочили из укрытий и ринулись прочь.
Смерть ионота ничего примечательного из себя не представляла. Пожалуй, будь у него голова, то из глаз, носа и ушей шла бы кровь. А так он просто перестал двигаться и выть и рухнул на обломки зданий. Алей закончила терзать наши уши и выдохнула. Затем повернула голову и на один миг я увидела ее лицо. Настоящее. Я знала, что при последнем нападении гиганта Мейз потерял жену, но теперь поняла, что Алей тоже кого-то лишилась.
– Сопровождающие ионоты все еще появляются, – сообщил Рууэл и пояснил то ли мне, то ли нашим зрителям на «Диоделе»: – Гиганты обычно атакуют вместе с другими, в частности пикировщиками.
– Передохнем здесь и зачистим пространство, – сказал Мейз.
– Пандора выслала подкрепление, – прибавила цел Онара напряженно, но с ноткой облегчения или уважения. Гиганты славились своей опасностью.
Большинство сетари принялось есть розданные Рууэлом энергетические батончики. Мой лежал в кармане, но я его так и не вытащила, хотя жутко проголодалась. Решила, что раз мы скоро вернемся на «Диодел», то лучше дождаться пищи, после которой во рту не останется тошнотворно-сладкого привкуса.
Лон подошел и сжал мое плечо:
– Помнишь, ты спрашивала, стоит ли усиление всей возни с прохождением маршрутов? Вот тебе и ответ: или мы кучей отрядов защищались бы от гиганта, или горсткой сумели пробить его оборону.
Я слабо улыбнулась, вымотанная больше, чем после обычной работы с сетари.
– Зи сильно ранена?
– Ее жизненные показатели стабильны, – сообщил Мейз, окидывая меня быстрым взглядом. – Похоже, луч был электрический и предназначался скорее для оглушения цели. Его мощи не хватило, чтобы убить здорового человека. Хотя, если бы мы не успели поймать Зи, дело бы обстояло иначе. – Он одобрительно кивнул Ферусу.
– Сурион.
Что-то в тоне Рууэла заставило нас всех повернуться в его сторону и посмотреть на здание на холме. За нами наблюдали две темные фигуры. Из-за расстояния и плохого освещения детали было не разглядеть, но я все равно их узнала. Крузатчи.
Я глянула на Мейза, но он чисто по-капитански осмотрел пару и спросил:
– Еще есть?
– Больше никого не чувствую.
– Вне зоны смертельного удара, – нахмурился Мейз. – Ближайшие врата к тому месту на одну улицу дальше. Мы сделаем вид, будто отходим к кораблю, затем разделимся и попытаемся их окружить.
Рууэл кивнул, и сетари разделились на две группы. Аурон снова взял меня под мышку. Они все выглядели мрачными, сосредоточенными. Думаю, раз Мейз считал, что крузатчи организованы и намеренно вредят сетари, то нельзя давать им шанс доложить о нашем успехе другим.
Четвертый отряд направился прямиком к вратам, а первый окружным путем обошел тварей. Одна из них кинулась на сетари, а вторая, как и предсказывал Мейз, – к ближайшим вратам.
Я никогда прежде не видела, как сражаются крузатчи. Они до ужаса похожи на сетари по скорости передвижения и манере создавать оружие – хотя тот, с которым боролся Рууэл, отрастил себе длинные когти вместо клинка. Впрочем, по скорости тягаться с Рууэлом не мог – особенно с усиленным Рууэлом. Больше всего мне не понравилось, как крузатч практически сдался, словно знал, что даже в случае поражения все равно вернется.
– Подчистить остатки ионотов, затем возвращаемся на «Диодел», – приказал Мейз.
Следующие полчаса мы гонялись за пикировщиками и ходулочниками. Потом последовали горячий душ и горячая еда. Первый и четвертый отряды едва оправились после миссии, как прибыли два шаттла из Пандоры. То прилетели куча серых костюмов, спешащих исследовать гиганта, зеленые костюмы и девятый отряд, с которым я прежде не работала.
Воспользовавшись суматохой, я ускользнула проведать Зи. Она по-прежнему лежала без сознания и казалась очень помятой и избитой. Доктора позволили мне посидеть с ней и заверили, что вскоре она очнется, но я успела записать все это в дневнике, а Зи даже не пошевелилась.