![](/files/books/160/oblozhka-knigi-podopytnaya-lp-275600.jpg)
Текст книги "Подопытная (ЛП)"
Автор книги: Андреа К. Хёст
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 24 страниц)
Аккуратнее со словами
Столько сканирований и тестирований, а толку-то. Температура упала, но, несмотря на усталость, уснуть было тяжело. В итоге мне вкатили слабенькое успокоительное, и не уверена, что вообще видела какие-то сны. Сегодня вернулась снова – заставили – и на сей раз отключилась естественным путем. Режим совсем сбился. Снилось, что я заблудилась – кажется, в торговом центре, ибо толкучка там была знатная. Так или иначе, мне позволили вернуться к обычным делам и графику тренировок с остальными отрядами (хотя тринадцатый убрали из начала списка в конец).
Похоже, изучить мои сны не удалось. Во-первых, я не хотела их видеть, а потому (сознательно или нет) подавляла. Во-вторых, я уже не была расстроена, а самые страшные кошмары снятся мне как раз от расстройства или стресса. Полагаю, как и всем людям.
Сегодня днем меня навестила Мори – завтра четвертый отряд возвращается на службу. Она до сих пор не успокоилась, а тут еще и вышло интервью с актером, который сыграл фальшивого Рууэла. Парень поведал о чудовищном графике съемок, о том, насколько ему нравится роль, и что «Скрытая война» популярна в том числе и из-за отказа создателей представлять сетари безликими однобокими героями без изъянов. Мол, даже отъявленные мерзавцы могут рисковать своими жизнями, защищая других.
По мне, так это просто умора, но я старалась не веселиться в открытую, Мори ведь искренне расстроилась из-за Рууэла. Готова поспорить, прямо сейчас из всего четвертого отряда Рууэл переживает меньше всего. В основном всех напрягла схожесть с реальными событиями, и разумеется, внутри КОТИС каждый в курсе, что меня нашел именно четвертый отряд. А еще персонажа той няшной актрисы зовут «Касзандра Девлин». По ее словам в интервью, продюсеры решили, что было бы глупо переименовывать столь крупную историческую фигуру. И «Скрытая война» нарисовала нашедших меня людей суровыми придурками. Могу только надеяться, что злодейский аспект добавлен ради драмы, и впоследствии его смягчат. В конце концов, Рууэл спас мне жизнь, когда я блуждала в пространствах.
После Мори зашли Мейз и Зи – рассказать о результатах расследования. Похоже, женщина по имени Интена Джун, офицер отдела по связям с общественностью, решила с моей помощью построить себе карьеру. Частью ее обязанностей был выпуск пресс-релизов о сетари, а позднее и обо мне и событиях на Муине. Сюда же входила работа техническим консультантом для шоу вроде «Скрытой войны», когда об этом просили. Похоже, Джун возомнила себя писателем и, вот так сюрприз, уволилась ровно за день до выхода в эфир серии с моим участием, после чего была упомянута в пресс-релизе как бывший член КОТИС, присоединившийся к команде сценаристов.
Ситуация паршивая, но и она не объясняла, как моя беседа с Лоном и Марой оказалась частью сюжета: невозможно вступить в КОТИС без подписания толстенного соглашения о неразглашении, и у офицеров по связям с общественностью точно нет доступа к чьим-либо личностным оценкам или журналам миссии. Однако Джун использовала вполне очевидную отговорку: мол, все это художественный вымысел, основанный на официально опубликованной обо мне информации, и дескать, в семье Джун встречались слабые таланты видения видения, так что она просто опиралась на развитую интуицию. Разумеется, после выхода пресс-релиза в народе начались споры о том, что из показанного правда, а что выдумка, чего и добивались продюсеры. Серия имела оглушительный успех, а зрители на форумах теперь предвкушают сезон, в котором, как все надеются, вскроется подноготная настоящих сетари.
У критиков эпизод тоже вызвал много восторгов, особенно восхищались актрисой (новичок, Се-Ан Сурат, которая, что ни говори, целую серию длиной в кассе отыграла практически в одиночку и без единого слова). Почти во всех рецензиях упоминалась ночная сцена: мол, нечто столь простое, как дыхание зверя, принесло ощущение опасности и «заставило это отважное дитя» испытать дикий ужас.
КОТИС понадобился еще день, чтобы вычислить, каким образом Джун заполучила доступ к файлам. Мейз не вдавался в подробности, но расследование привело к некоему очень старому и высокопоставленному синему костюму, который как раз имел доступ ко всему, а также состоял в «ненадлежащих отношениях» с Джун. В итоге ему это нарушение секретности аукнется очень серьезно, а Джун – в гораздо меньшей степени. Система правосудия тут не такая безумная, как на Земле, но КОТИС – всего лишь государственное учреждение, оно не всесильно. Хотя они могут и, скорее всего, захотят выдвинуть обвинение и попытаться наказать Джун (штрафы, потеря всех функций интерфейса за исключением базовых, возможно, лишение свободы). На Таре нет смертной казни, но в экстренных случаях через интерфейс можно наслать действительно ужасную кару. Вот только кража моих личных данных – не совсем экстренный случай.
Похоже, Джун достаточно амбициозна, чтобы ради высокооплачиваемой работы пожертвовать несколькими годами свободы, привилегиями или даже гражданством.
– Мы уже не в силах удерживать СМИ в стороне от КОТИС и сетари, – сказал Мейз, потирая глаза. Он вновь выглядел уставшим. – Прежде нам удавалось сохранять анонимность, поскольку вне стен КОТИС мы все одинаковы. В униформе, с определенным набором талантов – и никакой нужды обнародовать факты о нашей личной жизни. И создателей сериалов вроде этого без проблем снабжали подробностями о том, как формируются отряды, о маршрутах и ионотах, но без имен, информации о нас вне службы и без деталей настоящих миссий. Мы просто не позволяли ничему из этого выйти наружу, и сценаристы сами выдумывали персонажей. Даже отряды у них названы по цветам, и героя из зеленого отряда нельзя проассоциировать с членом четвертого, восьмого или десятого. Иногда чья-нибудь семья дает интервью, и большинство наших имен общедоступны, однако никто не может соотнести имена с отрядами, лицами или событиями. Нас узнают лишь после смерти.
Мейз посмотрел на меня, но я так и не смогла понять по лицу, думает ли он о своей жене.
– Но теперь из-за открытия Муины мир меняется, – продолжила Зи. – Наши усилия в Эне уменьшили количество смертей на Таре, но решение проблемы мы так и не нашли. Не происходило никаких важных событий, которые можно было бы приписать конкретным сетари. Пока четвертый отряд не нашел тебя. Нечто столь значимое подвигло продюсеров нарушить установленные правила, раздобыть истинные сведения об отряде и ввести персонажей, срисованных с четвертого. Хуже того – искаженных персонажей. Даже если бы они использовали уже существующих героев, они бы все равно стали ассоциироваться с теми отрядами, что работали с тобой.
– Если они в точности следуют моей истории, то на очереди Зен. – Эта мысль мне совсем не понравилась.
– Секретность сведений о Муине также под сомнением, – сказал Мейз. – Открытие Аренрона, твое пребывание в Каласе – все станет известно сотням, тысячам. Детали утекают, многие начинают задаваться вопросом, какое право имеет КОТИС, правительство, кто угодно засекречивать сведения, важные для всех выходцев с Муины. – Он вздохнул и пожал плечами. – Трудно оправдать сохранение тайны Аренрона лишь тем, что это может расстроить людей. Такое не спрячешь навечно.
– Это мы так долго и нудно пытаемся сообщить, что КОТИС не сумеет прикрыть сериал, – добавила Зи. – В лучшем случае – задержать выпуск, но, как бы ни добыли информацию, твое личное путешествие нельзя причислить к военным тайнам.
– И из-за меня часть сетари тоже станут известны. – От открывшихся перспектив меня замутило. – А отряды, с которыми не хочу работать?
– Селки полностью убрал это из отчетов, – заверил Мейз. – Сведения не пойдут дальше него самого, Рууэла и нас. Пятый и седьмой – очень эффективные команды, которым необходимо научиться контролировать свое эго. И нам не добиться этого, если все узнают, почему ты больше никогда не будешь к ним прикреплена. Если все сделать правильно, они сами придут к нужным выводам и осознанию своих ошибок.
Я расслабилась, затем вздохнула:
– И все равно проблемы еще будут, да? Они же смешивают супер-драму с правдой, и сетари не всегда смогут понять, что взято из моего файла. – Я умолкла, широко распахнув глаза. – А объяснение «лабораторной крысы» там есть?
Я дернула футболку, одну из тех, с рисунком. Я отстояла право надевать их на время тестов в медблоке.
Судя по выражению лица Мейза, крыса в отчетах упоминалась, и я не смогла удержаться от смеха.
– Ты включил момент, когда Рууэл сказал, мол, я правильно называю себя «экспериментальным животным»? – спросила, стараясь (не слишком усердно) спрятать ухмылку. – Сам влип! Ох, жаль, подразнить его я не осмелюсь.
Мейз и Зи напомнили мне, что четвертый отряд вряд ли сочтет это столь же забавным, но в целом, похоже, обрадовались моей способности смеяться. Зи предложила посидеть рядом, пока я сплю, но, полагаю, самое худшее позади. Вроде бы кошмары случаются после потрясения или удивления. Надо бы выяснить, как вызывать вместо них приятные сны.
Представься шанс, я бы с удовольствием отвесила той предательнице увесистую затрещину. Наверное, нужно сказать Таарел, что это поможет мне преодолеть нежелание бить людей.
[1] Фансервис – прием в современном изобразительном искусстве, ключевой особенностью является включение в сюжетный ряд сцен или ракурсов, которые не являются сюжетообразующими, но рассчитаны на определенный отклик у основной целевой аудитории с целью повышения заинтересованности и/или привлечения потенциальных зрителей. Термин происходит из фэндома манги и аниме, но сейчас он используется и относительно других медиа, например, видеоигр, комиксов и фильмов.
Часто термин используют только для обозначения самого популярного и дешевого вида фансервиса – панцу, подбора ракурсов и кадров таким образом, чтобы ненароком продемонстрировать детали нижнего белья персонажей женского пола.
Расставляя галочки
Мне назначили тренировки с шестым, десятым, одиннадцатым, двенадцатым и тринадцатым отрядами, после чего с подробными тестами будет покончено, пока не соберут новые команды. Сегодня тестировалась с двенадцатым, и все прошло весьма неплохо. Лентон вел себя подчеркнуто корректно, в то время как расслабленная Зен даже поболтала со мной, прежде чем начать запись сессии. Потом мы вместе обедали и беседовали о Каласе. Зен была настороже, готовая остановиться при первых призраках огорчения с моей стороны, и когда парочка сетари перешла к обсуждению «Скрытой войны», в частности к тому, насколько забавен четвертый отряд в роли злодеев, она прервала разговор одним словом.
Думаю, действующая служба позволила двенадцатому отряду успокоиться и принять Зен в качестве командира. До сих пор не пойму, отчего они относились к ней так враждебно, но уточнять не хочется.
Четвертый отряд вернулся, и я, жутко раздражая саму себя, весь день провела начеку – вдруг удалось бы хоть мельком увидеть Рууэла. После тренировки я как обычно задремала, а когда встала, ощущение его отсутствия было таким сильным, что не расстроиться получилось с трудом. Мы с ним теперь в разных сменах, так что шансов на встречу немного.
Время ужинать с Лоном и Марой.
Желтая пресса
Сегодня наконец поднялась на крышу – с тех пор, как меня выпустили из медблока, погода впервые улучшилась. На Таре, похоже, нет времен года, одни штормы. Мне по-прежнему не нравится сидеть взаперти так долго, но с окном гораздо проще. Интересно, есть ли хоть малейший шанс уговорить их сделать его открывающимся?
Я пробыла там недолго, читая разъяснения о том, почему тарианцы не мертвенно-бледные и не страдают от дефицита витамина Е (в основном, благодаря особому освещению), когда рядом присела Зи.
– Судя по твоему лицу, назрел серьезный разговор. Что-то случилось?
– Умеешь ты смущать, – ответила Зи (со спокойной уверенностью шикарной сверхсмертоносной женщины). – Верно, кое-что случилось. Благодаря Колару в СМИ разразилась буря... Прежде мы контролировали информацию, на Тару и Колар с Муины возвращались единицы, и все исходящие сообщения тщательно проверялись. Однако то были лишь временные меры, ведь в процесс вовлекалось все больше и больше народу. К тому же устройства коларцев не подключены к интерфейсу, а значит, нет и инструментов цензуры. Одно из них протащили тайком, там очень подробные детали экспедиции, Аренрона…
– Приключений Касс в Каласе.
– Всплыло много снимков с раскопок Аренрона, в том числе фото третьего, четвертого и восьмого отрядов. И твои. Все это разносится по новостным сетям Колара и вот-вот ударит и здесь. То, что передача информации между планетами зависит от кораблей, дает нам лишь небольшую фору.
– Сетари все больше теряют анонимность, – вздохнула я. – Может, потренируемся, поиграем или еще что? Не хочется просто сидеть в ожидании первой реакции.
– Ты совсем не обеспокоена, – одобрительно заметила Зи.
– Я знала, что так и будет. Слишком много людей в Аренроне, которые интересуются мной – и сетари. Не в восторге, но это не так бесит, как когда кто-то делает деньги на украденной из моего файла информации или изображает меня на экране.
Мы отправились в спортзал, где Зи дала мне комплекс упражнений на мягкое сопротивление и растяжку, а затем отправила немного походить на дорожке. Мне пока не до пробежек. Я переключила свой статус в интерфейсе на «занята», чтобы сообщение мне отправить могли, но ответа не ждали. Зен и Мори что-то прислали, но я даже не взглянула, пока Зи не решила, что я упаду, если продолжу тренировку. В итоге мы приняли душ и, захватив еду, пошли к ней в квартиру смотреть новости.
В первую очередь я нашла известия о сетари – в основном все захлебывались ликованием. Реальные снимки настоящих сетари! С таким никакие рисунки очевидцев не сравнятся, как бы точны они ни были. А тут фото, еще и такие качественные: четкие, резкие, лица крупным планом. Их быстро соотнесли с досье, которые собирались годами, и я не без удовольствия отметила, что единственным человеком без нормальной фотографии оказался Рууэл – он всякий раз словно отворачивался.
Реакция на Аренрон была ожидаемой: грусть из-за выводов об изображенных идолах, злость из-за того, что все это не донесли до общественности.
Я избегала любых ссылок, которые касались меня, но в итоге добралась и до них. Попалось несколько действительно отличных снимков, где я выглядела не так уж плохо, но количество фото крупным планом совсем не радовало. Для пущего эффекта они использовали зум. И почти везде выделялись мои разномастные глаза.
Любимой стала фотка, где у меня вздернута бровь и чуть искривлен уголок рта в выражении полного неверия – помнится, так я выглядела, когда Мейз попросил надеть платье для встречи с нурийцем. Соблазнившись заголовком «Межпланетная любовь!», я открыла ссылку и обнаружила коларский «желтый» журнальчик с очередным снимком: я улыбаюсь Араду Налазу из коларского отряда сетари, а он довольно дружелюбно взирает на меня сверху вниз. Это как раз после того, как меня допекли все эти коларские археологи.
– Надеюсь, у Налаза нет ревнивой девушки, – подала я голос впервые с момента, как мы с Зи нырнули в дебри интерфейсовских страстей. – Надо бы запомнить на будущее, что нельзя улыбаться на публике ни одному мужчине. И, ух, как много снимков со мной. Все сделаны за последнюю пару дней в Аренроне. Автор может претендовать на звание полноценного сталкера.
Зи моя бравада не обманула, и она мягко потерла мне затылок:
– Судя по лицу, ты притворяешься, что не расстроена.
Я пожала плечами, хотя к щекам прилила кровь.
– Не буду врать, что довольна. Но все это слишком… далеко от меня, что ли. Только фото и сведения, уже известные всем на Муине: что я как-то странно взаимодействую с руинами, но без особого толка, что могу пользоваться платформами и вляпываться в неприятности, что была ранена и вернулась на Тару. Тысячи людей были в курсе. Единственная разница с теперь уже миллиардом людей в том, что я могу читать их мнение о моей внешности. Хотя… ты видела всю эту ерунду, дескать, КОТИС был со мной чересчур небрежен, и нужно учредить комитет по надзору, чтобы обеспечить мне должный уход? Каковы шансы, что они этого добьются?
– Трудно сказать. Существует такой комитет для сетари, и это приносило нам пользу в течение многих лет. Ты тоже считаешь, что КОТИС был с тобой небрежен?
Пришлось все обдумать. В конце концов, со дня спасения меня госпитализировали уже полдюжины раз.
– Это как когда я попала на Муину и пыталась найти что-нибудь съедобное. Брала фрукты, которыми не брезговали звери, пробовала и, если не умирала, ела дальше. Однажды попробовала и сильно заболела. Это было небрежно? На моих глазах птица ела то же самое, и на вид все казалось не ядовитым. Я выгляжу обычной бродягой, и КОТИС отнесся ко мне соответственно. Потом нашли талант усиления, и КОТИС его протестировал. Никто ж не знал, что от прикосновения троих сетари разом я свалюсь с сердечным приступом. Если б знали, явно бы не стали проводить этот тест, как и я не ела бы тот фрукт, если б знала, что стошнит. То же и с телепортацией на платформах. Если бы платформы проделали это с другими, меня ни в коем случае не заставили бы встать на них. Не могу сказать, что прям все прекрасно. Я недаром нарисовала на одежде лабораторную крысу. Со мной почти не советовались и ничего не рассказывали, особенно в начале. И выбора следовать или не следовать чьим-то приказам не давали – я следовала, потому что это казалось лучшим вариантом. Комитет по надзору… звучит так, словно еще больше людей получит доступ к моему файлу.
Зи осталась на нашу щадящую тренировку с Марой, а потом весь отряд собрался на ужин (ели что-то вроде сложенной вдвое пиццы) в квартире Мейза, куда я попала впервые. Поначалу я решила, что он вообще не украшал свое публичное пространство, но время от времени через комнату пролетала птица или семенила по полу, или пряталась за стенами, как за занавесками. А еще там был уголок с фото, где мелькали изображения целой кучи людей, похожих на Мейза, напоминая мне, что у всех сетари за пределами КОТИС есть семьи. Почти ничего лишнего: красивая чаша на столе, странноватая проволочная статуэтка. Я так и не поняла, принадлежало ли что-то из этого его жене.
Весь первый отряд уверен, что сегодняшние сенсации ни во что серьезное не выльются. Ну а мне остается только не выглядеть расстроенной, да и, если честно, особого огорчения и нет. На самом деле все это очень далеко от моей жизни, и потом, по большей части сведения положительные. Образ Земли как сестринской планеты Муины, похоже, закрепился. Однако фотографии стали еще одним напоминанием, что даже без второго уровня мониторинга приватность мне все равно не светит и внимание ко мне с каждым днем лишь усиливается. Все, что я делаю, говорю, вижу или слышу, записывается. Даже этот дневник, хорошо защищенный барьером из чужих слов, потеряет всю свою таинственность, если тарианцы выучат английский с моей (либо других землян) помощью.
Зато я придумала, как решить вопрос с фиксацией всех отслеживаемых мною записей. Просто вновь и вновь прокручиваю разговор с родными. Образ мамы не только улучшает мое настроение, но и всякий, кто ведет статистку моих запросов, отметит «пересматривала встречу с семьей» вместо «скорбно пялилась на Каорена Рууэла». Я всегда жму на паузу, как только отхожу от родных, и возвращаюсь к началу записи, когда только их увидела.
Знаю, жалкое зрелище. Но так я хотя бы могу на него смотреть, и я бы просто не вынесла, если бы над моими трогательными, невзаимными чувствами потешался весь КОТИС, не говоря уже о том, чтобы они стали достоянием общественности. Плевать, если в сплетнях меня сводят с каждым вторым коларцем, с которым я перекинулась парой слов, Рууэл – это другое.
Кажется, прошла вечность с тех пор, как мне снился один из тех замечательных снов о нем, зато каждый чертов день я просыпаюсь с осознанием, что его нет рядом.
Одиннадцатый отряд
Сегодня тестировалась с одиннадцатым отрядом, который прежде видела лишь на большом параде, где меня демонстрировали всем сетари. Прошло неплохо. Их капитан – девушка по имени Сек Эндаран – связалась со мной заранее, представилась и только потом повела в тренировочный зал для знакомства с другими членами команды. Куран – видение пути и врат. Дженера – управление Эной. Вен, Сит, Дава – ударная группа. Это отряд силовиков, с кучей мощных стихийных талантов. Я сразу же начислила Эндаран дополнительные очки за хорошие манеры и позитивный настрой, и она ничем не испортила это впечатление, хотя все же выглядела несколько самодовольно. Не знаю, может, все потому, что силовики обожают еще больше усиливаться. Из остальных могу выделить только Вена – он вел себя спокойно и приветливо и наблюдал за происходящим, словно это все отличное кино со спецэффектами.
Я тестировалась уже со столькими отрядами, что лица начинают сливаться.
Усиление талантов, связанных со стихиями, выматывает куда больше, чем работа со скоростью или видениями. После сессии без участия стихийников я в принципе даже не устаю, но приведите ударный отряд – и дневной сон мне гарантирован.
Снаружи невероятный шторм. Черный, как деготь, всюду молнии, и стена дождя пытается растереть мир в порошок. Удивительно, как тарианцы не погибли в первые годы жизни на планете.