![](/files/books/160/oblozhka-knigi-podopytnaya-lp-275600.jpg)
Текст книги "Подопытная (ЛП)"
Автор книги: Андреа К. Хёст
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц)
Андреа К. Хёст
Подопытная
Дамы и господа, с удовольствием представляю вашему вниманию новый перевод Дружная команда под руководством нашего сегодняшнего именинника Тиныча-gloomy glory переведет роман Андреа К. Хёст «Подопытная»
Редактирует также сам неугомонный зачинщик сего безобразия Тинкин, с Днем варенья, расти большой, не будь лапшой
Всей команде удачи и в добрый путь.
gloomy glory
Переводчик: KattyK, Нюрочек, Peony Rose, Marigold, Lorik, Trinity
Редактор: gloomy glory, Talita
Оформитель: LiLinochka
Дура
Первое апреля, День дурака. Очень подходит идиотке, которая отказалась от шанса вернуться домой на Землю, потому что ей приспичило поиграть в героиню. К счастью, пока все мое геройство сводится к «стой, где поставили, и будь готова, что в любой момент тебя куда-нибудь попрут те, чья работа заключается в спасении планеты, галактики или части вселенной, коей предположительно грозит опасность». А еще я согласилась на очередные лабкрысные исследования, надеясь выяснить, что значит «пробный камень».
Вчера очень скучала по дневнику. И даже подумывала перейти на электронную версию, но для этого пришлось бы использовать тарианский алфавит, а сейчас, когда я решила остаться, для меня особенно важна возможность вести записи на английском, чтобы больше никто не мог понять. Новый дневник из плотной бело-коричневой бумаги и с изображением бесконечного колышущегося луга на обложке доставлен с самого Колара.
Начиная с чистого листа – буквально, – я хотела провести эдакий новогодний анализ пережитого за последние месяцы, но в итоге пришла к единственному выводу: я ничего не в силах изменить. Я не могу отказаться от второго уровня мониторинга, по мановению волшебной палочки перестать получать травмы и спасти вселенную или сотворить еще что-нибудь, что совершенно не в моей власти. Но могу хотя бы попытаться:
– усерднее трудиться на тренировках;
– найти способ стать Касс, а не Касзандрой;
– помнить, что даже котята бывают злыми.
Кое-что из этого, вероятно, займет немало времени, но надо же с чего-то начинать.
После встречи с нурийцем я написала Маре, спросила, отправить ли ее платье в стирку, но она предложила занести его ей утром, а потом вместе прогуляться в город. Я обрадовалась, ведь ожидала, что мою охрану усилят, а не ослабят. Конечно, от приглашения попахивало «психологическими аспектами», но я, наверное, совсем свихнусь, если не научусь воспринимать все проще и буду без конца переживать, действительно ли нравлюсь сетари или им просто приказано меня развлекать.
Пора уже признать, что истина где-то посередине, и жить дальше. Это явно поможет мне смириться с решением остаться на Таре.
К тому же мне очень хотелось поглядеть на квартиру Мары. Она оказалась похожа на мою, но более захламленная и обжитая. Мне понравилось, как оформлено публичное пространство: стены напоминают полупрозрачные занавески, колышущиеся, словно под порывами ветерка. Неожиданно для мира, где почти никто не желает иметь окон.
– Лон собирается, – сообщила Мара, когда я передала ей сумку и платье. – Мейз так красочно описывал выражения твоего лица, когда он вручил тебе наряд – я даже пожалела, что сама этого не видела.
– Просто не поняла, что он хочет, чтобы я делала с нуриец, – призналась я.
– Мы достанем тебе одежду без злосчастных рисунков и надписей. Садись.
Мара понесла платье в спальню, а я села, с интересом оглядываясь, когда дверь ванной внезапно распахнулась, и оттуда вышел Лон.
– Мар, я не оставлял…
Он осекся, мы пару секунд попялились друг на друга (хотя по ощущениям прошла целая вечность), а потом он развернулся и скрылся в спальне, оставив меня восхищаться красотой и спортивной формой сетари. У Лона потрясающее тело, а еще с ним весело и легко. Разумеется, они с Марой пара, и я никогда особо не думала о нем как о привлекательном мужчине, но теперь просто не могла удержаться.
Через минуту Мара и сильно покрасневший – и на сей раз одетый – Лон вышли из комнаты.
– Прости, – извинился он.
– Теперь ты не дразнить меня насчет платья, – сказала я, пытаясь не рассмеяться и не показать, что размышляю о привлекательных мужчинах.
Осознав, что я не стану вести себя как двенадцатилетка, увидевшая классного голого парня, Мара улыбнулась:
– Подозреваю, он все равно не сможет устоять. Все утро придумывал для тебя глупые вопросы.
– Значит, будет очень разочарован.
Но я знала, что Лон в любом случае задаст свои вопросы. Я не возражаю против его поддразниваний, они совсем не злые.
– А нам можно в город? Боялась, что опять запрут.
– Пока что вне основных территорий сетари тебя должны сопровождать как минимум двое, один из которых владеет боевым видением, – объяснила Мара, когда мы вышли в коридор. – Если всерьез предположить, что нурийцы хотят тебя убить, то с нами тебе намного безопаснее, чем в одиночестве в своей квартире. К счастью, ты уже была в изолированной комнате, но нам не известен истинный размах нурийских способностей. Вдруг они способны найти тебя даже в изоляции.
– Мейз не почувствовал угрозы от твоего нурийца, – добавил Лон. – Но назвал его «сверхмощным», иными словами, Мейз не смог бы с ним справиться. И все же то, что они решат избавиться от тебя, а не спасти, лишь предположение. Во-первых, это не соответствует нурийским принципам, пусть мы и мало о них знаем. Во-вторых, если твой талант на самом деле настолько редкий, вряд ли они откажутся от спасательной миссии.
Вдруг подумалось, а отправятся ли сетари меня выручать в случае чего, но вслух я спрашивать не стала, только понадеялась, что до этого не дойдет. Как-то совсем не хочется играть роль Елены в Троянской войне вселенского разлива.
Прогулка удалась на славу. Мы сходили на матч по тайро, пообедали, прошвырнулись по магазинам, посетили некоторые наиболее живописные уголки города, в том числе чудесный цветочный сад, и какое-то время понаблюдали за изумительной игрой, где участникам нужно было перейти с одного конца комнаты в другой по платформам, постоянно двигающимся во всех направлениях. Если кто-то промахивался – левитационное поле замедляло падение. Игра меня весьма впечатлила, хоть я и провожу круглые сутки с летающими космическими ниндзя.
Я наслаждалась каждой секундой этого дня. Лон и Мара прекрасная пара и относятся ко мне как к младшей сестре. Легко забыть, что их просто назначили сегодня моими няньками.
Я много думала о своем решении остаться. О том, насколько быстро отказалась сбежать с нурийцем. Это ведь был не просто приступ героического самопожертвования. В смысле… я тут частенько ною и никогда не перестану скучать по семье, живой музыке, книгам и всему остальному, что так люблю и чего здесь нет. Однако теперь я куда лучше говорю на местном языке и прекрасно провожу время, даже когда первый отряд не развлекает меня на все лады. После такого, вернись я домой и поступи в унылый университет – помру со скуки.
Похоже, я заразилась от мамы неистребимой потребностью узнать, что же будет дальше. Ну и если серьезно: путешествия по разным мирам, изучение потерянных инопланетных цивилизаций, работа с космическими ниндзя-экстрасенсами – монотонная серая жизнь мне точно не грозит. Я хочу помочь сетари победить. Исправить ошибки прошлого, остановить монстров, уничтожающих людей. И поиграть в еще более захватывающие игры и увидеть другие планеты. Видимо, несмотря на стресс, иногда накатывающее одиночество и неуверенность в будущем, я здесь счастлива.
В общем, когда Зен присоединилась ко мне в бассейне, я была в благодушном настроении и лишь мельком подумала, не ее ли очередь «нянчиться с Девлин». Она выглядела усталой и не такой донельзя серьезной, как обычно. Зен явно не терпелось услышать о нурийце, потому что она несколько раз ненавязчиво его упомянула, но напрямую ни о чем не спрашивала. Без понятия, насколько эта информация секретна, но раз уж Зен одна из моих капитанов, ей точно не лишне знать подробности той встречи.
После мы пообедали, я рассказала ей о Дне дурака и смешных, по моему мнению, розыгрышах, а также о радиопостановке «Войны миров», когда слушатели поверили, будто на Землю напали марсиане.
Затем мы посмотрели наше обновленное расписание на следующий месяц. Меня отправляют обратно на Муину вместе с двенадцатым, четвертым и первым отрядами.
На мой вопрос Зен ответила, что даже не представляет, чего ждать от этой вылазки: Муина едва ли не миф, и Зен сомневается, что достойна возможности туда попасть, прикоснуться к прошлому, которое так важно для ее настоящего. Настолько откровенной она со мной еще не была. Доверие, конечно, радует, но я теперь очень за нее беспокоюсь.
Двенадцатому отряду поручено охранять Пандору – весьма тоскливое занятие, – а вот первый и четвертый вместе с небольшой группой серых костюмов отправятся исследовать самый большой из крупных городов. Это куда опаснее, чем сторожить поселение, поскольку в местах без узоров на крышах ддора появляется не так часто. И меня присоединили к четвертому отряду, так что Рууэлом налюбуюсь вволю. Правда не знаю, хорошо это или плохо. А Зен сможет чуток попялиться на Мейза, хе.
Кстати, правильно произносит мое имя по-прежнему только она. Я, конечно, никогда не стремилась никого исправить, но все же здорово, что Зен сразу обратила внимание на этот нюанс и запомнила.
Передвижная база
На Муину меня отправили в основном из-за нурийца. Не только в попытке спрятать от него, но и потому, что в КОТИС сочли, будто мои прогулки с четвертым отрядом вокруг муинских зданий – это лучший способ понять суть «пробного камня». Они надеются на дополнительные проверки, чтобы получить расширенный допуск к чему бы там ни было. Я, естественно, их надежд не разделяю. Впрочем, если окинуть взглядом всю мою карьеру подопытной крысы, исследование затерянных цивилизаций всяко лучше анализов крови и сканирований мозга.
Уже не терпится оказаться снаружи, на свежем воздухе, подальше от бесконечных городов-коробок, хотя я буду скучать по Тени. Я даже подумывала тайком вывезти ее с планеты в рюкзаке, но, бе, мне только еще одной нотации не хватало, к тому же кошку могли забрать и вновь запереть в клетке. Насколько знаю, после того побега, ее видела только я. Пусть так все и останется.
Я опять в своей капсуле в окружении первого отряда. Алей тоже с нами, хотя все еще сильно хромает. Она будет работать не в полную силу, пока не восстановится.
Рууэл напротив меня – на месте, где в прошлый раз сидела Таарел. Все капсулы повернуты вперед, потому сейчас я вижу лишь его руку и ногу, что, вероятно, к лучшему. У меня очередной приступ «лучше-б-ты-мне-не-нравился!» настроения. В основном из-за вчерашнего сна, в котором я бегала за Рууэлом хвостом, пока он раздраженно и раздосадовано на меня не зыркнул. Проснулась я в ужасе от пережитого унижения.
Жуткий кошмар, и, кажется, вызван он сериалом «Шестерка с супервидением» о досетарианском периоде. Я начала его смотреть, готовясь к работе с четвертым отрядом. Паранормальные детективы! Главная героиня – мучимая кошмарами девушка с талантом видения места, которую взял на работу уморительный гуру-экстрасенс с видением видения. Также там есть симпатичный взрывной герой с видением боя (готова поспорить, что он окажется возлюбленным героини); парень с видением врат, которого постоянно манят некие тайные врата в околопространстве; еще один с видением символов и страстью к головоломкам и другой – с видением пути, беспокойный, задумчивый и вечно что-то ищущий. Это воплощение тарианских стереотипов о разных способностях, но, думаю, сериал помог мне лучше понять Рууэла и Халлу, тоже обладающих видением места. Чувства и даже мысли живых существ оставляют наиболее сильные впечатления. Это может быть так же чудесно, как уловить флюиды радости от игры музыканта, или ужасно, как задеть кого-то рукой и принять поток скрытой ненависти, похоти и обиды. Считается грубым касаться одаренных видением места, ну а если вы все же распустили лапы, не удивляйтесь, что ваши самые сильные в данный момент эмоции прочтут. К счастью, с визуальным контактом все не так однозначно, да и касаться нужно напрямую, кожа к коже, так что перчатки служат неплохим щитом. И во время нашего с Рууэлом забега по пространствам мы хоть и держались за руки, но тогда он еще не был моей навязчивой идеей.
К сожалению, видение видения, наоборот, очень визуальная способность, а значит, всесторонне одаренный Рууэл уже наверняка в курсе, что бродяга-усилитель по нему тащится. И кто знает, что мог разглядеть в журналах миссий цур Селки...
В общем, стыдоба.
Архитектурный провал
Все отряды в весьма приподнятом настроении. Это назначение им явно нравится. Даже тем, для кого Муина – лишь кусочек головоломки из прошлого, который при тщательном изучении может дать подсказки для решения нынешних проблем. Сетари всю жизнь варятся в этой заведомо проигрышной войне, а тут – приятное разнообразие.
В полете я хотела поболтать с Зен, но они с Рууэлом и Мейзом уединились для капитанских разговоров. И все же мы с Мори Эйз из четвертого отряда и Десс Чарн и Сорой Нелс из двенадцатого прекрасно пообщались и обсудили наши задания на Муине. С двенадцатым я сталкивалась только во время той жуткой суматохи, когда отключали Колонну, и мне было интересно, все ли они такие же темпераментные, как Лентон, и разделяют ли его нелюбовь к Зен. Но они оказались неожиданно нормальными – излишне серьезными, как почти все сетари, но вежливыми и с явными признаками индивидуальности за фасадом ледяного профессионализма. Мало кто готов торчать рядом со мной в нерабочее время, но ребята из двенадцатого достаточно свободно задавали вопросы и просто поддерживали мирную беседу.
Пандора на вид ужасна: большое белое пятно на фоне зеленого пейзажа. Главное здание уже насчитывает три этажа и продолжает расти, хотя большая часть помещений еще не закончена. Ни следа балконов, но, вопреки моим опасениям, много окон. Еще есть несколько небольших пристроек, которые уже используют. Быстро же их соорудили. По словам Соры, им не нужно копать фундамент – здания просто пускают корни в землю (ну прямо зубы), а всякие трубы и воздуховоды потом отрастают сами на основе очень подробной миниатюрной модели.
Вокруг стройки полно палаток, машин, людей и растоптанной в месиво грязи. Дороги делать только начали, и сейчас они похожи на тонкое белое кружево.
– Много здесь людей? – уточнила я, пока мы на санях подлетали к месту, которое я с трудом узнавала.
– Свыше двухсот пятидесяти.
Я спрашивала Мори, но ответил Рууэл. Раз уж меня прикрепили к четвертому отряду, то с ними я и ехала, а первый находился на других санях.
– Пока что это столица Муины, – добавил Ферус. – Жаль, что нам всем не объяснили смысл названия.
– Имя значит «одаренная». Или «дары приносящая», или что-то вроде. Давно читала греко-римские мифы.
– А ты в курсе всех поверий своего мира? – спросила Мори.
– Совсем нет. На Земле сотни языков и культур. Греко-римской мифологии более шести тысяч тарианских лет. Теперь в это не верят.
По крайней мере, я сильно удивлюсь, если кто-то еще поклоняется Зевсу, Гере и прочим.
Мы провели в Пандоре всего час, наблюдая, как с «Литары» разгружают припасы и сходят люди, и ожидая появление «Диодела». «Диодел» меньше «Литары». Он летал на разведку и будет нашей основной базой во время миссии. Там тридцать «койко-мест» (капсул), и в команду, помимо первого и четвертого отрядов, вошли синий костюм по имени Онара и ее подчиненные: пять зеленых костюмов, один розовый, медик (зовут Лирад), его помощник (Вейл) и восемь серых костюмов – вроде как исследовательская группа, в основном археологи. Серыми руководит некая Рел Даффен. Она не в восторге ни от меня, ни от сетари, но хотя бы не проявляет открытой враждебности.
Капсулы стоят длинными рядами в центре корабля, а не сгруппированы по комнатам, и меня разместили между двумя отрядами. Передо мной Зи, позади – Сонн. А Рууэл через одну капсулу после нее.
Ожидая, пока корабль взлетит, я написала сообщение Зен:
«На Земле, если моя подруга грустит, но не желает говорить, я отправляю ей слово *обнимаю*. Когда будет свободное время, советую посмотреть на выдр».
Я добавила плохо прорисованную карту и обрадовалась скорому ответу:
«Спасибо».
Я не хочу слишком давить на Зен. Понятно же, что со мной трудно общаться на щепетильные темы, учитывая второй уровень мониторинга. И избавиться от него в этом столетии мне точно не суждено.
День обещает быть долгим. Мы отправляемся в самый крупный из старых городов. Он находится в нескольких часовых поясах от Пандоры, и солнце в нашей новой локации сядет примерно в то время, когда отряды, заступившие сегодня утром на дежурство на Таре, уйдут на пересменку. Считается, что город когда-то назывался Нуриотом. Наверное, нурийцы нарекли свою луну в его честь.
По пути капитан корабля, цел Онара, кратко изложила наше задание на сегодня. Последние несколько дней «Диодел» летал над Нуриотом, составляя карту и разыскивая место для посадки поближе к центру. Они нашли участок, где под деревьями нет зданий, но сначала сетари (и мне) нужно спуститься и «расчистить» площадку – ровную, широкую, с отличным обзором, дабы они заметили, если что-нибудь решит приблизиться к кораблю.
После этого отрядам предстоит обследовать периметр и устранить все угрозы. Затем, в зависимости от оценки рисков, серые костюмы, вероятно, войдут в ближайшее здание под охраной зеленых и сетари, но до захода солнца все должны вернуться на корабль.
Археология не терпит спешки, потому сомневаюсь, что группа из восьми человек осилит нечто большее, чем поверхностный осмотр. Наверное, просто проверят, какие здесь условия и не сохранилось ли где чего полезного, вроде письменных отчетов и книг.
Мы уже над городом. Он нереально огромный.
Разгром
Мы слевитировали вниз: оба отряда сетари и я, зажатая под мышкой Пара Аурона. Парк был великолепный. Разумеется, очень заросший и заброшенный, но белокаменные тропинки уцелели, листья только начали краснеть и желтеть, сияя драгоценными камнями на фоне черного леса, а когда «Диодел» перестал маячить над головой и отправился облетать город, то отовсюду послышалось осторожное птичье чириканье. Мы спустились на относительно чистую площадку в самом центре, откуда в сторону уходила аллея деревьев – только несколько из них сумели пробиться сквозь камень, которым была вымощена дорожка. Место, куда мы приземлились, представляло собой едва видимый круг – то ли бывший пруд, то ли край сада, а растения под ногами походили на тонкие перья.
– Вторая метка, – сказал Мейз. – На расстоянии.
«Вторая метка» – это что-то вроде положения на десять часов. Когда отряд выходит в пространство, они обозначают точку слева от врат как первую метку, а дальше отсчитывают еще девять до полукруга. Или шестнадцать, если врата в центре, а не с одной стороны. На сей раз никаких врат не было, значит, сетари задали точку отсчета перед тем, как покинуть корабль.
– Здание на пятой отметке, – добавил Рууэл. – Остальное вне диапазона. Убираем?
Мейз кивнул:
– Ваши с десятой по шестнадцатую.
Первый отряд усилился и ушел к зданию, а мы с четвертым выстроились полукругом и медленно двинулись в противоположную от аллеи сторону. Думаю, доставшаяся нам половина была скорее пахотной землей, а не парком, так как я почти не видела тропинок, зато местами в тени деревьев пробивались пучки зерновых.
Всюду, как и в других городах, кипела жизнь, вот только некоторые из местных обитателей оказались ионотами. Наверное, воспоминания о монстрах можно считать лишь очередными хищниками, что охотятся на оленей, милах, карликовых свинок и некое подобие бурундуков (в Пандоре такие не водятся). Птиц тут тоже хватало, и особенно раздражали эти мелкие, пухленькие и истеричные – они прятались в траве, пока на них чуть не наступали, а потом с пронзительным визгом взмывали в небо.
Я чувствовала себя виноватой, потому что мы собирались сравнять с землей всю округу, а в голове крутилась старая песня (автора не помню), начинавшаяся словами: «В раю проложили асфальтированные дорожки, обустроили автостоянку».[1] Конечно, на Земле тоже вырубают леса, но в меня с первого класса вдалбливали важность экологического баланса, так что ответственность прямо-таки давила на плечи. Случайно или нет, я изменила мир. Миры.
Первый отряд без лишней суеты очищал свои метки, а четвертый только на тринадцатой нашел нечто интересное и остановился.
– Под землей. Всем ждать, подняться в воздух. Сонн со мной. Не усиливаться.
Странное местечко. Аурон и Ферус слевитировали тех, кто стоял позади, а Рууэл и Сонн прошли вперед по ковру из листьев, который казался совершенно безопасным, пока огромные сероватые щупальца не вырвались из дыр и не попытались их схватить. Рууэл разрезал одно пополам, увернувшись от струи темной крови, затем поднял себя и Сонн в воздух, чтобы она ударила по щупальцам молниями.
Подземный спрут.
Позже мы еще столкнулись с несколькими зубастыми обезьянками – там совсем ерунда, четвертый отряд даже не вспотел.
Парк был слишком большим и заросшим, чтобы быстро его обойти, потому через полчаса мы вновь собрались в центральном круге. Наши сильнейшие телекинетики – Мейз, Зи и Ферус (зовут его, кстати, Глейд[2], что, по-моему, очень иронично) – разработали стратегию, после чего усилились и принялись выкорчевывать деревья и складывать их стеной, отделяя часть парка с деревьями от части без них.
Не так-то это просто, скажу я вам. Корни тут проросли глубоко. В итоге деревья дрожали и трещали под порывами невидимого ветра, роняли наземь листья и насекомых и только потом взмывали вверх, разбрасывая вокруг комья земли. После первого раза мы мудро решили держаться подальше. Лон и Сонн прикрывали наши спины, а местная живность улепетывала во всех направлениях. Остальных сетари Рууэл увел охотиться на то, что он там еще учуял, я же ковыляла за Мейзом, пытаясь не угодить в яму и думая о том, как бы тут понравилось Джулсу.
– Над чем пытаешься не рассмеяться? – спросил Лон, когда мы прошли треть половины парка.
– У сетари явный талант к ландшафтному дизайну. Пусть Мейз добавит красивый прудик или фонтан.
Мейз услышал и насмешливо глянул на меня через плечо, но тут же вернулся к выкорчевыванию деревьев.
– На наши обычные задания и правда не похоже, – согласился Лон, рассматривая раскуроченные окрестности, затем покосился на телекинетиков. – В какой-то мере сейчас все даже сложнее. Мы не приспособлены к длительным вылазкам.
Мейз тоже огляделся, кивнул и сказал по интерфейсу:
– Зазор достаточный. Встречаемся в центральной точке.
Мы развернулись и пошагали обратно. По пути Мейз, Зи и Ферус периодически забрасывали землей оставшиеся большие ямы и убирали валуны к штабелям деревьев. Сетари выглядели жутко измотанными, и я вдруг тоже ощутила усталость. Усиление других это не то что такая уж тяжелая работа, просто потом я могу неожиданно вырубиться. Усевшись на краю центрального круга, мы дожидались «Диодела». И он явился, взметнув потоки грязи и опавших листьев нам в лица, так что и без того сильное желание принять душ стало нестерпимым. Сетари и серым костюмам выделено всего шесть кабинок, и я не возражала, когда Зи провела меня в первых рядах, затем накормила и отправила спать. И хотя солнце еще не село, день выдался долгим для всех, и я пожалела бедолаг, которым придется бодрствовать во время ночной смены, ведь кто-то с видением боя должен быть на страже постоянно.
По-прежнему ночь. Я проснулась безбожно рано (все, кроме караульных, еще дрыхнут), но зато сумела записать все произошедшее. По-моему, скоро рассвет. Я сижу в общей комнате и любуюсь тьмой за окном. Было жутковато проходить мимо непроницаемых закрытых капсул. Звукоизоляция в них отличная, и дыхания не слышно, но я, кажется, уловила чей-то храп.
Летний лагерь сетари, день первый.