Текст книги "Избушка (СИ)"

Автор книги: Алексей Палей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц)

– Добавляю серьёзным тоном.

– Разумно. Чем можем помочь мы? – Поинтересовался шериф.

– Пусть распространят слух, что основное моё умение – это наводить порчу и сглаз. Ну, и соответственно, снимать порчу и сглаз, мной же наведённые. – Припомнив классику, говорю я в ответ.

– А можно поинтересоваться – зачем? – Спрашивает Юми.

– Можно. – Легко разрешаю я.

Они переглянулись, а, поняв смысл моего ответа, заулыбались.

– Но твоя репутация!? – С явным непониманием вопросила Юми.

– На счёт репутации могу ответить я. – Сказал шериф, поглядев на аббатису. – Мне, сегодня утром, настойчиво сообщили, что в город приехала колдунья, прикидывающаяся ведьмой.

– Даже так? – Мой интерес резко возрос, что не осталось незамеченным. – Тогда у меня ещё дополнение: Добавьте к слуху, что я ужасно боюсь всякой нежити и нечисти.

– Понятно. – Весело улыбнувшись, ответил шериф.

– А мне непонятно! – Требовательно заявила Юми.

– Всё очень просто. – Терпеливо сказал мэр. – Во – первых, это удержит горожан подальше от… – Он на секунду задумался. Да, с моей стороны это было невежливо.

– Называйте меня Ин. – Без тени смущения отвечаю я на незаданный вопрос. – Извините, что сразу не представилась.

– А вы мне нравитесь всё больше и больше. – Сказал мэр, одобрительно оценив мою реакцию.

Однако понравилось это только мэру, шериф продемонстрировал безразличие, а Юми явное возмущение моим воспитанием.

– Так вот, продолжу. Это удержит горожан в стороне от госпожи Ин, и второе, спровоцирует нападение на неё со стороны нашего врага.

– Нападение? – Обеспокоено спросила, Юми глядя на мэра и, тут же, перевела взгляд на меня. – Тогда я пойду с тобой. – Твёрдо заявила она.

– А вот это нежелательно. Могут возникнуть совсем другие слухи, но уже о вас.

– Меня направили сюда выяснить, что всё – таки происходит и помочь, если будет такая необходимость!

– Тогда тебе придётся переодеться. – Замечаю я.

Юми резко замолкла и посмотрела на меня, так как наверно смотрят на святотатцев.

– Тогда остаёшься здесь. – Решительно отвечаю я на её взгляд.

– Разумно. – Соглашается мэр. – Здесь самое безопасное место в нашем городе.

– Мне нужна простая одежда! – Вызывающе потребовала Юми.

– Это несложно. – Сказал мэр и достаточно громко позвал. – Грэм!

Секунды через три дверь в кабинет величественно распахнулась и на пороге предстал он – дворецкий.

– Вы звали, сэр? – Важно поинтересовался он.

– Да. Нужна простая одежда для девочки. Не дворянская, но что – то похожее. – Сказал Тил, он же мэр, он же работодатель для Грэма.

– Для какого возраста? – невозмутимо поинтересовался Грэм.

– Госпожа аббатиса хочет пройтись по городу, не привлекая излишнего внимания.

– Хорошо, сэр. Я могу идти?

– Да. И, если можно, разберитесь с одеждой побыстрее.

– Непременно, сэр. – Дворецкий поклонился, собираясь отправиться на поиски заказа, но его остановил мой вопрос.

– Можно вас спросить, сэр Грэм?

Он, взглянув на мэра, и неторопливо ответил.

– Конечно, госпожа, но вам следует обращаться ко мне по имени.

– Парень, который пару минут назад вышел через главную дверь, кто он?

– Его имя Хал. Он служит здесь помощником архивариуса.

– Кстати, а почему он вышел через парадную дверь? – Удивился шериф. Мэр согласно кивнул, подтверждая этот вопрос.

– Не знаю, сэр. Я обязательно спрошу, когда он вернётся и ….

– тут я, опять проявив чудеса плохого воспитанности, перебивая дворецкого. Впрочем, он остался невозмутим как танк без горючего.

– Я хочу спросить его об это сама и как можно быстрее.

– Да, Грэм, пусть его вернут. – Сказал мэр.

– Пусть его вернут аккуратно, без применения силы и грубости.

– Уточнил шериф.

– Как скажите. – Дворецкий опять поклонился, выразительно глянул на мэра и, получив разрешающий кивок, спешно ушёл, не забыв закрыть дверь в кабинет.

– Могу сразу предупредить часть вопросов. Этот парень – сын одного моего хорошего знакомого. Умный, исполнительный и вежливый.

– Секунду подумав добавил. – Хотя, на счёт первого, не уверен, скорее он неглупый.

– А зачем он вам понадобился? – Серьёзно спросил шериф, непроизвольно шевельнув правой рукой намереваясь коснуться рукоятки меча, однако мы все здесь были без оружия. По крайней мере, без явного.

– Все остальные выходы закрыты для нечисти. – Коротко пожав плечами, отвечаю я.

– Какой нечисти? – Не понял мэр.

– Любой.

– Но…

– Давай подождём, Тил. – Предложил шериф и в возникшей напряжённой тишине негромко добавил. – Но хочу сказать, за тем парнем я заметил некоторые странности. Он не носит оберегов или защитных амулетов. Не бывал в храме.

– Он был на строительстве!

– Это другое. Он мне давно не нравится, но зацепить было не за что. – Ответил шериф и, окинув взглядом кабинет, спросил. – Никто не будет против, если принесу оружие?

– Чего уж, неси. – Тяжело вздохнув, согласил мэр.

Шериф молча встал и вышел из комнаты. Ему тоже не нравилось происходящее, тем не менее, он привык доверять ощущениям.

– Ну, может не всё плохо. – Утешительно сказала Юми. – Может он просто не понимает или его запугали.

Ласт вернулся быстро, притащив с собой кучу оружия. Меч, четыре кинжала, перевязь с метательными ножами, два стилета. И, конечно, арбалеты, один большой, на две стрелы и два маленьких.

– Кому что? – Спросил он, аккуратно выкладывая на середину стола принесённые железяки, предварительно сдвинув в сторону напитки и бокалы, которые так никто и не тронул.

– Мне арбалет. – Сказал мэр, и сам взял оба маленьких.

– Я возьму два кинжала. – Решила Юми.

– Мне ничего ненужно.

– Тогда я всё оставшееся. – Пожав плечами, согласился шериф.

– Наверное, пока следует спрятать оружие. – И так как предложения было разумным, оружие припрятали.

Хал зашёл в комнату сам, даже не постучавшись. Он с заметным пренебрежением посмотрел на присутствующих и спросил:

– Грэм сказал, что мне прислали письмо?

– Хал, вообще – то мы здесь заняты серьёзным разговором, а ты даже не постучался. – С праведным возмущением заявил мэр.

– Я думал, что здесь никого нет.

– Тогда почему вошёл?

– За письмом. Где оно. – В голосе Хала проскользнули нотки раздражения и превосходства.

– Давно тебя обратили? – Холодный уверенный тон вопроса заставляет вздрогнуть всех.

Это спрашиваю я. Мне ненужно смотреть на Хала, чтобы видеть его сущность.

– Так значит, ты, ведьма, увидела меня настоящего? – Радостно воскликнул Хал. – Мне уже надоело скрывать свою силу! Кланяться таким ничтожествам!

– Ну, так покажи себя. – Предлагаю я, тщательно изображая недоверие. Ухмылка, левая бровь сдвинута вверх, правая чуток вниз, тело расслаблено, правой рукой делаю пренебрежительный жест, вроде как отгоняю надоедливую муху.

– Я покажу мощь, какой одарил меня Хозяин! – Гневно проорал он и напрягся.

Мэр сделал движение, собираясь достать арбалеты, но его жестом остановил шериф.

Превращение выглядело неприятно. И долго. Секунд двадцать. Но в результате перед нами предстал, в общем – то, грозный на вид монстр.

Клыки в пасти, когти на лапах, жёсткая сероватая шерсть, грубая серая кожа, жёлтые глаза рептилии и, конечно, вонь.

– Ну и запах! – Поморщившись, прокомментировала я увиденное, точнее сказать – унюханное.

– Точно, вонь отвратительная. – Согласилась Юми. На неё это превращение не произвели никакой реакции.

– Что?! Я разорву вас!!! – Возмутившись продемонстрированным безразличием к его устрашающему обличию, хрипло пообещал монстр.

В этот момент дверь в кабинет открылась: торжественно и величественно. Ни у кого из присутствующих не возникло никаких сомнений, кто будет стоять на пороге. И Дворецкий не обманул ожиданий.

– Я принёс одежду, сэр! – Провозгласил он, когда дверь открылась полностью.

– Ты, старый облезлый лакей, ты мне надоел! – Заявил преобразившийся Хал.

– Сэр, мне позвать охрану? – Предельно невозмутимо поинтересовался Грэм.

– Ненужно. А с одежной, зайдите чуть позже. – Спокойно отвечаю я.

Мэр сделал судорожный кивок.

– Хорошо, госпожа ведьма, я приду чуть позже. – Согласился Грэм и ушёл, не менее торжественно, чем пришёл.

– Я его разорву на мелкие куски! Я ему все кости переломаю!

– Судорожно прохрипел монстр.

– Замри. – Это слово ключ для активации заклятия паралича. Но непростого, какое известно всем кому можно, а моей разработки.

– На меня не действует магия! – Заявил Хал и попытался повернуть свою голову в мою сторону. – Что!?? – Изумлённо выдавил он из себя, когда так и остался недвижим.

Ха! Я ничего и не говорю о магии!

– Ты полный, тупой идиот! А я ведьма! – Поясняю случившееся для особо непонятливых.

– Но хозяин обещал! Я неуязвим!

– Заткнись и рассказывай. – Сказал шериф и достал спрятанный арбалет.

Следом за ним вытащили оружие Тил и Юми.

– Можете меня пытать! Я ничего не скажу!

– Вот что, образина, я сейчас уйду, а ты ответишь на все вопросы шерифа Ласта и расскажешь всё, что он захочет знать. – Устало говорю я. Зачаровать этого монстра было сложновато, уж больно навороченная у него защита. Хотя и тупая.

– Грэм. – Позвал мэр.

Дворецкий не замедлил явиться, продолжая поражать своей невозмутимостью и торжественностью.

– Вы звали, господин мэр?

– Да. Проводи наших гостей, где можно спокойно переодеться.

– Обобщив меня и Юми, вежливо распорядился мэр.

– Я понял, сэр. – И посмотрев на меня и Юми, закончил. – Госпожа аббатиса, Госпожа ведьма прошу за мной.

Да уж, до такой торжественности и напыщенности дворецкому лорда Баскервиллей очень далеко.

В простой одежде Юми выглядела совсем девчонкой. Никаких намёков на серьёзность. Грэм подобрал платье, соответствующее дочери мелкого бедного дворянина. Хорошая ткань, ничего вычурного, вроде больших бантов сзади, но элегантное и с приятным сочетанием цветов. А вот с волосами получилась заминка: перекрашивать долго, а магия может рассеяться, когда меньше всего нужно. Пришлось мне наложить свои чары, наверное попозже следует зарегистрировать их на своё имя.

Волосы стали волнистые, а цвет изменился на светлый, ближе к белому, причём теперь это стало их обычным состоянием. И никаких остаточных чар.

Дожидаться окончания допроса зверюшки неизвестного вида, в которую превратился Хал, мы не стали. Вряд ли он скажет что – то действительно интересное для меня, а Юми может всё узнать и потом.

Поэтому мы отправились бродить по городу. По моей просьбе Грэм вывел нас через дверь для слуг, просто, на всякий случай.

Выйдя наружу, мы оказались на узкой улочке, всего метром шесть в ширину. Всё, что обычно соответствует задворкам, на ней имелось, хотя и немного. Грубый, плохо обработанный камень, покрывавший улицу, был грязный. Очень грязный. Везде, где только можно, лежал мусор. В количестве вроде немного, но его, вероятно, хорошо разместили, создавая впечатление многолетних залежей. Хотя может, действительно давно не убирали. Хаотично расположились лужи, заполненные подозрительной жидкостью. И, конечно, вонь. Определить сразу трудно, но думаю на городских свалках примерно такая же, только здесь не такая настойчивая. Стены домов соответствовали общей обстановке: Обшарпанные, облезлые, грязные, в пятнах плесени.

– Так всегда в городах – чем дальше от главных улиц, тем грязнее.

– Негромко комментирую увиденное.

– Не везде. В столице все улицы чистые. – Возразила Юми.

– Ну, так, то в столице. Ладно, пошли, где тут храм строят?

Задерживаться дольше необходимого, в таком запущенном месте, совершенно не хотелось.

Храм возводили недалеко от здания городской ратуши, почти в центре города. Не знаю зачем, но строили что – то монументальное и, естественно, дорогое. Хотя до места строительства идти минут десять, в приключение мы всё же вляпались. Шли, никого не трогали, я по сторонам поглядываю, Юми о чём – то думала, и вдруг вышла она!

Дородная тётка с непробиваемой уверенностью в себе. Она встала на нашем пути, приняв классическую стойку разгневанной жены – руки в бока, грудь вперёд.

– Так значит правда! Ведьма в нашем городе! – Поразительно, как ей удалось смешать в голосе презрение и радость. – Люди! Эта же та самая ведьма! Она ведь ничего не умеет кроме как наводить порчу и сглаз! – Оповестила тётка всех в радиусе сотни метров. Про такой голос говорят «трубный». А представь, если ей мегафон дать?

В стремительно собравшейся толпе немедленно подхватили прозвучавшую информацию, старательно украшая её разными неприятными для меня особенностями, вроде того, что до истерики боюсь нежити.

Юми, в начале выступления, хотела встать в мою защиту, но успела сообразить – исполняется заказанный спектакль. Конечно, получилось слишком навязчиво, однако народу нравилось.

– ОЙ! Люди! Ой! Она меня сглазила!!! – Перепугано воскликнула женщина, продолжая игру, и в качестве доказательства моего нехорошего взгляда основательно упала на землю. Земля дрогнула.

– Вот, смотрите, я идти не могу! – Демонстративно размахнув руками, заявила она.

– Да что же это такое делается!? Да посреди белого дня! – С праведным гневом крикнула какая – то посторонняя женщина.

– А вот мы её на костёр! – радостно предложил худой бородатый мужик.

Вот интересно, почему он так любит костры и не любит ведьм?

Двое мужиков из собравшейся толпы попытались поднять пострадавшую, но не смогли. Женщина итак упитанная, а когда ещё и сама вставать не хочет, то дело получится совсем безнадёжное. Двое неслабых на вид мужиков, из всех своих сил тянули её за руки вверх, а она совершенно не двигалась с места.

– Вот, видите! – Женщина показательно стряхнула добровольных помощников. – Видите! Эта ведьма и вот их сглазила! Двое здоровенных мужиков не смогли поднять одну несчастную слабую женщину!

В толпе прокатился испуганно одобрительный гомон. Людям было страшно находиться рядом со мной, но весело. Как это бывает, всё испортил не вовремя пришедший патруль. Не знаю, как они здесь называются; милиция, полиция, стражи порядка, но они уверенно пробились сквозь собравшуюся толпу к основному месту действия, и старший очень грозно поинтересовался, что происходит. Тётка немедленно подскочила на ноги, пробормотала, что во всём виновата вот эта ведьма, и торопливо скрылась в толпе.

– Ну, а ты что скажешь? – Спокойней спросил офицер, обращаясь ко мне.

– Ничего. Мы шли, никого не трогали,…. и тут она! – Мой ответ вызвал усмешку у офицера.

– Хорошо. Можете идти дальше. – Разрешил он нам и грозно прикрикнул на толпу, чтобы расходились. В смысле – шли кому куда надо, а то лично поможет определить направление. Люди оказались на редкость понятливые.

Больше никто на пути к храму нам не встретился. Не то, чтобы совсем, просто нашу парочку обходили стороной. Юми сначала возмущёно молчала, а после едва сдерживала смех. Здоровенные взрослые дяди и тёти шарахались от двух детишек в стороны, точнее сказать от меня, но это уже незначительные детали.

Строители, которые возились с уборкой выпавшего вчера снега, встретили нас тоже неприветливо. Разбегаться не стали, но окликнули кого – то, наверно местного священника. Мужчина в тёмной одежде, похожей на сутану, повернулся на голос и после посмотрел на нас. Не разбираюсь я в этих нарядах, но, похоже, он настоятель или что – то в этом духе. Отмахнувшись от подробностей, он направился к так не вовремя пришедшим детям.

– Что вам, дети мои? – Приятным голосом, доброжелательно спросил, подойдя к нам.

Юми предложила остановиться сразу за аркой прохода на территорию храма. Стоять в проходе было глупо и мы отошли в сторонку, ближе к строительному материалу, собранному в одном месте под навесом. Среди прочего было много кирпичей. Красных, сделанных из обожжённой глины, но почему – то гладких со всех сторон. Меня очень заинтересовали эти кирпичи, и я взяла один в руки. Приятный на ощупь, гладенький и тяжёлый.

– А видеть умеете? – отвечаю вопросом на вопрос.

– Да. Конечно. – Чуток удивлённо ответил он. – Я вижу – ты ведьма. А ты… – тут он запнулся и, сглотнув, продолжил. – Тебя я тоже знаю.

Умный! Даже как – то неожиданно.

– Вы правы. – Киваю в ответ. – Скажите, ваш храм принимает пожертвования?

– Конечно. Храм строится и, если хотите, ваше имя будет написано на одном из кирпичей, которые мы используем в строительстве.

О, как!

– А я могу выбрать?

– Конечно. – Священник показал правой рукой на штабеля красных кирпичей.

– А его точно используют? – В моём голосе скользнуло не то чтобы не доверие, скорее намёк, что используют, но совсем не там где обещано.

– Не беспокойтесь. Я положу его прямо сейчас, вы сможете сами всё увидеть. – Спокойно уверил будущий настоятель строящегося храма.

– Тогда вот этот.

– Можно узнать ваше имя?

– Ин. Можете написать – ведьма Ин.

Юми весь разговор молчала. Может она и выглядит очень молодо, но соображает получше многих взрослых. Моя беспечная заинтересованность кирпичами навела её на какие – то мысли, которые ей не нравились, так как она стала серьёзной и настороженной. Вероятно, священник тоже что – то сообразил, но не подал вида.

– Идёмте. Там как раз готов свежий цементный раствор. – Предложил он и направился к ещё невысокой стене, у которой возились несколько строителей.

Священник лично нарисовал моё имя на этом кирпиче, сам положил его. Правда, почему – то этот процесс выглядел странновато. Начиная с мастерка. Эта штука своей формой больше походила на кулинарную лопатку – такая же прямоугольная. Цементирующий раствор положил на сам кирпич и быстро, с силой его прижал на свою позицию в строящейся стене. При этом излишки раствора выдавились большой кляксой. Со своей стороны строители собирали излишки, а на обратной стороне наверняка нет. Нужно будет глянуть.

– Всё. Лежит.

– Угу. Интересно. Но как – то вы не так ложите. – С сомнением говорю я. – Дайте, я попробую.

Никто ничего не успел ответить. Конечно, забирать прямо из рук мастерок невежливо. А исправлять его форму прямо на виду у всех тоже не совсем правильно. Ну и ладно! Зато теперь это строительное орудие стало привычного вида – каплевидная форма, прямые края и ручка повыше от рабочей поверхности. Со стороны, мои действия с мастерком, выглядели странновато: вытягиваю, сминаю, сжимаю, а металл был похож на глину. После, подозрительно, тыкаю получившейся штукой в ёмкость с цементирующим раствором. На вид, да и по ощущениям это очень похоже на обычный цемент. Но тогда в этой строительной смеси обязательно должен быть песок. Ковыряю поглубже. Ага, песок здесь имеется, ещё, судя по всему, глина. Но соотношения составляющих этого раствора явно не на пользу строящегося храма.

– Скажите, вы в строительстве разбираетесь? – Закончив ковыряться цементе, спрашиваю священника.

– Нет. Но эти люди прекрасные строители! – Убеждённо заявил тот в ответ.

– Всё может быть. И всё – таки позволю себе сделать несколько замечаний. – Говорю намеренно громко, чтобы хорошо слышали.

– Во – первых, раствор следует делать в соотношении один к трём. Один цемента, три песка. Иначе, при высыхании всё порвётся и потрескается. Добавки идут в дополнения, а не взамен. Во – вторых, для работы лучше использовать мастерок вот такой формы. В – третьих, кирпич должен быть обожжён полностью, не только снаружи.

В – четвёртых, не следует строить на холоде, потому, что раствор замёрзнет, а не застынет. В – пятых, ненужно ложить так много раствора когда кладёте кирпич, и, тем более, с силой выдавливать его после.

– Мои наставления строители слушали настороженно, а священник с удивлением и гневом.

– Ну и последнее, со всем, что успели настроить, я вам помогу, но дальше разбирайтесь сами. – Предупреждающе, с нотками самоуверенности, заявляю я. После, подхватываю на новый мастерок раствор, ровно ложу его, сверху кладу кирпич и дважды пристукиваю сверху. Мои движения получились твёрдые, уверенные, как будто у меня громадный опыт в строительстве. На самом деле – это второй кирпич в мой жизни. Однако, обещание помочь, нужно выполнять, а значит, придётся использовать магию и кое – что из физики. Удаление лишней воды, кристаллизация по образцу и диффузия.

Ощутимая дрожь прокатилась по стенам и полу. Стены резко стали горячими, пар разом окутал всё вокруг белым облаком и тут же рассеялся. Возгласы страха сменились ужасом. Было от чего ужасаться – стены выровнялись, кирпичная кладка стала ровной и весь снег, на территории храма, исчез.

– При строительстве храма не должно применять магию! – Сердито сказал священник. Он, вероятно, понял, что его пытались обмануть.

– Ну что вы! Это была физика. – Успокаиваю я. Только, подозреваю, что о физике он ничего не слышал.

Священник подозрительно осмотрелся. Нахмурился, бросил короткий взгляд на Юми и устало вздохнул.

– Магии действительно не чувствуется. – Качнув головой, сказал он и посмотрел в сторону собравшихся в кучу, перепуганных строителей.

– Я не знал, что ведьмы разбираются в строительстве.

– В следующий раз обращаетесь. Если найдёте. – Весело усмехнувшись, предлагаю я. – А вот с этими я сейчас разберусь.

Мужики и без того уже были перепуганы, а после моего заявления едва на ногах устояли.

– Госпожа ведьма! Мы же не сами! Нас заставили! – Дрожащим голосом воскликнул мощный такой на вид мужик.

– Ага. Невиноватая я – он сам пришёл. – С сарказмом комментирую эти оправдания и очень веско предупреждаю. – Вот что мужики. Не знаю, кто там вас заставлял, чем грозил, но бояться вы должны меня.

Всё – таки ведьмой быть круто! Вон, здоровенные мужики, штук тридцать, а как перепугались. Разве что в обморок не падают.

– Дитя, запугивать добрых людей это нехорошо. – По – доброму, наставительно сказал священник.

– Это вам нельзя, а мне очень даже можно. – Возражаю я. – Да и никого я не запугиваю, а так, предупреждаю, по – хорошему….

По – доброму. – Однако в моём голосе ничего хорошего не слышно.

Мужики мелко закивали, давая понять, что они всё поняли правильно. Священник опять вздохнул и промолчал, повлиять на меня он не может, а предупреждение этим горе – строителям нужно сделать серьёзное. Ведьма для этого подходит очень хорошо.

И чтобы добить совсем, говорю весело, по – детски непосредственно:

– Пойду я, скучно у вас тут.

Все присутствующие очень подозрительно на меня посмотрели, а Юми ещё и осуждающе. Блин! Стараешься, стараешься, а они? Не нравится им!

Махнув на прощание, мы ушли гулять по городу дальше. Юми некоторое время бурчала в мою сторону, что можно было не настолько сильно запугивать строителей, они ведь не очень виноваты, их заставили. Пришлось доступно объяснить, чем бы это закончилось.

Аббатиса бурчать перестала, но соглашаться с моим способом внушения не спешила.

Вот так мы шатались по городу. Заглядывали в закоулки и тупики, устраивая разборки при необходимости. Дважды мне предлагали работу по специальности. Две тётки просили сглазить или навести порчу на свою злобную нехорошую соседку. Самое интересное что они и были соседями. Отделавшись фразой «позже», быстренько уходим от двух скандалисток подальше. В квартале для небогатых задержались надолго, часа на три точно. Хорошие врачи в городе имеются, однако стоит лечение не дёшево. А Юми, как монахиня, пусть даже из воинствующего монастыря, считала своим долгом позаботиться обо всех больных. Угу.

Долг вроде бы её, а лечить пришлось мне, хотя ничего действительно сложного не встретилось. После этих похождений мне очень захотелось есть, подозреваю Юми тоже. Но она зачем – то изображала из себя поствующую монахиню. Закончив с последним пациентом, я силой потащила её в сторону ближайшей приличной забегаловке. А Юми пробурчала, что, как можно думать о еде, когда тут столько нуждающихся в помощи. Прямо для демонстрации её слов из проулка вывалился недавний больной. Убеждённый безработный, всё плакался, что денег у него нет, что он бедный всеми брошенный, никто его не любит и не жалеет. И как он нас догнал? Ведь совсем недавно убедительно изображал паралич ног.

– Госпожа ведьма! А мне бы лекарство! Ноги у меня опять что – то слишком быстро ходят. – Проныл он, перегородив нам дорогу. – Я ведь живу на улице, болею, страдаю! Пожалейте бедного!

– Ага. Давай, прибью, чтоб не мучился?! – предлагаю уверенно, с угрозой.

– Да что ты такое говоришь!? – Возмутилась Юми. – Он же просит помощи!

– Так я и предлагаю помощь. Размажу по этой стенке, и страдать он больше никогда не будет. – Изобразив удивление, объясняю я непонятливой монахине.

– Госпожа ведьма, это была плохая шутка. – Серьёзно ответил нищий. Судя по его уверенной позе, уходить он никуда не собирался.

– За таки шутки ещё доплатить придётся.

– С дороги, мерзость!! – Сдержав ярость, требую я. Для большей убедительности вышвыриваю его в тот проулок, из которого он и вышел.

Конечно, бросок был бесконтактный.

Послышался испуганный вскрик, невнятные проклятия и обещание скоро встретиться.

– Зачем ты так? – Изумлённо проговорила Юми.

– Идём. – Но Юми мотнула головой, отказываясь идти дальше.

– Идём, а по дороге я расскажу тебе одну маленькую историю.

Она неуверенно посмотрела на меня и всё же пошла следом. В качестве поучительной истории очень хорошо подошёл совет, что голодному нужно давать не рыбу, а удочку. Только рассказывать пришлось длинно и с подробностями.

Жил – был в одном городке на берегу моря, нищий. Не было у него ничего; ни дома, ни семьи, ни друзей – ничего не было. Каждый день он просил милостыню, а вечером пропивал в ближайшем кабаке, громко жалуясь на то, что у него ничего нет, и живёт он на подаяния. И вот, однажды, услышал эти жалобы монах. Он проходил через город и остановился отдохнуть, заодно и переночевать. Послушал он эти жалобы, ничего не сказал, а на следующее утро подарил он этому нищему самую лучшую удочку, какую только можно было купить в том городке. И сказал монах нищему, что теперь нет у него причин жаловаться, теперь он сам сможет добывать себе еду, а если будет трудиться, то и на продажу останется. Нищий поблагодарил монаха, взял удочку и быстренько скрылся в ближайшем переулке, а когда монах ушёл, он продал подарок монаха. Вечером же опять напился и жаловался на несправедливую судьбу.

– Тебе всё понятно?

– Да понятно, понятно. – Хмуро проговорил аббатиса и, неуверенно, добавила. – Но ведь он просил помощи.

– Ага. А первый раз умолял вылечить его ноги, а то он нигде не может устроиться на честную работу.

Юми совсем насупилась, но промолчала. Вообще – то она хорошая, умная, однако в жизни разбирается хуже крестьянского младенца.

– Извини, я всё время забываю, что мир не такой, каким хочется его видеть. – Сказала Юми минуты через три. Мы как раз подходили к приличной на вид харчевне. По – другому это заведение назвать трудно.

– Забей. То ли ещё будет! – Беспечно советую я, открывая дверь харчевни.

– Чего вам нужно, Шмакодявки!?? – Грозно вопросил здоровенный детина, едва только дверь открылась достаточно широко. Он же её распахнул на всю ширь и перегородил проход.

Иногда быть маленьким – это неприятно.

– Тебя не спросили! – Восклицаю громко, чтобы было слышно в глубине зала.

– Твоё счастье, что такая малявка!

– Моб? Кто там кричит? – Донесся рык из глубин зала.

– Хозяин, тут две девчонки войти хотят. – Ответил вышибала.

В место ответа хозяин сам пришёл посмотреть на причину шума.

– Вообще – то здесь не место детям. – Спокойно сказал он, рассмотрев, кто ломиться в его заведение.

– А! Гар! Это же Ведьма! Она вчера в город приехала, сегодня у нас была. Нос мне выправила. – Проорал грузный мужик, увидев меня в дверях.

– Ты ведьма? – Удивлённо спросил хозяин харчевни.

– Ведьма?! – Испуганно пискнул Моб.

– Ведьма. – Этот односложный ответ сразу убеждает обоих.

– Ну, рад приветствовать. Вон за тем столиком, тебе и твоей подруге будет очень удобно. – Немного официально сказал Гар.

Моб попросту утёк вправо и пропал из вида. Юми тихонько вздохнула, ей не очень нравилось везде быть просто подругой ведьмы.

Указанный столик отличался от остальных в зале тем, что был новенький и стулья возле него тоже новенькие. Хозяин лично проводил нас к нему, выспросил чего желаем, и вскользь поинтересовался оплатой. Получив серебреную монету в качестве оплаты, обрадовался и с большим энтузиазмом отправился выполнять наши пожелания.

– Знаешь, в чём – то ты умная, а в деньгах совсем не разбираешься.

– Усмехнувшись, заметила Юми.

– Да ладно тебе. Зато наедимся.

– В таком месте, такой монеты хватит, чтобы весь день, с утра до вечера пировать.

– Не думаю, что мы сможем съесть столько. – Отвечаю, изобразив опасения и задумчивость.

На этом разговор завершился. Хозяин харчевни лично притащил первое блюда нашего заказа. Большущая курица, зажаренная до золотистой хрустящей корочки, истекающая соком и жиром, а от запаха у меня слюна потекла ручьём. Тут же рядышком примостилась тарелка с квашеной капустой, на другой расположились хвосты зелёного лука, укропа и петрушки. Девушка, вероятно официантка, поставила объёмный кувшин, две тонкие керамические кружки и блюдо с нарезанным хлебом.

– Это на сейчас. Булочки, обивные, жаркое, тушёные овощи скоро будут готовы. Подадим по первому требованию! – Сообщил Гар, явно довольный собой.

– Очень хорошо, непременно позовём. – Обещаю я и с намёком берусь за кувшин.

Хозяин сообразил, что пока он здесь лишний и испарился.

– Ин, ты как хочешь, но я столько не съем! – Почти испуганно заявила Юми, показав на курицу.

– Съешь, ещё мало будет. – Многообещающе говорю я, доставая из своей сумки пакетик с порошком.

– Что это? – шёпотом поинтересовалась она.

– Гарантия что не потолстеем. – Не вдаваясь в подробности, поясняю как можно доступнее, после чего высыпаю в кувшин с молоком содержимое пакетика. Юми заметила, а со стороны видно не было.

Болтнув кувшин, я наливаю себе полную кружку.

– Ага! Тогда, можно попробовать съесть сколько влезет!

– Решительно заявила Юми, и тоже налили себе молока.

Хозяин харчевни решил, что качество в данном конкретном случае важнее количества. Всё приготовленное было очень вкусное. Однако, несмотря ни на что, физический предел всё – таки наступил. Юми сдалась первой, я на две кружки, одну булочку и одну отбивную из телятины позже. Гар рассчитал правильно – это для взрослых главное много еды, а детям главное вкусно. Так, что серебреную монету он заработал честно. Даже Юми не стала спорить, а может, просто была не в состоянии.

На улице уже потемнело и стало холодней. Осень, тем более, поздняя, не самое лучшее время для ночных прогулок. Вчерашний снег за день подтаял, а сейчас вся получившаяся мокрая снежная каша начала замерзать. Где ничего, а где скользко. Однако моя прогулка по городу ещё не закончилась.

– Может, вернёмся в гостиницу? – Предложила Юми. Она зябко поёжилась – в том, во что она одета сейчас уже заметно прохладно.

– Чуть позже. – Негромко говорю я. – Давай просто пройдёмся, после такой плотной еды обязательно нужно прогуляться.