Текст книги "Командор навсегда (СИ)"

Автор книги: Алексей Снегирёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

– Вы служите императору, а империя разваливается, потому что предана императорским двором, – я смотрел ему в глаза и видел, что он с этим согласен.

– Императорский двор в Светлограде находится … – возразил он. – Зачем ты тут?

– Всему свое время, – я кивнул на Сиртос, – сначала все причастные к похищению Норсов умрут…

– А хватит ли у тебя сил исполнить свои угрозы? – он немного разозлился. – В форте армия и Секретная служба. Они не сдадутся!

– Думаешь, здешние вояки хоть что-то смогут противопоставить? Я уже уничтожил две файские армии, а они были закалены в боях и отлично экипированы…

– Это правда? Когда? – удивился секретчик.

– Первую армию – на перевале Серых гор, вторую – у стен Приморского форта, – я вздохнул. – Они тяжело умирали… Все, кто выступит против меня, неизбежно погибнут.

– Почему ты не атаковал нас, а захотел поговорить? – он пристально посмотрел на меня.

– Я не чувствую от тебя и твоих бойцов угрозы, – честно признался я, – не хочу воевать со своими. Это неправильно. Я на этой планете для того, чтобы люди, такие же как вы, могли жить в справедливом мире. Подумай над этим!

Я развернулся и пошел к обозу, демонстрируя, что разговор окончен. Он двинулся следом, а когда мы дошли до первого фургона, я положил руку на легкий арбалет, который болтался на груди и просто сказал:

– Показывай!

– Не надо этого, – его губы скривились, едва он уловил мой угрожающий жест. – Я покажу груз только тебе. Рирцы пусть не подходят ближе десяти метров.

– Хорошо, – я согласился и махнул своим, чтобы дали отбой тревоги.

Потом он мне показал содержимое фургонов. Это были документы, много документов – на бумаге, на коже, на ткани. Не вникая в текст, я быстро посмотрел, не прячут ли они среди этого архива пленников. Но никого не нашел. Специально для меня открыли два больших сундука, просто разбив замки ударом алебарды, сами секретчики внутрь не смотрели, а я заглянул и увидел все те же бумаги. Они реально зачем-то вывозили несколько тонн документов в столицу. Ну конечно, сейчас, во время войны только и надо заниматься архивной бюрократией!

– Не тем ты занимаешься, офицер, – с грустью сказал я капитану Дусу, когда досмотр был закончен. – У меня вот серьезная проблема – нет кадров, имеющих достойную подготовку. Две с половиной сотни рирцев – это все, что есть, а вы тут ерундой страдаете…

Секретчик промолчал, он вообще после нашего общения стал задумчив и молчалив. Впрочем, как и его бойцы. Когда они уехали, мы с моими сержантами расслабились.

– Что, струхнули? Со своими пришлось бы схлестнуться? – подзадоривал я их.

– Это как-то неправильно, – произнес Петр.

– А правильно было, когда вы гвардию вешали? – спросил его Ахмат, с которым мы успели перекинуться парой фраз о разговоре с капитаном Дусом.

– Правильно! – возмутился сержант-кавалерист. – Мы в своем праве были, решение Норсов равно решению суда на нашей земле. Да и преступления были налицо: грабеж, мародерство, насилие, неподчинение командованию, истязания жителей, убийство стражей. Они на свою петлю заработали сполна и по нескольку раз.

– Ну все, не кипятись, – Ахмат попытался его успокоить.

Я рассказал подробно сержантам о разговоре с секретчиком. Никто мне не поверил, что я на него не давил ментальным воздействием. Как я не открещивался, сержанты решили, что я использовал свой навык для допросов, про который шептались все в моей маленькой армии.

– Ну и что будем делать дальше? – спросил Саур. – Мы тут больше недели с местными конфликтуем. Непонятно, как еще до стычек дело не дошло.

– А где Майоран? – спросил я, когда понял, что кого-то не хватает.

– Он в первый день ушел на переговоры в королевский дворец. С тех пор мы его не видели, – рирец выглядел озабоченным этим фактом. – Действуем строго по инструкции, которую получили еще в Приморском форте.

Вот эта новость! К двоим пленным Норсам добавился еще и командир гвардии. Это уже не лезло ни в какие ворота! Но, следуя своей парадоксальной логике, я решил в одиночку сходить на переговоры с королем. Мои сержанты наперебой стали предлагать сопровождение, но я решительно отказался. Они мне будут только мешать, так как я не смогу вести переговоры на грани фола, зная, что они, в случае провала, тоже будут под ударом. Откладывать попытку в долгий ящик я не хотел, до заката оставалась еще масса времени. Оставив Яра на блокпосту, я направился неспешной походкой к воротам, в которые упиралась наша дорога.

Крепостная стена была такая же величественная, как и у нашей крепости-близнеца. Только вот в Сиртосе ворота антов восстанавливать не стали, а просто заложили проем грубо напиленным камнем, скрепленным толстым слоем раствора, а в центре установили обычные «человеческие» ворота, через которые могли проехать всадники или крупный фургон. Все достаточно примитивно, повторить мегалитическую кладку строители даже не пытались, поэтому стена у ворот смотрелась как заплатка из мешковины на шикарном шелковом камзоле. Но свою функцию она выполняла, ворота выглядели достаточно прочными и были явно способны выдержать штурм с использованием тяжелого тарана.

Мне подумалось, что нашими силами такую крепость точно не взять, хоть о классическом штурме я и не думал. Сначала попробуем переговоры – это план А, все остальные варианты… которых у меня, в общем-то, и не было, попробуем потом. Конечно, были некоторые мысли о плане Б, но это скорее размышления, чем точный порядок действий. Хотя кому я вру?! Не было никакого плана Б. Я надеялся, что смогу что-нибудь придумать по ходу событий.

– Командор Леонид, Гильдия «Первый Легион», Гвардия Античной империи, – представился я молодому командиру стражей ворот.

– Лейтенант Серж, командир первого полка Королевской гвардии Провинции Северного моря, – представился он и улыбнулся, как мне показалось, искренне, даже дружелюбно. – Мы охраняем Вторые ворота форта с момента твоего прибытия.

– А есть и другие ворота? – поинтересовался я, оглядывая его бойцов. Они выглядели как серьезные вояки, об этом свидетельствовало их снаряжение – весьма потрепанное, со следами ударов режущим и колющим оружием, с повреждениями и деформациями броневых пластин.

– Да, Первые ведут на речную пристань, Третьи – на морскую, – он излучал доброжелательность. – Везде дежурит первый полк.

– Вы недавно были в бою, лейтенант? – мне действительно было любопытно, почему у них амуниция в таком паршивом состоянии. Они же вроде ни с кем не воюют, тут глубокий тыл.

– Это Король Доменик устраивает нам постоянные тренировки, – расплылся в улыбке Серж. – Мы несколько дней проводим тренировочные бои, потом неделю залечиваем раны в госпиталях, а затем – все по новой. Нас прямо с тренировки выдернули на усиление стражи.

– Лейтенант, я бы хотел попасть в королевский дворец, чтобы встретиться с кем-то из властителей, – я кивнул в глубь форта.

– Не советую, Командор, – он нахмурился. – Мы, конечно, пропустим, но не все в нашем городе тебе рады. Лучше бы подождать до завтра, осмотреться, сходить в хороший трактир поселка речного порта, там отличная кабанятина и брага с островов из тучной ягоды... Очень рекомендую!

– Не могу, лейтенант, – я вздохнул. – Мои люди в плену…

– Это не плен, – замотал головой он. – Всё обязательно как-то разрешится… Тебе не надо делать поспешных выводов. У нас тут всё так сложно…

Серж задумался, а потом со вздохом произнес: «Политика, будь она неладна».

– Всё же я пойду, – я сделал острожный шаг от ворот, наблюдая его реакцию.

– Не смею задерживать, Командор! – он щелкнул каблуками. – Сопровождения дать не могу, у меня приказ стоять тут. Будь осторожнее!

Попрощавшись со стражей, я направился по широкой улице к центру поселка. Здесь все было так же, как и в нашем форте, – огромные постройки антов были приспособлены под нужды людей, достроены дополнительные этажи из дерева и какие-то неказистые бревенчатые пристрои с покрытыми железными листами крышами. Лишь несколько теремов на всей улице были сделаны изящно и вызывали восхищение работой плотника. Мне понравились и качество исполнения в целом, и красивая резьба, имитирующая антийский узор.

Очень удивили компасы, висящие на столбах. Сначала я принял их за часы, но, приглядевшись, понял, что это не просто декор, а нечто большее, так как они были тщательно надраены и сияли на солнце своими медными боками. А еще город пах рыбой: её тут солили, коптили, сушили на солнце. И делали это не на задних дворах жилых домов, а прямо на парадной улице. Одурманивающий запах рыбы поражал не меньше компасов.

– Уважаемый, можно купить у вас сушеной рыбы? – спросил я дедка, сидевшего на крылечке неказистого пристроя к антийскому дворцу прямо за неведомой мне конструкцией с натянутыми веревками, на которых висело что-то типа камбалы.

– Командор, что ты как не местный, – укоризненно взглянул на меня дед, – бери, она для всех, кто в ней нуждается.

– Можно бесплатно? – удивился я.

Дед еще раз посмотрел на меня с неодобрением: «Она не продается. Бери, Командор!».

Я взял несколько рыбок, хотя хотел купить пару десятков и побаловать парней на посту, но бесплатно это было сделать как-то неудобно.

Шедшие навстречу люди смотрели на меня с интересом, но заговорить не решались. Судя по всему, я не внушал им ни опасений, ни особого позитива. В Приморском форте я чувствовал, что люди смотрят на меня с надеждой и видят во мне своего защитника. А тут, скорее всего, они не знают, чего от меня ждать.

Нападение случилось внезапно, едва я достиг банковской площади. Две полусотни копейщиков в черных доспехах выбежали из переулков и двинулись на меня в боевом построении. На них не было опознавательных желто-зеленых плащей, как на бойцах Сержа, я даже засомневался, что это армейское подразделение. Я не успел еще ничего предпринять, как из банковского дворца-пантеона с колоннадами выскочили несколько десятков бойцов в золотых латах, ловким движением кинули сети на первую полусотню, которая в них запуталась и с железным скрежетом повалилась на брусчатку площади.

– Какого лешего вы творите? – крикнул командир в черной броне.

– Это ты что творишь, собака безродная?! – по площади разнесся бас полного мужчины в золотой мантии, командовавшего «золотыми» бойцами. – Это нападение на доминуса Имперского банка на банковской площади, подлец!

Пятерка бойцов выстроилась передо мной, закрывая щитами, а крайний, оглянувшись, шепнул: «Уходи, Командор! Мы их долго не продержим!».

Второй раз мне предлагать было не нужно, я активировал «Ментальную защиту» и мгновенно скрылся в ближайшем переулке. Благодаря навыку, меня видели только те жители, к которым подходил вплотную. Я спокойно вернулся ко Вторым воротам, так как продвигаться к дворцу посчитал опасной затеей. И я боялся не только за себя. Если бы начал атаковать, то были бы напрасные жертвы. А мне нравился этот городишко, жители которого, кроме этой черной сотни, не выказывали ко мне никакой враждебности.

– Я же говорил, что нужно обождать, – встретил меня лейтенант, – у нас тут игры благородных из-за тебя идут во всю силу.

Мне показалось, что, в отличии от других, он увидел меня издалека и поспешил открыть ворота – на него моя маскировка не действовала.

– Почему ты мне помогаешь? – негромко спросил я, покидая город.

– Я принял Клятву Командора, – шепотом ответил он и проводил меня на шестьдесят шагов от стены, очевидно, прикрывая от возможных стрелков-провокаторов.

Интересно, что жители империи без моего присутствия могут принимать Клятву, а затем следовать ей. Я еще раз прокрутил в голове разговор с Сержем и подумал, что не просто так он предложил мне посетить речной порт.

Добравшись до блокпоста, я пересказал события своим сержантам, и они твердо заявили, что больше не отпустят меня без сопровождения. По общему решению в почетный эскорт мне определили Петра и шестерку кавалергардов, так как «мореманы» рирцев недолюбливали, как, впрочем, и те их. Ну а армия Приморского форта для местных была почти как родная.

Не теряя времени, я направился в речной порт. А там была толкотня: уйма народу грузила, кантовала, паковала товары и продукты питания. В барах пьяная матросня выпивала свои честные чарки, дамы легкого поведения зазывали кавалеров, на огромных площадях сушились рыболовные сети, повсюду одурманивающе пахло разной рыбой, чадили дымом коптильни, тут же детишки носились с деревянными саблями и пистолями. Вот такая гоп-компания пиратиков меня и остановила.

– Дядя, ты совсем того? – спросила самая старшая: бойкая девчушка, очевидно, заводила этих разбойников.

– А что? – игриво спросил я.

– На конях сюда не надо! – требовательно посмотрела она на моих всадников.

– А что, разве кавалеристы некрасивые? – улыбнулся я.

– Очень красивые! – сокрушенно вздохнула она. – Но нельзя! Одуреют лошади от дыма, ломанутся напролом и порвут наши рыболовные сети. Как ты не понимаешь?!

Я спешился и отправил свой эскорт к трактиру, а сам продолжил общаться с юными пиратами, которые увидели пистоль у меня на поясе и их глаза округлились от удивления.

– Ты пират? – спросил пацаненок в замызганной парусиновой курточке и таких же брючках, с пиратской повязкой на одном глазу.

– Ну почти! А вот мой друг Порта, тот да, корсар! – ответил ему, беззаботно улыбаясь. – Да, он суровый пират и очень далеко сейчас. Вместе с моим железным флотом освобождает Лармию.

– Не врешь? – спросила девочка, разглядывая мой командорский шеврон на груди, который я надел перед неудачным визитом в крепость.

– Нет, – я снова улыбнулся и достал из инвентаря сладкие палочки, которые купил еще в Приморском форте и каким-то чудом уберег от Яра. Протянув детям сладости, я добавил: «Увидите красные паруса на горизонте, значит, капитан Порта или капитан Вальд прибыл в гости».

– Красные паруса? – произнес второй мальчишка, жуя угощенье. – Как в легенде?

– Какой легенде? – спросил я, понимая, что мои попытки удивить не очень удались.

– Когда будет беда и ураган разрушит все, то придет флот с красными парусами и всех спасет, – произнесла девочка, чуть прищурясь.

Дети переглянулись, обменялись какими-то понятными только им жестами, и наконец девочка решилась спросить, глядя на меня исподлобья:

– Ты разрушишь Сиртос? Убьешь нас всех?

Дети замолчали, а я смотрел на них с непониманием – что тут у них вообще происходит и почему они думают, что я враг?

– Нет, конечно! – я замотал головой. – Никогда не буду воевать с народом Сиртоса, тем более с детьми!

– Я – Марта-мореходка! Смотри, ты мне обещал! – она даже ножкой притопнула. Кстати, она единственная проигнорировала мои средневековые лакомства. Но после обещаний мира, похоже, оттаяла и забрала свою конфету у кудрявого мальчика.

– Ну все, дети, брысь! – я двинулся к таверне, а они загалдели и унеслись куда-то по своим делам.

В баре, который я видел по дороге, началась драка. Я усмехнулся, когда услышал, что конфликт произошел из-за того, что одна пьяная компания усомнилась, что Приморский форт еще сражается, а не пал под натиском врага. А вторая компания «чистила» им морды, объясняя: «Мы там были неделю назад, файцев громят как щенков». Вмешиваться в пьяные разборки я не стал: проспятся – помирятся.

Рядом с трактиром, куда я направлялся, проходила дорога, по которой возили грузы, и я наконец-то увидел наш блокпост, расположенный на въезде в портовую зону. Рирцы тоже увидели меня, и горнист протрубил приветствие. Прямо в этот момент происходил досмотр колонны из десятка фургонов, и я не стал отвлекать бойцов, предполагая заехать к ним на обратном пути.

Кавалеристы ожидали меня у входа в трактир. Наши лошадки, уже без брони и упряжи, находились в конюшне, их готовили к помывке. Лошадки радовались отдыху и свободе – устали они уж точно побольше нашего.

Мы вошли в невзрачное двухэтажное здание вместе с Петром и, едва переступив порог, замерли от табачного дыма и гула голосов, обрушившихся на нас. Мы оказались в большом обеденном зале с множеством столиков, за которыми пьянствовали, играли в кости, ужинали несколько десятков человек. На мой взгляд, все они были моряками, но в обычной одежде мирных жителей, без брони, лат и оружия. Мы с кавалеристом в полной броне и с парой арбалетов смотрелись тут как инородное тело. Пока мы глазели, в зале постепенно наступила тишина, посетители трактира смотрели на нас, ожидая, что последует дальше.

– Добрый вечер, морские волки! – наконец гаркнул я, когда пауза затянулась.

– Добро пожаловать в лучший трактир Сиртоса, – также показушно выкрикнул бармен, и обстановка разрядилась. Все вернулись к своим делам, которые прервало наше появление. Кто-то прогорланил нам приветствие, кто-то поднял тост за вечный ветер в парусах, опять защелкали кости о столы и застучали медные кружки.

– Фух, нагнали же вы шухеру, – сказал нам бармен, – тут армия не бывает. Каждый третий – контрабандист, а каждый первый забыл уплатить налог.

– Так что же теперь все расслабились? – удивленно спросил Петр. – Мы не перестали быть армией.

– Вон у твоего спутника приметный аргумент, – бармен кивнул на мой пистоль на поясе. – Так чего желаете?

– Поесть кабанятинки, выпить пивка, надеюсь, оно будет не хуже пиратского, – я облокотился на барную стойку, и она под моим весом, а с учетом брони – это не менее ста тридцати килограммов, натужно заскрипела. – Мне лейтенант Серж посоветовал, знаешь такого?

Бармен нервно сглотнул и, бухнув перед нами две кружки черного пива, убежал советоваться с хозяином. Пока его не было, к нам подошел, как он представился, Капитан Буран и предложил услуги по «неприметным, но очень выгодным предприятиям». Когда я спросил, почему он думает, что нам это интересно, капитан ответил, что его кузен знает Вачека, а у того свояк Ларик, а у того сестра жены в родстве с Вени, у которого, в свою очередь, есть хороший приятель Ларс, и вот тот уже имеет общие дела с Аресом, который хорошо отзывается о том, кто носит пистоль Хмурого Карася, то есть обо мне.

Капитан Буран, по его словам, не мог не воспользоваться случаем выразить нам свое уважение и предложить услуги лучшей шхуны во всех Северных морях. Если бы он еще немного продолжил описывать свои безграничные возможности, я, честное слово, нанял бы его прямо сейчас. Потом бы разобрались, зачем он мне нужен. Когда вернулся бармен, капитан дипломатично удалился и как будто спал морок. Уверен, что Харизма у него была задрана до небес, поэтому ему удалось произвести впечатление. А я-то считал, что у меня показатель Харизмы на высоком уровне! Да я даже близко не стоял с этим капитаном-контрабандистом, который, видимо, натренировался заговаривать зубы имперской страже.

Бармен тем временем уладил все вопросы и повел нас на второй этаж, где были индивидуальные обеденные залы для особых клиентов. Он прямо сказал, что с нами желает отобедать хозяин заведения – Дядюшка Хью. Он угостит нас, как гостей города, лучшими блюдами, которые можно испробовать только в Сиртосе, – подлинной столице Северных морей. Говорил бармен не переставая, пока не довел нас до нужной двери. А когда мы вошли в обеденную комнату, бесшумно растворился.

Дядюшка Хью оказался бойким старичком: на вид лет шестидесяти, невысокого роста – нам с Петром до плеча, седой, суховатый, в золотых очках. Он был первым человеком с таким аксессуаром, которого я видел в этом мире. Старик был одет в китель, и я решил, что это капитанский парадный костюм.

Вообще все в этой комнате указывало, что ее хозяин – моряк. На стене висели компас и портрет красивого молодого парня, стоявшего на мостике большого парусного корабля и сжимавшего в руках подзорную трубу, в углу лежал якорь с витиеватыми антийскими узорами, на другой стене красовалась морская карта. Я только сейчас понял, что архипелаги, о которых так много слышал, состоят из сотен островов. Их суммарная площадь, наверное, была как треть нашего континента.

Мы учтиво представились, поздоровались, и я, чтобы наладить контакт, спросил, показывая на портрет молодого капитана:

– Это ты в молодости?

– Нет, что ты, – поднял руки в отрицающем жесте Дядюшка Хью, – это Микки-мореход, основатель Сиртоса и наш ангел-хранитель. Если хотите, я расскажу вам легенду о нем! Это история, которой мы гордимся. Каждый в этом городе живет по законам, которые установил Микки-мореход. Он так и говорил: «Империи приходят и уходят, а люди остаются хорошими».

– Это отличная история, – кивнул мне Петр, – все жители северных провинций её знают. Послушай, Командор, не пожалеешь!

Мы сели за стол, но вместо обещанной кабанятины поварята принесли десяток блюд из рыбы и морских гадов. Выглядело все как в шикарном ресторане, а пахло как букет изысканных специй. Мы приступили к трапезе, а старик начал свой рассказ.

...Всё началось в те далекие времена, когда еще не существовало Антийской империи, на севере были бесплодные и безлюдные земли, а первые поселенцы только пришли в заброшенный Сиртос и откопали его от песка и глины. Никто ничего не умел, и каждый день на людей обрушивались трудности и невзгоды. Когда пришел Микки, посланник Вавилона, бессмертный и отважный, то поселенцы, устав от постоянного выживания на грани смерти, уже подумывали бросить эти земли и вернуться в глубь континента.

Он сразу стал лидером, так как умел многое, что было недоступно обычным жителям. А самое важное – Микки умел ходить под парусами. Он понимал жизнь моря и знал, как защищаться от его безжалостной ярости. Бессмертный посланник построил первые боевые корабли и рыбацкие суда, пристани и верфи. Он сделал из сухопутных жителей настоящих моряков. Сначала люди истребили морских хищников, опасных для их жизни, научились рыбачить на реке и в море. Потом обустроили форт и основали торговые пути. Затем началась эпоха открытий – парусный флот Микки отправился исследовать новые острова и искать морские сокровища.

Таким образом люди заселили архипелаги, где каждый мог найти для себя дело, превратившее его из бедняка в богача, а Сиртос стал основным торговым портом империи. Возможно, есть и лучшие места, но нет второго Сиртоса!

Парусник Микки-морехода был самым быстрым кораблем на всем свете – четырехмачтовый, со стремительными обводами корпуса, который он всегда окрашивал в благородный белый цвет. Этот белоснежный корабль узнавали, его боялись враги-пираты и любили жители этих земель, дети лепили из белой глины его модельки. Микки знал все, что нужно знать о жизни на берегу моря. При нем были построены волнорезы и маяк на краю песчаной косы за фортом, составлены карты глубин и течений.

На много лет в Провинции Северного моря воцарилась счастливая жизнь. Но наступило время Микки пожить для себя, создать семью и вырастить детей. Он познакомился с прекрасной девушкой Алиной, которую также прислал Вавилон, она была магом воды, могла менять течения и управлять морскими существами. Они сразу полюбили друг друга и решили найти свой остров, где могли бы построить дом и вырастить детей в любви к морской стихии и в согласии с природой. Они искали такой уголок суши, куда еще не ступала нога человека.

Северное море окружено течением, которое не дает зайти дальше архипелагов, оно разворачивает корабли и возвращает их в уже известные людям воды. Но влюблённым было мало открытий, они мечтали зайти за край карты и посмотреть, что там, за бурными водами, запирающими корабли в границах Провинции Северного моря. Однажды они ушли в рейд и не вернулись. Люди решили, что они проникли в еще неизведанные моря и нашли там свой остров мечты.

Прошло много лет и к одному из самых дальних островов архипелага причалил баркас, на котором обнаружили мальчика двенадцати лет и капитанский компас с вензелем ММ – Микки-мореход. Люди решили, что это сын легендарного капитана, его привезли в Сиртос, где была основана династия, которая правила севером несколько веков. Мальчик не говорил на нашем языке, но когда освоился, то смог объяснить, что родители отправили его «домой», когда пришло их время уйти на небеса, чтобы служить Великой цели. И хотя родителей, по его словам, звали Владимир и Надежда, все северяне решили, что он сын Микки-морехода.

Он стал известен под именем Влад и правил Сиртосом пятьдесят лет: гонял пиратов, строил торговый флот, направлял людей, хранил заветы добра и справедливости. Он был уверен, что его отец вернется, когда придет время спасти северян от неизбежной беды.

Старик замолчал, а я так заслушался, что даже забыл о вкуснейших яствах на столе. Он, увидев, что блюда нетронуты, затараторил:

– Вы кушайте, кушайте, пожалуйста!

– Так ваша королева – это потомок Влада? – спросил я, впечатленный его рассказом.

– Не совсем, – рассказчик покачал головой. – Они – очень дальние родственники. Наша королева – не из моряков, а из торговцев. Есть потомки и гораздо ближе Владу по родству.

– Это, например, кто? – я заинтересовался, какая персона еще может претендовать на местный престол.

– Да тот же мой племянник Серж, – произнес Дядюшка Хью, а потом добавил задумчиво:

– Но все же самое близкое родство имеет эта мелкая проказница Марта!

– Да ну? – изумился я и, оглянувшись на Петра, сказал:

– Получается, я дал гарантии не разрушать Сиртос наследнице Микки-морехода.

– Такова судьба, – старик пожал плечами, – один потомок отправляет тебя в речной порт, а второй, более главный, тебя там встречает. Неужели ты думаешь, что это совпадение?

Я опять вспомнил, сколько в этом мире суеверий и тайных знаков, в которые свято верят жители планеты. Символы и неведомые силы управляют тут всем. Но, если подумать, то почему неведомые? Везде следы посланников Вавилона, таких же игроков, пришедших из высокоразвитых миров и тянущих эту цивилизацию к свету знаний и счастью.

– А ты, Хью, – меня посетило озарение, – ведь ты тоже потомок!

– Да, – старик серьезно кивнул, – я двоюродный брат королевы Меланьи, единственный в нашем роду капитан.

– Мне необходимо поговорить с королевой! – я уперся в него взглядом. – Мне нужны честные переговоры. Я пришел за Норсами, чтобы вернуть их в Приморский форт. Она может помочь?

– Скорее да, чем нет, – старик задумался, – они арестованы по требованию императорского двора, но это наша земля, а нам их виновность никто не объяснил. Вообще никак. Как будто мы безвольные вассалы…

Старик замолчал, а потом спросил с печалью в голосе:

– У тебя, говорят, есть флот? Ты тоже моряк?

Тут уж я стушевался, не зная, что ответить. Но врать не стал.

– У меня есть флот. Правят кораблями достойные капитаны, но сам я не моряк.

– Жалко, – в его голосе звучало сожаление, – я мало видел военных моряков и надеялся услышать твою историю.

– Да она есть! – я радостно налил в кружку пива из кувшина. – Я был в двух настоящих морских сражениях!

– Расскажи! – в глазах старика заплясали бесы. – С кем вы бились? И каков был максимальный урон?

– Когда мы захватили флагман Железного флота файцев, то начали свою охоту...

Полчаса я повествовал о наших похождениях, а старик сидел с открытым ртом, слушая, как мы громили файские флотилии. Особенно его изумил наш абордаж. Конечно, пришлось признаться ему, что я псионик, но, думаю, когда пол-империи об этом знает, скрывать от него эту «тайну» нет необходимости. Когда я закончил рассказ на том, что мои корабли прямо сейчас помогают Джорджу Норсу освобождать Лармию, он как-то сник. Наверное, этот кусочек моей жизни был его мечтой, которая так и не сбылась за его долгую жизнь.

– А ты, молодой человек, тоже сражался на море? – обратился от к Петру.

– Нет, что ты! – он смутился. – Но мы пошли в атаку на пушечные батареи, когда корабли с красными парусами пришли спасать Приморский форт!

– Да ну! – опять изумился Дядюшка Хью. – Расскажи!

Петр изложил все о той стремительной атаке, а потом – про оборону равелинов, во время которой была ранена Адя. Старик переспросил с дрожью в голосе:

– Вас вела в атаку Аделаида?

– Да! – горячо ответил сержант. – И это была славная битва, хоть и опасная.

– И ты пришел к нам, чтобы забрать вашу Кровавую принцессу?

– Да! Мы не отступим! Или вернем её домой, или погибнем.

Старик нахмурился, но потом оттаял и сказал с обреченностью в голосе:

– Значит, в империи грядут большие перемены. И я не хотел бы, чтобы мой Сиртос стоял на вашем пути…

– Я бы тоже не хотел воевать, – спокойно сказал я, а потом неизвестно зачем заявил:

– И Марте я пообещал не разрушать город.

– Ну это ваши клятвы Богов, нам их не понять, – старик поднялся, показывая, что наша встреча закончена.

– Простите меня, господа, но мне нужно переговорить с Меланьей и Домеником, – сейчас я в нем увидел не просто старого хозяина припортовой таверны, а представителя правящей семьи. У него как будто даже плечи расправились, и он стал повыше ростом.

Мы спустились вниз в общий зал, там стало многолюднее, видимо, мы уже считались тут своими и на нас особо внимания не обращали. Я нашел капитана Бурана, который сидел в кампании с еще двумя мореходами, и объявил, что у меня к ним дело. Но потом опрометчиво спросил: «Кто тут самый лихой капитан во всем Сиртосе?». Пьяные капитаны чуть не подрались за это право, каждый из них заявил, что он самый лихой и никаких возражений быть не может. В общем, славными парнями оказались эти капитаны. А когда наконец они сошлись на том, что Микки был самый лихой, но и они ничем не хуже, я озвучил им свое дело – доставить продукты питания в Приморский форт.

– Там файский Железный флот! Потонем почем зря! – заявил Буран.

– Я отправил его на дно! – я помнил, какое впечатление произвел мой рассказ на Дядюшку Хью, и в красках повторил историю о том, как мы воевали с файцами.

Капитаны смотрели на меня с изумлением, у нашего столика собралась толпа слушателей. Задавали и неожиданные вопросы:

– Это какой Порта? Тот, что командовал абордажем на Смеющемся барке?

– Да! – честно отвечал я. – Теперь он капитан Дерзкий Порта.

– Я знаю Вальда! Мы учились вместе! – закричал бородатый моряк, когда в моем рассказе услышал его имя.

– А он не врет? – спросил у капитана Бурана пьяненький штурман.

– Не врет! – серьезно ответил тот. – Вы же знаете, что чую вранье за версту. Они действительно сожгли поганых файцев.

Потом мы пили за нашу победу, за их улов, за капитанский мандат младшего сына капитан Тира, за рождение дочки толстого бородача, за здоровье малышки Марты. «Дай бог ей мужа непьющего!» – произнес Буран и выпил одним залпом кружку пива размером с ведро… В общем, хорошо посидели, четыре капитана пообещали доставить грузы в Приморский форт, и я даже внес предоплату за транспортировку муки и овощей, а они мне дали расписки, хоть я и отнекивался.