Текст книги "Право кулинарного мага (СИ)"

Автор книги: Александра Логинова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 22 страниц)

Глава 13

Обожженные ладони безостановочно тряслись, удерживая раскаленную кружку с кофе и небольшим секретом. Секрет имел стойкий аромат дорогого бренди и успокаивал нервы, но пить я не рисковала – не люблю алкоголь. Мадам Фелиция, щедро набулькавшая гостеприимного напитка, вежливо не настаивала.

– Успокойтесь, милая, съешьте противонервных конфет.

– С ликером?

– Тогда не ешьте, – покладисто согласилась она. – Чего вы так распереживались, как питон, опоздавший к сезону спаривания?

От картинки грустного питона, оставшегося без пары, на душе чуть-чуть полегчало. В сравнении с ним мой вчерашний вечер выглядел мелочью: подумаешь, обнаружилась аномальная мутация организма.

– Это не мутация, – мадам проявила терпение. – Магия всегда была вашей частью, просто проснулась лишь на Миране.

– Точно мутация. Какая-то фея отложила мне в мозг яйца волшебства, и теперь они проклюнулись, изменив ДНК.

– Какой ужас, – искренне посочувствовала мадам. – Вы ударились головой в процессе ножевого рандеву. Татьяна Михайловна, вчерашние события не стали для нас сюрпризом. Признаюсь, мы ждали пробуждения вашей силы со дня на день.

«На королевской кухне может работать только кулинарный маг» – от услышанного хотелось застрелиться. По-утреннему сонный соцотдел равнодушно обозрел меня – дикую, лишившуюся дара речи, не спавшую ночь – и молча отправил к начальнице отдела кадров. Они всё знали! И заранее спланировали мой приезд на Миран, разослав объявления исключительно кулинарным магам, будущим или действующим.

Мастер Майер не ошибся, мгновенно вычислив, кому принадлежит восьмая печать. Шесть девушек, один мужчина, разгадка летающего ножа крылась в восьмом знаке. Именно его барон заподозрил в злых намерениях, но мои паникующие мысли превратили детектив в бездарный ералаш. Кажется, коллега даже расстроился – вместо настоящего дела перед ним нервно прыгала взлохмаченная мадам, пища от эмоций и растерянности.

– Студентки перестали плакать? – вежливо спросила кадровик.

– Угу. Наревелись до отвала, извели двенадцать пачек носовых платков, и ладушки.

Первый раз видела групповой инфаркт. Двойной. Услышав известие, что их коллективное орудие убийства кинулось на меня с намерением прикончить, девицы побледнели и почувствовали резкое онемение левых рук. А дошедшая до администрации информация об истинной цели юных киллерш вынудила кулинарок осесть на пол и потеряться минут на десять. Их почти не ругали: кривые лица, побледневшие губы, красные белки глаз – даже лекари объявили выговор за вред, причиненный студенткам.

Невинная шутка, безрассудный эксперимент обернулся жестоким уроком.

«Мы не хотели ему серьезно навредить! – взахлеб рыдали студентки. – Мы не знаем ни одного убийственного заклинания, просто передали инструменту наши эмоции, а потом… Это случайность!». Каждая получила строгое дисциплинарное взыскание и обещание разобраться с поведением графа фон Вальтера – такое же искреннее, как сочувствие в глазах «разбирателей». Пацан загордился своей исключительностью, бахвалясь храбростью, но вторую кухню предусмотрительно избегал.

– Следовательно, это я спровоцировала второе нашествие ножика-камикадзе?

– Да, вы пожелали огурцам нарезаться, и вуаля. Поздравляю, у вас большой потенциал в кулинарном волшебстве.

– Чушь!

– Смиритесь.

– Бред!

– Примите. Татьяна Михайловна, вы теперь – третий кулинарный маг в летнем дворце. А, по совести, второй. Никому не интересны обычные повара, высокопоставленным лицам подавай исключительно магов-специалистов, виртуозов своего дела.

– Вы же соврали, да? Прививку от вируса энергоразложения делают не всем детям, только магам.

– Отличная проницательность, мадам. Ещё вчера вы были новорожденным ребенком со спящим даром, поэтому энергии Мирана действовали на вас втрое сильнее. А сегодня передо мной новоявленная волшебница, имеющая кулинарное образование.

– И что мне делать?

Этот вопрос крутился на языке со вчерашнего вечера. Что делать? Как быть? Я не ощущаю изменений: ни боли, ни экстаза, ни отросшего хвоста. Появись хоть один сигнал или признак, его можно было бы отследить и изучить. А неизвестность… пугает.

Магия – это не внезапно проснувшийся талант к виолончели, а шипы, растущие наружу и вовнутрь. Одно неловкое движение, и пострадавших не избежать. «Локальное подчинение законов природы» – весьма капризной, мстительной, строгой и справедливой особы, которую невозможно обмануть. Лишь полностью познав её законы и научившись играть по правилам физики, химии и биологии, можно рассчитывать на честную схватку. В противном случае мага ждет «избиение младенцев»: ему надают пощечин и отправят рыдать к маме.

…примерно так мне объяснила Янита, воинственно размахивая вилкой.

– Вы не отчаивайтесь, ТатьянМихална, – девушка скороговоркой утешала оглушенную преподавательницу, до боли напоминая Борьку. – Я тоже не сразу научилась колдовать. Сломала пару пальцев, прокляла себя на неудачу, спалила бабушкин цветник, а дальше как по маслу.

– Спалила бабушку и прокляла пальцы?..

– Тяжелый случай, – заключила мадемуазель Катверон. – Понимаю! Это же чудесно – обрести магию в столь почтенном возрасте. Вам говорили, что маги живут до ста тридцати?

– Угу.

– А про способность видеть в темноте?

– М-м, – лучше бы я заболела. Проще и понятнее.

– А возможность отращивать внутренние органы?

– Не… Что?!

– Если вам отрежут почку, вы сможете отрастить новую, – Янита просияла золотцем. – И печень восстановите за семь-восемь месяцев, и селезенку, и даже глаза. Маги очень живучи! Если вы случайно нарушите закон и в темнице вам отрежут язык, то новый отрастет где-то через пару-тройку лет.

– А з-зачем вам в-вообще целители? – язык, напуганный перспективой, немедленно стал заикаться.

– Чтобы не ждать, – девушка смачно впилась в бутерброд с бужениной и помидорами. – Вот я, например, целителей побаиваюсь, поэтому отрастила себе выбитый зуб за полгода. Кривенький, правда, зато свой.

Боже мой, я не хочу быть магом. И в тюрьму тоже не жажду попасть! Обучение экстерном, на которое мне намекнула кадровик, в перспективе выглядит печально – дополнительная нагрузка в неинтересующем предмете. Здесь магии учатся в школах и университетах, но взрослая женщина на вахте стеснена в ресурсах, поэтому чья-то добрая рука подсунула под дверь комнаты записку.

«Понедельник, до полудня, аудитория семьсот двадцать один». Угадайте, что это.

– Основы теоретической магии для самых маленьких! – Янита радостно захлопала в ладони. – Вы станете первоклассницей.

– Ты в мой паспорт заглядывала?! – поголовно издеваются, нелюди.

В отличие от сухих и равнодушных работодателей, внучка садовницы искренне помогала и подбадривала, с благоговением переступив порог моей комнаты. В связи с полным невменозом преподавателя, занятия сегодня отменили, чему прибалдевшие до инфаркта девушки слабо порадовались. Хотя вру, нормально порадовались, со вкусом: умирающие лебеди встрепенулись и разлетелись по замку, парку и окрестностям искать развлечений. А мадемуазель Катверон нашла время на меня.

– Придется сместить расписание, – длинная каштановая прядь упала на отложной воротничок. – Занятия у первоклашек с утра и до обеда. Уверена, вы на лету ухватите суть.

– Янита, что это? – розовый знак на ладошке не стирался, став магической татуировкой, появляющейся по мысленной просьбе.

– О-о, – приятно удивилась она. – Это печать призвания. Состоит из трех литеров: ан, уру и пайаннчак.

– Третья приемная?

«Ан – литера знаний, появляется после достижения ступени интернала, если человек шествует по выбранной стезе. Уру – литера воли, присуща многим с рождения, особенно родившимся под знаком Лунной Ткачихи. Пайаннчак – литера судьбы, отличает печать призвания от печати мастерства. Даруется человеку задолго до рождения, некоторые ученые даже полагают, что до зачатия».

– Спасибо за справку. А у тебя какая печать?

Девушка раскрыла ладонь, и над ней вспыхнул золотой знак, напоминающий переплетенные геометрические фигуры, заключенные в круг.

– Печать адепта наномагии, литеры фаа и цин. Фаа – литера созидания, цин – литера сопротивления.

– А кружок?

– Ошибка, – помрачнела девушка. – Проклятие неудачи, несмываемым позором легшее на мою судьбу. В пятилетнем возрасте я была преступно беспечна и играла с молекулами сероводорода вместо кубиков, а потом выбросила зачаток магической конструкции в пруд.

– Отдача замучила?

– Угу, матушка-природа дала сдачи за погубленный водоем. Отныне и впредь Янита Катверон – неудачница до мозга костей, чьи добрые иль злые побуждения оборачиваются невезением.

– Сожжешь нам кухню в один прекрасный день?

– И одновременно потоплю. Ураган и засуха, цунами и вулкан, экономический кризис и золотая лихорадка…

– Суп и открытый огонь, – в тон продолжила я. – Право слово, такими темпами вы изобретете новые блюда: жидкое мясо или пудинг на кости.

– Как это? – барышня распахнула глаза. – Такого не бывает.

– Отчего же? Ведь существует соленая карамель и жареное мороженое. А вы пойдете дальше и создадите запеченное желе вкупе с перебродившим шоколадом. Кстати, все подумали о желаемом меню для аттестации?

Взгляд мадемуазель нервно забегал.

– Д-да… нет, наверное. Сдаюсь, еще не думала. Ой, ТатьянМихална, мне пришла отличная идея! Раз вам нужно учиться экстерном, почему бы не обратиться за помощью? Думаю, шеф Октé будет рад поделиться опытом, особенно с такой красавицей. И похвастаться своей литерой бая – знаком мессии.

Глава 14

Секретным кодом к сердцу кулинарии является любовь. Не к готовке и не к домочадцам, как могло показаться сперва, а к еде – жажда вкусно поесть. Находя очарование в завтраках, воспевая обеды в балладах и поклоняясь ужину, человек способен вырасти в превосходного повара с большой буквы.

– Б…

– Не этой буквы, мадемуазель Энтеро! Перестаньте душить перечницу, иначе она с вами поквитается. Ах, уже? Промойте глаза водой и от души прочихайтесь.

Волнительный день первой термической обработки. Без ложной скромности расскажу об успехах: за полторы недели мои девочки научились собирать бутерброды на скорую руку и крошить салаты из того, что есть в холодильнике. Даже заправки худо-бедно дались их навыкам, особенно состоящие только из масла и соли. На прошлом занятии были торжественно включены плиты, и юные кулинарки учились кипятить воду.

Простое упражнение на понимание температуры: кастрюля с водой ставится на огонь и доводится до кипения, после чего крышка убирается и начинается наблюдение. Задача учеников – трижды вскипятить и остудить воду, изучив базовые характеристики собственных плит на практике. Знавала я таких личностей, неспособных даже снять крышку с кипящей кастрюли – боятся накосячить. Поэтому шестеро фей тренировались управлять температурой на обычной воде, которую невозможно испортить.

Было невозможно, пока Джинджер не превратила воду в болотную жижу, а Лина не опрокинула кипящую кастрюлю. К счастью, я не успела даже испугаться – вода мгновенно пропала, не достигнув пола. Кто и куда сколданул кипяток, осталось загадкой, скрытой в нервном движении девичьих ресниц.

– Обратите внимание на состав куриных яиц, в них нет углеводов, но в равной пропорции сбалансированы белки и жиры. Это делает яйцо универсальным продуктом, годным в мясные блюда, в супы, салаты, выпечку и десерты. Даже сладкий заварной крем делается на основе куриных яиц, впрочем, как и белковый.

– Крем из яиц? – Кристина потрясенно уставилась на прозрачную массу, стекающую с пальцев. Кусочки скорлупы весело плюхнулись на сковородку.

– Бе-е-е, – скривилась Малика. – Ни за что не стану есть крем из яиц! Даже думать об этом противно, ненавижу яйца.

– Думаете, они вас сильно любят после того, как вы перебили десяток мимо сковороды?

«Ну Татьяна Михайловна!» – возмутилась девушка, старательно вымывая желток из волос. Угораздило же меня поделиться внезапным очищающим свойством яиц в процессе лекции. Пока пятерка мадемуазель старательно тренировались разбивать скорлупу одной рукой и ловко выливать содержимое в миску, Малика под шумок решила, что красота важнее сытого желудка. Как ребенок, честное поварское! За испорченное настроение и выброшенные продукты баронесса приговаривается к страшной каре – каждое её аттестационное блюдо обязано включать яйца.

– Легко отделалась, – приуныла Лина, смиренно нарезая полукольцами второй килограмм лука.

Крупные слезы градом катились по румяным щекам, присаливая будущий луковый суп и жаркое. Каждое занятие делится на две части: практическую и лекционную, а в довершении студентки наблюдают открытый урок по приготовлению нового блюда от шеф-повара. Сегодня по плану французская кухня, и девицы вызвались помогать по мере сил. Только мадемуазель Хофман пыталась отлынивать… Ха, наивная!

Зачатки кулинарных навыков приобретаются в далеком детстве, когда человек наблюдает за готовкой родителей. Уже тогда, путаясь под ногами у мамы, мы подсматриваем за её действиями и неосознанно мотаем на ус. Позже этот способ обучения сменяется узкоспециализированными мастер-классами, вроде «Учимся готовить шоколадный ганаш» или «Пять видео-рецептов настоящего борща». В нужный момент знания сами всплывут в памяти, лишь бы было чему всплывать.

– Десертов из лука не существует, – хныкала бедняжка, распространяя вокруг себя луковые миазмы. – Он же горький и жжется!

– Правда? Жаль будет попрощаться с вами в конце лета.

– Татьяна Михайловна! Не шутите так, я и без того слезные запасы выплакала.

Жгучий и малосъедобный овощ сотни лет эволюционировал, чтобы отпугнуть потенциальную угрозу, и даже преуспел в нелегком выживании, пока его не нашли азиаты. Чем менее съедобна отысканная фигня, тем скорее она попадет на стол ненасытным жителям Поднебесной. С другой стороны, валить все на китайцев – дело вредное, первые упоминания о луке как еде пастухов пришли к нам из Ирана и Афганистана. Зато окультуривание горького овоща произошло именно в Китае. Через Европу и Грецию в частности лук попал на столы наших средневековых крестьян.

– Потрясающе, – Лина откровенно скисла. – А теперь вы приказываете кормить этой дрянью экзаменаторов. Если я решусь на самоубийство, уйду из жизни красочно – объемся лука до смерти.

Эх, дилетантка, не понимает своего счастья. А вот мадемуазель фон Рихтер, получившая в качестве основного ингредиента сахар, держится из последних сил. «Да что ты ноешь? – сорвалась Джинджер, хлопая полотенцем об стол. – Велика беда – десерт! А мне теперь отчислиться, что ли, если этот троллий сахар никуда, кроме десерта, не запихнешь?».

Хе-хе, сколь им открытий чудных готовит просвещения дух, а все из-за банальной лени, благодаря которой девушки даже не попытались самостоятельно придумать себе меню. Для опытных хозяек не секрет, что сахар добавляют не только в супы и в маринады, но и в блюда «одного противня» – к сладкому картофелю, кленовому батату, овощному рагу и даже в гречу. А уж приготовление мяса с приятным сладким соусом и вовсе способно покорить изысканных и придирчивых гурманов. Назовите меня садисткой, но смотреть на слегка паникующих учениц чуть-чуть приятно. Пусть понервничают, зато после всплакнут от облегчения, узнав пошаговые рецепты.

Ибо нефиг пугать наставницу из-за угла яйцами, взорванными в микроволновке.

– Двадцать минут, и закругляемся. Яичница дружбы не должна остыть и стать разочарованием.

– Не хотим кормить дармоедов, – девушки разом заканючили, грудью закрывая выстраданные блюда, но я решительно пресекла саботаж.

До начала моего магического обучения необходимо уладить недопонимание с графом фон Вальтером. Его банда уже не рисковала откровенно издеваться над мадемуазель, но по слухам готовила большую каверзу, призванную отомстить за провальное покушение. Поэтому я решила перехватить инициативу и пойти ва-банк, пригласив четверку охламонов к общему столу. На удивление, банда согласилась – ответ принес Лорен, по случайности водящий дружбу с Леопольдом.

– Они придут нас унижать, – прошипела Джинджер, обратным хватом стискивая резиновую лопаточку. – Подъедят всё до последней крошки и словесно обгадят каждый кусочек.

– Отличная мотивация приготовить так вкусно, чтобы ваши будущие друзья проглотили языки от счастья. Дамы, кулинария – мощнейшее оружие в руках женщин, пользуйтесь им с умом.

Прыжок на тропу дружбы стал моей навязчивой идеей. Во-первых, я не люблю конфликты и распри, во-вторых, на ком-то надо тестировать девичьи навыки, а более подходящих кроликов не найти. Примирить два по-детски враждующих клана – задачка по плечу опытному педагогу. Я неопытна, поэтому надеюсь, что дети окончательно не разругаются вдрызг. Своих девчонок угомонить смогу, а в качестве подкрепления приглашен ещё один из преподавателей кадетов. Какой – не знаю, но сообразительный тихоня Лорен проникся моей тревогой, так что надеюсь на его ум.

Помимо тринадцати порций образцовых яичниц, на круглый уличный стол вынесли тосты с творожным сыром, слабосоленым лососем, спелым авокадо и листьями салата, три десятка нежнейших сырников моего авторства и легкий салат из апельсинов, курицы и грецких орехов. В самый раз для дружеского завтрака и спешного побега на первую консультацию по теории магии. Коллега – милая молодая учительница начальных классов – прониклась моей проблемой, согласившись дать три урока частным порядком. А потом придется вместе с семилетками топать на общие занятия.

– Девушки, не отлыниваем. После трех часов дня собираемся на кухне, будем осваивать термическую обработку мяса. А ту, кто сбежит в обморок, почетно внесем на руках прямо на сковороду.

Цель примирительной миссии – графский отпрыск, поэтому на белоснежной скатерти теснится изысканный фарфор, несколько роз аккуратно срезаны и поставлены в вазу. Её наколдовала Малика, потея и поминая гостей недобрыми словами, и трижды спасла Эсми от неудачливых поползновений Яниты. Тоже морока: между эмоциональной мисс Катверон и холодной мисс Линдерштам воцарилась молчаливая неприязнь. Тихая, незаметная, она обострялась с каждым днем, играя на моих нервах. Благо, другие студентки не спешили принимать ничью сторону, проявляя недюжинную зрелость.

– Идут, – внезапно заволновалась Кристина, сбросив маску недовольства.

– Не дрейфь, всё бывает в первый раз. С сегодняшнего дня подобные приемы будут проходить каждую неделю, чтобы вы освоили навыки сервировки и презентации своих блюд людям с разными вкусами. Мини-ресторан на один столик и пару-тройку гостей.

– Их шестеро, – запаниковала Янита, торопливо сдернув косынку. Густые косы толстыми канатами рухнули на девичью грудь.

– А нас семеро. Не трусьте, это мирный завтрак, а не президентский фуршет, и ваши гости – молодые растущие организмы, способные прожевать даже подошву ботинка. Трястись будете через десять лет перед мировыми ресторанными критиками, а сейчас поправили бюст и натянули улыбку.

К столу действительно подходили шестеро – четыре долговязых парня разной комплекции, но в одинаковой кадетской форме, и двое взрослых мужчин. Первого я узнала сразу по давящей атмосфере высокомерия и небольшой пустоте вокруг. Кадеты стремились держаться на расстоянии, чуть поближе ко второму джентльмену – высокому, мощному и с совершенно пиратской физиономией. Мастер Майер с прошлой встречи ничуть не изменился, зато его спутник пренебрег офисным стилем, одевшись во все белое.

– Мы погибли, – прошептала побелевшая Янита.

– Вы же сказали, не будет критиков! – взвыла Кристина, запустив пальцы в кудри и растрепав их до неузнаваемости.

Остальные мгновенно сжались, пытаясь казаться мелкими неприметными сошками и спрятаться за мою спину. Неужели Лорен по пути зацепил какого-то высокопоставленного сенатора, снизошедшего до студенческого завтрака? Вряд ли, сенаторы здесь напоминают бочонки с груздями – невысокие и пузатые, передвигающиеся в основном порталами. А господин в белом отличался поджарым телосложением, внушительными мышцами и длинными волосами, собранными в конский хвост. Даже хищно-разбойничье выражение лица ничуть не портило облик неучтенного гостя.

– С каких опят разразилась паника? Принесите ещё пару тарелок и приборы.

– Никакой паники, просто вовек не отмоемся, – истерично хихикнула Лина. – Джи, завещаю тебе мою коллекцию амулетов.

– Они бесполезны.

Подошедшие вплотную гости окинули стол разными взглядами. Гвоздь программы, Лео фон Вальтер, пренебрежительно фыркнул, крупный и высокий парнишка жадно облизнулся, Лорен вежливо кивнул, а четвертый кадет лишь закатил глаза. Воспитание из ушей лезет!

– Добрый день, господа. Рада, что вы приняли наше приглашение, – поскольку девушек явно контузило неизвестным гостем, пришлось брать приветствие на себя. – Не откажите разделить с нами завтрак, приготовленный моими ученицами. Для начала позвольте представиться тем, с кем ещё не знакома: Татьяна Михайловна Энгерова, иномирянка, повар и педагог по совместительству.

– Леопольд фон Вальтер, граф и кадет военной академии, второкурсник, – буркнул мальчишка, отчего-то вздрогнув и покосившись на мастера Майера.

– Лорен Шмидт, кадет военной академии, второкурсник, – юноша в очках взял эстафету.

– Руперт Юнг, кадет военной академии, второкурсник, – представился доселе неизвестный молодой студент.

– У́до Конрад, кадет и всё такое, – осклабился крупный парень слегка шутовской улыбкой.

После короткой потасовки и пары отдавленных туфель, представились и девушки, по очереди приседая в книксене перед старшими мужчинами. При этом каждая одарила беднягу Лео таким испепеляющим взглядом, что в воздухе поплыл запах паленых волос. Миссия готова провалиться ещё до начала.

– Позвольте представиться и мне, – господин в белом самодовольно улыбнулся, оглядывая нас с ног до головы. – Грант Октé, первый шеф-повар королевской кухни.

И моя маленькая, слегка шершавая ладонь утонула в огромной ручище настоящего флибустьера, скалящегося до ужаса хищной улыбкой.