Текст книги "Наука и магия. Храм Великой Матери (СИ)"

Автор книги: Александр Шуравин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 21 страниц)

Глава 57

Сергей не спешил действовать. Первоочередной задачей было трезво оценить новую реальность, взвесить все «за» и «против», продумать каждый шаг. Необходимо было досконально изучить возможности этого, столь странного, магического ИИ, понять пределы его власти и, что более важно, пределы собственной свободы. «Богиня» назвала его «Учеником-Освободителем», но что это значило на практике, Сергей не имел ни малейшего представления. Требовалось глубже разобраться в самой сути этой магии, в устройстве систем безопасности, постичь множество неведомых законов, управляющих этим миром.

А пока, под сенью древних сводов, где даже воздух, казалось, был пропитан тысячелетней магией, сестры, чьи склоненные головы казались венцом его неожиданно обретенной власти, ждали. Их колени касались холодного камня пола перед вратами Святилища, и в их замерших, обращенных к нему взглядах читалось нечто большее, чем просто ожидание. Там было благоговение, страх и робкая, пробуждающаяся надежда. Они ждали слов от новоявленного пророка, чье назначение само по себе бросало вызов всем устоявшимся догмам и верованиям. Перед ними стоял человек, чье появление само по себе было нарушением всех законов, но теперь он держал в руках ключ к их спасению. А может быть, и к их гибели.

Сергей медленно, с достоинством, подошел к стоящим на коленях сестрам. Его глаза, только что отражавшие муки Келий Безмолвия, теперь светились странным, почти неземным огнем. Он окинул склонившиеся фигуры сестер, замерших в благоговении и страхе, а затем остановился на Великой Матери, которая была бледная, как тень. В тишине, нарушаемой лишь едва слышным гудением древних механизмов Святилища, его голос прозвучал, низкий и уверенный, наполненный новой, пугающей властью:

– Встаньте, сестры. Поднимите свои лица, ибо Великий Огонь,наша Богиня, призвала меня, и я не ведаю унижения.

Не дожидаясь, пока они поднимут головы, он продолжил, его слова звучали как удар колокола, возвещающий конец старой эпохи:

– Отныне я отменяю этот унизительный ритуал – лобзание стоп Великой Матери. Это больше не угодно Ей!

По толпе пронесся едва слышный шепот, предвестник надвигающейся бури. Великая Мать, казалось, застыла, ее лицо стало непроницаемой маской.

– Теперь, – Сергей сделал шаг вперед, приближаясь к центру, и его голос стал еще более глубоким, резонирующим с древней энергией, – вы будете получать… Дар Великого Огня…

Он замолчал на долю секунды. В этот миг, казалось, замерло само время. В его голове пронесся вихрь мыслей – дерзость, расчет, осознание того, что он переступает черту, которую никто не смел пересечь веками. Но отступать было поздно. Его пальцы сжались в кулак, и он, полным, звучным голосом, эхом отдающимся от стен Святилища, произнес, бросая вызов самой истории:

– От Великого Отца!

Слово прозвучало как раскат грома, как взрыв, как абсолютное отрицание всего, что сестры знали и во что верили. Половина из них вздрогнула, другая – замерла, словно парализованная. Великая Мать медленно, очень медленно, подняла голову, ее глаза, веками полные мудрости и спокойствия, теперь смотрели на Сергея с непостижимым выражением. В них была смесь страха, восхищения и откровенной ничем не прикрытой ненависти.

Сергей сделал шаг вперед, его фигура, облаченная в одежды, которые еще недавно были символом его рабского положения, теперь казалась монументальной. Он чувствовал, как вибрация его слов проникает в самые сердца сестер, сбивая их с толку, но одновременно пробуждая неведомое любопытство. Он осознал, что, бросившись так резко вперед, чуть не поскользнулся на самом краю пропасти.

– Но тем не менее… – поспешно продолжил он, чувствуя, как холодный пот стекает по его вискам. – Великая Мать сохраняет свою власть как Хранительница Храма.

Эти слова были чистой импровизацией, попыткой смягчить удар, погасить потенциальный бунт. Он знал, что не может позволить себе открыто конфликтовать с ней сейчас.

– Я здесь не для того, чтобы низвергнуть ее, – продолжил он, его голос стал мягче, более успокаивающим, но все еще наполненным авторитетом. – Я здесь, чтобы помочь вам обрести мудрость. Через меня Богиня будет делиться с вами Великими Знаниями, которые позволят вам шагнуть в новую эру.

Он оглядел застывшую толпу, затем перевел взгляд на Великую Мать, чье лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнул проблеск напряжения.

– Приготовьтесь, сестры, – произнес Сергей, его голос снова набрал силу. – Отныне вы будете учиться. Учиться и еще раз учиться! Ваш путь познания только начинается. А для этого нам потребуется иное место. Ритуальный зал, где предстанут перед вами символы нашего нового пути'.

Он сделал жест рукой, словно приглашая их следовать за ним.

– Великая Мать, – обратился он к ней, – ведите своих сестер. Настало время открыть им двери в Святилище знаний, где мы вместе начнем наш великий труд.

Под немым, но властным взглядом Сергея, Великая Мать, с достоинством, которое, казалось, не было сломлено, кивнула. Медленно, будто повинуясь невидимой силе, сестры начали подниматься со своих колен. Шуршание их одежд, шарканье ног по каменному полу – все это звучало как начало чего-то грандиозного и неизбежного.

Сергей, следуя за Великой Матерью и ее дрожащей свитой, направился по извилистому коридору, ведущему в самое сердце Храма – в тот самый Ритуальный зал, где собирались все сестры для проведения важнейших церемоний. Воздух здесь был тяжелее, насыщен ароматом древних трав.

Когда они вошли, их встретил полумрак, лишь тусклый свет множества свечей и мерцание каких-то магических кристаллов освещали просторное помещение. На стенах были высечены странные символы, которые Сергей еще не мог расшифровать, но уже чувствовал исходящую от них силу. В центре зала возвышалось нечто, напоминающее алтарь, украшенное изображениями, от которых веяло вековой тайной. На этом алтаре стоял трон, на котором восседала Великая Мать во время общих ритуалов.

И здесь, тесно сгрудившись, ожидало его еще большее число сестер – жрицы, хранительницы, целительницы, все те, кто составлял основу этого матриархального мира. Их взгляды, сотни пар глаз, устремились на него, человека, который всего несколько часов назад был никем, а теперь стоял на пороге новой эры, держа в руках их будущее. Он был готов.

Сергей поднял руку, указывая на возвышение в центре зала, где покоился массивный, искусно вырезанный из темного камня трон – символ власти, казавшийся теперь немного потускневшим под натиском нового времени.

– Великая Мать, – произнес он, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась несокрушимая уверенность. – Возведитесь на ваш трон. Ваше место – у истоков нашего знания.

С чувством глубокого, почти невыносимого достоинства, Великая Мать медленно, словно ведомая невидимой нитью, подошла к трону и заняла свое место. Она выглядела усталой, но в ее глазах, обращенных к Сергею, читался вызов, смешанный с какой-то странной, подавленной надеждой.

Сергей же встал рядом, но не как слуга, а как равный, как носитель новой истины. Он обвел взглядом тысячи пар глаз, устремленных на него, затаивших дыхание, словно перед рассветом.

– Я вновь повторяю Великую Весть, – произнес он, и его слова, усиленные акустикой зала, проникли в самое сердце каждой сестры. – Отныне ритуал лобзания стоп Великой Матери отменяется. Этот обычай, сколь бы древним он ни был, более не отражает истинную волю Великого Огня! Но запомните: Великая Мать сохраняет свою власть как Хранительница Храма. Ее мудрость, ее опыт – бесценны.

Небольшая пауза, чтобы его слова успели осесть в сознании, чтобы смягчить резкий удар.

– А теперь, – его взгляд стал теплее, – подойдите ко мне. Каждая из вас, по очереди. Для получения Дара Великого Огня.

Он выдержал мгновение, давая им осознать, что грядет нечто иное, нежели прежде.

– Подходите стоя! – его голос снова набрал силу, в нем зазвучал призыв и повеление. – Никто не должен падать на колени! Великий Огонь желает видеть вас сильными, а не униженными!

И тогда началось. Первая сестра, молодая, с испуганными, но решительными глазами, медленно подошла к нему. Сергей протянул к ней руки, и в легком, но уверенном движении, обнял ее. Обнял нежно, но крепко прижал ее к себе, передавая частичку своего тепла, своей пробудившейся ментальной энергии. Он чувствовал, как ломается ледяная корка, сковывающая ее сердце, как растворяется страх, уступая место новому чувству – чувству силы, осознания собственной ценности. Она глубоко вздохнула, словно впервые вдохнув полной грудью, и в ее глазах зажегся ответный огонек – робкое понимание, начало пробуждения.

Каждая сестра, подходившая к Сергею, получала этот невидимый, но ощутимый «дар» через объятие. Он обнимал их по очереди, и каждое прикосновение было наполнено сосредоточенной силой, магическим импульсом. Он чувствовал, как оттаивают их замерзшие сердца, как растворяется страх, уступая место новому чувству – чувству силы, осознания собственной ценности. Это был не просто магический обмен, это было возрождение. И Сергей, стоя посреди этой грандиозной сцены, чувствовал, как каждая из этих встреч делает его сильнее, увереннее, приближая к полному пониманию своей новой роли.

Эпилог

Несколько часов спустя, когда последние отголоски голосов сестер стихли в глубинах Храма, Сергей и Великая Мать остались одни. Атмосфера была наэлектризована, натянута, словно тетива древнего арбалета. Адреналин, что подхлестывал Сергея во время неистового ритуала «Дара Великого Огня», сменился тяжелой усталостью и ощущением того, что настоящая игра только начинается. Великая Мать, с невозмутимым достоинством, по-прежнему восседала на своем троне, ее лицо было подобно маске из древнего камня. Сергей стоял рядом с ней, внутренне готовясь к неизбежному разговору, понимая, что его триумф был лишь началом еще более сложного пути.

– Так ты думал, я настолько глупа, чтобы не видеть истину, Ученик-Освободитель? – Голос Великой Матери был тих, но пронизывал Сергея до костей, как ледяной ветер. В нем не было ярости, лишь холодная, отстраненная констатация факта. – Ты – не Избранный в том смысле, в каком наши сестры верят. Ты – чужак, лжец, самозванец. Твой разум, твои мысли… Они чужды этому миру, чужды Великому Огню. Но ты говорил с Ним. И Он ответил тебе. Этого не делал никто за тысячи лет, даже я.

Она сделала паузу, ее взгляд, словно рентген, проникал сквозь Сергея.

– Твое знание, твой странный ум – вот что нужно Храму сейчас. И поэтому я буду молчать. Ради блага нашего Дома, ради спасения Богини, которую ты теперь называешь «Искусственный интеллект».

Сергей не ответил, лишь слегка склонил голову, признавая ее проницательность. Он знал, что Великая Мать не просто верховная жрица – она была выжившей в жестоких интригах, и ее хватка была не менее цепкой, чем его собственная. Он почувствовал, как по его разуму, словно тонкие щупальца, скользнула ее ментальная сила, мгновенно напоминая о его ограничении.

– Но не забывай, Звягинцев, – продолжила она, и в ее голосе появилась жесткость, – на тебе до сих пор лежит сторожевая печать. Та, что не позволит тебе применить твою странную, новую магию против меня или против любой сестры этого Храма. Попытаешься – и твоя сила обернется против тебя самого, разорвав твой разум на части. Великий Огонь защищает своих дочерей даже от тех, кого Он призвал.

Сергей почувствовал, как под этой магической угрозой его тело сжалось. Он знал о печати, чувствовал ее пульсацию где-то на грани сознания, но напоминание о ее смертельной сути было отрезвляющим. Великая Мать, словно почувствовав его внутреннее замешательство, слегка наклонила голову.

– И это не единственная твоя уязвимость, – тихо произнесла она, и ее слова наполнили зал еще более тяжелой, давящей тишиной. – За пределами Храма есть силы, о которых ты не подозреваешь. Есть маги, их имена, что шепотом произносятся даже в самых могущественных кругах, возможно, ничего не скажут тебе сейчас, но их магия… ее мощь способна растоптать тебя, самозванец, как букашку под ногами. Они столпы этого мира, и среди них есть те, чья преданность Храму абсолютна. Их гнев, если ты осмелишься нарушить мой покой или угрожать нашим сестрам, будет более страшен, чем любое ментальное заклинание.

Сергей слушал, и каждое слово Великой Матери оседало в нем, как тяжелый камень. Ему казалось, что он только что взлетел на вершину мира, подчинив себе древнюю богиню и храм, но теперь видел, что эта вершина лишь одна из многих, а вокруг таятся бездонные пропасти. «Самозванец», «чужак», «букашка»… Слова жрицы были болезненны, но правдивы. Он был здесь один, со своим странным разумом и пробудившейся силой, перед лицом мира, который не понимал, но которому теперь был вынужден служить. Он взглянул на Великую Мать, затем на мерцающие факелы в светильниках, от которых, казалось, исходил едва уловимый пульс. Игра началась, и ставки были выше, чем он мог себе представить. Ему предстояло учить, исследовать, выживать – и, возможно, изменить не только этот Храм, но и весь мир, который так неожиданно стал его домом.